Текст книги "Развод по моим правилам (СИ)"

Автор книги: Ольга Игонина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 69

Кира

Телефон вибрирует на столе, и я вздрагиваю, увидев номер Романа. Сердце на мгновение замирает. Продажа дома – это все еще больно, даже если я стараюсь убедить себя, что нет.

– Кира Витальевна, – его голос звучит мягко, но с какой-то деловой теплотой. – Транзакция исполнена. Готов выслать вам платежное поручение.

– Спасибо, – отвечаю, чувствуя, как горло сжимается. Я делаю глубокий вдох, пытаясь заглушить этот комок эмоций, который подступает изнутри. – А когда удобно встретиться для показа дома?

– Давайте через пару часов, – произносит он спокойно. – Если вам удобно приехать...

– Буду через два часа, – соглашаюсь, глядя на ключи от машины, которые лежат на столе рядом с кофейной чашкой. Мои пальцы дрожат, когда я беру их. Это последний раз, когда я поеду туда. Последний раз, когда я войду в этот дом.

Собираясь, я ловлю себя на мысли, что не боюсь больше этого болезненного укола, который раньше пронзал меня при каждой мысли о доме. Теперь это просто стены. Просто кирпичи, дерево, штукатурка.

Приезжаю и вижу Романа у входа. Он стоит, держа в руках термос и два бумажных стаканчика. Его силуэт четко вырисовывается на фоне серого неба.

– Приветствую, – он улыбается, протягивая мне стаканчик с кофе. Его улыбка искренняя, но в глазах есть какая-то грусть, которая заставляет меня задуматься. – Кофе? Сделал по-канадски.

– С удовольствием, – принимаю стаканчик, чувствуя тепло, которое передается через тонкий картон. Кофе пахнет корицей и чем-то сладким, что вызывает странное чувство ностальгии, хотя я никогда не была в Канаде.

– Вы окончательно вернулись? – спрашиваю, делая осторожный глоток. Тепло разливается по телу, и я чувствую, как немного расслабляюсь.

– Больше двадцати лет назад уехал, – начинает он, глядя куда-то вдаль, словно видит перед собой те далекие дни. – Сначала в Торонто – учился там на программиста. Было непросто. Первое время вообще не мог привыкнуть к холоду, к тому, как все вокруг такие… закрытые. Но потом познакомился с Марией.

Он делает паузу, и в его голосе появляется нотка тепла, но она быстро исчезает, как будто он прогоняет воспоминания.

– Мария была… особенной, – продолжает он, опуская глаза. – Умная, красивая. Мы поженились через год после знакомства. А София родилась еще через год. Знаете, когда она появилась на свет, я думал, что это самое счастливое время в моей жизни. Она была такой маленькой, хрупкой.

Он замолкает, и я вижу, как его пальцы сжимают стаканчик чуть сильнее, чем нужно. Я понимаю, что эта история не имеет счастливого конца.

– Но три года назад все изменилось, – он вздыхает, и в его голосе появляется горечь. – Мария… она выбрала другой путь. Ушла от нас к другому человеку. И знаете, что самое интересное? Именно тогда я понял, что хочу вернуться домой. В Россию.»

– Почему? – спрашиваю я, чувствуя, как мое сердце сжимается от его слов. Я знаю, каково это – терять семью. Знаю, как больно, когда люди, которых ты любишь, уходят.

– Потому что здесь корни, – он смотрит на дом, и его взгляд смягчается, как будто он видит что-то, чего не вижу я. – Здесь мои родители стареют, здесь могила бабушки. А София... ей нужно знать, откуда она родом. Не просто слышать об этом, а чувствовать. Понимаете? Я сначала хотел пойти по пути наименьшего сопротивления, просто вывезти дочь, но понял, что не имею права втягивать дочь в свои обиды.

Я киваю, хотя внутри все переворачивается. Понимаю, как важно иметь место, которое можно назвать своим. Место, где ты можешь быть собой, где ты можешь найти покой.

– Знаете, – произношу я наконец, чувствуя, как слезы подступают к глазам. – Я думала, что этот дом – вся моя жизнь. А оказалось...

