Текст книги "Квант равновесия (СИ)"

Автор книги: Ольга Морох

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Annotation

Обратный отсчёт пошёл. Безобидный рейс доставки выкинул команду "Шельмы" на стол больших игроков. Чтобы выжить в чужой игре, капитану Десмосу Риззу придётся переписать правила под себя. Или переписать себя под новые правила.

Квант равновесия

Часть I

1. Левиафан

2. Выживший

3. Рождение корабля

4. Шельма и Шило

5. То, о чем нельзя говорить

Часть II

1. Груз А-4

2. Короткий поводок

3. Первый прыжок

4. Станция «Гиады-Транзит»

5. Режим тишины

6. Дипломатический капкан

7. Побег из мышеловки

8. Мертвая станция

9. Альдебаран-Прайм

10. Провал за провалом

11. Птичка в клетке

12. Критический промах

13. Точка напряжения

14. Двойной прыжок

15. Шаг над пропастью

16. Холодный прием

17. На волоске

18. Волна невезения

19. Коллапс сообщения

20. Белое и алое

21. Капля удачи

22. Котел, кипящий под крышкой

23. Шершневое гнездо

24. Настойка амлы с солью

Квант равновесия

Часть I

Точка сопряжения

1. Левиафан

Талиман-Прайм смердел гниющей органикой, соевым суррогатом, синтетическими специями, крепкой саккой, подогретыми белковыми пайками из дешёвых точек питания, где заправлялись докеры и нетребовательные туристы с Терры. Не весь. Малая его часть, там, где раскинулись броские, зазывающие дешевыми подделками под квантовые процессоры споты барыг, воняло палёной синтетикой. Торговцы и рейдеры жгли лаш, синтетический суррогат ароматического воска, чтобы заглушить запах воняющей разложением утробы станции. «Так пахнет свобода». Если бы гвардейцы Конфедерации не накатывали сюда с периодическими рейдами, Талиман зарос бы этой заразой, как плесенью. Здесь можно было нарваться на «слепых псов» из Плеяд, угодить в затяжной спор с террианцами, а можно заполучить неплохой контракт с доставкой на Антарес. А ещё… Споткнуться о гвардейцев и вообще никогда не выйти из порта. Две огромных туши из крашенного чёрным металла как раз по курсу. Десмос чуть придержал шаг, предчувствуя задержку. Громадины из титана и металлопластика преградили путь.

– Виват Конфедерации! Солнце наша путеводная звезда! – Десмос поднял руку перед двумя десантниками, прижимая большой палец к ладони, копируя стандартное приветствие. Пневмоприводы экзоскелетов с тихим шипением отозвались, когда оба десантника развернулись и направились к землянину без опознавательных знаков станции порта Талиман-Прайм, минуя группу бродяг, судя по маскам и одежде, с Плеяд. «Надеюсь, ребятки, вы это запомните», – подумалось.

– Документы в порядке! – дружелюбно сказал Десмос, разворачивая на виртуальном экране перед охранниками свою путевую карту, санитарный паспорт, удостоверение капитана и лицензию на перевозки.

– Цель визита? – с подозрением уточнил тот, что справа. Похожи как близнецы в этих костюмах, не отличить. Десмос улыбнулся широко сначала в одну безликую зеркальную маску, затем во вторую. – У тебя контракт открыт. И маршрут на Проксиму.

– Ремонт. При последнем прыжке разболтало немного…

– Твоему корыту пора в утиль, – презрительно бросил один из гвардейцев. Голос, изменённый динамиком резал слух стальными нотами. – По регламенту Конфедерации допуск к узлам судну с таким процентом износа запрещён.

– Сейчас подлатают старушку, и процент чуть вырастет, – Десмос сложил два пальца, предлагая гвардейцам самим добавить процент к текущей статистике.

– Хлам с Терры… – выругался второй, теряя интерес к капитану.

– Можете идти, – прокомментировал механический голос из ретранслятора. – Доброго дня, гражданин.

– И вам добрейшего денёчка! – Десмос махнул рукой и отправился дальше к цели, к подъемнику, протиснулся меж спин барыг с Антареса, прошёл мимо беженцев с Висмы-1. Нищий у входа к шлюзу стукнул себя по груди, предлагая перечислить пару террианских кредитов на счёт – Десмос пригляделся к строкам на груди – ветерана первой космической. Парой движений по интерфейсу на наручном коммуникаторе, отправил немного денег на указанный счёт.

