Текст книги "Развод по моим правилам (СИ)"

Автор книги: Ольга Игонина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Кира

– Ах, ты сука! – Сергей перехватывает руку.

Видимо, мне суждено умереть в самом расцвете сил. Мозг отключается, начинаю визжать еще сильнее.

– Дура, заткнись. Я пошутил. После Алисы я брезгую твоим дряблым телом. Калека.

Он отпускает запястье.

– Уходи, – рычу, меня всю трясет от страха.

– Ты должна отказаться от части дома. Половина – для тебя слишком много, ты туда не вложила и копейки. Сама понимаешь, если начнем делить через суд, то у меня есть все доказательства: банковские транзакции, счета-фактуры, гарантии. А у тебя что есть? Так уж и быть. Четверть!

Отходит немного от меня. Шарит глазами по комнате. Весь какой-то затюканный, тревожный.

– Ты магний попей. Если бы я знала, что все, что в тебя вкладывала, так быстро пойдет по одному месту, я бы даже не суетилась. Столько сил и времени впустую слито.

Не пойму своих чувств. Смотрю на Сергея, столько всего гадкого от него произошло за последнее время, что хороший период как будто забылся. Как в роддоме, когда вначале ненавидишь весь мир и хочешь, чтобы все мучения скорее прекратились, а через полгода уже так смутно все помнишь, что кажется, что готова еще на один заход.

– Я заберу все, что мне присудят. До розетки делить буду, – пячусь к двери, кто его знает, что его там перемкнет.

– Кир, – голос становится тише, привычнее. – А если бы вот так все не зашло далеко, ты была бы более счастлива? Ну вот жила в неведении, я бы так и ездил в командировку, а ты мне фермерскую индейку с овощами в дорогу собирала.

Молчу. Бессонной ночью я думала над этим вопросом. И в разные минуты думала по-разному, когда устала и нет сил – я хотела бы уткнуться носом в его грудь, смахнуть, все, что было. А когда зла, думаю, зачем он вообще появился в моей жизни. Я на него столько сил потратила. Если бы на нем не фокусировалась, а на себе, уже бы целую империю отстроила с моей упертостью и тягой к знаниям.

– Разве это сейчас важно? Я не о чем не жалею. Но расставание по смс, считаю подлым поступком. Не требую объяснений, это теперь не мое дело.

– Ты знаешь, – Сергей садится на диван. Его привычная поза – нога за ногу, подбородок чуть вверх. – Я иногда жалею, что тебе рассказал. Если бы можно было стать двоеженцем, я бы не упустил такой момент. Ты была бы старшей – учила Алиску готовить, прислуживать, за мной ухаживать. А она бы доставила другого рода удовольствие. Но знал, что ты не согласишься.

Господи, что творится в голове у него? Или я была слепа, и Сергей всегда был таким... с придурью. Или так взрослый организм на молодуху реагирует?

– Ну так-то да, смс – это прям по-человечески.

Уже стою у входной двери. Сергей, кажется, не собирается уходить. Да уж, завести себе любовь, чтобы бегать к бывшей отдышаться? Такой себе герой– любовник. А когда родится ребенок, он ко мне переехать решит?

– Тебе пора, Алиске привет, скажи, я за нее очень рада. Только опрометчивое решение завести ребенка, еще не воспитав и не вырастив тебя. Мое ей сочувствие, – кто меня просит вякать не в тему. Мысленно бью себя по губам.

– Кир, у тебя паранойя по поводу детей? Я с Алиской предохранялся. Всегда. А может, ты о другом мечтаешь, она от меня забеременеет, родит. А я к тебе с ребенком вернусь? Признавайся!

Кажется, у меня аж глаз задергался. Самомнения Сергею было всегда не занимать, но чтобы вот насколько. Начинаю смеяться, похоже на истерику.