– Что он просто дом,– договаривает Роман, и в его голосе есть что-то такое, что заставляет меня посмотреть ему в глаза. – Иногда мы слишком сильно цепляемся за вещи, забывая о самом важном.

– Вроде семьи, – добавляю я тихо.

Мы замолкаем, и в тишине между нами остаётся только шум ветра, который играет жёлтыми листьями.

– Пойдемте, – говорю я, вытирая слезы. – Я покажу вам все.

Мы начинаем осмотр дома, но теперь это просто деловая встреча двух людей, которые нашли свое место в жизни. Каждый по-своему.

И пусть дом больше не мой. Зато у него будет новая история. С новыми хозяевами, новыми мечтами, новой жизнью.

Экскурсия в этот раз проходит быстро, не ходим по комнатам, только просматриваем «особые места»: котельная, ввод воды, вентиляция.

– Вы отличный экскурсовод. Может, мы как-нибудь встретимся, и вы нам проведете обзорную прогулку по городу? – Роман улыбается, почему-то мне кажется, что это подкат.

– Я подумаю.

Глава 70

Почти месяц прошел со дня продажи дома. Каждый день просматриваю объявления, ищу что-то «по деньгам», пока ничего подходящего нет.

Вечером гуляем с Женькой по парку. Решила поучаствовать в конкурсе дизайнеров по благоустройству этой территории. Обходим вокруг третий раз.

– Кира Витальевна, – голос Романа заставляет меня обернуться, когда я как раз спускаюсь по ступенькам к крохотному озеру. Он стоит чуть поодаль, рядом с ним София. Девочка держит за руку отца, и ее большие карие глаза настороженно изучают меня. В них читается смесь любопытства и осторожности, будто она боится сделать лишний шаг в мою сторону.

– Неожиданно вас здесь встретить. Познакомьтесь с моей Софией,– продолжает Роман, его голос звучит мягко, но в нем угадывается легкая неуверенность. – А я еще я бы хотел обсудить с вами один проект...

– Проект?– –переспрашиваю я, чувствуя, как брови невольно ползут вверх. Его предложение кажется неожиданным, но что-то в его тоне заставляет меня кивнуть. Возможно, это взгляд Софии – такой детский, но одновременно взрослый, словно она уже научилась оценивать людей заранее.

– Да, – он делает шаг вперед, и София автоматически отступает на полшага назад, все еще прячась за его рукой. – Рядом с домом, за соседским участком есть пустырь, я подумаю, там можно сделать отличную детскую площадку. Вы ведь разбираетесь в дизайне...

Его слова звучат тактично, почти профессионально, но я замечаю, как он слегка наклоняет голову, словно стараясь скрыть свое волнение. Интересно, подумала я про себя, он действительно хочет поговорить о проекте или это просто повод?

София медленно отходит от отца, но держится на расстоянии, наблюдая за мной с легкой настороженностью. Она улыбается, когда я пытаюсь заговорить с ней, но каждый раз, когда я делаю шаг в ее сторону, она инстинктивно отступает.

И тут появляется Женька. Он катится на своём скейтборде, легко и уверенно, словно часть этого парка принадлежит только ему. Волосы растрепаны, на лице широкая улыбка.

– Мам, я к озеру! – кричит он, заметив меня. Затем его взгляд падает на Софию, и он замедляется, останавливаясь рядом.

– Привет, – машу ему рукой, чувствуя, как уголки губ сами собой ползут вверх. Но внимание привлекает реакция Софии. Она буквально прикована к скейту, ее глаза расширяются от удивления.

– Что это такое? – спрашивает она, ее голос звучит тихо, но в нем чувствуется искреннее любопытство. Акцент делает ее слова немного неразборчивыми, но смысл понятен. – Я видела, как другие дети катаются...

– Это скейт, – объясняет Женька, гордо поднимая свою доску. – Хочешь, научу?

София смотрит на отца, и тот едва заметно кивает, словно давая разрешение. Ее лицо светлеет, хотя в глазах все еще читается легкая тревога.

– Но только осторожно, – добавляет Роман, и в его голосе слышится настоящая забота.

