Текст книги "Доверь мне свое имя (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

УРОК 5. Цени свое время

Принц Сокол

Впервые в жизни Сокол понял, как это – когда в груди жжет жаром пустыня. Именно это он и испытывал с той самой минуты, когда узнал о смерти отца. Он словно окунулся с головой в кипяток, и теперь никак не мог вынырнуть. Внутри все горело, бурлило, а внешне нужно было сохранять спокойствие. Отец всегда говорил, что император не имеет права потерять голову, что бы ни случилось в его жизни: война, смерти близких или даже эшафот. Соколу казалось, он в совершенстве овладел этой хитрой наукой – держать лицо. И как так случилось, что это все обернулось лишь видимостью?

Причем смерть императора Ричарда – это полбеды, а вот попытка убийства Дерека… Она выбила почву из-под ног. Принц чувствовал себя уничтоженным ею, превращенным в песок и прах. Хотелось хотя бы извиниться, потому что отменить совершенный поступок он не мог, однако глупая гордость не позволила даже этого. Признать свою вину. Сказать, что поддался порыву безумного отчаяния от понимания: жизнь рухнула. И дело не в троне, хотя Сокола воспитывали как наследника престола и он понимал, что рано или поздно сменит отца, а в том, что его лишили возможности находиться с близкими в эту трудную минуту.

Принц Эден не верил в беспричинную болезнь императора. Он понимал: за этим кто-то стоит. Но кто? Как разобраться, если сам он заперт в стенах академии имен. Почему? Потому что Дерек Эвернер влюбился не в ту девушку. Это было бы смешно, если бы не сломало столько судеб.

После расставания с Лучиком принц около двух часов просидел в своей комнате, выполняя задания – доучиться надо, даже если совсем не хочется. И пусть материал был уже пройден в предыдущем году, тогда Сокол бесился от невозможности выйти и не старался его хорошо запомнить. А сейчас вдруг показалось, будто там можно найти ключ к решению их проблемы.

Затем еще около часа листал мемуары, пропустив ужин. Стоило признать, это было больше развлекательное чтиво, чем стоящее пособие по магии, однако один момент зацепил принца: герой, поссорившись с возлюбленной, ее просто… переименовал. То есть, лишил истинного имени и дал другое, изменив суть. Их ведь тоже учили нарекать имя. С октября в прошлом году начались тренировки, как это делать. Но они переименовывали вещи, не людей. Так можно ли испытать нечто подобное на Эвернере? Хотя, вряд ли ректору понравится подобная затея…

Сокол задумчиво прочитал еще несколько страниц, затем захлопнул книгу и уже собирался покинуть комнату, когда в двери постучали, и на пороге появился кузен.

– А, Лед, – угрюмо произнес принц. – Зачем пришел?

В последние дни их общение с кузеном не ладилось. А все из-за таблички, которую тот скрыл. Часть души Сокола твердила: лучше бы скрывал и дальше. А другая отвечала: это трусость! Он должен был знать о том, что происходит дома, и подготовиться к неминуемому.

– Тебя не было на ужине, – заметил кузен. – Как ты себя чувствуешь?

– А как я должен себя чувствовать? – Сокол вопросительно приподнял брови. – Учитывая, что сегодня, наверняка, похоронили моего отца. Прекрасно, Лед. Лучше не бывает.

– Император не только твой отец, но и мой дядя, – угрюмо напомнил кузен.

– Я об этом и не забывал, – ответил принц.

– А мне кажется, забыл. Я понимаю…

– Ничего ты не понимаешь! – воскликнул Сокол, подходя ближе. – Совсем ничего. Твою семью есть, кому защитить, а мою…

– С твоими братом и мачехой тоже есть верные люди, – процедил Лед. – Не строй из себя обиженную принцесску, брат, тебе не к лицу!

