Текст книги "Финал (СИ)"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

   – Погоди, он что, тебя бросил? – не унималась подруга.

   Честер тоже заинтересовался. Как на зло машина остановилась на светофоре, и в салоне повисла тишина. Сара смотрела на Джулию, менеджер тоже поглядывал в зеркало заднего вида. И всех интересовал только один вопрос...

   – Нет! – выдала девушка и отвернулась к окну, чтобы не так уверенно произнести. – Не знаю. Он вел себя как-то странно. А я собрала вещи и уехала, пока он был в ванной.

   – Ууу, – протянула подруга. – Мелодрама на ближайшие две недели нам обеспечена!

   Честер в знак согласия тяжело и шумно вздохнул.

   – Какая мелодрама? – не поняла Джулия.

   – Такая! – фыркнула Сара. – Позволь тебя просветить! Когда вы ссоритесь и не хотите ни с кем делиться своими переживаниями, окружающие все равно оказываются втянутыми в ваши отношения. Роберт, который переживает за успешность карьеры Эрика. Чес, присматривающий за тобой.

   – О да! – поддакнул тот.

   – Уил, которому приходится работать сверх нормы, стоит только тебе впасть в депрессию. А еще Генри и Дин, как продюсеры. О себе, Гарольде и остальных я просто молчу!

   – Не волнуйся! На этот раз ни о ком переживать не придется! – заявила Джулия.

   Сара и Честер заметили блеск обреченности в ее глазах, испугались, но не стали спрашивать ни о чем – надеялись изменить все своими силами.

   Генри лично рассказал Джулии о новенькой певице. Сделал он это официально и сухо, потом хотел познакомить девушек и повел уже прославленную звезду на занятие к немке Ди. Сара пошла вместе с подругой, чтобы поддержать. Настроение и решительность девушки ее настораживали. Казалось, что украинка изменилась, стала холодной и отчужденной.

   Диана играла на пианино, в пустом кабинете. Трое друзей остановились на пороге, боясь нарушить стройную мелодию. Они дождались завершения музыки и только после этого поаплодировали, обратив на себя внимание женщины.

   – Кто к нам пожаловал! – рассмеялась Ди, подмигнув бывшей ученице. – Слушала последнюю твою песню. Ты сфальшивила на последней ноте!

   – Вы всегда следите за карьерой ваших учеников? – улыбнулась Джулия, подошла к тренеру и присела рядом. Друзья остались стоять у входа. Но даже со своего места блондинка заметила неестественность улыбки.

   – Нет. Не за всеми, милая, – стерла с лица суровость Диана. – За тобой слежу особенно. Как бы это ни звучало, но ты одна из моих лучших учениц!

   – Спасибо за ложь. – Поблагодарила ее украинка.

   – Я не соврала. – Убеждала женщина. – Я так понимаю, Генри хотел познакомить тебя с Бриджит? Я позволила сделать ей небольшой перерыв. Она весьма одаренная девочка. Исполняет беcпрекословно все мои инструкции! – похвасталась Диана. – Не то, что некоторые!

   – Да, – усмехнулась Джулия. – Потрепала я вам нервы в свое время. Простите!

   – Я не говорю, что ты хуже! – поспешила заверить ее бывший педагог. – С тобой было весело. Ну, не скучно – это точно. Каждый день что-нибудь новое: сорванный голос и...

   – Вы знали? – удивилась Джулия.

   – Милая, я столько работаю педагогом по пению, что любые заболевания связок распознаю по первым нотам. Я знала, что ты сильно хочешь стать певицей и стараешься, выкладываясь на все сто процентов. И посмотри на себя сейчас! – подмигнула девушке немка Ди. – Звезда!

   Тренер даже позволила себе по-дружески толкнуть украинку в плечо.

   – Иногда мне не хватает того разнообразия, которое ты привнесла в мою скучную жизнь! – прошлась пальцами по клавишам, извлекая звук, Диана.

   – Ничего. С ней тоже будет весело! – улыбнулась ей девушка. – Это вам!

   Она подарила немке Ди небольшой позолоченный брелок на память.

