Текст книги "Квант равновесия (СИ)"

Автор книги: Ольга Морох

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

«Что это значит?» – в интерфейсе отразилось искреннее непонимание ксеноса.

«Выходи из этой мусорной кучи! Используй маневровые. И доверь траекторию Шельме, её алгоритмы справятся»

«Слушаю, капитан», – довольно отозвалась Шельма.

Галул начал медленно выбираться из окружения обломков. Позади остались разбитый пинас и груды сброшенной механической плоти. Через нейросеть Десмос почти физически ощутил чистый восторг живого корабля от полета. Курьер жаждал движения, он буквально рвался к струне, стремясь набрать предельную скорость. Капитану даже захотелось мысленно похлопать его по плечу и посоветовать не спешить: внутри органической туши находились четыре хрупкие биологические оболочки. В случае если био-компенсаторы не выдержат стартового импульса, весь экипаж на мостике просто размажет в кровавую кашу по переборкам.

«Включаю маршевый двигатель», – отчиталась Шельма.

По спине Десмоса пробежал жгучий разряд высокого напряжения – это осевой хорд корабля наливался раскаленной плазмой.

«До входа в струну: десять…»

И ничего страшного не произошло, подумал он. Даже неплохо.

«Восемь, семь… Фиксирую множественные объекты на векторе разгона, – доложила Шельма. – Пересечение траекторий неизбежно».

«Рассчитай маневр уклонения и удерживай курс на маяк Проксимы! Нам не до них».

«Это за нами, – холодно заметил Ур-Кигаль внутри биоконтура. – Я их помню»

«Что значит, за нами? У меня нет врагов, Ур.»

«У меня тоже, но это человеческие беспилотные системы. Они предназначены для поражения противника»

«У нас есть пушки?» – не хватало ещё схватки в космосе!

«Оружейные симбионты получили критические повреждения во время первой атаки. Мне пришлось сбросить их», – заметил Ур-Кигаль.

«Дай мне управление!» – Десмос отчаянно пытался не утонуть в потоке данных, которые «Шило» транслировал напрямую в его соматический контур.

Корабль в ответ мягко окатил его сознание волной абсолютной уверенности. Галулу достались форсированные плазменные двигатели от военного собрата старшего класса – от такой погони он уйдет без труда. В его арсенале обнаружилась даже пара импульсных излучателей, сопряженных с навигационным ИИ, – изначально они предназначались для расчистки посадочных зон от плотных стай атмосферной фауны. Но Десмос теперь чувствовал всю запредельную мощь маршевых систем: раскаленная дуга осевого хорда внутри него гудела от колоссального напряжения. Мысленным усилием он расправил широкие крылья теплообменников.

«Координаты маяка Проксимы Центавра!»

«Есть», – отозвалась Шельма.

На пинасе они тоже пару раз попадали в передряги, но оба раза выкарабкивались исключительно за счёт дипломатических талантов капитана. Здесь же договариваться было не с кем. Экипаж так и не выяснил специализацию этого энлу и причину, по которой он единственный уцелел при крушении военного «тхума». Похоже, Соло права: он выжил только потому, что находился внутри бронированной депривационной камеры, которая разгерметизировалась уже после катастрофы. А это значит, что нужно держать ухо востро.

«Включай маршевый. Пройдём сквозь рой», – мысленно скомандовал Десмос.

«Высокая вероятность критического повреждения внешней обшивки», – предупредила Шельма.

«При маневре уклонения мы потеряем баллистический разгон и время. Дроны этого и ждут».

«Дес…» – в ментальном импульсе проскользнул укор.

«Приготовиться к удару!»

Галул мягко набрал скорость. Десмос даже поразился, с какой естественной плавностью живой корабль переключился с маневрового контура на маршевое ускорение. Это всё равно что пересесть со старого колесного фургона прямиком в салон флаера на магнитной подушке. Точки впереди, идентифицированные Шельмой как автономные боевые перехватчики, стремительно сближались с курьером.

Десмос – а вместе с ним и послушный «Шило» – выжал из двигателей максимум.

«Это неразумно», – заметила Шельма.

Десмос не ответил. Ур по-прежнему молчал в сети, позволяя второму пилоту делать то, что необходимо. А он сосредоточился на прорыве.

