Текст книги "Финал (СИ)"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

   Просьбы остановиться она игнорировала, и в результате... Джинн прыгнул. Но девушка не удержалась в седле. Она рухнула на землю. Алан остановил лошадь, хотел броситься на помощь скрючившейся на траве девушке. Она не подавала никаких признаков жизни. Так страшно парню никогда не было. Но любую его попытку приблизиться к бессознательному телу рыжей девчонки пресекал Джинн, гарцующий вокруг. Он вставал на дыбы, не позволяя никому приблизиться к украинке.

   – Я пристрелю тебя! – пообещал Джинну парень, впадая в ярость и отчаяние.

   – И не думай об этом! – хриплый голос Джулии заставил сердце парня биться снова.

   Она приподнялась на локте, чтобы видеть происходящее. Джинн, услышав девушку, успокоился, попятился, сделал несколько кругов вокруг нее и присел на колено.

   – Ты не виноват! – утешала его она, придерживая ушибленное плечо. – Это я. Я просто не была готова.

   Конь послушно сидел возле девушки, чувствуя вину. А мужчины – и отец, и сын – стояли с раскрытыми ртами.

   – Я впервые вижу, чтобы ты так о ком-то волновался! – на плечо Алана легла отцовская ладонь. Парень не знал, что ему сейчас делать: злиться, плакать, рвать на себе рубаху, волосы? Он все-таки смог дойти до Джулии, присел рядом, боясь даже прикоснуться к ней.

   – Ты цела? – не своим голосом прохрипел Алан, готовый расплакаться в любую секунду. Точно так на его глазах пять или шесть лет назад упала с Джинна мать. Но она не поднялась больше... Свернула шею.

   Девушка улыбнулась вымучено и неправдоподобно. Алан схватил ее в объятия, прижав к себе так, что Джули всхлипнула.

   – Не так сильно! – попросила она, и парень, беспардонно задрав водолазку на ее спине, рассмотрел огромные синяки, расползающиеся от поясницы и выше.

   – Ты больше не сядешь на эту лошадь! – заявил рассерженный Алан, и Джинн обижено заржал, вскакивая на ноги.

   – Не говори так! – упрекнула его девушка. – Джинн сам испугался.

   Она подняла голову, посмотрела в лицо Алана и удивилась. По щекам "бессердечного" красавчика лились слезы. Напуганный сердитый парень впервые показал свои настоящие чувства. Ведь слова – ничто. А вот действия...

   – Со мной правда все хорошо! Не волнуйся! – успокаивала она прижимавшего ее к себе любящего мужчину. – Я не оставлю тебя, не волнуйся!

   Джули вытирала соленые капельки с его лица. А Гарри Фейракс впервые видел своего сына в таком состоянии. Он молча стоял в стороне, не собираясь вмешиваться. Столько лет Алан казался всем, и даже ему, человеком из куска льда. Он давно уничтожил в себе все эмоции. Даже на похоронах собственной матери не плакал. Гарри знал, что так сын пытался справиться с проблемами – не растрачивая на них чувства. Но ворвавшаяся в его жизнь рыжая девчонка из другой страны каким-то чудом взорвала все замки, стены, засовы, которыми оградил себя Алан Волкан. Поэтому сейчас он и плакал от страха потерять ее, боялся причиненной ей боли, показывая истинную личину. А девушка совершенно не ощущала ранений или просто не хотела показывать своих мучений.

   – Давайте вернемся, – предложил старый лорд.

   Джули с помощью Алана поднялась на ноги. Джинн тут же уперся мордой ей в плечо.

   – Да, малыш! Я не злюсь! – заговорила с лошадью девушка и повернулась к парню. – Ты мне поможешь?

   Алан не хотел и противился ее решению. Но, похоже, запретить ей что-либо не мог. Поэтому он сам поднял ее на руки и посадил в седло. Девушка улыбнулась, схватилась за поводья и уже медленным размеренным шагом направила коня в сторону дома. Алан ехал позади, не сводя с нее глаз.

   – Я понимал, что она для тебя особенная, когда ты привез ее в наш дом. Но сегодня... – тихо заговорил отец. – Боюсь даже представить, на что ты готов ради нее пойти.

