Текст книги "Финал (СИ)"
Автор книги: Ольга Егер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)
Блайд купил газету, сунул ее подмышку и с горячим кофе направился к машине. До обеда толком никаких дел не было. Так – пара фотосессий. Уставшие после турне парни отдыхали дома, Эрик подумал, что и ему стоило бы немного расслабиться.
– Давай отменим все на сегодня! – взмолился он перед Робертом.
– Я только ЗА! – согласно закивал парень и, сняв очки, потер переносицу. – Как вчера прошла встреча после долгого расставания?
Блайд остановился. Не все из событий вечера ему хотелось вспоминать, но раз уж зашел разговор, то Эрик посчитал целесообразным поделиться своими эмоциями.
– Почти нормально. Ты знаешь, с кем водит дружбу Джулия? – хитро сузил глаза музыкант. – Фамилия Волкан тебе о чем-то говорит?
– Надеюсь, это не тот, о котором ходят жуткие слухи? – Роберт был очень удивлен, когда Блайд подтвердил его опасения.
Парни сели в машину.
– Несколько его любовниц покончили жизнь самоубийством! Одна выбросилась из окна у него на глазах, и насколько мне известно, поговаривали, что он совершенно равнодушно к этому отнесся. Вторая вскрыла себе вены в квартире, где они встречались...
– Я тоже об этом слышал. А Джулия еще и подтвердила. Когда они познакомились в его клубе, две ненормальные вломились в его офис. Одна наставила на него пистолет, а вторая хотел порезать себе вены.
– Ужас! – воскликнул менеджер. – И Джулия все это видела?
– Она в это вмешалась! Схлопотала шрам на полруки. Еще и повторно спасла сэра Волкана, после чего отделаться от его навязчивого внимания не смогла и просто смирилась. Теперь они дружат, насколько я понял. Он даже возил ее знакомить со своим отцом – графом Фейраксом!
"Надеюсь, он еще не сделал ей предложение! – подумал Роберт. – Иначе, дорогой друг, ты потерян для общества! Вряд ли какая-нибудь девушка откажется от такого предложения! Даже Джулия!"...
Блайд допил кофе и набрал украинку по сотовому. Но номер не отвечал, сколько бы раз Эрик не звонил. Джули либо была занята, либо с ней опять что-то приключилось. Последнего он боялся больше всего. Хотя был и третий вариант: этот блондинистый искуситель мог подыскать подход к строптивой украинке, и возможно, сейчас она в его объятиях.
Чтобы не паниковать раньше времени, Эрик набрал номер Честера. Уж кому, как ни менеджеру, приглядывающему за недавно взошедшей звездой, знать где, чем и с кем она в данный момент занимается.
– Привет, Эрик! – раздалось усталое из трубки. – С возвращением!
Честер только успел занести все сумки на второй этаж захудалого домишки на окраине города. Он осмотрел новое жилье звезды и пришел в тихий ужас: облупившиеся стены, одна единственная комната, не считая ванной, кухни и туалета. В общем, ему было совершенно непонятно, почему Дин Харман отыскал такое жуткое место для своей любимицы. Единственное, что могло радовать в этой квартире – вид из окна. Через дорогу раскинулся парк, где резвились дети. За ними менеджер сейчас и наблюдал, разговаривая по телефону.
– Ты, наверное, хотел поговорить с Джулс?
– Да, никак не могу дозвониться. С ней все в порядке? – волнение все же передалось, и оба менеджера сдержались, чтобы не рассмеяться.
– Все хорошо. Если можно так сказать, – путано заявил Чес. – Но думаю, ей не мешало бы с тобой увидеться! Твое присутствие всегда на нее положительно влияет. Она на съемках. Можешь подъехать. Я попрошу, чтобы вам выписали пропуска.
– Спасибо, Чес! – обрадовался Эрик и записал адрес студии. Туда и отправился.
Они шли к павильону, где кипела работа. По дороге Эрик пытался почитать газету и листал ее в надежде, что это занятие отвлечет его от болтовни Роберта. Потому что друг посчитал необходимым, выдать ехидную фразу:
– Кстати, о Волкане. Помнишь, когда мы улетали, ты сказал: "Что может случиться за каких-то несколько месяцев?"! А я ведь предупреждал тебя!
