Текст книги "Финал (СИ)"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)

   Джули навела порядок в квартире. Избавилась от всех найденных пакетиков с кокаином. Приготовила поесть, забив холодильник парня продуктами. И села рядом с больным на кровати, обтирая его влажным полотенцем от проступавшего пота.

   Все было тихо, и даже как-то скучно. Честеру позвонила жена. Долго ругалась по телефону. Так что поздно вечером ему пришлось оставить девушку один на один с наркоманом. Он просил ее звонить в случае чего. Джулия обещала, но не сдержала клятвы. И в миг, когда Ромео действительно очнулся и набросился на украинку, вжимая ее в матрас, сдавливая горло, шипя что-то невразумительное, она задыхалась, не задумываясь о том, чтобы позвать на помощь.

   – Рома! Это я! Успокойся! – как можно спокойнее старалась говорить Джулия, всматриваясь в застывшую на его лице гримасу злости, ненависти и сумасшествия.

   Услышав ее голос, он ослабил хватку. В глазах парня блеснула сознательная мысль. А потом Рома впился в губы бывшей девушки, жадно целуя и плача при этом. Он рыдал навзрыд, уткнувшись в подушку и сжимая Юлю в объятиях. Она тоже обняла его и успокаивающе поглаживала по волосам, обещая, что утром все будет хорошо!

   Он бился в агонии. Призраки прошлого и потустороннего мира посещали и терзали воспаленный мозг каждые несколько минут, заново и заново. Рома кричал, выл, впивался зубами в простыню... Но суд над его душой продолжался до самого рассвета.

   Первые лучи солнца прогнали кошмары, оставив только слабость в организме. Он поднялся с кровати, чувствуя, будто только что преодолел пустыню и выжил. Рассеянное зрение постепенно восстанавливалось. Уже различались силуэты, окружавшие парня. Сейчас он разглядел приоткрытую дверь в ванную. Там шумела вода. На полусогнутых ногах Рома пошел к этому оазису, и с изумлением замер в дверях, любуясь хрупкими очертаниями женского тела. Прекрасная нимфа наслаждалась ласками струившегося из душа водопада. Она обернулась и поспешила прикрыться...

   – Я и забыл, какая ты... – прохрипел парень, улыбаясь увиденному.

   – Вспоминать не советую! Выйди! – слишком сурово потребовала она, но голос все равно казался мягким.

   Рома уловил это. Он усмехнулся и покинул ванную комнату, улегся обратно на кровати, ожидая возвращения девушки.

   Когда она показалась из-за двери, парень лежал, закинув руки за голову, с таким блаженным выражением на лице, словно объелся шоколадных конфет и теперь собирается умереть счастливой смертью сладкоежки. О тяжелой ночи, о том, что бросил украинку, Рома даже не думал. Его мысли были поглощены другим... Рядом с ним на кровати веером разметались старые фотокарточки.

   – Кто позволил тебе лазить по моей сумке? – разозлилась Джулия, собирая вещи.

   Рома поймал ее и бросил на постель, навалившись всем весом на хрупкую девушку.

   – А говорила, что не хочешь возвращаться! Ты думала обо мне все время! – очертил овал ее лица пальцами он.

   – Да. Когда злилась! – призналась она. – А фотографии разрывала по одной, чтобы успокоиться! Эти остались, потому что я перестала о тебе думать!

   – Ты врешь! – не успокаивался парень. – Я нужен тебе! Ты моя! И всегда ею была. Разве ты не тосковала по мне? Не скучала?

   – Тосковала и скучала, – зачем-то призналась Юля, вместо того, чтобы продолжать играть роль недоступной и холодной стервы. – Но потом все изменилось.

   Они лежали на кровати и не торопились подыматься. Наверное, эти двое и забыли бы обо всех проблемах, ссорах и изменах прошлого, если бы не третье, постороннее лицо, ворвавшееся в спальню как раз вовремя.

   – Что здесь происходит? Ты опять за свое? – вопль ревности и негодования принадлежал Хейли, той самой, случайно взятой в качестве замены Джулии.

   Рома выпустил из объятий девушку, наконец, сумевшую сесть.

   – Привет! Хелл! – махнул рукой, потупив взгляд, Рома.