   – Она видит меня насквозь. Ей не нужна моя внешность, деньги или что-то еще. Она бросилась меня защищать, когда на меня напали. Вытащила из одной передряги, потом из другой. И смотрела на мое опухшее лицо, все в синяках... – говорил Алан, вглядываясь в силуэт снова выпрямившейся девушки, как ни в чем не бывало начинающей гарцевать на лошади. – Рядом с ней я чувствую себя живым. Иногда я слушаю, как она поет, смотрю, как она засыпает, вымотанная тяжелым днем... Кажется, что мне ее послал Бог! Если ей больно, она никогда этого не покажет. По крайней мере, не мне. Но я чувствую это. Я сам начинаю задыхаться. Понимаешь?

   – Ты взрослеешь! Пусть тебе уже двадцать семь и ты взрослый человек, но только сейчас я вижу в тебе мудрость! – улыбнулся отец. – Мудрость сорокалетнего мужчины, повидавшего на этом свете все!

   – Папа, – такое редкое слово в лексиконе сына заставило дрогнуть лорда. – Я не знаю, что делать.

   – Ничего не делай, – вздохнул сэр Фейракс. – Просто продолжай ее любить.

   Алан опустил голову. Ему было тяжело, но отказаться от этого чувства он не мог. За время короткого путешествия его слезы высохли, и он снова мог притворяться холодным изваянием.

   В студии Ромео работа кипела на вдохновении. Парень, воодушевленный поцелуем, записывал песню. С тех пор, как Юля вернулась в его мир, он начал писать тексты сам. Продюсер пока была довольна. Учитывая то, что звезда перестала чего-либо требовать, кроме дополнительного рабочего времени. Девицы, выпивка и прочее ушли на второй план. Наркотики вообще исчезли из списка необходимого.

   – Это первые признаки профессионализма, – приговаривала она, одобрительно улыбаясь своему протеже.

   Другому музыканту не слишком сейчас везло. Еще хуже приходилось его команде, попавшей под горячую руку. Эрик Блайд со вчерашнего дня раздражался по любому поводу. Одну и ту же композицию проигрывали по несколько раз, но он все равно умудрялся отыскать фальшь. Шон просто лежал на своем микшере, готовый проститься с дневным светом и превратиться в живой труп. Он начинал понимать, что выйти из студии в ближайшие несколько дней ему не удастся.

   – Что его укусило, я не пойму! – вздыхал звукорежиссер, пока Эрик отчитывал музыкантов. – Неужели Джули с ним не говорила?

   – В том то и проблема, что говорила! – опечалился Роберт, которому плохое настроение друга не сулило ничего хорошего. – Они поскандалили из-за Ромео.

   – Почему? – сбросив наушники, Шон даже развернулся к менеджеру, чтобы узнать и не упустить ни одной подробности.

   – Ты же записывал ее дуэт с Ромео? – поинтересовался парень, постепенно превращаясь в сплетницу-соседку (она спала в нем, но иногда просыпалась и требовала новостей!). – Расскажи мне, что здесь происходило.

   Шон закатил глаза. То время надолго останется в его памяти.

   – Кошмар! – протянул парень. – Это был кошмар. Ромео и Джулс грызлись по малейшей причине. Насколько я знаю, они даже один раз подрались. Она расцарапала ему лицо, а он дал ей пощечину. Оба ходили все время как на иголках. Не знаю, что между ними было, но... А причем тут Эрик?

   – Ну, ты же знаешь, как он относится к Джулии! В общем, он стал свидетелем очень пикантной сцены с участием Джулс и этого Ромео. Парень примчался с букетом цветов, поцеловал Джулию прямо на глазах у Эрика и заявил, что она все-равно будет принадлежать ему. А Эрик взбесился. Джули швырнула ему подаренный Ромео букет прямо в лицо.

   – Спокойная жизнь нам не светит! – расстроился Шон и еще раз стукнулся лбом об микшер, надеясь на сотрясение мозга и законный больничный.

   – Да, – вздохнул менеджер, которому удариться оставалось только о стену.

   – Он хоть раз признался ей? – озадачился звукорежиссер.

   – Нет, – в этом Роберт даже не сомневался.

   – Лучше бы уже сказал! Может, тогда все стало бы на свои места. – И тут призрак бабули-сплетницы вселился в Шона. – Ты видел, как за ней ходит сынок графа? Как на привязи!

