Текст книги "Идеальный мир для оценщика 4 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Натан Раух
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

А вот по каналу «Таверна Сахарные зубки» пошло кино.

Вдоль стены движется серая, тощая кошка. У стола возчиков ныряет вверх, и с края миски исчезает кусок мяса. Никто и головы не повернул. Ловкость лап и никакого мошенничества.

Самое интересное, добычу она не ест. Несет в зубах к щели под крыльцом, ныряет туда, возвращается пустая. И снова на дело.

Ну-ка, ну-ка.

[Кошка домовая, бродячая

Возраст: 11 лет

Потомство за жизнь: 42 котенка

Выжило: 9

Убила крыс и мышей: 489

Текущий помет: 1 котенок (болен)

Состояние: истощение, старость]

Сорок два котенка… За такое орден «Мать-героиня» дать можно и пенсию досрочно. А у нее вместо пенсии драное ухо и щель под крыльцом… И она в свои кошачьи сто лет таскает ему мясо у людей, которые ее же и шпыняют. Подавальщица только что чуть не наступила на нее с подносом, да еще и тряпкой вслед:

– Пошла прочь, зараза блохастая!

Кошка увернулась и даже не обиделась.

И тут канал «Улица» кувыркается через голову.

Пацанва у забора, оказывается, упражнялась с рогатками, и кто-то из этих снайперов влепил камнем аккурат в моего воробья. Разведчик срывается с конька и по красивой дуге летит прямиком в распахнутое окно таверны.

Аккурат в наш стол.

Твою ж…

Я успеваю выставить руку и активирую телекинез. Воробушек тормозит, чуть не врезавшись в мою ладонь. Следом в раму щелкает камень, снаружи раздается победный свист.

Народ оглядываются, но похоже никто и ничего не успел понять.

Воробья сгребаю со стола раньше, чем кто-то успел присмотреться. Дохлый воробей в таверне никого не удивит, а вот дохлый воробей, который через минуту вспорхнет, вызовет вопросы, за которые тут, как я понял, костры разводят.

Так что лежать смирно, боец.

Лия кашляет, делая вид, что ничего не заметила.

Не успеваю затянуть ремешок, как чувствую взгляд.

Кошка сидит у моего стула и смотрит на сумку.

– Этого нельзя, – говорю ей вполголоса, – он мне самому нужен.

Тут приносят еду, и все мысли у меня из головы просто вылетают.

Подавальщица ставит на стол запеченные ребрышки в медово-горчичном соусе – румяные, золотистые… Звучит знакомо, современно, но на самом деле ничего удивительного: горчица в диком виде много где встречается, а мед и того чаще. Это не экзотические деликатесы, а просто вкусная и сытная еда.

Смотрю на остальное: запеченный картофель, нарезку свежих овощей, тарелку с кашей, на верхушке лежит кусок масла, кусок копченого мяса, круглую головку сыра, две запотевшие кружки пива…

Замечательно, просто замечательно… Не сказать, что я большой любитель пива, но, когда попадаешь в чужой мир, начинаешь гораздо острее воспринимать простые радости из прошлой жизни.

Кошка не уходит, все так же сидит у стола. Отрываю и кидаю ей весомый кусок окорока. Серая не размышляет, хватает мясо и, уже азвернувшись, коротко смотрит мне в глаза, как мне кажется с благодарностью

– Не стоит, – усмехаюсь я ей вполголоса. – Беги давай.

– Вы кошку подкормили? – Лия смотрит на меня с оторопью, будто я медяк в золотой превратил.

Пожимаю плечами, мол что такого. Наверное, она думает, что «некроманту», конечно, положено интересоваться кошками исключительно в виде скелетов, но эту я бы и живой в башню взял. Крыс иногда бывает попадается целая шахта.

И тут обращаю внимание, что подавальщица все еще торчит у столика.

Чего ей еще? Я что поаплодировать должен? Не, я, конечно, голодный, но это уже чересчур…

– Что? – не выдерживаю я.

Терпеть не могу, когда кто-то стоит над душой, когда я ем.

– Деньги давай, – говорит подавальщица.

