Текст книги "Домашний арест"
Автор книги: Оле Адлер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)
– Ну спасибо, Кэсси, – проворчал Джейсон, поднимаясь и подавая мне руку.
– Поехали, лентяй. Нас ждут великие дела.
Мы домчались до Сэнди менее чем за полчаса. Я визжала за спиной у Джейса, чувствуя, как привычная апатия уходит на второй план. Хорошо, что у меня есть работа в магазине и подменки в баре. Иначе я бы сдурела. Хорошо, что есть Джейс. С ним рядом мне легче дышать. Так же больно. Но не так мучительно тяжело.
В баре я с удивлением обнаружила маленькую болтушку Корин. Эллисон собиралась взять ее с собой, но девчонка ультимативно заявила, что хочет остаться с нами. Мама немного помялась, но Джейс, чувствуя себя виноватым, обещал присмотреть за ребенком. Эллисон только зыркнула на него сердито и убежала.
– Ну, Кори, как будем развлекаться? Как всегда? – ослепительно заулыбался девчушке Джейсон.
– Да-да! – взвизгнула она.
Я закатила глаза и пошла на кухню за виноградом.
Алан
Я сидел дома на диване, таращась в выключенный телек. Суббота – выходной.
А мне тошно. Я опять пытался не думать о ней. Опять не вышло. Снова все мои мысли в ее спальне, в ее душе, в ее кухне, на стиральной машине. Ее глаза. Ее улыбка. Ее походка. Ее тело в моих руках. Ее тихое: «Мне никогда не было так хорошо…»
Нужно прекратить, приказал я себе в очередной раз. И в очередной раз не смог.
Я поднял зад, оделся и пошел к машине. Райан дежурил сегодня. Показалось неплохой идеей завалиться в участок с пиццей, чтобы побыть и бдительным начальником, и заботливым другом одновременно. Хоть какое-то разнообразие. А то все чаще бываю мудаком.
Войдя в пустой холл с теплой коробкой, я так и замер, не веря глазам и ушам.
– Джин, милая, я знаю… Я тоже, красавица. Потерпи совсем чуть-чуть. Еще совсем немного – и каждую ночь я буду с тобой. Представь, каждую ночь – ты моя. Твое тело – мое. Твои вкусные губки – мои… Никаких разъездов. Я буду укатывать тебя каждую ночь, крошка. Клянусь, тебе придется каждое утро заново учиться ходить, потому что я…
– Майерс, мать твою! – заорал я, не желая становиться свидетелем секса по телефону.
– Черт, Джин, перезвоню, люблю тебя, – буркнул он, бросая трубку.
– Райан, чтоб тебя, рабочий телефон! Каким надо быть отмороженным наглым уродом, чтобы трахаться по рабочему телефону во время дежурства! – вопил я на него, а втайне жутко завидовал. Но от этого мои децибелы только зашкаливали, почти превращаясь в ультразвук.
– Шеф, черт! Больше не повторится! Клянусь, Алан. Не ори, сейчас перепонки лопнут.
– Ты регулярно этой херней занимаешься? – я поймал его виноватый взгляд. – Дьявол, не отвечай! Еще и межгород. Клянусь, Райан, еще раз узнаю – пожалеешь!
– Да я редко, клянусь. Просто, когда дежурство на выходных – это вообще жопа!
– мямлил он, как дитя.
– Ладно, но я тебя предупредил, – я бросил на стол коробку и пошел к автомату, чтобы нацедить себе кофе.
– А ты чего приехал-то? – очнулся Рай, недоуменно таращась на пиццу.
– Тебя проверить и накормить. Хотел быть милым, – оскалился я издевательски.
– Ты невероятно мил, старик, особенно, когда орешь. У меня прям сразу упал.
– Избавь меня от подробностей, – взмолился я, присев с ним рядом у маленького телека. – Кто играет?
– А хрен знает, я не слежу за бейсболом – так, для фона, – разъяснил мне Майерс причину приглушенного звука.
– Всегда трахаешься под бейсбол? – уточнил я, даже не пытаясь сдержать смех.
– Заткнись, – Рай пихнул меня в плечо и вытащил кусок пиццы.
Я остыл. Ну он, конечно, засранец, но влюбленный засранец. Я сделал скидку на это. Ему тоже не везло на личном фронте. Он честно пытался быть внимательным к своим подружкам. Я часто замечал, что Рай через силу тянет на себе воз отношений, словно сам себя заставляет поверить, что это единственная, а не очередная. Но в итоге он всегда оставался один. Максимум, на что его хватало, – полгода. И это не считая того, что он хватал все дежурства и вызовы, только чтобы отделаться от пассии. Я несколько раз намекал ему, что он педик, поэтому не может долго быть с женщинами. И каждый раз приходилось уворачиваться от его здорового кулака, а потом слушать лекцию, что если он не встретил достойную, это еще не значит, что он гей.