   – Этот своего не упустит! А наш парень останется в пролете! – выдал Роб, присаживаясь в кресло рядом со звукорежиссером.

   – Хватит сплетничать! – хлопнул дверью пышущий злостью Эрик. – Работать здесь кто-нибудь собирается?

   Певец навел шорох и снова скрылся за тяжелой звуконепроницаемой дверью студии. Парни переглянулись, мысленно отправляя к небесам мольбы о наступлении счастливых дней... ну или совсем скорой и безболезненной кончины.

   Алан, не стуча, прошел в комнату девушки. Она сидела на кровати, рассматривая виднеющуюся за окном луну. Сел перед Джулией, заметив следы высохших слез на ее щеках.

   – Привет! – обратил на себя внимание Алан.

   – Привет! – прикрывая лицо руками, повернулась к нему девушка.

   – Приснился плохой сон? – он привык к частым ночным кошмарам Джулии.

   – Закрываю глаза, – устало заговорила она. – Вижу его лицо. Слышу те слова и... Прости!

   – За что? – не понимал Волкан, забираясь под одеяло и прижимая к себе девушку. Тут же ойкнувшую от боли. Ей повезло отделаться синяками, ушибами и растяжением связок. Передвигалась она с трудом, но всех убеждала, что способна хоть сейчас на занятие по аэробике.

   – Я опять... за свое. – Пояснила Джули. – Тебе ведь неприятно слышать о...

   – Он так важен для тебя? – совершенно спокойным голосом проговорил Алан.

   – Да. – Согласилась она. – Но мы не будем это обсуждать. Не хочу! К тому же, тебе ведь неприятно. Лучше останься сегодня рядом со мной. Держи меня за руку. Хорошо?

   Алан и не собирался уходить. Но если уж его приглашали, тогда тем более! Он лег рядом, взял ее за руку и смотрел, как она засыпает.

   – Ты сегодня меня очень напугала! Я никогда раньше не испытывал такого страха. – Тихо признался парень. – Думал, что вообще перестану чувствовать после смерти матери. Она умерла, упав с Джинна, так как ты сегодня. Поэтому, увидев, как ты летишь на землю, у меня сердце чуть не остановилось...

   – Со мной все в порядке! Перестань думать о плохом! – укорила его девушка. Алан крепче прижал ее к себе. – Я с тобой! И ближайшие несколько недель тебе придется терпеть мое дурацкое настроение, выбрыки и прочее. Так что побереги нервы на будущее! Они тебе еще пригодятся!

    Расставить все точки...

   День за днем Алан наблюдал, как Джулия улыбается. Замечал фальшь в ее улыбках. Сейчас он был единственным, кто знал, какая она на самом деле – ослабевшая. Нет, конечно, Джулия продолжала задавать ритм и темп, не переставая быть подвижной, шумной. Она притащила с улицы скрипача в студию и приняла его в коллектив. Парни-музыканты ничему не удивлялись. Даже, когда на одном из концертов Джулия внезапно изменила репертуар и план выступления, решив начать с грустной, но очень такой ударной песни "Колыбельная для сожженного сердца". На сцене она вообще была выше всяких похвал. Джулия отдавалась музыке полностью, с головой уходя в работу. И, конечно, это приводило к нервным срывам и истощению. Хотя она старалась никому не показывать свою слабость и обычно падала в обмороки исключительно за кулисами, когда рядом был Уилл. Звездный врач крутил пальцем у виска, таким образом объясняя украинке, что он думает о ней, о ее работе и о ее трудолюбии. Слабость с каждым днем давала о себе знать. Джулия перестала спорить и препираться с Аланом. Она позволяла ему оставаться в ее квартире, спать рядом с ней в одной кровати и часто прижималась к нему, просто чтобы почувствовать себя защищенной.

   Они ехали в машине после очередного выступления. Ее ожидали еще съемки для рекламы, и Джулия лежала на заднем сидении, умостив голову на плече Волкана.

   – Да? – подняла трубку девушка, отодвинувшись от Алана.

   – Это я, Сара. – Удивил ее голос звонящего. – Мы можем встретиться?

   – Хорошо. Давай в у Чедхауса. – Согласилась Джулия, предчувствуя, что разговор с бывшей подругой будет тяжелым. Она выключила телефон и повернулась к парню. – Ты не против? Я собираюсь встретиться с Сарой.