   – Я подумала, что хорошо было бы чем-то отблагодарить вас. И не знала чем. Пусть он принесет вам удачу! – получив поцелуй в щеку от репетитора, Джулия поднялась со скамейки и столкнулась взглядом с невысокой блондинкой. Ее ледяные карие глаза уставились на украинку так, словно рассматривали кусок грязи, прилипший к ботинкам.

   – Дай угадаю, ты Бриджит! – поняла Джулия, разглядев хорошенько незнакомку.

   Девушка ничего сверхъестественного из себя не представляла. Джули даже подмигнула Саре, не понимая, из-за чего та расстраивалась. Ведь бывшая модель была намного красивее, даже со шрамом.

   – Да. А ты кто? – голос у нее оказался таким же ледяным, как и взгляд.

   – Девочки, знакомьтесь. Джульетта, Бриджит! – влез между ними Генри.

   Сара встала рядом с подругой.

   – Джульетта? – переспросила новая коллега. – Не похоже.

   Подружки переглянулись и рассмеялись.

   – К сожалению, я не блондинка! – ухмыльнулась Джули. – Генри предпочитает светленьких, а я – рыжая. Приходится носить парик.

   – Я естественная блондинка! – с гордостью заявила Бриджит.

   – Да-да! – прокомментировала Сара, и Генри цыкнул на нее. – Ничего не может быть естественнее перекиси водорода.

   – Очень приятно! – протянула руку новенькой Джулия.

   Но Бриджит только фыркнула.

   – Мне – нет! – выдала девица, как волчица обошла вокруг Джулии, рассматривая ее скептическим взглядом. – Не вижу в тебе ничего особенного. Ты не кажешься звездой!

   – Прости, что не сияю. Блеск дома забыла. – С улыбкой ответила украинка. – А особенное никогда на поверхности не найдешь. Вот смотрю на тебя и тоже думаю, что талант откапывать пришлось...

   Сара одобрительно хихикнула. Генри и Ди прикрыли рты.

   – Я стану лучше тебя! – пригрозила Бриджит.

   – Становись! Тебе никто не мешает! – спокойно ответила украинка, подхватила под локоть подругу и потащила к выходу, оставив позади двух ошарашенных таким поведением тренера и продюсера.

   – Ладно. Сдаюсь, ты была права! – уже в коридоре согласилась Джулия.

   – Что будем делать? – уже предвкушала сладость мести Сара.

   – Ничего. – Пожала плечами украинка. – Лучше побудь сегодня моей компаньонкой на репетиции и везде, а?

   Подруга не отказалась. Грусть в глазах украинки внушала ей страх за здоровье Джулии. Девушки всюду ходили вдвоем. В студии певицу с радостью встретили парни. Терри первым бросился обниматься. Их воссоединение напоминало встречу разлученных братьев и сестры. Честер, к примеру, уже давно (и в тайне) называл эту маленькую компанию "семейкой психов". Таким именем он наградил их за бесшабашность характеров. Ведь музыканты оказались такими же ненормальными, как и их певица. У них даже вкусы в еде, выпивке и увлечениях были одинаковы. Единственное, чего Джулия не разделяла – страсть парней к местному футболу. Хотя ребята даже это досадное упущение исправили в свою пользу, сводив один раз девушку на просмотр матча в паб. С тех пор они часто встречались у большого телевизора в кафе. Пусть менеджер и не видел, как прошло знакомство украинки с новой звездой, но быстро понял, что общение не было непринужденным. А судя по тому, как отзывались о Бриджит парни из группы Джулии, сетуя на приказ Генри поучаствовать в создании дебютного трека для девушки, догадался, что и парням блондинка не угодила.

   – Она, конечно, очень мило улыбалась, – поделился впечатлениями Том, пока протирал салфеткой клавиши.

   – Ага, – хихикнул Роланд, подмигивая Терри. – И кому-то о чем-то намекала.

   – Да! Да! – смеялся над парнем Том. – Пока Кэрри не пришла и не попыталась этой певичке глазки выцарапать.

   – И вообще, – буркнул Терри. – В этой студии мы признаем только одну певицу.

   – Ненормальную, рыжую, наглую... – поддержал его ударник, и Джулия запустила в него блокнотом.

   – Короче, нашу! Родную Джульетту! – подмигнул Роланд и чмокнул девушку в макушку.