Эден замолчал. Он отошел к окну, повернулся к кузену спиной и разглядывал темный парк, по которому бродили студенты и выпускники. Единственное развлечение – вот так бродить, надеясь, что однажды получится выйти за его пределы. Но если ничего не сделать – не выйдет. Сокол потер виски. Он устал, не спал уже несколько ночей, чувствовал себя изломанным изнутри. Хотелось кричать от боли и гнева, но приходилось улыбаться недругам. Хотя бы драка дала перевести дух…

– Прости, – сказал вдруг Лед. – Я не должен был так с тобой разговаривать. Ты прав, дяди больше нет, и все стало… сложнее.

– И ты на меня не злись, – качнул головой Сокол. – Просто дайте мне время, все вы.

– Хорошо. Доброй ночи.

Кузен вышел из комнаты, а принц снова отвернулся к окну. Скорее всего, уснуть опять не получится. Значит, нужно потратить время с пользой.

Он снова направился в библиотеку. Дверь была заперта, но что ему, магу имени, какие-то замки? Принц прошептал формулу и шагнул в темное царство книг. Щелкнул пальцами, призывая магическую искру, и все вокруг озарил свет. Он снова пошел вдоль полок, только теперь разыскивая нечто конкретное – книги для старшекурсников, касающиеся наречения имени. Книги пахли пылью – их не так часто кто-то брал в руки. В носу зачесалось, Сокол поморщился, но продолжил свои поиски. Вот только то, что он читал, почти не отличалось от того, чему их учили.

– И что ты здесь пытаешься найти посреди ночи? – раздался голос за спиной.

Эден вздрогнул и едва не наградил подкравшегося заклинанием в лоб, но ректор Эвернер отступил в сторону и покачал головой:

– Не стоит.

– Не подкрадывайся! – зашипел принц. – Жить надоело?

– Я искал тебя, – огорошил ректор.

– Да что ты говоришь?

Сокол отложил очередную книгу и замер, ожидая продолжения беседы.

– Давай не здесь, – огляделся Эвернер.

– Почему нет? В читальном зале, если ты не заметил, свободно.

Дерек не стал возражать. Они вдвоем прошли в читальный зал и сели по разные стороны длинного стола, будто на переговорах. Можно было бы посмеяться, если бы сама ситуация хоть немного располагала к смеху.

– Вижу, тебе стало лучше, – заметил принц. Соколу не хотелось тянуть время. Да, его здесь у каждого в достатке, но к чему тратить минуты на пустые разговоры?

– Немного, – кивнул Эвернер. – Я вернул относительный контроль над своей силой.

– Рад слышать, потому что мне до душевного контроля очень и очень далеко.

– Смеешься? – улыбнулся ректор.

– И не думал! – зарычал Сокол. – Ты давно должен был рассказать мне, что происходит. Может, и не получил бы кинжал в грудь.

– Наверное, ты прав. – На удивление, Дерек не стал спорить. – Ты один из немногих, кто смог бы понять ситуацию, в которой я оказался. Видимо, защита академии считает так же, раз пропустила тебя ко мне. Наверное, ты хочешь знать, почему закрылись ворота академии…

– Это я уже выяснил, – покачал головой принц. – Пришлось нажать на нашу общую подругу. Она долго сопротивлялась, но, повинуясь воле академии, сдалась. А теперь скажи мне, Дерек, кто дал тебе право обманывать столько людей? Понимаю, ты потерял контроль, но твои дружки его не теряли. Неужели они не могли собрать всех и вместе подумать, как быть? Здесь же собраны лучшие преподаватели и самые талантливые студенты! И не надо мне рассказывать о панике. По-твоему, отсутствие возможности вернуться домой вызывает ее меньше, чем новости о спятившем ректоре?

– Эден! – в голосе Дерека звучало предупреждение.

– Что Эден? – фыркнул принц. – Я говорю как есть. А у тебя даже не хватает смелости признать свою ошибку! Как это называть, Дерек? Разве не ты отвечаешь за каждого, кто переступил порог академии имен?

– Ты прав, именно я, – кивнул ректор. – Но после того, что случилось…

– Прошло три года! – перебил его Сокол. – Три года, слышишь? А ты даже не пошевелил пальцем, чтобы изменить произошедшее.