   – Тебе не нужно спрашивать у меня разрешения! – поцеловал ее в макушку Алан. – У меня есть кое-какие дела. Так что ты можешь спокойно идти на встречу с подругой.

   – Знаешь, – улыбнулась ему она. – Хорошо, что ты у меня есть!

   Девушка снова прижалась к Алану. Его бы и радовало это обстоятельство, если бы не ощутимая усталость подруги. Казалось, что в ней что-то перегорело. И он понимал, что ему совершенно не под силу вернуть маленький огонек в ее душу.

   В пабе господина Чедхауса сегодня было не людно. Хозяин заведения лично встретил свою бывшую работницу и пообещал угостить чем-нибудь вкусненьким. Джулия улыбалась ему искренне, пока не дошла до столика, за которым сидела бывшая модель.

   – Ты плохо выглядишь! – увидев ее, выдала Сара. – Ты болеешь?

   – О чем ты хотела поговорить? – огрызнулась девушка, присаживаясь напротив модели.

   – Да, – опустила глаза Сара. – Ты не оправдала моего доверия и связалась с человеком, которого я...

   Лицо Джулии вытянулось. Она не могла поверить, что ее сюда позвали, чтобы отчитать за прошлое. Будто несколько недель назад ей тоже самое не высказали прямо в глаза. Украинка опустила голову, звучно приземлив ее прямо об стол.

   – От тебя было столько шума! Из-за твоей готовки я поправилась на килограмм! – не останавливала обличительной речи модель. – Ты постоянно таскала мои вещи, причем в них ты ходила на встречи с Блайдом.

   Джули чуть не разревелась: произнесенное имя травмировало ее психику. Но она сдержала слезливый порыв, дожидаясь, когда бывшая подруга наговорится.

   – Но я злилась не из-за того, что ты встречаешься с ним. А потому что врала мне. Нет, я, конечно, ревновала. Но я ведь действительно его никогда не любила. Ты для меня гораздо важнее. И я обиделась, что ты ничего мне не рассказывала. Мы ведь были подругами. Разве у подруг должны быть секреты? И... Я скучаю по тебе! – прозвучало в финале.

   – Я тоже. – Выдохнула Джулия.

   – Можем дружить снова? – обрадовалась модель.

   – Можем. К тому же, будь спокойна – с Эриком я больше не общаюсь.

   Мрачность и унылость подруги сразу нашла объяснение.

   – Почему? – заинтересовалась Сара.

   – Бог мой! – пробубнила Джулия и практически улеглась на стол. – Хочешь, признаюсь кое в чем? Я не знаю, как протянуть еще хоть пару дней. Я безумно зла на него... Полгода для меня прошли в ожидании. Вот он вернулся и... Все так глупо. Как в жутком сне. Сара! Мне так... так... пустынно внутри...

   – Все наладится, – утешала подруга, поглаживая по голове украинку. – Это из-за того скандала с участием Ромео? – удивила своей осведомленностью модель.

   Джули мигом припомнила все обстоятельства того дня и, почувствовав дурноту, потянулась к стакану. Отпив глоток воды, немного успокоилась.

   – Откуда ты знаешь? – прохрипела, бледнея с каждой секундой, Джулия.

   – Об этом все в офисе говорят. Даже ребята в моей студии. Представляешь, парни сплетничаю! Кстати, ты им очень приглянулась и как блондинка, и в своей рыжей ипостаси. – Отвела глаза в сторону девушка. – Говорят, что Блайд не выдержал конкуренции сына графа и Ромео. И что ты предпочла того парня... Но мне в это слабо верится...

   – Пусть говорят, что хотят! – отмахнулась Джулия, начиная злиться на весь мир. – Рома со своими глупостями не знает чем допечь мне. Вот и приперся с этим букетом цветов, полез целоваться...

   – Ты все еще к нему что-то чувствуешь? – заинтересовалась Сара.

   – К Роме? Может-быть, что-то еще осталось. Но я уже давно перегорела. – Призналась с грустью Джулия. – А он, как на зло, прицепился. Проснулся блин! И Эрик со своими психами! Не понимаю, что у него за тараканы в голове! Хорошо, что есть Алан. Он единственный, кто меня не разочаровывает!

