Текст книги "Твой худший выбор (СИ)"

Автор книги: Ольга Рузанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Глава 55

Кира

– Что это? – спрашивает Денис, с трудом сдерживая смех.

– Где?... – изображаю наивное удивление и, подойдя, останавливаюсь за его плечом.

– Цветок? – смотрит на горшок с растением на окне.

– Да, цветочек. Не помню, как называется, у меня где-то записано. Я однажды зашла в цветочный магазин и увидела его на полке. Он стоял там один такой грустный и одинокий, что я не могла не купить его.

Данилов оборачивается и, задрав брови, слушает с таким интересом, с каким слушают меня мои подруги, когда я рассказываю им свежую сплетню.

– Ты только в зоомагазин не заходи, ладно?...

– Ладно!... – вспыхиваю, когда обвившая мою талию бесстыжая рука опускается на прикрытую только его футболкой ягодицу и сильно сжимает ее.

Я правда притащила этот горшок сюда в момент, когда мне было особенно грустно. Название вылетело из головы, но имя я ему дала. Дениска.

– Пусть остается, – бормочет Данилов, почувствовав мои губы на своей шее, – Можешь даже подружку ему принести. А то стоит тут один...

– Правда?! – восклицаю счастливо и принимаюсь сочинять находу, – Мне кажется, я где-то слышала, что растениям лучше расти в паре. Так и цветы ярче и аромат от них насыщеннее!...

– Главное, чтобы они у нас тут размножаться не начали.

Я смеюсь, а Дэн разворачивается ко мне и добавляет:

– Как насчет переехать?

Если честно, я переехала к нему уже всеми мыслями. Обустроилась тут и даже пустила корни. Поэтому конкретное предложение не неожиданное, но приятное до внутреннего визга.

– Сюда? – озираюсь по сторонам и делаю вид, что раздумываю.

– Сюда, – рывок, подтягивающий меня ближе, – Давай по-серьезному, а?...

– А мы не торопимся?

– Рокотова, мы даже нехило так стормознули и потеряли целый месяц.

– Мы его не потеряли, Денис, – качаю головой с улыбкой, – Он был нам нужен, чтобы понять, что мы чувствуем на самом деле.

– Да... – кивает он с сарказмом, – Это, мать его, был самый длинный, самый бесконечный месяц в моей жизни. Я разве что на Луну не выл.

– Скучал? – мои губы растягиваются ещё шире, потому что слышать это даже, наверное, приятнее, чем кончать.

– Да, – отвечает он и, боднув меня лбом, повторяет вопрос, – Так что на счет переезда?

– Я не знаю... Тебе придется убедить моих брата и папу.

Его черные брови съезжаеются на переносице, и я прекрасно понимаю, что он чувствует сейчас. Уговорить брата не проблема, его разрешения, в конце концов, не требуется. Но убедить моего папу отпустить меня жить с парнем задачка с тремя звездочками.

– Понял, – говорит Денис, – Артура Александровича беру на себя.

– Не рассчитывай, что он сразу благословит нас, – предупреждаю, очень хорошо зная своего папу, – Скорее всего он назначит проверку временем или чем-нибудь ещё...

Денис, раздумывая, серьзно кивает.

– К моим тоже надо наведаться.

Я слушаю и не верю, что мы с ним стоим и обсуждаем знакомство с родителями и совместное проживание в его квартире. Это же не просто так, верно?... Это же наверняка начало чего-то масштабного, вечного и настоящего?

– С кого начнем?

– С моих? – предлагает Дэн.

По моим рукам и спине проносится волнительная дрожь. Его брата я знаю, а вот родителей видела всего пару раз на соревнованиях ещё до того, как Данилов уехал учиться и стажироваться заграницу.

– Как они отреагировали на то, что ты вернулся? Они не станут винить в этом меня?

– Нормально отреагировали, – говорит он, – С пониманием.

– Пф-ф-ф...

А потом не дав мне даже немного времени на то, чтобы подготовиться морально, Денис звонит своей маме и сообщает, что вечером приведёт знакомиться свою девушку.

Легкое волнение тут же перерастает в панику. Меня бросает в жар, потом сразу в холод и, наконец, в животе завязывается плотный узел.

– Что она сказала?

Дэн бросает телефон на диван и подтягивает меня к себе за рукав футболки.