– Ты имеешь право злиться…

– Да, только даже прибить тебя не могу!

Эден запустил пальцы в отросшие волосы и замер, раздумывая о своем. Дерек тоже не торопился снова нарушать молчание. Видимо, не очень-то приятно обсуждать собственные промахи.

– Ты нашел что-нибудь в архиве? – уточнил Сокол.

– Нет, – с мрачной обреченностью ответил ректор. – Ничего. Если и были какие-то записи по поводу возможности передачи защиты академии другому роду, их давно уже нет. А что пытаешься найти ты?

– Переименование, – заявил принц.

Дерек вдруг замер. Его взгляд сделался мутным, пустым, и Сокол испугался. Он не желал вреда! Всего лишь хотел выбраться из западни, оказаться на свободе. Почему же так тяжело?

– Дерек? – позвал он друга. – Дерек!

Ректор провел рукой по лицу, будто отгоняя дурные мысли.

– Что-то мне нехорошо, – сказал он. – Пожалуй, лучше вернуться в подземелье.

Значит ли это, что Сокол подобрался к ответу? Как иначе объяснить скачки магии Дерека при одном упоминании о возможности сменить ему имя?

– Подожди! – Принц вцепился в его руку.

– Не приближайся!

Ректор вдруг с такой силой оттолкнул его, что не ожидавший подвоха юноша влетел спиной в стол и едва не распластался на нем.

– Я пойду, – пробормотал Дерек и бегом бросился прочь из библиотеки.

Сокол зашипел, потирая ушибленную спину. Больно! Но он получил ответ на свой вопрос. Если найти метод, как дать человеку другое истинное имя, можно будет покинуть академию. Принц бросился обратно к книжным полкам, начал перебирать пухлые тяжелые тома, едва ли не ломая ногти. Ну же! Хоть что-нибудь! Хотя бы искра, намек! Ничего…

Около двух часов ночи он обессилено опустился на стул, уронил голову на сложенные на столе руки и замер. Хотелось уснуть прямо здесь. Сердце в груди гулко ухало. Вот будет смешно! Умереть в запертой академии от сердечного приступа. Но нет, пульс постепенно успокоился. Сокол медленно поднялся на ноги и потащился в свою комнату. Даже если он подобрался к ответу, этого мало. Нужна точность! Иначе одно неправильное действие погубит и самого Дерека, и обитателей академии. Но как? Как поступить?

Стоило Эдену перешагнуть порог, как он столкнулся лбами с Мраком. Телохранитель смотрел на него с укором. Да уж! Проблемный Маркусу достался подопечный.

– Со мной ничего не случилось, – спокойно сказал Сокол. – И нечего так смотреть!

– Ты неосторожен, – ответил Мрак. – Здесь мог ждать не только я, но и твои недоброжелатели.

– И что они мне сделают? – поинтересовался принц. – Наставят синяков? Переломают ребра? Пустое, Мрак. Все пустое. Мы с ними все равно останемся в одной академии. Нравлюсь я им или нет, любят меня или ненавидят, это ровным счетом ничего не меняет!

– Меняет, Сокол, – тихо откликнулся друг. – Чтобы выбраться отсюда, ты должен быть живым и здоровым, никак иначе. А если нет – зачем тебе выход из академии?

Принц пожал плечами. В словах Мрака было здравое зерно. Увы, его оказалось слишком мало, чтобы повлиять на стремления его высочества, и все же… Все же Маркус не так уж неправ. Только сейчас не было сил об этом думать. Сокол потащился в свою комнату, чувствуя, насколько устал. Похоже, сегодня он все-таки сможет уснуть. Хотя бы немного отпустить все то, что с ним происходило в последнее время. А завтра… Завтра снова придет в библиотеку и будет искать, а еще спросит профессоров – они ведь должны что-то знать. Будет рыть землю носом, как заправская ищейка, бороться, идти напролом, потому что иначе сойдет с ума. С этими мыслями Сокол толкнул двери своей спальни, не раздеваясь, рухнул на кровать и уснул.

