Текст книги "Финал (СИ)"

Автор книги: Ольга Егер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 21 страниц)

   Он за считанные секунды запихал рубашки, ухватился за ручку чемодана и покинул комнату. А вместе с ней и дом. Ничего и никому не объясняя. Промчался мимо матери и отца, игнорируя вопросы, приветствия, шутки. Крикнул на Роба, чтоб тот пошевеливался. Они сели в машину и все – уехали.

   В то время, как родные и близкие пытались выяснить у Джулии, какая муха укусила ее супруга, девушка смотрела прямо на это блондинистое насекомое, не нуждающееся в представлении окружающим и попивающее чай у окна с довольной физиономией.

   – Что ты сказал ему? – вырывала из рук Алана чашку она.

   Парень приподнял одну бровь, усмехнулся краем губ и ответил:

   – Ничего особенного! Правду. – Пожал плечами Волкан. – Просто напомнил, что ты вышла за него, чтобы остаться здесь!..

   Если бы не Честер и Сара, очень вовремя подоспевшие, Джулия, наверное, таки сыграла ногтями на мордашке парня в крестики-нолиики.

   – Успокойся! – приговаривали друзья, а родители в недоумении переводили взгляд с взбешенной девушки на абсолютно спокойного (казалось бы) парня.

   – Кто тебя просил? Какого хрена? Зачем ты наговорил ему эти глупости? Ты подумал обо мне? Подумал, что я теперь... – Ее крики резко перешли в шепот, и Честер отпустил девушку, позволив ей стоять на собственных ногах, а не перебирать ими в попытке доплыть до Волкана по воздуху.

   – А ты обо мне подумала, когда согласилась на его предложение и переспала с ним? – вспылил Алан, впервые вышел из себя и рассвирепел.

   – Уйди! Я не хочу тебя видеть! – закричала Джули в полной тишине.

   На мгновение все замерло. А потом Алан пришел в себя.

   – Хорошо! – выдавил из себя он. Снова превратился в ледяную скульптуру, какой был до встречи с девушкой, и ушел. Джулия тоже не стала задерживаться долго у Таунсендов. Тем же вечером, не приняв просьб мамы Эрика, его сестер и даже отца, девушка собрала вещи.

   Вместе с Джошем они переступили порог пустой квартиры музыканта. Мальчишка первым делом помчался осматривать свою комнату, раскладывать одежду, прятать комиксы. Гостевая отныне стала детской и принадлежала всецело подростку.

   Джулия с замиранием сердца прошла в коридор, оглядев гостиную, кухню. Слишком много памятного произошло в этих стенах. И к сожалению, в ближайшее время память станет бичем певице, которой придется спать одной в пустой постели и чувствовать себя по-настоящему брошенной. На ватных ногах она дошла до двери в спальню Эрика. Неуверенно потянулась к ручке. Фантазия нарисовала славную картинку: вот Джули открывает дверь, проходит и видит Его, сидящим спиной ко входу, с гитарой... Конечно, его там не было. Она вошла в спальню. Подняла разбросанные рубашки с пола, положила в полупустой шкаф. Села на кровать и свернулась клубочком, глядя на гитары, стоящие у стены.

   "Так торопился сбежать от меня..." – грустная мысль царапала сердце, горло и раздирала душу. Когда ее предал Рома, боль была более слабой. Сейчас же, словно черная дыра пожирала внутренности, высасывала все соки, холодила сердце, превращая его сначала в камень, а потом в пепел. Она уже чувствовала, как леденеют руки и ноги...

   – Джул! Давай сыграем в гонки?! – ворвался в комнату Джош и принялся прыгать по кровати. Но девушка лежала и не шевелилась. Устроенное ребенком постелетрясение ее никак не возмутило. Мальчик, расстроенный отсутствием реакции, несколько обиделся и подумывал, чего б такого сотворить, чтобы на него хоть крикнула что ли. Потряс девушку за плечи – ничего! Ущипнул – снова тишина. Пощекотал. Спел "Аве Мария!". Рассказал непристойный анекдот. Потом сдался и лег рядом. – Он вернется! Не расстраивайся! Вот приедет, и я ему устрою за то, что он тебя обидел!

   – Не надо! – махнула рукой Джули.

   – Не расстраивайся! Зато я с тобой! Я тебя никогда не оставлю! – пообещал Джош, обнимая ее, и шепотом добавил, – Мама!