Да уж, сервис так себе… Сплошное хамье.

– Потом заплачу, – отмахиваюсь я, у меня зубы, кажется, клацают непроизвольно.

– Тут так не принято, – потянув меня за рукав, шепчет Лия, – принесли заказ – расплачиваться надо сразу.

Ничего себе у них порядки, а если мне не понравится? А если таракана в супе найду? Возврат-то у них тут есть? Чек за заказ будет? Ай, блин, да пофиг.

– Хорошо, – роюсь в кошельке и достаю золотую монету. – Забыл, не обращайте внимания, головой ударился…

У подавальщицы при виде монеты глаза расширяются, а брови уползают куда-то под самый лоб.

Смотрю на Лию – та аж закашлялась.

– Сейчас принесу сдачу, – сдавленно произносит подавальщица и убегает.

– Что не так? – спрашиваю я Лию, уминая ребрышки с картошкой.

Она, бросая подозрительные взгляды по сторонам, шепчет:

– Все так, если вы хотели привлечь внимание. Но вы ведь не хотели. Тут скромное заведение, посетители в основном простые люди, мастеровые и их помощники, заезжие крестьяне с местных ферм, грузчики и носильщики. Золота сроду не видали. Если вдруг у кого появляется золото, его сразу меняют на серебро и медь. Если это не какая-то крупная покупка, конечно.

– Ну не бежать же за ней теперь.

Бежать и правда не пришлось Подавальщица возвращается, держа здоровенный горшок с медяками. Показывает, мол, куда высыпать? Вздыхаю и достаю из сумки мешочек типа кошеля. Влезет или не влезет? Прорвется или выдержит?

На звон пересыпаемых монет начинают коситься с других столиков, и я поспешно убираю кошель в сумку. Тяжеленный, зараза.

Работница таверны, наконец уходит. Все, можно спокойно поесть.

Я, словно лесной пожар, уничтожаю принесенную еду. Да, это совсем не то, что моя холостяцкая еда или стряпня Лии на скорую руку. Елки-палки, как же давно я видел такую радость! Последний раз в Ядрени, когда Зорья приносила мне завтрак.

От ребрышек остаются только кости, миска с овощами давно опустела, от сыра только дырки остались. Только теперь я наконец почувствовал, что наелся… Лия тоже сидит довольная.

Только к одной тарелке я не притронулся и Лии, когда она к ней потянулась, запретил. Оценка показала, что это блюдо из крысиного мяса, да еще и протухшего. Уроды, как такое людям подавать можно и деньги требовать вперед? Потребнадзора на них нет.

– Не стоит это пробовать, – говорю девушке, удивленно глядящей на меня, – если не хочешь отравление заработать.

После ужина откидываюсь на спинку стула.

– Можно я кое-что скажу? – спрашивает Лия. – Только пообещайте, что не убьете меня за это…

– Говори, а там посмотрим, – усмехаюсь я.

– Мне кажется, что не получится у вас жить тут тихо. Слишком уж вы… заметный.

– Как знать, как знать, – отвечаю я.

Нет, если придется каждый день ее вытаскивать из передряг, то, конечно, не получится.

– Тебе есть где переночевать? – допив пиво, спрашиваю я.

– Нет, – качает головой девушка, – в дом, что я сняла для себя, соваться опасно, там точно будут ждать бандиты Синего… А в таверне, где я снимала раньше… Там было безопасно, но сейчас…

Я прерываю ее:

отя почему тайна. справился,на

– Тогда я сниму тебе здесь комнату, переночуешь наверху.

Лия резко хватает меня за рукав, в глазах страх и щенячья преданность.

– Вы что? Неужели я вам больше не нужна? – громко восклицает девушка.

На нас косятся: мужики с сальными улыбками, женщины с неодобрением, типа вот же мужик, урод, решил бабенку бросить на произвол судьбы.

– Ты хоть понимаешь, насколько двусмысленно это прозвучало? – вполголоса спрашиваю я.

– Ой, – снова восклицает девушка, а затем продолжает намного тише: – За что вы так со мной? Я вас вроде не подводила. Ошиблась тогда, когда не тех наняла. Но ведь ценные вещи я вам доставила. А на этот раз…

– Да что не так? – не могу я понять этого эмоционального всплеска.