– Значит, Джин скоро переедет? – решил выяснить я через час болтовни ни о чем.
– Да. Я, кажется, нашел для нее работу на базе у озера. Это, конечно, хреново, что ей придется мотаться, но уж лучше, чем сейчас.
– Она согласна?
– Вроде да. Но хочет сама приехать, все узнать. Ты же понимаешь, это не просто – все бросить и переехать, – говорил Райан взволнованно.
– Понимаю, Рай.
Я опять завидовал. Натали не поехала со мной. Кэсси уедет от меня. Пусть хоть у Джин и Райана все получится.
– Хотя нет, не понимаю. Как она втюхалась в такого мудака, как ты, Майерс?
– Говнюк, – огрызнулся Райан.
Я заржал.
– Алан, помирись с Кэсси, – выдал мой приятель.
Я уставился на него злобным взглядом.
– Не начинай даже, – буркнул я. Все веселье насмарку.
– Не знаю, что там у вас было, но Джин говорит, это ты виноват. И я ей верю.
– Рад за тебя. Рай. Верь дальше. Закрыта тема.
Значит, она рассказала Джинджер. Прекрасно.
– Картер, не дури. Вы же были как Бивис и Батхед. Если не вышло в койке, просто останьтесь друзьями. Вам обоим это нужно, – продолжал нести бред Майерс.
– Обоим? А ей-то зачем? – про себя я решил молчать.
– Затем, что она убивается на двух работах, только чтобы чем-то занять себя.
Затем, что она тусуется в компании Джейса, вместо того чтобы готовить тебе ужин каждую пятницу.
– Твою мать, Райан, это ее выбор!
Я был в курсе такого положения дел, но все равно озвученные факты причиняли боль.
– Это отсутствие выбора. И, между прочим, результат инициативы Джейсона.
– ЧТО? – гаркнул я.
Этого я не знал.
– Что слышал. Он постоянно вертится вокруг нее. И Кэсси этим наслаждается.
Не тупи, шеф. Или будет поздно. Серьезно, Алан, засунь свою гордыню в жопу, если любишь ее.
– Ас чего ты?.. – я из последних сил пытался отбрехаться.
– Ой, брось. Тот месяц, что вы были вместе… Короче, у тебя все на морде было написано, брат, – поставил мне диагноз Райан. – Джин говорит…
– Мне похрену, что говорит Джин! – оборвал я его, вскочил со стула, натянул куртку. – Я поехал. Тихой смены. И никаких больше звонков.
– Понял, шеф, – скис Рай, салютнув мне двумя пальцами.
Я завел мотор и рванул в сторону трассы. Как все это бесит! Она и Кэйл. Кэйл и она. Я не хочу! Не хочу! Так не должно быть. Она моя. Только моя! Господи, она ведь не влюбится в него… Она просто уедет. И мы оба останемся с носом. Это меня устроит. А если нет… В моем мозгу нарисовалась идеалистическая пастораль: домик на берегу озера Рослин, детишки, собака. Она смеется и целует его. Неееееет!!! Я не вынесу этого. Нет-нет-нет! А что я могу? Сам видел, что они ладят, хоть и не придавал этому значения. Она со всеми могла быть веселой и дружелюбной. Она прекрасно сходилась с парнями, держа их при этом в ранге друзей. Черт! Я тоже был другом, а в итоге… Почему бы Кэйлу не пойти моим путем? Он хитрый сукин сын. Умнее, чем кажется. Хоть и горяч по молодости.
Навстречу мне несся мотоцикл. Я сбросил скорость, второй раз за день не веря своим глазам. Это был чертов щенок Кэйл, а позади него сидела моя девочка.
Эх, да разве теперь она моя?
Ее бесконечные ноги прижимались к его ногам, глаза зажмурены, а рот приоткрыт в восторженном крике. Юбка, опять эта чертова юбка! Кэйл моргнул фарой и издевательски оскалился, поравнявшись со мной. И клянусь, засранец мне подмигнул.
Меня затрясло от беспомощного гнева. Я вдавил педаль в пол, разгоняясь до двухсот, вспоминая, как она вот также вопила рядом со мной. А теперь с ним…
Через пять минут гонки в никуда я понял, что должен поехать к Бену. Они там, уверен. Я должен сам все увидеть. Зачем? Не знаю. Но надо.
