Текст книги "Академия имен (СИ)"

Автор книги: Ольга Валентеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

– Наставник! – выпалил Сокол. – Я просто…

Так Дерек был его наставником до лорда Нокса? Что же, об этом вполне можно было догадаться.

– Просто или нет, – снова прервал принца Шторм, – а сейчас тебе пора. Увидимся вечером.

И пошел прочь, а принц так и остался стоять посреди коридора, сжимая кулаки. Сокол выругался, резко развернулся и наткнулся на меня.

– А, леди Лучик! – язвительно проговорил он. – Что, любопытство заело?

– Нет, я иду на занятия, – ответила спокойно.

– Оно и заметно. Забыла, где находится аудитория? Тебя проводить?

– Сама найду!

– Очень на это надеюсь. Если пропадешь или заблудишься в коридорах, для нашей академии это будет невосполнимая потеря! До встречи.

И Сокол пошел прочь, а я едва сдержалась, чтобы не проклясть его в спину, но принц прав. Мне тоже пора на занятия, а Дерек… С ним я тоже надеялась поговорить вечером. Поэтому ускорила шаг, чтобы успеть в аудиторию до того, как начнется лекция. И все же сердце пело! Шторм рискнул покинуть подземелье! Может, и для академии это хороший знак?

УРОК 17

Не бойся перемен – они могут быть к лучшему

Впервые лекции тянулись для меня так долго! Очень хотелось поговорить с ректором Эвернером. Со Штормом… Но прежде, чем это случится, следовало старательно учиться. Именно за этим мы сюда приехали, разве нет? И я училась, но мысли мои были далеко… Рядом с тем, о ком думать не стоило. Наконец, настало время практикума. Я прошла в аудиторию, где обычно меня ждал профессор Нокс, но сегодня вместо него там находился Дерек. Глупое сердце забилось быстрее, и я улыбнулась.

– Добрый день, ректор Эвернер, – сказала я ему. – Как самочувствие?

– Благодарю, Лучик. Не так плохо, как могло бы быть, – с грустной улыбкой ответил он. – Моя магия пришла в относительную стабильность, и мы с Шейдом решили попробовать поискать ответы… на накопившиеся вопросы.

Конечно, он говорил о Глории Нокс. Оставалось надеяться, что у них все получится! Дерек повел рукой, и я скорее угадала, чем увидела браслеты на его запястьях. Рубашка и пиджак надежно скрывали их от посторонних. Однако сколько выдержат эти браслеты? Сможет ли их мощь защитить академию от ее ректора?

– А… где лорд Нокс? – спросила я.

– Шейд задерживается. – Дерек едва уловимо пожал плечами. – Готовит документы, с которыми мне следует ознакомиться, отдает распоряжения. Надеюсь, теперь ему станет хоть немного легче управлять академией. Пусть на время… А чтобы ваше занятие не пропало, пришел я. Правда, я не смогу с тобой потренироваться, не стану подвергать опасности, зато пригласил того, кто сможет. Только он, как всегда, опаздывает.

В эту минуту двери открылись, и его высочество Сокол замер на пороге. Он внимательно посмотрел сначала на меня, затем на наставника.

– Проходи, Эден, – сказал ему Шторм.

– Я думал, мы потренируемся с вами, – в легком замешательстве проговорил принц.

– Увы, сейчас из меня не лучший наставник. – Дерек покачал головой. – Моя магия сильно ограничена, и все, что я могу вам обоим дать, это теория. А профессор Нокс занят, поэтому мне показалось, что тебе стоит потренироваться с Лучиком, раз уж у вас одинаковый тип магии.

Сокола, похоже, не порадовала такая перспектива. Он угрюмо взглянул на наставника, затем на меня, затем привычно усмехнулся и проговорил:

– Хорошо. Пусть будет Лучик.

– Тем более, я слышал, она снесла твой ментальный щит, – подначил Дерек. – Видимо, плохо я тебя учил. Стоит закрепить пройденное.

– Дело не в этом, – фыркнул его высочество. – Просто студентка Лучик бесцеремонна, как слон в посудной лавке. Я недооценил противника и ошибся.