«Фиксирую объект класса „миранж“ с выключенным транспондером. Дес, это серый флот», – в голосе Шельмы проскользнула почти что паника.

«Ладно, обойдёмся без пушек. Шельма, своди импульсные излучатели в носовой конус! Переводи их в режим циклической ЭМИ-перегрузки. Выжжем уродам оптику»

«Излучатели на максимуме. До столкновения две секунды… одна…»

«Давай!»

Посадочные излучатели, созданные лишь для того, чтобы разгонять ультразвуком птиц, выплюнули перед носом «Шила» невидимый, чудовищной мощности конус высокочастотного электромагнитного излучения. Беспилотные дроны малой дистанции мгновенно ослепли. Логические схемы выгорели под ударом ЭМИ, прицельные маркеры сбились, и вместо того, чтобы скоординировано выбросить магнитную сеть, они начали хаотично сталкиваться друг с другом.

Но скорость галула уже приблизилась к субсветовой. Избежать контакта на маршевом ходу невозможно.

Корабль пробил ослепший рой насквозь. Десмос взвыл от дикой, раздирающей фантомной боли – один из поврежденных дронов кувыркнулся и по касательной чиркнул металлическим брюхом по левому борту курьера. Через нейросеть капитан физически ощутил, как держит удар живая «шкура» обшивки.

В рубке на мгновение вспыхнули аварийные маркеры.

– Фиксирую локальную деформацию четвертого сегмента бортовой брони! – отрапортовала Шельма, пока Десмос хватал ртом воздух, справляясь с отголосками чужой боли. – Внутренние пазухи заливает биолимфой, герметичность восстановлена. «Миранж» производит залп главного калибра!

Тяжелый кинетический снаряд, выпущенный рейдером вдогонку, безвредно прочертил вакуум в сотне километров позади. Кто бы то ни был, они опоздали. Галул выбросил мощный био-магнитный захват, намертво цепляясь за невидимый силовой контур струны. Пространство перед носом «Шила» вывернулось наизнанку, и нарастающий гравитационный градиент втянул судно на межпространственную струну.

Корабль ввинтился в ледяную пустоту навигационной струны Проксимы Центавра, оставляя миранж далеко позади в гравитационном кармане.

Настали секунды тяжелой неопределенности – экипаж до последнего не понимал, как живые системы курьера компенсируют прыжковый удар. Но галул отработал безупречно. Ложементы буквально втянули в себя тела людей, надежно зафиксировав их в гидродинамической биомассе. Инерционный толчок, частично загашенный броней, безвредно рассеялся в упругой структуре кресел.

Десмос пережидал фантомную боль в разорванной обшивке и одновременно захлёбывался от восторга полета. Столько мощи, сколько выдавал этот инопланетный курьер, ему не давал еще ни один человеческий корабль. Капитан всерьез опасался, что после этого трипа больше не сможет сесть за штурвал ни на одном утилитарном земном корыте. Слишком быстрый, слишком стремительный, этот галул уже казался продолжением его собственного тела. Жаль, что с ним придётся расстаться, едва они прибудут в порт назначения.

«Готовность – тридцать секунд», – сухой цифровой голос Шельмы ворвался в затухающий восторг полета.

Десмос подобрался, чувствуя, как «Шило» под его управлением начинает группироваться тоже. Чтобы выскочить у навигационного маяка Проксимы Центавра и не улететь в неизведанный космос, нужно было ослабить хватку. Мысленным усилием капитан прижал крылья-теплообменники к корпусу. Захват разомкнулся, и межпространственное русло само вытолкнуло курьера наружу.

Пространство вокруг них беззвучно взорвалось. Ледяная слепящая пустота туннеля мгновенно схлопнулась, выворачивая метрику космоса обратно. В навигационных рецепторах корабля вспыхнула реальная темнота, посреди которой тусклым, зловещим багрянцем горел диск Проксимы Центавра.

Навалился гравитационный кивок. Ложементы упруго ухнули, до предела сжимая защитную биомассу вокруг тел экипажа, гася остаточный инерционный удар. Десмоса сильно вдавило в кресло, в ушах зазвенело, а изо горла вырвался невольный хрип.

Все. Победа. Они вышли в обитаемом секторе.

