Текст книги "Проспорь свое сердце (СИ)"
Автор книги: Оксана Волконская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)
Глава 16
Выходные прошли. И это было печально. Как бы Веронике не нравилась ее новая работа, но вот предчувствие пакости, которая ждет ее впереди, отнюдь не радовало. Так, что даже на секунду возникло малодушное желание сказаться больной, но все-таки пришлось выковыривать себя из постели.
На телефоне было очередное сообщение от любителя поиграть в куколки. Ника даже не стала его читать, чтобы не расстраивать и не грузиться в начале дня. Понедельник – день тяжелый, зачем еще больше его усложнять? Так что быстренько макияж, кофе и вперед – покорять мир, то есть отравлять жизнь начальству.
К приходу Влада в его кабинете уже стоял кофе с красиво разложенным на блюдце шоколадом. Вероника, прислушивающаяся за дверью, явственно услышала, как он громко хмыкнул, но ничего не сказал. Кажется, ее взятку оценили. Во всяком случае, Ника на это надеялась. А то отправляться в какой-нибудь стриптиз-клуб в качестве танцовщицы ей как-то не хотелось.
Вновь Владислав напомнил о себе только через два часа, вызвав Нику к себе через коммуникатор.
– Ника, я сейчас уезжаю, – сообщил он. – Твоя задача на ближайшие несколько часов – посмотреть этот контракт. Меня в нем кое-какие моменты смущают, хочу послушать мнение третьего лица. И вот эти документы отнеси, пожалуйста, Максиму.
– И что, вы даже допустите меня до тела вашего финансового директора? – не удержалась и съехидничала Вероника. Ярое нежелание позволять ей общаться с Максимом не прошло незамеченным.
– Что ты, милая? – мягко оскалился Дангулов. Странное выражение, но Ника была готова поклясться – именно так оно и было. – Оставишь секретарю Макса, с ним тебе общаться не обязательно.
– А если он заговорит, то мне бежать со всех ног от него? – хмыкнула Вероника. А Влад вдруг призадумался. И тут Ника взорвалась:
– Владислав Олегович, вам не кажется, что вы того… Перегибаете, в смысле, – поправилась она. – Я вашего финансового директора не съем, он вроде тоже вероникоеданием не страдает. А ваше поведение отдает тиранизмом и деспотизмом.
В ответ на ее тираду Дангулов только приподнял правую бровь и невозмутимо уточнил:
– Мы что, опять на «вы»? Тебе не кажется, что после того, что мы с тобой пережили в пятницу, это неуместно.
– На «вы» тебя обвинять проще, – буркнула Ника. И едва сдержалась, чтобы не запустить в начальника степлер. Потому что он рассмеялся. Громко, весело, с удовольствием, словно она рассказала ему действительно смешной анекдот.
– Влад! – возмущенно посмотрела на него девушка.
– Вечером поговорим, – отрезал он, все еще усмехаясь. – От Макса, в принципе, можешь не бегать. Я бы на это лучше посмотрел, когда я буду рядом.
– Это твое желание? – тут же сориентировалась Вероника, искренне надеясь, что он ответит «да». Это будет глупо и нелепо, но совсем несложно. А перед Максимом можно и извиниться потом.
– О моих желаниях поговорим вечером, – с улыбкой поистине мартовского котяры Влад удалился, заставив Веронику одарить его ласковым эпитетом «гаденыш» сквозь зубы.
Первым делом она решила отдать документы Максиму, чтобы потом спокойно заняться договором. Злить шефа сегодня не рекомендовалось, и она действительно собиралась оставить бумаги у секретаря. Но не тут-то было. Так не вовремя выглянувший в приемную Максим ее заметил, и буквально затащил в кабинет.
– Что, наш грозный мачо уехал? – подмигнул он. – Может, сходим, кофе вместе попьем.
– Не могу, – вежливо отказалась Ника. – Он мне задание оставил, договор посмотреть.