Женька начинает объяснять, как стоять на скейте. Сначала София боится даже прикоснуться к нему, но постепенно ее страх уступает место интересу. Когда она делает первый шаг, ее лицо озаряется такой искренней улыбкой, что даже у меня внутри что-то екает.

– Ты смешной, – смеется она, когда Женька падает при демонстрации падений. – Ещё раз!

Они оба путаются в словах из-за ее акцента, но это только добавляет очарования моменту. Я наблюдаю за ними, чувствуя, как сердце наполняется теплом. София постепенно расслабляется, даже берет меня за руку, когда боится сделать шаг на скейте. Это маленькое прикосновение – ее маленькая ладошка в моей руке – вызывает странное чувство. Будто между нами протягивается невидимая нить доверия.

Роман тем временем наблюдает за происходящим. Он пытается завести со мной разговор, рассказывает о своих планах по ремонту дома, делает комплименты моей прическе. Но я нарочно или случайно не замечаю его попыток. Вместо этого сосредотачиваюсь на Софии и Женьке, которые теперь смеются, падают и снова встают, словно старые друзья.

Позже, когда София убегает за листьями, Роман подходит к Женьке. Его шаги уверенные, но в глазах читается легкая робость.

– Слушай, – начинает он, чуть наклоняясь к Женьке, чтобы их разговор остался между ними. – И ты очень помог сегодня с Софией, – продолжает Роман, и его голос становится мягче. – Она давно ни с кем так не общалась... Спасибо.

– Ну, это же просто скейт, – пожимает плечами Женька, но в его глазах мелькает гордость.

– Дело не только в этом, – вздыхает Роман, и я замечаю, как его пальцы нервно теребят край пиджака. – Я просто... хотел бы, чтобы ты знал: я ценю ваше отношение. И если ты когда-нибудь захочешь поговорить о чём-то... я всегда готов выслушать.

Женька задумчиво кивает, а я, стоя чуть поодаль, наблюдаю за этой сценой. Внутри что-то екает, не совсем доверие, но что-то похожее на уважение.

Когда мы прощаемся, София уже не прячется за спиной отца. Она даже позволяет себе коротко обнять меня на прощание.

– Спасибо,– шепчет она, и ее голос звучит так искренне, что сердце сжимается.

– Всегда рада, – улыбаюсь в ответ, чувствуя, как этот момент останется со мной надолго.

Глава 71

Телефон вибрирует на столе – сообщение от Романа. Мы начали общаться все чаще: короткие звонки между делом, обмен идеями по проекту дома, иногда просто смешные картинки из интернета. Ничего особенного, но каждый разговор оставляет легкое чувство теплого уюта.

– Он явно на тебя глаз положил, – Танька качает головой, когда я рассказываю ей об очередном звонке. – Неужели не видишь?

– Тань, хватит, – отмахиваюсь, хотя внутри растекается что-то теплое. – Ты же знаешь, я не готова ни к каким отношениям. Моя нервная система только начала в себя приходить.

– А я и не говорю, что нужно сразу замуж бежать! – фыркает она. – Просто дай человеку шанс. Он же очевидно хороший! И Женьке он, кажется, нравится, ну во всяком случае в штыки не воспринимает его.

– Я не против хорошего общения, – пожимаю плечами. – Но ты опять пытаешься меня выдать замуж.

– Потому что это нормально! – восклицает она с театральным вздохом. – Ты заслуживаешь счастья! Красивая, молодая, реализация вон двумя ногами по планете шагает. Для идеального не хватает только вишенки на торте, – она подмигивает.

– Я так понимаю, ты сейчас про мою спину, – начинаю смеяться.

После неудачного свидания с Маратом, я начала быть еще осторожнее. Моя спина мне была сильно дороже любых отношений, в хоть мужик он может и подлый, но врач-то толковый.

На следующий день собираемся на турбазу – Танин день рождения. Весь день проходит в шумной компании: друзья, музыка, веселье. Я стою у тира, наблюдая за тем, как Женька и София соревнуются в стрельбе.

– Давай покажу, – говорю, беря в руки винтовку. Мышцы помнят движения, будто я никогда и не бросала спорт. Первый выстрел – мишень поражена. Второй. Третий. Все десять мишеней выбиты чисто.

