Текст книги "По лезвию судьбы (СИ)"
Автор книги: Ольга Ларгуз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)
– В смысле?
– Ну… глядя на комнату, что можно сказать о ее хозяине?
– Все зависит от чистоты эксперимента.
– Что ты имеешь в виду? – пришла его очередь удивляться.
– У меня на руках было только техзадание, и я не уверена, что его формулировал владелец, но, если предположить, что это так… – я прошлась по комнате, восстанавливая в памяти полную картину с мебелью и элементами декора. – Хозяин – вещь в себе.
– Хм…
– Именно так. Кажется безобидным, скрывая клыки и острые когти. Если говорить об аналоге из мира животных… – я на секунду закрыла глаза и выдала. – Снежный барс. Тихая, практически бесшумная походка, гибкое тело. Удар лапой смертельно опасен, а зубки… тоже впечатляют… Когда хочет – кажется котиком, но если выйдет на тропу войны, то его врагам не поздоровится.
– Интересненько, Ника… – уже знакомой интонацией протянул гость, вышел из комнаты и бесшумной поступью начал спускаться по лестнице.
– Вообще – то, Вероника Сергеевна! – недовольно поправила я. Он услышал, но никак не отреагировал, зато… – Ой, мамочки!
Высокий каблук босоножки зацепился за щербину в бетонной лестнице. Я дернулась и практически бегом спустилась с двух последних лестниц, хромая и подпрыгивая на одной ноге.
– Вот черт!
Левая щиколотка горела огнем, словно на нее плеснули кипятком, тонкий кожаный ремешок разорвался, и босоножка отлетела в сторону. Я устроилась на нижней ступеньке, сдерживая слезы, пережидая волну неприятных ощущений.
– Больно?
– Немного.
На самом деле, было не столько больно, сколько обидно. Глупое полу – падение с лестницы, по которой я поднималась и спускалась не менее ста раз.
Мужчина присел на корточки, обхватил рукой мою ступню и аккуратно ее пошевелил. Тупое ноющее напряжение волной прокатилось по мышцам.
– Идти можешь? – он потянул меня за руки и поставил рядом с собой. – Перелома и трещины в кости точно нет, максимум – растяжение.
– Откуда ты все знаешь? Ставишь диагнозы не глядя, – фыркнула обиженно, оглядываясь в поисках отлетевшей обуви. Нашла, подхватила за оборванную завязку, с сожалением констатируя смерть любимой пары. – Могу идти, не переживай.
– Ника, что у тебя там? – из дальней комнаты донесся голос Иваныча. – Помощь нужна?
– Не надо, спасибо. Я справлюсь.
Прихрамывая, медленно пошла к входной двери, но остановилась на полдороги и разулась: хромать на одном каблуке – не самая лучшая идея.
– Под ноги нужно лучше смотреть.
Голос, наполненный иронией и сарказмом, заставил меня распрямить спину и задрать нос. Облажалась, да. Видимо, сегодня тот день, когда я – чудо в перьях. Гордо похромала в сторону Тииды, закусив губу, чтобы не стонать, но далеко уйти не удалось.
– Не дергайся. Сиди смирно.
Я сидела, почти не дышала, пока мужчина, одетый в Хилфигер, нес меня на руках в сторону парковки. Тихо пискнула незнакомая сигнализация.
– Садись и пристегивайся.
Меня, как мешок с мукой, сгрузили в удобное кожаное сиденье.
– Я… это не мое, – быстро осмотрела салон. В глаза бросилась золотистая эмблема с разъяренным быком. Ламба, или ламборгини. Дорогущий спорткар. Хорошо живут представители итальянцев в России!
– Конечно не твое. Это – мое, – незнакомец занял водительское место, нажатием кнопки запустил мощный двигатель. – Адрес говори…
Солнечные очки были небрежно откинуты на торпеду. Красивые руки уверенно лежат на кожаном руле, а глаза цвета ртути изучают мое изумленное лицо. Где – то я уже видела подобное…
– Ну… Я жду, Ника.
– Мне нужно, – простая, как палка, истина, оглушила и прибила к месту. Теперь я знаю, как выглядит последний брат из триАды. Не скрывая ироничной усмешки, на меня смотрел Андрей Серковский. – Никуда не нужно. У меня тут машина, – я кивнула в сторону Тииды.