– Какой договор? – вдруг нахмурился Максим. А после того, как Ника озвучила название компании, насторожился еще больше и неожиданно прямо спросил:
– Почему он тебе так доверяет?
– В смысле? – аж оторопела от неожиданности Вероника. Она никакого особого доверия со стороны босса не замечала. – Я просто его помощница.
В глазах Максима она видела недоверие, кажется, он ее в чем-то не самом приятном подозревал. Возможно, Ника в чем-то даже могла его понять, она работает здесь без году неделя, а Влад уже интересуется ее мнением. Но, черт возьми, какого хрена ее во всех грехах обвиняют?
– Давай откровенно, – вдруг довольно жестко проговорил Максим. – Он тебя охраняет как зеницу ока. Он доверил тебе договоры, которые, в принципе, особо никому не доверяет. Он взял тебя в ассистенты без малейшего опыта работы в этой сфере – я видел твое резюме. Вопрос. Почему и не собираешься ли ты в дальнейшем преспокойно слить нас конкурентам? Слишком гладко, солнышко.
Раз – и вода из прозрачного графина тонкими струйками полилась по красивому, с правильными чертами, лицу Максима. А Вероника спокойно, не обращая ни малейшего внимания на мат финдира, проговорила:
– Максим… Как вас там, Александрович? Я прекрасно понимаю, что вы беспокоитесь за своего шефа и компанию и только поэтому слегка охладила ваш пыл, а не дала по морде, как вы того заслуживаете. В принципе, я вас даже могу в чем-то понять. Один нюанс: меня взяли на работу только потому что об этом Влада попросил Данил Дангулов, знаете такого? Мы с ним дружим около шести лет, если интересно можете позвонить и уточнить. На ваших конкурентов мне плевать с Пизанской башни. Что касается причин, по которым ваш начальник вас отгоняет – это, пожалуйста, к нему. И причин его доверия тоже. Еще вопросы есть? Нет? Тогда я удаляюсь.
– Ника, извини, но… – поднялся Максим, в примиряющем жесте вскинув руки.
– Меня не волнуют ваши извинения. Продавать вашего босса я не собираюсь. И еще большой вопрос, что я здесь задержусь. И, да, не стоит мне больше таскать цветочки. Даже в качестве извинений.
С этими словами она с гордо поднятой головой удалилась в приемную Владу. На душе было тошно. Вроде пытаешься делать как лучше, даже соблюдать субординацию, пытаешься чего-то достичь, а в ответ получаешь вот такие вот несправедливые обвинения. Возможно, их конкуренты действительно до такого опускались. Все возможно. Она даже могла это понять. Но все равно было обидно. Гадкий понедельник.
Договор отвлек ее от раздумий на ближайшие несколько часов. Влад же появился только вечером, сбросив еще несколько распоряжений ей на мобильный. С ними она справилась без труда, и к появлению начальника его уже ждал распечатанный договор с пометками на полях и разноцветными стикерами. Все свои соображения Вероника озвучила ровным, почти равнодушным тоном. Так, что Дангулов заподозрил неладное:
– Что произошло?
– Ничего, все в порядке, – Вероника жаловаться не собиралась, но только маленькая девочка внутри нее не выдержала и выпалила: – Скажи, а твоих сотрудников перекупали конкуренты?
– Было дело. А что произошло? Тебя кто-то пытался перекупить? – Дангулов явно шутил, но Ника даже не рассмеялась.
– Нет, просто…
– Что?
– Интересно стало, – промямлила Ника.
– А если не врать? – насмешливо поинтересовался Влад и практически сразу догадался. – Максим, да?
– Что Максим? – не собиралась выдавать ничего Вероника, но Дангулов и сам все понял.
– Решил, что шпионка ты? – и расхохотался. – Идиот.
– Откуда ты знаешь, что не я? – удивилась Вероника.
– А ты врать не умеешь, – просто ответил шеф. – Играть – да. Но не врать. Дан бы с тобой не дружил столько лет, если бы ты была человеком с гнилью. Да и вообще… Тебе я верю.