– А я всегда говорил, что ты сначала применяешь магию, а потом уже включаешь голову, – заметил ректор. – Не знаю, какие именно типы ментальных магических практик вы разобрали с лордом Ноксом. Думаю, что многие. Однако перед тем, как я заболел, собирался рассказать тебе об одном занятном заклинании. Думаю, и для первокурсницы оно тоже будет полезным.

– И что же это за заклинание?

Я удивилась: в глазах Сокола читался неподдельный интерес. Если до этого принц делал вид, что все происходящее его донимает, то сейчас что-то неуловимо изменилось. Видимо, Дерек больше устраивал его в качестве наставника, чем лорд Нокс.

– Заклинание разделенного разума, – поведал нам Дерек. – Слышал о таком?

Сокол отрицательно покачал головой. Вообще, принц казался на удивление смирным. Не злился, не зубоскалил. Будто это совсем другой человек.

– Неудивительно, Нокс его не любит, потому что оно не всем дается, – продолжил ректор. – Суть звукового воздействия заключается в том, что люди, объединенные им, чувствуют друг друга ментально. Это помогает, например, при совместной атаке, или если нужно держать связь на большом расстоянии. Сам я с тобой попрактиковаться не смогу, поэтому Лучик – лучшая кандидатура для подобной связки. Конечно, у заклинания есть и свои подводные камни. Например, вы станете ощущать друг друга слишком хорошо. Это может приоткрыть партнеру некоторые ваши мысли и планы… Понятное дело, не всегда приятно чувствовать подобное. У каждого есть то, что он хочет скрыть. Поэтому без вашего согласия тренироваться не будем.

– Я согласен, – решительно произнес Сокол.

– Я тоже, – кивнула в ответ. – Мне нечего скрывать.

Разве что… мои встречи с Дереком в подвале академии. Но ректор должен понимать, что Сокол может уловить нечто подобное, и здраво оценивать риски. А может, у Дерека свои причины показать нам именно это заклинание?

– Запоминайте формулу: ирэ-ай-шэ. Дополнительно стоит использовать первые буквы ваших истинных имен. Лучик, какова первая буква твоего истинного имени?

Я покосилась на Сокола. Он не тот, кому хотелось бы доверять даже такую мелочь. Но все же сказала:

– А.

– Отлично. Тогда мы получим формулу ирэ-ай-аэ-шэ.

Получается, первая буква истинного имени Сокола – «э», как и у его второго имени Эден.

– Связь формируется следующим образом. Смотрите друг другу в глаза. Можете даже взяться за руки. Произносите при этом звуковую формулу и представляйте, будто между вами возникают крепкие нити – от сердца до сердца, от головы до головы. И когда начнете видеть глазами друг друга, скажите.

Сокол протянул мне руку. Он был необычайно серьезен. Таким я принца раньше не видела, а теперь вдруг он возник передо мной совсем другим, сосредоточенным и готовым учиться. Удивительно… Видимо, ректор Эвернер был для него не только наставником, но и авторитетом.

Я вложила свои пальцы в его теплую ладонь. Если честно, не могу сказать, чтобы мне хотелось делиться с Соколом самым сокровенным, но Шторм вряд ли выдумал это занятие просто так. Значит, наступит минута, и оно нам пригодится.

– Готова? – спросил принц, будто просил руки и сердца.

– Готова, – ответила я с тою же решимостью, и мы в унисон произнесли:

– Ирэ-ай-аэ-шэ.

Понятное дело, сразу у нас ничего не вышло, но мы повторяли заготовленную формулу снова и снова, до боли в горле и рези в глазах, устремленных друг на друга, а потом я вдруг поняла, что вижу себя со стороны… Это было до того удивительно, что едва не разорвала возникший контакт.

– У нас получилось.

Голос Сокола будто прозвучал в голове.

– Как и говорил Нокс, ваша магия очень хорошо совместима, – заметил Дерек. – Что же, нам стоит этому порадоваться. Теперь вернитесь каждый в свою голову, если можно так выразиться, и постарайтесь не разрушить ментальную нить.

Я почувствовала, как чужое сознание отстраняется.

«У тебя красивые глаза», – услышала вдруг в голове голос Сокола.

«Не говори глупостей!» – мысленно шикнула на принца.

– А мне нравится это заклинание, – сказал Сокол вслух. – И что дальше, наставник?