Эрик задрал голову, тяжело вздохнул. Ну что тут поделаешь? Ну нет костей в языке товарища, поэтому и болтает он без передыху. Тут-то его внимание привлекла интересная статья: "Почти по Шекспиру!" и на фото целовались Ромео и Джульетта.
– И это еще не самое худшее! – вздохнул менеджер, практически прошипев фразу. Эрик повернулся лицом к площадке. Осветители выставляли прожекторы, обращая их на кровать. На огромном ложе сидела Джулия, точнее белокурая Джульетта. Она улыбалась, и наряд на ней был очень откровенный. Но самое главное, что девушка сидела сверху на развалившемся парне – Ромео. Он же, растянув гадкую ухмылку на лице, положил свои ручищи на неприкрытые тонкой тканью, обнаженные бедра девушки. Роб с опаской покосился в сторону друга. Он видел, как нервно играли мышцы на суровом лице парня. Понимал, что вот-вот, и от привычного спокойствия Эрика Блайда не останется ни следа. Хотя с момента его встречи с рыжей украинкой непробиваемость и выдержка музыканта дали серьезный сбой, рухнув, как стена под натиском тарана.
Эрик бросил газету на пол и развернулся в обратном направлении. Роберт только мог догадываться о бушевавших в нем чувствах. А потом и подтвердил мысли, наблюдая, как по малейшему поводу раздражается его друг во время работы. Ведь работать он заставил абсолютно всех.
– Ну ты и зверь! – возмущался Джон, расчехляя гитару. Он, как и другие музыканты, был не доволен тем, что его выдернули из дома, оторвали от ласковой жены. Блайд всего один раз злобно на него посмотрел, и музыкант прикусил язык. Поинтересовался у Роба о том, какая муха укусила певца, и совершенно не удивился, узнав имя безжалостного "насекомого".
Молчаливое явление в студию, а так же не менее беззвучное исчезновение музыканта видел платиновый блондин, державшийся в сторонке от площадки. Алан Волкан только улыбнулся самому себе, поблагодарив Судьбу за такое, как нельзя кстати, удачное стечение обстоятельств. Один возможный соперник уже сошел с дистанции. В отсутствии Блайда завоевать сердце Джулии ему будет гораздо проще. Парень поднял с пола газету и вчитался в статью, так расстроившую Блайда. Усмехнулся. И задумался, что же делать с другим противником – Ромео? Этот иностранец давно считает девушку своей собственностью, поэтому и ведет себя так эгоистично. Минус в том, что у нее остались чувства к певучему неандертальцу.
– Признайся, – плотоядно рассматривал облаченное в прозрачную ткань и узорчатое нижнее белье тело девушки Рома. – Ты же скучала по этому, да? Наверное, холодными ночами мечтала...
– У тебя больное воображение! – сквозь улыбку процедила Джулия. – Пофантазируй, пока у тебя есть на это время!
– Ты ведь все еще хочешь меня! – не успокаивался Ромео, довольный обстановкой.
– Да, – улыбнулась ему Джули, – Очень хочу! Так хочу взять вот эту подушку и придушить тебя ею, как только дадут команду "Мотор!"
– Какие у тебя эротические фантазии! – заерзал под ней Рома, скользнув руками под пеньюар. – Можем уединиться в моей гримерке после съемок!
– Я оторву тебе руку! – пообещала девушка, остановив его пальцы на своем бедре, и с садисткой улыбочкой стала выкручивать шкодливую конечность парня, наслаждаясь подвываниями в ля-миноре.
– У вас все в порядке? – вмешался Ричард, которому совсем не нравилось отношение между его музой и наглым парнем.
Продолжая держать пальцы Ромы в зажиме, Джули резко дернула их, едва не сломав. Пока парень корчился в муках и вопил, девушка с невозмутимой улыбкой на лице повернулась к режиссеру.
– Все хорошо! Может, поскорее с этим закончим?
– С радостью! – нахмурившись согласился Ричард, усаживаясь в свое кресло.