– Солнце – наша звезда! – хрипло каркнул бродяга и вытянулся вдоль стены, салютуя благодетелю.

– Да, – скривился Десмос, – она.

– Дес, – откашлял динамик в ухе.

– Да, моя энлийская сладость… – приторно пропел Десмос, протискиваясь к подъемнику через толпу выходящих барыг.

– Нужны бабки, – Маоти Сола, механик. Десмос предпочитал звать ее «Соло», да она и сама просила. За любую вольность можно было получить перо в бок.

– Тонны не хватило?

– Они тут зарядили капитальный ремонт! – выругалась Соло. – Но без него нам не выдадут разрешение на вылет. Мы рискуем здесь застрять.

– Скажи, пусть делают. Деньги найду, – бросил Десмос, широко улыбаясь суховатому штурману в мундире штабной роты Конфедерации у стойки администратора на гостиничном уровне. – Варис! Рад тебя видеть!

– Не сомневаюсь, – сухо отрезал конфедерат. – Отойдём.

Десмос кивнул стюарту за стойкой, получив ответное приветствие. Иметь связи на каждом уровне станции, вот что важно. И те, кого никто не замечает, зачастую становятся ценнейшим активом.

Зал ожидания пах и звучал иначе. Здесь шипела машина для сакки, извергая пахучую густую жижу в одноразовые стаканчики, сидели поодаль торговцы энлу, белые, как привидения, рыдал ребёнок, не получивший игрушку, жарко, с искрами, спорила семейная пара. Шлюзовые ворота, отворялись, пропуская очередную партию посетителей, выдыхали влажный воздух, пахнущий маслом и синтетикой, всасывая взамен сухой и искристый воздух холла. Там, за шлюзом, выход в доки и космопорт.

– Итак, – отвлёк Десмоса конфедерат, присаживаясь за округлый стол из литого полимера. – Садись, Ризз.

– Благодарствую, – Десмос пристроился на скользком жёстком диване напротив чёрного мундира с серебряными крыльями на груди.

– Договор был о сроках доставки, – начал Варис. – А твоё корыто ещё в порту.

– Ремонт, – улыбнулся капитан заискивающе. – Как только починим движок, сразу отправимся.

– Насколько могу судить, – продолжил мундир. – Ты опаздываешь. И немало.

– Наверстаем…

– Я бы не был так уверен.

Ребёнок за спиной сорвался на высокую ноту, на долю секунды заложив уши визгом. Варис оглянулся.

– Нельзя подводить хороших людей, Ризз, я думал, ты всегда в фарватере ситуации.

– Ну, разумеется, – Десмос, подался вперёд. Сказал с нажимом. – Я всегда там, где надо…

– Не всегда, – отрезал Варис, отстраняясь. Дистанция меж ними стала больше ровно на столько, на сколько Десмос хотел ее сократить. – Если завтра ты не выйдешь на маршрут, задаток придётся вернуть. Но, зная тебя, денег уже, скорее всего, нет. Могу взять… Сам знаешь чем.

– Я буду вовремя, – в тон ему ответил Десмос.

– Хочу тебе верить, – вздохнул конфедерат и поднялся, давая понять, что разговор окончен.

* * *

Ремонтные доки всегда встречали путешественника грохотом швартовых, запахом слитого масла и отборной руганью операторов дронов. Здесь Талиман раскрывал своё истинное отношение к приезжим. Никто не выдавливал из себя удовольствие, и улыбаться тебе здесь тоже никто не собирался. Есть террианские кредиты – тебе не открутят голову сразу, платишь энлийскими ауреумами – будут рады и даже нальют кружечку сакки, а если ты готов тратить много, то еще и синтетического сиропа в неё. Здесь швартовались корабли от торговых тягачей – нао до небольших пинасов. Армейские фрегаты ремонтировались в отдельных доках.

Один из курьерских пинасов как раз стоял в доке 2–34-с. Десмос в очередной раз поздоровался с кораблём, спускаясь с грохочущей под ногами лестницы. Пусть он не так красив, как новомодные гравитационные серферы, но запас прочности у него много больше.

В доках грохотало вообще всё: подъемники, оборудование, швартовочные зацепы. Можно сколько угодно орать в ухо, и всё равно не докричаться.