   – Добрый день! Вы его новая рабыня? – поднялась Джули, прошагав к незнакомке, и протянула руку. – А я старая рабыня. Джулия. Будем знакомы! Не волнуйтесь, я здесь не для того, чтобы составить вам конкуренцию. Просто мне с этим лентяем работать приходится.

   – И в таком виде в спальне вы работаете? – вскрикнула Хейли. Голос у нее оказался на редкость писклявым. Юля и Рома одновременно прочистили заложившие уши, поковыряв в них пальцами.

   – Это недоразумение. – Спокойно ответила украинка, сгребла свои вещи и скрылась в ванной, чтобы переодеться.

   Хейли уставилась на парня, как инквизитор на ведьму, приговоренную к костру. Тот только развел руками, собрал фотографии и переместился в гостиную. Через несколько минут появилась Джулия и быстро разогрела приготовленные вчера блюда, накрывая стол на четверых, так как ожидала Честера. Рома рассматривал фото, улыбаясь прошлому.

   – Ты здесь хорошо получилась! – ткнул пальцем в карточку, где Джулия еще с темными волосами мило и наивно улыбается фотографу, которым тогда был сам Рома.

   – Да! Ешь! Нам с тобой сегодня целый день работать! – напомнила она, стараясь не акцентировать внимания на перекошенную физиономию нынешней девушки экс-бойфренда.

   – А здесь мы ходили на концерт, – протянул следующую фотографию Рома, забросив в рот кусок омлета. – Кто играл? Не помнишь?

   – Океан Эльзы! – улыбнулась Джулия, вспомнив былое. – Нас собралась целая компания. Однокурсники. Димка тогда умудрился напиться и на сцену полез!..

   – Да, его еще полицейские пытались стащить оттуда, а он цеплялся руками в штанину солиста... – Смеялся парень.

   – И кричал: "Я люблю тебя, Слава!" – Изобразила Джулия.

   Хейли наблюдала за этим единением душ и бесилась все больше.

   – Зачем ты обрезала волосы и покрасилась? – вдруг спросил Рома, протянул руку и коснулся девушки. Та смутилась, немного отодвинулась, и рыжий локон соскользнул с пальцев парня.

   – Это Джош постарался! – отмахнулась она.

   – Кто такой Джош? – сразу же насупился Рома, услышав незнакомое мужское имя. – Один из твоих любовников?

   – Да! – закатила глаза украинка. – И самый обожаемый!

   В двери позвонили, и Джулия сорвалась с места, чтобы открыть. Как и полагается, Честер, очень пунктуальный, стоял на пороге, придирчиво с ног до головы осматривая подопечную. Не отыскав следов драки, выдохнул.

   – Все прошло нормально? – утвердился он, войдя в квартиру и услышав цоканье вилок о тарелки.

   – Да! Пойдем, перекусишь, и отправимся в студию! – пригласила его к общему завтраку девушка.

   Увидев менеджера девушки, Хейли не смогла сдержаться и отпустила едкий комментарий:

   – А это твой любовник или сутенер?

   Чес сощурил на нее злые глаза, а Рома прикрикнул:

   – Хелл!

   Девушка гордо вскинула голову, поднялась из-за стола и демонстративно выбросила еду с тарелки, приготовленную другой женщиной, в мусорное ведро!

   – Что за?.. – спросил Чес, отказавшись садиться за стол и кивнул в сторону незнакомой девицы.

   – Потом объясню! – махнула рукой Джулия. – Ром, собирайся! Поехали!

   После пережитого за ночь работать было более-менее комфортно. Возможно, потому что оба – и он, и она – устали. Алан смотрел на идиллию, царящую в студии, и скрипел зубами, а когда девушка намеревалась покормить не его одного, потащив на обед всех сразу: Честера, Генри, Шона, объявившихся таки менеджера и продюсера Ромео, а также его самого – молча психовал, сохраняя невозмутимое выражение лица. Еще больше его раздражало, как двое бывших общаются: с улыбками и смехом!