    Месяцы затишья

   "Блайд! Позвони мне! Нам нужно серьезно поговорить!" – написала она и отправила сообщение. Ответа не последовало.

   "Не будь кретиномом!" – было следующим sms.

   И снова никакой реакции.

   "Хорошо. Я сама тебе позвоню!"

   Она набрала его номер. Но трубку никто не брал. Выждав немного, Джули снова позвонила, и компьютерный голос оповестил, что абонент временно не доступен.

   На этом девушка не остановилась. Каждый день она писала ему разные сообщения:

   "Блайд, ну ты и гад! Как ты мог так просто уехать???" (09. 03. 2011)

   "У тебя совершенно нет совести! Я волнуюсь за тебя! Позвони мне!" (17. 04. 2011)

   "А Джош сломал твою красную гитару!.." (11. 05. 2011)

   "Ты вообще живой???" – на последний вопрос Джули подсказал ответ Роберт.

   – Он что телефон сменил? – интересовалась девушка, разговаривая по сотовому с менеджером.

   – Нет. Телефон при нем. Номер тот же. Просто он не хочет... – смущенно поведал друг.

   – Понятно, – выдохнула она. – Присматривай за ним.

   Джулия положила трубку и несколько дней ничего не писала Эрику. После некоторого затишья на сотовый Блайда снова стали приходить сообщения: "За окном студии льет дождь. Холодный. Надеюсь там, где ты, светит солнце..."

   Привет! Ну как, ты спишь?

   Опять один? Опять грустишь?

   Молчишь?

   Глядишь в окно,

   И пьешь холодное вино?

   Закрыть глаза боишься,

   Ждешь?..

   Опять меня во сне зовешь?!..

   Нет! Все обман!

   Ты счастлив и немного пьян!

   Так наслаждайся пустотой...

   А я пойду другой тропой!

   – А дальше соло! Терри! – певица уступила место парню из группы.

   Видеокамера приблизилась, чтобы заснять, как быстро и ловко пальцы гитариста скользят по струнам, заставляя их дрожать и издавать просто потрясающие звуки.

   – Выкину тебя из головы.

   Как это сделал ты.

   Я слабой перестану быть,

   А сможешь ты меня забыть? – Она продолжала петь, пританцовывая с микрофоном. Джош снимал на камеру свою звездную маму, вертясь за кулисами. Такая жизнь ему нравилась, но начинала утомлять. Несколько месяцев он после школы приходил в студию, где шла запись, приносил что-нибудь съестное или просто напоминал Джулии, что пора перекусить, ездил с ней на фотосессии и съемки клипов, подружился с коллективом музыкантов.

   Ромео тоже с интересом наблюдал за девушкой.

   – Что-то ты зачастил с Джулией приходить. Тебя выпустили из карцера? – заговорил парень.

   – А тебя из клетки в зоопарке? – съязвил мальчик, которому музыкант никогда не нравился. То, что украинка в последнее время с ним общалась спокойно и даже весьма тесно, бесило подростка еще больше, поэтому и ненависть к Ромео росла с каждым днем!

   – Один-один! – оценил способности оппонента в словесном поединке музыкант.

   – Чего ты хочешь от нее? – напрямую спросил Джош.

   – Ее саму! – усмехнулся парень.

   – Привет! Болтаете? – покинула сцену Джули. Выступление закончилось, и команда возвращалась за кулисы, чтобы уступить место под светом прожекторов Ромео.

   – Да! – Ромео поцеловал девушку в щеку. – Может, дождешься меня и поужинаем вместе?

   – Прости. Но у нас с Джошем другие планы. – Извинялась Джули, отпив глоток воды из протянутой Сьзен бутылки. Рома заметно расстроился. Джош растянул на физиономии довольную ухмылочку, сползшую в сердитую гримасу, когда украинка выдала следующее: – Давай завтра пообедаем вместе. Я знаю один классный паб!..

   Теперь обрадовался Ромео, но ровно на две секунды, и снова настала очередь злорадствовать мальчишке.

   – Возьми с собой Хейли. Посидим вчетвером. Вы и мы с Джошем...