– Знаешь, не зря говорят, что мир и природа мудрее нас! Слава Богу, что у нас нет детей. Мне не надо искать повод, чтобы ты общался с ребенком, умолять тебя не бросать нас. Там, – поднимаю палец кверху. – Там уже давно знают о твоей гнилой душонке. А такие не должны размножаться.

Он вскакивает с дивана. Мысленно готова получить за свои слова. Какое-то ликование внутри, ударила по больному. Не одной же мне страдать.

Сергей протискивается в дверь. Задевает специально, чтобы было побольнее.

Он уходит, смотрю ему в спину. Столько раз я видела ее, когда он уезжал в командировки. Последние мечты мои рушатся, царапают осколками душу. Хватаю воздух, как рыба на суше. Спокойно, Кира, ты все сделала правильно, можно оплакать свое несбывшееся, то, что предали. Двадцать минут твои. А потом делать проект, карьера себя не построит.

Глава 21

Сергей

Вот Кира – коза, ей и не жалко, что наша семья развалилась. Захожу в лифт, кажется, даже от секундных прикосновений руки теперь пахнут ею. Все вокруг пахнет Кирой, такой знакомый и родной запах. Где-то щемит в сердце, но гоню от себя эту мысль.

Выбрось ее из головы, ты уже сделал свой выбор.

– Серый, ты в городе не будешь? – Леха снова со своими важными делами.

– На доме до часов трех буду. Подъезжай. Потом в офис вернусь. Срочные дела, может, до полуночи с документами разберусь, – стою у машины. А тянет назад, но я не живу прошлым, только будущим.

– При Кире ты так поздно не работал. Ладно. Подъеду.

Почему-то даже этот короткий разговор меня завел. Злюсь, что ему нужно, выпытывать что-то для Киры приедет или будет на совесть давить. Зачем только согласился на эту встречу.

В голове зреет классный план. Совесть, конечно, меня немного толкает вбок, но растоптанное достоинство требует мести. Сам не пойму, почему меня так задело, что Кира не сходит с ума, не бегает по потолку и не умоляет вернуться назад. Она же говорила, что я ее любимый мужчина, а тут как будто сосед по подъезду на новую квартиру съехал.

Она же была нормальной, а сейчас каменное изваяние.

От нервов начинает печь где-то рядом с желудком. Таблетку обезбола под язык. Гуглю симптомы, да уж от инфаркта до острого панкреатита. Разбег огромный, вот и как понять, надо ли мне срочно в больницу ехать.

Еду сначала домой.

– Кажется, я подыхаю, – боль в подреберье не уменьшилась. Расстегиваю ворот рубашки, но с дыханием проблем нет.

– Может, чай? Прилечь? – Алиса суетится. – Сережа, ты что меня пугаешь! Я ничего не понимаю, что с этим делать!

Сейчас она мне напоминает белку в колесе, бегает по кругу, а толку никакого.

– Алис, успокойся! – рычу. – Воды принеси.

– Может, неотложку? Я пока не готова тебя потерять? Вдруг это инсульт! – садится рядом, смотрит на меня с жалостью.

– Инсульт в голове. А у меня болит в боку и грудине.

Да уж, опытная жена хороша хотя бы тем, что отлично знает анамнез, под рукой всегда аптечка с нужными лекарствами и номер врача, если совсем хреново.

– Думаю, это на голод. Ты утром ничего толком не поел. Хотя горячие бутерброды очень вкусные. Может, бульончику? Я в фильмах видела, что куриный бульон буквально на ноги ставит при любом недуге. Сейчас!

Вот, это уже другой разговор. А я уже почти разочаровался в Алиске. Лежу на диване, ноги на боковину закинул. Все равно болит. Смотрю на часы, совсем выбиваюсь из графика. Надо, правда, помириться с Кирой, чтобы она Алиске мастер-класс дала, как с очень-очень-очень работающим мужиком жить: календарь мероприятий вести, встречи разводить грамотно, потому что секретарю обычно похрен на нагрузку человека, еду с собой в ланч– бокс собирать, витамины в таблетницу. Алиска еще молодая, из нее может получиться толк, если нормально научить. – Вот, милый, держи, – Алиска идет из кухни, в руках красивая бульонница. Этот набор Кира откуда-то заказывала. – Смотри, какой он желтенький, ароматненький, я немного зеленюшечки кинула. Пальчики оближем.