УРОК 6. Не на все вопросы стоит находить ответы

Утром мне не хотелось вставать. Накатила усталость, такая сильная, что руки и ноги казались сделанными из железа. Тем не менее, занятия никто не отменял. Я заставила себя сползти с кровати, дотащилась до ванной, умылась, и мир снова заиграл новыми красками. Образно, конечно. На самом деле я все еще чувствовала себя так, будто накануне по мне прокатилась упряжка с лошадями, учитывая, что мы с Соколом разбирали книги, а потом после выполнения домашнего задания и ужина я легла спать.

Стоило признать: мне не хватало Дерека. И как заставить себя пойти на занятия, если там его не будет? С того дня, как Сокол напал на ректора, мы толком не виделись, лишь эти встречи урывками в подвале… И встречами не назовешь. Хотелось хотя бы поговорить, взять за руку. Глупая я, глупая! Знали бы мои родители, как я отношусь к ректору академии, в которой учусь, точно бы не одобрили! Но они не знают, и вряд ли кто-то расскажет…

Я очень скучала по дому. Это тоже не добавляло хорошего настроения. Наоборот, заставляло грустить. И все же надо взять себя в руки!

Надела форменное платье, заплела волосы в косы, подхватила сумку с учебниками. На завтрак решила не ходить – аппетита совсем не было, а вместо этого, не дожидаясь ребят, пошла в лекционный зал. На первом этаже подошла к расписанию и заметила, что вместо практикума сегодня – открытое занятие по имянаречению. Интересно! Я только слышала, что можно изменить суть предмета, если сменить его имя, но эту сложную науку изучали на старших курсах. А нам, видимо, решили продемонстрировать, к чему стремиться.

В аудитории пока было пусто. Я заняла место в третьем ряду, разложила на небольшой столешнице, откидывающейся с сидения передо мной, тетрадь и письменные принадлежности.

– Лучик, ты уже здесь?

Голос Клена едва не заставил подпрыгнуть. Я обернулась и помахала ребятам рукой, стараясь казаться беззаботной.

– А мы тебя в столовой искали, – присел рядом Зной. – Ты хорошо себя чувствуешь? Что-то бледная!

– Все в порядке, – заверила друзей. Не хватало еще, чтобы они волновались. – Никаких новостей?

– Ничего нового, – ответил Клен, занимая место по другую сторону, и рядом с ним присел Иней. – Королевская свита на завтраке была представлена одной Пушинкой, к ней никто не лез. Все понимают, что она для Льда – явление временное.

– Тем не менее, они все еще вместе, – напомнила я.

– И что с того? Не будь мы в запертой академии, он бы на нее не взглянул.

С Кленом сложно было не согласиться… А аудитория постепенно наполнялась студентами – лекция снова была общей для первого, четвертого и пятого курсов. Ребята шумно переговаривались, рассаживаясь по рядам. А когда перед нами появился Сокол, я даже вздрогнула. Напугал!

– Ты, подвинься, – потребовал принц у Зноя.

– Еще чего, – тут же нахмурился однокурсник. – Садись на свободное место.

Сокол чуть склонил голову на бок, словно раздумывая, а не превратить ли наглеца в пепел. Я еще помнила алые буквы, которыми он однажды чуть не удушил Инея, поэтому вцепилась в руку Зноя и попросила:

– Пересядь, пожалуйста.

Юноша хотел было возразить, но затем все-таки кивнул и занял сидение, соседнее с Инеем, а Сокол сел со мной. Тут же на свободных сидениях разместилась его «свита» – неизменный Мрак, Лед, Пушинка, Медведь, Тростник и Тополь. Та еще компания…

– И что это за спектакль? – тихо спросила я принца.

– Всего лишь хочу сидеть рядом с тобой, – миролюбиво ответил он. – Вчера ночью мы с ректором Эвернером немного поболтали в библиотеке. Мне показалось, тебе будет интересно об этом узнать.