   – Хватит обниматься! – нарушил идиллию Честер. – Время – деньги! Вы собираетесь пускать слюни на аппаратуру до второго пришествия?

   – И правда! – подмигнула парням Джулия. – Развлечемся?

   Все заняли свои места. Ударник отсчитал до начала положенные четыре секунды и заставил барабаны звучать так, что сердце невольно вторило их сумасшедшему ритму, пробуждая древние инстинкты. Дерзкая, роковая, смелая музыка наполнила небольшую комнату, окутывая певицу теплом, заставляя выкинуть из головы ненужные, глупые мысли, изгоняя тревоги.

   Покинув студию уже в половине седьмого вечера, Джулия набрала номер Блайда.

   – Привет! – ее бесило, что она первой вынуждена звонить ему после всего.

   – Привет! – несколько растеряно прозвучал голос парня. – Я немного занят сейчас. Давай поговорим позже!

   – Хорошо, – согласилась она, но уже прекрасно знала, чем грозят такие короткие разговоры.

   – Устала? – поинтересовался совсем другой, более веселый и тоже родной голос. Рома только собирался в студию.

   – Нет! – улыбнулась ему Джулия. – Прости. Я так и не смогла нормально тебя отблагодарить за то, что ты нянчился со мной.

   – У тебя есть все шансы сделать это сейчас! – растянул на физиономии довольную ухмылку он и прислонился к стене рядом с девушкой. – Можешь поцеловать меня.

   – Дались тебе эти поцелуи! – нахмурилась Джулия. – Я серьезно.

   – Юль, – перешел на русский он и ухватил ее за край куртки. – Мне не нужно другой благодарности. Хватит и того, что ты пришла в себя. Ты же не ушла, когда мне было плохо.

   Рома выглядел совершенно серьезным. Юля подумала и сама подошла к нему ближе. Коснулась указательным пальцем его губ и поцеловала. Он на мгновение замер с немного потерянным выражением на лице, а потом улыбнулся.

   – Кхе, кхе! – подал голос Алан Волкан, вот уже минуту сверливший в певце дыры взглядом сердитых очей.

   – Привет! – повернулась к нему Джули. – Ты за мной?

   – Да! – односложно ответил граф, не переставая таращиться на довольную физию музыканта.

   – Тогда поехали отсюда! – отошла от Ромы она.

   Бывший парень кивнул ей на прощание и скрылся за дверью студии. Алан придирчиво осмотрел украинку. Она как ни в чем не бывало направилась к выходу. Около лифта раздавались выкрики и мольбы.

   – Что это? – удивился Волкан, оглядываясь по сторонам.

   – Собака Баскервилей, сэр! – хихикнула девушка и все же пояснила. – Так, Сара проводит воспитательную работу с Генри.

   – Касательно Бриджит? – уточнил Волкан.

   – И тебя с ней познакомили?

   – Да, – хмыкнул он. – Обычная девица. Такая же, как и все! Певица из нее получится, но долго не протянет.

   Они вошли в лифт.

   – А я? Как думаешь, – печально опустила голову Джулия. – Сколько протяну я?

    Место под холодным солнцем

   Куда приходила украинка в Англии, когда ей становилось одиноко? Туда, где таких, как она, было много. Сейчас она тоже шла в Центр, чтобы забыть о том, что Блайд не звонил ни сегодня, ни вчера. И не появлялся. Даже просто не интересовался, как она. Зато Алан не отходил ни на шаг. Внимание графа начинало отягощать. Ведь парень ревностно контролировал все ее действия: куда пошла, с кем, зачем, почему? Джули даже в пылу негодования, пытаясь покинуть студию в перерыве, честно поведала блондину, сколько бумаги собирается использовать в туалете. Волкан оценил шутку и не доставал украинку часа два, а потом опять принялся за свое. Как ни странно Рома дважды спасал ее от нервного срыва. Ловил Джулию, вел на крышу и делился припасенными бутербродами. Один раз они даже, к своему стыду, раскурили сигарету, поклявшись больше ни в коем случае не возвращаться к отвратительной зависимости!

   Девушка усмехнулась самой себе. Точнее тому факту, что мир снова сделал оборот вокруг своей оси, меняя местами уже знакомые ей вещи. Блайд опять превратился в кусок льда, а Рома стал тем, в кого Юля Крапивина когда-то давно влюбилась.