Слова звучали несколько грубовато, но оказались неожиданно приятными. Ника даже слегка покраснела.
– Вот спасибо, – пробурчала она.
– Не обижайся на него, он душой за компанию болеет. И лучше так, чем если бы он за тобой шпионил, – улыбнулся Влад. – Ну а раз мы разобрались с недоразумениями, делами и работой, то с меня желание.
– А может еще про работу поговорим? – с надеждой произнесла Ника, не желая слушать, куда он на этот раз отправит ее позориться. Понедельник просто адски тяжелый день.
– Не пугайся, в трансвестита тебя переодевать не буду, – рассмеялся Дангулов. – Желание очень простое. Ты его выполнишь легко.
– Какое же? – поинтересовалась девушка, машинально сминая пальцами тонкую ткань юбки. Нервничала.
– Поцелуй меня.
Глава 17
В первое мгновение Нике показалось, что она ослышалась. Что, это и есть ее задание? Такое простое? Так она может его чмокнуть в лобик и сказать, что задание выполнено. И все. На сегодня отмучилась. Даже странно, что он выбрал такой вариант после всего того, что по ее вине произошло в пятницу. Слишком легко. А ведь Влад игрок. Так почему?..
– Поцеловать? – глупым эхом повторила она, пытаясь сообразить, как же ей все-таки действовать дальше.
– Именно, – невозмутимо кивнул Дангулов, словно попросил ее принести очередную чашечку кофе. Это начинало немного подбешивать. Сначала знакомство с абсолютно левым парнем, теперь поцелуй… Влад словно пытался ее сломать и одновременно что-то доказать. Не лучшая идея с его стороны. – Да, и я говорю про нормальный поцелуй. В губы. Чмок, поцелуй в щеку и прочее не прокатит, Ника.
Как легко он угадал ее коварный план. Слишком хорошо изучил противника? Черт, и что же ей делать?
Да поцелуй ты его, тоже мне проблему нашла, – проснулся ее внутренний голос, – тебе не пять лет все-таки. А так… Поцелуешь, поймешь, что и помнить из прошлого нечего, и все, очарование «властного босса» канет в Лету. Сразу работать будет проще.
Мысль, конечно, циничная, но почему бы и нет? Так перестанет принимать близко к сердцу то, что Дангулов о ней думает, забьет, выиграет пари и получит работу. Вот только две вещи останавливали Веронику.
Первое. А что если все-таки зацепит? Что если тот поцелуй годичной давности, завязанный на адреналине, не показался ей чересчур… своим? Что, если те эмоции, которые она тогда испытала, настоящие? Как ей после этого работать?
Второе. Катя. Она никуда не исчезла, она все также, наверняка присутствует в его жизни. Пусть Северцева и видела эту барышню раз в жизни, пусть она ей и не особо понравилась… Но это нечестно по отношению к ней. Она, похоже, любит Влада.
– Вот так вот просто – поцеловать тебя? И все, задание на сегодня исполнено? – скептически повторила Вероника.
– А что, тебе слабо? – подмигнул ей Дангулов. Он уже давно встал со своего крутого стула и уселся на край стола, прямо возле Ники.
– Мне? Влад, скажи, а ты о Кате подумал? – попыталась воззвать к его честности и благоразумию Северцева. Первую причину она не стала бы озвучивать даже под пытками, а вот вторую… Над второй еще можно поработать. Вот только реакция шефа оказалась неожиданной. Тот недоуменно на нее посмотрел и нахмурился, словно не понимая, о чем речь.
– В смысле? Какое отношение Катя имеет к нашему спору и моему желанию?
Ника молчала, не зная, как лучше сформулировать, чтобы не сорваться и не прибить этого идиота. Вот как можно так относиться к собственной девушке?