Соло стояла на пирсе и отчаянно махала руками, указывая роботу наладчику, куда следует сунуть механические руки и куда они у него, по ее мнению, приделаны. Штурман, механ со странным именем Тобиас стоял тут же и старался не отсвечивать. Разговаривать с Соло, когда она в техническом кураже яростно гоняет ремонтников – самоубийство.

Десмос махнул рукой, привлекая внимание, на что Соло яростно ткнула пальцем в кабину оператора, давая понять, что есть разговор.

Наконец, грохот доков остался за шлюзовой переборкой и наступила тишина.

– Нашёл бабки? – Соло подошла в упор и взглянула на капитана снизу вверх. Росту в ней всего-то полтора метра, но характер перекрывал малый рост с лихвой. Они там все такие, с Веги-1, как один, психи и недоростки. Хреновая экология меняла тело и напрочь лишила вегаианцев волос на теле.

– Я тебе подарок принёс, моя сладость, – елейно пропел Десмос, вытащил из кармана титановую шпильку с изящным цветком на конце.

– Я тебе её сейчас в печень засуну, – огрызнулась девица, игнорируя подарок. Скрестила руки на тощей груди. Десмос ещё раз ометил себе, что по женски у нее, пожалуй, достоинств нет, одни недостатки. Но механик от бога. Этого не отнять.

– Есть две новости, – начал капитан и оба члена команды напряглись. – По традиции хорошая и плохая.

– Давай.

– Хорошая – нас всё ещё ждут на Проксиме.

– А плохая?

– В ближайшее время, – коротко бросил Десмос. – Если завтра мы не будем в пути, задаток придется вернуть.

– Нам не хватает еще шестьсот террианских кредитов, – констатировала Соло. – И если ты сейчас их не вынешь откуда-нибудь, хоть из задницы, нам придётся вернуть еще три тонны. Это по твоему хорошая новость? Если так, то ты кретин.

– Я же сказал, их две, – мягко возразил Десмос, благоразумно отступая от разъяренной девицы на пару шагов. – Если тебя успокоит, я взял кредит.

– У кого? – Соло с прищуром хищника следила за движениями капитана.

– Матеус Кольпер расположен к нам, особенно к тебе, моя прелесть, – усмехнулся Десмос. – Говорит, если не отдадим, ты заплатишь натурой.

– Натурой заплатишь ты, – грубо отозвалась мегера, сразу подобрев. – Но ты и без меня это знаешь.

– Люблю тебя, моя дьяволица, – Десмос изобразил воздушный поцелуй. – Ты всегда зришь в корень.

– Переводи деньги, я договорюсь о ремонте, – Соло, потеряв интерес к разговору вышла, разбив тишину внезапным грохотом от причала.

* * *

К двадцати трём часам стандартных суток корабль был готов к вылету. Команда расположилась в креслах на мостике на время манёвров уже в костюмах для прыжка.

– Шельма, активируй маневровые дюзы. Запроси у диспетчеров окно, – Десмос щелкнул тумблерами, переводя бортовые системы на автономное питание. Пинас глухо загудел, забирая энергию из собственного реактора. На экранах побежали строчки предстартовой диагностики.

– Сделано, – отозвался приятный женский голос.

– Шельма, выводи нас из дока.

– Принято, – согласилась невидимая дева. – Запрашиваю автоматический вывод. Швартовочные зажимы разблокированы.

Пинас глухо вздрогнул, теряя жесткую связь с причалом. Десмос застегнул ремни, краем глаза наблюдая, как на экранах побежали цифры: Шельма ювелирно рассчитывала маневровую траекторию, выдавая микроскопические импульсы боковыми дюзами. Корабль медленно поплыл по узкому шлюзовому каналу к открывающимся гермоворотам Талимана.

– Я пошёл? – Тобиас поднялся. – Рассчитаю стыковку.

– Давай, – согласился Десмос, внимательно отслеживая изменения в графиках. Механ исчез в соседнем отсеке.

– Давление в плазмопроводе просело, Дес. Эти косорукие болваны не прочистили его нам.

– Где? – Десмос взглянул на цифры в жёлтом спектре. – Когда выйдем на струну, само пролетит.