   Она влетела в холл детского Центра легким украинским сквозняком – придающим свежести и стремлений. Не обратив внимания на Мег, поднялась по лестнице наверх. Привычно свернула направо к своему классу и...

   Там шел урок. Джулия даже не стала заходить. Остановилась у двери, вздохнула и повернулась к замершей позади призраком Меган. Женщина растерянно развела руками, хотела начать речь о том, что ей очень стыдно, просто не было времени предупредить.

   – Я все понимаю, – девушка постаралась придать своей улыбке больше искренности, но воспитательница все равно заметила боль в глубине зеленых глаз. – Лучше иметь под рукой серьезного педагога, который не исчезает непонятно на сколько, уезжая в турне или еще куда-то. Я пойду. Передай "привет" Джошу и Дориану!

   Джулия хотела уйти. Но тут из класса выбежал Джош.

   – Джул! – окрикнул ее он, переводя дыхание.

   – Привет! – очень вяло поздоровалась она.

   – Меня хотят усыновить! – выпалил мальчишка, ожидая какой-то реакции от девушки.

   – Да, – подтвердила Меган.

   Джули перестала улыбаться, обернулась к воспитательнице.

   – Есть две семьи, которые хотят взять его к себе. – Проговорила няня, переживая за девушку, борющуюся с собой в данный момент.

   А она справилась с собой. Вернула улыбку и, поцеловав сорванца в щеку, сказала:

   – Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор!

   – Ты... – вскипел мальчишка, оттолкнув ее от себя. – Да! Сделаю!

   Он хлопнул дверью перед ее лицом. Джули стояла спиной к Мег, поэтому воспитательница не могла видеть эмоции, сменяющиеся одна за другой, взрывающиеся внутри девушки, готовые обрушиться лавиной слез и истерики.

   – Все будет хорошо! – проговорила украинка шепотом.

   Она повернулась, и тут уже Мег чуть не разревелась, потому что девушка улыбалась. Немного сумасшедшей показалась женщине маска, буквально прилипшая к лицу Джулии.

   – Джул, – хотела обнять ее Меган, протянула к девушке руки.

   – Пока! – она быстрым шагом преодолела расстояние, отделяющее ее от выхода на улицу. А оказавшись на свежем воздухе, с радостью приняла дождь. Небесные капли смешивались со слезами и прятали следы боли.

   Джули бродила по городу. Без зонта. Шла по лужам. Она словно искала надежду. Но ее нигде не было. Неожиданно для самой себя девушка поняла, что стоит на кладбище и смотрит на табличку с надписью: "Джордж Ньюэлс".

   – Прости, Жорж, – присела на корточки она, чтобы коснуться пальцами камня. – Я сдалась.

   Хаос захватил приличный кусок территории в кабинете Генри Бленча. Продюсер отчаянно боролся с невидимым противником и собирал с пола важные бумаги, а заодно и осколки дисков.

   – Сара постаралась? – догадался о причине беспорядка Честер Норфолт, сидевший в кресле. Он не собирался облегчать задачу друга, позволяя ему насладиться уборкой.

   – Да! У своей подруги, Джулии, научилась! Две истерички! – выпалил Генри и с опаской бросил взгляд на приоткрытую дверь, проверяя, не притаилась ли там любимая женщина, которая из милой и славной может с легкостью трансформироваться в адское создание. Сары видно не было. Продюсер перевел дух и снова наклонился, подымая залитый соком контракт. – Взъелась на несчастную Бриджит! Не нравится она ей, видите ли!

   – Просто она подруга Джулии, как ты сказал. Вот и считает твое решение взять под свое крыло еще одну певицу предательством.

   – Мне плевать. – Рявкнул раздраженный Генри, которого эти женские дрязги уже достали. Ведь дома ему покоя не было. Там Сара бушевала еще хуже, и даже опустилась до сексуального терроризма.

   – Любви и страсти хочешь? – интересовалась полуобнаженная соблазнительница, прикрытая легкими черными кружевами. И Генри велся на этот фокус, чувствуя себя последним идиотом. А когда слышал: "А вот не получишь, пока не избавишься от этой дуры!" – понимал, что он хуже, чем просто идиот. Отсутствие интима с любимой его нервировало еще больше, и мужчина превращался во взвинченного начальника, срываясь на крик по малейшему поводу.