   – Так ты с ним теперь встречаешься? – похоже, за долгую разлуку девушка вознамерилась заполнить пробел в общении за один день.

   – Нет, – замотала головой Джулс. – И вообще, устала я от всех этих мужчин!

   – Хорошо. Давай устроим посиделки, как раньше. Позовем Портера, побреем наголо, ногти ему накрасим...

   – Не! Ричарда обижать нельзя! Он скоро папой станет! А может, уже и стал! Надо ему позвонить!

   Мистер Чедхаус принес угощения для девушек.

   – И вообще! – уминая салат, выдала Джулия. – Чтобы обо всем забыть, нужно не посиделки устраивать, а реальный отрыв! Возьмем с собой Сьюзи!

   – Ладно. – Согласилась Сара. – Может, вернешься ко мне?

   – Нет. У меня теперь собственная маленькая квартирка. Там, конечно, не так просторно, как у тебя, пока нет нормальной мебели, обоев и прочего. Зато есть кухня, кровать и я сама делаю ремонт. – Воодушевленно заговорила Джули. Собственный уголок – единственное, что приносило счастье девушке.

   – Так что мир? – уточнила Сара, протягивая ей руку.

   – Конечно! – приняла этот жест девушка.

   Вечером, сразу после работы, они втроем завалились в один из местных клубов, танцевали до упаду, пили, кутили, знакомились с мужчинами... а потом Честер, Алан и Генри забирали пьяных дебоширок и развозили по домам.

   – Замечательная песня! – хвалила Рому журналистка, заглядывая в глаза певцу. – Кому она посвящена?

   – Моей музе! – усмехнулся парень. – Надеюсь, она меня сейчас слышит! Джульетта! Это все для тебя!

   – Слышу, слышу! – процитировала Зайца из "Ну, погоди!" муза.

   Джульетта смотрела на это безобразие, именуемое "интервью", по телевизору. Она лежала на кровати с головной болью после вечеринки с подружками и усиленно пыталась сосредоточить взгляд на дрожащем в руке стакане. Алан, не выдержав, обхватил ее пальцы на стакане и поднес вместо девушки ко рту, чтобы она, наконец, выпила аспирин.

   – Знаешь, алкоголички мне еще не попадались! – сказал он.

   – Я тебя предупреждала сразу! Что я не ангел! Я обычная грешная женщина! – бубнила она, создавая в стакане пузыри. – А ты не верил! Теперь не обижайся!

   – Как ты на работу пойдешь?

   – Как обычно! Сейчас в душ! Наверное, в холодный. Приду в себя, и поедем! – Она попыталась подняться, но без помощи парня сделать это не смогла.

   – Ты поедешь сама. Мне сегодня нужно кое-какими делами заняться. – Заявил Алан.

   Джулия сразу надула губы.

   – Я быстро! Ты не успеешь по мне соскучиться! – заверил ее парень.

   У него действительно обнаружились внезапно планы. И узнала бы о них Джулия, очень удивилась!

   Выходя из здания телестудии, Роберт уже ничего не понимал. Мир менялся без предупреждения, и возвращаться в прежний ритм не собирался. Менеджер пришел к выводу, что он сошел с ума окончательно и бесповоротно. Потом подумал еще немного и изменил свое мнение: «Все свихнулись, и только я пока еще нормальный!». Он покосился на, по его мнению, уже давно неадекватного друга. Блайда выносить этот месяц оказалось просто невозможно! А сделать ему замечание по поводу поведения означало не просто скандал, а объявление войны. И все же Роб попробовал.

   – Ты понимаешь хотя бы, что вредишь собственному имиджу? – набросился на Эрика, при выходе из студии он. – Эти девушки-журналистки рассчитывали увидеть звезду Блайда, джентльмена и сердцееда, который засыплет их комплиментами, подарит надежду, очарует. А что ты? Сидишь с мрачной миной. "Давайте пропустим этот вопрос!" – передразнил его друг. – Пора бы уже взять себя в руки! Если дело в Джулс, то пойди к ней и поговори!

   – Дело не в ней! – рявкнул сквозь зубы парень, выходя из лифта в холл.