Беру его в руки. И, правда, желтый, но какой-то другой, что ли. Нюхаю, пахнет ярко.

– А ты домашнюю курицу где купила? – пробую. Солено. От одного глотка кислотность сковала желудок.

– Какую курицу? Ты сам представляешь, сколько ее варить! Я кубики бульонные купила, не дешевый ширпотреб, а нормальные, дорогие. Я видела, их одна блогерша на правильном питании рекламировала.

– Там же от курицы только название на этикетке! – усмехаюсь, нет, лучше я есть и лечиться буду в другом месте.

– Сережа, ты сейчас превращаешься в моего папу. А мне этого не надо. Гречку я еще сварила. Сухую. Ее будешь?

В голове просто вулкан от злости взрывается. Надо куда-то исчезнуть, пока не наорал и отношения не испортил. Да, молодая жена хороша только в постели и на фотографии, а вот в быту – полный провал.

– Спасибо, мне стало легче. Я вернусь поздно, меня не жди, – поворачиваю голову. В углу стоят рулоны обоев.

– Я ремонт решила делать. Не беспокойся, тебя привлекать не буду. Я уже нашла бригаду, они тут все переклеят, непотребства твоей жены уберут. Все будет на высшем уровне.

– Понял, – вздыхаю. – Денег переведу. Нет у меня сейчас сил, чтобы с ней что-то решать. Чем бы дитя ни тешилось...

Еду в дом. По дороге останавливаюсь у магазина, беру кефир и булку. Серега, вот это ты дурак, дожился... Хорошо, что никто из знакомых не видит. Ничего, любовь она такая.

Приезжаю к дому. Все закрыто. Жалко его продавать, у нас столько планов на него с Кирой было: много детей, семья Женьки, бассейн надувной бы поставили, мангал... Почему-то взгрустнулось, хотя... Я то же самое могу сделать с Алиской. Она еще молодая, троих точно родить можем. А что Кира говорила про детей, намекала, что Алиска беременная? А та почему промолчала? Вот эти бабские загадки.

Выхожу из машины. Вот она моя маленькая месть. Открываю гараж, под брезентовым чехлом стоит мой подарок Кире – мотоцикл. Интересно, сколько он стоит? Ей он не нужен, а Женька мне теперь никто, чтобы я ему такие презенты делал. Где-то стоит разобранная подпорка для транспортировки. Вызываю грузовую перевозку. Вот жена, вернее, Кира удивится от моего сюрприза.

Глава 22

Кира

– Кир, Серега твой мотоцикл забрал, – Лешка звонит, в голосе какая-то тревога. Прислушиваюсь, никакого характерного рева мотора не слышу.

– Как забрал? Тот, что мне на день рождения подарил?

Присаживаюсь на ручку дивана. Не могу уложить в голове происходящее. Это же моя вещь, да, я на нем и ни разу толком не ездила, но какая разница. Никогда не замечала, чтобы Сергея к нему тянуло. Он-то и мне не очень был нужен, но тогда еще любимый супруг любил делать эффектные подарки.

– Да, его. Из города машина со стойкой приехала. Загнали по пандусу, да и все. Кир, я пытался с ним разговаривать, но там глухо. Не знаю, обида или злость, он не слышит меня абсолютно. Прости, сделал что мог. Серега за машиной уехал, а я у вас под двором стою уже минут двадцать, все думаю, как тебе все это рассказать.

Вот незадача, я же хотела продать мотоцикл и оплатить учебу Жени. Теперь или кредит брать, или что-то быстро придумывать.

«Кира, штрафной круг. Если соберёшься, то сможешь финишировать первой! В голове голос тренера.