   – Я позвал тебя вот почему. – Вздохнул он, отгоняя гнетущие мысли. – Я хочу, чтобы ты занялся Бриджит!

   – Я всего лишь менеджер, но позволь поинтересоваться, – обеспокоился Честер. – А как же Джули?

   – А что Джули? – не понял намека продюсер.

   – Кто будет заниматься ею? И вообще, ты собираешься подписывать с ней новый контракт? Насколько я помню, ее виза уже истекает, и от того, предложишь ты ей продление договора или нет, зависит пребывание нашей шумной рыжей певицы здесь.

   Повисла тишина. Генри думал.

   – Я как-то совсем забыл, – опустился в кресло он.

   – Не нужно напрягать память, – в комнату вошла та, о которой шел разговор. – У меня есть решение проблемы!

   Благотворительный концерт объединил многих музыкантов. Звезды толпились за кулисами. Среди них были молодые, еще неизвестные аудитории, вроде Бриджит. И уже признанные, популярные: мама Джамелиа, Ромео, Джульетта, Селин, Эрик Блайд.

   Алан ходил вокруг украинки, не забывая напоминать, что сразу после выступления ей не стоит задерживаться, потому что они едут на званный ужин к его отцу. Джулия только кивала и отрешенным взглядом осматривала свое отражение в зеркале.

   – Привет, крестница! – в гримерку заглянула мама Джамелиа.

   Девушка в миг повеселела и подбежала к темнокожей женщине, чтобы ее обнять.

   – Я погляжу, ты сияешь! Молодец, девочка! – похвалила Джулию крестная, немного отодвинулась, ухватила девушку за подбородок, повернула голову вправо, влево, прищурилась. – Тоска? Откуда?

   – Вы словно видите всех насквозь, – улыбнулась ей украинка.

   – Давай присядем и поговорим, – взяла за руку ее Джамелиа и велела Алану выйти, чтобы иметь возможность пошептаться о сокровенном со своей крестницей. Джули рассказала ей все. Абсолютно. Начиная с поездки на родину и заканчивая последним визитом в детский Центр. Мам Джамелиа нахмурилась, выслушивая историю девушки, а потом сказала:

   – Милая, ты не видишь очевидного. Широко раскрой свои красивые глазки! Горе, усталость, как туман тебя окутали, и ты ничего не видишь: ни пути, ни друзей, ни мира. – Потом помолчала и добавила: – Иногда так получается, что не спаситель нужен людям, а они ему. Ведь нужда наша взаимна. Они нуждались в тебе, и ты пришла.

   – А теперь я нуждаюсь в них, но... – перебила ее Джули.

   – Не грусти! – поцеловала ее в лоб мама Джамелиа. – Никогда не грусти! Никогда не сдавайся! Усталость пройдет. Грусть отпустит. Друзья могут уйти. Такое бывает. Тебя могут предать. Только ты не предавай себя!

   До выхода на сцену оставалось всего несколько минут. Джули стояла у лестницы и все думала о сказанном мамой Джамелией. Девушка переминалась с ноги на ногу, терзала в руках микрофон.

   – Что случилось? – испугалась Сьюзи, заметив волнение украинки.

   – Подержи! Я сейчас! – проговорила она и, отдав микрофон стилистке, растворилась в толпе, чтобы выяснить для себя одну важную деталь. Джули остановилась перед дверью гримерной, за которой к началу выступления готовился Эрик Блайд. Потянула за ручку. И все выяснилось само собой. Парень был занят с Бриджит, сидевшей у него на коленях. Он повернул голову к двери, увидел Джулию, раскрыл рот, чтобы сказать "Постой", но тщетно! Девушка уже ушла. Эрик грубо столкнул Бриджит и рванулся вдогонку за украинкой. Поймать и остановить ее оказалось нелегко. Эта погоня напоминала их отношения, в которые постоянно кто-то вмешивался: парень звал девушку, шел за ней, но не мог поймать, потому что все время мешали снующие туда-сюда техники, музыканты, грузчики, балетники. Украинка же красиво и быстро лавировала между шатающимися закулисьем людьми, ускользая от парня. Джули поднялась по ступенькам к сцене, приняла в руки микрофон. Сьюзи на скорую руку поправил ее макияж, выпуская в лучи прожекторов. Девушка бросила всего один, выражающий презрение, взгляд на замершего в нескольких шагах от ступеней Блайда, и вышла на сцену.