– Дай ключи и скажи, куда перегнать.
– Ммм… – моя реакция на стресс – замри. Так было всегда, поэтому несколько секунд я тупила, а потом послушно протянула собеседнику брелок от своего авто и назвала адрес офиса. Андрей отдал его охраннику, продублировал место назначения и вернулся к разговору.
– Хорошо. А теперь поехали.
– Куда? – я все еще подтупливаю от внезапного знакомства.
– В офис. Хотя…
До офиса мы не доехали. Спорткар замер на стоянке перед небольшим магазином.
– А что..?
– Жди, я сейчас.
Еще один управленец уровня Бог! От осинки не родятся апельсинки, это точно, поэтому я спокойно сидела в салоне, разглядывая детали интерьера. Я ж дизайнер, и встроенная опция любопытства у меня включена всегда!
– Вот, держи!
Мне на колени легла коробка с логотипом известного бренда. Внутри – симпатичные женские белые кроссовки, легкие, как перышко.
– Ааа…
– Приезжать на стройку в обуви на каблуках – не самая умная идея, – оборвал мои размышления и сомнения сын Императора. – Потом оставишь их в машине. Будешь переобуваться, когда работаешь в доме. Говори адрес.
Сказала. Навигатор быстро выстроил нужный маршрут, ламба рыкнула мощным двигателем, плавно выезжая с парковки.
– Хорошо. Спасибо, – я пошуршала тонкой бумагой в коробке. – Чека не вижу. Сколько я должна вам за обувь?
– Ты должна вернуться к общению «ты», как это было недавно, – Андрей небрежным жестом отмел мой зарождающийся протест. – Денег не нужно. Считай это компенсацией за несчастный случай на производстве. И в следующий раз думай о безопасности, а не о красоте. Или таким образом ты решила заполучить мой личный номер телефона?
Темная бровь подскочила вверх, в серых глазах блеснули искры смеха. Ну и нахал! Излишки чувства собственного величия можно Камазами вывозить!
– Я не собираюсь тебе звонить. Это просто случайная встреча. Сейчас приедем и аrrivederci, amico!
Оказывается, я знаю еще несколько слов на языке страстных любвеобильных итальянцев. До офиса «ИнтерФант» ехали молча. Я демонстративно смотрела в окно, периферийным зрением ловя быстрые взгляды Андрея. Он выбивал пальцами на руле незнакомый бит. Спорткар замер у крыльца здания. На парковке я увидела свою Тииду, а возле нее – знакомого охранника.
– Спасибо, что подвезли, Андрей Георгиевич, – я демонстративно перешла на «вы». Почему – то напоследок захотелось уколоть собеседника. – И за кроссовки спасибо. Прощайте.
– Береги крылышки, Ника. И ноги тоже. До встречи.
Сын императора скрыл глаза цвета ртути за темными солнечными очками. Через несколько секунд ламборгини влился в плотный транспортный поток. Я вошла в офис и наткнулась на директора, который вышел из кабинета с бумагами в руках. Быстрый пристальный взгляд – сканер, и сразу вопрос.
– Ника, что случилось? Ты цела.
– Да, все в порядке. Разобралась с проблемой во дворце. Сейчас займусь делами…
– А это что такое? – босс мотнул головой на коробку из-под кроссовок. – Это ведь не твой стиль.
– Не мой, но так получилось, Михаил Матвеевич.
– Хорошо. Если цела и все в порядке – иди работай.
До обеда я помогала Даше шлифовать проект детского сада, еще раз проверяя соответствие материалов нормам санпина. Мысли о необычном знакомстве с Андреем не выходили из головы. Мы странно встретились и странно разошлись. Что дальше?
=5=
А дальше был обеденный перерыв.
– Странно, что босс до сих пор молчит, – бросил Гена Воронов, пряча в пакет пустой контейнер, – видимо те бумаги и правда был для него лично и нас не касаются…
В перерыве мы с девчонками успели сбегать в небольшое кафе неподалеку и сейчас молча переглядывались. Тема таинственного курьера все еще будоражила и не отпускала. В общем и целом, работа в «ИнтерФант» устраивала всех без исключения. Были нюансы, но где их нет?
– Минутку внимания!
