Текст книги "Квант равновесия (СИ)"

Автор книги: Ольга Морох

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

– Мы вернёмся раньше, – Маркус достал и выпустил инфо-дрон, что с боем выдрал у обиженного дата-раннера. С критическим условием, что она тоже увидит все, что зафиксирует аппарат. Вот это будет сенсация. Двинулся вперед по обледеневшему коридору, удерживая руку на рукояти личного «мортиса».

– Андрос, где ближайший узел связи с центральным процессором этого сектора? Мне нужны навигационные логи доков.

– Прямо по курсу, возможно, на развилке у распределительной галереи, – техник пошёл вперёд. – Снимем копию.

Они дошли до конца коридора, где проход расширялся, переходя в главный транзитный зал. И как только луч фонаря Дейка упал на феррокерамитные стены, старший дознаватель ликтората резко остановился.

На переборках чернели глубокие, рваные следы, словно по стенам полосовали бритвой. Вокруг них струпьями застыла непонятная, обугленная субстанция высокой плотности. А чуть дальше, у самого входа в капсульный отсек, поперек коридора стояла наглухо опущенная многотонная титановая заслонка.

– Как её открыть? – старший дозаватель осторожно прошёл вперёд, выхватывая лучом фонаря разбитую мебель, крошево от стен в густой шубе инея.

– Сейчас, – техник поспешил к переборке. Достал инструмент и полез наверх, к потолку. – Тут везде есть дублёры. – Пояснил он. – Станцию строили во времена индустриализации космоса. Боялись, что автоматика откажет. Он покрутил с усилием что-то на потолке и створка начала подниматься. Маркус присел и, едва щель оказалась достаточной, сделал знак, что довольно. Дрон с жужанием нырнул в щель. На виртуальной экран планшета транслировалось изображение камеры.

Все стены и пол в свете крошечного диодного фонаря изрешечены вольфрамовыми иглами. Под таким шквальным огнём сложно устоять. На полу – капли засохшей и замёрзшей крови. Здесь разгорелся нешуточный бой. Только вот между кем и кем? И где тела? Маркус сделал знак технику, что нужен ещё один экспресс-контейнер для сбора крови. Пока станция подкидывала загадок больше чем ответов.

9. Альдебаран-Прайм

Альдебаран-Прайм – вторая по величине станция человечества, вместила в себя место для почти всех известных рас. Потому Альдебаран не пах синтетикой, его запах смешивал органическую биоту ксеносов и химозный шлак людей. И тем, пожалуй, был особенно приятен.

Десмос вышел из шлюза станции био-контроля с твёрдым намерением завалиться в капсульную постель и выспаться. Медик проводящий осмотр и забирающий биоматериал для анализа настоятельно рекомендовал несколько часов глубокого сна и белковую пищу с парой литров воды для восполнения солевого баланса. Посетовал, что внедрённые био-маяки почти разожились под кожей. И сказал, что такого некачественного дерьма в Конфедерации ещё не делали. На что Десмос кивал, зевал и кивал снова. Два прыжка по десять парсеков каждый выскребли его до дна, и держался он, пожалуй, только на двойной порции сакки с добавлением энергетика, что успел перехватить до био-блока. После мёртвой тишины станции «Гиады-Транзит» «Альдебаран» напоминал незатихающий никогда человеческий улей. Гудели голоса, жужжали транзитные челноки, изредка доки вздыхали пневмоприводами, выпуская баржу в технологический трек.

Галереи человеческого сектора уходили вперёд и вверх на километры, теряясь в ломаных ярусах надстроек, висячих платформ и мостов. Повсюду мелькали автоматические терминалы обмена валют, вывески недорогих ночлежек, борделей и баров. Звуки оглушали, как слепили яркие вспышки неоновой рекламы на летающих платформах. Альдебаран, не стесняясь, выедал энергию реактора.

Ур-Кигаль неодобрительно поджимал губы, глядя на цветное изобилие вокруг. Соло выбирала себе бар, а Тоби просто фиксировал происходящее. Десмос же желал найти себе ночлежку без синтетического флёра от искусственных озонаторов.