А Джулия встретилась с горящими ревностью и злостью карими глазами, стоявшего в полутьме блондина. Он был очень недоволен, но держался достойно своего титула. Хотя скрежет зубов девушка, могла поклясться, – доносился даже до нее. Одними губами она прошептала: "Потерпи!". Алан слегка кивнул и занял место рядом с Ричардом.
– Мотор! – крикнул в громкоговоритель режиссер, отдав команду к началу съемки.
Ромео страстно присосался к губам Джулии. Настолько ненасытно, что девушке пришлось оттолкнуть парня от себя. Съемку снова прервали.
– Тебе никто не говорил, что поцелуи на камеру должны быть не настоящие! – упрекнула его она, стирая привкус с губ, протянутой Аланом салфеткой. Но парень коварно заулыбался. Будучи в таком положении, рядом с фактически раздетой девушкой, он вообще не мог реагировать иначе.
– Все должно быть правдоподобно! – пожал плечами довольный Рома. – Значит, и поцелуи будут настоящие!
Джулия нервно прикусила губу и подавила желание прибить бывшего парня. Он не раз видел такое выражение на ее лице, знал, что она подавлена, и был этому рад – ему удалось надломить ее холодность.
– Люблю, когда ты злишься! – умиляясь ее эмоциями, проговорил парень, окончательно сбив Джулию с волны негодования. Какие-то странные и давно позабытые чувства тепла и трепета вырвались наружу. Они продержались ровно до конца съемки эпизода. А потом...
– Ричард, ты мне подыграешь? – коварный вопрос, и не менее пугающее выражение лица девушки заставило режиссера серьезно задуматься, стоит ли соглашаться на предложение, когда на тебя смотрят глазами воплощенного зла.
– Что ты хочешь? – испуганно попятился Портер.
– Узнаешь! Точнее сам все увидишь! – она пошла переодеваться для следующей сцены. С площадки раздавались недовольные вопли Ромео, наконец дочитавшего сценарий до конца.
– За все нужно платить! – встав на позицию спустя пятнадцать минут, прокомментировала Джули и по команде режиссера влепила Роме пощечину.
– Нет! – остановил Ричард, как обещал, подыгрывая девушке. – Не тот ракурс. Нужно передвинуть камеру. Давайте еще разок.
– Но она же!.. – возмущению Ромео не было предела, он прижимал ладонь к покрасневшей щеке.
– Ты сам сказал, что все должно быть правдоподобно. – Пожала плечами счастливая Джулия. – Поцелуи, пощечины – все по-настоящему!
– Ромео, вы как? Сможете еще один дубль? – на всякий случай поинтересовался режиссер. Парень собрал все мужество в кулак. Он не собирался спускать подобного девчонке с рук!
– Хорошо. Тогда еще раз! Поехали!
Во второй дубль Джулия вложила всю скопившуюся обиду за пять лет рабства. В третий – месть за то, что долгое время была только кухаркой и домработницей. В четвертый – злость за измены. В пятый – за слезы, пролитые по его вине. В шестой – за безответную любовь и использование светлых чувств. В седьмой...
– Хватит! – озверев от боли и обиды, Рома поймал запястье девушки в замахе. Его щека уже опухла настолько, что парень не мог терпеть этого издевательства дальше.
Он отбросил руку девушки и быстрым шагом умчался в гримерную.
– Устроим перерыв! – провозгласил Ричард, которому, как и всей остальной съемочной группе, уже было невтерпеж смотреть на избиение несчастного парня. При каждом дубле многие нервно тянулись к собственной щеке, когда Джули отпускала очередную пощечину Ромео – ему действительно сопереживали. Все, кроме Алана.
– Перерыв так перерыв, – вполне счастливая и довольная Джулия подошла к такому же светящемуся Волкану. Он взял ту самую карающую руку в свои, поднес к губам и поцеловал.
– Я исполню сегодня любое твое желание! Увидеть такое шоу!.. – он единственный одобрил ее поведение.
– А тебя противопоказано злить! – вмешался в их идиллию Ричард. – Что он тебе такого сделал?