– Маршевый контур нестабилен, – раздался в динамиках голос Шельмы. – Мы выходим в открытый космос, капитан. Выхожу на вектор захвата струны.

Автоматика Талимана осталась позади. На главном обзорном экране в спектре пространственных волновых частот черноту прорезал ослепительно-фиолетовый, безупречно прямой луч, уходящий в бесконечность – навигационный вектор на Проксиму. Вокруг луча едва заметно дрожали кольца искаженного пространства.

– Ложусь на вектор разгона, – сказала Шельма. Пинас плавно довернул носом, выравниваясь точно вдоль фиолетовой линии. Зеленый маркер на панели мигнул, подтверждая захват курса. – Минутная готовность.

– Погнали, – Десмос, а за ним и Соло отработанными движениями пролезли в соседний отсек, где Тобиас уже просчитывал траекторию полета, лежа в гидрогелиевой ванне.

– Увидимся на Проксиме, – ухмыльнулся Десмос, укладываясь в точно такую же и натягивая маску подачи газа. Разъёмы подключения к системам корабля привычным движением вошли в приёмные пазы на затылке и вдоль позвоночника. Контроль над ситуацией – всегда был пунктиком для капитана, и Шельма, следуя инструкциям не упускала возможности подключить его к системе.

– Звонкой струны! – пожелала Соло и легла в свою капсулу. Автоматика накрыла капсулы гермостворками и дозаполнила объём гелем вытеснив воздух. Корабль выходил на основную траекторию и готовился к прыжку по струне.

* * *

Прыжок вымел из сознания Десмоса остатки собственных мыслей. Густой гидрогель намертво сковал тело, защищая от перегрузки, но через разъемы в затылке и позвоночнике в мозг хлынул чистый, ревущий поток данных. Капитан «увидел» Струну изнутри – как бесконечную реку колоссальной мощности, складку-пространства-времени, уносящую сквозь космос со сверхсветовой скорость. Складка сжимала пространство, позволяя преодолевать расстояния быстрее. Человеческой технологии до такого далеко. Энлу поделились своими транспортными трассами после первой космической войны. И Конфедерация посчитала принесённые жертвы ненапрасными.

– Скольжение стабильное, Дес, – мягкий, убаюкивающий голос Шельмы звучал прямо в голове. Система жизнеобеспечения делала всё, чтобы держать пульс в зеленой зоне. – До узла Проксимы сто двадцать минут. Отдыхай.

Пинас ровно летел по вектору. Плазма текла по контурам маршевого привода. Ровно две минуты.

А затем в затылок капитана словно вбили раскаленный лом.

На бешеном форсаже яростный поток плазмы всё-таки сорвал застывшие капли сварочного шлака со свежего шва. Раскаленная металлическая окалина лавиной понеслась по трубе вперед и в одно мгновение наглухо закупорила маршевые форсунки.

Десмос дико выгнулся в геле, насколько позволяла степень свободы. Ему показалось, что это его собственное горло намертво забили жидким свинцом. Давление в заблокированном плазмопроводе мгновенно скакнуло за критическую отметку.

Перед глазами веером посыпались красные аварийные предупреждения.

– Отказ маршевого контура! – ровный голос Шельмы в его сознании сорвался, затрещал от статики. – Критический сбой! Нас выбрасывает из Струны, Дес!

Автоматика пинаса намертво обрубила подачу энергии во избежание взрыва реактора. Корабль мгновенно потерял ход, сорвался с фиолетового луча и с диким скрежетом обшивки вывалился из искривленного пространства. С борта сорвало один из грузовых блоков.

Команду закрутило так, что даже гидрогель не спасал от ударов о стенки капсулы. А затем наступила гробовая, ледяная тишина. Их выбросило в «серую зону» там, где навигационные карты Шельмы имеют лишь общее представление о планетах.

Десмос с трудом вернулся к настоящему. Диагностика систем оповестила, что дюзы двигателя заклинило и есть опасность разгерметизации корпуса. В местах подключения разъемов пульсировал жидкий свинец.

Шельма задействовала аварийный протокол. Гидрогель из капсул был откачан, гермостворка отошла, позволяя вылезти из капсулы.

– Шельма, – прохрипел Десмос, вываливаясь на пол, как слизень весь в остатках гидрогеля. Белый свет аварийных ламп перемежался с алым.

– Критичное повреждение, Дес.