Прямо над их головами, за прозрачными стенами изолированных трёхмерных тоннелей, простирались колоссальные аква-модули. Там, в плотной, подсвеченной зеленоватым светом соленой воде, лениво перемещались массивные, полупрозрачные силуэты гидробиоты. Они никогда не покидали своих аквариумов, ведя финансовые дела через изолированные терминалы. Чуть дальше, за толстыми слоями силикатной брони, мерцали оранжевые огни азотных грибниц синтрофов.

– Смотри-ка, – Соло кивнула в сторону высокого панорамного окна, выходящего на внешнюю орбиту хаба.

Там, в паре километров от человеческого мегаполиса, в идеальной пустоте парили обособленные спутники кольца энлу. Их плавные, биоморфные силуэты тускло светились молочно-белым светом.

– Плешивые ублюдки, – выругался Десмос в сторону. – Прости, Ур…

– Здесь стало… шумно, – сказал энлу. – Я был здесь… давно.

– О, – Соло подпрыгнула от возбуждающей её атмосферы большого порта. – Как давно?

– Здесь ещё… была цитадель энлу, – Ур-Кигаль обернулся. Возвышаясь над толпой, как маяк, он мог оценить плотность людского потока. Здесь толклись бродяги с Плеяд, торгаши с Талимана, туристы с Терры. Кого только тут не было. Иногда над головами возникали закрытые шлемы экзоскелетов десантников, патрулирующих магистраль.

– Это было лет сто назад, – рассмеялась Соло. – Ты такой старый, Ур?

– Мы не стареем… в вашем понимании, – снисходительно улыбнулся ксенос.

– О! – Заорал Десмос тыча пальцами сразу с двух рук в вывеску «Третий спутник». Ниже под неоновым каскадом букв читалось «Здесь вы можете отдохнуть». – Это то, что мне надо! Вы как хотите, но я завалюсь на пару часов. Встретимся через, – Десмос взглянул на огромные часы над магистралью. Цифры дрожали, «15:18», – в двадцать один по местному в баре напротив.

– Это больше пары часов, – заметила Соло, ухмыляясь и предчувствуя шесть часов абсолютного драйва на Альдебаране.

– Два раза по два, всё честно, – Десмос зевнул и махнул рукой. – Я пошёл.

* * *

В кают-компании Марку с с Лим устроили мозговой штурм. Вернее, Маркус хотел бы сохранить всё, что нашёл в тайне, но поскольку юркие малые инфо-дроны принадлежали дата-раннеру, пришлось платить информацией. К тому же, Лим не так глупа, как иногда кажется, и её скептический взгляд на вещи может помочь в раскрытии этой странной загадки. Вместе с капитаном решили дать команде отдых пару часов и после двигаться дальше, туда, куда ликтора-дознавателя тянул гаснущий био-маяк. На станцию-хаб «Альдебаран-прайм».

– Какие твои предположения? – Лим снова и снова пересматривала запись и останавливая её на том месте, что беспокоило старшего дознавателя больше всего. Дрон залетел в спальный блок, туда, где плотными рядами лежали спальные капсулы, несколько из них были открыты и в пяти обнаружилась какая-то биологическая субстанция. Образцы старший дознаватель собрал. И теперь было очевидно, что человек, обронивший несколько капель крови на пол – это Десмос Ризз. Он на станции был. Но исчез. Реактор повреждён, два шлюза разгерметизированы, один разворочен напрочь. Компания «Виа-транс» понесла огромнейшие убытки, и просто так они дело не оставят. Кому-то придётся ответить.

– Пока у меня мало данных, чтобы предполагать, – заметил Маркус.

– Но это какая-то биологическая катастрофа! – Лим ткнула в экран, где в свете луча инфо дрона. – Ты же взял образцы?

– Я взял образцы, – всё тем же ровным голосом заметил старший дознаватель. Говорить сейчас Лим, что этот субстрат вероятнее всего был когда-то человеком – опасно. Она наверняка по приезде раздует из этого сенсацию. Но рассуждать кроме нее не с кем. Экипаж корабля имеет чёткие функции и не станет от них отклоняться. А подумать есть над чем.

– Нам надо определить хронологию событий, – Маркус положил ладони на стол, и Лим невольно сделала то же.