– Вау! – Женька аплодирует. – Мам, ты настоящий снайпер!

– Ага, безработной не останусь, – расплываюсь в улыбке.Я уже и забыла, как любила стрелять, как это затаить дыхание и нажать на курок.

София широко улыбается.

– Это не я, – усмехаюсь, передавая воздушку обратно. – Это привычка.

Женька тоже стреляет, четыре из пяти. За общие старания нам дают небольшого плюшевого зайца, сын и тут же дарит его Софии. Девочка светится от счастья, а Роман, наблюдающий за происходящим, удивлённо поднимает брови.

– Откуда такие способности? – спрашивает он, подходя ближе.

– Бывшая спортсменка, – пожимаю плечами. – Биатлон. С детства тренировалась.

– Впечатляет, – произносит он, и в его голосе слышится настоящее восхищение.

Застолье полной рекой, тосты, поздравления. Подростки сбились в отдельную кучу, жарят на мангале маршмеллоу.

Лешка подходит ко мне и просит выйти в сторонку.

– Кира, – начинает он осторожно. – Сергей приехал. С новой женой.

– И? – переспрашиваю, чувствуя, как внутри всё холодеет, но стараюсь сохранять спокойствие.

– Его никто не звал, – добавляет Лёшка, явно опасаясь моей реакции. – НУ сама понимаешь, мы же нормально раньше общались.

– Леш, – расплываюсь в улыбке. Я его полностью отпустила, никаких претензий к нему нет. Он же ваш друг. Конфликта не будет. И даже если ко мне из этой парочки кто-то прицепится, я выстою. Или схвачусь за воздушку, – начинаю снова смеяться.

Лешка смотрит на меня с удивлением, но я уже поворачиваюсь и иду обратно к компании. Прислушиваюсь к ощущениям, пусто, Сергей больше не часть моей жизни. И то, что он здесь – ничего не меняет.

– Кира, – Роман подходит ко мне, когда я возвращаюсь. – Ты в порядке?

Да, улыбаюсь, чувствуя, как уголки губ становятся увереннее. – Все хорошо.

Сергей появляется в дверях, и я едва узнаю его. Он всегда был подтянутым, спортивным, а теперь? Лицо одутловатое, под глазами мешки, фигура расплылась. За ним следует Алиса, ее живот уже заметно округлился, на пальце сверкает новенькое обручальное кольцо. Она крепко держит супруга за руку, будто боится, что он сбежит.

– Привет всем, – произносит Сергей слишком громко, слишком напоказ. Его улыбка выглядит фальшивой, как дешевая маска. – Я тут подумал... раз такое дело...

Алиса стоит рядом, изображая счастье, но в ее глазах читается что-то другое – тревога? Страх? Я не могу точно сказать.

– Тань, это тебе, – он протягивает букет цветов, явно купленный наспех по дороге. Таня принимает подарок с каменным лицом.

– Спасибо, – бросает она холодно.

Потом он исчезает на парковке и возвращается с ящиком шампанского.

– Мы тихонько отметили свадьбу в семейном кругу, – объясняет он, расставляя бутылки. – Но решил: почему бы не отметить еще раз?

Подходит ко мне. Я стою у стены, наблюдая за этой сценой с легкой иронией. Внутри всё холодеет, но я продолжаю улыбаться.

– Ты хорошо выглядишь, – говорит он, и в его голосе слышится нотка старой привязанности.

– Спасибо, – отвечаю ровно. – К сожалению, о тебе того же не скажу.

Он вздрагивает, но я продолжаю:

– Но я рада, что ты нашел свое счастье. Правда.

Его лицо на мгновение становится совершенно растерянным, видимо, ожидал другую реакцию. Но затем он снова надевает свою фальшивую улыбку.

– Спасибо, – бормочет он. – Это... много значит.

Алиса тем временем переминается с ноги на ногу, явно чувствуя себя неуютно. Роман подходит ко мне и встает рядом, его присутствие дает странное чувство уверенности.

– Знаешь, – добавляю я, глядя Сергею прямо в глаза, – иногда люди получают именно то, что заслуживают.

Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом просто кивает и отходит. Алиса бросает на меня быстрый взгляд, в нем смесь страха и благодарности.