– Доложи…

Рядом, отхаркивая шок вылезла и Соло.

– Какого чёрта? Я тебе говорила! – огрызнулась она не глядя ни на кого.

– Внешние датчики активны на одиннадцать процентов. Координаты не поддаются определению. Навигационные ориентиры Конфедерации отсутствуют. Это зона навигации энлу, капитан. Маршевый коллектор разрушен, плазмопровод заблокирован сплавом шлака. Тяга равна нулю.

– Супер, – Десмос поднялся, преодолевая ломоту в пояснице.

– Я считаю, капитан, – Тобиас тоже уже поднялся и пришёл в себя. – Если позволите…

– Валяй.

– Наши координаты неизвестны. Могу предположить. Это гравитационный карман. Струна здесь делает крутой изгиб вокруг. Стоило нашему движку потерять тягу, как нас центробежной силой вышвырнуло со струны прямо в эту воронку. Весь мусор, который срывается со Струн за последнее время, стягивает сюда. Это вековая космическая свалка, Дес. И без маршевого двигателя отсюда не выгрести – гравитация звезд держит этот карман мертвой хваткой.

– Понял, – Десмос, кряктя прошёл к капитанскому мостику и сел в кресло пилота. – Шельма!

– Да, капитан.

– Выдай мне картинку…

На экранах слизнуло таблицы и графики и вышло изображение с бортовых камер. Огромные кучи дрейфующего космического мусора: остовы кораблей, осколки астероидов слепились к единую бесформенную и рыхлую кучу.

– Как думаешь, Соло, там есть чем поживиться? – обратился Десмос к механику.

– Если ты про ремонт, то может, стоит поискать, – Соло тоже впилась взглядом в экраны. – Вон тот тягач может там подойти… – и ткнула пальцем в остов корабля.

– Капитан, есть слабый сигнал на частоте четыреста шесть, – вдруг отчиталась Шельма.

– Чего? – Десмос переглянулся с Соло и прочёл в её глазах то же что чувствовал сам. Неизвестный сигнал их задержит.

– Согласно директиве Конфедерации о спасении мы обязаны отреагировать, – выдал Тобиас за спиной. – Не имеем права игнорировать, капитан.

Разбираться с тем, почему мертвый утиль Конфедерации вдруг начал подавать признаки жизни, времени не было. Неисполненный контракт грозил штрафами и потерей имущества.

– Тогда выходим. Тоби, ты остаёшься на борту, – Десмос поднялся.

* * *

В шлюзовом отсеке пахло тальком и пластиком. Десмос с трудом залез в тяжелый инженерный скафандр, шипя сквозь зубы – разъемы все еще напоминали о себе тупой, ноющей болью. Соло уже защелкивала фиксаторы на запястьях, не глядя на капитана.

– Шельма, начинай откачку воздуха из шлюзовой камеры, – Десмос опустил шлем на плечи. Замки на горловине сошлись с глухим щелчком.

В ушах зашипел сухой, отдающий пластиком кислород. Гул умирающего реактора пинаса за стенами шлюза начал стремительно затихать, пока не исчез полностью – воздух ушел, оставив за собой звенящую пустоту вакуума.

Индикатор на внешнем люке сменил цвет на зеленый. Массивная титановая плита шлюза медленно ушла в пазы переборки, открывая перед ними чёрный, бездонный зев гравитационного кармана. Звёзды, заслонённые мусором тускло подмигивали застрявшей команде.

Десмос зацепил карабин страховочного фала за поясной кронштейн и первым вытолкнул себя наружу, в темноту.

За бортом раскинулся настоящий рай старьевщика. Прямо перед ними дрейфовала бесформенная, рыхлая стена из искореженных шпангоутов, обрывков кабелей и титановых листов обшивки. Тягач с пробитым корпусом дрейфовал среди мусора, и Соло сделала знак, что идёт туда. Маневрируя меж механических останков портативным движком она медленно и осторожно направилась к цели. Десмос двинулся следом, слыша лишь своё сердце в ушах. «Шельма» застыла над ними, как огромный мёртвый кит, какого мог бы собрать ребёнок из мусора на заднем дворе, если б имел такое желание. Этот корабль Десмос собирал сам, как и пестовал модель искусственного навигатора. К Шельму он питал особые чувства наравне с нежностью заботливого старшего брата.