   Но ломка давала о себе знать, и Рома начинал медленно и верно терять человеческий облик. Заметив изменения в настроении коллеги, Джулия чаще просила делать перерывы и уединялась с парнем. Алан хотел возмутиться, заглянул как-то в кабинет к Харману, куда она водила певца, и увидел, как Ромео колотит. Парень лежал на диване продюсера и, покрываясь потом, дрожал как осиновый лист. Джулия сидела рядом с ним, успокаивая и заботливо вытирая бледное лицо мокрой тканью. Больной, увидев Волкана, разорался так, что его еле успокоили.

   – Алан, милый, пожалуйста, подожди меня в студии! – умоляюще просила девушка, выскользнув за дверь вместе с графом.

   – Хорошо. Будь осторожна! – согласился Алан, поцеловал ей руку. Свою ревность он скрыл от нее, да и для всех остальных граф Волкан казался лишенным эмоций. Но в тайне он желал Ромео провалиться!

   – До выхода три минуты! – кричал распорядитель концерта, подгоняя музыкантов.

   Блайд стоял за сценой с гитарой в руках. Роб осмотрел его внешний вид, кивнул, но потом обратил внимание на торчащий карман штанов.

   – Что у тебя там? – кивнул на выпуклое место он.

   – Ай! Телефон! Забыл! – опомнился Эрик, и как только прикоснулся к сотовому, тот завибрировал и засветился. Пришло сообщение. От Джулии.

   "Сделай доброе дело! – гласил текст. – Улыбнись и сфотографируй это. А потом перешли мне!"

   Блайд рассмеялся.

   – Роб! Ты не мог бы сфотографировать меня? – попросил он друга, передав ему сотовый.

   Менеджер ничего не понял, но сделал снимок. А Блайд быстро переслал его девушке, снова вручив сотовый Роберту. Тот совершенно не удивился, увидев, кому отправляется ММС.

   Джулия глупо улыбалась, копаясь у себя в телефоне. Наверное, этим она и привлекла внимание раздражительного сейчас Ромы. Заглянув через ее плечо, он увидел фотографию того, кого так не мог терпеть – соперника по музыкальному Олимпу – Эрика Блайда.

   – С этим ты тоже спишь?! – взревел парень. – Он тебе фотографии присылает! Как мило! А ты ему какие, в стиле "Ню"?

   Она вдруг пожалела о том, что так отчаянно выхаживала его во время ломок, и сейчас просто собиралась добить! Поэтому, схватив за локоть, вытолкала из студии и только на лестничном пролете позволила себе вмазать ему пощечину.

   – кретин! Еще раз заговоришь со мной в таком духе или хоть слово скажешь худое о нем, ты одним штрафом не отделаешься, я тебе всю морду расцарапаю! – высказалась Джулия.

   Не долго думая, Рома охладил ее пыл, отпустив более крепкую пощечину, от которой у девушки заболели не только зубы, но и вся голова. Она злобно уставилась на парня. А он, сообразив, что натворил, опомнился и испуганно бросился к ней.

   – Не подходи ко мне! – шипела змеей Джулия, придерживая руку у опухающей щеки. – Сволочь! Ты больше никогда на меня руку не подымешь!

   – Я не... – снова попытался сделать шаг навстречу ей парень, и она также отдалилась от него, что еще сильнее разожгло злость в сердце Ромы. – Хватит меня обзывать, шлюха!..

   Джулия вошла в студию первой, шокировав присутствующих красной и опухшей щекой. Мужчины просто пораскрывали рты от ужаса. Алан рванулся к девушке, отнимая ладошку от больного места и уже требуя от Честера сбегать за льдом. Следом за певицей в двери прошел Ромео, тоже с отпечатком пятерни на щеке. Его продюсер, Мередит, тут же набросилась на украинку с обвинениями.

   – Что это? – орала она, тыча пальцем на явные побои, проступившие на физиономии певца. – Мы подадим за это в суд на вас!

   И Алан, и Честер уже хотели высказаться, как голос подал сам "пострадавший":

   – Я сам! – проговорил парень. – Я сам споткнулся, упал и ударился...

   Рома посмотрел на удивленную его признанием Джулию. На нее же перевел взгляд Алан, язвительно поинтересовавшись:

   – Об твои руку?