   Джулия любила начинать все свои выступления с очень ритмичных и роковых песен, но в этот раз она все изменила. Ребята из группы сразу же уловили ее настроение. Стоило только посмотреть на немного растерянную девушку. Роланд дал отсчет. Терри позволил струнам звучать грустно и протяжно. Джулия закрыла глаза, собралась с силами и выпустила звук, рвущийся из самой души.

   – Ты сердце мне стараешься разбить.

   Призываешь отчаяние в гости.

   Одиночество хочешь приманить.

   Оно уже дремлет в нашей постели,

   На твоем месте!

   Достаточно! Не втаптывай меня в пустоту.

   Я итак больше не держаться не могу.

   Блюз горький, как черный шоколад, острый, словно нож хирурга. Он сорвал маски счастья, выудил тоску, сидевшую в глубине душ. Поднял нескольких человек с мест и закружил в медленном танце. Вместе с ними поднялись и другие.

   Блайд стоял за кулисами и смотрел на чужую, недоступную хрупкую фигуру у микрофона. Она не оборачивалась.

   Поместье сэра Гарри встретило украинку также, как и раньше: недоверием, презрением, небольшой долей сарказма, ехидством. Только сам хозяин относился к девушке доброжелательно. Правда, сегодня гостья его немного пугала. Он смотрел на нее и возвращался на много лет назад, когда погибла его жена. Ведь точно такое же выражение грусти и тоски застыло на лице сына после похорон. А еще сэр Гарри знал повод, по которому вся семья собиралась в поместье. Поэтому с опаской поглядывая то на рыжую девушку, то на Алана, и пытался намекнуть парню, что он выбрал очень неподходящий момент для признания. Но Волкан уже поднялся со своего места, постучал по бокалу ножом, призывая всех к тишине, и сказал:

   – Юлия Крапивина, я предлагаю тебе свои руку и сердце! Примешь ли ты их?

   Она флегматично перевела взгляд на парня, не обращая внимания на тяжелые вздохи и перешептывания сестер красавчика, которым уже наливали успокоительное вместо спиртного. Задумалась, словно не расслышала толком его слов. Затем сама встала, извинилась и увлекла Алана за собой на веранду. Там в свете луны и фонарей, вдалеке от надоедливых родственников парня, она дала свой ответ:

   – Прости, Алан. Я уезжаю.

    Шумные сборы

   Маленькая квартирка украинки заметно пустела. Вещи из шкафов, рамки с фотографиями – все перекочевало в сумки и чемоданы. То, что уместилось в коробках, Джули собиралась отдать в Центр. А потом в этот грустный порядок вошли Генри и Сара... И порядок стал Хаосом! Потому что подруга устроила скандал, узнав от продюсера девушки о ее решении покинуть Англию.

   – Ты не можешь так поступить! – заявила блондинка.

   – Почему? – не обращая на нее внимания, продолжала заниматься упаковкой всякой мелочи Джулия. – Могу. Я родилась там. Там у меня теперь есть маленькая сестра.

   – Ты сдалась? – злилась Сара.

   – Ну сдалась. – Согласилась украинка. – Такое случается.

   Подруга раскрыла рот. Она не верила своим ушам. А потом проявила себя, как маленький капризный ребенок: заверещала, затопала ногами и с диким воплем бросилась на чемоданы, раскрывая их и вытаскивая вещи, раскидывая блузки, юбки, платья по комнате. Генри и Джули вжались в стенку, наблюдая, как блондинка потрошит сумки и устраивает кавардак.

   – Ты ей прививку от бешенства не делал? – спросила украинка у мужчины.

   – Этому она у тебя научилась! – обвинил Джулию в плохом влиянии на девушку Генри.

   – Я? – оскорбилась она. – Не правда!

   – Точно также ты бегала по моему кабинету и все переворачивала! Еще и шпагой размахивала! – напомнил продюсер.

   – Ты угрожала ему шпагой? – резко остановилась Сара и повернулась к украинке.