В повисшей тишине слышалось только легкое постукивание пальцев Влада о столешницу. Но оно казалось просто громовым и словно гвоздем по стеклу прошлось по самообладанию Ники. Вдох-выдох, спокойствие, только спокойствие. Надо досчитать до десяти и…
– По-твоему это нормально, заставлять меня тебя целовать, когда у тебя есть девушка? Нет, я, конечно, понимаю, что ты обо мне не очень высокого мнения, в свете сложившихся обстоятельств, но ты о ней подумал? Ладно, я, фиг со мной. По отношению к ней это нечестно. Она, значит, тебя ждет, думает, что ты тут весь завален делами и работаешь, а ты меня на поцелуи провоцируешь. Знаешь, как называют таких, как ты, Дангулов?
Не сдержалась. Слова словно против воли вырывались наружу эмоциональным потоком. Она бросала фразу за фразой и все пыталась уловить где-то, хотя бы в глубине глаз, раскаяние. Нет, умом она понимала, что вряд ли пристыдит его, хотел, давно бы одумался и не играл в эти дурацкие манипуляции.
А он… Сидит и пялится на ее так, словно вообще не понимает, о чем Ника говорит. Момент, когда до него дошло, девушка уловила четко. С лица исчезло недопонимание, и губы Влада растянулись в усмешке.
– Так, значит, ты думаешь, что я встречаюсь с Катюхой? Правильно я тебя понял? – уточнил Дангулов каким-то полузадушенным голосом, в котором то и дело проскакивали веселые интонации.
Именно это и заставило Веронику растеряться. Если бы она не сидела на стуле, отступила бы на пару шагов. Куда-нибудь, где будет спокойно и относительно безопасно. Потому что в шаге от Влада она в этом не была уверена. Ни в чем не была уверена. И девушка лишь кивнула. А он расхохотался в голос. Весело, безудержно, словно сбросив маску грозного шефа и «властного пластилина», как сейчас любят говорить. И стал похожим на мальчишку. Искреннего, милого, настоящего. Ника уже начинала путаться, каким он все-таки является на самом деле.
– А что тут смешного? – слегка поджав губы, поинтересовалась она. Внутренний голос притаился тише мышки, боясь испортить цирк своими комментариями. Сама же Вероника уже чувствовала, что, кажется, где-то в своих расчетах допустила ошибку. – Мне кажется, тут не смеяться, а плакать стоит. Это же нечестно по отношению к ней, – упрямо повторила она.
– А теперь послушай меня внимательно, честная ты наша, – смех оборвался так же неожиданно, как и начался. Зеленые глаза встретились с синими и утонули в серьезном взгляде. – Катя не моя девушка, Вероника.
– А кто?
Влад изучал взглядом ее лицо, словно стараясь по мимике определить, о чем же она думает. Стоит ли говорить или нет. Неизвестно, что он прочитал в ее взгляде, но усмехнулся и спросил:
– А тебе так принципиально это знать, Ника? Это же просто условия пари.
Поймал на слове. Действительно, условия пари. Обычное желание. Когда она бегала знакомиться с Олегом, она что-то не интересовалась, есть ли у того вторая половинка. Знала, что это будет мимолетное знакомство. А тут… Да, она не совсем ровно дышала к Дангулову. Да, он ее начальник, он не испарится в небытие, как тот же Олег, который только пару раз написал ей сообщения. И вообще, самое главное – он не Олег, и еще неизвестно, куда может завести этот поцелуй, учитывая характеры их обоих. Но все ее симпатии вряд ли будут иметь значение, если у Влада есть девушка. Меньше всего она хочет стать разлучницей, если Дангулов захочет чего-то большего, чем поцелуй.
– Влад, – мягко произнесла она, стараясь донести свою мысль, – я все понимаю, я тебе никто. Уважения особого не заслуживаю. И да, это условия пари. Но выглядит это так, будто ты показываешь мне свое отношение ко мне и мое собственное место. Мстишь за тот случай годичной давности. Я все понимаю, Дангулов, я уязвила тогда твое самолюбие. Я готова выполнить любые условия пари, но не надо меня при этом выставлять бесчувственной тварью…
Она и сама ставила Влада не в лучшее положение, но там было скорее смешно, чем грустно или больно. Но сейчас… Поцелуй – это хорошо, но такого поцелуя она не хотела. Нечестного, того, от которого стало бы плохо другим.