– Выйди в коридор, и при этом постарайся сохранить связь с напарницей. Лучик, а тебя я попрошу кое-что передать Соколу, когда он выйдет.

Принц оказался за дверью. У меня начала болеть голова, будто протестуя, что он отдаляется.

– Скажи ему, что теперь я буду присутствовать на большинстве его практикумов, и если он не возьмется за голову, отправлю на кухню мыть посуду, – заявил ректор Эвернер.

Я старательно передала это Соколу. Так странно… Мигом как ответ пришло его веселье – он не поверил ни слову.

– Не верит, – сказала я Дереку.

– Слово ректора, – усмехнулся тот.

– Нечестно, – заглянул в двери принц. – Почему ко мне такое повышенное внимание? Папенька меня даже короны надумал лишить.

– Еще неизвестно, какая магия у твоего брата, – ответил ректор. – Мы должны предусмотреть все. Ступай сюда. Представь, как истончается нить, соединившая вас с Лучиком. Медленно, аккуратно. Не рви изо всех сил.

Сокол, может, и старался быть осторожным, но я не удержала связь. Он поморщился и потер виски, а я уловила едва заметный запах дыма. Снова забралась, куда не следует!

– А теперь еще раз! – скомандовал неумолимый Шторм.

Так мы тренировались, пока оба не сползли по стеночке на скамью. И только в эту минуту появился лорд Нокс. Он окинул нас внимательным взглядом и довольно усмехнулся. Видимо, посчитал себя отмщенным за все то время, что ему пришлось учить Сокола.

– На сегодня практикум окончен, – сказал ему Шторм. – Оба студента уже ни на что не годятся. Отправляй обоих отдыхать.

– Я хотел поговорить с вами, ректор Эвернер, – тут же встрял принц.

– Не сейчас, – покачал головой Шторм. – А вот вас, Лучик, я попрошу уделить мне еще пару минут. Ступайте, Сокол.

Принц явно не желал уходить, однако и перечить не стал. Только наградил меня тяжелым взглядом.

– О чем вы хотели поговорить, ректор Эвернер? – спросила я.

– Не стоит, Лучик, – улыбнулся Дерек. – Сокола здесь больше нет, можешь говорить мне «ты». Я бы хотел, чтобы вы с Шейдом вечером сходили со мной к озеру. Может, получится еще что-то разглядеть.

– Хорошо, конечно.

– Не лучшая идея, Дерек, – вмешался Нокс. – Лучик всего лишь первокурсница, в случае чего она не сможет себя защитить.

– Я это понимаю, Шейд, – ответил ректор. – И все же защита академии хорошо на нее реагирует. Возможно, она сама сможет каким-то образом вызвать видения из прошлого. Я бы не звал тебя с нами, тебе будет тяжело, но кто-то должен принять меры, если что-то пойдет не так.

– Я иду с вами, и это не обсуждается, – сурово произнес Нокс.

– Договорились, – кивнул Шторм. – А теперь прошу прощения, мне нужно немного отдохнуть.

И он оставил нас с лордом Ноксом вдвоем.

– Не нравится мне все это, – тихо пробормотал Шейд. – Дерек слишком рискует. Причем, не только своей жизнью, но и вашей, Лучик.

– Я сама согласилась на этот риск, – напомнила я заместителю ректора. – И если мы действительно сумеем увидеть хоть что-то…

– Главное, чтобы он при этом не сорвался. Если вечером поймете, что нечто пошло не так, бегите, Лучик. Это будет лучшим решением не только для вас, но и для всей академии.

– Хорошо, профессор Нокс, – пообещала я. – Могу идти?

– Ступайте, – кивнул наставник. – И простите, что не смог провести для вас практикум.

– Мы потренировались с Соколом. Ректор Эвернер считает, что это пойдет на пользу нам обоим.

– Будем надеяться, Дерек прав.

На этом я направилась в свою комнату, оставила там тетради и книги, переоделась в обычное коричневое платье. Уже заканчивала собираться, когда в двери постучали. Неужели Пушинка опомнилась? Но за дверью стоял Зной.

– Мы идем ужинать, Лучик. Ты с нами? – спросил он.

– Да, конечно, – ответила я и поспешила к ребятам. Вот только в коридоре, кроме Зноя, был лишь Иней.