   Рома принял предложение, но не очень то веселился. К нему подошли гримеры, быстро поправляя грим, техники проверили наушник. Джули в сопровождении мальчишки спускалась по ступенькам. Парень смотрел ей в спину и думал окликнуть, но... Понял, что она не только не отзовется, но и обедать они будут завтра впятером: Джули уже шла на встречу замершему у стены блондину. Сплюнув от досады под ноги, Ромео повернулся к сцене.

   Алан Волкан стоял за кулисами уже давно. Ждал. Выглядел он как-то особенно – измотанным и спокойным. Джули смотрела на него, и каждый ее шаг подвергался сомнению: простить его или нет? Джош не простил бы. Но оно и понятно, ведь Блайда он давно считал частью семьи, пусть так и не состоявшейся. По чьей вине?! Виновник как раз надумал вернуться из самовольного изгнания. Вот и объявился сегодня.

   Джулия остановилась прямо перед Аланом.

   "Прости!" – было написано на его лице. Девушка не вынуждала этого высокомерного блондина произносить извинения вслух. Обняла парня, повиснув у него на шее.

   – Ты сволочь, редкостная! – сказала она, прижавшись к другу.

   Он крепко сжал ее, прикрыв глаза.

   – Но я скучала! – шепнула Джули.

   – Он не появлялся? – спросил Волкан.

   – Нет, – дрожащим голосом ответила она и отпустила парня.

   – Он – кретин! – заявил блондин. – Я, как видишь, не смог быть долго без тебя.

   – Останешься сегодня у нас? – пригласила его она.

   – Эй! – влез между ними Джош, поймал печальный молящий взгляд девушки и пошел на попятную. – Ладно! Но спит он на диване!

   – Мелкий Блайдазаменитель! – обозвал мальчишку Алан.

   – Все! – фыркнул тот. – Будешь спать на половичке!.. В коридоре.

   Прошел еще месяц. Эрик так и не дал о себе знать. Генри собрал честную компанию и объявил, что намерен послать всех... на гастроли. Бриджит радовалась. Ведь это был ее первый тур. Ромео предвкушал веселые посиделки, которые устраивались обычно совместно с Джулией по вечерам и в автобусах. А сама девушка расстроенно вздыхала, не радуясь ничему. По ее подсчетам Блайд должен был вернуться домой, как раз через неделю после того, как она уедет.

   – Надеялась поговорить с ним до отъезда? – поняла Сара, глядя на чахнущую над чемоданом подругу.

   Джули уже несколько часов собирала вещи в дорогу. Джош под шумок их вытаскивал. Потому что подготавливали к отъезду его, а не украинку. Свою одежду она упаковала уже давно, и помогали ей в этом Сара, Алан и Энн.

   – Хотела, – призналась девушка и поймала мальчишку за руку, когда тот возвращал на место теплый свитер. – Прекрати это делать! Не нравится – так собирай вещи сам!

   Она демонстративно бросила гиблое занятие и пнула чемодан ногой со злости.

   – Чего сразу нервничать? – возмутился Джош, прекрасно понимая, почему мама злится. – И почему я не могу поехать с тобой?

   – Потому что! – туманно объяснила она. – Кто за тобой там присматривать будет?

   – А за тобой? – ответил вопросом ребенок. – Только не говори, что блондин.

   Алан отвлекся от газеты и покосился на мальчишку.

   – Не переживай, блайдазаменитель, я скоро еду во Францию. Так что не смогу находится около нее сутками. – Пробубнил Волкан, взбесив прозвищем Джоша.

   – Спокойно! – влезла Анна, прерывая грядущую ссору. – Джош! Бабушка и дедушка очень хотят с тобой пообщаться.

   Ребенок скривился. Джулия тоже как-то странно посмотрела на сестру Эрика.

   – Не могу я их так называть, – передернул плечами мальчик.

   – Называй просто по именам: Оливия и Томас. – Предложила Джули, присаживаясь рядом с Волканом. Тот положил ей руку на колени и мальчишка взбесился.

   – Можно тебя на минутку? – позвал в коридор ее Джош, чтобы переговорить с глазу на глаз и увести подальше от графа, распускающего руки. – Обещай, что не будешь гулять с блондином и Ромео!

   Девушка рассмеялась, подозревая, что на самом деле имелось ввиду под словом "гулять".

