Текст книги "Проспорь свое сердце (СИ)"

Автор книги: Оксана Волконская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10

Устала. До чертиков, до нервного тика, до тягучего комка в груди. Плохо, тошно, противно. Так, что хочется забиться куда-нибудь в уголок и завыть. Потому что стыдно. Потому что ей пришлось обманывать довольно неплохого человека. Потому что она не такая циничная тварь, чтобы ради развлечения интриговать, знакомиться с человеком, обманывать его. А Дангулов ее вынудил. И это сегодняшнее желание было мерзким. Она понимала мотивы, это была неприкрытая месть с его стороны, но все же…

Вероника судорожно глотнула прохладного вечернего воздуха. Стало чуточку лучше. Вдох, еще вдох… И достала телефон, набрала знакомый до боли номер:

– Привет. Можно я приеду? – уточнила она, услышав такой спокойный голос.

– Конечно. Плохо? – сразу догадался собеседник.

– Тошно, – призналась Вероника.

– Даже так… – протянули на том конце. – Мне посылать Пашку за мартини?

– Было бы неплохо, – слегка улыбнулась Ника, словно кожей почувствовав, что ее понимают. Впрочем, иначе и быть не могло.

– Ок. Сейчас сделаем, – никаких лишних слов. – Жду.

Легче. Ненамного, но стало. Особенно сейчас, когда поедет к человеку, от которого всегда получала поддержку. Она справится. Она должна. Иначе и быть не может.

Вероника любила вечерние маршрутки. Народу мало, можно сесть у окна, включить музыку и наблюдать за пролетающими за стеклом городскими огнями. Хорошо, спокойно, комфортно. И скоро будет еще лучше.

А вот и нужная остановка. Не самая ровная асфальтовая дорожка была так знакома, что она даже не боялась травмироваться в темноте. Привыкла сюда ездить. Раньше, конечно, случалось чаще, но взрослая жизнь несколько изменила приоритеты.

Третий этаж, и на пороге ее уже дожидается худенькая, хрупкая девчонка с русыми волосами, собранными в небрежный пучок. Человек, к которому как нельзя лучше подходили строки из стихотворения Анны Ахматовой «Меня, и грешную и праздную, Лишь ты одна не упрекнешь». Она и не упрекала. Никогда. Не зря же Ульяна Королева была ее лучшей подругой.

Они познакомились более десяти лет назад. Еще во время занятий бальными танцами. Только Вероника не справилась со своими страхами и комплексами и сбежала, а Ульяна… Улька жила танцами. Милая, скромная и в общем-то обычная, она превращалась то в огненный вихрь, то в трепетный лед. И отвести от нее взгляд было крайне сложно, девушка завораживала, она словно вкладывала в каждое движение душу.

– Ты вовремя, – улыбнулась Уля, обнимая подругу при встрече. – Пашка только что мартини притащил.

– Загоняла ты бедного парня, – усмехнулась Вероника.

– Имею право, – негромко рассмеялась Королева. – Как-никак сестра старшая.

– Тиранша ты старшая, а не сестра, – по-доброму фыркнул двадцатилетний Пашка и улыбнулся. – Ну, привет, красотка, иди ко мне, буду тебя тискать, принцесса.

И все это произнесено с такой неотразимой улыбкой, что Вероника расхохоталась, обняла парня и поцеловала в щеку:

– Привет, плюшевый мишка. Ты как?

Глупые прозвища, немного несуразная игра словами и такие родные люди. Пашка был младше на несколько лет, но при этом давно был для нее кем-то вроде старшего брата. Своим. Родным. Она даже когда-то сказала, что он напоминает плюшевого мишку, когда начинает ее успокаивать… Так и появились эти идиотские прозвища.

А Пашка Королев был хорош собой. Высокий блондин с серыми глазами, которому просто нельзя не улыбнуться в ответ. Настоящий, искренний, умный, с хорошим чувством юмора. Понимающий, и, кажется, нисколько не боящийся женских слез. Наверное, в своей идеальности он даже переплюнул Дана. И девчонки летели на Пашино обаяние, как мотыльки на огонь, чтобы сгореть без остатка под огнем серых глаз. Он не был бабником, со многими просто хорошо общался и дружил… Но когда это мешало влюбленным девочкам?

– Я хорошо, а ты как? Судя по мартини, дело дрянь? – с Никой Пашка редко подбирал слова. Знал, что и так все поймут правильно и не обидятся.

– Пока терпимо, – выдавила из себя улыбку Ника. – Я справлюсь.