– А где Клен? – растерянно спросила я.

– Мы бы тоже хотели знать, – угрюмо ответил Иней. – Не видели его после занятий.

– Надеюсь, хоть он не нашел даму сердца? – невесело улыбнулся Зной. – А то Пушинка уже убежала со своим ухажером. Ох, и неприятный тип!

Неприятный, это правда. Но, наверное, Сокол был прав, и не стоит вмешиваться в отношения Пушинки и его кузена. Она взрослая девушка и сама способна сделать свой выбор.

– Идемте, я страшно голодна, – поторопила ребят, чтобы развеять гнетущее настроение, и мы вместе направились в столовую.

Увы, Клена там не было, как и всей братии принца Сокола. Мы с ребятами обменялись тревожными взглядами. Неужели Клен перешел дорогу его высочеству? И если да, то где он и как нам ему помочь?

– Подождем еще немного, – тихо сказал Зной. – И если Клен не появится…

– Мы его найдем, – Иней договорил за друга.

– Обязательно, – кивнула я, раздумывая, а не сказать ли Шторму об исчезновении товарища. Вдруг он попал в беду? Но сначала – озеро, иначе кто знает, что будет потом?

УРОК 18

Не вмешивайся в чужой выбор

Вечер неумолимо приближался. При этом Клен так и не появился, и мои однокурсники отправились на его поиски, а я… я с замиранием сердца ждала Шторма и профессора Нокса у входа в парк. Вскоре они появились – вместе. Видимо, до этого шли и обсуждали, как именно разыскивать убийцу Глории на озере. Хотелось спросить, не страшно ли Шторму довериться мне. Как и сказал лорд Нокс, я всего лишь первокурсница, неумеха, даже не прошедшая магическую инициацию, но при этом почему-то у меня получилось увидеть тень убийцы в прошлый раз. Может, на самом деле когда-то в глубине веков Эвернеры породнились с моей семьей? Увы, ответа на этот вопрос у меня не было.

Дерек увидел меня, и на его губах появилась бледная улыбка.

– Спасибо, что пришла, Лучик, – сказал он. – Мне жаль, что приходится подвергать тебя опасности, но без твоей помощи мы не обойдемся.

– Я буду рада, если получится хоть чем-то помочь, – сказала искренне. – Идем к озеру?

Шторм кивнул, и мы направились по главной аллее туда, в глубь парка, чтобы снова попытаться увидеть произошедшее с Глорией.

Было ли мне страшно? Немного. Я не была отчаянно храброй, как некоторые девушки, но и трусихой себя не считала. И все же… Я больше боялась за Шторма. Вдруг ему после этого придется вернуться в подземелье? А если он потеряет рассудок, как и предупреждал лорд Нокс? Глория уже погибла, ее не спасти… И все же убийца ходит среди нас. Это не могло не пугать, не заставлять сердце биться отчаянно быстро. Его надо найти! Найти и остановить.

Наконец, впереди показалась черная гладь воды. Я заметила, как стиснул кулаки профессор Нокс. Наверное, ему нелегко находиться здесь после случившегося. Кто обнаружил его погибшую супругу? Он сам? Кто-то из студентов? Подходил ли он к озеру после того, что случилось? На эти вопросы у меня не было ответов. Я могла лишь сочувствовать его потере и надеяться, что гибель молодой женщины не окажется безнаказанной.

– Сюда, – тихо проговорил Шторм, подходя к самой воде.

Он опустился на колени, посидел так немного, будто стараясь слиться со стихией.

– Мне понадобится твоя помощь, Лучик, – сказал он едва слышно. – То заклинание, которое вы сегодня практиковали с Соколом… Я хочу, чтобы ты объединила свое сознание с моим, и тогда я через тебя попытаюсь увидеть больше.

– Это безумие, Дерек! – воскликнул лорд Нокс. – Ты нестабилен, девчонка заблудится в твоем разуме!

– Ей это не грозит. – Шторм упрямо покачал головой. – Если я пойму, что ей угрожает опасность, – тут же разорву связь. Поэтому просто не мешай, хорошо?

Нокс молчал, только смотрел на друга как-то… отчаянно. Будто не верил, что наша затея кончится добром. Верила ли в это я сама? Да. Почему-то Шторму хотелось верить.