Соло впереди сделала знак, что перед ней нечто, требующее внимания. Десмос плавно отвёл от себя искореженный лист обшивки и подлетел к механику. Динамик скафандра затрещал от цикличного импульса неизвестной природы.

Всего в полукилометре от них, медленно крутилась колоссальная, матово-черная масса, в редких неоновых прожилках. Левиафан флота энлу, класс «тхум» – военный корабль, лежал в пространстве словно огромный раненый зверь в анабиозе. В борту его зияла огромная дыра, но он подавал сигналы бедствия на всех известных частотах, а значит был ещё жив.

2. Выживший

– Ты тоже его видишь? – услышал Десмос голос Соло. Он бы протёр глаза, да в шлеме сделать это затруднительно, к тому же капли пота крохотными бисеринами начали парить внутри шлема.

– Я внутрь… – Соло отважно отправилась к полумёртвому гиганту.

– Куда ты? – тяжело выдохнул Десмос. – Движок!

– У него половина корпуса загерметизирована! Там, возможно, ещё генераторы рабочие!

– Тоби, сколько у нас времени? – уточнил Десмос через коммуникатор.

– Максимум сто двадцать минут. Редукторы старые. Так что дойти, осмотреться и бегом обратно на пинас. Время пошло, – безжалостно выдал механ.

– Слышишь, Соло? У нас нет времени! – предпринял Десмос последнюю попытку воззвать к голосу разума. – Давай соберем малышку и доберемся до Проксимы. Там дадим знать, что есть пострадавшие…

Но Соло была уже возле левиафана, гладила разорванные волокна переборок, а потом отстегнула страховочный трос и полетела внутрь.

– Ты что творишь⁈ – голос Десмоса сорвался на хрип. – Без троса в этом мусоре ты исчезнешь быстрее, чем испугаешься! Дура!

– Тут зацепы через каждые два метра, – бросила Соло, не оборачиваясь. – Я вижу, куда ставить ногу.

Десмос выругался громко и грязно, отстегнул карабин и поплыл следом.

– Чокнутая!

– Он жив! – услышал Десмос. – Ты знал, что они регенерируют?

– Семь солнц мне за шиворот, Соло! Сто двадцать минут! У тебя этот чертов аэрогель из ушей не выветрился и проник в мозг? Или вас там на Веге совсем ничему не учат?

– Думай, Ризз, думай, – услышал Десмос ироничное. – Тут целое состояние!

– Он почти мёртв!

– Он жив!

Десмос проплыл внутрь, цепляясь руками за ошмётки брони. Не кисло так его рвануло. Интересно, чем. Сколько знал, левиафаны энлу защищены получше человеческих флагманских крейсеров. Усиленная броня кормы, прошитая титановыми жилами хаотичной структуры внутреннего каркаса. Неубиваемый гигант. Во время первой космической они доставили флоту Конфедерации немало проблем, пока наконец власть предержащие не вышли из патовой ситуации и не договорились о хрупком мире.

– Соло! – внутри левиафана было темно, мощная дуговая спарка разрезала темноту. В ложементах пилотов застыли мёртвые энлу, похожие на призраков. Единственная причина, по какой тела еще не дрейфовали среди мусора – страховочные ремни.

– Соло, если ты не ответишь я тебя комиссую на Вегу! – прошипел Десмас, чувствуя, как пот начинает заливать глаза.

– Иди внутрь. Здесь есть шлюз для прохода внутрь!

– Твою мать!

– Что вы видите? – прохрипел динамик голосом Тоби. – Я занесу в бортовой журнал. На случай вашей кончины.

– Ну, спасибо, механический болван! Что можно увидеть в жопе левиафана кроме жопы левиафана? – огрызнулся Десмос.

– Это скорее его корма, – невозмутимо поправил Тоби. – Здесь можно увидеть капитанским мостик и камеры сопряжения.

– Да, точно, есть… – Десмас проплыл вперёд, в узкую нору, похожую на кишку изнутри, там шлюз-клапан из трёх плотных створок открылся, пропуская его и тотчас закрылся за ним.

– Я внутри, – и снова Соло. Она всегда на шаг впереди. – Переводи скафандр на внешний забор. Тут шестьдесят процентов кислорода, система сама дозирует смесь. Давление низкое, как в высокогорье, воздух разрежен в хлам. Но дышать можно. Снимай шлем, Дес, сэкономим баллоны.