Марсов вышел из кабинета. Деловой, спокойный. Идеальный.
– Накаркал… – шикнула на Воронова Машка. – Подставляй ладошки, Гена, лови перемены, только не надорвись…
Шепот Зайцевой звучал в тишине комнаты раскатами грома, который услышали все, включая босса.
– Итак, новости таковы. Наша фирма вливается в холдинг «Астор»… – начальник замолчал, предоставляя возможность осознать полученную информацию.
– Как? Что это значит? Зачем?
Вопросы шли лавиной, но Михаил прервал поток одним взглядом. Тяжелая тишина повисла в воздухе. Одно дело – работать маленьким сплоченным коллективом с адекватным начальником во главе, другое – стать частью огромной машины. Из единицы превратиться в песчинку, в один из многих винтиков – не очень похоже на прогресс. Пять дизайнеров плюс три внештатника – слишком мало для «Астора», а значит будет добор персонала. И кто станет руководителем обновленной структуры? Вопросов так много…
– Повода для волнения нет. Все текущие проекты остаются в работе, те, по которым договора уже подписаны – тоже, – продолжил босс, считывая по нашим лица растерянность и недоумение. – Строительный холдинг решил обзавестись штатом грамотных дизайнеров с хорошей репутацией, чтобы не только строить и продавать коробки в черновой отделке, но и предлагать покупателю уникальный конечный продукт. Логично? Мне кажется, что вполне, – Марсов перевел дыхание. – Наша компания хорошо зарекомендовала себя в сфере дизайна, поэтому мы вливаемся в «Астор» на отличных условиях.
– Какие условия? – вырвалось у Воронова, на что Марсов лишь приподнял бровь.
– Увеличение заработной платы, постоянная занятость. Теперь вам не придется сидеть без дела или самим искать новые проекты.
– Ага, мы станем рабами лампы, – шикнула Маша и нахмурилась. – Творческая работа превратится в конвейер, и через несколько лет мы просто выгорим.
– Кстати о выгорании, – Михаил подошел к столу Зайцевой и положил перед хозяйкой визитку и постучал по ней пальцем, привлекая внимание. – Завтра в девять часов вас, Мария, ждет психолог. Адрес тут, – он ткнул пальцем в картонный прямоугольник. – Курс из десяти посещений уже оплачен. Считайте это частью своей работы и отнеситесь к процессу со всей серьезностью.
– Но…
– Никаких «но». Сегодня охрана не пропустила вашего супруга, который был в стельку пьян и на весь холл требовал от вас исполнения супружеского долга. Жаль, что я не вмешался в это раньше, но лучше поздно, чем никогда.
– О, Боже! – Машка закрыла лицо руками и тихо всхлипнула. – Простите, Михаил Матвеевич. Мне так стыдно.
– С завтрашнего дня вы начинаете работать с психологом, а холдинг предоставит служебную квартиру, – тон Марсова стал мягче, из взгляда ушла колкость. Сейчас он был не руководителем, но другом, или душевным приятелем. – Пора навести порядок в своей жизни, Мария Кирилловна. Если потребуется, если муж начнет препятствовать и создавать проблемы, вам помогут собрать и перевезти личные вещи. Просто дайте знать, и мы все решим.
– Ох… – пискнула Машка, вытирая бегущие слезы бумажным платочком. – Спасибо.
О проблеме коллеги все давно были в курсе. Сочувствовали, сопереживали, предлагали помощь, но Зайцева лишь отмахивалась, алея стыдливым румянцем. Может так и надо было: прийти, поставить ее перед фактом, подставить плечо и предложить убежище на время шторма?
– Ничего себе. Круто! – выдохнула пораженная Марина. – Еще не в холдинге, а уже такие перемены…
– Михаил Матвеевич, вы останетесь нашим руководителем? – я в упор смотрела на МММ, изо всех сил желая услышать короткое «да», потому что иначе…
– Да, Ника, останусь, можешь не волноваться
Камень свалился с души с оглушительным грохотом, раскололся в пыль. Жизнь вновь сияла новыми красками. Холдинг или нет – какая разница? В конце концов, я продолжу заниматься тем, что приносит радость, рядом с тем, кого… Эм… Кто… Как бы сформулировать?