– Приступим? – спросил Дерек. – Только я не знаю первую букву своего истинного имени. Придется использовать твое.

Не знает свое истинное имя? Я вздрогнула. Как это? Он ведь маг, ректор академии. Разве такое возможно? Как тогда Шторм вообще творил магию до того, как академию и мир вокруг разделила невидимая стена?

Он прочитал вопрос в моих глазах и пообещал:

– Если у меня получится, я обо всем тебе расскажу. Даю слово.

– Хорошо, – кивнула я, и мы одновременно произнесли формулу. Повторяли ее до тех пор, пока я вдруг не ощутила отчаяние. Не свое, чужое. Оно жило внутри Шторма, окутывало его плотным серым коконом. От этой боли хотелось убежать, но шансов не было.

– Позволь мне действовать через тебя, – расслышала в голове его голос.

– Действуй, – ответила уверенно.

Полилось протяжное заклинание. Сейчас я сама не могла сказать, кто его произносит: я или Шторм. Мы будто слились воедино, стали одним целым. И каждый звук заставлял меня все больше погружаться в чужие чувства и эмоции. Сквозь отчаяние пробивалась растерянность, а еще был маленький, хрупкий росток надежды. Шторм не потерял веру в то, что все еще может закончиться хорошо, и я готова была помочь ему сохранить это едва уловимое чувство.

А по берегу снова шла Глория Нокс. Чужими глазами я увидела, как побледнел ее супруг, даже сделал шаг в сторону тени любимой женщины, но Дерек остановил его:

– Нет.

Как и в первый раз, Глория улыбалась и чему-то радовалась. И не сразу заметила, что к ней приближается девушка. Лицо незнакомки скрывал капюшон плаща.

– А, это ты! – обернулась к ней Глория, подошла к девушке. – Я думала, не рискнешь показаться.

– Тебе не говорили, что иногда знание – это худшая напасть? – прошипел чужой голос. – Оно бывает смертельным!

И незнакомка столкнула Глорию в воду. Та попыталась выбраться, но чужая магия держала крепко, а пространство звенело от силы – вода затягивала несчастную, топила, не давая шанса даже позвать на помощь.

А девушка, убедившись, что Глории больше нет, развернулась и пошла прочь. Я ощутила, как Дерек осторожно разорвал нашу связь, а затем, тяжело дыша, опустился на скамейку, с которой в видении поднялась Глория. По его лицу катились капли пота. Все его тело вздрагивало, а от магии звенело пространство. Загрохотал гром. Я не знала, что делать. Просто потянулась к его магии своей собственной, мысленно приказывая остановиться. И вдруг буря затихла, так и не разразившись громом и молниями.

– Дерек? – позвал друга лорд Нокс. – Мне стоит беспокоиться?

– Нет, – глухо ответил тот. – Не стоит, Шейд, я в порядке, браслеты выдержали, только тебе опять придется их перезарядить. Ты видел?

– Да, – кивнул профессор. – Видел, но кто это был? Какая-то женщина? Что такого могла узнать Глория?

– Я боюсь ошибиться, но… Мне кажется, я узнал голос. Только как такое может быть?

– И кто же это?

– Маделена.

Нокс отрицательно покачал головой.

– Нет, дружище. Разве что Маделена сумела вернуться с того света. Я сам видел ее мертвой.

– Значит, я ошибся… – задумчиво произнес Дерек. – В любом случае, нам известно, что мы ищем женщину, и Глория узнала какой-то ее секрет. Это уже сужает круг поисков.

– Со всей академии до ее половины? – скептически поинтересовался Нокс.

– Хотя бы так. Это ведь лучше, чем ничего.

– Лучше. А теперь давай вернемся в академию. Тебе стоит отдохнуть.

– Я сам приду, – пообещал Дерек. – Оставь нас ненадолго.

Лорд Нокс пристально посмотрел на меня, будто мысленно задавая какие-то свои вопросы, а затем пошел прочь. Я же присела рядом со Штормом. У меня дрожали коленки. Откровенно говоря, вот теперь стало страшно. Все закончилось хорошо, однако это лишь воля случая. А если бы…

Это «если бы» нависло над нами, заставляя молчать.

– Думаю, у тебя накопились вопросы, Лучик, – тихо произнес Дерек.