– Сначала на станцию «Гиады-транзит» прибывает энлийский курьер с грузом. Он взят в аренду у энлийского Синклита и пилотируется человеком, хотя в его логах прописан генотип энлу. Это раз, – Маркус пристукнул ладонями по столу. – Из этого я делаю вывод, что энлу на борту всё-таки есть.

– Кто? – тут же спросила Лим.

– Не знаю… Знаю, что энлу не ладят с людьми, – старший дознаватель поднял взгляд. – Значит, он в плену? Его заставили?

– Или он летает с ними добровольно, – со скепсисом прокомментировала Лим. Пожала плечами. – Так бывает.

– Да… Бывает, – задумчиво согласился Маркус. – Ещё мы знаем, что на Проксиме кто-то, пока не говорим кто, украл энлийские генные ускорители и увёл их из-под носа оружейных компаний…

– И они наняли частную военную компанию, – поддакнула Лим.

– Они наняли компанию, у которой вполне себе могли оказаться на вооружении игломёты с вольфрамовыми иглами. Лучшее средство в условиях закрытой станции.

– Ускорители увел Десмос Ризз! – убеждённо сказала дата-раннер. – Я уверена!

– Между «я уверена» и «у меня есть доказательства» – пропасть. Ты знаешь, что грозит Десмосу Риззу за хранение и использование энлийских ускорителей? – старший дознаватель взглянул на собеседницу.

– Депортация на Фронтир Спика.

– В лучшем случае… Поэтому он никогда не признается…

– Он хотел их продать!

– Ну, конечно, – Маркус положил ладонь на ладонь. – Ему нужны деньги. Он вылетел с Талисмана на старом пинасе, но прилетел на Проксиму на энлийском левиафане. Между этими событиями туман войны…

– Думаешь, он убил ксеносов? – шепотом уточнила Лим.

– Нет, конечно, – отмахнулся ликтор. – Но ничего нельзя исключать. И теперь он берет груз во фрахт и исчезает с радаров. Вернёмся к станции…

– Думаешь, станцию разнесли наёмники? – спросила Лим очень серьёзно.

– Не исключено. Но, видимо наш Десмос Ризз не так прост, раз смог уйти от профессиональных бойцов.

– Думаешь, ушел?

– Маяк подавал слабый сигнал по струне. С Альдебарана. Думаю, да.

– И они в ответ разнесли станцию!

– А вот это нет, – Маркус задумался. – Реактор вывело из строя что-то ещё. Что-то…

Лим замолчала, пролистала запись ещё раз.

– Знаешь, эти дураки отстреливались, как от всадников апокалипсиса, а других повреждений нет… – заметила она.

Маркус выпрямился и посмотрел на Лим тяжёлым, застывшим взглядом.

– Что? – напряглась она.

– Деструкторы энлу не оставляют следов на железе… Они уничтожают и выжигают электронику волновыми деструкторами!

– Энлу, – недоверчиво уточнила Лим, чувствуя, что расследование пошло не туда куда нужно. – У нас же мирное соглашение с ними, нет?

– Да, – Маркус уже успокоился и погрузился в раздумья. – Но человек захватил их корабль. И кто знает, может и сам стал для них важен…

– Как это? Не думала, что для энлу кто-то важен кроме энлу.

– Если он оказал и оказывал для них услуги… Разного свойства. Поэтому он всегда в тени… И в его биографии столько странного.

– О, боже, ты псих, Маркус, – Лим закатила глаза. – Шпионский боевик какой-то!

– Надо разобраться… Мы летим на Альдебаран!

* * *

– Давай, Ур, научу тебя играть в космические бои! – Соло, уже выпила пару стопок янтарного альбаса, и настроение ее порядком улучшилось. Они зашли в бар напротив капсульного отеля и теперь искали, чем убить время. Тоби прочитал технику лекцию о вреде обогащенного химией алкоголя, отчего Соло выдала такую словесную конструкцию, что штурман немного завис, переваривая в электронных мозгах падежи и сопряжения.

– Что нужно… Делать? – Ур-Кигаль с интересом выслушал Соло, тоже замер, укладывая конструкцию в голове на слои и уровни, а потом даже согласился составить Соло компанию за игровым столом.