– Сегодня вечером все оборудование перевезут в новый офис. Адрес я скину в наш чат, – босс продолжал оглушать новостями, словно рыбу – тротиловыми шашками. Как? Уже завтра? Так быстро? От обилия перемен мы скоро всплывем кверху брюшками, но невозмутимый Марсов не унимался. – Жду вас завтра в девять в холле первого этажа. Единственное, что…
– Всегда есть какое – то «но», – флегматично ввернул Гена Воронов и тихо цокнул, что не укрылось от внимания босса. Иногда мне кажется, что наш МММ в курсе всего, что происходит вокруг, знает все обо всех.
– Это «но» такое незначительное, что не станет помехой, – Марсов не глядя поправил и без того безупречные манжеты белой рубашки, которые выглядывали из – под рукавов пиджака ровно на один сантиметр. – В холдинге приветствуется деловой дресс-код. Ммм?
Мы переглянулись. Звучало не страшно, выглядело логично и обосновано. Жаль, что мой любимый хлопковый сарафан и джинсы не прокатят, но костюмы и классические платья у меня тоже есть.
– Если вопросов нет, продолжаем работать.
Начальник скрылся в кабинете, оставив нас наедине с новостями, размышлениями и предположениями. Телефоны тренькнули у всех одновременно: в рабочем чате появился незнакомый адрес. Звонко защелкали клавиши, раздались восхищенные возгласы. Наш новый офис располагался в одном из самых современных бизнес – центров Москвы. Народ замер в предвкушении.
=6=
– Отлично!
Навигатор показывал, что теперь дорога от дома до работы займет всего двадцать минут, а это значило одно: можно приплюсовать к сладкому сну почти полчаса. Привет, сова!
– Ах – у–елки, ах – у–ели, – нараспев тянет Гена Громов, осматриваясь по сторонам. И я с ним согласна. Шикарно. Роскошно. В огромном холле бизнес – центра прохладно и тихо. Люди – муравьи снуют повсюду. Царство стекла и хайтека приняло в свои объятия маленькую компанию дизайнеров.
– Ваши пропуска. Разбирайте.
Марсов ждал нас у стойки администраторов. Индивидуальные чип – карты распахнули створки турникетов. Просторный лифт с зеркальными стенами, три ряда серебристых кнопок от минус первого до сорокового этажа. С тихим гулом кабина взмыла ввысь, унося нас на двадцать седьмой этаж.
– Высоко взлетели, – прошептала Маринка. – Ух… у меня ноги трясутся от волнения.
Да уж, высоко. Меня тоже штормило и слегка подташнивало от стресса. Оставалось надеяться, что наш благоразумный МММ знает, что делает, отдавая фирму в структуру холдинга.
С тихим мелодичным звоном лифт замер.
– Двадцать седьмой этаж, – объявил приятный электронный голос.
Шаг вперед – и мы в новой жизни, в новой реальности.
Холдинг «АсТор». Мой взгляд зацепился за красивый логотип, закрепленный на серебристой стене. Сердце пару раз бахнуло и провалилось в пятки, а в горле пересохло. Непонятный страх, предчувствие опасности сковали тело. Нет… Этого не может быть! Совпадение… только так, иначе я влипла!
– Ника, в чем дело? – остановился босс, который уже прошел далеко вперед. Он что, затылком видит?
– Ничего, шеф… Все в порядке, – просипела я, догоняя коллег. – Просто отвлеклась. Извините.
– Наш новый офис.
Марсов распахнул стекляную дверь, и мы очутились в аквариуме. Так, что тут у нас? Я профессиональным взглядом оценила помещение. Просторно, светло. Пять рабочих столов расставлены в шахматном порядке, свободного места очень много. Интересно, это намек на расширение штата? Хм… дальше. Свежий ремонт, современная система освещения. Никаких перегородок, открытое пространство – опенспейс. Вдоль одной из стен – стеллажи с документами. Из панорамных окон отрывается роскошный вид на Москву. Ура! Мой компьютер стоит возле окна и дальше всех от входа!
Лаунж – зона с диванчиками и кухонным уголком, знакомая кофемашина. Ну хоть что – то в этом мире постоянно! Хороший кофе гарантирован!
– Проходите, располагайтесь. Осваивайтесь, включайтесь в работу. Ваши проекты в коробках и на стеллажах.