Я не ошибся. На парковке у бара стоял мотоцикл Кэйла. Кажется, я достиг пика бешенства, но, войдя внутрь, понял, что ошибался. Все, что я себе нафантазировал, было куда хуже, чем то, что увидел. Потому что это было реально и… невероятно мило.
Джейсон стоял у дальней стены зала, а она у стойки. В ее руках была миска с виноградом. Она доставала оттуда ягоды и по одной бросала в Кэйла. Парень виртуозно ловил каждую ртом. Малышка Корин хлопала в ладоши, сидя на высоком стуле и повизгивая:
– Здорово! Клево! Хей, Кэсси, заставь его побегать, а то уже неинтересно.
Гребаная идиллия. Оживший страшный сон.
– Добрый вечер, – мрачно проговорил я, привлекая наконец к себе внимание.
– Хелло, шеф, – прочавкал Джейс с полным винограда ртом, возвращаясь за стойку.
Я кивнул, открывая руки, чтобы стиснуть в объятьях маленькую хохотушку.
– Алан, – опять взвизгнула Кори, запрыгивая на меня.
Я подхватил ее, подбрасывая в воздух. Обожаю эту девчонку. Наверное, только ее присутствие не даст мне свихнуться на месте.
– Королева красоты, мое почтение, – засмеялся я, тиская хихикающую непоседу.
– Ой, поставь меня. Я взрослая. Меня нельзя так, – притворно возмутилась она, хотя ее мутузили все, кому не лень.
Я изобразил виноватый вид и усадил Кори обратно на стул.
– Как всегда, шеф? – спросил из-за стойки Кэйл дружелюбнее, нежели обычно.
Издевается, засранец.
Я кивнул, забираясь на стул рядом с Кори, наблюдая, как Кэсси ставит на стол миску и тоже усаживается, но с другой стороны от девочки. Что-то влетело в мою щеку. Черт! Корин метнула в меня вторую виноградину, и опять я не среагировал.
– Неудачник, – кашлянул Джейсон в кулак, ставя передо мной стакан с пивом.
Кэсси прыснула. Дерьмо. Третью я поймал, изобразив на физиономии триумф и удивление одновременно. Кэйл и Кори разразились аплодисментами. Кэсси, проигнорировав мою победу, пошла к столикам.
Я болтал с малышкой, улыбаясь ее рассказам о проделках щенков, оправдываясь, что не приезжал в гости, потому что много работы. Зря, кстати, не приезжал к ним. Рядом с Кори мне не так тошно от мыслей о… Нет, хреново, конечно, но ребенок держит в тонусе, требуя внимания к себе.
Кэсси опять в фартуке… Зачем? Бесит меня? И юбка – эта юбка! Ненавижу!
Какого хрена она ее носит? Я же запретил! А ей, видимо, уже до лампочки.
Конечно, Кэйлу, похоже, нравится, что все пялятся на нее. Дженнифер вечно выставляла всю себя напоказ.
– Хей, Кэсси, а почему ты не замужем? – вдруг спросила Кори, когда порноофициантка присела за стойку снова.
– Эээ, я даже не знаю… как-то не звали меня туда. Да и особо не хочется, – протянула Кэсси.
– А папа говорит, что тебе нужно прекратить валять дурака и выйти замуж, – выдала Кори.
– Скажи папе, что, если он еще раз будет обсуждать меня за глаза, я плюну ему в пиво.
Джейс заржал, я тоже потопил в стакане улыбку.
– Почему ты не хочешь замуж? – продолжала допрашивать мелкая прилипала.
– Просто не хочу и все, – отрезала она.
– Так не бывает. Все хотят. Выходи за Джейса.
Я чуть пивом не подавился.
– С чего ты взяла, что он не против такого счастья? – хихикнула Кэсси.
– А я не против. Касс, – оскалился «женишок».
– Заткнись! – Кэсси кинула в него виноградину. Конечно, он ее поймал, – Ты еще маленький.
– Я тебя на год всего младше, крошка.
Что? Он назвал ее крошкой?! Напиться что ли?
– Нет, сладкий, пожалуй, я пасс, – пропела она.
Сладкий?!! Нет, стоп. Это я сладкий! Мать вашу, они издеваются. Давай, задолби ее в десны, Кэйл, чтоб я окончательно свихнулся.
– А Алан? – опять встряла Корин.
– А он слишком старый, – ответил за Кэсси Джейс, и я уже почти разрешил себе ему врезать.
– Нееееет, – вступилась за меня Кори. – Алан не старый. Он красивый.
Я самодовольно хмыкнул.