– Смотри у меня, принцесса. Если что, я на все готов, чтобы защитить твою честь, – подмигнул ей Королев, вызывая очередной приступ хохота. Он и так был почти рыцарем, и это пафосные речи ему совсем не шли. – А пока побежал, на работу пора. Чао, девочки. Сильно не бузите!

Послав напоследок воздушный поцелуй, он убежал.

– Мой брат – идиот, – покачала головой Ульяна, когда дверь захлопнулась.

– Твой брат – чудо, – не согласилась Вероника и сменила тему. – Может, роллы закажем?

Мартини – это, конечно, хорошо, но не голодный желудок.

– Уже, – кивнула Королева. – Минут через двадцать привезут.

– Улька, ты клад, – забралась с ногами на диван Северцева. – И куда мужики смотрят?

– Не заговаривай мне зубы, – отмахнулась Ульяна. – Рассказывай. Хотя погоди, в дверь звонят.

Вернулась она с коробками из доставки. Разложила, притащила мартини, сок и только после этого повторно потребовала рассказа.

И Ника начала выкладывать все то, о чем молчала неделю. У них вообще была очень необычная дружба, девушки всегда делились новостями только лично, лицом к лицу, не в сообщениях и телефонных звонках.

Вероника рассказывала. Чем дольше, тем сильнее она понимала, насколько глупо ситуация выглядит со стороны, и уж тем более ее поведение в ней. Как ребенок, ей-богу. Но Ульяна слушала, не перебивая. До тех пор, пока:

– Ты что, серьезно переборола свой страх сцены? – воскликнула она, когда подруга дошла до момента с танго. – Из-за него? Я уже обожаю твоего Дангулова!

– Он не мой, – тут же возразила Северцева, но лучшая подруга лишь отмахнулась с ехидством:

– Конечно, не твой, продолжай.

– Улька, – возмутилась было Ника, но покорно продолжила, ничего не утаивая.

– А теперь скажи, что тебя беспокоит? – уточнила подруга, когда рассказ был окончен. – Его задания, на которые ты введешься или то, что он думает, что ты на эти вещи способна? Так он ничего особо страшного и не требует.

– Но последнее задание – это мерзко, – помолчав, тихо признала Ника, глядя куда-то в стену.

– Хочешь знать мое мнение? Тебя Катя взбесила, – предельно открыто высказалась подруга.

– Что?! – аж подскочила Вероника, выронив аппетитный ролл прямо на стол. – Да мне плевать, с кем он спит! Хотя то, что он ее обманывает, тоже мерзко.

– Ай-ай, какой мерзкий у тебя начальник, – покачала головой Ульяна. – Может, ну ее, эту работу?

– Издеваешься? – процедила сквозь зубы Вероника.

– Да, – уже откровенно улыбалась Королева. – Себе-то хоть признайся, что он тебе нравится. Ты же никогда не была трусихой.

– Ну, нравится. И что? Это все равно ничего не меняет, – мрачно и с каким-то вызовом в голосе призналась Вероника. В этом она могла признаться и себе, и Ульке… Главное, не Владу.

– А это меняет все, – Ульяна хлебнула мартини и рассмеялась. – Он дал тебе мерзкое задание? Дай ему не менее мерзкое. Только особо этим увлекаться не стоит.

– Это какое же? – заинтересовалась Ника.

– Да что угодно. Пусть стриптиз станцует, хотя нет… Для этого особая подготовка нужна. Мальчиком по вызову поработает… Или… Слушай, – у Ульянки загорелись глаза. И Ника невольно похолодела. Ее тихая-мирная, спокойная подруга иногда могла выдавать еще более нестандартные мысли, чем она сама, – у Пашки тут друг барменом в один клуб устроился. В особый клуб.

Слово «особый» она выделила интонацией.

– Там что, бдсм практикуют? – с губ Ники сорвался нервный смешок.

– Нет, не бдсм… Там больше любят радугу и голубую луну, – шаловливо улыбнулась Королева.

– Да ты… – у Ники просто не нашлось слов.

– Изверг? – веселилась Ульяна.

– Гений! – и Вероника полезла тискать подругу в объятиях.

Глава 11

Уснули они, мягко говоря, нескоро. Все обсуждали грядущий поход – благо, завтра еще была пятница. Кажется, завтра Владиславу Олеговичу предстоит оторваться от любимой девушки и показать свое мужское обаяние на полную катушку. Достойная месть за устроенную им подставу.

Что в клуб они попадут без проблем, сомнений не было. Уля сразу же позвонила брату и попросила договориться. Пашка поинтересовался, на кой черт им это надо, но свободного времени у него не было, и парень отложил любопытство до лучших времен. А Ника и Ульяна обсуждали, что лучше: заставить Дангулова поцеловаться с кем-то или достаточно просто глазки построить.