Михаил скрылся в кабинете, стены которого были молочно-белыми, абсолютно непрозрачными.
– А где стол для секретарши? – не сдержала любопытства Дашка, младшая из сестер Семеновых. – В таких крупных фирмах у всех боссов есть личный Цербер, охраняющий вход в кабинет.
– Меня не нужно охранять, – хмыкнул МММ, услышав вопрос подчиненной.
Я так и не поняла, когда он успел вернуться из кабинета, который сейчас – упс! – полностью просматривался из нашей комнаты. А, я поняла! Смарт – стекло! Удобная штука!
Потихоньку – помаленьку мы занялись делами. Я выцепила со стеллажей папки с проектом дворца Серковского и трехкомнатной квартирой, которую только недавно взяла в работу, и бросила на стол. Теперь стало лучше. Творческий бардак на рабочем месте – это моя среда обитания. Осознание, что жизнь продолжается, успокаивало.
Новое место – не повод нарушать традиции. Поэтому – утренний кофе! Чашка капучино с карамельным сиропом и вид на яркую августовскую Москву примерили меня с новой реальностью.
– Так красиво! – сестры Семеновы встали рядом. Кажется, к старой традиции теперь добавится новая – любоваться столицей с высоты птичьего полета.
Жизнь возвращалась в рабочее русло. Вновь защелкали клавиши компьютеров, зашуршала бумага, загудел принтер, зазвучала знакомая музыка. Это Воронов включил на телефоне подборку инструментальных композиций. Еще одна наша традиция. Забыла ее упомянуть, исправляюсь.
– Ника, встреть Машу и покажи дорогу. Она ждет в холле. – тренькнул мессенджер сообщением от Марсова. – Захвати ее пропуск.
– Сейчас сделаю.
Я зашла в кабинет МММ и сморгнула от неожиданности: его новая обитель – копия предыдущей, как я сразу этого не заметила?
– Что? – Михаил бросил на меня нечитаемый взгляд. – Что – то не так, Ника?
– Ну… Все так, просто неожиданно. Я не думала, что вы захотите… – замялась, не в силах подобрать корректную формулировку, но босс все понял.
– Да, мне понравилось то, что ты сделала, поэтому попросил оформить место работы в том же стиле. Ну хватит, иди за Машей, она заждалась.
Так и живем. Погладить по шерстке, почесать за ушком, сделать комплимент, а потом ненавязчиво отправить восвояси и намекнуть на работу, которая сама себя не исполнит – это стиль моего босса. Люблю его. Босса, я имею в виду.
Машка растерянно топталась в холле, с восторгом осматриваясь по сторонам. Знакомое состояние, ага.
– Привет. Вот, держи, – холодный пластик лег в руку подружки. – Как все прошло? Ты довольна?
– Ой, Ник, там такое было, – она едва не задохнулась от воспоминаний. – Я ведь думала, что люблю Ромку…
– А сейчас поняла, что не любишь?
– Сейчас осознала, что не видела человека, а держалась за мечту.
– Ух ты! И как пришло осознание?
Машка покраснела от смущения. Нелегко признаваться в своей наивности и глупости, но подруга смотрела мне прямо в глаза.
– Психолог попросила сделать рекламу Ромке.
– В смысле?
– Буквально, Ник. Попросила описать его так, чтобы она захотела отбить его у меня, – хмыкнула Машка. – И это должно было соответствовать реальности. Никаких фантазий.
– И? – это было интересно. Необычный подход.
– И… Стыдно, но я ничего не смогла сказать. Цветов Ромка не дарил, нежностей не говорил, обо мне не заботился. Помнишь, я заболела зимой?
Я кивнула. Тогда Машка слегла с жуткой вирусной ангиной. Температура, боль в горле, невозможность есть привычную пищу. Брр! Мы помогали ей, как могли.
– Ему ведь было все равно, Ник. Рома смотрел на меня, как на досадную помеху. А то, что он не поднимает на меня руку – это ведь не реклама, правда?
– Ну… да.
– Больше мне нечего было добавить. И знаешь, у меня словно глаза открылись, – шептала подруга. – Я поняла, что старалась не замечать холод и безразличие, оправдывала то, что было недопустимо… Какая я дура.