– Чёрт тебя дери, Соло, – пробормотал он и решительно крутанул фиксаторы на горловине.

Замки шлема разошлись с коротким, свистящим вздохом выравнивающегося давления. В уши с непривычки сильно заложило. Десмос стащил тяжелый стеклянный купол и сделал первый осторожный вдох.

Воздух Левиафана оказался ледяным, тонким и на удивление сухим. Он сильно отдавал сладковатым запахом старого озона и прелой органики, словно они забрались внутрь гигантского заброшенного парника. Концентрированный кислород мгновенно ударил в кровь: в затылке приятно закололо.

– Ты где? – Десмос повернул голову и увидел Соло, улыбающуюся как чеширский кот. – Тебе жить надоело? Я б сказал тебе кто ты, бешеная сучка, да ты обидишься!

– Это же золотое дно, Дес! – Соло от восторга даже подпрыгнула, ударившись о переборку головой. – Левиафан энлу!

– Нас на атомы распылят, едва ты с ним в порту окажешься! А Служба контроля тебя упечёт на Марсианскую колонию! Будешь удобрения на грядки раскладывать до конца жизни! – горячо возразил капитан. – Чокнутая!

– Да, ты только подумай! К чёрту контракт! Мы теперь властелины вселенной!

– Ага, – устав спорить, Десмос огляделся. Если бы когда-нибудь ему пришлось посмотреть на кита изнутри, то пожалуй это бы он и увидел. Но Соло права, энлу берегут свои технологии и лететь на левиафанах позволяют лишь по особой лицензии, которуя даже не каждый пилот анклава может получить. Что можно заработать с этого? Денег за находку. Это раз. Денег за генные ускорители. Это два. Вернее, сначала ускорители, а потом находка. Так выгода станет тройной.

– Один нюанс, – Соло повернулась к капитану. – Левиафан предназначен для космических полётов и заточен под нужды команды. Если он подал сигнал бедствия, значит кто-то из команды еще жив.

А вот эта новость Десмоса не порадовала. Ещё не хватало энлу, предъявляющего права на ИХ чипы! Законную добычу мародёров дальнего космоса. Благо место забытое, никем не исследованное. Свалка. Значит одним трупом больше, одним меньше…

– Ты думаешь о том же? – спросила Соло, ожидая ответа. А о чём думал чокнутая вегианка, не знал никто. Возможно, она хотела захватить корабль? Только как это возможно без генных ускорителей? А всем известно, что ускорители энлу сжигают человеческий мозг начисто.

– Я думаю, как нам выбраться отсюда, – грубо отозвался Десмос. – А ты?

– У вас… кислорода… – прошипел динамик. Левиафан глушил частоты, транслируя сигнал о помощи.

– Предлагаю забрать ускорители и валить, – нервно дернувшись сказал Десмос. – Нам еще надо отремонтировать корабль. Забыла?

– Хочешь оставить это богатство «серым» стервятникам?

– Хорошо! – огрызнулся Ризз, – берём чипы, за остальным потом вернёмся!

– Ка-ак скажешь, капитан! – Соло разве не подпрыгнула от возбуждения. – Я чертовски хочу рассмотреть эту тварь поближе!

– Ты удивишься, но я нет, – нервически посмеялся Десмос. – У тебя даже оружия нет.

– У меня есть плазменный резак, – отрезала Соло и пошла вглубь корабля, выхватывая из темноты фонариком жуткие широкие шпангоуты, похожие на рёбра исполина. Тишина давила на уши. Очередной тоннель с клапанами на обоих концах вывели исследователей к лестнице в трюм.

– Я не полезу, – запротестовал Десмос, но Соло уже была внизу. – Получишь потом от меня рекомендацию, стерва…

– Дес! – услышал он призывное. Придётся лезть. Скафандр протиснулся с трудом. Десмос уставился на разбитую капсулу с вытекшей и уже испарившейся из неё жидкостью посреди тёмного невысокого помещения. Пахло техническим спиртом и тяжелым, удушливым запахом химии. Небольшая гравитация прижала их к полу.

– Это что за хрень? – спросил он своего спятившего механика.