– Да, – кивнула я. – Ты ведь знаешь, почему академия оказалась отгорожена от внешнего мира?

– Знаю. – На этот раз он не стал ничего скрывать. – Как уже упоминал, это совсем не красивая история, у которой грустный финал. Но раз уж мы с тобой сейчас можем вместе что-то сделать… Я расскажу. Думаю, не стоит упоминать, что се должно остаться между нами?

– Никто ничего от меня не узнает, – пообещала Шторму.

– Тогда слушай. В академию приехала новая преподавательница. Ее звали Маделена. Она проработала здесь год, на летние каникулы осталась – сказала, ей не к кому возвращаться. Я тоже никогда не уезжал далеко из академии, здесь мой дом. И тем летом мы начали много общаться, гулять вместе. И… я влюбился. Так глупо… Она не вызывала у меня никаких подозрений. Обычная девушка, красивая, милая, добрая. У нас нашлось много общего. Я признался в своих чувствах и узнал, что они взаимны. Это лето было… только для нас двоих. Ближе к осени я сделал Маделене предложение, она согласилась. Обычно в таких случаях люди называют друг другу истинные имена, как знак высшего доверия. Она желала этого, и я назвал ей свое…

Дерек замолчал. Я понимала, что это совсем не конец истории, и ждала, пока он сумеет продолжить.

– Не знаю, какое заклинание она тогда применила, – наконец, он заговорил снова. – Однако оно лишило меня памяти. Очень избирательно… Я забыл свое истинное имя, а Маделена… Она уничтожила книгу имен моего рода. Вот только не учла, что магия академии, оставшаяся без хозяина, вырвется на свободу и уничтожит ее первой. Нокс говорит, они нашли обожженное тело рядом с моим. Я был в беспамятстве, после и вовсе обезумел, и чтобы хоть как-то оградить меня, в подвале была оборудована камера. Шейд хороший друг, он делал все, чтобы вернуть меня к жизни. А когда вернул… Академия была отрезана от всего мира. Без истинного имени я не могу снова получить над ней контроль и открыть ворота. Книги имен моего рода больше нет, а брат и отец погибли еще до всей этой истории.

– Ты уверен, что они умерли сами? – тихо спросила я.

– Да, – ответил Шторм. – Я рассказывал тебе, что Гром утонул. А отец просто не справился со своим горем, тяжело заболел и скончался следом. Я же, видимо, казался врагам легкой добычей. Молодой, неопытный. Сам вчерашний выпускник.

– Но зачем? Зачем кому-то было нужно, чтобы ты потерял магию?

– Я задаю себе этот вопрос снова и снова, – признался Шторм. – Ответа на него у меня нет. Возможно, дело в Соколе. Кто-то просчитал, что академия закроется, и принц не вернется домой. Его мать была из достаточно знатного рода. Возможно, кто-то не желает его усиления. А может, Маделена просто хотела получить мою силу себе. Я ведь не помню точно, что тогда произошло, какой именно ритуал она использовала. Эвернеры всегда были хранителями академии имен. Здесь хранятся важные артефакты, которые тоже могли стать целью. Много, много вариантов, Лучик…

Дерек сжал виски, будто у него разболелась голова.

– Лорд Нокс прав, тебе надо отдохнуть, – решила я сменить тему. – Давай вернемся в академию. Только один, последний вопрос. Почему при нашей первой встрече ты назвал себя преступником?

– А разве это не преступление? – глухо спросил Дерек. – Запереть студентов и преподавателей в академии. Есть те, кто сошел с ума. Есть те, кто умер. Я во всем виноват, Лучик, и не отрицаю своей вины. И по-прежнему не вижу способа отпереть ворота.

– Подожди! Но если ты слышал голос Маделены, может ли быть…

– Нокс видел ее мертвой. Разве что здесь побывал призрак.

И мне не было понятно, серьезно говорит Шторм или же шутит. Он поднялся со скамьи, я встала следом, и мы медленно пошли в сторону академии. Ровно до того момента, как услышали шум и крики.

– Что там? – насторожилась я.

– Идем, посмотрим, – сурово ответил Дерек и первым свернул на дорожку, ведущую к отдаленной поляне.