– Все нормально? – спрашивает Роман тихо.

– Да, – улыбаюсь я. – Более чем.

Глава 72

Эпилог. Полтора года спустя.

Утро начинается с медитации. Я сажусь на коврик у окна, чувствуя, как первые лучи солнца скользят по лицу. Это стало моим ритуалом – способом успокоить нервную систему, которая так долго отказывалась приходить в норму после всего, что случилось. Дыхание становится глубже, мысли – спокойнее. Теперь я знаю: здоровье – это не только физическое тело, но и душа. И оба нуждаются в заботе. Аккуратно тяну спину, делаю упражнения медленно, чувствуя, каждую мышцу.

– Мам, мне срочно нужна твоя помощь, – Женька пробегает мимо комнаты. – У меня через три часа дедлайн по сдаче проектной работы, а я не пойму, есть ли ошибки. Я же и через программу все прогнал, а ворд все равно красным некоторые слова подчеркивает.

Доделываю свою зарядку, спешу на помощь. Женька теперь учится в компьютерном лицее. Когда я узнала, что он хочет попробовать свои силы в программировании, то немного удивилась, ведь раньше он был помешан на спорте и скейтбординге. Но потом поняла: он просто нашел свое. Сейчас он готовится к экзаменам и пробует участвовать в олимпиадах. Получается пока со скрипом, но он не сдается. Видимо, моя целеустремленность всё-таки передалась ему. Хотя иногда он шутит, что это «мамины гены работают».

Быстро пробегаю глазами по тексту, удаляю лишние пробелы, расставляю знаки препинания.

– Если в двадцатку лучших войду, то два бала дают к поступлению, – сын весь сосредоточен. Скрещиваю пальцы, показываю ему – наш знак – хоть бы все получилось.

Весь стол завален чертежами, набросками. На днях я выиграла конкурс на дизайн нового кафе. Деньги небольшие, но главное – это проект для портфолио. Пока работаю над эскизами, чувствую себя живой. Это то, ради чего стоит просыпаться каждое утро, после развода я поняла, что больше никогда не буду жить чужими мечтами.

Звонок, «Спесивцев», ничего себе, ему что от меня надо.

– Кир, привет! Я тут разбирал конкурсные работы и нашел твою. Вот ты упертая, я тебе скажу. Можно было просто мне позвонить, и мы бы тебе сразу отдали этот проект, без каких-то соревнований.

От этих слов становится понятно.

– Победа – не меньшее удовольствие! Круто ощущать, что ты кого-то обошла, что твои усилия оценили не потому, что я вас знаю.

– Вот за это я тебя и ценю! Слушай, у нас есть сообщество дизайнеров, хорошее, профессиональное. Мы – как знак качества, может, пойдешь к нам?

– Ого, это неожиданно! Конечно, с радостью!

Работать в таком комьюнити – огромная радость! Сразу звоню родителям, рассказываю о моих нововведениях. Мама, как всегда, сдержанна. Папа рассыпается в комплиментах, для него я самая классная девочка!

– Кир, работа – это хорошо, – мама вспоминает, что давно не давала мне наставлений. – Но давай о себе не забывай. У тебя тем более ухажер появился.

Мама все больше напоминает мне Таню. Им обязательно надо сдать меня в добрые и ответственные руки.

Роман заходит ко мне через день или два. Иногда он приносит цветы, иногда просто звонит, чтобы узнать, как я. Я приняла его ухаживания, но замуж пока не спешу. Не потому, что не хочу быть с ним, а потому что научилась ценить каждый момент сам по себе. Наше общение – это не гонка к алтарю, а удовольствие от того, что рядом есть человек, который действительно видит меня. И София теперь часто приходит вместе с ним. Она уже не прячется за спину отца, а радостно бежит ко мне с какими-то детскими новостями.

– А тебе Танюша не звонила? – мама заходит издалека.

– А тебе, – в последнее время все наши «информативные беседы» начинаются с этой фразы.

–У Сереги же дочка родилась, представляешь. И говорят, что так похожа на своего биологического отца, на какого-то Руслана. Сергея его, оказывается, тоже знает. Представляешь, те же глаза, тот же овал лица.