– Чуть не привил мне ненависть ко всему мужскому полу! – ухмыльнулась Джулия.
– То есть вы с ним... – догадался режиссер.
– Я сейчас перед тобой стою из-за него. – Ответила девушка, но парни не видели в этом трагедии – наоборот.
– Тогда мне следует пойти и отблагодарить его за то, что когда-то он привез тебя сюда, бросил, и я имею честь обнимать тебя! – вполне серьезно заявил Алан, снова одарив руку девушки поцелуем.
– Я с ним во многом солидарен! – пристроился с другой стороны Ричард, и тоже поцеловал руку певице. – Тебе стоило бы сказать ему "спасибо"! А то сидела бы сейчас дома, всеми забытая. Работала в какой-нибудь забегаловке...
Джулия задумалась. А ведь Ричард прав! Все могло быть совершенно иначе, если бы она не помчалась, сломя голову, за Ромой в Англию. Не встретила бы так обожаемых ею детей, Эрика, Сару ("Надо с ней помириться!" – решила Джулия), Алана, Дина и остальных...
– Вот сука! – бесился и лютовал в гримерной Рома, переворачивая все, что только попадалось под руку.
– Да, твоя кроткая преданная псинка показала зубки. – Констатировала хладнокровная ко всему происходящему продюсер. – Сам виноват.
– Уйди! – впервые вызверился на нее Ромео. Глаза женщины сверкнули неистовой злостью, но она сдержала эмоции.
– Не забывай, кто дал тебе все, что ты имеешь! – прошипела она, оставив парня в одиночестве.
Он грузно опустился в кресло перед зеркалом, уставившись в свое отражение. Выглядел он очень злым и помятым. Слов в английском словаре не хватало, чтобы выразить все накипевшее за день, так что он обратился за необходимыми описательными эпитетами к русскому словарю. Обычно в такие минуты певец Ромео тянулся к наркотикам. Но вот уже месяц от необдуманных поступков его удерживала какая-то невидимая сила.
В дверь корректно постучали.
– Пошли к черту! – не замедлил с ответом Рома.
Но его принципиально не восприняли всерьез. В фургон поступью дикой кошки вошла Джульетта. Она протянула сердито сверлившему ее взглядом Роме упаковку льда.
– Приложи! – заботливо проговорила девушка, присаживаясь на край стола.
– Иди ты со своей... – дальше последовала череда матерных выражений, свидетельствовавших о крайней степени отчаяния парня.
Все это Джулия пропустила сквозь уши, позволив парню выговориться.
– Я пришла заключить с тобой мирный договор! – устало произнесла она. – Нельзя же все время жить прошлым. Мы изрядно вымотали друг другу нервы за эти несколько месяцев. Давай прекратим это! Пусть каждый пойдет своей дорогой! Я желаю тебе удачи, Рома! Пока!
Таким образом она попрощалась и ушла. Рома придерживал лед у распухшей щеки и понимал, что Юля сделает все, чтобы больше не встретиться с ним. Ведь дальнейшие съемки можно было вполне проводить и по отдельности.
У выхода ее терпеливо ждал Алан. Она одарила его такой теплой улыбкой, что парень невольно растаял, приобнял девушку за талию и повел к машине.
– Развлеклась? – спросил он.
– Да! Поехали, повеселимся где-нибудь еще! – предложила Джулия, чувствуя себя свободной. Но боялась, что если остановится сейчас или останется одна, счастье прекратится и снова появится боль. Ведь она отпустила только что часть себя, просто выбросила огромный кусок своей жизни в мусор – все фотографии, избежавшие потрошения при очередном скандале, посыпались в ведро. Машина уехала, а Ромео вышел во двор. Закурил и увидел карточки со своим изображением на помойке. Он собрал их все до одной. Потому что на них остался облик той, которую когда-то давно звали Юлей Крапивиной.
Он помнил, как впервые увидел курносую девчонку с длинными толстыми косами и огромными зелеными глазами. Помнил и как он сам эти косы расплетал, и они каскадом струились по голым плечам, делая девушку похожей на русалку. Кажется, именно так Рома и называл ее: "Моя русалка!" – когда они оставались совершенно одни...