   – Эм... – испугалась такого пристального внимания, заикнулась Джулия. – Ты не отвлекайся! Кстати, а что ты ищешь в моих вещах?

   – Паспорт! – рявкнула Сара, пнув ногой чемодан. И по тому, как загадочно за улыбалась подружка, блондинка поняла, что документ припрятан где-то на теле украинки. Блондинка надвигалась на Джулию с видом маньяка, приметившего отличную жертву.

   – Генри! Сделай что-нибудь! Уйми свою девушку! – кричала рыжая, улепетывая со всех ног от разбушевавшейся красотки.

   – Не могу, – развел руками мужчина и не двинулся с места. – Я сам ее боюсь, когда она такая!

   – Трус! – обозвала его украинка, и споткнулась об чемодан. Она упала на пол, а сверху навалилась Сара, и, не церемонясь, стала разрывать на Джулии одежду, чтобы найти паспорт.

   – Пусти! – вопила девушка, звала на помощь. – Генри!

   – Знаете, девочки, вы так сексуально выглядите! Я жалею, что у меня нет фотоаппарата под рукой! – выдал мужчина, и обе фурии впились в него злобными взглядами.

   – Я тебя прибью! – пообещала Сара любимому.

   – А я вообще могу уйти и не мешать вам! – попятился к выходу он.

   – Стоять! – рявкнула на него девушка. – Это из-за тебя она собирается уехать! Если бы не ты со своей Бриджит, все было бы хорошо! А так, он, видите ли, о контракте забыл!..

   Пока Сара костерила продюсера, Джули попыталась уползти. Но подруга почувствовала подвох и... неловко развернулась, засветив локтем по носу украинке. У девушки пошла кровь.

   – Очень мило! – гундосила рыжая побитая жертва преданной дружбы. – Уговоры и допрос не дались, так ты перешла к членовредительству!..

   – Прости, – слезла с нее Сара, озираясь, где в устроенном бардаке отыскать вату.

   – Я в ванную! – оповестила товарищей Джули и поползла, пока никому не пришло в голову ее травмировать серьезнее, чтобы приковать к больничной койке – ведь так она точно останется на некоторое время.

   – Это все ты! – лишившись возможности издеваться над подругой, блондинка переключилась на продюсера. Покалечить и его девушке не позволил нежданный гость, позвонивший в двери. Сара вихрем промчалась в прихожую, дернула за ручку...

   – Привет! Ты то мне и поможешь! – обрадовалась она, увидев на пороге Блайда. – Уговори ее не уезжать! Она тебя послушается!

   Музыканта втащили в квартиру буквально за ворот рубашки. Эрик осмотрел погром в помещении и не решился спросить, что тут произошло. Тут из ванной вышла немного помятая хозяйка дома, с отпечатками крови на майке. Увидев парня, она отвела взгляд, кивнула ему в знак приветствия и демонстративно вернулась к собиранию вещей.

   – Давай! Поговори с ней! – подтолкнула Блайда Сара.

   – Ты собираешься уехать? – осторожно поинтересовался Эрик. – Ты не приняла предложение Алана?

   – Ты знал? – резко остановилась девушка и посмотрела на него.

   – Алан сделал тебе предложение? – влезла блондинка. – И что ты сказала?

   – Нет, – ответила Джули.

   – Почему? – вопрос Эрика прозвучал как-то странно и неуместно. Украинка покосилась на парня так, словно он произнес какую-то несусветную чушь.

   – Очень смешно! – фыркнула девушка и все же пояснила. – Ты считаешь, он меня любит?

   – Думаю, он очень обиделся и расстроился бы, услышав, что ты не веришь ему! – сказал Эрик. – Ты поэтому отказалась?

   – Какая разница! – отмахнулась Джули.

   – Генри! Помоги же! – настаивала Сара, сообразив, что Блайд сейчас сделает только хуже своими глупыми расспросами.

   – Джул, если дело в контракте и в том, что я говорил Честеру, то... – затараторил продюсер.

   – Успокойся! – остановила его украинка. – Не нужно! Спасибо, что дал мне возможность немного побыть певицей.

   Она улыбнулась Генри мягко и обреченно. Сара просто взорвалась, увидев эту улыбку приговоренной и смирившейся жертвы.