   – Алан будет со мной всего месяц, а потом улетит по делам. Ромео... – задумалась Джули. – Не стоит волноваться о нем! Если ты переживаешь, что я из-за них забуду о твоем приемном отце, то можешь быть спокоен. Они только напоминают мне о нем.

   Она тяжело вздохнула, присела на корточки.

   – Как думаешь, он о нас вспоминает хоть иногда?

   Джош присел рядом.

   – Не знаю, – честно признался ребенок. – Но надеюсь, что ему икается, потому что лично я часто о нем вспоминаю!

   – Тогда у него просто не прекращается икота! – расхохоталась Джули и обняла Джоша. – Побудешь немного у его родителей. Поболтаешь с Люси. Только ты аккуратнее, потому что ее мама не одобряет почему-то... Но. Ладно, разберемся. А когда турне кончится, я заберу тебя. Еще одно. Если он не вернется, то давай переедем в маленькую квартиру, где я раньше жила?

   – Заметано! – подмигнул ей мальчик, и оба вернулись к упаковыванию самых необходимых вещей, в список которых попали: компьютерные игры, наушники, видеокамера... Когда Джули увидела, сколько всего сын запихал в чемодан, всерьез озадачилась, а останется ли целым дом Таунсендов. Стоило выпасть из вещей минипиле, как девушка стала опасаться, не заберут ли мальчишку в полицию. Он прятал "игрушку" обратно с такой загадочно-ехидной физиономией, что даже Анна испугалась, но задавать вопросы, вроде "Зачем ему?.." – не решилась, боясь услышать правдивый ответ.

   "Как думаешь, ребенок способен разрушить пол города?" – написала Джулия Эрику.

   "А если этот ребенок Джош?" – снова отправила сообщение, уже скорее по привычке девушка. Ответов так и не было. Но она зачем-то продолжала писать, хоть диалог и напоминал общение с самой собой.

    Не ждали?

   Сколько проблем начиналось с простой фразы, неосторожно брошенной товарищу: "А тебе слабо?..". Веселье, которого так ждал Ромео, тоже зародилось именно с этих слов. Точнее сначала большая компания из музыкантов, певцов и менеджеров играли в карты, пока ехали в автобусе. А потом было дело принципа.

   – Не обращайте внимания. Это у них временное явление. Обычно они ведут себя прилично. Просто музыканты... – оправдывался и врал Честер в холле гостиницы, предупреждая охрану и владельцев, чтобы они не слишком нервничали, когда увидят постояльцев.

   Ко входу, где и так толпились люди, подъехал яркий автобус и из него, хохоча и подталкивая друг друга, вышли ребята из групп Джульетты и Ромео. Бриджит со своими компаньонами тоже остановилась, выглянув из другого автобуса. Пусть она и не одобряла выходок, на которые были горазды ее коллеги, но любопытство пересиливало здравый разум. Прибыли и другие музыканты. Как и обычные прохожие, посетители на несколько минут позабыли о делах, остановились, чтобы узнать, кого привезли: цирк, пациентов психбольницы или звезд шоу-бизнеса? Оказалось, что всех сразу. А самые главные клоуны, пока не торопились выходить на арену.

  – Ну? – подбадривали заждавшиеся ребята, выстроившись у двери.

   – Джул, может, не стоит? – подошел Честер и жалобно взмолился.

   – Действительно! Тебе не обязательно в этом выходить! – раздалось ехидное в салоне. – Мы ведь спорили, что ты просто наденешь это и все. Ты одела. Я посмотрел. Можешь не позориться!

   – Да ладно тебе! – хихикнула девушка. – Что ж тебе одному красоваться? К тому же я уже и привыкла, вошла в образ! Так что позориться будем вместе!

   – Зачем позориться?! – усмехнулся Ромео. – Мы пойдем гордо вскинув головы!

   – На три-четыре!

   Прозвучал отсчет. Терри и Роланд затарабанили по автобусу, выбивая бодрый ритм. Честер закатил глаза и потянулся к успокоительному, оглядываясь, нет ли поблизости полисменов. Первой на общий суд вышла Джулия в черном обтягивающем, кожаном комбинезоне, с очень глубоким декольте и с хлыстом в руках. На голове рыжей девушки красовалась немецкая шапочка. Лишенная робости, она, играя на публику, размахнулась, крутанула хлыстом и щелкнула... Прямо по ногам выходившего Ромео. Он подпрыгнул и чудом приземлился обратно на землю в туфлях на высоченных каблуках.

   – Ой, прости, козочка... – тут же извинилась девушка перед... трансвиститом – ведь именно так сейчас выглядел парень.

   – А ничего такие ножки! – констатировал Роланд, пытаясь удержать на физиономии серьезное выражение, когда рассматривал певца.

   – Спасибо, сладкий! Я сегодня вечером свободна! – подмигнул ударнику Ромео и сложил накрашенные губки бантиком.

   – Эй, красотка! – вмазала переодетому парню по заднице Джулия. – Ну что? Пошли регистрироваться?

   Она предложила Ромео взять ее под локоть, и они вместе, гордой пружинистой походкой... точнее Джулия шла, красиво виляя бедрами, а Ромео очень старался устоять на высоких каблуках и тоже как-то вильнуть, если не бедрами, то хоть чем-нибудь. В общем, пестрая парочка появилась в холле гостиницы под крик, шествующей позади свиты: "Дорогу королевам эпатажа!"

   – Шуты! – прокомментировала Бриджи, не понимая, как таких вот дуралеев продюсер может называть профессионалами!

   – Смотри, папарацци! – толкнула в бок парня Джули, и он зачем-то потянул и так короткую юбку вверх, чтобы прикрыть лицо. Расхохотавшись, девушка одернула его. – Гульчатай, не прячь личико! Играй на камеру! Изобрази страсть!

   Но вместо этого Рома подхватил ее на руки и понес к ресепшину, собственно там и оставив прямо на столе. Джули не растерялась и, перевалившись на бок, игриво подмигнула растерянным портье.

   – Сегодня замечательная погода, не правда ли? Скажите, – она потянулась к одному из парней в форме и соблазнительно провела рукоятью хлыста по его щеке, – вам не нужна хозяйка? Нет? А раба?

   Судя по виду несчастного, он-то не отказался бы от близкого знакомства с откровенной девицей, но побаивался скалящегося трансвистита, который стоял рядом с ней.

   Шокированные работники гостиницы перевели взгляды с развратной девицы и ее товарища на менеджера. Честер кивнул, намекая, что вот они – обещанные невменяемые личности, "прошу любить и жаловать!". После тяжелого вздоха их быстро зарегистрировали и отдали ключи от номеров.

   – Ты абсолютно ненормальная! – распинал Честер подопечную, набросив ей на плечи собственный пиджак, чтобы хоть немного скрыть ее внешний вид. – Зачем вам только понадобилось устраивать этот цирк?!

   Он ругал ее, а девушка загадочно улыбалась и размахивала купленным в секс-шопе хлыстом. Честер Норфолт ощущал, будто пытается вразумить трехлетнего ребенка, которому плевать на поучения взрослого дяденьки. У нее на лице было написано, что деточка хочет играть и веселиться. Менеджер уже думал ляпнуть: "В угол тебя поставлю!", но тут взгляд украинки зацепился за кого-то. Глаза ее сощурились. Она поджала губы, нахмурилась. Честер обернулся. Медленно мимо них проплывал сам мистер Блайд, в обнимку с хихикающей девицей. Нашептывая что-то своей пассии, он "мазнул" по украинке мимолетным взглядом и, даже не здороваясь, направился к своему номеру, как ни странно, через две двери от Джулии.

   – Вот же сволочь!!! – выругалась девушка и, обернувшись обратно к Честеру, наивно захлопала глазками, изобразив кающуюся невинность. – Я это вслух сказала?

   Менеджер кивнул, а она, извиняясь, хихикнула и постучала ладошкой себе по губам. Норфолт внимательно разглядывал ее, удивляясь уж слишком веселому настроению.

   – Это все? – спросил он, ожидая более бурной реакции от той, которая запросто учиняла скандал, умудряясь не только из "мухи слона раздуть", так и дохлого таракана превратить в замечательный повод для начала войны. – Где крики? Истерика? Привычная славянская брань?

   – Во-первых, – ухмыльнулась она, – Уилл запретил мне нервничать. Во-вторых... – Джули вдруг резко перевела тему разговора с себя на менеджера. – Ты знал, что он здесь?

   Мужчина признал свою вину и кивнул.

   – Удивительно, что вы ни разу не встретились за все турне! – выдал он, не без опасения за нервную систему девушки. – Он, наверное, очень старался тебя избегать... А так как вы с Ромео сразу после своих выступлений отправлялись в бар и не особо интересовались, теми, кто выходит на сцену после вас, не удивительно, что за кулисами ты его не видела...

   Ее лицо начало меняться: кошачьи глаза слишком уж подозрительно сузились, губы вытянулись в тонкую полоску. Услышав скрип зубов, Чес понял, что кому-то сейчас сделают больно... А возможно, даже укусят.

   – Мы подумали, что так даже лучше. Если вы не... – заикнулся менеджер.

   – Мы? – уточнила Джули.

   – Ну, Генри и Роб, ребята...

   – Заговор! – оценила масштаб тайной кампании девушка. – Ладно! Мне по фигу! Я иду спать!!! Сколько у нас там до начала концерта осталось?

   – Шесть часов, – прикинул Честер.

   – Отлично! Как раз хватит! – махнула рукой подозрительно спокойная Джулия и скрылась за дверью.

   "Прошла любовь? – задумался Норфолт. – Или научилась скрывать эмоции?"

   Менеджер постоял еще несколько секунд под дверью, прислушиваясь не плачет ли его подопечная, не швыряет ли предметы обстановки о стены. Но в номере было тихо. Поэтому Чес ушел.

   Джули переоделась. Залезла в душ. Однако даже прохладная вода не смогла унять ярость, бурлящую в душе.

   – Значит, уехал. Бросил. – Обсуждала она перемены в собственной личной жизни с собственным невидимым Я.

   Девушка прохаживалась по комнате от двери к кровати и обратно, пиная собственный сотовый движениями футболиста, перехватившего мяч на поле.

   – Значит, два года мне ни к кому подойти нельзя было, потому что кто-то супил брови рядом. А сам, как поставили печать в паспорте, ушел в свободное плавание!!! Баб он водит! Два месяца в турне, а он прячется от меня!!! Не хочет видеть! Не хочет разговаривать!..

   Джули остановилась, подняла сотовый и набрала номер сына, с ходу, как только услышала голос ребенка, задала весьма странный вопрос:

   – Привет, Джош! Ответь мне, что мы делаем с предателями?

   – Мстим! – как-то ошарашено и автоматически выдал мальчик.

   – Я знала, что ты меня поймешь! – и положила трубку, озадачив ребенка, выскочившего из кухни, чтобы принять звонок.

   – Видеть и говорить не хотим – не надо! – решила она. – Но это не значит, что я не хочу пообщаться! А я просто горю желанием!

   И открыв новое текстовое сообщение, быстро написала: "Надеюсь, ты видел ее медицинскую карту! А то знаешь ли, СПИД не спит и все такое!". После чего отправила, помня о том, что сказал когда-то Роберт – Блайд не менял номер и телефон при нем. Она, конечно, не особо надеялась на ответ... Тем не менее, три минуты спустя в двери ее номера постучали. Джули открыла. Опираясь о дверной косяк одной рукой, на пороге стоял загулявший супруг и насмешливо смотрел на жену.

   – А ты умеешь обломать удовольствие! – выдал он.

   – Что ты!.. – съехидничала Джули. – Я просто волнуюсь о твоем здровье, на правах жены. Все-таки родной муж!..

   Блайд без разрешения вошел в номер и прикрыл двери.

   – Так ты спросил у нее? – не унималась украинка. – И чем она болеет? Надеюсь, поинтересовался до. Или все же после?

   Эрик не отвечал на откровенную провокацию. Повернулся к девушке, медленно наступая вперед и заставляя ее пятиться. Джули уперлась спиной в зеркало, а он придвинулся к ней, потянулся к губам.

   – Не хочешь менять планы? Просто сменил одну девушку на другую? – яд так и сочился из ее слов.

   Блайд наклонился, чтобы поцеловать.

   – НЕ прикасайся ко мне! – скомандовала она. – Ты этими губами неизвестно что и неизвестно с кем делал! Отойди от меня!

   Он отодвинулся. Посмотрел на нее. Но злости в его взгляде не было. Наоборот, ирония. Поразмышляв о чем-то своем, Блайд стал раздеваться. Снял рубашку, бросил на пол. Потом разулся. Расстегнул штаны.

   – Ты что делаешь? – не поняла Джули, наблюдая за бесплатным стриптизом.

   Эрик направился к ванной, стягивая с себя по дороге штаны.

   – Иду смывать с себя следы других женщин, чтобы тебе было комфортнее со мной общаться! – выдал он, бросив взгляд назад.

   Ему в спину полетела большая ваза. Она рухнула прямо в миллиметре от его ног, рассыпавшись на кусочки. Блайд злорадно рассмеялся и скрылся за дверью.

   – Вот же... вот же... – кипятилась украинка, уж и не зная, какой эпитет подобрать для описания мерзкой натуры парня.

   – Джул? – в номер постучался Честер. Он поселился через стенку от подопечной и естественно примчался на первый же тревожный звук.

   Девушка приоткрыла дверь. Злая до безобразия посмотрела на менеджера, как на представителя вражеской делегации.

   – Выпустить пар – это хорошо! – говорил мужчина, скользя взглядом по доступному зрению участку комнаты. – Только бей более дешевые предметы, ладно?

   А потом он заметил мужские вещи на полу.

   – Бить той же картой, это как-то... – начал свою завуалированную поучительную речь менеджер.

   – Чес! Еще одно слово – и я возьму что-нибудь очень дорогое и грохну его из вредности! – предупредила Джулия, была она жутко вредной и Честер прекрасно это знал.

   – Понял, – сделал шаг назад мужчина, хотел уйти, но остановился и поинтересовался. – Может, тебе принести успокоительное? Презервативы? Уиллу позвонить? Психиатру?..

   Джули просто хлопнула дверью, не сдержав вырвавшийся сквозь зубы рык.

   Эрик влез в ванную. Мылся под душем и посмеивался, вспоминая лицо девушки, когда он пришел. Обернул полотенце вокруг бедер, встал перед зеркалом, посмотрел на себя. Поднял с пола штаны. Хотел одеть. Злорадно рассмеялся и подумал, что лучше наряда, чем полотенце, для встречи и разговора с женой, не найти. Поэтому и вышел в чем был.

   Она стояла у окна, теребила тонкую цепочку и смотрела куда-то вдаль. Его присутствия Джулия не замечала. А вот Эрик заметил кое-что. Рыжие волосы теперь доставали почти до пояса. И такая прическа несомненно шла девушке.

   "Рыжая!" – довольный кивнул своим мыслям Блайд. И улегся на кровати, ожидая, когда до него снизойдут с вершин мыслей.

   Естественно, он принял соблазнительную позу, надеясь смутить украинку. Она бросила на него скептический взгляд и хмыкнула.

   – Ты все-таки читаешь мои сообщения! – заключила девушка.

   – Иди сюда! – похлопал по одеялу Эрик, призывая ее к себе.

   Внутренний голосок противился, шептал "Мы гордые! Ему нужно, пусть сам подходит! Аполлон недобитый!", но ноги уже сделали несколько коротких шагов, и Джули оказалась возле Блайда.

   – Читал, – признался он, играя веревкой на поясе ее спортивных штанов. – Все.

   – Почему тогда ни разу не позвонил? Хотя глупый вопрос. Ты же не хотел меня...

   – Я пытался разобраться в себе! – прервал ее попытку самобичевания Эрик. Провел пальцами от ее живота к груди, коснулся шеи, щеки. – И кое о чем подумать.

   – О чем?

   – Где Алан? Или теперь его заменил твой бывший? – вместо ответа он поставил очередной вопрос.

   – Алан во Франции. А при чем тут он и Ромео? – возмутилась она. – Другой темы для разговора нет? Мы сейчас о тебе говорим! Не увиливай! Скажи, что же ты понял и как тебе в этом помогли разобраться девицы, с которыми ты проводил все это время!!!

   От обиды и вернувшегося желания влепить парню пощечину Джули резко привстала, чтобы удобнее было махать руками. Цепочка, которую она всегда прятала от посторонних взглядов, выпала из-под майки и цокнула двумя кулончиками: ангелочком и золотым кольцом. Эрик положил украшения на ладонь, чтобы рассмотреть.

   – Носишь его, как кулон? – спросил он, вертя в пальцах обручальное кольцо девушки.

   Настроение Джули снова изменилось. Взгрустнув, она прилегла на подушку, отняв у парня свои украшения.

   – Я долго его носила на пальце. Наивно верила, что оно – моя единственная связь с тобой. А потом Генри сделал выговор перед фотосессией. Напомнил, мол, нужно позволять своим фанатами верить в доступность кумира... Пришлось спрятать его...

   Эрик глядел на нее уже совершенно по-другому. Игривость и заносчивость исчезли. Сейчас рядом с Джулией на кровати лежал прежний Эрик Блайд. Молчал. Удивленная тишиной, девушка перевела на него взгляд. Парень сорвался с места и скрылся в ванной, чтобы секундой спустя вернуться со штанами в руках. Достав что-то из кармана, он бросил одежду на кресло и опять прилег возле девушки.

   – Смотри! – сказал он, разжимая кулак. На ладони покоилось его обручальное кольцо. Джулия еще не понимала к чему все это. Эрик пояснил: – Ты зря считаешь свою веру такой наивной!

   – Ты... – она уставилась на него, постепенно соображая, о чем ей только что поведали. – Ты носишь его?

   – Не совсем. Точнее ношу, но когда никто не видит. По той же причине, что и ты! – говорил Эрик, вернув кольцо на полагающееся ему место. Потянулся к девушке, аккуратно снял кольцо с цепочки и тоже надел ей на палец. Проделывая эту манипуляцию, поцеловал ее в лоб. Джули поняла, что вот-вот расплачется. Блайд обнял ее, и слезы сами покатились по щекам.

   – Тише! – приговаривал он, поглаживая ее.

   – Что ты со мной делаешь?! – причитала девушка, упираясь лицом в плечо парня. – Из-за тебя я превратилась в истеричку! Не сплю по ночам. Плачу, как полная дура. Даже сама с собой разговариваю... потому что ты не отвечал мне!

   – Ты очень красивая истеричка! – улыбнулся Эрик. – И соблазнительная! Особенно в черном кожаном комбинезоне и с хлыстом! А еще с длинными волосами тебе лучше, чем с короткими! А еще я соскучился!..

   Последнее он проговорил шепотом ей на ухо. Поцеловал. Джули опять всхлипнула, сильнее к нему прижалась и забыла о ссоре, мести и прочем. Уже через несколько минут она стонала от его прикосновений.

   Счастливому воссоединению семьи помешал незваный гость. Он постучал в дверь, выбивая веселенькую дробь.

   – Нет меня! – сердито крикнула Джулия, не желая отвлекаться от горячих губ мужа, от его крепких теплых, требовательных рук.

   – Юль! Открой, это я! – донеслось из коридора, и под дверь просунули розу.

   Это был конец всему!

   – Твою мать! – с досадой пробормотала она, когда Блайд прекратил серию страстных поцелуев и нахмурился, перевалившись на бок. То, что озвучила его жена, он прокомментировал более нецензурно, но мысленно. Судя по лицу музыканта, он собирался упрекнуть девушку, мол, ты злилась на меня, обвиняя в изменах, а сама развлекаешься тут с бывшим парнем!

   – Я не знаю, зачем он пришел! – пояснила ему Джулия, сползла с кровати, дошла до двери, подняла цветок с пола и рванула ручку на себя. Вместо "Привет, Ромка! Спасибо за розу!", парень чуть не получил подарком по физиономии.

   – Чего тебе? – рявкнула украинка, стараясь придерживать дверь так, чтобы происходящий бардак в ее комнате, а также одетый в одно полотенце Блайд, не были видны.

   – Ты не в духе! – понял Рома. – Ничего! Я знаю, как поднять тебе настроение! Уговорил повара приготовить твои любимые драники! Помню, как ты их обожала. Я тоже с удовольствием их ел, когда ты готовила. Они, конечно, не такие вкусные, как твои. Но все же... Знаешь, я многое бы отдал за твою стряпню! Скучаю по борщам, которые ты варила. А чебуреки! О! Они были просто обалденными, сочными, вкусными!

   – Ты всегда наедался от пуза, потом падал, расстегивал штаны и все равно тянулся к тарелке за дополнительной порцией! – рассмеялась девушка, вспомнив прошлое.

   Парень выставил вперед небольшую тарелку, которую принес, снял купол-крышку и продемонстрировал угощение. Аромат свежих картофельных оладьев подействовал волшебным образом на украинку, мигом забывшую четыре матерных слова, которые собиралась поведать товарищу, прервавшему романтическую идиллию.