   Но она ничего не ответила. Как-то подозрительно долго глядела на бывшего парня, не сводившего с нее глаз. Потом ухмыльнулась и... Схватилась за щеку, постанывая от боли и прыгая на одной ноге вокруг Алана. Волкан тут же приложил ей на пострадавшее от "беседы по душам" место лед в клеенке. Она блаженно прижала его руку с мешочком к себе и преданно уставилась на красавчика.

    Старый граф и новые знакомства

   Песня наконец была завершена. Даже отшлифована. Полицию при чистке записи не вызывали, скорую тоже, и врачи в белых халатах жили себе спокойно, даже не ведая о таких певцах, как Джульетта и Ромео – они вполне мирно справлялись со своей работой. Не сидели без дел и продюсеры, менеджеры звезд. Генри мигом сообразил, где можно использовать вечно скандалящий дуэт. Готовился очередной благотворительный концерт, и управители обратились к нему с просьбой: им уж очень хотелось увидеть на сцене певицу, напоминающую ангела, и ее сладкоголосый хор. Тут-то продюсер и согласился, но с небольшим условием. И теперь это условие тусовалось по гримерке Джульетты, которая едва переоделась, помчалась к детям, устроившим маленький скромный погром в общей раздевалке.

   – Я знаю, что вы просили сладкоголосых ангелочков, – оправдывалась она перед одним из организаторов. – Но на складе были только эти маленькие демонята! Которым очень стыдно за свое поведение!

   Самого шкодливого демоненка крепко держали за локоть, в нужных моментах речи смыкая, чтобы это адское создание меняло выражение на лице с гордого и надменного на покоянное и смущенное. Однако ребенку это не нравилось, и по его физиономии было совершенно понятно, что за разбитое окно и два зеркала, сломанную дверную ручку и запертого охранника, ему ни капельки не стыдно!

   – Джош! – сцедила сквозь зубы Джулия, подталкивая сорванца к мольбам о прощении.

   – Я... – раскрыл рот ребенок.

   – Я все оплачу! – насладившись зрелищем, вышел вперед Алан Волкан, заслонив собой и певицу, и мальчишку. Он достал бумажник и быстро выписал чек. На этом инцидент был исчерпан.

   – Спасибо! – нежно улыбнулась парню Джулия, поцеловав его в щеку. Блондин тут же как-то быстро распрощался со своим привычным надменным блеском в глазах, ухмыляясь девушке, будто он святой прямо таки.

   – Меня ты этим не подкупишь! – заявил Джош, но так он относился к Алану, пока не увидел Ромео, и как тот общается с его любимой нянькой! После этого ребенок посмотрел на графа совершенно иначе.

   До выхода на сцену оставалось каких-то десять минут. Волкан не отставал от своего ангела-хранителя ни на шаг, преследуя девушку всюду. Она привыкла к тому, что у нее появилась личная и очень уж красивая тень. А вот от прошлых замашек избавиться так и не смогла, к примеру, привычка защищать бывшего парня, видимо, укоренилась в ее крови. Поэтому, услышав разговор за дверью гримерки, она сначала остановилась и притаилась – ведь интересно было узнать, кому еще Рома Бадоев умудрился перейти дорогу.

   – Смирись! Ты всегда будешь "Вторым номером"! – говорил какой-то пацан в кожаных штанах, явно пытавшийся закосить под рокера, но немного писклявый и скорее женский голосок ясно давал понять, что этот тип не из нормальной "стальной братии". Да и куча висюлек и безделушек, которыми он тарахтел, передвигаясь вокруг застывшего в центре комнаты Ромки, заставляли задуматься об ориентации незнакомца. Не говоря о его странном выборе цвета рубахи – это ж надо было напялить малиновую, под темно-красные кожаные штаны?!

   – Твое имя уже давно переместилось в чартах на последнюю строчку! Так что самоликвидируйся и уступи дорогу молодым, и более талантливым! – приговаривал гаденыш. – У тебя руки трясутся! Это не к добру. Опять на сцену под дозой? Когда-нибудь это сыграет с тобой злую шутку. Вот выйдешь на сцену – и не сможешь спеть толком. Откроешь рот, а голос откажет...

   – Я тебя сейчас ликвидирую! – вспылил Ромео и схватил за шиворот завравшегося парня. Он бы набил ему физиономию, но незнакомец вдруг достал из кармана маленький пакетик с белым порошком.