Биомаса отступила, давая возможность двигаться. С тихим шипением гибкие разъемы один за другим отстрелились от спинальных портов. Десмос судорожно вздохнул, возвращаясь в границы собственного, внезапно ставшего тяжелым и неуклюжим тела. Он мгновенно оглох и ослеп на те спектры, что только что были его глазами. Третий позвонок жгло каленым железом. Капитан открыл глаза и посмотрел на приборную панель, где Шельма уже сканировала пространство на предмет патрулей Ликтората.

Рядом просыпалась остальная команда.

– Твою мать, Дес, – прохрипела Соло. – Ты грёбаный псих. Я всегда это знала.

Десмос перегнулся через дугу ложемента, чувствуя, как желчь подступила к горлу, а испачкать рвотой энлийское совершенство, все равно что испражниться на стол.

– Но это было красиво, – добавила Соло. – Отдаю должное.

– Ты… хороший человеческий пилот, – снисходительно согласился энлу.

– Твой выход, – прохрипел Десмос, заваливаясь обратно. – Убеди всех, что это твой корабль.

5. То, о чем нельзя говорить

– Что мне делать? – спросил Ур-Кигаль.

– Ничего, сейчас мы подойдём к точке захвата, – Десмос уже отдышался и был готов говорить. Боль и жжение в спине окончательно отступили. – Нас возьмет в контур автоматика порта. Твоя задача – подключиться к «Шилу» и замкнуть на себя идентификационный код. Это корабль энлу, и сканеры должны видеть, что его ведет энлу. Можешь врать диспетчерам сколько хочешь! Что ты летишь на свадьбу, доставляешь семейный груз, что угодно. Лишь бы к нам не возникло вопросов и таможня не полезла проверять груз.

– А что там? – впервые энлу проявил интерес.

– Тебе лучше не знать, – отмахнулся Десмос.

– Я должен быть… убедительным.

– Вот и будь!

– Внимание! – вмешалась Шельма. – Входящий запрос от диспетчерской службы космотпорта Проксима!

– Давай! – беззвучно, одними губами скомандовал Десмос энлу. – Назови код сто пять бэ. Нас проводят.

Ур-Кигаль глубже откинулся на ложемент, активируя биометрические протоколы идентификации и перехватывая внешний сигнал связи.

Спустя несколько минут напряжённых переговоров «Шилу» выделили закрытый навигационный коридор для подхода к порту. Десмос мысленно молился всем известным ему богам, чтобы маскировка не сорвалась. Корабль энлу не станут досматривать, если у портового ИИ не возникнет вопросов к ДНК-транспондеру. И это был лучший вариант из возможных. О том, что делать после завершения контракта, Десмос пока не думал. Главное – все вернулись живыми. Сейчас важнее всего сохранить груз и встретиться с посредником. А там… может, он прикупит себе какой-нибудь полуразваленный пинас и снова назовёт его «Шельмой».

Громадина станции неумолимо надвигалась. Уже были видны мерцающие створы посадочных доков, мечущиеся рои дронов доставки и курьерской службы, а совсем рядом – тяжёлый крейсер Ликтората, похожий на зловещий кривой бумеранг. Проскользнуть у него под носом – чистая удача. Десмос суеверно скрестил пальцы.

– Я выпью, – напряжённо сказала Соло, наблюдая через узкие щели иллюминаторов за проплывающей мимо циклопической механикой космопорта. – Даже, пожалуй, напьюсь.

– Алкоголь – это дешёвый способ временно понизить уровень стресса, – подал голос Тоби. – И крайне опасный для биологического здоровья.

– А ты сам-то как расслабляешься? – механик повернулась к механу. – Твои процессоры от этой свистопляски не перегреваются, что ли?

– Я устраиваю себе режим тишины и сброс фонового кэша, – назидательно ответил Тоби, поднимая вверх тускло блеснувший легкосплавный палец. – Это совсем не трудно.

Корабль утробно вздрогнул, когда внешние автоматические захваты дока с глухим стуком зажали швартовочные узлы. Маршевые двигатели заглохли, раскаленный хорд окончательно погас. Курьер замер, подчиняясь процедурам портовой швартовки.

– Так, сейчас портовый ИИ начнет проверять биометрию, – напряжённо предупредил Десмос. – У тебя же есть легальный ай-ди-паспорт? – он повернулся к энлу.