– Катя моя однокурсница, – перебил ее проникновенный монолог Влад, – мы с ней очень давно дружим. С ней и с Романом, ее женихом. А ты, значит, подумала, что мы встречаемся? Она немного порывиста, как ребенок прямо.
– Немного? – невольно скривила губы в усмешке Северцева. – Да она прет как танк.
На душе стало немного легче. Значит, Катя не его девушка. Уже неплохо. Конечно, не факт, что ее все-таки нет, как и семерых по лавкам… Но…
– Есть такое, – не стал отрицать Дангулов. – Ника, Ника, – он покачал головой Влад. – Удивительный ты человек. Напридумывала себе там что-то, и сама себе мозг по этому поводу выносишь. И, да, прежде, чем ты что-то еще вообразила, сообщаю. Девушки у меня нет. Последней, кем я тебя считаю, это бесчувственной тварью. Уязвить тебя я не пытался, разве самую чуточку. Когда ты меня бесила.
– Я? Тебя? Бесила? – возмутилась Вероника и тут же про себя согласилась. Конечно, бесила. Она же старалась! – Интересно, чем?
– Хотя бы своим флиртом с Максом, – ладони Дангулова как-то незаметно оказались на ее талии и притянули к себе поближе. – Знаешь, когда понравившаяся тебе девушка флиртует с твоим собственным другом, это дико раздражает.
– Какая девушка? – Нике даже показалась, что она ослышалась.
– Ты, – не стал повторять он. – И поэтому ты и отправилась знакомиться с Олегом. Извини.
Вот так вот просто – извини? То есть он тут выносил ей мозг – и нате вам? Сказал, что она ему нравится, и все, будет прощен? Наииивный…
– Ясно, – протянула она.
– Пасмурно, блин, – огрызнулся Дангулов и провел пальцем по ее щеке. – Ну а теперь, когда мы уладили все недоразумения… Целовать будешь?
Зараза, блин. Умеет он все испортить! Но Ника не была бы Никой, если бы не:
– А вот хрен тебе! – широко улыбнулась ему девушка, впрочем,
– Вероника, – низким голосом проговорил Влад, гипнотизируя ее взглядом. – Условия пари.
А, ну конечно. Пари. Она ведь должна его выиграть. Мысли путались под его взглядом, все смешалось. Один поцелуй ничего не значит… Абсолютно ничего. И потянувшись вперед, Вероника легко коснулась его губ. Он хотел поцелуй? Он его получит! Вот только этот негодяй даже не собирался ни реагировать, ни перехватывать инициативу. Она с равным успехом могла целовать того недоапполона, который за каким-то фигом стоял у них на этаже. Ну что ж… Она выполнила условия, а вот он гад…
Но в тот момент, когда Вероника уже планировала отстраниться, ее стремительно притянули к себе, а сам Дангулов словно ожил. Губы с неожиданным напором касались ее губ, словно пытаясь взять реванш за всю прошлую неделю, подчинить, покорить. Веронику словно током ударило, каждое его прикосновение отзывалось чем-то теплым где-то в глубине души и сердца. Было забыто все – и дурацкое пари, и их не самое благоприятное знакомство. Вероника потерялась в тепле, которое он дарил. Но она не была бы собой, если бы так легко отдала ему инициативу. Легко укусила его за губу, и оказалась еще сильнее зажата в тисках его объятий. Что ж, пришлось отстраниться. Поцелуй удалось прервать, но лишь огромным усилием воли – хотелось бы стоять так вечно.
Поплыла, малышка? – хмыкнул внутренний голос. – А как же никогда, ни за что и вообще он не твой типаж, сволочь, гад и прочее?
– Ну что? – ехидно поинтересовалась Вероника, отпустив внутреннюю вредину на свободу. – Мое задание на сегодня выполнено? Могу быть свободна?