В баре было шумно, и шум этот, как стена отгораживал любую беседу от чужих ушей. Потому Соло говорила громко и не стесняясь. А после выпитого, так и вовсе потеряла осторожность, снимая напряжение последних часов. Словно не было нападения, и все они просто собрались, как обычно, между рейсами скоротать время. Дес сказал, что все выяснения после того, как он выспится, значит, так и будет.

– Смотри, это биток! – Соло помахала шайбой с ручкой, указала на доску с виртуальным полем. – Это поле! Я отправляю тебе разряд!

И она резко выкинула руку, отчего на виртуальном поле между ними пролетела яркая молния.

– А ты должен его отбить!

– Битком? – Уточнил ксенос, становясь напротив и тоже подхватывая шайбу.

– Да! – Соло опрокинула ещё одну стопку с подноса. – Начали!

Тоби оставался бесстрастным арбитром, просто наблюдая за игрой. Соло кричала, когда проигрывала, а Ур оставался спокойным. Он с методичностью машины вычислял тактику и стратегию противника и с такой же бесстрастной миной загонял снаряды в чужое поле.

Наконец, Соло выдохлась, и смирилась с поражением

– Скажи, Ур, а что значит твое имя? У вас же все слова что-то значат? – она перехватил биту поудобнее и послала разряд на чужое поле.

– Для чего… тебе? – Ур не остался в долгу, и отправил в сторону противника ответный удар.

– Интересно! – крикнула Соло, перекрывая новую волну шума от барной стойки.

«Пёс», – услышала Соло внутри своей головы и вздрогнула. Дес вроде говорил, что они телепаты. От неожиданности, она подумала, что Ур так выругался.

– Так меня зовут, – как ни в чём не бывало продолжил ксенос. – Мне нужно в место для биологической паузы.

– В туалет? – уточнила Соло. – Туда! – И ткнула пальцем. Ур отложил биток и спокойно полез через спины в указанном направлении.

– Пёс, – фыркнула Соло. Подумала, что, может, у ксеносов есть чувство юмора? Подняла взгляд и упёрлась в скуластое лицо над широкой мощной грудью, обтянутой полиэластичной футболкой.

– Привет, детка, – прочла по губам. Алкоголь или чутьё здесь сыграло роль, она не поняла сама. Кулак сжался на ручке тяжёлого битка, коротких замах, и удар снизу в челюсть опрокинули наглеца назад. Сразу со спины обхватили чужие руки, сковывая движения, в плечо неприятно кольнуло. Соло подняли как котенка и понесли прочь. Но сдаваться она и не думала. Тоби, бедняга исчез из поля зрения, а Ур отошёл. Кто знает, как долго они там справляют нужду. Надо справляться самой. Соло со всей дури засадила головой назад, стукнулась затылком о подбородок.

– Не дергайся, детка! – велел похититель. – А то получишь еще один разряд успокоительного.

Похитители со своей ношей бодро пробирались к выходу.

– Пусти! – Соло извивалась, как кошка, лягнула впереди стоящего, а потом ещё раз. На нее уставились злющие колючие глаза уроженца кластера спутников с Плеяд.

– Без обид, братан, – второй из похитителей положил руку на тяжёлый нож на поясе.

– Она у тебя дикая что ли? – усмехнулся бродяга. – Лягается, как лошадь.

– Пустиии! – Соло выворачивалась изо всех сил, била головой, ногами, заставляя похитителя постоянно менять захват.

– Башку снесу, сучка! – прошипели сзади. – Если не успокоишься.

– Пусти, мразь! – удалось освободить руку, и Соло тотчас схватила похитителя за пояс в надежде наткнуться на оружие. Но и тот, за спиной, не собирался сдаваться. Он прижал ей рот рукой, тотчас поплатившись прокушенным пальцем.

– Что за…

– Э, братан, кажется, она с тобой идти не хочет, – бродяга с Плеяд развернулся к похитителю всем телом, демонстрируя «либер» и нож на поясе под плотным плащом. – Кажется, это очевидно.

– Ты кто такой? – прошипел второй, хватаясь за оружие. И бар сразу ощерился холодной сталью и игломётами. На кончике лезвия повисла хрупкая тишина. Каждый второй здесь вооружён. И если хоть кто-то сделает неверный шаг бар грозил превратиться в плюющийся сталью котел, несмотря на регулярные патрули десантников. Похититель от неожиданности ослабил хватку. Соло, не замедлила воспользоваться заминкой. Скользнула на пол, резко развернулась и ударила правой в челюсть. Мужик покачнулся и завалился назад.