Ур-Кигаль медленно поднялся из ложемента и с видимым усилием выдернул из-за уха чип. Использованный бустер теперь напоминал оплавленную молекулярную иглу, которая прямо на глазах распалась в прах, оставив в бледных пальцах энлу лишь крошечную кремниевую пластинку.

– Нет, – холодно сказал ксенос и протянул эту пластинку капитану.

– Семь солнц мне в печень… – Десмос поспешно подставил открытый контейнер, чтобы ни в коем случае не брать отработанный чип голыми руками.

– У тебя… кровь, – энлу склонился над капитаном, указывая тонким бледным пальцем на багровые пятна на его комбинезоне.

– Пройдёт, – отмахнулся Десмос. – Это просто откат. Тогда стой и молчи, понял? Я всё сделаю.

* * *

Шлюзовая мембрана «Шила» разошлась с шипением. Десмос вышел на погрузочную рампу первым. Окинул взглядом шлюзовую камеру. Как и договаривались, никого из посторонних. Разве стоит здесь не «Шельма» и бионт, не уступающий ей в размерах и однозначно превосходящий в скорости. К бортам на гибких захватах всё ещё прикручены два контейнера. Груз здесь, а значит, голова Десмоса Ризза останется на плечах. Ближайшее время. По правому борту едва заметным росчерком серело то самоен повреждение.

На платформе частного бокса их ждал Сноп – посредник. Механический глаз его тускло мерцал в свете дешёвых прожекторов. За его спиной переминались двое громил с зачехленными плазменными резаками.

Глаз-объектив Снопа сфокусировался на иссиня-черном фюзеляже галула. Посредник медленно перевел взгляд на Десмоса, и его лицо смягчилось полуулыбкой.

– Дес, твою мать… – Сноп сделал шаг вперед, раскрывая объятия. Словно идёшь в кольца к удаву, подумалось. – Где старуха – «Шельма»? Мы забронировали этот док под твой пинас! И ждали его два дня назад. А тут входной код и ты притащил сюда левиафана? Ну, ты и сучара!

– «Шельма» пошла на запчасти, Сноп, – улыбнулся Десмос, похлопывая киборга по упругой спине. – Мне повезло добраться до Проксимы почти без потерь.

– Но левиафан! – упрекнул посредник. – Это лишнее внимание к нам, Дес. Мы так не договаривались. Придётся наложить на тебя рестрикции, подлый лис. За риск.

– Меня подбросили, не серчай, корабль не мой, – Десмос указал рукой на показавшегося в двери Ур-Кигаля. – Я, к сожалению, потерял старуху, Сноп. И вынужден просить больше… Тоже за риск.

– Никто не виноват, что ты летаешь на старом корыте, – фыркнул Сноп, наблюдая, как двое его громил управляют дронами погрузчиками споро перегружавшими оба контейнера на парящую грави-платформу. – Плачу вдвое меньше. За просрочку и лишнюю волокиту с бумагами.

– Ты с ума сошёл, Сноп! – возмутился Десмос. – Косорукие ремонтники лишили меня моей крошки, а пираты едва без хабара не оставили!

– И это риски, на которые ты всегда идёшь. Ты же знал, что у неё степень износа выше нормативного. Знал? Знал. Две тонны… – Сноп махнул рукой, что груз можно увозить.

– Четыре, – Десмос положил ладонь на плечо посреднику. – Теперь мне нужен новый корабль…

– Это твоя проблема. Скажи спасибо, что я тебе вообще плачу. – отмахнулся Сноп и начал загибать пальцы. – Ты просрочил доставку, раз! Спалился с моим грузом на ксенолохани – два! Занимаешь моё время – три. И пусть этот ксенос уберёт своё корыто из моего дока, пока ко мне не пришли ликторы с внеплановой проверкой.

– Сноп!

– Иди к чёрту, Дес, – огрызнулся посредник. – И проваливай! Четыре часа! Чтобы его здесь не было! Иначе я его сожгу из плазмомёта.

С этими словами все трое ушли вслед за грави-платформой.

– Ты отлично торгуешься, – склонившись к самому уху сказал энлу с холодной улыбкой.