   – Ты ведь этого хочешь? – повертел в пальцах крошечным свертком пойманный. Рома скосил глаза на бледную субстанцию и нервно сглотнул. – Кокс дает тебе иллюзию силы... Но на самом деле ты – ничтожество.

   И он швырнул пакетиком в лицо онемевшему и униженному противнику. Вот именно в этот момент в гримерку и вошли Джулия с Аланом. Девушка смерила убийственным взглядом нахала, ломавшего тут комедию, будто он червь, которому стоит скорее закопаться в землю.

   – Мне казалось, что гримерка для членов команды синих, фиолетовых и голубых находится где-то в другом месте! – задумалась вслух она, но шутку понял только Алан.

   – Ты ведь Джульетта? – уставился на нее паренек. – Жаль, что такая поет в дуэте с лузером.

   Он сделал шаг, обходя девушку, но она выставила руку, поймала его за выпирающую из штанов часть тела и крепко сжала. Парень побагровел, хватая ртом воздух, а Джулия все крепче сжимала достоинство незнакомца. Алан и Ромка синхронно поморщились.

   – Не боишься выйти на сцену и не спеть? – смотрела ему прямо в глаза она, наслаждаясь ужасом, блестевшим в его взгляде. – Ну, знаешь, говорят ведь, что плохому певцу... – Джули склонила голову и покосилась на сомнительный талант парня в ее руке. – Всегда что-то мешает!

   Парень невнятно прохрипел, и его все же отпустили. Высказавшись о степени неадекватности подружки Ромео, покалеченный подлец попытался поскорее смыться из притона маньяков. Но удавалось ему плохо – он едва переставлял ноги. Мало того, только добрел до двери, как его окликнули:

   – Эй! Танцор! – крикнула Джулия, подошла к замершему от страха парню и протянула пакет с наркотиком. – Вот это с собой прихвати!

   И прежде, чем он успел выдать хоть какой-то протестующий звук, бесцеремонная девица оттянула пояс его штанов и высыпала несколько граммов эйфории прямо в трусы несчастного (если они у него были). Затем любезно открыла ему двери и, мило улыбнувшись, процедила:

   – Свободен!

   На этом издевательства не закончились. Потому что, выйдя в коридор, где толпились дети, взрослые, музыканты и прочие, прочие, он выровнялся, чтобы выглядеть не таким униженным, вдогонку ему донеслось убийственное громкое: "Миленький, ты трусишки не забудь поменять! И таблетки от недержания прими, а то звезда – и с таким недугом... Пахнет все-таки!"

   За кулисами воцарилась идеальная тишина, все уставились на молодого человека с белыми разводами чего-то неопознанного на штанах впереди. Свидетели тактично постарались скрыть смех. Однако, не всем это было под силу. Короче, того, кто хотел сделать лузера из Ромео, превратили в полного кретина, страдающего недержанием, публично и без всяких стеснений. К тому же, Джош, рядом с которым проходил униженный паренек, посчитал, что негоже оставлять дело незавершенным, и добавил последний штрих к начатому няней – бросил прямо незнакомцу в руки нечто гибкое и скользкое, на первый взгляд, имеющее сходство с какой-нибудь речной змеей. Молодой человек заверещал совершенно девичьим припадочным голоском и действительно... не сдержался...

   – Да! Придется ему все-таки менять памперс! Ну и к психотерапевту записаться! Нервишки у молодежи что-то ни к черту! – прокомментировала Джулия и подмигнула своему юному помощнику, склонившемуся в поклоне, как раз в тот момент, когда Меган отпускала ему подзатыльник.

   Девушка вернулась в гримерку. Алан улыбался – по большей части ему нравились ее выходки, они его веселили. Зато Рома был мрачнее тучи.

   – Пойдем! – позвала его Джульетта. – Наш черед!

   Но парень впал в ступор. Его взгляд остановился. Руки действительно дрожали.

   – Рома! – подошла к нему, заглядывая прямо в глаза, Джулия. Она разговаривала с ним нежно, ласково, как с маленьким ребенком. – Приди в себя! Ты должен выйти на сцену и спеть! Всего одну песню!