Щеки от слез становятся мокрыми. Это уже больше чем предательство. Но я должна собраться!

Благодарю Лешку и заканчиваю разговор. Пока слишком больно думать в эту сторону.

Иду на кухню, делаю себе огромный чайник каркаде с красной смородиной, чтобы от кислоты мозги стали на место. Какую тактику сейчас выбрать? Сделать вид, что я ничего не знаю? Или пусть козлина знает, что я о нем думаю? Делаю глоток горячего кислого чая.

Набираю Сергею.

Даже через трубку готова вцепится ему в глотку.

– Ты сейчас из дома забрал мою вещь! – рычу в телефон, срываясь на крик.

– Это ты про мотоцикл? Как же быстро новости к тебе доходят. Сделала из Лешки шестерку,а про Алиску он выбрал тогда молчать. Кира, ты забыла, что байк на меня оформлен. Я же его купил, я его из салона гнал. А потом он стоял в гараже по доверенности. У тебя же машина есть, зачем такой клуше, как ты такие дорогие и особенные подарки? Не забывай, у тебя еще есть машина...

Прижимаю телефон плечом, лицо закрываю руками Какой-то ужас по всем фронтам. Ее покупал Сергей, а на кого она сейчас оформлена, не помню. Просто вылетело из головы. Топлю панику в чае.

– Тебе нужна моя машина? – спрашиваю через истерику. Зачем она ему, она, конечно, не ведро с гайками, но у него самого тачка намного лучше.

– Пока нет, помни мою доброту. А я буду помнить, что из-за тебя мои друзья от меня отвернулись.

Молчу, может, сказать, что увидела по камерам наружного наблюдения, гараж на пульте запищал, и я обратила внимание.

– Только не ври, что камеры смотрела. Я предусмотрительно вырубил щеток, хрен ты там что увидишь. Кир, ты же была не самой плохой женой, что с тобой случилось? Ты превратилась в мелочную, желчную, всех ненавидящую бабу.

Ничего себе, вот так заявочка.

– Ну хоть ты мне глаза открыл. А я на тебя вообще не обижаюсь. До меня только недавно дошло, что ты устал соответствовать. Рядом со мной нужно быть собранным, хорошо одетым, даже на мероприятии держать себя в руках и не переедать, и уж тем более не напиваться. Говорить на нормальном языке, а не как будто ты только из-под забора вылез. Ты мне показал, что я правда тебе насильно причиняла добро, что это не твой путь. Я очень жалею, что ухаживала за тобой из всех сил. Я тебя сегодня увидела, слушай, ну, ПТУ и пиво на кортах – твой уровень. Тебе с Алиской хорошо, сразу видно, что напрягаться не надо, деградировать можно в свое удовольствие. Не удивлюсь, если года через два увижу тебя где-нибудь на картонке рядом с магазином, не волнуйся, по старой памяти, я тебе кину денег на хлеб. И сейчас я понимаю, какая радость, что ты не усыновил Женьку. Сейчас он тебе никто, так, неприятное воспоминание из прошлого. А если бы стал сыном? Ты бы на дерьмо извелся, всю душу из него вытряс, на алименты, как немощный бы подал, на содержание тебя в старости. Просчитался, ну что сделать. У тебя жена молодая, ты ей полностью соответствуешь. Идеальная пара. Совет вам да любовь.

Сбрасываю звонок. Вот так тирада у меня получилась, без заготовки, а такая складная. И про сына, правда, как же здорово, что Женька ему ничем не обязан. Руки немного еще трясутся, от слез нос заложило. Делаю еще глоток чая.

Лезу на государственный портал, надо посмотреть, умения и за что я плачу налог. Так, эта квартира моя, половина дома моя и машина тоже.

Оказывается, у меня есть еще земельный участок где-то в Подмосковье. Надо же, это в каком же бреду супруг мне такой подарок сделал. Делаю скрины, отправляю Зиновию Львовичу.