– Если я здесь останусь, то мне, скорее всего, придется город покинуть, – отвечает Лия, и я замечаю, что ее начинает колотить мелкая дрожь.

Надоело. Почему нельзя толком объяснить? Какие-то фразы обрывочные, загадки какие-то. Я что должен понять из этого?

– Почему это придется покинуть город? – Я уже раздражаюсь.

Она косится по сторонам и продолжает еще тише:

– У этого места дурная слава. Девушке здесь одной ночевать небезопасно. Как мне потом с ребенком жить в городе? Это издевательство, над ребенком в первую очередь!

Чего, блин? Каким еще ребенком? Она бредит, что ли? И нафига она меня тогда сюда привела, если у этого места дурная слава?

Я собираюсь сказать что-то резкое, но, глядя в расширенные от страха глаза девушки, начинаю соображать.

Лия явно боится за свою честь и достоинство. В том смысле, что нельзя ее одну тут оставлять. Потому что для некоторых людей лишиться жизни не так страшно…

На всякий случай проверяю ее оценкой. Ну конечно, никаких детей у Лии нет, я это помнил…

[… Эмоциональное состояние: стресс, вызванный страхом. Нестабильное эмоциональное состояние.]

Хм… А в чем проблема?

Лия нервно стреляет глазами по сторонам, но ни на ком не фокусируется.

Проблема в таверне? Попробуем и тут применить оценку.

Удается. Я быстро пробегаюсь по дате открытия, количеству владельцев и прочему ненужному сейчас и цепляюсь за интересное:

Таверна «Сахарные зубки»

Примечание:

Частые случаи убийств и действий насильственного характера, особенно в отношении представительниц слабого пола.]

Так… внимательнее присматриваюсь к посетителям. Да уж, не кружок любителей вышивать крестиком. Через одного рожи такие, что хоть сейчас на стенд «Их разыскивает полиция». Хуже всего, что я замечаю, какие взгляды бросают на Лию мужики. Да за одно это надо привлекать к ответственности, а то и бить в морду.

Отличный городок, зараза, просто отличный…

Может, и правда побуянить тут немного? Если в городе девушка не может спокойно переночевать одна, может, зря он стоит? Пусть прибудет сюда инквизиция и спалит его до основания…

– Ладно, поспишь у меня, – говорю я, – не оставлю ж я тебя в этом гадючнике.

Лия смотрит на меня озабоченно:

– Думаю, люди Синего не будут там ждать. Никто не знает, что я его покупала… Хотя я уже ни в чем не уверена.

– С ними, если что, разберутся мои слуги, – отвечаю я, поддерживая репутацию великого некроманта.

Перехожу к основному делу:

– А как насчет товара, что я тебе давал? Он тоже в твоем доме?

– Нет, часть в банковской ячейке, в доме только мелочь. Я старалась все продать побыстрее и как можно выгоднее.

– Да, ты молодец, – киваю я, – с ночлегом решили. А теперь проведи мне ликбез, в смысле быстренько расскажи, что да как в этом городе… к примеру, почему все притихли, когда в таверну вон те двое вошли?

Легким кивком указываю девушке на вооруженных парней. Те одеты в полудоспех, то есть тела их защищают кованые кирасы, на головах открытые шлемы без перьев. В руках алебарды, на поясах короткие мечи.

– Это ночная стража, – шепотом говорит девушка, – с ними лучше не связываться. Если остановят и найдут что-то запрещённое, то будут проблемы.

– Ну, это всегда так. А если не найдут? Если ты добропорядочный человек? – Стараясь сильно не пялиться, украдкой рассматриваю стражников.

[Пьер Лавуазье

Возраст: 27 лет

Звание: рядовой

Срок службы: 2 года

Количество задержаний: 7

Получено взяток: 23

Краткая характеристика личности: вспыльчив, мелочен, жаден. Ради наживы готов пойти на преступление.

Примечание: пошел в стражники, чтобы избежать наказания за разбойное нападение на ювелирную лавку.]