   Он никак не реагировал.

   – Я не смогу! – прохрипел парень и получил смачную пощечину. От жестокой терапии он озверел и чуть не набросился на девушку, в очередной раз позволившую себе лишнего. Схватил ее за плечи и встряхнул, краем глаза заметив передвижение графа, подскочившего к ним. Рома сомневался, что этот холеный богатей сможет дать ему отпор, но с другой стороны – с какой стати марать руки об него? Парень хищно ухмыльнулся, глядя на Джулию, не дрогнувшую от его импульсивного порыва. Она тоже улыбнулась ему в ответ точно таким же оскалом дикого голодного зверя.

   – Порвем их? – подмигнула она.

   – Всех! – взбодрился Рома, отпустил Джулию, и они, как давно сработавшиеся друзья-напарники, ударили по кулачкам. Оправились, проверили, в порядке ли костюмы, и вышли за двери, пружинистой походкой направляясь к сцене. Алан пожелал Роме споткнуться и рухнуть со сцены, онеметь, охрипнуть и сломать что-нибудь. Но ничего из перечисленного в проклятье не произошло, разочаровав графа.

   – Мне он тоже не нравится! – возник рядом с ним Джош, хлопнул парня по плечу и вернулся к своей компании, готовящейся к выходу.

   Джульетта и Ромео выложились по полной. Их песня настолько поразила толпу, что шквал аплодисментов не стихал больше пяти минут. А когда на сцене появился детский хор, и Рома спрятался за кулисами, слушатели подпевали Джулии и детворе из Центра. Ведь песню "Протяни мне руку" знал каждый. Ромео же любовался тем самым ангелом, который покорил его, явившись поздним вечером на экране телевизора. Он смотрел на белокурую красавицу и ощущал, будто она – неземная, недостижимая, но родная. И ему захотелось добиться ее. Хотя она ведь и так принадлежала ему. Правда, сейчас его чувства очень отличались. Они пахли свежим морским бризом, напоминали прикосновение горного ветерка, холодящего и заставляющего глядеть на мир совершенно иначе, словно ты только проснулся и впервые можешь наслаждаться красотой осени, красками моря, лесов... Однако, стоило рядом появиться ее нынешнему ухажеру, как это приятное чувство пропало.

   – Она великолепна, правда? – заговорил граф. – И за то, что она теперь моя, я должен благодарить тебя! Спасибо, что бросил ее! Наверное, мне стоит подарить тебе что-нибудь за это!

   Рома чуть не вскричал: "Подавись своими подарками!". Но песня закончилась, и выступающие уже возвращались со сцены. Алан тут же подхватил Джулию под локоть, поцеловал в щеку и похвалил, нашептывая комплименты на ушко. Рома шел следом за ними и тихо ругался матом, мечтая приложить свои кулаки к физиономии графа.

   – Прошу прощения! Журнал "VIP Life", могу я задать вам пару вопросов? – остановила Джульетту высокая и худощавая журналистка, тыча микрофон девушке. – Ваш дуэт с Ромео – новый этап в творчестве? Блайд уже забыт? Что он думает по поводу вашего дуэта?

   Джулия побледнела и стиснула зубы.

   – Эрик Блайд... – заговорила она и подавилась поцелуем Ромео, совершенно неожиданно присосавшегося к ее губам.

   – Блайд в отставке! – улыбаясь перед камерой, выдал парень, придерживая опешившую девушку за талию и оттесняя Волкана.

   Фотографы, пользуясь моментом, щелками камерами. Джулия уперлась руками в грудь парня, но не могла отодвинуться – он слишком крепко ее держал, а ей хотелось врезать ему, чтобы лишить его улыбку как минимум шести зубов! На выручку пришел Джош, с задумчивым видом направивший трубочку, торчащую из пакета с соком, прямо на штаны певца. Рома даже не сразу сообразил, что ему подмочили репутацию. А когда увидел кто и каким способом, то выпустил Джулию и бросился догонять улепетывающего со всех ног, и искусно лавирующего между людьми, сорванца.

   – Ненавижу! – психовала она в гримерке, сбрасывая все вещи в сумку.

