Текст книги "Проспорь свое сердце (СИ)"

Автор книги: Оксана Волконская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

– Ника, ты? – крикнула Лариса Юрьевна с кухни, где уже одуряюще пахло свежей выпечкой. – Иди ужинать.

– Сейчас, мамочка, только руки помою, – девушка забросила сумку на тумбу в прихожей и направилась в ванную. Ополоснув руки, она приложила мокрые ладошки к щекам, стремясь унять красноту, проглядывающую даже через толстый слой пудры. Сейчас, час спустя после собеседования, уже хотелось пойти на попятный, не дать собой манипулировать. А вместе с тем… Это же будет весело! Должно быть, во всяком случае. После того, как она прибьет Дана, который втравил ее в эту историю.

Интересно, чего добивается Влад? Потешить самолюбие? Наверное. Даже если год назад он и запал на нее под действием алкоголя и клубной атмосферы, сейчас от этой симпатии не осталось и следа. Мужики не любят, когда их динамят. Тем более, такие, как Владислав – знающие себе цену. Красивый он все-таки. И умный – глупый бы не смог так раскрутить и держать компанию на плаву, даже если ему помогали на первых порах родители. А еще он наверняка циник. Поэтому простых заданий от него ждать не стоит. Его цель – немножко поиздеваться. Значит, нужно придумать достойный ответ. Сейчас бы Дана привлечь, вот кто специалист по всяким каверзам. Но слишком опасно. Кто знает, на чью сторону он станет в итоге? Значит, пока надеяться стоит только на себя. Но она справится, тоже не лыком шита.

Осталась самая малость – придумать, чем же занять босса. Ну и, конечно, рассказать проницательной маме о собеседовании. За исключением пикантных деталей, разумеется.

На столе ее ждала уже тарелка с аппетитно пахнущим грибным супом и домашний хлеб.

И мама, сгорающая от любопытства.

– Ну, рассказывай, как все прошло? – спросила она, помешивая что-то в сковородке.

– Можешь меня поздравить, – гордо произнесла Вероника. – Твоя дочь теперь работает.

– Отлично! – мама чмокнула ее в щеку, не отрываясь от процесса готовки. – Чем будешь заниматься? Это то место, где тебе устроил собеседование Даня?

– Да, начальник – его двоюродный брат. А я буду его ассистентом. По сути, секретарем, помощником, только полномочия у меня будут несколько шире. Придется помогать во всем, – Вероника бодро заработала ложкой. Грибной суп она обожала, как и грибы в любом виде. – Пока с испытательным сроком, а там видно будет. В любом случае, плевание в потолок пока откладывается.

– Дуреха, – рассмеялась Лариса Юрьевна. – А сколько лет брату? Симпатичный?

– Мама! – от возмущения Ника даже выронила ложку. – Ты о чем вообще? Он мой начальник. Мне работать надо, а не романы крутить.

Ага, работать. Интересная у тебя будет работа – выполнять капризы начальства. И спорить с ним на должность. Кстати, интересно, какое задание ждет тебя завтра? И что за желание он потребует, если ты все-таки проиграешь?

Ника только отмахнулась от коварного предателя. Сейчас отвлекаться не стоит, а то мама уже мысленно ей троих детишек от Влада организует.

– Одно другому не мешает, – подтверждала тем временем ее опасения Лариса Юрьевна. – Тебе уже двадцать три, можно уже и о личной жизни подумать. Даня вон какой хороший мальчик, у него вряд ли будет плохой брат.

Если бы ты, мамочка, знала, при каких обстоятельствах твоя дочь познакомилась с этим братом, ты бы ничего такого точно не сказала.

– Мамуль, я хочу работать. Я хочу стать хоть кем-то, – умоляюще посмотрела на нее Вероника. – Согласись, это не очень получится, если я с первого дня буду вешаться на начальство.

– Глупостей не говори, – погладила ее по голове родительница. – Просто, если что, шарахаться не надо. А то знаю я тебя.

Лариса Юрьевна почему-то была убеждена, что дочь сама всех ухажеров распугивает своим неугомонным характером. Отчасти так и было. Для кого-то девушка слишком много умничала, а для кого-то была просто своим парнем. Долго мама лелеяла надежду, что дружба с Даней перейдет в нечто большее, только пока этого не произошло.

– Буду паинькой, клянусь, – торжественно пообещала дочь и сменила тему в сторону ее новых обязанностей. Они еще долго бы мусолили все детали собеседования, но Нику спасла мелодия входящего вызова. Данил.

– Ну что, как все прошло? – поинтересовался он. – Судя по тому, что братец скинул смс с благодарностью, тебя взяли.

Извиняюще кивнув маме, Ника ушла в свою комнату:

– Судя по благодарностям, он вполне мог меня прибить и закопать мой хладный трупик на опушке леса, – пробурчала она.

– Да ладно, зная тебя, ты так замаскировалась, что он и не чухнулся, – рассмеялся друг. – Он и видел тебя всего один раз.

– В том-то и дело, что узнал. Ты во что меня втравил, чучело соломенное? – напустилась Вероника, выплескивая весь свой страх, который испытала во время столь странного собеседования.

– И…Как отреагировал?

– Я перед ним извинилась, – процедила Ника, остальные ее слова потонули в громовом хохоте.

– Ты что?! – не верил своим ушам Дан. – Свершилось чудо? Так, а он тебя на работу взял же, – и, получив утвердительный ответ, продолжил. – Интересно, кто из вас кого допечет первым. Делаем ставки, миледи?

– Иди ты к черту! – ласково указала ему направление Ника и добавила. – Ставлю на себя.

– Идет, а я тогда на братца. Срок – один месяц. Приз – бутылка Кьянти. В ход событий я не вмешиваюсь, так что все зависит от тебя, детка, – и, смеясь, Дан положил трубку. Ника лишь сильнее сжала в руках смартфон. Сумасшедшая семейка Дангуловых уже в выигрыше. Но даже сейчас это все кажется лишь затишьем перед бурей. Что же будет дальше?

Глава 4

Первый рабочий день Ника провела как на иголках. Все время ждала того самого первого задания из пари. Но получала только обычные рабочие распоряжения. И это ничуть не успокаивало, лишь заставляло нервничать еще больше. Когда девушка появилась на работе, непосредственный начальник довольно-таки ехидно заметил:

– Ну, наконец-то, на человека стала похожа, а не на любительницу крысиного яда, – и оглядел ее с ног до головы, заставив буквально подавить желание стукнуть по голове хотя бы вон той толстенькой папкой.

Любительницу крысиного яда? Это крысу, что ли? Сам ты козел общипанный, дорогуша.

Впрочем, его реакцией Ника осталась более-менее довольна. Сегодня она опять долго собиралась. Только на этот раз свою внешность замаскировать не пыталась. Копна темных волос была привычно выпрямлена до идеального состояния и заколота в конский хвост, аккуратные черные стрелки делали зеленые глаза ярче, темно-зеленое платье офисного покроя с полоской кружева на подоле ничуть не скрывало фигуры, а туфли на высоких каблуках делали ее выше.

– Хотите, вам яда подсыплю, Владислав Олегович? – с безукоризненной вежливостью поинтересовалась Вероника, мысленно проклиная собственную язвительность. Нельзя, абсолютно недопустимо так разговаривать с собственным начальством. Даже если это начальство хамит.

– Собственным не подавись, Ника, – ухмыльнулся Дангулов и протянул ей стопку папок. – Подготовь к полудню сводку по отчетам. Мне требуется анализ показателей и твои размышления, как их увеличить. Посмотрим, чего ты стоишь. И, да, приготовь мне, пожалуйста, кофе.

– Как прикажете, сир, – шутливо поклонилась девушка, ерничая. Почему-то дистанцию соблюдать не получалось совсем. Возможно, потому что она помнит, как он целуется?

Черт, Ника, это уже совсем из другой оперы. Уймись.

Внутренний голос порою был разумнее ее, а вот сама Вероника вечно летела мотыльком на огонь. И чаще всего этот костер зажигался после слова «Слабо?». Она не любила оказываться слабой.

– Молоко, сахар, корица? – уточнила девушка, заставляя себя все-таки вспомнить, что он ее начальник.

– На твое усмотрение. Только соль и перец не добавляй, – предупредил начальник, который уже раскусил пакостливую натуру Ники. Раздал несколько указаний относительно звонков и деловых писем и только после этого соизволил отпустить.

Вышла из кабинета Ника злая. Умом она понимала, что все его распоряжения исходят по праву статуса, вот только ее все равно бесило, что ею командует этот мужчина. Не пропадало ощущение, что он наслаждается собственной властью над ней. Может, стоило бы сбежать? Пока не поздно.

Вместо этого направилась в приемную, где, без труда управившись с кофеваркой, сварила боссу капучино, добавила в стакан немного корицы, сахар (не пожалела, целых четыре ложки) и четким шагом вернулась в кабинет. Аккуратно поставила чашку, так, что даже ложечка не звякнула. Получила кивок вместо благодарности – Влад даже не соизволил оторваться от документов. Но Ника только улыбнулась и вышла за дверь. Далеко, впрочем, не ушла. Остановилась и мысленно начала считать. Один…два…

– Ника!

Внутренний голос мерзко захихикал, а сама девушка с благожелательной улыбкой вернулась:

– Что-то хотели, Владислав Олегович? – невинно поинтересовалась она. Разве что глазками не хлопала – это было бы перебором. Полной дурочкой она не была, и Дангулов это знал.

Владислав окинул ее цепким взглядом, словно пытаясь оценить степень ее вины. Но в конфликт ступать не пожелал, оставив этот раунд за ней.

– В следующий раз положи, пожалуйста, две ложки сахара. Не люблю, когда приторно, – спокойно сообщил он.

– Вы не уточняли, а мужчины обычно любят сладкое, – равнодушно парировала девушка. Конечно же, она была не в курсе, что конкретно этот индивид сладкое употреблял в умеренных количествах, она же не дружила с его братом, из которого вчера вытянула все, что только можно.

– Солнышко, – по приторности улыбка Влада могла бы посоперничать с упомянутым кофе, – мужчины обычно любят другое сладкое. Тебе показать, какое?

– Не думаю, что это относится к моим обязанностям, – Вероника была сама любезность и деловитость. Ему нужна безупречная помощница – так она попробует. Это ведь тоже своеобразный вызов. Правда, пакостить по мелочам, не в ущерб работе, вряд ли перестанет.

– Обсудим это вечером. Ты же помнишь, что сегодня первое задание?

Вероника кивнула. Она заранее боялась того, что выдумает его неуемная фантазия. В чем он собрался ее на слабо брать? Ничего, узнает.

– А разве задания будут не в рабочее время? – лишь уточнила Северцева.

– Большей частью – нет. Не могу же я тратить оплачиваемое мной же время на такую ерунду, – поморщился Владислав. – Так что нам теперь предстоит провести вместе. А теперь иди.

Вместе? Он что, сбрендил? Она на такое не подписывалась…Вечера – то самое время, которое она надеялась потратить на отдых после того, как этот «властный босс» будет трепать ее нервную систему. А тут сюрприз, даже, можно сказать, киндер-сюрприз, с игрушкой внутри. Опасной такой игрушкой. На негнущихся ногах Вероника вышла в приемную и просто рухнула на стул. Вопрос, во что же она ввязалась и чего именно хочет от нее это неугомонное чудовище, становился все актуальнее.

К вечеру Веронике хотелось взвыть. Влад будто нарочно подкидывал задания, с которыми новичку, никогда раньше не работающему в этой сфере, справиться было сложно. Впрочем, сводку по отчетности она каким-то волшебным образом подготовить сумела – сказался студенческий опыт в написании конспектов. Вычленить основное, разбить на категории, отразить в таблице, чтобы было удобнее воспринимать. Затем составить расписание так, чтобы руководителю было удобно, впихнуть каким-то чудом десятки встреч, связаться с рекламным агентством, готовящем новые буклеты…. И медленно, но верно ощущать себя чайником, с каждой минутой закипающем все больше. Больше всего бесила неизвестность и тот азарт и предвкушение, с которым она ожидала вечера. Нелогично? Да. Но смесь была гремучей, и остаться спокойной было сложно.

Влад ее не валил. Спокойно проверял все, что она делала. Если были какие-то замечания, вносил. В общем, почти идеальный начальник…на работе. А что будет после?

Время миновало шесть, но Ника и с места не сдвинулась. Рабочий день закончен, но не у личной помощницы директора компании. Даже если после ухода сотрудников он превращается в графа Дракулу.

Тут уж главное не стать его жертвой, а если и стать, то напоследок тоже кровушки выпить. Помирать – так с музыкой. И со страданьями. Чужими.

– Ника, ты готова? – а вот и его темнейшество пожаловать изволило. Без галстука, в белой рубашке, расстегнутой на верхние пуговицы… И вид такой, будто перед этим успешно подрых, уткнувшись носом в клавиатуру. Хотя кто их, властных боссов, знает?

– Неа, – помотала головой девушка. – Хочу кофе, пироженку и на ручки, но что это изменит?

Изменило это и правда немного. Хотя одно ее пожелание было успешно выполнено. Условно говоря. На ручки ее все-таки взяли. Хотя как на ручки… Безжалостно выдрали из офисного кресла и взвалили на плечо. Придерживая одной рукой, другой прихватили ее сумку и плащ… И только тут Ника очнулась.

– Владислав Олегович, – вкрадчиво прошипела она. – Я спецдоставку сотрудников не заказывала. Извольте поставить меня на грешную землю, ножками дойду в ту обитель порока, куда мы направляемся.

– Поздно, мадемуазель, сами на ручки просились, теперь не нойте, – судя по тону, шеф явно развлекался. – Экспресс-доставка уже в действии, груз может не изображать из себя попку дурака… И щипаться тоже не стоит. Уроню где-нибудь на лестничном пролете, будешь учиться еще и летать, птичка Говорун.

– Так не к вам же… Лучше вооон к тому симпатичному мальчику, – ткнула куда-то влево Вероника, где вырисовывался чей-то силуэт. На что носильщик только расхохотался.

– Боюсь, на Аполлоне ты далеко не уйдешь, – хмыкнул он. – Или как там этот черт называется?

Даже поднес девушку поближе, чтобы она могла рассмотреть невесть как затесавшуюся в офис псевдогреческую статую.

– Нет в жизни справедливости, – печально вздохнула Вероника, пристраивая голову поудобнее. – Единственный приличный мужик, и тот гипсовый.

– Тебе со мной, между прочим, еще работать, – напомнил Дангулов, что он вроде как тоже входит в число лиц мужского пола. На что получил невозмутимое:

– Ты не мужчина, ты начальник, – философски резюмировала Вероника. – И опусти уже на пол, я перехотела на ручки. Неаккуратный ты больно.

Дангулов, разжалованный из гордого звания мужчины, действительно, чуть было не уронил свою ношу. Сгрузил на пол и посмотрел на нее слегка обиженным взглядом:

– Ну и зараза ты, Северцева, – недовольно буркнул он, на что получил широченную улыбку:

– Так точно, Владислав Олегович, – чуть ли не козырнула рукой его личная помощница. – Ну что, ведите на галеры. К рабству не готовы, но справимся.

Дангулов только закатил глаза, в очередной раз подумав, что вместо помощницы ему попался балаганный паяц, но отступать от задуманного не собирался. Зато это будет весело. Определенно, будет. И тонкая ткань зеленого платья, при каждом шаге обрисовывающая то, что вроде бы должна скрывать, это мнение только подтверждала.

* * *

– Ну и на кой черт ты притащил меня сюда? – полюбопытствовала Вероника, оглядывая пока еще полупустое помещение танцевального клуба-бара, расположенного в старой части города. – Или твое желание заключается в том, чтобы я тебя перепила? Так ты, кажется, обещал не ставить мне априори невыполнимые задачи.

– Почему же невыполнимые? – Влад явно издевался над ней. – Я вот в тебя верю, а вот ты в себя что-то не очень.

Только мысль о том, что нехорошо бить человека, который платит тебе зарплату, удержала Нику от затрещины в адрес горячо любимого начальства. Ну не может же он предполагать на полном серьезе, что она его перепьет… А если нет, что тогда? Действительно, на кой черт ее сюда притащили?

– Думаю, для начала неплохо было бы поужинать, – одним взмахом руки он подозвал к себе официантку с меню. Та, усиленно строя глазки, поздоровалась. То, что к ее начальству обратились по имени-отчеству, Ника отметила скорее краем сознания. Влад явно является здесь завсегдатаем и знает все подводные камни, тогда, когда она в этом милом заведении не бывала еще ни разу. Сложно в таких обстоятельствах не ждать подвоха.

– Выбирай, – скомандовал Дангулов. – Да, и кстати. О собственной карточке можешь забыть. За ужин плачу я.

Джентльмен он, может, и джентльмен, но с такими замашками, что так и хочется приласкать чем-нибудь тяжелым. И побольше-побольше.

– Вообще-то я и сама могу, – сухо отозвалась Вероника, не отрывая взгляд от меню.

– Ну уж нет, – оскорбленно возмутился Владислав. – Ты и так меня из мужчин разжаловала. Так что молчи и терпи. Надо было этот пункт тоже прописать.

– Молчать и терпеть? – хмыкнула Ника.

– Не выкаблучиваться насчет денег, – сказал – как отрезал. Только девушку это не смутило. Она подняла хитрые глаза от меню и уточнила:

– Это ваше желание на сегодня, повелитель?

«Повелитель», которому, видимо, уже традиционно притащили сырный кофе, поперхнулся и закашлялся.

– Нет, золотая рыбка, желание будет позже. Пока я выполняю твой минимум «на ручки» и поужинать, – скривился Влад, не собираясь ни на йоту уступать этой зеленоглазой егозе.

Хорошо еще, про массаж и фантастическую ночь ничего не ляпнула, Никуль, – ехидно намекнул собственный внутренний голос, дотоле насмешливо наблюдающий за этим дурдомом.

На собственные подначки Вероника вестись не стала. Спокойно сделала заказ, также невозмутимо поужинала. А Владислав, с деланно-равнодушным видом разделывал кусок мяса на более мелкие порции и чего-то ждал, заставляя нервничать все больше. И лишь когда на сцене появился ведущий и зачем-то стал собирать народ из присутствующих, тонко усмехнулся и заявил:

– А вот и мое желание. Иди. И стань лучшей.

Глава 5

Лучшей в чем? Что-то ни ведущий, ни ее собственный шеф не спешили пояснить, что за черт тут происходит и с чем связан весь кипишь. Впрочем, она что, действительно, ждала четких разъяснений от вот этой вот нагло улыбающейся синеглазой рожи? Глупо и наивно. Из сказок давно пора вырасти.

Но даже со сцены Ника видела насмешливый, отблескивающий в полумраке, устремленный на нее взгляд. И искренне надеялась, что затеваемый ведущим конкурс никак не связан со стриптизом. Или с танцами на пилоне. Или с танцем живота. Или… Блин, да с чем угодно. Нику, конечно, на слабо очень легко взять, только заниматься акробатикой на шесте физическая подготовка ей точно не позволяла. Обычный танец – еще куда ни шло. А так…

К счастью, танец с пилоном связан не был. К сожалению, обычным его тоже сложно назвать. Если верить словам ведущего, ей предстояло ни больше ни меньше, чем станцевать…танго. И не просто станцевать, победить. Так, кажется, звучали условия?

Изображать страсть (а танго воплощает это чувство и никак иначе) ей предстояло вместе с одним из участников танцевального коллектива бара. Второй по очереди. И, черт, кто был знал, как ей хотелось убежать куда подальше.

Вот только Влад явно не знал о ее непростых отношениях с танцами, когда выбирал задание. Стать лучшей? Это не так уж сложно. Наверное. Во всяком случае, для человека, семь лет занимающегося бальными танцами.

Сложно было другое. Выйти на паркет, почувствовать ритм музыки, ответить страстью на страсть… И не растеряться. Прекрасная актриса в жизни, Вероника Северцева терялась, стоило ей только выйти на сцену.

Забывались слова, забывались движения, путались шаги… О каких чувствах в танце могла идти речь? Пару раз она просто сбегала с конкурсов, на которых оказывалась волею случая и собственного тренера. И вот теперь ей предстоит вернуться в свой детский кошмар. И все благодаря дурацкому пари, которое она не имеет право проиграть.

Пока Вероника вспоминала прошлое, первая пара на паркете уже отмучилась. Теперь была ее очередь. Партнер протянул руку, выводя ее в центр сцены. Но Ника смотрела сквозь него. Насмешливая зараза торжественно приподняла вверх кружку, за неимением бокала с вином, показывая, что путей для отступления нет. Нику словно опалило. Злость – это ведь тоже в некотором роде страсть? Борьба характеров.

И Ника холодно кивнула насмешнику, благодаря которому оказалась в собственном кошмаре. Что ж, хотел эмоций? Не опались, дорогуша. Что бы ни случилось, она не будет так просто сдаваться. Благо, партнер у нее умелый.

Вот только от его рук не было жарко, даже через тонкую ткань платьев. Она не чувствовала абсолютно ничего. Но помнила. Помнила другого человека, так виртуозно выводящего ее из себя. Помнила свой страх показаться вновь на глаза разозленному парню. Помнила один-единственный поцелуй, который, казалось, давно выбросила из головы. Помнила и отдавала свой эмоции в танец.

Шаг. Еще шаг. Поворот. Заброшенная на бедро партнера нога. Низкий наклон в чужих объятиях, мягко скользнувшая по плечу рука, откинутая назад голова, открывающая шею и превращающая длинные пряди в блестящий водопад. Резкий переход, исходная позиция и вновь шаги.

Борьба характеров. Она ускользала, он догонял. Она соблазняла, он поддавался. Игра в кошки мышки. Борьба сильного мужчины и слабой женщины… Или наоборот – сильной женщины и слабого к ней мужчины?

Двух слабых мужчин, один из которых в танце участие не принимал. Просто пожирал взглядом собственную сотрудницу, так уютно ощущающую себя в объятиях пришлого танцора. Со стороны казалось, что парочка искрилась. И дело было даже не в техничности и органичности движений (хотя тут Ника смогла его удивить). А во взаимной страсти, которая сквозила в каждом движении, в каждом наклоне, в каждом скольжении рук. И неимоверно хотелось подойти, схватить личного помощника и персональную заразу и утащить со сцены. Чтобы не занималась тут всяким непотребством с фиг пойми кем. Хотя… Он сам же этого потребовал с нее, вот ирония… Стать лучшей в танце страсти… Так почему теперь хочется стукнуть кулаком по столу?

А Нику в это время питала только собственная злость. Только упрямство не позволяло ей сбежать со сцены, как она делала это раньше. Выиграть пари… Ей нужно выиграть это чертово пари у этого самодовольного павлина… Ей нужно доказать, что она может. И ему, и самой себе. И, поддаваясь осаде собственного партнера, она видела перед собой далеко не его. Она видела темноволосого, синеглазого, нахального босса. Соблазняла его. И ускользала от него, в очередной раз оставляя его с носом. И при этом каждым движением чувствовала его взгляд, прожигающий до самых косточек и так резко контрастирующий с прохладной ладонью собственного партнера.

Музыка оборвалась неожиданно. Последние аккорды застали их в нижней поддержке, казалось, губы партнера были всего в паре сантиметров от ее шеи – и вот, единым движением он возвращает ее в исходную позу. Зал взрывается аплодисментами. Она выиграла. Она знает это еще до подведения итогов. Вот только вряд ли кто-то представляет, что ей стоит стоять спокойно сейчас, под прицелом глаз, когда злость сошла на нет, и ее ничего не удерживало.

Светловолосый парень, виртуозно управляющий ею весь танец целует ее в запястье и произносит лишь одно слово:

– Восхищен.

Ника только улыбается, с трудом переводя дыхание. Ей кажется, что в этом танце она отдала всю жизнь. И, кажется, отдала не зря. Полный злости синий взгляд начальника, определенно, этого стоит.

Вот только почему так отчаянно хочется сбежать, чтобы ее не выпороли, как некогда грозились?