– Мам, я за него искренне рада. Он взрослый мужик, должен сам решать свои проблемы. А я не понимаю, должна ему сочувствовать или радоваться за него.

– Ой, ну тебя, никаких сплетен с тобой не разведешь.

– Никаких.

Историю Сергея я и так хорошо знаю, как бы ни старалась от нее укрыться, все равно найдет. Алиска и ее мама держат Терехова на коротком поводке, периодически напоминая, что он должен быть благодарен за ребёнка. «А то так и помрешь в старости в богадельне, а так хоть воды стакан принесут,». Слухи ходят, что Сергей встречался с этим Русланом, пытался заставить его признать отцовство, сам пробовал уходить от Алиски, но там такая хватка, что никто его уже не отпустит.

Сама дважды с ним сталкивалась в строительном магазине, посмотрели друг на друга и разошлись, как чужи люди. Может, во мне какая-то странная зависть, но так счастливые люди не выглядят: седой, взгляд потухший, мешки под глазами. Совсем другой человек стал.

Иногда я думаю о том, как изменилась моя жизнь за эти полтора года. Было время, когда я боялась будущего, каждый новый день казался угрозой. А теперь? Теперь я смотрю вперёд с интересом.

– Кира, – Роман садится напротив меня, и в его глазах читается какая-то особенная решимость. – Мы давно общаемся. И я... хочу поговорить о будущем.

– О будущем?– переспрашиваю, поднимаю брови. Отставляю чашку с чаем. Внутри всё слегка екает, но я стараюсь сохранять спокойствие, мы за это время стали хорошими друзьями.

– Да, – кивает он. – Я думаю... пора выйти на новый уровень. София, – произносит он мягко. – Она так расцвела рядом с тобой. Ты даже не представляешь, как она изменилась. Она теперь часто говорит о тебе... Как о маме.

Сердце пропускает удар. Я молча смотрю на него, давая время продолжить.

– А я... – он делает глубокий вдох. – Я могу стать для Женьки тем, кого ему не хватало: старшим товарищем, надежным другом. Я бы сказал, что отцом, но он уже взрослый, не знаю, нужен ли он ему, – Роман пожимает плечами.

– Ром, начинаю я осторожно, чувствуя, как внутри всё холодеет. – Ты серьезно? Конечно, я не слепая, понимаю, что наши отношения становятся другими. Жду от него «доброе утро» или «спокойной ночи», но не думала, что это сможет перейти в другую плоскость. Мы взрослые и изрядно раненные люди, а тут отношения.

– Более чем, – отвечает он, и в его голосе звучит настоящая уверенность. – Я понял, что люблю тебя. И дом... Тот самый дом, который ты так любишь. Мы можем сделать его нашим. Семейным. Я хочу, чтобы ты была в нем хозяйкой.

– Нет, – качаю головой, чувствуя, как внутри поднимается волна решимости. – Этот дом – это уже прошлое, закрытый этап.

– Что? – он явно не ожидал такого ответа.

Смотрю ему прямо в глаза.

– Этот дом... Это часть моей жизни с Сергеем. Часть того, что я давно поставила точкой. Я не хочу возвращаться к этому. Ни к дому, ни к воспоминаниям.

– Но, – он запинается, явно теряя нить разговора.

– И потом, – продолжаю я, чувствуя, как слова выходят все увереннее. – Я больше не ищу готовых решений. Не хочу строить новую жизнь на обломках старой. Если мы будем вместе... Это должно быть что-то новое, чистое. Без прошлого.

Роман кладет ладонь на мою руку.

– Я не понимаю, – произносит он тихо. – Ты же сама говорила, что любишь этот дом...

– Любила, – поправляю я. – Теперь я строю новую жизнь.

– То есть ты отказываешься? – его голос звучит почти растерянно.

– Нет, – стараюсь сдерживать эмоции, а не расплыться в улыбке. Добавляю мягко, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. – Мы будем строить что-то новое.

– Конечно, – кивает он, и в его голосе слышится настоящая забота. – Просто... я хочу быть рядом. С тобой. С Женькой. И с Софией тоже.

– И я, – улыбаюсь, чувствуя, как легкость наполняет каждую клеточку тела.