Джулия несколько раз звонила Эрику, отлучаясь из-за столика в дорогом ресторане, оставляя Генри, Алана, Честера, Дина и Тэа одних. Но парень не брал трубку. Только пятая попытка увенчалась успехом. Однако на том конце провода зазвучал вовсе не голос Блайда.
– Он сейчас занят! Пишется в студии! – сухо оповестил Роберт.
– Ясно, – расстроилась она. – Пусть тогда перезвонит, как будет свободная минутка.
Естественно, Блайд так и не освободился. Домой он тоже не попал – остался в студии почти до самого утра. Когда же вернулся, чтобы привести себя в порядок, принять душ, то на двери обнаружил прикрепленную к ручке записку с почерком Джулии. Не читая и не разворачивая, скомкал и выбросил послание...
Утром она проснулась в объятиях Алана, оставшегося в ее новой квартире. Потому что, увидев подступающие к ее глазам слезы, он не смог оставить девушку одну. Сейчас блондин просто удивительно смотрелся на фоне разрухи и стен с потрескавшейся краской. Словно ангел в мировом хаосе. Джулия невольно залюбовалась картиной спящего на ее кровати небесного жителя, временно спустившегося на эту грешную землю. Она пересела в старое кресло, из которого торчал пух. Выпила чай и подумала о том, что Сара наверняка бегала бы сейчас с фотоаппаратом вокруг спящего красавца.
Он открыл глаза. Повернулся к девушке, призывая ее лечь рядом. Но Джулия как раз размышляла над вопросом: почему этот наглец снова спит в ее постели? Слава Богу, что хоть одетый!
– Признавайся, мерзавец, – насупилась Джулия. – Почему ты остался здесь ночевать?
– Я уже говорил, что буду спать там, где спишь ты, есть тоже, что ешь ты и... – снова принялся за свое парень.
– И прыгнешь с той же крыши, что и я! Можешь не продолжать! – фыркнула она, благодарившая бога за то, что была достаточно трезва вчера, чтобы противостоять любвеобильному красавчику.
Он приподнялся на локте, удобнее расположившись на кровати.
– Ответь мне, как тебе это удается? – разглядывая забравшуюся с ногами в кресло украинку, спросил Волкан.
– Что? – не поняла Джулия.
– Заставлять меня получать удовольствие от мучений? – пояснил он. – Я хожу за тобой по пятам, отдаю всего себя и ничего не требую взамен. А ты...
– О да! – встала девушка. – Я коварная и холодная. А ты – бедный несчастный! Не переигрывай! Ты довел не одну красотку до безумия от любви к тебе! А теперь предъявляешь претензии мне из-за того, что я отказываюсь разделять твои чувства?
Она направилась в ванную, но на пороге обернулась к нему.
– К тому же, Алан, я тебя люблю, – сказала Джулия. – Но иначе. И либо ты это принимаешь, либо...
Он принял это. Второй, недосказанный вариант, ему совершенно не нравился, даже пугал парня. К тому же, Волкан давно знал, что так будет – Джулия не вспыхнет к нему страстью. Но все равно он собирался бороться за нее!
Съемки действительно проходили без участия Ромео и практически в тайне от него. Ричард спокойно закончил работу и даже познакомил Джулию с будущей матерью его ребенка. Девушка была уже на приличном сроке. Животик мешал ей передвигаться... Но Ричард!.. Он вертелся вокруг беременной и сиял от счастья. Джулия поняла, что после родов ветреный Портер, наконец, станет любящим отцом.
В студии звукозаписи все было не так радужно. На диване постоянно ночевал изможденный Шон. Казалось, парня пытали – так плохо он выглядел.
– Чего это с ним? – шепотом поинтересовалась Джулия у Джейка. Второй звукорежиссер, наконец, проявил жалость и грустно выдохнув, констатировал:
– Повержен в не равном бою с Блайдом. Они писались практически до утра!
Девушка принесла горячий кофе и бутерброды для парней, разбудила несчастного звукача, резко ожившего, только ему поднесли под нос колбасу. Шон сел на диване, впился зубами в завтрак и улыбнулся, постепенно приобретая розовый цвет лица.