– Иди к чёрту, – выдохнул Десмос, соображая, что делать дальше. Нужен корабль. Левиафан вряд ли подойдёт. Ни один человеческий порт его не примет без лицензии. А денег критически мало. Можно продать ускорители, но покупателя ещё надо найти, а это всегда риск попасться. Или сдать Ура, не просто так же его везли в трюме в запаянной депривационной капсуле, исключающей любой контакт с командой…

– Я знаю твой секрет, – вдруг сказал Ур-Кигаль, склонившись к уху. Прошибло потом. Это не про чипы и левиафан, это глубже. Это о том, что Десмос Ризз прятал от всех, от команды, родной матери и даже собственной памяти. Энлу хочет сказать, что если люди сдадут его, он вскроет все тайны, и это конец. Они же чёртовы телепаты!

– А я знаю твой, – огрызнулся Десмос, поворачиваясь к ксеносу всем телом и смело глядя в чёрные глаза с двумя зрачками. Он тоже прячет свой секрет под лётным комбинезоном, закрывающим тело до самого горла и даже прикрывающем запястья. Интересно, он третий зрачок убирает по своей воле или они у него опционально?

– Я их контролирую, – элну заложил руки за спину и взглянул на капитана свысока, продолжая улыбаться.

– Значит, мы договорились? – легко уточнил Десмос, и энлу согласно опустил веки, закрепляя негласный договор о взаимном молчании.

– Дес! – выскочила и Соло, а следом вышел Тоби. – Ну, что?

– Мы идём в бар! – вдруг воскликнул Десмос, приобнял плечи механика. – Выпьем! Ур, пошли с нами!

* * *

– Чё делать будем? – Соло уже порядком набралась своей синтетической бурды, шумно опустив стакан на липкий стол. Синтетические коктейли из смеси алкоголя, стимулятов и спарка здорово били по мозгам. Одного бокала, как правило хватало, чтобы сбить напряжение от полёта.

Десмос мрачно пил сакку, смакуя каждый глоток и лихорадочно соображая, что делать дальше.

– Что не так? – уточнил энлу.

Он не притронулся ни к алкоголю, ни к местной суррогатной еде, резко выделяясь своей белоснежной головой на фоне хмурых, пропитых физиономий портовых пилотов и контрабандистов.

– У нас нет корабля, – ответил Тоби. Он единственный из всех сохранил абсолютную трезвость ума. – Следовательно, нам нужен транспорт, чтобы добраться до пинаса, если мы хотим его вернуть. Но для этого нам всё равно нужен работающий корабль. Замкнутый логический цикл. Критическая ошибка.

– Я готов уступить… вам судно… – Ур-Кигаль наклонился к самому уху Десмоса. Капитана аж передернуло от этого вкрадчивого голоса. Слишком близко.

– Н-ужна лицензия, – пьяно икнула Соло, ткнув пальцем в сторону потолка. – Нам её ни один ликтор не в-даст.

– Я готов дать вам… стабильный генетический маркер, – энлу заговорил еще тише, почти не разжимая узких губ. – Я пропишу ваши профили в прайм-контур галула. Сканеры порта считают легальный совместный доступ. Но вы… возьмёте меня в команду.

– З-чем? – искренне удивилась Соло, заглянула в мрачное лицо капитана. – На кой-хрен ты нам? Дес?

– Мне нужно попасть… на Антарес… – холодно ответил энлу. – Или рядом.

– Эт жопа мира, братан, – Соло хлопнула нового товарища по спине, не сумев дотянуться до плеча.

– Но в одной вы уже побывали, – бровь энлу изогнулась знаменуя сарказм. – Что вам ещё одна?

– Дес! – Соло потрясла капитана за плечо. – Что скажешь, Дес! Не молчи!

– Надо валить отсюда, – мрачно ответил он, наконец. – Вот что скажу, иначе Сноп сожжет левиафан прямо в доке.

– Мы летим? – с пьяной радостью воскликнула Соло.

– Летим, – подтвердил Десмос и махнул всем рукой. – За мной, смертники.

– А куда? – Соло комично подпрыгивая поскакала за капитаном. – На Ан-тарес?