– Как? – Я едва не подскочила, но Сокол удержал. – Дерек вернулся? Точнее…

Принц и так понял, что я имела в виду. Он только кивнул, подтверждая, что ректору стало лучше, и за эти новости можно было его расцеловать! Если бы Сокол не оставался Соколом.

– Что-то ты подозрительно сияешь, – заметил принц. – У тебя есть в этом личный интерес?

– Нет! – ответила я поспешно, но, кажется, Сокол не обратил внимания на скорость ответа.

– Думаю, именно с руки Дерека у нас поменялось расписание, – сказал он. – Мы вчера обсуждали с ним возможность смены истинного имени. Может, он до чего-то додумался.

– Смены имени? – изумилась я. – Но ведь оно же появляется само в книге имен рода.

Затем покосилась на ребят, но они обсуждали что-то свое, не прислушиваясь к нашей беседе.

– Тем не менее, может быть способ, – тихо проговорил принц. – Нам нужно его найти! Или все закончится скверно, Лучик.

– Будем искать.

Сокол едва заметно улыбнулся и отвел взгляд, будто мигом забыв о моем существовании. Он все еще был весь в черном, и лицо его оставалось бледным, однако при этом он снова постепенно начинал напоминать себя прежнего. Любому человеку нужно время, чтобы пережить беду. Будь ты принц или нищий.

А в аудиторию вошел лектор – декан Брег. Он окинул взглядом наши ряды, оценил, что студентов на занятии как-то маловато, и недовольно свел брови.

– Значит, так! – проговорил профессор громко. – Слушайте и запоминайте. За пропуски с сегодняшнего дня я лично назначаю штрафы и буду просить о том же других преподавателей. Один пропуск – выговор, два-три – отработки, четыре и более – публично выпорю!

Студенты зашумели. Никто не поверил, что декан действительно это сделает.

– Магически, – добавил Брег. – Вызову на поединок и вымою вами пол. Поэтому в следующий раз хорошо подумайте, стоит ли пропускать занятия. А главное, передайте эту славную весть своим товарищам, которые слишком расслабились и решили, что им позволительно прогуливать!

Я даже вздрогнула, так внушительно это прозвучало, а Сокол хмыкнул. Он явно думал совсем не о лекции.

– Теперь о дополнительных занятиях. – Брег обвел нас долгим суровым взглядом. – Обычно первокурсников не допускали на практикумы, касающиеся наречения имени. Но, посовещавшись с коллегами, мы решили, что вам пойдет на пользу взглянуть, какие возможности откроются перед вами в случае успешного обучения. Поэтому будьте внимательны. Пусть вы сами пока начинаете осваивать азы, посмотреть на чужую магию тоже полезно. И раз все вопросы мы разрешили, приступим к теме лекции…

Я старательно записывала за деканом Брегом. Сокол не писал вовсе. Он выводил на листе бумаги спирали и звезды. Хотелось толкнуть его локтем, чтобы проявил хоть немного внимания, но вместо этого я украдкой вздыхала и продолжала писать, а на второй лекции, к счастью, курсы разошлись по разным аудиториям.

– С каких это пор мы должны терпеть принца? – тут же зарычал на меня Зной.

– Сокол не спрашивает, хотим ли мы его терпеть, – ответила я, стараясь сохранять спокойствие. – Не обращайте на него внимания. Это все тот же Сокол.

– А меня пугает эта обновленная версия, – признался Клен. – Особенно как подумаю, что он кинулся с кинжалом на ректора… Он ведь так может и кому-то из нас горло перерезать.

– Этого не случится!

– Самоуверенно, Лучик. Мне кажется, Сокол сам не знает, случится это или нет. Он опасен, а ты суешь голову в пасть тигра.

– Она сама знает, что делает, – неожиданно вмешался Иней. – А вот чего хочет принц, для меня загадка. Хотя, может, никакой тайны тут и нет? Очевидно ведь, что Лучик нравится ему.

– Глупости! – воскликнула я.

– Не глупости, – покачал головой Клен. – Иней прав, его высокомерное высочество имеет на тебя виды, вот и вьется рядом. А тут еще круг желающих оказаться в его постели заметно уменьшился…

– Клен!