   – Да? Тогда почему ты на все, что ее касается даже косвенно, реагируешь абсолютно неадекватно? Как-только по радио играет ее песня – выключаешь. Показывают рекламу с ней – выключаешь телевизор. Стоит кому-то о ней заговорить, и ты готов разорвать на клочки!

   – Знаешь что! – разозлился Эрик, подтверждая его слова, и резко притормозил у дверей.

   – Кажется, это к тебе! – переключил внимание парня с себя на другую цель Роберт, указав музыканту на стоящего около дорогого старого кабриолета блондина. Алан Волкан кивком головы пригласил певца и менеджера сесть в его машину. Сам не понимая, почему согласился, Блайд воспользовался приглашением.

   – Чего ты хочешь? – начал Эрик, оказавшись в салоне. Он старался не смотреть в глаза своему оппоненту. Роберт наблюдал за мужчинами, предвкушая событийный разговор.

   – Ты кретин! – флегматично заявил всегда хладнокровный блондин. И до того, как музыкант вспылил, окончательно потеряв спокойствие, смело встретил его грозный взгляд и продолжил. – Она скучает по тебе!

   – Думаю, ты ошибаешься! – отрезал Эрик, снова отвернувшись к окну.

   Роберт видел, как сжимались кулаки музыканта.

   – Ей Ромео не дает скучать! – предположил Блайд. – И ты тоже!

   – Ошибаешься! Ты сделал очень поспешные выводы насчет их отношений! – продолжал спокойным тоном Алан. – И ты слишком рано ушел со съемочной площадки, пропустив самое интересное.

   – Ты нас видел? – вмешался Роберт.

   – Да. Я видел, как вы ушли. – Подтвердил Алан и снова повернулся к Эрику.

   – Ты знаешь, что он ее бывший парень? – вышел из себя музыкант.

   – Да, – абсолютно невозмутимо кивнул Волкан. – Знаю. Я был свидетелем его откровения, когда этот идиот через несколько недель работы с Джулией понял, кто она. Также я был свидетелем выливания кипятка на штаны, шести пощечин на съемочной площадке и как минимум восемнадцати скандалов во время записей в студии. Так что, поверь, Ромео никогда не будет рядом с ней: ни сейчас, ни позже!

   – Ну и что! – все равно злился Эрик.

   "Мазохист!" – оставил при себе мнение о друге Роберт.

   – Ей плохо без тебя! – произнес Алан.

   – Почему ты все это говоришь мне? – не понимал музыкант.

   – Я люблю ее. – Уверенно заявил Волкан, в глазах которого блеснуло жгучее, но холодное пламя. – Когда я впервые увидел ее, понял, что хочу обладать ею. Она не смотрит на финансовое состояние, ей не важно, сколько денег на банковском счету, какая у меня машина и кто родители! Ей все равно, какие обо мне ходят слухи. Она видит душу, она заставляет ее отзываться на каждое ее действие.

   Алан говорил так, что сомнений не возникало – он действительно любит Джулию. Лицо Эрика в этот момент было настолько печальным, что Роберт боялся, как бы от этого разговора другу не стало еще хуже.

   – Но даже тогда я знал, что в ее жизни уже кто-то есть! – с болью признался сын графа.

   – Конечно, есть! В ее жизни всегда был Ромео! – отозвался Эрик, опять привлекаясь видом за окном.

   – Нет! Это всегда был ты! – заставил его смотреть на себя Волкан. – Я видел, как она воспринимала каждый твой телефонный звонок. Вижу, как сейчас она смотрит на телефон, ждет, когда ты позвонишь. Разве ты не заметил, какой счастливой она была, увидев тебя? И это притом, что в тот момент была со мной. Ни одна женщина не смотрела на другого мужчину рядом со мной, даже на собственного мужа! А она – не сводила глаз с тебя! Ты был слишком поглощен ревностью, чтобы заметить это. Но как думаешь, чье имя она произносит во сне?

   Описать, какие чувства сейчас испытывал Эрик, было очень легко по одному только выражению его лица. Музыкант просто вскипал от злости. Хладнокровный сын графа коварно улыбнулся. Роберт воспринимал двух этих парней, как лед и пламя в их вечном противоборстве. И сейчас искренне жалел Джулию.