– И вообще, нет, Кэсси, ты не выйдешь за него, потому что он уже обещал на мне жениться, – продолжала тараторить девчушка. Кэсси закатила глаза.
– Боюсь, детка, что когда твой папа разрешит нам обвенчаться, я уже буду дряхлым и ни на что не годным.
– Да ты и так уже не первой свежести, шеф. Песок сыплется, – опять влез Джейсон. – За тобой только в гололед хорошо ходить. Не поскользнешься.
Кэсси зажала рот рукой, давясь от смеха. Отлично. Просто прекрасно.
– Всем привет, – раздался голос Пола, а потом и сам он вышел из служебного помещения.
– Папа! – Кори бросилась к отцу.
– Джейс, помоги разгрузить машину, – обратился он к Кэйлу.
– Я с вами, – заявила Кори, и они ушли, оставив нас с Кэсси наедине.
– Еще? – спросила она, забирая у меня пустой стакан.
Оу, с первым словом, мисс. Я кивнул.
Тупое молчание давило на нас. Посетители приходили и уходили. Кэсси улыбалась каждому, прощаясь и приветствуя. Пол и Кори уехали. Джейс вернулся за стойку. Я курил одну за другой, наблюдая, как Кэсси смолит синхронно со мной. Субботний вечер был шумным и вроде веселым. Для всех, кроме меня.
Приехала Эллисон, расцеловала Кэсси в обе щеки, поблагодарив за подмену.
Джейс посетовал, что не может подвести ее домой, так как в баре полно народу.
Конечно, она махнула на него рукой и… чмокнула. В щеку. Но вашу мать!
Обняла. Убейте меня!
Я так и сидел с полупустым стаканом, медитируя, пытаясь умерить желчь, что выжигала всю мою душу. Из ступора вывел тихий доверительный голос Эллисон:
– Будешь дальше тормозить или догонишь ее?
Я поднял глаза, наткнувшись на вздернутые брови и ты-такой-придурок-взгляд.
Не говоря ни слова в ответ, рванул к выходу.
– Запишу на твой счет. Картер, – крикнул мне в спину Джейс. Я проигнорировал его.
Прыгнув в машину, я поехал по знакомой дороге к ее дому. Она не успела далеко уйти. Уже через квартал я увидел хрупкую фигурку, бредущую по тротуару. Кэсси обнимала себя руками. Замерзла. Днем было тепло. Наверное, поехала к нему на базу еще днем. Черт! Неужели она с ним? Я тормознул у обочины, перегнулся и открыл дверь, дожидаясь ее.
– Садись – отвезу, – с первым словом меня.
– Не надо, – отрезала она, но остановилась.
– Брось, ты же замерзла.
Наверное, и правда замерзла. Кэсси пожала плечами и села в машину. Я завел мотор, тронулся. Наши пальцы синхронно дернулись к кнопке обогрева, столкнулись.
– Прости, – пискнула она, одернув руку.
Я неоднозначно помотал головой. Мы молча доехали до ее коттеджа.
– Спасибо, что подвез, – тихо проговорила Кэсси, завозившись с ремнем безопасности.
– Дай помогу, – я наклонился к ней.
Родной запах ударил мне в нос. Черт, так близко. Она так близко. Голова закружилась. Я выцарапал из ее пальцев ремень, отбросил его и, не в силах совладать с собой, накрыл мягкие губы своими. Кэсси всхлипнула. От неожиданности? Или от волнения? Не знаю. Я ничего не знаю. Только ее рот. Ее сладкий, пленительный рот. Ее требовательные губы. Ее дерзкий язык, что нашел мой.
Я застонал от удовольствия. Словно не было ничего. Ничего не было. Она целовала меня в ответ. Она хотела меня. Все еще хотела. Я обхватил ее голые прохладные ноги, притягивая ближе. Мой рот переместился на шею. Кэсси запрокинула голову, ее пальцы запутались в моих волосах, прижимая крепче, требуя больше. Мой разум отключился.
Хочу ее.
Люблю ее.
Не могу без нее.
Я скользнул руками вверх по ее бедрам, приоткрыв глаза, чтобы насладиться этим видом. И… Юбка… Эта проклятая юбка! Я сразу вспомнил встречу на дороге: моя девочка прижимается к нему, ее ноги у его ног…
Обида, злость, ревность – все перемешалось. И меня понесло.
– Ему это нравится, да? – прорычал я ей в шею, уже не целуя, а кусая губами. – Нравятся твои развратные шмотки… Твоя юбка… Нравится, что каждый может залезть под нее…
Кэсси оттолкнула меня. За долю секунды, что ее ладонь летела к моему лицу, я осознал, что заслужил оплеуху, и даже не попытался пресечь удар. Звонкий хлопок пощечины отозвался эхом у меня в ушах. На миг ослеп.