То, что мы увидели, с одной стороны, не укладывалось в голове, а с другой, было вполне ожидаемым. Около двадцати студентов образовали круг, внутри которого шел бой – не магический, обычный. Клен сражался с каким-то парнем со старшего курса. Лицо Клена было разбито, из губы змеилась кровь, одежда говорила о том, что схватка эта далеко не первая – и вряд ли станет последней, если никто не вмешается. Очередное развлечение для элиты этой академии.

«Элита» нашлась тут же. Сокол с безразличием наблюдал за поединком. Рядом с ним замерли Лед и зареванная Пушинка. Телохранитель Мрак и друзья Льда тоже почтили присутствием подобное развлечение.

– Что здесь происходит? – Голос Шторма раздался так громко, что противники тут же замерли, а на поляне воцарилась тишина. Я протиснулась к Клену, растолкав столпившихся старшекурсников, и однокурсник тяжело оперся на мое плечо.

– Дружеский поединок, – за всех ответил Сокол. – Первокурсник не сошелся во взглядах с некоторыми из ребят.

– Дружеский поединок? Теперь это так называется? – Глаза ректора потемнели. – Послушайте меня внимательно, студенты. Может, за эти три года вы и решили, что мир академии принадлежит вам, только вы ошибаетесь. Я все еще здесь ректор и не допущу, чтобы кто-то творил подобный произвол. Когда вы сами были первокурсниками, вас никто не трогал. А ведь ваше поведение очень не нравилось ребятам со старших курсов, разве нет?

И внимательно посмотрел на Сокола. Тот только пожал плечами.

– Не буду спрашивать, кто стал зачинщиком, – сурово произнес Дерек. – Идейный вдохновитель мне ясен, да и первому курсу пора привыкать к работе на благо академии. Студент Клен, студенты Сокол и Лед. С завтрашнего дня после занятий отправляетесь работать на кухню. И если хоть один из вас туда не дойдет, вместо недели наказания отправлю вас туда пожизненно. Да и карцеры под академией никто не отменял. А если подобное повторится, я позабочусь о том, чтобы вы кроме стен своей комнаты, аудитории и отработок, ничего и никого больше не видели. Вопросы?

Все дружно молчали. Сокол испепелял взглядом Дерека, но тоже не противился воле ректора. Сразу было заметно, что Эвернер, вопреки своей молодости и долгому отсутствию, пользуется глубоким уважением среди студентов. Однако представить Сокола и его компанию на кухне? Смешно, право слово! Принц даже ногой туда не ступит.

– Клен, ступайте к целителям, – рыкнул на первокурсника Шторм. – Лучик, проводите его.

Я подхватила друга под руку и почти потащила к академии. Нам навстречу уже спешили Зной и Иней. Они отстранили меня и сами потащили Клена следом за ректором Эвернером, а тот проводил нас почти до дверей лазарета.

– Здесь я вас оставлю, – сказал Шторм. – Лучик, увидимся завтра на практикуме. Клен, я проверю, как вы справитесь со своим наказанием. И впредь, если кто-то из студентов станет докучать вам, сообщите мне.

– Спасибо, ректор Эвернер, – тихо ответил Клен. – Я бы с ними не справился.

– Однако это не помешало вам вступить в бой, – сурово проговорил Дерек. – Впредь думайте прежде, чем делать. Мы сейчас не в той ситуации, чтобы портить жизнь друг другу.

И пошел прочь, а мы втащили Клена в лазарет. Там дежурила молоденькая целительница. Она тут же увлекла нашего друга за ширму, мы же расположились на небольшом диванчике в ожидании ее вердикта. Девушка вскоре вернулась.

– Не беспокойтесь, – заметила наши грустные лица. – С юношей все будет в порядке. Я залечила ссадины и трещины в ребрах. Остальное пройдет само, только стоит избегать подобных драк. А сейчас можете пройти к нему, если хотите, только ненадолго. После магии исцеления всегда клонит в сон.

Естественно, мы желали поговорить с Кленом! Друг ждал нас – он сидел, опершись спиной на подушку, и выглядел куда лучше, чем когда мы привели его в лазарет.

– Рассказывай! – потребовал Иней.