Во всех мирах, какие бы времена ни были, а такие люди все равно умудряются заполучить власть. Хоть крохотную.

– Эти всегда находят, – вздыхает Лия, – если остановят – пиши пропало. Слухи ходят про них нехорошие…

– Ох уж эти слухи, – качаю я головой, – ладно, не будем испытывать судьбу. Давай потихоньку свалим отсюда, пока ночные стражники очень профессионально накачиваются вином.

Двое стражей и правда успели опорожнить один кувшин с вином и заказали второй. Причем, как я заметил, плату с них подавальщица требовать не стала… Ни сразу, ни вообще. Да уж, милый городок. Хотя, может быть, за них начальство платит?

Не привлекая внимания, пробираемся ко входу вдоль стеночки. Я иду вперед, Лия позади.

– Уже уходишь, красавица?

Оглядываюсь. Какой-то урод с лицом, заросшим густой щетиной, пытается схватить Лию за руку.

Девушка со страхом жмется к стене. Я же шагаю к нему и перехватываю руку, с силой сжимаю волосатое запястье.

– Лучше держи руки и язык при себе, – негромко говорю я.

Лицо мужика бледнеет, на глаза наворачиваются слезы. Укрепленные кости и сухожилия придают моей хватке силу гидравлического пресса…

– Стоит мне сдавить сильнее и ты этой рукой больше никогда стряхивать не сможешь, – с расстановкой говорю я. – Так что отвали от нее, понял?

Мужик поспешно кивает. Отпускаю руку, и тот прячет ее под стол.

– Пошли. – Вытаскиваю Лию из таверны. Мы уходим подальше. Еда здесь хорошая, но сервис так себе, а публика того хуже.

Лия проводит меня по главной улице города. Тут повсюду огни, гуляют люди, магазинчики и всякие злачные места гостеприимно распахнули двери.

– Это что ж за город, который никогда не спит? – удивленно спрашиваю девушку. – Почему народу столько?

– Многие из тех, кто ходит в Пустошь, перепутали день с ночью, – отвечает Лия, когда мы проходим мимо кондитерской, откуда аппетитно пахнет сдобой. Вроде про нее она мне рассказывала. – Все же знают, что в пещерах ночью безопаснее. Вот они ночью и привыкли жить, продавать товар и спускать деньги. Естественно, город под них подстроился.

Ты смотри, я и не знал. Перся в шахту при свете дня, а оказывается, надо было ночи дожидаться, может, оно быстрее и проще бы получилось. А у меня инерция мышления: нечисть, темные силы на то и темные, что ночью они опаснее. Но тут, в новом мире, все по-другому, и не надо это забывать. Пусть даже здесь тоже есть стейки с соусами, шумная ночная жизнь и магазин для взрослых.

Осмотрев достопримечательности города городскую ратушу с башней, на вершине которой расположен тот самый колокол, доходим до магазина, даже не так – до открытых прилавков на базарной площади.

Продаётся здесь оружие. В частности, меня интересуют арбалеты… Мой-то теперь неведомо где. Грустно. И денег жалко, и вещь, к новым-то еще привыкать придется.

Покупаю две штуки с запасом болтов, на этот раз купить за бесценок не вышло, но, по крайней мере, с помощью оценки я выбрал самые лучшие. Еще беру рюкзак. Один из арбалетов вручаю Лии, неси, мол. Второй вешаю себе на пояс.

Замечаю, что девушка снова побледнела, под глазами синие круги.

– Это все занимательно, конечно, но пора и на боковую. Предпочитаю работать днем.

Выразительно смотрю на нее, хочется добавить «Вот такой я странный некромант». Но не буду поминать некромантов вслух, раз уж так тут серьезно с этим.

– Пошли к дому.

Лия с радостью кивает. Миновав интересную улицу, которую Лия назвала «Улица огней» потому что освещение здесь сделано в виде не банальных фонарей, а реальных языков пламени, что висят в воздухе.

[Парящие огни

Тип: заклинание перманентного действия

Примечание: Заклинание разработано гильдией магов для продажи. Городские власти могут заключить с гильдией договор на установку магической установки, что поддерживает парящие огни.]