– Вот это удар, – усмехнулся бродяга с восхищением. И ко второму, в стандартном гражданском костюме, под которым угадывалась военная выправка. – Иди с миром… Братан. Девушка останется.

– Уже купил себе шлюху? – криво усмехнулся боец.

– Пригласил на чашечку сакки, – и кривая усмешка расползлась по бледному лицу. Глаза, скрытые глубокой тенью от капюшона недобро блеснули.

– Смотри, как бы она тебе мозги не выбила, – прошипел боец, и махнул второму, что лучше уйти.

– Меня зовут Майлз, – с улыбкой сказал бродяга, когда оба смутьяна покинули бар.

– Соло, – дева протянула руку.

– Вега? – уточнил Майлз, пожимая ладонь. Люди в баре потеряли к ним интерес, вернулись к своим занятиям и снова стало шумно.

– Так заметно? – Соло широко улыбнулась.

– Да, я ничего не имею против вегианок. Они такие… Похожи на «Мортис» миниатюрные и смертоносные…

– Да ты романтик, – усмехнулась Соло.

– Последний из… – Майлз оглянулся через плечо, принял от кого-то сигнал и допил все, что было в его стакане.

– Встретимся? Соло…

– Может быть…

Соло улыбнулась невзрачной спине и поспешила назад, к столам с играми. Тоби нашёлся в уголке на полу. Механ потерял подвижность и просто стоял, как болван, проводя диагностику систем. При беглом осмотре обнаружился низкочастотный парализатор, прикрепленный к правому боку. Соло оторвала устройство и спрятала в карман. Тоби несмело сдвинулся с места.

– Я хочу вернуться на корабль, Соло, я неисправен. Мне нужна диагностика, – выдал он. – Это были… злоумышленники, – констатировал он. – Необходимо сообщить в ликторат о нападении.

– Сообщим, – успокоила его Соло. Оба молодца покинули бар, но не факт, что они не ждут снаружи. Даже тупой не проведёт параллелей между нападением на Гиадах и попыткой вытащить механика из бара силой. Соло сразу протрезвела.

– Надо предупредить Деса.

– До условленной встречи еще четыре часа, – возразил Тоби. – Хочешь прервать отдых капитана?

– Когда капитан зачехлит свой дерьмомёт, то, пожалуй сможет отдохнуть, – зло прошипела Соло, превращаясь в ядовитую змею. – А пока надо предупредить его. Пошли, найдем Ура! А потом встряхнём нашего капитана!

10. Провал за провалом

Эн-Ки-Нат милостиво принял дары от таллумов низшего дома Альдебарана. В былые времена это была самая дальняя цитадель цивилизации. Но теперь энлу пришлось делить космос с людьми, и платить за соседство потерями. Но Синклит решил, что воевать с людьми не выгодно. Они хоть и обладают лишь примитивными технологиями основанными на механике и кинетике, но весьма изобретательны и изворотливы. Такие тоже нужны.

На кольце вокруг бывшей цитадели обитали таллумы низших домов. Следили за порядком и исполняли роли переговорщиков и информаторов, если потребуется. Дом Э-Ан с радостью принял сиятельного таллума дом Эн-Ки.

Эн-Ки-Нат в сопровождении Э-Ан-Тота прошёл в приёмный зал, поражающий своим масштабом. Когда-то здесь собирались таллумы многих домов, чтобы вынести общее для всех решение. Теперь же он выглядел пусто и заброшено, но не утратил монументальности и красоты. Дом Э-Ан хорошо заботился о тех кольцах, что остались от цитадели. Пол был сделан из гладкого биоморфного композита глубокого тёмно-синего цвета. На его полированной поверхности, напоминающей застывшее реликтовое озеро, то тонули, то вспыхивали мириады крошечных серебряных искр застывшей органики, чутко реагирующих на шаги и смещение био-полей. За каждым из энлу тянулся серебряный след. Высокий, параболический свод потолка терялся в рассеянном молочно-белом сиянии, словно над головами таллумов раскинулось искусственное предрассветное небо.