Ага, так ее и отпустили. Целовать перестали, а вот свободу… Лишь притянули еще ближе – хотя, казалось бы, ближе некуда.
– Дурында, – то ли рассмеялся, то ли простонал Влад и коснулся своим лбом ее лба. – Какая ж ты все-таки дурында и зараза.
– На том и стоим, – не смутилась Вероника. Уходить не хотелось, но тут уже был вопрос принципа. Она легонько хлопнула ладошками по его рукам. – Мне пора, Владислав Олегович.
– Зацелую, – пригрозил грозный шеф.
– Это мы еще посмотрим! – не испугалась Вероника. – До завтра.
Шаг назад, не отрывая взгляда от его лица. Уходить было трудно, но нужно. Она же не могла позволить одержать над собой верх.
– Я отвезу, – шагнул вслед Дангулов, но она лишь покачала головой:
– Я сама. Еще не поздно.
Еще шаг без разрыва зрительного контакта. Ей нужно идти. Но где найти силы?
– К черту, – пробормотал Дангулов, шагнул вслед за ней и буквально сгреб в охапку, обжег еще одним поцелуем, а когда девушка полностью потерялась в том, кто она и где находится, отпустил и усмехнулся:
– Вот теперь иди!
Бросив на него раздраженный взгляд и пробормотав себе под нос что-то нелицеприятное, Ника буквально вылетела за дверь.
Глава 18
Лицо горело так, словно она зачем-то смазала его перцем. Горящие щеки не мог остудить даже свежий ветер. Она что, действительно только что целовалась с Владом? Машинально прижала ладонь к губам. Целовалась, и еще как. Как удар током, теперь она этот поцелуй забудет нескоро. Да и дадут ей его забыть?
На душе было легко, а на лице то и дело грозилась расплыться предательская улыбка. Вот только какое желание теперь загадать ей? Совсем троллить уже как-то нет желания, хотя…
Почти вприпрыжку Ника устремилась к набережной. Хотелось посмотреть на реку, выпить кофе, как-то прояснить собственные мысли. Она любила свой город, любила шумный народ, без которого набережную просто невозможно было представить в любое время года. И любила порою побродить в одиночестве, с любимой музыкой, звучащей в наушниках. Это же так просто – наслаждаться жизнью.
Итак, ей нужно организовать для Влада очередное задание. Желательно, невыполнимое. И явно не такое миленькое, как его. Вредина она, в конце концов, или мимо проходила?
Ветер швырнул ей в лицо собственные волосы, и она отбросила их назад, наслаждаясь стихией. Ей всегда казалось, в такие моменты она ощущает свободу. Сильный порыв ветра, дождь, волны, – многие такую погоду не очень любят. Либо любят где-нибудь дома. Веронику же тянуло в самую гущу. Единение со стихией делало ее счастливой.
Где-то на еще недавно чистом небе сверкнула молния, вдалеке загрохотал гром, перекрывая даже звучащий в наушниках рок. И практически сразу после этого пиликнул телефон, сообщая о входящем сообщении.
В такую погоду хорошим куколкам нужно дома сидеть, а не бродить в сумерках.
Куколка… Ее уже неимоверно бесило это слово! Кукловод фигов! Он что, следит за ней?
Что тебе надо?
Сообщение было отправлено быстрее, чем она успела обдумать. Впрочем, когда она заморачивалась лишними рефлексиями?
Твоя душа, куколка. Если она у тебя, конечно, есть. Со всеми пороками.
Ты что, Люцифер?
Гармонии в душе как ни бывало. Еще мгновенье назад она радовалась жизни, готовила новую пакость, а теперь тревожно озирается по сторонам. Чей-то пристальный, липкий взгляд она чувствует спиной. Или у нее просто паранойя?
Я хуже, куколка. Тебе не идет ветер и быть растрепанной. Иди домой. Пока я тебя отпускаю. У реки сейчас прохладно.