   Сьюзен стояла в сторонке, чтобы не попасть под горячую руку. Алан ходил за Джулией, пока в итоге не поймал ее за плечи и не развернул к себе, заставив смотреть ему прямо в глаза.

   – Успокойся! Не думай о нем! Смотри на меня! – говорил он. Девушка чуть ли не расплакалась.

   – Алан!.. – протянула она, обмякая в его руках, и тут же выпрямилась пружиной, услышав скрип двери.

   На пороге стоял довольный как никогда Ромео.

   – Убью! – вскрикнула Джули и с когтями нагало рванулась прямо на улыбчивую цель. Но Волкан держал ее крепко, не позволяя двинуться с места.

   – За что? – не понимал наивный парень.

   Честер заглянул в гримерку как нельзя кстати. Увидел припадок певицы и, быстро сграбастав вещи девушки в одну руку, а саму украинку в другую, направил ее к двери, отталкивая в сторонку Ромео, которого по-прежнему пытались, судя по словам Джулии, расчленить и прикопать в палисаднике. Алан придерживал бунтарку с другой стороны.

   – Еще раз подойдешь ко мне хоть на шаг, и я тебе глаза выцарапаю! – пообещала она.

   Двери за ней захлопнулись. Мужчины чинно и быстро, минуя журналистов, вывели певицу на улицу к машине. Генри не решился подойти к подопечной, зная, какими травмами ему это грозит, и быстро слинял вместе с Сарой в ресторан.

   – Ну, по поводу "подойдешь, и глаза выцарапаю" – это ты зря! – уже в машине спокойно говорил ей Честер.

   Джулия молча лежала на заднем сидении в объятиях Волкана. Графенку удалось немного успокоить взбешенную девушку, сейчас она просто таращилась в одну точку, думая о своем... А конкретно о Блайде... Поэтому она не сразу отреагировала на слова менеджера:

   – Вам еще предстоит клип снять на эту вашу песню! Генри вчера подписал новый контракт с его продюсершей!

   Минута промедления, и Алан просто не успел перехватить Джулию, бросившуюся на Честера. А так как мужчина был за рулем, то все они чуть не попали в аварию.

   – Генри! Предатель! Гад! Паразит! – ходила туда сюда выпущенная из машины девушка, пинала камни и лелеяла жуткую месть продюсеру. Алан, Сьюзи и Честер переводили дух, выглядывая из машины, припаркованной у кювета, в который чудесным образом все же не влетела! Они не мешали девушке бесноваться и просто наблюдали со стороны, молясь о спасении души несчастного Генри Бленча!

   Сара потратила полтора часа, уговаривая отпустить горло краснеющего мужчины. Джулия так и быть сдалась. Генри сполз с дивана на пол, хватая ртом воздух. Бывшая модель бросилась к нему, косясь на чокнутую подругу, чтобы в нужный момент прикрыть собой возможно любимого человека.

   – Он не виноват, в том, что Ромео – твой бывший! Он же не знал, какие между вами раньше были отношения! Джул! – прикрикнула на нее Сара.

   Украинка опустилась на диван, устало обхватив голову руками.

   – Бывший? – понял, наконец, причину всех своих проблем продюсер. – Ромео и ты встречались? Это из-за него ты решила?..

   – Сначала да, – выдохнула готовая разреветься девушка и откинулась на подушки. – Потом я познакомилась с Блайдом и постепенно о Ромке забыла. И не вспоминала бы и, возможно, жила бы спокойно, была бы мирной, тихой и славной, если бы ты не продал меня ему! Теперь мне придется терпеть этого неадекватного придурка еще как минимум месяц!

   – Или меньше! – успокоила ее Сара, вставая с пола и усаживаясь рядом с подругой. – Звони Ричарду! Он снимет вам клип быстрее, чем остальные. И ты сможешь держать все под своим контролем!

   Джулия просияла от радости. Бросилась обнимать блондинку, повалив ее обратно на пол.

   – Я тебя просто обожаю! – приговаривала она, целуя подругу в щеки.

   – Очень эротично! – подал голос мужчина, наблюдавший за этой сценой. – А меня к себе примите?

   – Ты – предатель! – отмахнулась от него Джулия, успокоилась и позвонила Ричарду Портеру. Тот не мог отказать своей музе и сел за выдумку сценария, подготовку студии и сбор съемочной группы.