– Сказала, что они уже жаждут встречи с тобой, – проговаривает в ухо зловещим шепотом, – Моя мать рождена, чтобы быть свекровью.

– Денис! – восклицаю, врезавшись кулаком в его обнаженную грудь, – Ты в своем уме так пугать меня?!

Данилов хохочет, закинув голову и обнимая меня одной рукой, а потом сообщает:

– Они про тебя уже знают. Осталось только познакомиться лично.

В семь часов вечера, держа ладонь в руке Дениса, я вхожу в дом Даниловых. Монументальное двухуровневое строение из темного кирпича и стекла, с хвойным парком на заднем дворе и опоясывающим второй этаж дома балконом.

– Андрей дома? – спрашиваю шепотом, когда за нашими спинами закрывается дверь.

– Надеюсь, что нет, – тихо отвечает Дэн.

Однако его надеждам не суждено сбыться. Его младший брат – первый, кого мы видим и просторном квадрантной формы холле.

– Мам!... Они здесь! – кричит он, ухмыляясь, и быстрыми шагами приближается к нам.

– Привет, – лепечу, сильно радуясь его присутствию.

– Привет, – по-свойски обнимает меня за шею и целует в щеку, – Сестренкой можно тебя называть?

– Ага...

– Свали, Дрюнь, – роняет Денис, оттягивая меня от брата за руку.

Затем из широкого дверного проема появляется Жанна Александровна, а следом за ней выходит Максим Юрьевич.

– Здравствуйте, – проговариваю, от волнения проглотив половину букв.

Мама Дениса, коротко улыбнувшись, шагает нам навстречу, клюет сына в щеку и смотрит на меняя.

– Здравствуй, Кира, а я тебя помню.

– Помните? – удивляюсь я, – Правда?

– Да. Ты выступала в группе поддержки за футбольную команду и однажды назвала Дениса конченным, когда он, проходя мимо, сорвал резинку с твоих волос.

– Я помню! – не сдерживаю смеха, одновременно краснея от стыда, – Вы видели это?

Максим Юрьевич, поздоровавшись с сыном за руку, отвечает за свою жену:

– Да, в тот момент Жанна поняла, что ты наша будущая невестка.

Кровь ударяет в лицо, давит в виски и создает шум в ушах. Я обхватываю ладонь Дениса до боли в собственных костяшках и прижимаюсь к его плечу.

– Не надо спойлерить, пожалуйста, – усмехается он, – Кира все ещё в шоке.

В шоке?! Да я все ещё не могу поверить, что это не сон!... У меня кружится голова, и не слушаются ноги после того, как вчера полюса моей жизни поменялись местами, и ближайшее будущее окрасилось в самые яркие краски.

– И я оказалась права, – заявляет Жанна Александровна.

– Конечно, учитывая то, что ты вспомнила о том случае, когда твой сын бросил стажировку и примчался сюда на розовом единороге.

– Да, – улыбается она ему, – На твоем любимом виде транспорта, милый.

Эпилог

Кира

Около года спустя

– Какая ты красивая, Кира!... – восклицает мама дрожащим голосом, часто – часто обмахивая свое лицо руками.

У меня самой внутри все трясется. Стоя перед ростовым зеркалом, я не шевелюсь и не дышу. Свадебное платье и приколотая к волосам воздушная фата делают меня похожей на куклу.

Леся, бегая вокруг, не перестает щелкать камерой телефона.

– Совсем взрослая... – договаривает мама тихо.

– Мне уже двадцать.

– Скажи это своему отцу, – качает она головой.

У папы сегодня траур. Я не знаю, как он переживет этот день.

– Держи, – говорит Каро, подавая мне свадебный букет из кремовых роз.

Я беру их и подношу к носу, пряча за цветами жуткое волнение.

– Пора, – говорит, вошедший в номер папа, – Идем, Кира.

– Артур, – говорит ему мама, – Побольше радости на лице. Улыбнись.

Он механически улыбается, вызывая приступ смеха у моих подружек, и тут же возвращает лицу каменное выражение.

– Па-а-а-ап...

– Зачем вы так быстро растете? – бормочет он, подавая мне руку.

Я быстро целую его в щеку, и мы с ним вместе выходим из номера отеля и спускаемся в зал, где состоится церемония нашего с Денисом бракосочетания.