– Гондон! – яростно выплюнула Кэсси и вылетела из машины.
Я проводил ее глазами до двери и уронил голову на руль. Точно! Рваный использованный презерватив – это я. В кармане куртки запиликал мобильник.
Кэсси? Ага, десять раз.
– Да, пап, – проговорил я в трубку, стараясь не выдать голосом рвущееся наружу отчаянье.
Глава 18. Пожар
Кэсси
Нет, нужно было трахнуть его прямо в машине. Вечно я порю горячку. Зря врезала. Сразу… Нужно было объездить этого говнюка. Фиг бы он отказался.
Долбаный эксгибиционист. Да, нужно было поиметь засранца, словить кайф, а потом… Потом просто уйти, уверив его, что весь город так и делает. Все лезут ко мне под юбку и получают свое под молчаливое одобрение Джейса. И все-таки врезать потом!
Эх… нелогично… плевать. Поезд ушел. Этой пощечиной я расписалась в собственном бешенстве. Я дала понять, что мне оскорбительны его слова. Зря.
Ох, зря. Теперь он думает, что я просто пытаюсь выбесить его в ответ. А ведь так и есть! И Кэйл, засранец, мне в этом помогает, хотя я его и не просила. Дерьмо.
Все дерьмо.
Две недели я гоняла эти мысли в своей голове. Если бы он был немым козлом, все было бы проще. Мы бы молча потрахались и помирились, потому что моя чертова тяга к Картеру, видимо, не безответна. И к лучшему, что он придурошный грубиян. И хорошо, что мы не переспали. Я уеду – он останется.
Так правильно! Не иначе.
На мониторе тренькнула рабочая почта. Я вздрогнула от сигнала, взорвавшего тишину. Сообщение от Эмбер из Лос-Анджелеса, где она подписывала договор о сотрудничестве с GAP.
Кэсси, ты еще в магазине? Уже девятый час.
Я взглянула на часы и обомлела. Вот растяпа. Торчу на работе, думаю всякие глупости. Домой!
Ох, Эм, засиделась. Уже убегаю. Как все прошло?
Прошло отлично. Твой приятель просто душка. Передавал тебе поцелуй.
Живо домой!
Ушла! Спасибо за поцелуй.
Я заулыбалась, вспомнив Генри, – гея из отдела маркетинга GAP. Он и правда душка. С ним всегда было приятно работать. Вот и Эмбер он очаровал.
Собираясь уходить, я закрывала окна операционной системы, когда вдруг услышала звоночек входной двери.
– Мы закрыты, извините, – проговорила я, не поднимая глаз.
Кого вообще принесло в такое время?
– Для меня ты сделаешь исключение, куколка.
Я вздрогнула и сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Не бояться! Главное – не бояться. Тогда у него не будет власти надо мной.
– Приходи завтра. Форд. Я подберу тебе блузку. У нас отличная синяя гамма, она прекрасно оттенит твои подглазины, – выдавила я весьма уверенно и. пройдя к выходу, открыла дверь. – Всего доброго.
– Дерзишь, Форман? – Кевин стукнул по двери и, прислонившись к ней спиной, перекрыл мне путь к бегству. – Зря! Здесь нет ни твоего защитничка Пола, ни любовничка копа. Так что тебе лучше стать милой и обслужить меня.
– У тебя свидание что ли? – от страха меня понесло. – Ладно, уломал.
V-образный вырез или футболочный? Шелк? Хлопок?
Я медленно отступала к стойке, понимая, что мне конец. Только бы дойти до стола, до тревожной кнопки. Или для начала хотя бы припугну, что вдавлю.
Главное – держать на ней палец.
Спустя мгновение я ослепла. В прямом смысле, потому что Кевин дернул рубильник. Споткнувшись, я приземлилась на пол, прямо на задницу. Потеряв голову и ориентиры от ужаса, я снова попятилась назад, не находя в себе сил даже подняться. Врезалась в стол, стоящий за моей спиной.
– Здесь темно, или мне показалось? – хмыкнул Кевин прямо мне в ухо.
Прикурив, он бросил горящую зажигалку в корзину для бумаг.
Меня заколотило. Язык присох к нёбу, не позволяя даже умолять его не трогать меня. Прямо как в тот день – десять лет назад. Пламя озарило магазин красным светом. Он увидел меня, сидящую на полу, и снова хмыкнул, затянулся, присел на корточки, так что наши лица оказались на одном уровне.