Земля подороже мотоцикла будет, надо скорее со всем разобраться, но это я оставлю профессионалам.

Глава 23

Алиса

Смотрю на себя в зеркало. Молодость проходит, пока Сергей, этот олух, еле чешется в мою сторону. Вся его энергия уходит в злость, а надо, чтобы в дело. Где мой новый дом, где моя машина. Дышу по квадрату, ничего, у него хороший потенциал, все будет, но надо, чтобы было быстрее. А если спугну, и он совсем в ступор уйдет?

Осматриваю квартиру. Надо признать, что у этой Киры не самый плохой вкус. Кухня – классическая скандинавия, спальня – классика. Все это такое добротное, старперское, нищенский шик. Вот что значит, у женщины есть деньги, есть какое-то книжнее представление о счастливой женщине и о том, как должен выглядеть современный интерьер. Хоть бы на сайте с картинками посмотрела, как люди сейчас делают.

Нужно все переделать. Не должно и следа остаться от того, что было при этой мымре.

А комнату, которая убежищем этого приемного выродка, я переделаю под себя. Вот здесь, – подхожу к большому окну, – стол для работы поставлю. На второй короткой стене – все в зеркалах, чтобы занятия спортом можно было проводить дома. Еще надо света добавить, вот это подвальное освещение не для меня.

Лезу в интернет, сейчас все подберу. На сайте с картинками со всего мира я уже целую папку красивых комнат сохранила. Сережа мне кредитку оставил, думаю, там хватит денег на мои задумки.

Только беру телефон, на экране появляется мама.

– Алиса, ты уже две недели не звонишь, мои звонки игнорируешь. Что-то случилось? – как всегда, претензия и недовольство в голосе. От такой интонации уже хочется себя в угол поставить.

Видимо, снова у нее что-то случилось, а ушей свободных нет, кому бы все то вылить.

– Кажется, мы в прошлый раз закончили разговор на том, что если я не хочу от тебя получать постоянно один негатив, то я и не буду тебе звонить.Ты мой выбор не приняла, что я должна делать? Выбирая между тобой и Сережей, я выбрала его.

Еще бы, у него столько денег, недвижимости, что никакие родственники и даром не нужны. От них толку никакого.

– Дочь, но он же чуть-чуть моложе меня. Зачем он тебе? Пока ты на ноги встанешь, начнешь хорошо зарабатывать, чтобы твердо стоять по жизни, он уже станет дряхлым стариком.

– У тебя мысли, как будто ты до сих пор живешь во времена журнала Крестьянка. Мам, мне надо сейчас занять свое место под солнцем. Тебе нравится жить так, как ты сейчас?

– Алиса, ну не может же все вокруг денег. Мы с Федором хорошо живем, у Алины все есть. Уважаем друг друга, а ты рассуждаешь, как продажная женщина. Не хочу даже думать, что ты продаешь свое молодое тело.

Пфф, тоже мне достижение с Федором она живет. Что с него взять? Два комплекта трико и чемодан с инструментами.

– Ты меня сейчас проституткой назвала? Я устраиваю свою жизнь, не хочу жить, как ты: в нищете, в серости. Ты меня осуждаешь, что я за мужчиной пошла, а сама ты по-другому поступила? Сама говорила, что второй раз замуж собралась, чтобы жить легче было.

– Дочь, ты не забывай, что ты не одна этом свете. У тебя есть сестра, она какой пример от тебя берет? Что она видит?

Да ничего на не видит. Мать на старости лет нашла себе какого-то дурацкого Петеньку, сотрудника какого-то НИИ, за три копейки паяет какие-то плато. И вот от огромного одиночества и беспросветности эти две бедолаги решили создать ячейку общества. А потом у них Алинка родилась, У меня выпускные, ЕГЭ на носу, потом поступление, а у них новорожденная. Сестра родилась, а я за мгновение выросла. Теперь я сама за себя. Денег мне почти не дают, пять тысяч на неделю. Мама еще ждет, что с этих денег я малой что-то привозить буду. Каждый раз высказывает, что с пустыми руками приезжаю. А мне на них все равно, сейчас приличная помада столько стоит, что я не могу разбазаривать деньги.