Вся внешняя стена зала была выполнена из колоссальной изогнутой плиты силикатной брони, открывающей панорамный вид на внешнюю орбиту Альдебарана-Прайм. Малейшие искажения гасились геометрией плиты. С этой высоты монструозный хаб человечества лежал как на ладони. Отсюда он казался хаотичным, грубым нагромождением ржаво-серых металлических блоков, опутанных километровыми нитями транспортных треков

– Что привело сиятельного таллума в этот уголок вселенной? – вежливо поинтересовался Э-Ан-Тот. Он подвёл гостя к монструозному экрану, словно желая показать, сколь сильно разросся человеческий хаб, и как сильно отличается стерильная чистота кольца энлу от суетной, грязной человеческой станции.

Прямо по курсу, заполняя собой добрую четверть обзорного вида, пылал Алдебаран – оранжевый гигант. Свет его казался густым, багрово-янтарным, делая обшивку зала пылающей, словно сама звезда. Колоссальные протуберанцы, уходящие поднимающиеся на миллионы километров, подсвечивали станцию зловещим медным отсветом. Остальное пространство было усеяно молодыми скоплениями звёзд. Где-то там от станции до станции, от маяка до маяка сквозь пространство тянулись пространственные струны – величайшее из открытий энлу, которым тоже пришлось делиться с людьми.

– Я ищу беглеца, – медленно, смакуя каждое слово сказал Эн-Ки-Нат. – Он прибыл сюда…

– Что ж, я готов оказать любое содействие, – Э-Ан-Тот чуть поклонился. – Если сиятельный таллум позволит, кого он ищет?

– Люди посмели напасть на нас… Мы потеряли бойца… – словно не слыша вопроса продолжил Эн-Ки-Нат.

Эта новость заставила Э-Ан-Тота замереть, ожидая продолжения. Но Эн-Ки-Нат молчал, разглядывая громадину станции перед собой.

– Сиятельный таллум хочет возмездия? – прервал хозяин молчание.

– Возможно, – наконец отозвался Эн-Ки-Нат, не отрывая взгляда от звезды. – Вызови мне претора этой станции. Я буду говорить с ним.

* * *

Претор узла «Альдебаран-Прайм» Алекс Штейн всегда нервничал и потел, когда его вызывали на внешнее кольцо в дипломатический корпус. Чёртовы ксеносы не желали иметь ничего общего с людьми, даже делить с ними пространство космической станции, потому для них было построено кольцо-дублёр, которое по простому называли бета-дублёр. Здесь для ксеносов выделили отдельную энергетическую ветку, свои системы жизнеобеспечения и даже транспортную сеть. Редко и даже никогда нельзя было встретить энлу в секторах Альдебарана. Уступив свою Цитадель людям, ксеносы забыли о ней навсегда, как о заражённой грибком Малвелла. Все контакты свелись в основном к обмену письмами и небольшими посольствами на всевозможные праздники. Например День примирения энлу отмечали, как День Глубоких Раздумий. Уж очень им нравились пафосные названия.

Претор Штейн подтянулся перед зеркалом и втянул брюхо. Форма конфедерата сидела как влитая, потому что была пошита на заказ, с учётом всех несовершенств фигуры. Супруга утверждала, что в этой форме он похож на генерала. Но перед энлу он скорее будет похож на бордовый пончик без посыпки. Претор Штейн вздохнул. Двое телохранителей в военной форме Кофедерации делали вид, что их тяготы несчастного претора не касаются. А между тем это Альдебаран! Логистический узел связывающий многие пути!

Здесь открыли представительство акваты! А это что-то да значит. Эти головоногие вообще не желали путешествий, им было комфортно и на родной Океании. Но стремительно растущий ареал перелётов зацепил и их. А синтрофы? И им нашлось место в многорасовом пространстве Альдебарана! Энлу, правда, с ними даже говорить не желали. Но зато синтрофы производили неплохой питательный субстрат. Дёшево и без усилий. Самое оно, чтобы накормить голодающих беженцев и нищих с Терры. И кто же нашёл для каждого подходящий уголок? Алекс Штейн! Конфедерация должна наградить ретивого претора. А вместо этого ему приходится балансировать между нуждами станции и требованиями энлу. Проклятые ксеносы. Ещё и этот боевой крейсер на орбите. Один вид вызывает трепет.