– Не, ты чокнутая? Поближе…

В грохоте портового бара его последняя фраза почти утонула, но пара голов в зале всё же повернулась им вслед. А через секунду двое мужчин в неприметных свободных костюмах вегианских торговцев бесшумно встали из-за дальнего столика и вышли следом за компанией. Благо белоснежная голова энлу, вспыхивавшая в полумраке как неоновый маяк, не позволяла шпионам потерять искомую цель в густой портовой толпе.

* * *

– Куда теперь? – Соло почти повисла на плечах капитана, пока Шельма аккуратно выводила «Шило» из шлюзового бокса.

– Сядь, Соло, – огрызнулся Десмос, пытаясь удержать равновесие. – Тебя сейчас снесёт остаточной инерцией. Разобьёшь башку – продам твоё тело для медицинских опытов. Хоть заработаю на тебе немного.

– Ну куда-а… – капризно протянула механик, заваливаясь на один из свободных боковых ложементов.

– За нами шли до самого дока, – предупредил Ур-Кигаль, занимая свое место. – Я не смог их считать. Они закрыты от меня внешним нейро-блокатором.

– Наверное, Сноп, – отмахнулся Десмос, усаживаясь в кресло и активируя маневровые панели. – Никак не уймётся, старая ящерица. Боялся, что мы задержимся сверх срока.

На это энлу ничего не сказал, но по тяжёлому молчанию можно было догадаться, что его это объяснение не устроило.

– Нам нужно стать незаметными, – сказал он, и Десмос с неудовольствием выделил для себя это «нам». Ксенос может втянуть их в неприятную авантюру, где каждый из команды – лишь крошка на столе больших игроков. Но чтобы иметь возможность маневра – нужен корабль. «Шило» сгодится, тем более, что слияние с системами корабля, как и сакка, тянули капитана в объятия. К чёрту Ур-Кигаля. Главное – корабль.

– Нам нужна лицензия на эту лохань, и я знаю, кто на этой станции нам её подгонит, – Десмос хищно улыбнулся, глядя на тактический радар. – Зайдем в порт с чёрного хода.

Часть II

Квант равновесия

1. Груз А-4

– Нам же надо заработать, – оправдывал себя Десмос. И даже почти согласился с совестью. Во-первых, он был на мели, а на далёком Талиман-Прайме его ждал серьёзный кредитор. Тысяча террианских кредитов не возьмутся из воздуха, а если не отдать вовремя, можно проснуться в пластиковом мешке, и хорошо, если тебя после этого не скинут в открытый космос. Во-вторых, левиафан ему нравился. Десмос хотел оставить корабль себе, но для этого потребуется серебряная лицензия Конфедерации. А её не так-то просто достать. Ну, и в-третьих… Где, как не здесь, на Проксима, заработать вольным курьерам?

– Ты уверен, Дес, что нам надо в это влезать? – Соло скрестила руки на груди. Пожалуй, она выглядела даже забавно. Этакий лысый человечек на минималках. Можно, конечно, посмеяться, но у Соло был неплохо поставлен удар правой, а из увлечений, Десмос помнил страсть к ножам и пистолетам. Опасная баба, в общем.

– У тебя нет вариантов, – без злобы бросил Десмос, пряча руки в карманах куртки. И знал, что прав. Вариантов ни у кого не было. Ни у механа Тоби, Тобиаса, штурмана их небольшой команды, ни у Соло, рукастой девицы с Веги-1, ни даже у Ур-Кигаля, ксеноса из цивилизации энлу. Все они ж дали решений Десмоса Ризза, капитана их небольшой, но отвязной команды. И решение пришло. Очевидное, но опасное. Сбыть один генный ускоритель энлу. Риск огромный, но и деньги немалые. Если повезёт, можно покрыть все расходы одним щелчком. Главное, чтобы это не был щелчок «мортиса» у виска.

Они с Соло миновали тяжелые гермозатворы приёмных доков и вышли в распределительный коллектор четвертого уровня. Ур и Тоби остались на корабле, пришвартованном к «серым докам», под самым брюхом станции, куда скидывали весь космический мусор и даже иногда сливали химозу, не пошедшую в переработку, хотя это было строжайше запрещено.

Здесь, внизу, на развале нелегального старья, Проксима воняла, как любой другой рынок: гарью, проводкой, дешёвым синтетическим жиром, пережаренной саккой и лашем – вечным спутником торгашей, проводящих на спотах времени больше, чем в космосе. Сон для них – непозволительная роскошь, потому они глушили его чем могли, в основном тяжёлой химией.