– Надеюсь, Блайда еще нет! – вздохнул парень. – Что между вами произошло?
– С чего ты взял? – удивилась украинка.
– Потому что это знают уже все: если вы ссоритесь, то работаете до седьмого пота!
– И других мучаете! – согласился с ним Терри, собирающий вещи.
Роланд и остальные только усмехнулись, разделяя мнение друзей.
– Ничего между нами не произошло. Мы толком и не виделись... – пожала плечами девушка, вспомнив, когда в последний раз говорила с парнем.
Алан молчал о том, что произошло на съемочной площадке. Ведь он – единственный, кто знал о причине подозрительного трудолюбия Блайда. Делиться своими наблюдениями граф ни с кем не хотел. Поэтому и стрелял глазами в Честера, который хотел было вставить свои "пять копеек" в историю о плохом настроении певца, но промолчал.
"Не твоих ли это рук дело, змей?!" – задумался Честер, рассматривая терзаемого ревностью графенка.
Судя по перекошенному лицу девушки, она уже без чьей-то помощи стала догадываться о случившемся. Покосилась на Волкана. Тот задумчиво рассматривал диски на полке. Потом оглянулась на Честера, и менеджер, хоть и был взрослым серьезным мужчиной, не смог подавить желания закопаться в пол...
– Может быть, двое джентльменов перестанут прикидываться мебелью и соизволят мне рассказать то, чего я не знаю... – Нарочито сурово поинтересовалась Джулия.
Чес вздохнул и рассказал все, как было. Джулия побледнела...
Сердце больно стучалось о ребра, когда она спускалась в сопровождении друзей на первый этаж, словно предчувствовало беду. И действительно, в холле Джулия заметила грозовые тучи, кружившие над Блайдом, стоявшим около лифта. Судя по тому, как он осматривал толпу, а также сжимал и разжимал правый кулак, парень мечтал сейчас о карьере боксера! Смелая украинка оставила менеджера и Волкана в сторонке, отправившись на беседу с метателем грома и молний. Он усиленно делал вид, что не замечает ее. Даже хотел удрать по лестнице. Но Джули догнала его на пол дороги к заветной двери.
– Блайд! – рявкнула на него она, заставляя остановиться. На нее посмотрели сверху вниз холодными серыми глазами. – Почему я не могу до тебя дозвониться?
– Мы знакомы? – выдал он стальным звенящим и отчужденным голосом.
Роберт, чуя, что пахнет жаренным, занял стратегически выгодную позицию – подальше от скандалистов, поближе к двери, ведущей на лестницу.
– Не прикидывайся дурачком! – прорычала Джулия.
– Это ты из меня дурака сделала! – разозлился в край музыкант. – Почему по телефону ты ни слова не сказала, что работаешь с ним? Что у вас все по-старому?
– Потому что не по-старому! – парировала она, переходя на повышенный тон, чуть ли не на крик.
Проходящие мимо сотрудники компании оглядывались на них, но не останавливались. Те, кто работал здесь давно, уже привыкли к подобному и не находили в ссорах двух певцов ничего нового и тем более интересного.
– Разговаривая с тобой, – проронила Джулия, почти шепча. – Я вообще не думала о нем.
Блайд изменился в лице. Временно он впал в ступор и растерял злость. Смотрел на украинку, каявшуюся перед ним, и размышлял, стоит ли ее простить... И вот в этот кульминационный момент через парадный вход прошел Ромео с огромным букетом цветов наперевес. Блайд стиснул зубы. А Джулия, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, попятилась назад. Но Рома неумолимо надвигался. Он сунул ей в руки цветы и заявил:
– Я не собираюсь ничего забывать! Понятно? Я не отказывался от тебя! И не собираюсь! – после чего поцеловал в засос растерянную девушку и ушел, не дожидаясь, когда ему влепят пощечину. Он был доволен собой: припереться сюда через весь город, прервав съемки для журнала, ради того, чтобы посмотреть в полные ненависти глаза Блайда, вскипающего от ревности, и такое перепуганное лицо Юльки, не ожидавшей от него подобной выходки – все-таки было гениальной идей. Главное бодрящей!