От его слов стало еще холоднее. Получается, этот тип за ней следит? Возможно, шел от самого офиса? А что дальше? Что значит: «Пока я тебя отпускаю»? Кто он вообще такой, чтобы ею распоряжаться… Кукловод! Ее словно медленно и методично запугивали, шаг за шагом приучали жить с этим страхом. Еще эта фраза про душу…
Звонок чуть не заставил ее выронить гаджет из заледеневших рук. Он что, теперь еще и поговорить решил? Но нет, на дисплее отображалось знакомое имя.
– Да? – постаралась ровным голосом произнести Ника.
– Ты уже дома? Нормально доехала? – поинтересовался Влад. Судя по звуку на заднем фоне, он только-только выключал компьютер.
– Я на набережной, – ответила Вероника, сильнее закутываясь в кардиган. Вроде бы осень только началась, а сегодня прямо веяло холодом. Вон, даже зубы стучат. Или это от страха? Эта мысль заставила ее разозлиться. Получается, таинственный преследователь своего почти добился?
– Никочка, – в голосе Дангулова появились обманчиво-мягкие нотки. – Поправь меня, если я ошибаюсь. Ты в такую погоду, не обратив внимания на ветер и то, что вот-вот начнется дождь, вместо того, чтобы уехать со мной на машине или просто домой, поперлась на набережную? Ты ненормальная?
– Ну так, – с губ сорвался нервный смешок. Ощущение чужого взгляда не исчезало. – Ты знал, кого целовал!
– Я целовал красивую и умную девушку, пусть и не всегда адекватную, – парировал Влад. Хлопнула дверь. – Сейчас я про тебя этого сказать не могу.
– Ну да, – хмыкнула Ника. – Ветер малясь волосы растрепал.
Она стояла на мосту и не сводила глаз с бушующей реки. Телефон в ее руке был тем якорем, который не позволял скатиться в панику. Не позволял трусливо поджать хвост и сбежать от странного взгляда. Голос Влада словно отрезвлял.
– Где ты конкретно сейчас? Я заберу, – Дангулов, как всегда, не спрашивал. Просто ставил перед фактом. Но в этот раз она и не была особо против. На перила моста упали первые капли.
– Старая набережная, возле поющих фонтанов, – не стала возражать Ника. Она могла бы собраться и уйти, но не поручилась бы, что обладатель странного взгляда не последует за ней.
– Ника? – в голосе шефа послышалась тревога. – Все в порядке?
– А что? – еще один нервный смешок. Она не собиралась ему ни о чем рассказывать. Ни к чему. Она не должна никому жаловаться, она может с этим справится сама. Может же?
– Ты не споришь. И голос у тебя странный, – Влад не мог не заметить таких нюансов в поведении всегда боевой девушки. Это настораживало. Неужели она так ведет себя из-за поцелуя?
– Я тебя жду, – ушла от ответа Ника и первой отключилась, хотя делать этого ей не хотелось. Так она осталась наедине с собственным преследователем. Наедине в толпе людей, которую не испугал дождь. Но ведь от этого не было легче?
Бежишь, куколка? Беги! Все равно, сбегая от меня, ты прибежишь ко мне…
Это сообщение пришло буквально через три минуты после ее разговора с Владом. И Ника сама не могла объяснить, почему, прочитав его, подорвалась с места и бросилась подальше от моста, туда, где было больше народа. И уже на лестнице попала в такие знакомые объятия:
– Ника, что случилось?
– Ничего! – замотала головой девушка, но из объятий высвобождаться не стала. Да и зачем, если только сейчас, в его руках, она ощутила спокойствие? Зачем, если страх исчез? – Поехали отсюда. Холодно.
Он снял с себя пиджак и, не слушая ее протестов, закутал в него девушку, взял за руку:
– Идем, чудушко! Будем греть тебя кофе.
Кофе, чаем, коньяком – какая разница? Лишь бы подальше от посторонних глаз. Тех, чей взгляд она ощущает всеми фибрами души…