– Она видит, что ее родители чокнулись и не научились контрацепцией пользоваться, – психую. Я считаю, что рот ты можешь открывать только тогда, когда содержишь или помогаешь деньгами нормально, а не кидаешь подачку.

Им в своем поселке все равно в чем ходить и как жить, а мне нет. На меня люди смотрят. И я на них, и завидую. Я и на заочку перешла, чтобы свою жизнь устраивать. Мне и учеба эта в триста лет не нужна, но кто же меня по другому поводу из дома отпустить. Учитель истории, конечно, всю жизнь об этом мечтала.

– Алиса, скажи честно, какие у вас отношения? Он небось женат, и ты ему нужна только для одного, знаю я всех мужиков, кобели редкостные. Он к тебе приходит, наслаждается телом и уходит?

Да когда же она от меня отстанет!?

– Нет, мама, я к нему переехала. Живу с ним. И живу в свое удовольствие. Вот обои для спальни искала.

– Дочь, может, у вас все серьезно? А знакомить нас, когда будешь? Или дай адрес, мы приедем, как люди, честь по чести.

– Возможно, все возможно, я тебе потом позвоню.

Хм, а это идея. Если мама к нам приедет в выходной с самого утра. Я куплю блины заранее, сырники какие-нибудь, пока Серый будет спать, все приготовлю. И буду, и умница, и хозяюшка. И под маминым напором он сделает мне предложение. А там уже я хозяйка всего.

На телефоне орет напоминание. «В ближайшие дни у вас овуляция. Время планировать беременность».

Вот как много прекрасных новостей на сегодня.

Глава 24

Кира

– Кира Витальевна, Гезенцвей на проводе.

Как-то многовато звонков от Зиновия Львовича в последнее время. И я этому точно не рада.

– Добрый день, еще раз, – стараюсь улыбаться в голосе.

– Как говорил мой товарищ, где вы такого мужа поганого нашли? – усмехается. – Не знаю, таким ли он бы при вашей совместной жизни, но то, что он творит сейчас, мужским поступком назвать нельзя.

– Да, он очень изменился. Может, я была совсем ужасной женой, что у него ко мне такая злость?

– Милая, вы прекрасная женщина, раз даже в такой ситуации нашли причину сделать себя виноватой. Я что звоню. Приготовьтесь, борьба будет серьезной, изрядно потрясет, но закон на нашей стороне. И для меня, как настоящего мужчины, отца трех дочерей и деда четырех внуков – это дело чести. Чтобы он сейчас вам не говорил – делите надвое. Злости в нем много, а вот умишка маловато. Держись, девонька.

Выдыхаю. Но тревога не опускает. Если уж адвокат позвонил, значит, дело, действительно, дрянь.

Когда мы начали с Сергеем жить вместе, я была уверена, что это мой мужчина. Что это самый лучший мужчина на свете. Он в прямом смысле носил меня на руках, через каких-то знакомых доставал лекарства для моей спины. Не понимаю, на каком отрезке наши лыжни жизни начали расходиться. И как я этого не заметила, ничего не почувствовала.

Интересно, а если зайти с другой стороны.

Набираю Таньке, она точно может больше меня знать, может, и контакты еще остались.

– Тань, выручай. Мне нужен телефон или встреча с Серегиной первой женой. Есть выход на нее? – гениальная идея вспыхнула в моей голове. И я не дам ей погаснуть, может, у нее есть что мне рассказать. Если подруга не поможет, то через социальные сети найду.

– Кир, номер есть. И я ней иногда созваниваюсь, ну так, по старой дружбе. – говорит тихо, немного скомкано, как будто извиняется.