– Сиятельные таллумы ждут вас, – энлу в странном платье, прикрывающем грудь и бёдра поклонился. Или это она? Не суть. Претор подтянул ремень, но брюхо тотчас навалилось сверху, занимая удобную позицию. Как же противно было смотреть на надменные лица этих ксеносов!

Алекс Штейн расправил плечи и вошёл в зал. На тёмном полу, где-то внизу, открывался колодец со звёздами. Претору нравилось, но нельзя это показывать. У этих энлу каждый жест имеет значение. И нечаянный жест может вызвать дипломатический скандал.

– Приветствую, сиятельный дом! – произнёс претор ритуальную фразу, не подавая вид, что сегодня его удивил состав делегации. Рядом с послом А-Эн-Тотом сидел ещё один энлу, белыми росчерками на плечах, едва покрытых этими глупыми тряпками.

– И мы приветствуем тебя! – с готовностью откликнулся посол и тотчас склонил голову. – Сегодня сиятельный дом Эн-Ки озарил нас светом.

– Эн-Ки, – претор, сколь позволяло округлое пузо, поклонился. Чёрт их разберёт этих ксеносов. Вроде повыше, чем посольская династия.

– Эн-Ки-Нат, – поправил второй энлу, высокомерно приподняв подбородок. – И я хочу сказать, что потерял одного воина. На нас напали люди на одной из ваших станций. Я в праве требовать возмездия. Иначе высокому Синклиту станут известны все детали.

Алекс Штейн замер, переваривая новость. Кто посмел напасть на энлу? Как это возможно? Это война? Опять? Ксеносы легко отрежут человечество от глубокого космоса, если захотят. От претора требовалось проявить максимум дипломатической изворотливости и такта.

– Я бы решил всё миром, – сказал подобострастно претор Штейн. – Позвольте, выскажу свои предложения…

* * *

Десмос проспал пять часов и чувствовал себя бодрым. Относительно. Капсульный отель предлагал услугу сухого душа и чистки одежды, чем капитан не замедлил воспользоваться. За века эволюции человечество так и не победило своего самого первого врага – гигиену. Потому к бару Десмос вышел уже отдохнувшим и свежим. Во всех смыслах. И даже успел заскочить в магазин сувениров, чтобы приобрести недорогую шпильку с замысловатым плетением на конце. Соло будет довольна. Или нет. И снова пообещает загнать шпильку в печень. Но время для отдыха закончилось. Пора провести предстартовую диагностику всех систем, выслать доклад о произошедшем на Гиадах и выдвигаться. Впереди самый сложный отрезок пути. Самый безлюдный, потому его надо проскочить как можно быстрее.

Толпа выплюнула капитана перед входом в бар с синей вывеской «У штурвала». Редкий поток праздношатающихся пешеходов вдруг резко уплотнился и стал похож на колодец, Десмоса толкнули плечом раз, другой, окружая. Потом последовал укол, и тело как-то сразу начало терять волю и силы стоять на ногах. Дальше все виделось мутно и тускло.

– Привет, братан, не ждал? – услышал Десмос. С обеих сторон к нему притёрлись какие-то типы в штатском, один накинул безвольную руку капитана на плечо. Второй хлопнул по спине, знаменуя проходящим бродягам что всё под контролем. – Сейчас прогуляемся немного…

И синяя вывеска начала удаляться. Самозванные «братки» бодро потащили обездвиженное тело прочь, по магистрали, затем в узкую щель между двумя контейнерными блоками. Десмос не чувствовал тела, хотя все видел и слышал. Фиксировал только, что его затащили в какой-то контейнер, один из многих в припортовом кластере. Наверняка, арендованный. Массивная дверь закрылась, отсекая всякую надежду, включились диодные контуры под невысоким потолком. И сразу назначение контейнера стало очевидным: посередине стояло кресло в проводах с подключённый генератором высокочастотного тока.

Десмоса, как куклу, бросили на анатомическое кресло из серого матового пластика. Уложили ровнее, стянули куртку. Спинальные порты автоматически подключились к разъемам, фиксируя положение. А на запястьях защелкнулись магнитные замки.