– Где же полиция, когда она так нужна? А, мисс Форман? Где папочка? Ох… да он помер, я забыл, прости. А где Уотсон? Ему не до тебя сейчас. Где твой Картер? Кажется, ты ему уже надоела? Может, не стоит тогда оставаться в городе, детка? – последние слова он выдохнул вместе с дымом мне в лицо.
Бумага быстро прогорала в корзине, все больше задымляя помещение. Кевин поднялся, выбросил сигарету и пнул урну, которая отлетела в дальний угол зала.
Я с ужасом наблюдала, как языки огня поползли по висящим платьям.
Злость взяла верх над страхом. Эмбер! Она как проклятая пахала, чтобы расплатиться по бизнес-кредиту… А я… Из-за меня… Нет! Я вскочила, рванула к огнетушителю.
– Не так быстро, Форман.
Кевин схватил меня за руку и сильно толкнул – так, что я опять упала, но уже лицом вниз.
– Кевин, пожалуйста… – выдавила я, чувствуя, как его колено вдавливается мне в спину, а рука сжимает запястья за моей спиной стальной хваткой.
– Пожалуйста? – прорычал Форд, больно дернув меня за волосы, заставив запрокинуть голову. – Пожалуйста? Вот как ты заговорила, Форман?
– Мне больно, Кевин, – пищала я.
– Так и должно быть, малышка Касс, – и он резко впечатал мою голову в пол.
Я взвизгнула, ощутив, как моя скула почти треснула от удара об пол. Дым уже заполнил весь зал – повсюду стал распространяться удушливый запах гари. Мой визг сменился кашлем.
– Если ты не сдохнешь в этом чертовом бутике, советую свалить из города.
Поняла меня?
Я снова закашляла.
– Поняла? – Кевин еще раз стукнул меня лицом об пол. – Отвечай. Поняла?!
– Да, – выкашляла я.
– Славно. Или будет совсем по-плохому, детка…
Он отпустил меня и ушел, звякнув колокольчиком. А я так и лежала, задыхаясь от дыма и собственных рыданий, не находя сил подняться. Вставай, Форман!
Вставай! Огнетушитель! Вставай! Вещи! Вставай! Эмбер! Вставай! Это все из-за тебя! Сделай хоть что-то!
Но сил не было. На грани обморока я вдруг воскресила в своей памяти родной образ: синие глаза смотрели мне прямо в душу. «Вставай, малыш! – проговорило мое подсознание голосом Алана. – Вставай!»
Усилием воли я заставила себя подняться. Голова кружилась от нехватки кислорода. Качнувшись на ватных ногах, я побежала к ближайшей стойке с одеждой. Огнетушитель был уже вне зоны доступа. Огонь быстро распространялся по залу. Хоть что-то я должна была спасти. Схватив в охапку вещи, я рванула к выходу. Координация опять подвела меня. Я споткнулась и пролетела лицом вперед почти до выхода. В ушах зазвучал отдаленный вой пожарных сирен, и сознание покинуло меня.
Алан
Уже неделю у меня гостил отец. Его пригласили в Портленд на операцию в качестве консультанта. Он решил, что это неплохой повод увидеться. Я был рад ему. Хоть какое-то разнообразие. Я скучал по моему правильному во всех смыслах родителю. Раз в год я ездил проведать их с мамой в ЛА, а в этот раз сослался на море работы. Я врал. Просто не хотел уезжать от Кэсси. Если бы отец не позвонил в тот чертов вечер, когда меня поразил недуг, именуемый в народе словесным поносом, я бы, наверное, сам взял отпуск и рванул к ним.
Передышка. Мне нужен был тайм-аут. Я сам себе стал противен. Мне требовалась доза родительской любви и поддержки.
Как нельзя кстати отец засобирался в наши края. Он толерантно предложил просто заехать в гости. Ненавязчивый Саймон Картер. Я выдрессировал его своими подростковыми капризами. С ним проще. Это на маму у меня нет никакого влияния. Я настоял, чтобы отец жил у меня. В последнее время пустой дом рвал на клочки мои нервы.
Рядом с отцом я мог позволить себе не думать о Кэсси. Неделя пролетела слишком быстро. Днем я пропадал в участке – папа в больнице. Вечером мы по очереди готовили ужин, приглашая то Мэта, то Райана. Суровые мужские разговоры, спорт по телеку – и вроде я в норме.
Уже в супермаркете я вспомнил, что не перекинул сводку за последний месяц на флешку. Черт. Придется возвращаться в участок. Дерьмо.
Войдя в холл, я заулыбался, готовясь поиздеваться над Райем. Прикинусь бдительным начальником.