– Тань, так я ж не против. Я к ней с добром. Вернее, с вопросами. Я никого у нее не отбивала, сама знаешь.

– Знаю, но не думаю, что это хорошая идея. Для нее тоже развод был неожиданностью, и тоже по ней нормально катком прошелся.

Да что ж такое, ну что ж за тупик такой.

– Хорошо, тогда дай ей мой номер. Можешь рассказать все как есть. Если она согласится поговорить, то думаю, Серега за нас обеих так отгребет. Мы на общем адреналине выедем.

– Кир, я попробую, но не обещаю.

Соглашаюсь с этим вариантом.

Мы еще не были женаты, я спрашивала у Терехова, что случилось в первом браке. Я спокойно рассказывала о своей ошибке молодости, о том, что не смогла различить страсть и любовь, и что водителя дивана в мою жизнь не надо.

Что же рассказал он? Пытаюсь напрячь память, кажется, из-за того, что не было детей, что Анна, как ее вроде зовут, начала искать интересную жизнь в не дома. Я еще посочувствовала, думаю, как такого хорошего мужика можно бросить.

Мы даже дважды виделись. Первый раз – на свадьбе Лешки и Тани. Второй – на каком-то празднике, потом она уже не приходила. Теперь я понимаю почему. Если она его так же, как и я любила, то увидеть нас вдвоем – огромная, разрушающая боль.

Есть целый час до прихода Жени. Нужно успокоиться, не надо на ребенка проецировать свои эмоции. Заглядываю в холодильник:– овощи есть, индейка. Гарнир варить две минуты.

Снова включаю компьютер, еще мой добрачный. На него приходят обновления на дизайнерские программы. Тянет со скрипом. Подключаю рядом новый ноутбук. Знала бы, что это последний подарок на Восьмое марта, я бы помощнее выбрала. Для работы тоже не очень подходит.

Мозги скрипят также сильно, терминология позабылась. Выписываю в большой блокнот все мероприятия в ближайшие полгода по дизайну и строительству. Одним глазом смотрю за рубеж – дороговато. Ладно, сначала бег на короткие дистанции, а там видно будет.

Смотрю на телефон, как будто жду звонка. Ну, не может же она не позвонить? Хотя... может, эт я мстительная и очень обиженная, потому что все ощущения еще свежи. А Анне, может, это уже неинтересно, она взрослая, уже собранная женщина. Все уже отгорела или с психологами проработала, а я пробую это сковырнуть?

А прав Зиновий Львович, я правда в любой ситуации могу найти то, за что себя можно поставить в угол. И это в последний раз я так с собой.

– Мам, смотри, что я тебе принес, – Женька с порога показывает огромную стопку журналов, перевязанных бечевкой. – Думаю, тебе понравятся.

– Мы на ней сидеть будем, пока еще один стул не купим, – пытаюсь отшутиться. Моя задача, чтобы сын не понял, что я тут без него по потолку от отчаяния хожу.

– А вот и нет. – Женя подносит журналы, сверху Дизайнерский вестник.

Аж сердце защемило от восторга. – Я посмотрел, там Салон, Домашний интерьер, и еще какие-то, забыл. Есть совсем старенькие, а есть прошлого месяца.

– Ты ограбил районную библиотеку?

– Нет. Кто-то в макулатуру притащил. А я увидел и договорился, что эту стопку заберу, а взамен помогу все погрузить. Так что, ничего я не украл, заработал.

Мой прекрасный мальчик, моя отдушина и надежда. Прижимаю его. Еще вчера его макушка была у меня под подбородком, я сейчас – смотрим практически в глаза друг другу.

– Это просто бесценный подарок.

Сын, довольный собой, идет на кухню пританцовывая.

– Мам, тебе тут незнакомый номер звонит. Может, спам?

– Хочешь, возьми, – не могу отойти пока от журналов. Глаза разбегаются.

– Мам, тут какая-то Анна, говорит, ты ждешь ее звонка.