Случайные свидетели ахнули от умиления. Алан и Честер приготовились к скандалу, нервному срыву и землетрясению (на всякий случай). Роберт просто крестился и молился, чтобы боженька оглушил и лишил дара речи и украинку, и Блайда...
Джулия, глупо моргая, смотрела вслед бывшему парню, пытаясь осознать, что произошло. Фраза, брошенная откуда-то сбоку, заставила ее вернуться на грешную землю.
– Поздравляю!
И Эрик направился к лестнице.
– Блайд! – окликнула его девушка. – А-ну вернись!
Он обернулся, чтобы сказать:
– Я не хочу тебя знать!
После этого короткого и безжалостного высказывания в лицо парня полетел букет, подаренный ей Ромео. Он оцарапал ему щеку. Джулия развернулась на каблуках и быстро удалилась. Алан и Честер поймали ее уже на улице. Девушка, не реагируя на просьбы прохожих дать автограф, покупала газету, в которой была статья о том, что она предательски бросила Блайда и теперь наслаждается обществом сладкоголосого Ромео.
– Этот дебил даже интервью дал! – удивилась злая до невозможности девушка. – Когда только успел? Я ему ... оторву!
Волкан и Честер поморщились.
– Может, тебе стоит взять два дня передышки и побывать где-нибудь за городом? – робко подал голос менеджер, имея в виду психиатрическую клинику. Однако, ему удалось затащить ее только в кабинет продюсера, где Джулия металась, как ужаленная, выговаривая все знакомые маты в адрес не только Ромео. На этот раз она прибавила в список спесивую натуру Эрика Блайда. Алан следил за ней, прислонившись к стене и думая о том, что хотел бы иметь такое же влияние на девушку, как этот музыкант.
Генри тоже смотрел на взбешенную певицу, но вообще ничего не понимал и ждал объяснений, иногда поглядывая на друга. Но Волкан пока не собирался говорить.
В дверь очень вовремя постучали. Алан открыл, принял заказанные им пирожные и чай. Выставил все это перед удивленной девушкой и пригласил ее присесть. Она, как прирученная дикая кошка, послушно заняла место на диванчике рядом с Волканом. Но уминая продукты, продолжала периодически фыркать.
– Мне кто-нибудь скажет, что произошло? – не выдержал Генри.
Алан с укором посмотрел на него, покачав головой. Честер тоже не одобрил любознательности товарища. А Джули уставилась на продюсера, словно на врага народа. Пирожное она сжимала в правой руке, как боевой снаряд. Прищурившиеся глаза уже целились.
– Ясно. – Пожалел о своем вопросе Генри. – Молчу.
– Алан, – задумчиво протянула девушка, отпив глоток чая с бергамотом. – А твой отец сегодня в родовом гнезде? Может, съездим в гости?
– Дня на три! – согласно поддакивал Честер. – А то и на четыре!
Джули по-змеиному уставилась на менеджера, и он пояснил:
– Пока ты будешь отдыхать, мы тебе состряпаем плотный график, чтобы ты ни о чем не задумывалась!
Она немного успокоилась.
– Если хочешь, мы поедем прямо сейчас! – предложил Волкан. – Генри, ты же не против, если я украду твою звезду на несколько дней?
Учитывая настроение девушки, Генри был только рад избавиться от нее.
– Конечно, – согласился он. – Только верни ее в более уравновешенном состоянии!
Алан усмехнулся пожеланию друга и увел Джулию с собой. Мужчины выдохнули и перекрестились. В последнее время они стали очень набожными!
Старый граф действительно был дома. Он встретил гостей тепло и радушно.
– Чем обязан? – улыбнулся граф, принимая в объятия девушку. – Алан позвонил и предупредил, что вы едите. Рад вас снова видеть вместе. Джули, ты для нас всегда будешь самой дорогой гостьей!
– Спасибо, – в ответ тепло улыбнулась ему она, слегка приобняв. – Гарри, а не хотите ли на несколько часиков позабыть обо всем и как в прошлый раз прокатиться верхом, а?