Над головами, в полутьме циклопических туннелей каркасных колец станции, гудели силовые кабели. Прямо на голом металлическом полу, на расстеленных брезентовых матах, торговцы хламом раскладывали свой товар: обгоревшие навигационные платы, сервоприводы, снятые с боевых дронов, искусственные конечности, емкости с мутным гидравлическим маслом, контрабандные высушенные корневые узлы синтрофов и тончайшие изделия цивилизации акватов, обитающих на водной Океаниде.

Никакого лоска верхних жилых уровней. Никакой брезгливой тишины посольств. Здесь было шумно, грязно и опасно. Повсюду сновали подозрительные лица всех мастей – от татуированных охотников с дальних рубежей до закованных в матовую броню наемников, урвавших списанный экзоскелет десантника.

– Сюда, – Десмос свернул в узкий, заполненный вонючим паром проход между двумя гигантскими утилизационными цистернами.

– Семь солнц мне в печень, Дес! – выругалась Соло, закрывая нос ладонью. Вряд ли её это спасло. Запах въедался в кожу не хуже дешёвой краски в металлопластик.

Проход вывел их на оживлённую улицу, зажатую между двумя гигантами производства «ЛиаФарм» и «Небет». По правую руку мигнула неоновая вывеска «Сбитый крейсер». Заведение, где за пару сотен кредитов можно было купить чистейший метаноловый суррогат, слить ворованные портовые логи или получить болт в печень за косой взгляд.

– Я, конечно, не жду разумного ответа, но спрошу на всякий случай, ты точно уверен? – Соло чуть тормознула перед мощной, стальной дверью.

– Я точно не уверен, – огрызнулся Десмос. – Но у тебя…

– Да, да, нет вариантов, – обречённо согласилась Соло.

* * *

Бар встретил обоих волной, почти опрокинувшей назад: криками неподеливших что-то торгашей с Эридана, раскатистой отрыжкой загулявших пилотов, спорами между гвардейцами в потрёпанных экзоскелетах. В такой мешанине друг друга не услышать. Десмос сделал знак Соло, чтоб не отставала и понадеялся, что ей хватит благоразумия не встревать в споры. Она кивнула, что поняла и сделала знак, что подождет у стойки, представляющую из себя капитанскую рубку в террианском крейсере. Выдранная с электронными потрохами приборная панель превратилась в стойку бара, а бармен щеголял в форме Конфедерации старого образца. Механик сделал знак, что хочет выпить.

Дальше Десмос оставил Соло напиваться возле приборной панели. А сам направился дальше, протиснулся меж спин десантников, бодро закидывающих в себя стопку за стопкой. Или в этом баре сильно разбавляют, или стандартный армейский блокатор не даёт им запьянеть. Скорее второе. Среди конфедератов в армии всегда была забава, накидаться по самые уши, пока блокатор не даст сбой, вот тогда даже крепкому прожженому десантнику на бустах било по шарам так, что его товарищи выносили его бесчувственное тело. Если могли стоять. Суть забавы была в том, сколько стопок крепкого химозного спирта можно выпить до полного отруба.

Десмос улыбнулся шутке со стороны, предупреждая взгляд полный подозрений, и наконец, нашёл, что искал. В ответ тоже был замечен. Человек у дальнего столика кивнул едва заметно и тотчас поднялся, чтобы выйти. Пролез между гуляками к узкому ходу в санитарную комнату. Десмос понял намёк и отправился следом.

В грязном сортире он задержался у металлической раковины.

– Давно не виделись, Дес, – вкрадчивым тихим голосом поздоровался барыга. Десмос обернулся. Гефест Тибофф. Кто знает, чем руководствовались родители, давая такое имя, возможно хотели, чтобы сынуля был похож на античного бога огня, но вышло прямо противоположное. Барыга был невысок ростом, тучен и потлив.

– Давненько, – согласился Десмос. – Есть дело к тебе.

– Какое же? – Гефест подошёл к раковине и начал натирать руки антисептиком. – Ходят слухи, кто-то пригнал в порт энлийский корабль…

– Это был вопрос выживания, – возразил Десмос. Подождал, пока вошедший плечистый наёмник опорожнит баки и уйдет.