– Здорово, старик. А я тут мимо проезжал… – начал я с издевкой.
– Алан, как Кэсси? Она в порядке? Ее там не было? – перебил меня Райан, выскочив из-за стола.
– Что? Кэсси? Откуда мне знать? – не понял я, начиная подозревать неладное, улавливая в тоне друга беспокойные нотки.
– Ты не знаешь? – выдохнул Майерс.
– Чего я не знаю. Рай?
– В магазине пожар, я думал, Мэтью позвонил тебе…
Я пулей вылетел на улицу и бегом понесся к бутику Эмбер. В моем воображении рисовались жуткие картинки.
Кэсси… моя Кэсси… Она не может… Не имеет права! С ней все в порядке. Не иначе! А если – нет?.. Я вытащил мобильный из кармана и прямо на бегу заорал в трубку:
– Пап, где ты?!
– Уже в городе. Скоро буду дома, – бодро ответил Саймон.
– Нет! – гавкнул я. – Ты мне нужен. Знаешь, где магазин Эмбер Коннели?
– Два квартала от ратуши?
– Да, гони туда.
– Алан, что случилось? Ты меня пугаешь.
– Все на месте, пап. Просто гони! – и я отключился.
В поле зрения замаячило оцепление и толпа зевак. Я растолкал всех локтями, бесцеремонно пробравшись за желтую ленту. Просканировал местность глазами.
Мэтью стоял ко мне спиной, разговаривал с пожарным. Дверь магазина была распахнута. Мое сердце сжалось. Внутри все выгорело. Рядом огромные лужи воды. Скорая. Открытые двери машины-неотложки. Я нервно сглотнул и побежал туда.
Увидел ее. Живая. Слава Богу!
Кэсси сидела на тротуаре, упершись локтями в колени, запустив пальцы в волосы. Ее остекленевший взгляд был устремлен в одну точку. Я вихрем подлетел, присел перед ней на корточки.
– Кэсси… – выдохнул, не решаясь дотронуться.
Она вздрогнула, отшатнулась, уставилась на меня, моргнула. Из глаз покатились слезы, рисуя мокрые дорожки на перепачканных сажей щеках.
– Алан… – пискнула она и кинулась ко мне. – Алан, Алан…
Кэсси тихо всхлипывала, щедро орошая слезами мое плечо. Я зажмурился, крепко стискивая ее в объятиях.
– Тише, малышка. Тише. Я с тобой. Я с тобой, – шептал я, поглаживая ее спину и волосы.
Она утихла от этой легкой ласки. Я аккуратно отодвинулся, чтобы посмотреть на нее.
– Ты в порядке? Где-то болит? Почему ты не в больнице, черт подери?! – сорвался я.
– Нормально. Я нормально. Ненавижу больницы. Не хочу… Меня осмотрели.
Просто наглоталась дыма. Подышала кислородом… – тараторила она, заикаясь, – Эмбер… магазин… Все сгорело, Алан… Это я виновата… все сгорело.
– Да что тут случилось? – я провел пальцами по ее щеке, стирая вновь полившиеся слезы.
– Ай! – дернулась Кэсси, когда я коснулся выступающей на скуле косточки. – Я упала. Ударилась. Зажигалка взорвалась. Я уже сказала Мэту.
– Алан, – раздался за моей спиной голос отца.
– Детка, это мой отец, – пояснил я Кэсси, поймав ее недоуменный взгляд. – Позволь ему осмотреть тебя. Он врач…
– Да, я помню. Хирург – не гинеколог, – хихикнула засранка.
Я закатил глаза.
– Рассказывал обо мне, сын? Как мило, – хмыкнул Саймон, присаживаясь рядом с Кэсси. – Ну, мисс, рассказывайте, где болит.
– Я Кэсси, доктор Картер. Щека немного. Я в порядке, правда. – она не без труда выдавила улыбку.
– Ну а я тогда Саймон, Кэсси, – улыбнулся он в ответ.
Я сжал челюсти. Мой идеальный батюшка – мастер ослеплять женщин. Хорошо, что он влюблен, как семнадцатилетний, в мою мать. А то бы я серьезно взревновал.
– Здесь больно? – спросил отец, надавив на ее лицо.
– Да, – сморщилась Кэсси.
Я стоял, наблюдая, как папа аккуратно прощупывает ее руки. Ко мне подошел санитар, заверив, что они уже ее осматривали. Я только рукой махнул, отпуская их.
– Алан, – к нам подошел Мэт. – Прости, что не позвонил. Я на нервах не сообразил.