Мои щеки вспыхнули, но однокурсник продолжил:

– И все же будь осторожной, Лучик. Ты успела забыть, с чего начиналось ваше знакомство, а вот мы ничего не забыли.

Да, начало вышло фееричным… И да, я почти не вспоминала о том, как это было. В памяти остался только побег, результатом которого оказалась встреча с Дереком. Вот только что бы ни говорили ребята, они ошибались. Во-первых, никаких «видов» Сокол на меня не имел. Во-вторых, сама я влюбилась в другого мужчину, хоть и не должна, совсем не должна. А причина, по которой принц находится рядом… У нас общая цель. Понять, как отпереть академию и вернуть Дереку его истинное имя. Так что мы на одной стороне. А еще мне не нравилось, какими лицемерными оказались люди вокруг, тут же сменившие отношение к Соколу, как только оказалось, что корона больше не маячит над его головой. Это было мерзко и низко. И я сама не собиралась им уподобляться.

А нас нагнала Пушинка, и разговор тут же сошел на нет. Однокурсница казалась чем-то встревоженной, хотя, теперь для нее это было обычное состояние – после того, как она связалась с племянником покойного императора.

– Еще одна избранница императорского рода, – пробормотал Клен.

– О чем ты? – обернулась Пушинка, уже почти обогнавшая нас.

– Да так, ни о чем, – фыркнул однокурсник. – Говорю, что в последнее время родственники императора испытывают к девушкам из нашей группы неподдельный интерес.

– Ты снова за свое? – вздохнула девушка. – Мне казалось, вы теперь тоже…

– Не «тоже», – перебил ее Зной. – Просто лишние скандалы никому не нужны, и так тошно. Одного не понимаю: чем могут понравиться эти двое? Сокол и Лед. Два сапога пара.

Я бы не согласилась… Такие похожие внешне, внутренне кузены разительно отличались. Сокол был сильным, а Лед… Лед казался слабым. В нем не было цельности его старшего кузена. Совсем разные!

А мы как раз добрались до аудитории, где должна была проходить вторая лекция, поэтому наша беседа сошла на нет. И я этому только порадовалась! До самого последнего занятия мы не вспоминали ни о Соколе, ни о его кузене, и лишь на показательном занятии по наречению имени снова оказались рядом с пятым курсом.

– Давно не виделись, и вот опять, – пробормотал Зной.

Да, лучше и не скажешь. И снова студенты разделились: Сокол, Мрак и Медведь стояли в стороне, их однокурсники бросали на них тяжелые взгляды. Это все продолжалось ровно до того момента, как в тренировочном зале появился лорд Нокс. Все разговоры тут же затихли – заместитель Дерека всегда пользовался у студентов особым авторитетом. А я в который раз порадовалась, что он ничем больше не походит на того сломленного мужчину из наших первых дней в академии.

– Студенты, попрошу вас сесть по курсам на скамьи вдоль стен, – раздался его четкий, уверенный голос, и толпа тут же рассредоточилась по залу, а лорд Нокс вышел в самый его центр. – С завтрашнего дня четвертый курс начнет изучать сложную науку имянаречения. Пятый курс уже с ней сталкивался. Первокурсники, вам же стоит взглянуть, что это такое. Вы спросите, почему сразу практикум. Думаю, тем, кому лишь предстоит столкнуться с нареканием имен, лучше один раз увидеть, чем десятки раз услышать объяснения лекторов. А пятикурсникам не помешает вспомнить то, что они проходили в прошлом году. Я попрошу подойти ко мне студентов Медведя и Окуня.

Двое юношей замерли перед профессором Ноксом. Медведь насмешливо улыбался девушкам, Окунь явно не радовался перспективе сразиться с приспешником Сокола.

Лорд Нокс вдруг поднял сжатый кулак, а затем разжал ладонь, и мы увидели яркую золотую монету.