– Двадцать седьмой этаж, – вмешался в нашу беседу голос механической женщины и двери лифта распахнулись.
Мы вышли и направились в сторону офиса.
– Ника! – прилетел мне в спину знакомый голос. Голос – клинок пронзил сердце, лишил возможности дышать. Голос из далекого прошлого. – Ника, остановись!
Ни за что! Подхватив подругу под руку, я прибавила шаг. Было смешно и наивно надеяться на то, чтобы спрятаться в просторном коридоре, укрыться за прозрачными стенами. Москва – многомиллионный город, но почему мы должны были встретиться? Зачем? Я не позволю этому человеку вновь ворваться в мою жизнь и разрушить ее до основания!
=7=
Я указала Маше на дверь нашего офиса, а сама стремглав побежала в сторону туалета. Глупо? Да сто процентов – идиотизм чистейшей воды! Но сейчас я была не готова вновь встретиться с мужчиной из прошлого.
Холодная вода привела в чувство и освежила разгоряченное лицо.
– Да уж, красотка.
Из зеркала на меня смотрела рыжеволосая девчонка с выпученными от ужаса зелеными глазами.
– Так, соберись, Ника! Ты же богиня!
Неа, не работает. Стою, дышу. Убеждаю себя, что мне просто нужно время… для чего? Хотя бы для того, чтобы прийти в себя. Крадусь в офис, словно партизан в логово врага, молюсь, чтобы преследователь потерял мой след.
– Хорошо!
Наша комната как на ладони. Четыре дизайнера заняты творчеством, я бесшумно занимаю свое место, стараясь как можно тише стучать каблучками босоножек по кафельному полу. Экран компьютера оживает. Открываю браузер и вбиваю в строку поиска «холдинг «АсТор».
– Ты дура, Ника! – вырывается из груди. – Где было твое любопытство раньше? Гена обмолвился об этом, а ты все пропустила, не обратила внимания!
Интернет знает все и с легкостью делится информацией.
Холдинг «АсТор» основали Илья Астахов и Павел Торопов. Если первая фамилия мне ничего не говорила, то вторая… Закрываю глаза и уношусь в прошлое.
Это произошло девять лет назад. Мне было двадцать четыре года. Лето.
– Ника, если ты не поедешь отдыхать, я сделаю так, что тебя уволят! – рычит отец. – Ты меня слышишь? Не хочешь думать о себе – подумай о своих близких, о семье! Не вынуждай меня сделать это!
Вообще – то мой папа всегда тих и спокоен, как океан, но сейчас разбушевался. Девятый вал нервно курит в сторонке. А с чего вдруг? Да, я заработалась. Слегка. Последний год пахала, не поднимая головы, заработала хронический невроз и проблемы с желудком из – за перекусов на бегу. Я понимала, что работаю на репутацию, чтобы впоследствии та начала работать на меня, вот и увлеклась. В то время в зеркале отражалась тощая бледная панда с лихорадочно горящими глазами.
От удара папиной ладони по поверхности стола подпрыгнула и опрокинулась чашка с чаем, тревожно брякнула о блюдце ложка. Это был папин ультиматум, который не оставил мне шансов.
– Три недели отдыха! Никакой работы, проектов и заказчиков! Телефон сдашь при заселении, будешь получать его только для общения с семьей, – звучит как приговор. И я подчиняюсь, пакую чемоданы.
Сочи. Закрытый элитный пансионат «Ящик Пандоры». Место не для всех. Море, солнце. Массаж, косметологи, индивидуальная программа питания и никакого интернета, только музыка из умной колонки. В первые дни меня ломало, как наркоманку. Руки искали заветный гаджет, чтобы вновь начать работать, но однажды…
Сегодня на море бушевал шторм, но я все равно пришла на берег и уселась на крупный валун. Мощь стихии завораживала. За шумом волн я не услышала шагов незнакомца.
– Привет.
– Привет, – буркнула, не желая начинать общение. За время отдыха со мной пытались познакомиться мужчины разных возрастов, но отношения не входили в мои планы, только отдых.
– Красиво! – собеседник явно не собирался уходить. Он скинул с плеч тонкий джемпер и накинул мне на спину, связав рукава на груди. – Прохладно. Простудишься.