   Через час украинка поняла, что жизнь налаживается! И решила подсластить ее друзьям – испекла пирог. Компания расселась на кухне за столом, уминая выпечку с чаем. К ним присоединился и Волкан. Точнее, его пытались втянуть в квартиру, но у парня были совершенно другие планы.

   – Я могу украсть тебя ненадолго? – спросил он, почему-то обращаясь к продюсеру девушки.

   Генри согласился бы отдать девушку в вечное пользование товарищу, лишь бы кто-то другой терпел побои и упреки, а не он!

   Получив одобрение, Волкан загадочно улыбнулся и протянул Джулии упакованное в черный чехол вечерние платье. Девушка скрылась в своей комнате. Переоделась и явилась во всей красе пред светлы очи друзей. Сара завистливо присвистнула. Элегантное, длинное темно-серое, почти серебряное платье очерчивало фигуру украинки, делая ее загадочной и соблазнительной. Алан подошел к Джулии и воткнул в уложенные рыжие локоны белый небольшой цветок.

   – Так лучше! – сказал он, поцеловав ее в щеку.

   Джулия смущенно опустила глаза. Она позволила увести себя от проблем на дорогом автомобиле, куда-то за черту города. И, собственно, только в машине ей хватило фантазии поинтересоваться:

   – А куда ты меня везешь?

   – На ужин! – напрягся парень, глядя на открывающиеся огромные ворота поместья, принадлежащего семейству Волканов. – На ужин с пираньями! Сможешь выжить?

   – Очаровательно! – буркнула Джулия, насупившись. – Я думала, он мне собирается романтический ужин устроить, а ему шоу подавай! Я тебе что, клоун?

   Волкан не ответил. Усмехнулся и, выйдя первым из машины, протянул руку накуксившейся рыжей девчонке, заявившей, что она не вылезет, не страдает присутствием аппетита и рыбалку терпеть не может! К списку ненавистного добавился новый пункт, когда Джулия переступила порог особняка. Она терпеть не могла высшее общество! На нее уставились сразу шесть пар глаз. Столько пренебрежения, отвращения к себе украинка испытывала только два раза в жизни. Пираньями оказались две сестры и старший брат Алана. Они собрались в семейной гнездышке в честь дня рождения их отца, и смотрели на родственника с его очередной пассией, как на сумасшедшего, притащившего за стол грязную дворовую кошку, к тому же блохастую!

   – Скажи, ты никогда не читал русских народных сказок? – шепотом поинтересовалась у парня Джулия, когда после знакомства с его близкими он повел ее в столовую.

   – Нет, – ответил Алан, придерживая на своем локте тонкие пальцы девушки.

   – Ну, тогда веди меня, Иван-дурак. Буду твоей лягушонкой в коробчонке! – буркнула она, собираясь с духом, так как чувствовала – не за горами адское веселье! И оно началось. Больше всех развлекались Фейраксы – сводные брат и сестры. Алан же носил фамилию своей матери. Внешность ему тоже досталась от нее. А с родственниками красавчик не имел внешне ничего общего – абсолютно.

   "Белая ворона в черной стае!" – подумала Джулия, рассматривая графское семейство: все они были скорее русыми, чем блондинами, с крючковатыми носами и грубыми подбородками. Только лед, блестевший в глазах, объединял разношерстную компанию. Самого графа, несмотря на повод собрания, видно не было. Алан позже пояснил, что отец терпеть не может собственный день рождения и никогда его не празднует. Что не мешает остальным съезжаться и притворяться любящими детками.

   Присутствуя здесь, оглядываясь по сторонам, Джули почувствовала странное притяжение к Алану. Ей хотелось прижаться к нему – такому красивому, элегантному, живому. Ведь от остальных веяло жутким холодом.

   – Дженни, – обратился к девушке старший брат Алана Рендал. – Чем вы занимаетесь?

   – Страдаю фигней, Рудольф! – в тон ему ответила украинка и мило улыбнулась. – Простите, я пою!

   Сестры Фейракс поморщились и хмыкнули, отворачиваясь к своим мужьям, чтобы сказать: