Текст книги "Таверна на прокачку (СИ)"

Автор книги: Олег Ковальчук

Соавторы: Алексей Сокол
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Таверна на прокачку

Глава 1
Таверна

– Ты чего здесь разлёгся! Ведьмин выкормыш!

Чей-то злой голос вырвал меня из забытья. Кто-то громко ругался, причём на меня. Я попытался вникнуть в слова, но в ушах шумело и булькало, звук словно шёл через повреждённые наушники. Чёрт, я же купил себе новые… Заказал самые дорогие, после того, как шейх Амир дал денег на постройку ночного клуба в центре Москвы.

Что ж так голова гудит? Неужели я так много выпил, празднуя удачную сделку? Такого жёсткого похмелья у меня не было никогда…

Кажется, нет, дело в другом. Я начал ощущать боль, не характерную для похмелья. Меня как будто хорошенько отпинали – болит левый висок, часть уха и челюсть. Гул постепенно стих, и я отчётливо разобрал слова, которые по-прежнему лились на меня:

– Ведьмин выкормыш! Вставай! Чтоб твоим предкам на небесах икалось! Поднимай свой тощий зад, кому сказано!

Я ощутил, как в рёбрах стрельнуло – меня продолжают избивать⁈ Что происходит? Я попытался открыть глаза. Один открылся, но мир вокруг был мутным. Левый глаз, рядом с ноющим виском, я не смог разлепить.

Попробовал поднять голову и осмотреться. Поморщился от боли, мой череп словно обхватил раскалённый металлический обруч.

Кто-то грубо стал трясти меня за плечо. А потом я почувствовал, как сильные руки подхватили меня за подмышки и попытались поднять. От этого боль ещё сильнее впилась в виски, и я застонал.

– Ты слышишь меня? Поднимайся!

Щёку словно окатило кипятком. Голова дёрнулась – невидимый обладатель мощных рук залепил мне пощёчину. На удивление это помогло, глаз, который я смог приоткрыть, сфокусировался, и я разглядел нависшего надо мной бородатого мужика в серой рубахе. Мужик тряхнул меня за шиворот и повторил:

– Слышишь?

– Да слышу! – хрипло ответил я. Попытался отбиться от рук, всё ещё держащих меня за шиворот.

– Подымайся! – скомандовал мужик и снова хлестнул меня по щеке. – Иди работай, дармоед!

Последнее заявление меня так возмутило, что даже заплывший глаз приоткрылся. О чём вообще речь? Я напряг голову и попытался вспомнить минувшие события.

Я за рулём своего «Порше». Горит красный, мигает, сменяется жёлтым, и в ту же секунду я жму на газ. Машина с визгом срывается с места. Я хохочу и смотрю через водительское окно – за мной следом мчится ярко-синий «Мерседес». За рулём Сёма, мой напарник. Мы вместе окучивали шейха Амира, разрабатывали концепцию ночного клуба. Точнее, разрабатывал я, а Сёма больше тусовался рядом.

И вот мы наперегонки мчимся по ночной Москве.

Сквозь рёв мотора слышу скрежет. Машину начинает вести в сторону.

Воспоминания прервала очередная оплеуха.

– Макс! – гаркнул бас. Это тот бородатый. Чего он вообще ко мне лезет? Какого буйвола ему надо?

Я почувствовал, как в груди разлилась ярость. У меня даже кончики пальцев потеплели – сердце принялось накачивать тело адреналином. Я готов был взорваться ответной серией ударов.

Я сжал кулак и сделал резкий выпад, целясь в скулу бородатому. Но вместо пружинистого удара вышел вялый, смазанный шлепок.

Мужик от моей нелепой попытки разъярился – его ноздри раздулись, брови сошлись у переносицы, а рот перекосился. Приблизив ко мне лицо, он дохнул на меня луком и прошипел:

– Клянусь всеми богами, если ты ещё раз поднимешь на меня руку, я переломаю тебе руки и вышвырну на улицу! Вставай, дрянь!

Я с удивлением уставился на свой кулак. Это была не моя рука. Я ходил в спортзал дважды в неделю, поддерживая форму, но не увлекаясь ростом мышц. Свой кулак я знал до последней прожилки, до каждого заусенца. Мой кулак был крепкий, вполне пригодный, чтобы разбить бородатую морду. Но сейчас перед моими глазами была тощая лапка, больше похожая на птичью. Костлявые пальцы, бледная кожа с синеватыми прожилками. Я пошевелил пальцами – это не галлюцинация. Это была моя рука.