Свернув еще несколько раз, оказываемся в стандартных городских кварталах. Тут и света почти нет, и улочки уже и грязнее.

Мой воробушек летает от здания к зданию, проверяя, нет ли засады. В ночи внимания он вообще не привлекает, зато видит все…

Не Игги, конечно, но сойдет. Птица моя где-то далеко сейчас, я все еще контролирую ее, но зрение фамильяра на таком расстоянии не работает.

Блин, дом-то я снаружи осмотреть не успел, только внутри видел, и то мельком. Выскочил из портала и сразу за Лией рванул…

Дом выглядит совсем не бедно. Два этажа, терраса, над входом карниз с лепниной. Не совсем то, чего я ожидал. Думал, будет неприметная хибарка… да что уж теперь. Может, в приличное жилище побоятся лезть, решат, что хозяин – человек серьезный, с ним лучше не ссориться.

– Так, я буду спать на кровати, – говорю я девушке.

– Я тоже на кровати, – быстро говорит она.

– Эм, но я привык один спать, – слегка удивляюсь я.

– Так в доме две кровати же, – смеется Лия.

– А, ну да. А зачем ты вторую кровать купила?

– Их сразу в доме две было.

Заходим внутрь, я зеваю во весь рот.

На входе сразу заряжаю арбалет и приказываю Лии сделать тоже самое.

Она явно удивлена, но выполняет.

Вручаю арбалеты двум Борисам, что стоят в комнате, сразу напротив входа.

– Твоя спальня где? – подавляю зевок.

– Они обе наверху, – сообщает Лия, тоже зевая и изящно прикрывая рот ладошкой.

– Ты только ничего не бойся, – предупреждаю я, когда поднимаемся по лестнице.

– В каком смысле? – с тревогой спрашивает девушка. – Нужно входную дверь закрыть!

– Не нужно, – мягко удерживаю дернувшуюся в сторону входа Лию.

Знаком подзываю девушку к лестнице, с верхней ступени видно входную дверь.

Она распахивается.

В дом врываются двое с арбалетами наизготовку.

Однако Борисы, предупрежденные мной, начеку. Два болта пробивают тела бандитов и опрокидывают тех на спины.

– Я ж говорил, не надо бояться, – подмигиваю я вздрогнувшей Лии. – Пошли проверим.

Девушка спускается на первый этаж, но прикасаться к трупам не торопится. Я же быстро осматриваю мертвецов. К сожалению, ничего у них интересного нет. Зато арбалеты нормальные…

– Они вели нас от самой таверны, хотели ограбить, как только мы войдем в дом. Тот кошель привлек слишком уж пристальное внимание. Ошибся я тогда, вот и расплата… Когда они увидели, что я дверь не запер, то решили, что удача им улыбнулась. Только это не улыбка была, а оскал Бездны.

Мне вдруг вспомнилась проклятая монетка с двуликой женщиной…

Зомби затаскивают тела глубже в дом. Я же достаю Чисток и бросаю одному из мертвяков.

– Двери заприте, – ключ тоже летит на пол под ноги Борисам, – все тут отмойте, не люблю беспорядок.

Двое свеженьких мертвецов поднимаются на ноги, в груди их торчат арбалетные болты.

– И этих в порядок приведите. Болты вытащить, сложить в колчан, тоже от крови очистить.

Раздав указания, направляюсь наверх. Лия поднимается передо мной, и я невольно любуюсь ее стройными ногами…

Ай, да все. Хватит. Я так задолбался, что и мысли в голове ворочать трудно. Спать пора, а завтра целый новый интересный день.

Спальни находятся друг напротив друга.

Лия заходит в правую, я же захожу в комнату напротив.

Все, спать…

Непривычно, конечно, засыпать не в башне. Ни тебе с Беллой пообщаться о делах хозяйственных, ни Джульку за костяным ухом почесать… Скучаю я по дому… под неразборчивый шум города, который, как Нью-Йорк, никогда не спит, я все же засыпаю, но мысли мои все равно там, в тишине Пустоши, в башне…

* * *

Следующий том уже здесь! Спасибо, что с нами!

/work/659351