   – Опережая твой вопрос, отвечаю: Нет. Между нами ничего не было! Просто хотелось посмотреть на твою реакцию, когда я это скажу! – повеселился Алан. – Я хочу, чтобы ты знал, я люблю ее и дам ей все, что она попросит. Все, что она пожелает, я преподнесу для нее на блюдечке. А она хочет тебя!

   Шокированный такой откровенностью Эрик раскрыл рот. Роб подумал, что уж слишком большое блюдечко придется готовить для такого подарочка.

   – Это она так сказала? – переспросил он.

   – Нет, – отвернулся Алан. – Но разве нужно спрашивать у нее? Я и так это вижу! Ты можешь забыть о нашей встрече и обо всем, что я тебе сказал. Но я больше не хочу видеть, как она грустит и мучается. У нее ведь такая красивая, теплая улыбка! Понимаешь?

   – Ты странный! – заявил Эрик. – Но... Спасибо!

   – Почту за честь снова считать тебя соперником. – Ответил ему Алан.

   – Хорошо! – согласился немного оживший музыкант, пожав графу руку.

   В детском Центре на третьем этаже царил привычный творческий хаос, что означало – хор занят репетицией. Но на самом деле, Джулия позволила детям сходить с ума и с удовольствием влилась в их коллектив. Они и пели, и плясали, и играли в догоняли. Пока не заглядывала Меган. Дежурный по этажу каждый раз предупреждал о появлении старшей воспитательницы, и стоило женщине заглянуть в класс, как все чинно вытягивались по струночке на помосте и с умным, покорным видом заглядывали в ноты.

   – Мег, можно я сегодня останусь у вас? – попросилась на ночлег украинка.

   – Конечно, – согласилась та после репетиции. – Посидим на кухне, ты, я и Мерри. Поболтаем, как в старые добрые времена!

   – Ну и Джоша с Дорианом позовем! – поправила ее Джулия. – Иначе они не дадут нам нормально посидеть!

   С присутствием двух охранников девушки Меган пришлось свыкнуться. Они все расселись на кухне и говорили о том, как живется им сейчас и, как весело было раньше. Вспомнив былое, все разошлись по комнатам. Джулия заняла свою прежнюю чердачную каморку и только легла спать, как в темноте зашевелились тени.

   – Джош? – окликнула одну из теней она.

   – А ты не спишь? – искренне удивился мальчишка, подойдя к постели девушки.

   Джулия уселась, чтобы вести разговор как подобает.

   – Нет. Ты хочешь поговорить?

   – Мы редко видимся в последнее время, – вздохнул мальчишка, усаживаясь на край постели. – Я понимаю, что у тебя такая работа...

   – Мне тоже тебя недостает! – улыбнулась она. – И по Люси я очень скучаю. Мне бы так хотелось, чтобы мы втроем были настоящей семьей!

   – Да! Это было бы здорово! – позволил себе помечтать ребенок. – Ты бы вышла замуж за Блайда и усыновила нас!

   – За Блайда вряд ли! – пробубнила она, радуясь темноте, скрывающей ее печаль. – А почему ты Алана не рассматриваешь в качестве приемного отца?

   Джош высунулся в окошко, достал из кармана конфеты и протянул их девушке, которая тоже решила насладиться ночной красотой маленького дворика.

   – Он сам, как маленький! – фыркнул мальчик. – Блайд старше! Он серьезней! Когда ты с ним, не нужно волноваться, что с тобой что-то случится или тебя кто-то обидит!

   – Боюсь, Эрику мы с тобой, как потенциальная семья, не нужны! – опечалилась Джулия.

   – Вы поссорились?

   – Да! Так как-то вышло...

   – Помиритесь! – махнул рукой подросток. – Вы столько раз ссорились! И каждый раз мирились!

   – Надеюсь! – попыталась улыбнуться Джулия.

   – Продолжай делать вид, что мы разговариваем! – внезапно зловеще прошептал Джош и неуловимым движением достал из кармана штанов рогатку. – Там на дереве какой-то маньяк за нами наблюдает! Сейчас я его...

   Подросток прицелился и...

   Ааааааааа...

   Хрясь...

   Бум...

   – Твою мать! – выругался маньяк и перешел на отборную матерную русскую речь.

   – Оппа! – выдала Джулия, перегибаясь через подоконник, чтобы рассмотреть подбитый трофей. – Прямо в точку... В мягкую...

   Разбуженная криками мужчины на улицу выбежала Меган, а следом за ней поглазеть на жертву примчались и Джулия с Джошем.

   – Грабитель! – предположила старшая воспитательница, перехватив поудобнее грозное оружие – швабру.

   – Маньяк и насильник! – обрадовалась Мерри, готовясь вмазать по торчащей заднице скалкой.

   – Нет! Всего лишь придурок, который не умеет лазить по деревьям! – пнула ногой парня, корчившегося на земле украинка и присела на корточки. – И чего тебе дома не сиделось, а? Рома?

   – Рома? – в три голоса переспросили Мег, Мерри и Джош.

   – Будьте знакомы, мой бывший парень, а также знаменитый певец Ромео, – огласила миру имя маньяка-извращенца девушка и еще раз пнула парня. – Долго валяться будешь?

   – Я ногу сломал! Мне в больницу надо! – причитал он.

   – Ага! В психиатрическую! – соглашалась с ним украинка.

   – Дура! – проныл он.

   – В тюрьму его надо за проникновение на чужую собственность! – выдал Джош.

   – Уроки правоведения даром не прошли! – оценила его познания Меган. – Так что? Вызываем скорую или полицию?

   – Прибедняется он! Ничего не сломано! – фыркнула Джулия. – Лучше заведем на кухню и проверим!

   – А если что там и добьем! – поддержал идею Джош, и получил по уху от воспитательницы.

   Певца усадили на стул за столом, напоили чаем, и причитать он перестал. Джош злобно на него глядел, а вот женщины, наоборот, стреляли глазками, объединившись во мнении, что парень красив.

   – И чего же ты по ночам не спишь? По деревьям лазишь? Тарзаном заделался? – поинтересовалась Джулия.

   – Не смешно! – обиделся Рома, отпивая еще чая и закусывая пирогом. – Этот паршивец меня чуть не угробил!

   Джош показал ему язык, а Джулия похвалила меткого стрелка, поцеловав в лоб.

   – Рома, давай на чистоту! – потребовал украинка.

   – Хотел с тобой поговорить, пока нет рядом этого графа! – признался парень.

   – Говори!

   Женщины навострили уши. Рома огляделся, собрался с духом, отставил кружку и сказал на одном дыхании:

   – Я хочу снова работать вместе! Без тебя писать песни получается трудно.

   – Еще бы! – едко прокомментировала она. – Раньше ведь я их писала, а ты выдавал за свои! Прости. Но мне пока и одной хорошо! Мне надоели дуэты! – отказалась Джули. – Если хочешь общаться со мной, то перестань чудить! Кстати, чуть не забыла!

   Она переклонилась через весь стоил и треснула его по уху.

   – Это тебе за интервью, в которых ты покрываешь Блайда напраслиной и говоришь, какая мы с тобой замечательная пара! – пояснила она.

   – Что ж, злость – тоже чувство! – улыбнулся певец.

   Джулия пнула его в колено под столом. Парень взвыл.

   – Боль – тоже! Очень сильное чувство! – съязвила девушка. – Пока ты передо мной не извинишься за прошлое, а теперь еще и настоящее, я с тобой работать не буду!

   – Я ничего такого не сделал! – отрицал парень. – И извиняться не стану! Я не собираюсь унижаться перед тобой!

   – Тогда проваливай! – рявкнула Джулия, выйдя из себя. – Давай катись отсюда!

   Она ткнула пальцем в дверь. Меган и Мерри уставились на нее, потом перевели взгляд на гордого парня.

   – Ну и уйду! – выдал он, вскинул голову и, ковыляя, побрел прочь.

   – Достал он меня! – злилась украинка. – Такое впечатление, что он все специально делает! Просто, чтобы взбесить меня.

   – А по-моему, он хотел с тобой помириться! – Задумалась Мерри, выглянув в окно. – Ты слишком строга к нему!

   – Мне он не нравится! – заявил Джош.

   – А тебя никто не спрашивает, – упрекнула его Мег. – Ты в сердечных делах вообще еще не понимаешь. Так что помалкивай! Дай ей самой разобраться!

   – Значит, если вы ее будете тут настраивать на дружбу с Ромео, она сделает правильный выбор? – обиделся ребенок, едко прокомментировав действия двух взрослых женщин.