Я что, пролежал в коме несколько месяцев? Почему я так исхудал?

Раз руки тонкие, то можно найти что потяжелее и…

– Макс, я последний раз говорю: подымай зад и бегом на раздачу!

Мужик снова замахнулся, но я поднял свою тощую ладонь и ответил, добавив голосу уверенности:

– Сейчас я поднимусь…

Вышло неубедительно, тонко. Я кашлянул и повторил:

– Сейчас встану.

Нет. Это не мой голос. Даже откашлявшись, я не смог узнать себя. Что со мной? Почему я тощий и писклявый? Может, это сон?

Размышляя о странной игре воображения, я поднялся на ноги. Голова гудела, я прижал ладони к вискам и почувствовал, что слева волосы мокрые и слипшиеся. Поднёс руки к глазам – так и есть, кровь. Эти паскуды разбили мне голову, а теперь требуют, чтобы я встал и куда-то пошёл! Ярость снова сдавила горло, я непроизвольно оскалился.

– Ну, ты и уродец! – раздался сбоку насмешливый голос. – На ногах стоять не можешь.

Покачиваясь, перевёл взгляд в сторону звука. Там стоял крепкий черноволосый парень, прислонившись плечом к деревянной балке. В такой же серой рубахе, как бородач, в кожаной жилетке и в штанах, словно сделанных из мешковины. На ногах грубые мокасины. Всё лицо изрыто оспинами, а в уголках глаз собралась жёлтая слизь. Меня передёрнуло от отвращения. Даже бить такого не хочется.

– В зеркало на себя глянь.

Парень в два шага оказался рядом и ткнул меня в плечо.

– Валяй работать, мразь, позже поговорим, – прошипел он мне на ухо. – Отец через три дня уедет на охоту, и тогда никто за тебя не заступится!

Хотел было ответить, но парень толкнул меня, придав ускорение, и я буквально вылетел через открытую дверь в соседнее помещение.

Я оказался в зале с низким потолком. Всё пространство было уставлено деревянными столами, скамейками и чурбаками. За столами сидели люди, неуловимо похожие на бородача, что лупил меня минуту назад: одетые либо в холщовые рубахи, либо в кожаные куртки. Хмурые и недовольные, они негромко переговаривались, изредка взрываясь лающим смехом. На лицах у многих я заметил грубые шрамы.

«Где я? В Бутово?» – мелькнула мысль.

– Хозяйка, сколько можно ждать! – рявкнул один из мужиков, поднимаясь на ноги.

На его поясе я заметил перевязь с ножнами.

«Хуже, кажется я в Бутово среди реконструкторов?» – Я тяжело выдохнул, ещё раз обводя взглядом зал. Балки под потолком тёмные, с жирным отблеском. Свет шёл от подсвечников, что свисали с потолка и были приделаны к стенам. В дальнем от меня углу располагалась примитивная барная стойка, там суетилась женщина в тёмном платье и сером фартуке. Завидев меня, она крикнула, перекрывая гул голосов:

– Макс! Бегом! Заказы!

Она грохнула на стойку деревянный поднос с тарелками и кружками, и я понял, на какую раздачу посылал меня тот бородач. Я должен разносить заказы в этом странном реконструкторском притоне.

Это что, персональный ад для меня, лучшего ресторатора Москвы?

Да, я начинал с самых низов, с работы официантом, но я добрался до вершин ресторанного бизнеса! А скоро у меня будет самый дорогой клуб Москвы. Я заключил сделку с шейхом Амиром, а ведь на деньги шейха облизывались многие конкуренты.

Пока мысли крутились в голове, ноги сами понесли меня к стойке. Тело в этот миг действовало само по себе.

Можно было бы послать их всех, но… Слишком много но. Пока сыграю в эту игру и попробую разобраться. Я взял поднос и с натугой поднял. Вроде всего три тарелки и три кружки из грубо обработанной глины, а по ощущениям – словно штанга на сто кило.

С подносом в руках повернулся к залу. И куда нести?