– Похоже на депривационную капсулу, – Соло обошла капсулу кругом, освещая её спаркой фонарей со шлема. – Только вот кто бы тут мог находиться? – спросила сделав акцент на слове «кто». Десмас ощутил по-настоящему тяжёлую душною волну страха. Кого энлу, высокомерные ублюдки, могли везти на военном корабле в камере без доступа внешних раздражителей?

– Соло… – коротко бросил он тоном, не терпящим возражений. – Мы уходим.

– Тут никого нет…

– Я сказал, уходим! – прикрикнул Десмос.

– Ладно, не ори, – согласилась вегианка. Все они там чокнутые, на этой Веге-1. Десмос выругался тихо и полез наверх. Успел зацепиться за скобу, как крик Соло вернул его с пол дороги. Она кричала как тигрица, попавшая в ловушку. Он спешно начал перебирать руками, проталкивая неповоротливое тело назад.

– Соло!

Луч фонарной спарки выхватил Соло в скафандре, и за шею её держал бледный, как смерть, энлу с чёрными глазами. Выглядело, как нападение ожившей плесени. Десмос выкинул вперед руку.

– Оставь! Оставь её! – в голове мгновенно помутилось, и головокружение потянуло вниз. Чёртовы энлу! Они телепаты или что-то вроде. – Брось! – гаркнул, почти ослепнув. И немного отпустило. Соло задёргалась, влупила энлу в бок локтем потом кулаком в лицо и отскочила, когда тот ослабил хватку. Энлу покачнулся и упал на одно колено.

– Какого хрена? – выплюнул Десмос, когда Соло встала рядом. Они вдвоём против одного. Звучит весомо. Если не нюансы. – Ты кто такой? Говоришь на общем?

– Да, – энлу согнулся, пережидая слабость и тошноту после удара. Одет он был в облегающий комбинезон, не так, как обычно Десмос привык видеть этих черноглазых уродов, в их ритуальных платьях со стразами. А тут полная противоположность. Кто знает, может, на военном корабле нравы попроще.

– Ты тут один? – продолжал допрос Ризз, уже остывший от первого шока.

– Да…

Энлу тоже уже пришёл в себя и поднялся, покачиваясь. Макушка, покрытая светлыми гладкими волосами до плеча, почти коснулась потолка. «Высокий, чёрт… и крепкий».

– Из-за него корабль подавал сигнал, – вставила Соло. Десмос с лёгким разочарованием взглянул на выжившего. Теперь не предъявить права на добычу, раз есть выживший. Сколько он тут был один? И для кого же нужна была депривационная капсула? Кто разбил корабль? Столько вопросов, ответы на которые интересовали капитана Ризза меньше всего.

– Это для кого? – Десмос кивнул на капсулу за спиной энлу.

– Все погибли, – ответил тот невпопад. – Я здесь в ловушке.

Это верно. Без скафандра к капитанскому мостику не подойти, а запустить процесс регенерации левиафана может только капитан. Если, допустим, этот ублюдок хочет свалить отсюда, получается, они могут помочь ему, если починят свой пинас. Или… Если починят левиафан. И что же за эту услугу попросить?

– Что случилось? – спросила Соло. – Здесь?

– Не знаю. Импульс извне сбил нас с курса… – энлу пожал плечами. Десмос думал. Взять его на борт? Может, награду выдадут. А может, посадят. Будет зависеть от статуса конкретного энлу. У них, сколько Десмос знал, сложная иерархическая структура, и вмешиваться все равно что совать голову под дюзы плазменного движка. Только успей считать до старта.

– Как тебя зовут? – Соло тоже пришла в себя.

– Ур-Кигаль, – тихо и твёрдо ответил энлу.

* * *

Десмос с шипением сорвал шлем скафандра, тяжело дыша и чувствуя, как по спине катится холодный пот. Поход к тягачу после рейда на энлианский корабль оказался пустой тратой времени. Соло даже не расчехлила плазменный резак: едва бросив взгляд через фонарную спарку на маршевые узлы мёртвого судна, она пришла в ярость. Размеры дюз Конфедерации старого образца принципиально не подходили к их курьерскому пинасу. Пересобрать этот узел на коленке посреди вакуума физически невозможно. Резерв кислорода на корабле не вечен, а теперь выходило, что их корыто было обречено на вечный дрейф на свалке. Прямо как левиафан энлу. Выход оставался один, и Риззу он чертовски не нравился.