– Как видите, в моих руках золотой, – проговорил Нокс. – Скажу сразу, наречение можно использовать как на живых существах, так и на предметах. Наша магия состоит из звуков. Не случайно мы вплетаем в заклинания наши истинные имена. Если я скажу вам, что в моих руках не монета, а бокал, вы не поверите. Но суть предмета можно изменить, изменив его имя. Да, золотой не превратится… допустим, в бабочку, но стать серебряной или медной монетой ему вполне по силам, если вмешаться в его глубинную суть. И сейчас студенты Медведь и Окунь нам это продемонстрируют. Прошу!

И золотой подлетел вверх, а лорд Нокс сделал шаг назад, чтобы не мешать студентам. Я с замиранием сердца наблюдала, как монета вращается в воздухе. А затем оба противника начали шептать формулы. Они казались не более чем шелестом, и, тем не менее, сочетали в себе малейшие оттенки звука. Оставалось только наблюдать за настоящим волшебством – как приземляется монета, лорд Нокс поднимает ее, а затем провозглашает:

– Победил Медведь. Монета стала медной, в то время как студент Окунь пытался превратить золото в серебро. Студент Окунь, вам не хватило концентрации. И в формулу имени закралась ошибка. Подумайте на досуге, какая, и завтра на семинаре предоставите мне результат ваших рассуждений.

– Хорошо, профессор Нокс, – уныло ответил Окунь, а Медведь подмигнул девушкам и вернулся к Соколу.

– Позер, – фыркнул принц.

– Мы все еще сильнее любого из этих неудачников, – рыкнул Медведь.

– Самонадеянный позер.

А Нокс уже вызвал:

– Сокол и Ясень.

Принц направился к наставнику, спокойный и уверенный, все еще больше похожий на ворона, чем на сокола. Напротив него замер высокий рыжеволосый юноша.

– Снова монетка? – спросил Сокол у Нокса.

– Зачем же? – улыбнулся Шейд. – Не ваш уровень, ваше высочество. Ассистент!

Хорошенькая девушка, видимо, выпускница академии, внесла небольшой ящичек и передала преподавателю.

– Готовы? – спросил тот.

– Да, – ответил Сокол, а Ясень только кивнул, и Нокс открыл ящичек. В воздух поднялась бабочка, она затрепетала крыльями. Живое нарекать сложнее… Это знал каждый маг, даже такой недоучка, как я. А бабочка попыталась улететь. Губы Сокола зашевелились, Ясень говорил чуть громче, и его заклинание забивало звуки, которые сплетал принц. Вспышка – и вместо бабочки к потолку взвился сокол. Птица забила крыльями, заклекотала, а затем вылетела в приоткрытое окно.

– Хорошая демонстрация, – кивнул Нокс. – Правда, вы лишили меня бабочки. Ясень, слишком много шума из ничего. Вы долго думали, во что превратить бабочку, и сбивались с формул. Больше хотели покрасоваться, поэтому и проиграли. Плохая работа. Следующий…

Очередная пара вышла к лорду Ноксу, а Сокол вернулся к нам. В отличие от Медведя, он не лучился самодовольством. Наоборот, казался чуть разочарованным.

– Что не так? – спросила я шепотом.

– Мы меняем суть предмета, но его имя остается прежним, – тихо ответил принц. – Получается, нет возможности изменить имя? Надо поговорить с Ноксом.

– О чем ты? – обернулся Лед.

– Да так, мысли вслух, – ответил Сокол. – Не бери в голову.

Мы молча наблюдали за следующими поединками, а когда они закончились, лорд Нокс сказал:

– Надеюсь, вы поняли, как важно твердо знать, на какую цель направлена ваша магия, для чего вы ее используете. Только в этом случае вы достигнете успеха. Занятие закончено. Сокол, Лучик, жду вас на индивидуальном практикуме.

И, попрощавшись со студентами, наш наставник пошел прочь. Нам с Соколом оставалось только направиться следом. Впрочем, шли мы недалеко. Вскоре Нокс распахнул перед нами двери аудитории. Я шагнула внутрь и замерла, не веря своему счастью, едва сдержав возглас:

– Дерек!