Женщина в фартуке исчезла из виду, и я растерянно оглянулся. Вдруг в голове всплыл обрывок воспоминания, словно кусок забытого сна: троица за столиком в дальнем углу заказывает гречку с рёбрышками и медовуху. Я опустил взгляд: гречка, костистый кусок мяса. Будем надеяться, что в кружках медовуха. В животе заурчало. Я осознал, что дико голоден. Близкая еда манила, но это был чужой заказ, который ждали клиенты.

Я уверенно пошёл к столу, надеясь, что верно определил заказчиков. Тесные проходы между столами не позволяли идти быстро, приходилось протискиваться боком, поднимать поднос над спинами и головами. Руки тряслись от натуги, а из-за шума в голове меня пошатывало. Однако я дошёл и, наконец, поставил поднос на нужный стол.

Трое мужчин в кожаных куртках с перевязями, не дожидаясь, пока я соображу, схватили тарелки и кружки. Один из них швырнул на поднос несколько монет и сделал жест, который я расшифровал как «вали отсюда».

Я сгрёб металлические кругляши в кулак, прижал поднос к груди и двинулся обратно к стойке. Я увидел, что хозяйка уже выставила туда новые тарелки, наполненные едой. Очень надеюсь, что мои обрывочные воспоминания снова помогут сориентироваться, чей это заказ.

– Эй, грязную посуду забери! – Меня схватила за шиворот чья-то рука, и я остановился.

Обернулся. Тот самый парень, что угрожал мне, кивнул на стол с пустыми тарелками. Я поставил поднос с краю и принялся заполнять его посудой. Монеты, зажатые в кулаке, мешали, и я положил их обратно на поднос.

Собрав тарелки, я подхватил потяжелевшую ношу и двинулся к стойке. Парень, что не сводил с меня глаз, подождал, когда я подойду ближе и исподтишка пнул меня под колено.

Нога подогнулась. Я потерял равновесие и под злорадный хохот полетел на пол. Посуда с грохотом посыпалась. Всё разлетелось в стороны, разбиваясь на крупные черепки. Остатки жирной подливки растеклись по полу кляксой. А я рухнул сверху в это великолепие.

Гул голосов на секунду стих, но тут же возобновился. Ближайшие посетители брезгливо отодвинулись подальше, оставив вокруг меня пустое пространство. Я поднялся на четвереньки и увидел перед лицом знакомые мокасины. Поднял взгляд – сверху, мерзко ухмыляясь, смотрел мой обидчик.

На шум из-за стойки выскочила женщина в фартуке. Лицо её было бледным, губы сжаты в тонкую линию. Подбежав ко мне, она резко наклонилась и замахнулась рукой. На меня вдруг нахлынули сцены недавнего избиения.

Внутри поднялось чьё-то чужое чувство страха. Будто боялся, что меня снова будут бить. Я инстинктивно загородился руками, ожидая удара, но его не последовало. Я выглянул из-за скрещенных рук и увидел, что женщина протягивает мне ладонь. С недоверием я ухватился за неё, и она помогла мне подняться.

Быстро оглянувшись, она проговорила:

– Ну-ка, давай, собирай всё, пока Виктор не увидел!

В памяти всплыли чужие воспоминания. На меня ругался тот бородач, и орал часто, а это его жена, мозг даже подкинул её имя – Мария. А тот наглый крепыш – сын хозяина таверны.

– Мам! – капризно протянул её сыночек. – Зачем ты помогаешь заморышу?

И эта интонация словно включила во мне следующий блок информации. Этого мерзкого парня зовут Леонид, у него был старший брат, который погиб (тут в памяти пробел), поэтому мать трясётся над Леонидом и балует его.

Я поднялся на ноги, с благодарностью посмотрел в лицо Марии, которая отряхивала меня от кусочков пищи и осколков. В душе поднялась тёплая волна. Хоть кто-то в этом непонятном месте проявляет ко мне сочувствие. Я прошептал «спасибо», присел и начал собирать крупные осколки на поднос.

Мария присела рядом и спросила:

– Те трое отдали тебе деньги?

Я кивнул, и вдруг холод пробежал у меня по спине. Монеты были на подносе и свалились вместе с посудой. Я судорожно принялся перебирать осколки, не обращая внимание на острые края. Но монет не было.

– Они… они были здесь, – сказал я неуверенно.

– Мам, он точно врёт, – сказал Леонид. – Я давно подозревал, что он ворует.

Я поднял взгляд на Марию и увидел, что тепло ушло из её глаз.

– Они куда-то закатились, – произнёс я оглядываясь, – честное слово! – Голос сам собой приобрёл плаксивые оттенки, и я кашлянул, стараясь придать словам вес. – Я найду и принесу!

Она сощурилась и отвесила мне подзатыльник. Встала, отряхивая руки, и бросила презрительно:

– Не найдёшь – точно перед Виктором ответишь. Вычту из твоей оплаты.

Мария пошла к стойке, а Леонид, мерзко улыбаясь, пропел:

– Три дня без еды! Три неоплаченные порции будут стоить тебе дорого, заморыш!

Он приподнял ногу и вытащил из-под подошвы злополучные монеты. Выходит, они действительно скатились с подноса. Но я понимал, что доказать это не смогу.

Глядя мне в глаза, Леонид положил монеты в карман. Затем достал яблоко и откусил большой кусок. Мой желудок сжался, напомнив о сосущем голоде. Выходит, ужин мне не светит. И всё из-за Леонида. Я посмотрел ему в глаза. Если бы мы были наедине, я бы отлупил его, несмотря на слабые кулаки. Взял бы в удушающий захват и держал, пока эта тупая груда мышц не засипит и не начнёт корчиться. От этих мыслей даже полегчало.

Но не при свидетелях. Тем более при его родителях. Меня за такое если не убьют, то точно вышвырнут на улицу. Тут меня охватили чужие воспоминания о крохотной каморке под лестницей, где я сплю, храню свои вещи и называю то место «дом».

Я погасил порыв заехать Леониду по роже и продолжил собирать осколки посуды. Острый край резанул по пальцу, и меня словно прошибло током. Разряд пробежал по руке, дошёл до затылка, и перед глазами взорвался салют. Я поморгал, отгоняя всполохи, но они не исчезали. Светящиеся пятна сложились в надпись, которая зависла в воздухе перед моим лицом, и я прочёл:

Внимание! Получен урон.

Идёт анализ…

СБОЙ СИСТЕМЫ!

Обнаружена критическая ошибка.

Удержание души невозможно.

Чего? Я не во сне, а в какой-то виртуальной реальности? Я махнул рукой, пытаясь отогнать видение. Буквы расплылись, но не исчезли, а сменились следующей надписью:

Объект: Макс

Ранг 0. ПУСТАЯ ОБОЛОЧКА.

Ваше тело не способно вместить новую душу.

Обязательное задание: Избежать смерти.

Требования:

– Повысить уровень навыка Укрепление тела.

– Выполнить условия для получения ранга 1: Искра энергии.

Срок для выполнения минимальных условий: три дня.

В случае невыполнения одного из условий:

Тело будет разрушено.

Душа утратит шанс на возрождение.

Глава 2
Договор

Пока я ошарашенно читал надпись, позабыв обо всём, в таверне появился Виктор. Теперь я вспомнил – он хозяин этого заведения. Но почему я нахожусь здесь и почему моё тело так изменилось?.

Сон? Виртуальность? Как выбраться, как вернуться обратно к своей жизни?

Мои размышления прервал подзатыльник Виктора.

– Чего застыл? – рявкнул он. – Прибирай! Да пошевеливайся! Или хочешь провести ночь, разгребая навоз в конюшне?

Я вздрогнул и с ужасом подумал: «В этой дыре ещё и конюшня?»

Руки сами подбирали осколки и складывали на поднос. Я отстранённо наблюдал за суетливыми движениями, которые тело снова выполняло на автомате. Мышечная память. Вот что происходит, когда ты многократно повторяешь какие-то действия. Тебе уже не нужно задействовать мозг, чтобы осознавать каждое движение.

Но откуда у меня мышечная память в сборе осколков руками? Даже когда я работал официантом, мы либо сметали разбитую посуду в совок, либо собирали специальным пылесосом.

– Опять облажался, – прервал мои мысли голос Виктора. Хозяин таверны стоял надо мной, уперев руки в бока. – Ведь только что поговорили – ещё одна разбитая тарелка, и моё терпение лопнет!

«Поговорили?» – подумал я, снова чувствуя прилив гнева. Сердце стало ускоряться, разгоняя адреналин. – «Это так называется? Разбили мне голову из-за глиняной тарелки?!?»

– Я думаю, что его место – на конюшне, – сказал Леонид и с хрустом откусил яблоко. – Зачем ты эту вонючку в дом пускаешь?

– Кто-то же должен работать в зале, – ответил Виктор. – Может, ты возьмёшься?

– Кто? Я? Не-е-е!

– Хозяин, долго ещё ждать? – гаркнул голос издалека. – Мало, что похлёбка, как помои, так и ту не дождёшься!

Виктор сквозь зубы помянул ведьмино отродье и быстро пошёл к стойке – помогать Марии разносить готовые блюда.

Передо мной на пол шлёпнулся огрызок, и голос Леонида над головой с насмешкой приказал:

– Это тоже прибери. Да побыстрее.

Я взял огрызок яблока за хвостик. Кровь шумела в ушах, настолько мне хотелось запихать этот огрызок в глотку наглому хозяйскому сыночку. Я же упал из-за его подсечки! Он ведь прекрасно знал, что Виктор буквально несколько минут назад сделал мне последнее предупреждение насчёт битой посуды!

Я с ненавистью поднял взгляд, сжимая скользкий огрызок в кулаке. Леонид взирал на меня сверху с победной ухмылкой. Я начал отводить руку, замахиваясь для броска. Сейчас в эту харю прилетит подарочек!

Но в этот момент рядом с Леонидом появился Виктор. Злость сразу улетучилась, адреналин схлынул, и я снова уткнулся носом в пол, сгребая остатки черепков. Точнее, я-то хотел швырнуть огрызок, но тело, которое помнило многочисленные побои, самостоятельно сделало другой выбор.

Очистив пол, насколько это было возможно, я потащил поднос на улицу. Там, насколько подсказывали мне воспоминания, была выгребная яма для мусора.

За порогом таверны меня встретил жаркий летний день. Так, ноябрь же был…

Я огляделся. Очень аутентичная обстановка. Двор, огороженный частоколом. Земля утоптана ногами и копытами почти до каменной твёрдости. По правую руку в отдалении колодец с деревянным ведром на краю. По левую руку – коновязь, а дальше – длинный сарай конюшни. Ноги понесли меня за конюшню, где располагалась выгребная яма.

Поднос оттягивал руки, и под палящим солнцем я тут же вспотел. Хотелось зайти в тень, но надо было спешить обратно. Надо разобраться во всем. Да и Виктор по-любому прицепится.

Пересилив желание свернуть под навес, идущий вдоль конюшни, я поплёлся выбрасывать мусор. Опорожнив поднос над ямой, я с облегчением выдохнул.

Вдруг перед глазами выскочила надпись:

Базовый навык: «Укрепление тела» открыт для освоения.

Прогресс укрепления тела: +0,01

Физические нагрузки способствуют укреплению тела и повышению уровня.

Подсказка: получение и развитие других физических навыков, так же учитывается в счёт прогресса базового навыка «Укрепление тела», и ускоряют дальнейший прогресс развития пути.

Преодолевайте трудности, чем сложнее испытание тем больше награда.

Я замер в недоумении. Это что, серьёзно?

Нужно отбросить скепсис, чтобы разобраться в ситуации. В голове были свежи мысли об отпущенном мне сроке.

За то, что я прогулялся до мусорки, мне начислены очки?

В голове тут же завертелись шестерёнки. В том уведомлении было что-то про тело.

До этого возможности подумать не было, но сейчас, уведомления о том, что тело будет разрушено, а душа больше не переродится – засели в голове. Бредовые надписи перестали казаться глупостью. Более того, инстинкт самосохранения во мне завопил, что это чрезвычайно важно.

Бред какой-то. Снова напряг память.

Вот я за рулём порше – обгоняю Сёму на его мерсе… И тут он резко берёт в сторону и таранит меня со стороны заднего колеса. А мы ведь на мосту… Приближается отбойник… Столкновение…. Ощущение полёта…

А дальше пустота.

Больше ничего вспомнить не смог. В голову лезли нехорошие мысли, но я пока их прогонял. Потом подумаю зачем Сёма в меня врезался. Надо сначала разобраться с насущным.

Где я оказался? Двор с конюшней уже не вызывал ассоциаций с Бутово. Мы вообще не в городе.

Я нарочито медленно брёл обратно, сдерживая чужое желание бежать бегом. Я усилием воли подавлял в себе страх получить нагоняй от Виктора. Пошёл он со своими заданиями. Но больше волновало другое: что это за необъяснимые порывы тела, которые приходится сдерживать мозгу?

Почему в моей голове всплывают воспоминания, которые мне точно не принадлежат? И не только воспоминания, но и эмоции, желания, страхи… Я не просто оказался в каком-то захолустье. Похоже я – уже не тот Максим, который мчал на автомобиле по ночному шоссе.

Я осмотрел себя, вытянув руки вперёд. Грязная холщовая рубаха с дырками, такие же штаны, подвязанные верёвкой. На ногах – подобие лаптей, растрёпанных и протёртых. Под одеждой тощее тело подходящее мальчишке, но никак не тридцатилетнему мужику. Скорее, это подросток лет четырнадцати-пятнадцати.

Я ощупал лицо, неловко коснулся заплывшего глаза и зашипел от боли. Так и есть – щетина практически отсутствует, только лёгкий пушок на подбородке и щеках. Похоже, я снова подросток.

Посмотреть бы на себя в зеркало… А есть ли в этой дыре зеркало?

Я осмотрелся – деревянный сруб таверны с узкими окнами, похожими на бойницы, частокол ограды. Лужа! Хоть что-то. Я подбежал к воротам. Там среди разбитой копытами земли в небольшом углублении собралась вода. Вгляделся в гладкую поверхность, пошире раскрыв заплывший глаз и застыл на месте, не веря увиденному.

Из отражения на меня смотрел тощий бледный парнишка. Светлые волосы всклокочены, слева слиплись от засохшей крови. Выражение серых глаз испуганное, редкие брови вздёрнуты вверх, рот приоткрыт. На тощих ключицах, торчащих из-под рваной рубахи, видны синяки и кровоподтёки.

Каким-то образом я оказался здесь. А где это – «здесь»?

Чувствуя, как колотится сердце, я на негнущихся ногах вышел за ворота и посмотрел по сторонам.

Ни следа цивилизации в том виде, как я привык. Асфальт, фонарные столбы, провода – ничего не обнаружил. Я ожидал увидеть за порогом обычный мир, где можно попытаться найти своих знакомых, разобраться с тем, что со мной произошло. Но за воротами тянулась пыльная разбитая дорога, уходящая с одной стороны в поле, а с другой – в лес.

По дороге со скрипом ехала телега, запряжённая тощей лошадью. Чумазый мужик, сидящий на месте возничего, смерил меня презрительным взглядом и плюнул, проезжая мимо.

– Эй, уважаемый, – крикнул я. – А где здесь ближайший город!

Может, это всё-таки таверна реконструкторов, которые забрались в такую глушь, что тут и дорог нет, только направления?

– Так позади твоей рыгаловки город, – блеющим голосом ответил мужик и хлопнул поводьями по бокам лошадки. Животина, видимо окончательно разочаровавшаяся в жизни, не обратила на это никакого внимания.

В груди ёкнуло. Вот же я… Город за таверной, а я и не разглядел.

Я обошёл забор и передо мной открылась панорама поселения, которое возничий назвал гордым словом «город».

Одноэтажные и двухэтажные срубы, крыши, покрытые сеном, заборы из такого же неструганного частокола, как вокруг таверны… Я насчитал около двадцати домов. И это – город?

Мысли скакали, как безумные. Я в чужом теле, да еще и неизвестно где. Как отсюда выбираться, и куда?

Поспешил обратно к дороге, может удастся расспросить того мужика на телеге, но его на дороге не оказалось.

В голове зрела упорная, и абсолютно безумная мысль. Это не деревня реконструкторов, это вообще не мой мир… Бред какой-то.

Да что со мной происходит?

Система отреагировала тут же.

Вы возродились в новом теле.

Такой дар даётся не каждому.

Удачи!

Не упустите свой шанс!

Да, дела. После такого ответа вопросов стало только больше.

У мальчишки, в теле которого я оказался, есть хоть какие-то работа и кров в таверне. Пока буду держаться этого места, а дальше – разберёмся. Во всяком случае, чужая память подсказывала, что за пределами этого частокола ждёт верная смерть.

Пребывая в непростых раздумьях, вернулся во двор и пошёл ко входу в таверну. Я глядел себе под ноги невидящим взглядом, не замечая ничего вокруг.

Врезавшись в кого-то, я пробормотал, не поднимая взгляд:

– Извините.

Попытался обогнуть человека, но тот схватил меня за плечи.

Я посмотрел в лицо встречному и похолодел, не смотря на жаркое солнце в зените. Это был Виктор, и его прищуренные глаза не предвещали ничего хорошего.

– Макс! – хмуро сказал хозяин таверны, и я вжал голову в плечи.

Точнее, этот Макс трусливо сжался, а я, Максим, запертый в теле подростка, не желал трястись от страха. Усилием воли я расправил плечи и выпрямил спину. Твёрдо взглянул в глаза Виктору, спокойно ожидая очередной вспышки его гнева. Он не сломит мой дух! Пусть тело этого пацана, где я волей судьбы оказался, слабое, но в нём душа взрослого, уверенного в себе мужчины.

Виктор словно почувствовал перемену во мне. Сдвинутые брови разошлись в стороны, а руки, которыми он вцепился в мои плечи, разжали хватку. Виктор похлопал меня по спине и сказал то, что я меньше всего ожидал услышать:

– Ты не держи обиду. – Я молчал, не зная, как реагировать. Мужчина продолжил: – Не надо было на тебя срываться. Но ты и сам понимаешь, сколько бед от тебя. Мда… – Он прочистил горло, будто пытаясь собраться с мыслями. – Однако стоит признать, если б не твоя помощь в таверне, мы бы с Марией не справились.

Голос его приобрёл мягкость и отеческое тепло. В моей душе шевельнулся лучик надежды, даже предательский порыв обнять его. В памяти всплыло знание, что Виктор заменил мне отца. Но я сдержался, памятуя о разбитой голове, подзатыльниках и оплеухах. Может, пользуясь минутной добротой, рассказать, как со мной обращается Леонид?

– Ваш сын… – сказал я и замешкался, подбирая слова. Подлец? Гнида? Тварь?

– Мой сын, – перебил меня Виктор, – не хочет продолжать моё дело.

Он вздохнул и посмотрел на таверну. Я тоже перевёл взгляд, оценивая крепкое двухэтажное здание с узкими окнами. Сложено из брёвен, потемневших от времени, но крепких. Похоже, на первом этаже располагалась харчевня, а на втором – жилые комнаты. Лошадей у коновязи нет, но в конюшне слышно фырканье, так что кроме местных жителей, которые пришли поесть, в таверне наверняка есть и проезжие гости.

В зале полная посадка, профессионально оценил я. Значит, таверна пользуется спросом, скорее всего она расположена рядом с торговым трактом или вроде того. Память хозяина тела причудливо наложилась на мой опыт. Здесь можно грести деньги лопатой, если правильно позиционировать услуги, вложиться в оформление и улучшить кухню.

Перед глазами возникла новая надпись:

Активирована способность «Анализ». Начальный уровень.

Подсказка: Эффективность способности «Анализ» зависит вашего от ранга или уровня подходящего навыка.

Я тряхнул головой, отгоняя назойливые буквы, и прислушался к тому, что говорит Виктор.

– Леонид хочет быть воином, как старший брат. Но после того, как монстры убили Петра, Мария и слышать не хочет об этом. Я разрываюсь между ними, но как только Леониду исполнится восемнадцать, моё слово перестанет быть для него законом.

– А когда… – начал я и спохватился. Какое мне дело до того, когда Леонид празднует совершеннолетие?

Но Виктор решил ответить на невысказанный вопрос.

– Через полгода, – со вздохом сказал он. – На кого мне оставлять таверну? – Голос его стал вкрадчивым. – Макс, берись за ум, я тебя очень прошу. Мне нужен не просто мальчик на побегушках, мне нужен помощник. Опора. А может и наследник моего дела, – он многообещающе поглядел на меня.

Я ощутил, как восторг захлёстывает Макса. Неужели Виктор хочет оставить таверну ему в наследство? Когда непутёвый Леонид свалит куда подальше, Виктору точно понадобится помощник. И тогда надёжный, верный, безотказный Макс будет рядом.

Умом взрослого я понимал, что Виктор скорее всего просто разводит подростка. Вряд ли он оставит такое крепкое хозяйство неродному ребёнку. Да и Леонид, может, погуляет-погуляет, хлебнёт жизни воина, да и прибежит обратно, под крыло мамочке.

Но невольный азарт Макса передался и мне. Я по-новому взглянул на таверну. Что бы я улучшил?