Наше с Даниловым решение жить вместе стало для него потрясением. Конечно, он не разрешил!... Он даже думать нам запретил об этом, и нам с Дэном пришлось смириться. Мы встречались когда придется, ходили, держась за ручки, как школьники, и каждый субботний вечер проводили с моей семьей. После нового года папа, удостоверившись в серьезных намерениях Дениса, стал иногда разрешать мне оставаться у него на ночь. Но нужно было видеть его лицо, когда он делал это.

И не успел он смириться с моими ночевками у Данилова, как последовал новый, ещё более страшный для него, удар. Денис сделал мне предложение, и вот теперь папа ведет меня к алтарю.

– Улыбайся, – повторяю я раз за разом.

– Я улыбаюсь, – шипит он сквозь зубы.

Приглашенных в зале собралось столько, что организаторам пришлось потрудиться для того, чтобы все поместились с комфортом.

Мы останавливаемся у входа и шагаем вперед, когда начинает играть музыка. Взгляды всех присутствующих прикованы к нам с папой, а я вижу только стоящего у алтаря Дениса. Высокий, статный, до безумия красивый, он смотрит на меня с такой любовью, что в моих собственных глазах тут же собираются слезы.

Пф-ф-ф... не плакать.

Я репетировала, я готова к самому счастливому моменту моей жизни.

Папа, держа спину ровно и подбородок вздернутым, ведет меня к жениху, не спеша, словно оттягивая момент, когда придет время вложить мою руку в его.

Денис, явно понимая это, терпеливо ждет. За почти год общения с моим отцом он понял, что вступать с ним в споры бесполезно. Что Рокотовская упертость не уступает Даниловскому давлению.

– Кира, ты такая красивая! – раздается в толпе тонкий голосок моей сестренки, – Это моя сестра!... Все видели? Моя!...

Я закусываю губы и смаргиваю слезы.

Наконец мы доходим до увитой белыми цветами арки. Между мной и Денисом всего метр, между моей прежней фамилией и фамилией Данилова – каких-то несколько минут.

– Береги ее, – негромко проговаривает отец, продолжая держать мою руку, – Ей всего двадцать.

– Пап....

– Артур Александрович, вы будете говорить так до ее пятидесяти лет.

– Буду! – соглашается папа кивком головы, – Кира навсегда останется моей дочерью.

– Я буду беречь и любить ее, клянусь, Артур Александрович, – повторяет Денис наверное в двухсотый раз за последний год, – Ее и наших детей.

– Ей всего двадцать.

– Папуль... – мягко высвобождаю руку и подаю ее Данилову.

Папа, не заботясь о прическе и фате, крепко обнимает меня и целует в щеку.

– Будь счастлива, дочка.

Щелкают затворы камер, мелькают вспышки, по рядам гостей идет гул умиления и тихих всхлипов, а я тянусь к уху будущего мужа и тихонько шепчу:

– С детьми ты перегнул, Денис. Чуть не спалились.

Уголки его губ дергаются, а потом он мне так же тихо отвечает:

– Все равно скоро узнают. Шила в мешке не утаишь.

Регистратор начинает свою речь, мы с Денисом смотрим друг на друга, держась за руки, а перед моим мысленным взором лицо папы, когда он узнает, что скоро станет дедом. Мне смешно и страшно одновременно, но ещё больше я хочу видеть его, когда он возьмет внука на руки. Я уверена, счастливее деда не найдется в целом мире.

Волшебный миг наступает, нас объявляют мужем и женой, Поля подносит наши кольца, а потом мы долго принимаем поздравления от наших друзей и родственников.

Море улыбок, теплых объятий и добрых слов. Целая карусель знакомых лиц.

Мои новоиспеченные свекор и свекровь, мой взбалмошный деверь, бабушка и дедушка Дениса, друзья семьи Даниловых Эйне, в чьем ресторане будет проходить наш праздник. Мои мама и папа. Артем, серьезный и строгий, держащий на зрительном поводке мою подружку Машу. Мои многочисленные родственники, подруги и друзья родителей, среди которых Греховцевы, сын и невестка нашего бессменного мэра.

Однако среди всей этой круговерти близких и знакомых я вижу только своего мужа. Его взгляд, жадный, многообещающий, держит мое внимание, не отпуская ни на секунду.

– Ты влюблен в меня по уши, Данилов, – проговариваю шепотом, сжимая его пальцы.

– Ты у меня под кожей, Данилова. Это уже не просто любовь.

Конец