И просто встал рядом. Мы молчали почти час. Чайки истошно кричали и метались в небе, стараясь поймать воздушный поток. Их крутило и мотало, бросало из стороны в сторону как в центрифуге. Ветер трепал наши волосы и одежду, срывал с волн пенные шапки и кидал на берег, а мы смотрели на буйство Посейдона.
– Хватит, пора идти, – раздался голос незнакомца. – Ужин скоро. Хватятся, начнут искать. Паника поднимется. Оно тебе надо?
– Не надо.
Игнорируя протянутую руку, вскочила с камня и направилась к железной лестнице, которая была укреплена в склоне горы. Тихое хмыканье за спиной и короткое: – Амазонка. Все сама…
Не знаю, когда он успел так хорошо меня изучить, но папа тоже называл меня амазонкой. Это было интересное совпадение, поэтому у входа в ресторан я впервые внимательно разглядела своего спутника.
Зеленоглазый шатен. Высокий, гибкий. Широкоплечий. Открытый взгляд, широкая улыбка.
– Олег Торопов, – он уловил краткий миг любопытства и протянул широкую ладонь, в которой утонули мои пальцы. – Приятно познакомиться. А ты..?
– Вероника.
Едва мы зашли в ресторан, как взгляды присутствующих дам всех возрастов сфокусировался на моем спутнике. Слишком хорош, да. Породист, умеет себя подать. Ходячее искушение. Да ну его!
Однако отделаться от нового знакомства оказалось не так просто: после ужина он уговорил меня сыграть в «Мафию».
– Время детское, Ника. Неужели ты собралась идти спать?
– Книжку почитаю, – отбивалась я, но уже скорее для проформы. Любопытство проснулось и подняло голову. – Отстань!
Вместо ответа Олег сгреб меня в охапку, донес до комнаты, где собирались участники игры и аккуратно усадил на свободный стул.
– На том свете отоспишься, Ника.
И мы играли. С того самого вечера я не пропустила ни одной игры. Это было захватывающе. Увлекательно. Кровь вскипала от адреналина и эндорфина.
– Ты офигенная, Ника, – прошептал мне в волосы, когда провожал в номер. – Яркая звезда. И пахнешь крышесносно, – Олег с шумом втянул воздух у моего виска, запуская табун мурашек по спине и рукам. – Яблоками в меду и черносливом. Нереально!
Еще никто не говорил, что я вкусно пахну, не зажигал на моей коже огненные дорожки легкими невинными прикосновениями. Я потеряла голову, сошла с ума. Волна любви и желания захлестывала и сметала прочь слабый голос разума. Ящик Пандоры был открыт. С Олегом Тороповым я позволила себе все.
=8=
Нет, я не была наивной девочкой, и Торопов не был моим первым мужчиной, но… Благодаря ему я возродилась из пепла, почувствовала себя желанной, любимой. Женщиной. Я сгорала в сильных и надежных руках, рассыпаясь на миллиарды звезд, и заново возвращалась в тело. Олег отдавал мне себя, забирая взамен мою душу.
Мы были открыты настежь друг перед другом… В те дни мне так казалось.
Однажды вечером я шла к нему и остановилась в коридоре. Дверь в номер была приоткрыта.
– Мне сказали, что ты хорошо отдыхаешь, сынок. Развлекаешься, – доносился незнакомый мужской голос. Холодный, властный, требующий беспрекословного подчинения. – И это правильно. Мужчине нужна женщина для расслабления и переключения внимания. Только не заигрывайся, ты меня понял?
– Но отец…
– Эта девчонка не из нашего круга, поэтому мы никогда не примем ее в семью. Надеюсь, ты помнишь, что у тебя уже есть невеста. Диана Астахова красива, воспитана, умна, знает несколько языков. С ней ты будешь счастлив. Поженитесь, родите детей… Со временем ты оставишь большой спорт и примешь на себя управление семейным бизнесом.
– Я не люблю Диану, и она не испытывает ко мне никаких чувств. Это будет не семья, а сожительство.
Каждое слово проникало под кожу отравленной иглой. Сердце и душу словно пропустили через мясорубку. Прислонившись спиной к стене, я пыталась собрать себя в подобие человека, чтобы уйти. Сбежать. Спасти то, что осталось… Остатки гордости и самоуважения.