   – Ты не можешь меня оставить! Ты моя единственная подруга! – взвыла девушка.

   – Ну хочешь я найду тебе новую до отъезда? – и Джулия тут же задумалась, подбирая подходящую кандидатуру. Посмотрела на Блайда, замершего с отсутствующим взглядом, и мигом придумала. – О! Подружись с Камиллой!

   Услышав имя, Эрик недовольно покосился на рыжую девицу.

   – С ума сошла! – брякнула Сара и пнула музыканта, заставляя его шевелиться в направлении выхода. – Пойдем-ка, поговорим!

   Она вытолкала парня в коридор.

   – Ты свихнулся? – принялась терорезировать его девушка. – Что за вопросы: "Почему ты не приняла предложение Алана?". А почему ты сам не сделал ей предложение?

   Глаза Блайда расширились. Ему как-то подобное и в голову не приходило. Вот идиотские фантазии и ревность – посещали, а что-то другое – нет.

   – Вряд ли она его приняла бы, – промямлил растерянный парень. – К тому же, с Аланом все было бы проще для нее. Он смог бы дать ей больше, чем я. И решить проблему с гражданством сыну графа легче...

   Терпение блондинки иссякло. Зато увеличилось желание врезать кому-нибудь по шее. Что она и сделала, треснув парня.

   – Ты кретин? – задала риторический вопрос Сара. – Неужели она тебе совершенно не дорога? Блайд? Я поражаюсь просто! Сколько раз я видела, как ты бросаешь все, чтобы приехать к ней и просто обнять?! Признай, что ты ревновал, когда видел ее с Ромео, с тем же Аланом, с Гарольдом. И теперь ты отпустишь ее? Ты хуже, чем я о тебе думала!

   Высказавшись, девушка вернулась в квартиру.

   – Генри! Не смей ей помогать! Пусть сама собирает вещи! – раздалось из-за двери.

   Похоже, Сара не собиралась сдаваться!

   Эрик потоптался на пороге, потянулся к дверной ручке и вошел в квартиру. Джулия действительно стояла посреди комнаты, пытаясь собрать все, что разбрасывала ее подруга. А та гордо восседала на чемодане, не позволяя складывать в него вещи. Генри отбывал наказание за пособничество в углу кухни и мирно попивал водичку.

   – Джул! – позвал парень. – Почему ты отказалась от предложения Алана?

   – кретин! – стукнула себя по лбу блондинка.

   – Знаешь, она права! – хмыкнула украинка, хотела отвернуться от него, но музыкант схватил девушку за запястье.

   – Ты уезжаешь из-за меня? Из-за того, что между нами было? – он никак не мог перестать задавать глупые вопросы.

   – Не принимай все на свой счет! – сказала она, хотя подумала: "Ты мог многое изменить... А ведь изменил. Только не в ту сторону!". – Ты – только часть причин. А то, что между нами было... Я подумала, что это неплохое воспоминание напоследок.

   Эрик скрипнул зубами и разжал пальцы, выпуская Джулию. Она продолжила собирать вещи.

   – Болва-а-ан! – пропела Сара, временно исполняющая роль Гласа Совести.

   – Джули, я не хочу, чтобы ты уезжала! – заговорил он, игнорируя блондинку.

   – Тогда назови мне причину, которая задержит меня здесь! – потребовала девушка и, в ожидании уставилась на парня.

   Тут, как во всех романтичных фильмах, историях, должна была бы прозвучать традиционная фраза: "Я люблю тебя!". Но, как бы она не рвалась наружу, уста Блайда не смогли произнести ее. Гораздо легче оказалось, сказать другое:

   – Если я попрошу тебя остаться, ради меня... Если Я сделаю тебе предложение, ты останешься?

   Наверное, Джули и сама ожидала тех чудодейственных слов и только расстроилась еще больше, услышав совершенно иное. А потом и рассердилась.

   – Шутишь? – язвительно переспросила она. – А как же твоя личная жизнь? Как же твои девушки? Как они воспримут тот факт, что у тебя есть жена?

   – Не переживай об этом, – усмехнулся парень и подошел к ней ближе. – Так что ты скажешь?

   – А ты делаешь предложение? – ехидно спросила Джули.