– Ну, вот, теперь ты с потрохами наш, – сказал один из похитителей. Десмос панически соображал, кто сейчас стоял перед ним: люди Кольпера? Или те, с Гиад? Чего им надо? Все трое были одеты в невыразительные костюмы. Таких встретишь на магистрали и не подумаешь, что их следует опасаться. Разве на поясах висели «мортисы».

Один из похитителей молча вогнал шлейф в разъём кресла и по спине пробежал ток готового к работе инструмента. Пленник по прежнему не мог сказать ни слова. Может, если поторговаться, можно выкупить свою свободу? Или это и вовсе ошибка.

– Десмос Ризз, – протянул тот, с квадратным лицом, что стоял прямо перед креслом. Нет, не ошибка. – Ну и ублюдок же ты! Из-за тебя мы пришили ксеноса!

Десмос молчал, чувствуя, как разогреваются порты на спине и в затылке.

– К делу… Нам нужны ускорители. Все, что есть. А у тебя они есть, – отрезал тот, что стоял впереди, которого Десмос внутри окрестил «Ублюдком». «Ублюдок» сделал знак второму у генератора, и тот до упора выжал тумблер на распределителе нагрузки.

Вместо электрического разряда по спинальным портам ударила направленная волна высокочастотных импульсов. Это была чистая, концентрированная боль, сгенерированная напрямую в нервную систему, каждую клетку. Изнутри это ощущалось, словно по позвоночнику и к основанию черепа вогнали плазму под напором. Под действием рефлексов тело свело судорогой. Перед глазами поплыли пятна. Десмос выдохнул со слюной и слабым стоном из парализованной глотки. Тумблер вернулся на место и пытка прекратилась.

– Сейчас повторим, – «Ублюдок» подошёл ближе, поигрывая инъектором. – Я сейчас введу антидот. Ты сможешь говорить. И я надеюсь, ты понял, что я хочу услышать. Иначе мы выжжем твою нервную систему нахрен. И единственное судно, которое ты сможешь пилотировать – это «утка» для парализованных.

И снова разряд, который лишил слуха и зрения. Горела каждая клетка тела, и единственное желание – чтобы все прекратилось. Он не почувствовал укола, только понял, что снова властен над телом, когда услышал собственный стон.

– Ускорители, – коротко и веско сказал «ублюдок». – Все что есть.

И ещё один разряд. На этот раз освобожденное от паралича тело выгнулось в кресле, мучительно вытягивая механику портов из кости и плоти.

– Сто-ойте! – крикнул Десмос. Стоят ли эти ускорители «Шила», а жизни? Наверное, всё-таки нет. – Я о-отдам! Всё о-отдам!

– Что всё? – услышал он издёвку.

– Ускорители!

– Где они?

– На корабле!

– Сколько?

– Четыре! Все отдам!

– Вот это деловой подход, – согласился «ублюдок». – Быстро ты… Даже жаль. Вжарь-ка сучонку ещё за Гиады и прочие наши издержки.

Второй ухмыльнулся и щёлкнул тумблером. Огненная волна поднялась в спине, разлилась по всему телу, заставляя пленника гореть в личном аду. Десмос стиснул зубы, чувствуя, как ломит в челюсти от усилия. Зубы заскрипели. А потом всё снова прекратилось. Вернулись звуки: сухие потрескивания генератора, отдаленный гул большой магистрали. Пахло палёной плотью и проводкой. Мутило.

Исчезли магнитные захваты. Спинальные разъёмы вышли из портов, и Десмос чувствовал лишь, как к лопаткам и пояснице липнет насквозь промокшая майка. Ледяной пот это был или сочившаяся из сорванных портов кровь – теперь уже не имело значения. Голова кружилась так, словно его только что выбросило из аварийной центрифуги, и мир вокруг упорно отказывался обретать прежнюю ось.

– Анхес тебя проводит, – «ублюдок» отступил к двери, – если обманешь, мы тебя поджарим тут, как ягнёнка на обед, понял? Считай, купишь себе билет в ад. Лучшее место.

Тот, справа, наверное, Анхес, схватил Десмоса за руку и грубо поднял на ноги. Рифлёный пол контейнера качнулся навстречу, но капитана придержали за плечо, чтобы не упал.