– Стерпится – слюбится. Все уже решено, – отрезал его отец. – Я сказал свое слово. Надеюсь, дважды повторять не придется. Расстанься с Вероникой, ты меня понял?
– Да.
– И давай не затягивай с этим. Скоро начнется подготовка к турниру Большого шлема. Америка ждет Тора. Ты должен удивить всех и взять кубок этого сезона, сынок.
Олег рассказал, что выступает на профессиональных теннисных турнирах самого высокого уровня. До этого я никогда не интересовалась большим теннисом, не следила за соревнованиями и не имела ни малейшего представления о Торе из России.
– Кубок будет моим, отец, и я отпущу девчонку. Ты прав, она лишь игрушка, развлечение на время отдыха. С ней легко, просто и удобно.
– Дай ей денег, чтобы молчала. Надеюсь, у нее хватит ума не распространяться о своих приключениях.
– Я разберусь, отец.
Эти холодные слова, сказанные равнодушным голосом, стали последним гвоздем в крышку гроба моей самооценки. Они жгли кожу, как позорное клеймо, тавро шлюхи. «Игрушка, развлечение на время».
Я спустилась к стойке администратора и взяла из шкафчика телефон. Забронировала билет на самолет, заказала трансфер, занялась сборами.
– Ника, открой. Я соскучился, – около полуночи Олег постучал в мой номер. – Ника!
– У меня голова болит. Я сплю, – ответила, не открывая дверь. – Завтра встретимся. Спокойной ночи, Олег.
Прощай, Тор. Он соскучился по игрушке… Я обещала себе не реветь, быть сильной. Не справилась. К утру меня спасали только солнечные очки: от слез лицо отекло, глаза покраснели. Рассвет окрасил утреннее небо в яркие цвета, когда я садилась в такси. Это путешествие я не забуду никогда. Спасибо, Тор. Ты меня возродил к жизни, но ты же и втоптал в грязь.
Воспоминания девятилетней давности до сих пор были яркими и острыми.
Астахов! Я уже слышала эту фамилию. Что же получается? Диана принадлежит семье основателя холдинга «АсТор». Вероятно, она дочь Ильи Астахова. Судьба закинула меня в эпицентр серпентария, и Торопов – младший уже взял мой след.
– Ника!
– А? Что?
Я так глубоко ушла в рефлексию, что не заметила стоящего напротив босса, который с тревогой всматривался в мое лицо.
– С тобой все в порядке? О чем ты задумалась? – Марсов бросил быстрый взгляд на монитор, где был открыт сайт холдинга, а конкретно – страница о его собственниках. – Изучаешь историю работодателя?
– Д – да.
– Хорошо. Как продвигаются дела по проекту Серковского?
– Отлично! Иваныч работает с опережением графика. Все материалы в наличии, проблем быть не должно.
– Держи руку на пульсе, Ника.
– Непременно.
Марсов исчез в кабинете, оставив меня в легком недоумении. Зачем он вообще подходил? Чего хотел? Ай, ладно. Неважно.
Решив расставить все точки над “i”, я вбила в поисковик «Диана Ильинична Астахова» и… да. Красотка с тонкой талией и большими темными глазами олененка Бемби, длинными каштановыми волосами и бесконечными ногами. Если, конечно, это все не обработка в фотошопе. Имеет диплом престижного столичного вуза по финансам и менеджменту. Обучение в Англии и Франции. О семейном положении не сказано ни слова, но в сеть слито много фото, где она мило и призывно улыбается Олегу Торопову, а тот бережно держит барышню за талию. Уфф! Вот я вляпалась!
Как интересно тасует карты судьба. Зачем, почему я вновь оказалась в непосредственной близости к Тору? Второй раз на старые грабли? Нет, увольте. Я сделала выводы и собираюсь держаться от него подальше.
Телефон, стоящий на беззвучном режиме, напомнил о себе. «Лиза Серковская» – высветилось на экране. Дочь императора предложила встретиться в кафе сегодня после работы.
– Если, конечно, тебе будет удобно, – робко добавила она. – Что скажешь, Ника?
А что я скажу? Кажется, мне пора привыкать к общению с представителями высшего общества. Pourquoi pas?Почему бы нет? Я готова!
=9=