В следующий миг, здание таверны подсветилось по контуру золотым светом. Я глазам не поверил.

А дальше, перед глазами снова выскочили надписи. На этот раз я не стал отмахиваться, потому что сведения были гораздо интереснее:

Активирован Путь Хозяина. Класс: Хозяин очага и крова.

Таверна «Без названия».

Полезная площадь первого этажа 100 квадратных метров.

Зал 70 метров.

Кухня 10 метров.

Бар 3 метра.

Площадь второго этажа 90 квадратных метров, помещений 7.

Ого! Так вот как работает «Анализ»! Интересная штука. Но на этом список данных не остановился. Появилась красивая золотая надпись:

Класс Хозяина Очага и Крова активирован для таверны «Без названия»

Внимание! Обнаружена ошибка!

Активирован скрытый для вас путь.

Вы не соответствуете требованиям:

Отсутствуют необходимые навыки.

Отсутствуют обязательные пути.

Отсутствуют необходимые классы.

Отсутствует личный очаг и личный кров.

В груди застучало. Чувствую, сейчас происходит нечто важное. Не менее важное чем угроза неминуемой смерти, и моё попадание в чужое тело.

Доступно скрытое задание: Хозяин очага и крова

Вам условно доступно:

Редкий путь: Хозяин

Подтвердите право совершенствоваться на этом Пути.

Условия выполнения задания:

Скрыто. Получить навыки: Скрыто. Открыть пути: Скрыто. Открыть Необходимые классы. У вас нет своего очага и крова. Сделайте эту таверну лучше, чем она была.

Докажите на чужом имуществе, что достойны быть хозяином. В зачёт будут идти все улучшения.

Подсказка: Путь Хозяина может значительно повысить ваши шансы на выживание.

Время выполнения – один месяц.

В случае провала Класс Хозяина Очага и Крова будет закрыт для вас.

Я вчитывался в строки, и вдруг они стали таять.

Я суетливо взялся перечитывать, пытаясь запомнить каждую строку. Но уже через секунду надписи исчезли. Осталась лишь одна строка:

Скрытое задание: Докажи, что достоин класса Хозяина Очага и Крова

Сразу под этой надписью появилась золотистая шкала заполненная примерно на треть. напротив ней значились показатели:

Уровень таверны: 76,35

Над шкалой, висели пять золотых звёздочек. Причём одна была яркая, а остальные тусклые.

Интересно, что это за шкала и почему она частично заполнена? И звёзды еще эти. Может это какая-то оценка заведения, типа звёзд у гостиницы?

Я едва не рассмеялся. По сути всё сходится. Таверна – одна звезда, надо сделать пятизвёздочную гостиницу. Ну, и сверху звёздочку Мишлен.

Теперь это поистине второй шанс! Не только новое тело, но и возможность заниматься любимым делом.

Доказать что достоин? Ха! Да я из этой забегаловки сделаю шедевр!

В своём мире я собирался развернуть ночной клуб на площади в сотни раз больше. Пока я не понимаю, как вернуться обратно. Но что мне мешает применить мой опыт здесь?

В голове тут же завертелись шестерёнки.

Во-первых, нужно название. Какое-то запоминающееся, но не слишком вычурное, чтобы не отпугнуть посетителей попроще.

Во-вторых, неплохо бы во дворе прибраться, дверь протереть, да мусор собрать. То же самое касается и зала.

В-третьих, неплохо бы посмотреть, что ещё готовится на кухне, кроме гречки и рёбрышек, которые я видел.

Я погрузился в размышления и не слушал, что говорит Виктор. Поэтому я растерялся, когда он заглянул мне в лицо и спросил:

– Ну, что, согласен?

– Э-э-э… – промычал я. – Что?

– Согласен завтра изобразить моего сына перед рекрутёрами?

– Рекрутёры? – переспросил я Виктора. – Меня что, заберут в армию?

– Нет, ты что, – успокаивающе проговорил он. – Тебе даже шестнадцати нет, куда там. А вот Леонид как раз… – Виктор тяжело вздохнул и снова спросил: – Ну, так что, по рукам? Окажешь мне небольшую услугу?

Мысли как безумные мельтешили в голове. Я зажмурился, пытаясь сосредоточиться. Подбитый глаз кольнула боль, и от этого мозги словно прочистились.