Старый лорд рассмеялся.
– Нельзя так часто!
Девушка помрачнела. Отец Алана снова развеселился.
– Ну, хорошо.
– Я попрошу, чтобы седлали? – обрадовалась она, не оставляя шанса мужчине отказаться.
– А может, сначала чай? – попытался остановить напористую девушку мужчина.
– А вы сможете нормально сидеть в седле после чая? – ехидно заметила гостья.
– Ты права. Иди. Мы сейчас тебя догоним.
– Алан, ты, кстати, тоже едешь! – приказным тоном заявила девушка, перед тем как исчезнуть в стороне конюшен.
Настроение у Джулии было настолько отвратительным, что влетев к конюшни, она своим видом распугала всех лошадей. Конюхи сами чуть не заржали от страха, когда рыжий ураган влетел в помещение. Но, услышав распоряжение хозяина, переданное гостьей, слуги принялись быстро седлать лошадей. Для девушки хотели выделить спокойную коняшку, на которой она ездила в прошлый раз. Однако норовистая девица уже подобрала себе собрата по душе. Ее просто манило неведомой силой к стойлу с непокорным черным скакуном. Сегодня он вел себя тише обычного. И когда Джули прошла в его пространство, не сопел и не бил копытом, чтобы запугать. Он склонил к ней голову, позволив коснуться ладонью своего лба.
– Мисс, – спохватился побледневший конюх. – Вам лучше выйти оттуда. Джинн – строптивый. Он любимчик бывшей хозяйки. И после ее смерти никого к себе не подпускает!
Но Джулия не слышала голоса напуганного мужчины. Она смотрела прямо в глаза животного и видела в них что-то такое, чего не замечал раньше никто.
– Не хочешь размять ножки? – заговорила с ним девушка. – Тебе, наверное, надоело уже стоять здесь?
Конь внимательно слушал, отвечая на ее вопросы кивками и ржанием.
– Вы оседлаете его для меня? – спросила, наконец, обратившись к замершему словно статуя, напуганному и удивленному одновременно конюху.
– Простите, мисс. Но он никого к себе не подпускает. Его выводят только для пробежки по кругу. – Пояснил человек и отодвинулся подальше.
– Хорошо, – прошипела Джулия. – Тогда скажите как, и я сделаю все сама.
Конюх сдался, наблюдая, как девушка потащила за собой седло и потник. Он указывал, что делать, и с нескрываемым удивлением подмечал, как капризный Джинн терпеливо ждет, когда его закончат седлать. Разобравшись с подпругой, девушка ловко вскочила в седло.
– Открывай, – крикнула она слуге, распахнувшему заслонку.
Как раз в этот момент в конюшне появились уже переодетые господа, с раскрытыми ртами замершие у входа.
– Джулс, слезь с него! – попытался приказать Алан, испугавшись за сохранность девушки. – Он сбросит тебя!
Но она лишь коварно усмехнулась в ответ на замечание и пришпорила коня. Джинн вылетел из загона конюшни, как пущенная стрела. Помчался вперед, весело и быстро, радуясь возможности размять ноги. Он любил свободу, просто раньше ему не с кем было ее разделить. А теперь... Джули радовалась так же, как он, ловя ветер, чувствуя его на своем лице. Проблемы разлетались на кусочки под копытами Джинна.
– Останови ее! – потребовал у отца Алан.
Старый лорд не мог сказать и слова. Его рот открывался, а звуков слышно не было. Он стоял и смотрел, как строптивый конь за долгие годы впервые принял кого-то, разрешил себя оседлать и получал удовольствие от общения с человеком. А девчонка, крепко держась за повода и прислоняясь к шее зверя, вскрикивала от счастья.
– Мы можем только последовать за ней. – Высказался отец, залезая в седло подведенного к нему коня.
Алан сделал то же самое. Они ехали следом за девушкой, не переставая волноваться о ее безопасности. И не зря. Джулия, почувствовав свободу, пришпорила Джинна, решив преодолеть препятствие. Одно, другое... Третье уже было выше предыдущих.