– А что тут рассказывать? – Клен поморщился и отвел взгляд. – Это все мой брат. Он высказывался о Пушинке очень… нехорошо, если сказать мягко, а я вмешался. Его приятелям только это и было нужно. Они сказали, честь дамы можно защитить только пролив кровь, и устроили для меня поединки. Не драться – прослыть трусом. Драться… пришлось.

– Вижу, и зрители подобрались благодарные, – нахмурилась я.

– На самом деле, не в зрителях дело, – покачал головой Клен. – Хотя, возможно, Медведь и хотел развлечь принца и его свиту. Брат просто пытается утвердиться за мой счет. Мол, посмотрите, мне и на брата наплевать ради общих развлечений.

– Звучит скверно.

Клен отвернулся. Этот разговор явно тяготил его.

– Ты выздоравливай, – сказал Иней. – Увидимся завтра, дружище.

– До завтра, – ответил тот, и мы потянулись в коридор. Вот только чего не ожидали, так это встретить там Пушинку. Однокурсница жалась в темноте и выглядела несчастной.

– А ты что здесь забыла? – сурово спросил Зной. – Не насмотрелась еще, как твоих друзей унижают?

– А что я могла сделать? – Пушинка покраснела, ее глаза наполнились слезами.

– Вступиться за друга, – ответил Иней. – Зря пришла, ты тут лишняя.

Я молчала. Какие уж тут слова? Пушинка была там, наблюдала, как избивают Клена, и ничего не сделала. Я бы так не смогла. И если раньше мне казалось, что все мы обрели в ее лице добрую подругу, то теперь это ощущение исчезло.

– Как он? – спросила Пушинка, взглядом указывая на дверь.

– Зайди и поинтересуйся, – резко ответил Зной.

– Не стоит…

– Тогда увидимся на занятиях.

И парни пошли прочь, а я задержалась.

– Клен будет в порядке, – сказала Пушинке. – Но ребята правы, нельзя так просто наблюдать, как избивают твоего друга, и ничего не делать. Иначе может настать день, когда издеваться будут над тобой. Думаешь, твой Лед вмешается?

– Да! – выпалила Пушинка. – Он не такой, как Сокол и его свита! Он не будет стоять в стороне!

– Наивно, – проговорила я. – И, надеюсь, тебе не придется убедиться, как именно он поступит. А теперь прости, мне нужно идти.

Обошла подругу и направилась в свою комнату. Слишком много мыслей было сейчас в голове… Они касались и Пушинки, и Клена, и, конечно же, Шторма. В основном его. История его любви с Маделеной… Наверное, это больно – так разувериться в любимом человеке. И страшно… Ведь если Шторм не вернет свое истинное имя, значит, мы навечно останемся запертыми здесь. А как его вернуть? И все же… Есть ли шанс, что Маделена жива? Если он есть, значит, можно найти ее и заставить назвать истинное имя Шторма. Вот только три года прошло! Девушку видели бы. Она должна где-то жить, что-то есть. Никаких следов присутствия. Получается, Маделена все же умерла. Тогда кто убил Глорию? Что такого она узнала? От мыслей начала болеть голова. Я приняла прохладный душ, легла и закрыла глаза, надеясь хоть немного успокоиться и обрести равновесие. Что будет дальше? Со мною, со Штормом, с другими студентами и преподавателями? Есть ли у нас шанс спасти тех, кто оказался заперт в академии? Шанс найти убийцу невинной женщины. Кто сможет сказать?

УРОК 19

Труд исправляет многие недостатки

Утром наш курс снова встретился на лекциях. Пушинка держалась в стороне – видимо, чувствовала себя виноватой. А может, злилась на нас? Но я по-прежнему не понимала, как можно издеваться над кем-то в угоду толпе, а еще как можно равнодушно за этим наблюдать. Что же, каждый из нас делал свой выбор. Пушинка – не исключение. Для нее отношения с племянником императора оказались важнее дружбы и элементарной человечности. Печально… Но, увы, свои мысли не вставишь в чужую голову. Если, конечно, не использовать ментальную магию.

Клен тоже появился. Он выглядел здоровым, только чуть бледным, и стоило порадоваться, что для нашего однокурсника минувший вечер не имел необратимых последствий.

На первой лекции декан Брег рассказывал нам об основе звуковых проклятий. Ту теорию, которую следует знать каждому, не только магам, специализирующимся в этой области.