– Чьего выживания? – елейно продолжил барыга. – Сколько знаю, перед тобой всегда стоит вопрос выживания…

– Что поделать, космос опасное место.

Гефест поманил его в сторону, подальше от входа.

– Хочешь продать корабль? – в лоб спросил барыга, когда их обоих скрыла от посторонних глаз перегородка.

– Нет! Мне нужна лицензия.

Гефест задумался на минутку.

– Лицензия Конфедерации? Уровня бета? – уточнил он. – Ты даже не состоишь в гильдии пилотов, Дес, хотя тебе предлагали. Лучше продай, я найду покупателя.

– Подумай, Геф, у тебя голова, что надо. Я хочу лицензию.

– Что тут думать? Зачем тебе левиафан? Курьером пахать? Купи себе старый пинас и ползай по космосу дальше. Как раньше. За глаза хватит. Легально и безопасно. Левиафан принесет тебе только неприятности. И вопрос выживания встанет ребром, Дес. Слышишь?

Десмос не нашёлся, что ответить. Гефест прав, не по плечу сила. Но отчего хочется снова чувствовать мощь в каждой клетке. Это же не просто энлийский левиафан класса «галул», он собран из запчастей корабля военного класса «тхул». Движок, броня, эргономика – всё оттуда, разве размер и форма под курьерскую малютку. «Шило» – уникальный корабль и променять его на безликие кредиты все равно, что разменять бессмертие на дрянной бутерброд.

– А если я предложу денег? Много денег… Достанешь лицензию?

– У тебя ни черта нет, Десмос Ризз, – усмехнулся Гефест. – Вся твоя кредитная история – это список провалов. Ты пуст! Ещё торчишь тонну Кольперу, а он ждать не станет, сам знаешь. Лучший вариант – продать корабль. Купишь себе легальное корыто, на какое не нужна лицензия. Ещё и останется… Поправить здоровье. Ты ж вроде комиссованный…

– А если я предложу тебе энлийский ускоритель? – снижая голос до шёпота сказал Десмос.

Гефест застыл, переваривая новость.

– Ты грохнул энлийский патруль? – усмехнулся он наконец. – Это расстрел, Дес. Но перед этим тебя выпотрошат как курицу, сначала наши спецслужбы, потом их.

– Ну, так что?

Гефест воровато оглянулся, достал платок, вытер лицо.

– Знаешь его вектор?

– Возможно…

– Покупателя я найду, – совсем другим тоном сказал Гефест. – Но имей в виду, нужна конкретика…

– Нейро-связи…

– Ты и сам знаешь, что человеку к навигационному чипу нужен чип регенерации иначе он бесполезен. Кому нужен одноразовый пилот? – заметил Гефест, но Десмос сразу почуял ловушку. Этот пройдоха хочет вытрясти информацию, как много добра есть у Десмоса Ризза. На это ни в коем случае нельзя купиться, иначе можно потерять всё.

– Только навигатор, – отрезал Десмос. Гефест с разочарованием отступил. Чипы био-генезиса ценятся на вес золота, и свой главный козырь капитан Ризз отдавать не хотел. Чип навигации уйдёт не так дорого, но деньги будут, это главное, может даже хватит на лицензию.

– Я посмотрю, что могу для тебя сделать, – прогнусавил Гефест. – Боюсь, мой канал связи слишком прозрачен. Не звони мне. Лучше приходи сюда завтра. Один. И приноси товар.

* * *

– Ты чокнутый? – ругалась Соло, пока они пробирались по пропахшим железом и маслом утробе четвёртого уровня к шлюзу наружу. – Он тебя сдаст! Как пить дать. Нельзя ему верить! Сколько тут психов только и мечтающих об ускорителях? Я считаю, мы зря в это вписались!

– А кому можно? – огрызнулся Десмос. Людей, пока они шли по монструозного размера трубе, обозначающей улицу, становилось меньше. Все реже встречались десантники в лёгкой броне и гвардейцы в тяжёлых экзоскелетах. Зато всё чаще группы беженцев с фронтира Антареса. – Я больше никого не знаю. Предлагаешь дать объявление в сеть? Тогда сразу проще застрелиться.