– Проехали, – махнул я и на него, заметив, как Кэсси потупилась, не смея взглянуть на Коннели. – Возьмешь дело?
– Да, я сам хотел попросить.
– Я не против. Магазин застрахован?
– Да, – Мэтью осекся, – Давай завтра обсудим, мне нужно в участок… и…
Кэсси, завтра мне нужны твои показания.
Кэсси кивнула, все еще таращась на асфальт. Мэтью ушел.
– Думаю, все в порядке, Кэсси, но… – проговорил отец, закончив осмотр.
– Что «но»?! – я почти заорал.
– Удар был сильный. Возможно, утром проявится синяк под глазом… и капилляры на яблоке лопнули.
– Боже, пап, не пугай, – я опять присел рядом с Кэсси, – Давай домой тебя отвезу.
– Нет! – взвизгнула она. – Не хочу домой. Ненавижу этот дом. Ненавижу этот город. Со мной все время здесь что-то случается. Почему со мной постоянно что-то случается?
Она опять заплакала, прижавшись ко мне.
– Детка, ты должна ночевать дома. Ты же знаешь…
– Нет. Не хочу. Я могу… Десять дней. У меня есть десять дней вне дома… – всхлипывала она. – Пожалуйста, Алан, не бросай меня. Забери меня. Я хочу к тебе… С тобой…
– Хорошо-хорошо. Перестань плакать. Не плачь, пожалуйста. Все, что хочешь, только не плачь.
Я поймал удивленный и одновременно насмешливый взгляд отца. В ответ послал свой, словно говорил: «Не сейчас». Он понимающе кивнул.
– Моя машина за углом. Думаю, нужно заехать в аптеку за успокоительным.
Кэсси необходимо хорошенько выспаться.
Я был с ним полностью согласен. Поднял Кэсси с тротуара, повел к машине отца. Она прилепилась ко мне, как жвачка к ботинку. Я вдруг почувствовал себя таким счастливым, таким нужным. Она нуждается во мне. Она хочет быть со мной. Я поймал себя на извращенной мысли, что проклятый пожар – это подарок свыше. Неважно, как сильно мы обижали друг друга до этого. Сейчас главное – быть рядом. Быть с ней. Поддерживать ее. Обнимать ее. Успокаивать. Уложить спать. Даже красноречивые взгляды отца, которые я ловил через зеркало с заднего сиденья авто, не мешали мне наслаждаться вновь обретенной близостью.
Когда отец остановился у аптеки и вышел, Кэсси подняла на меня свои огромные шоколадные глазища, все еще подернутые пеленой слез.
– Твой отец здесь. Я не знала. Это, наверное, неудобно, – залепетала она. – Но я правда не могу быть одна сейчас…
– Шшш… – я прижался своим лбом к ее, не теряя зрительный контакт с любимыми глазами, которые снова начали наполняться слезами. – Все нормально. Все удобно.
– Я скучала, – всхлипнула она, погладив меня по щеке.
– Я тоже, – выдохнул я ей в макушку.
Кэсси снова прижалась ко мне всем телом и задрожала. Перепугалась. Что там вообще было? Я даже не спросил толком. Терпеть не могу, когда она вот так дрожит. Она так же тряслась после встречи с ублюдком Фордом. В моей памяти ожили воспоминания того дня… Истерика Кэсси, мое бешенство и…
– Как ты выбралась из магазина? – спросил я, чувствуя, что начинаю возбуждаться, вспоминая, как мы успокаивали нервы в душе… и потом.
– Пожарный вытащил, – пискнула Кэсси. – Я, кажется, потеряла сознание… Не помню.
Я еще сильнее стиснул ее, делая заметку в голове – узнать, кто это был, и выразить благодарность.
Отец вернулся из аптеки с пакетом. Мы молча доехали до дома.
– А у тебя мило, – Кэсси выдавила улыбку, проводя рукой по спинке дивана в гостиной.
– Ты не приглашал Кэсси в гости? Почему? – зацепился Саймон за ее слова.
– Как-то не сложилось, – огрызнулся я, понимая, куда он клонит. И обратился к своей гостье: – Душ? Или сначала ужин?
– Да, – она понюхала свои волосы и смешно сморщилась. – Я вся пропахла дымом. Аппетита нет. Помоюсь и лягу… Если вы не против.
Я кивнул и провел Кэсси в ванную, что примыкала к моей спальне, снабдил ее полотенцем. Мы синхронно вздрогнули, соприкоснувшись пальцами, когда она принимала полотенце у меня из рук. Кажется, не я один вспоминал тот горячий душ. Тряхнув головой, я вылетел из ванной. Пошел на кухню.