– Слушай, а ты его туда в деловом костюме прямо отправлять собираешься? – призадумалась Ульяна. Что вопрос был задан зря, она поняла, когда увидела горящие глаза подруги.

– Когда у тебя такой взгляд, тебя начинаю бояться даже я, – призналась она. – Остальным вообще стоит начинать прятаться по углам. Что ты задумала?

– Ну… – соизволила слегка смутиться Вероника. – У меня два варианта. И за оба он меня прибьет. Чувствую, прилетит потом страшная ответка.

– Только тебя это не остановит, – понимающе усмехнулась Королева. – Какие?

– Либо образ «сладкого мальчика», либо переодеть его в секс-бомб…в женской одежде, – перечислила варианты девушка. Ульяна только покачала головой. Она знала, что остановить Нику будет сложно, да и нужно ли? Такой «живой» она видела подругу впервые за долгое время. Чем бы не обернулся этот спор, он заставлял внутренний огонь Северцевой полыхать так ярко, что об него можно было обжечься постороннему человеку… Или только разделить этот костер вместе с самой ведьмой. И Ульяна искренне надеялась, что противник предпочтет последний вариант и не превратит потом подругу в тлеющую золу… Слишком уж бурно она реагировала.

Даже выпитая бутылка мартини не заставила Веронику сразу провалиться в сон. Девушка ворочалась, то и дело перебирая в голове события последней недели. Если уж они так ярко, немного по-жесткому, стартовали с этим спором, что будет дальше? Какие условия они поставят? Пойдут по нарастающей, или немного утихомирятся? В любом случае, следующие полтора месяца простыми не будут. Кстати, а выходные учитываются или только будни? И как она забыла это уточнить? Хотя вряд ли, у Влада же Катюха есть, она не простит отсутствия любимого. Да и у Ники должно быть время на отдых от начальника, не в рабство же она продалась. Для рабства цена что-то маловата.

Но завтра будет вечер ее триумфа. Вероника даже представила лицо Дангулова, когда он узнает. Может, стоит ему с утра намекнуть? Не говорить, куда конкретно, а просто слегка помучить? Хорошая идея. И на этой ноте девушка, наконец-то, провалилась в вязкий, затягивающий сон.

Но спала Ника чутко, и из объятий Морфея девушку вырвал сигнал пришедших друг за другом смс-сообщений от неизвестного абонента.

Ты сейчас, наверное, сладко спишь, крепко прижимая к себе одеяло или очередную игрушку мужского пола.

Они послушны, податливы и наивны в твоих нежных ручках, не так ли?

Спи спокойно, пока еще можешь. Недолго тебе осталось.

Игра началась, моя куколка.

– Что за кретин развлекается? – пробормотала Ника, щурясь от подсветки на смартфоне. Часы показывали 03:28… Сначала ее охватило бешенство. Какому-то идиоту не спится, и он решил, что не спать должна и Ника? Может, Дангулов развлекается? Сейчас она ему все выскажет!

И Вероника, решительно нажала на кнопку вызова, даже не до конца уверенная, что ей ответят…. Но трубку взяли почти сразу. Хриплый незнакомый голос с нежностью, от которой почему-то по коже забегали ледяные мурашки, поинтересовался:

– Проснулась куколка? Зря… Спи. Пока у тебя еще возможность просыпаться, – и рассмеялся каким-то странным, каркающим смехом. У Ники душа ушла в пятки. Темнота, тишина, а собеседник, судя по всему, с отклонениями… Но это точно не Влад. Его бархатистый голос она бы узнала. Так, тряпка, соберись и пошли этого психа ко всем чертям!

Не успела. Смех оборвался, и в трубке послышались гудки. И это было страшно, практически до жути… Словно сцену выдрали из какого-то страшного фильма, которые Ника ненавидела всей душой. Злясь на саму себя, девушка схватила телефон и набрала всего несколько слов:

Пошел к черту, придурок!

Ответа не было, но она и не ждала. Кинула номер в черный список и, злясь на саму себя, ушла на кухню пить кофе. Кажется, сон этой ночью ей больше не грозил.

Так и оказалось. До утра Ника читала, чтобы хоть чем-то заняться. А наутро была злая и невыспавшаяся. И, когда Владислав соизволил появиться в офисе и спросить о новостях, девушка с невинным видом сообщила ему о непринятых звонках, встречах на день и только потом добавила:

– И, да, Владислав Олегович, на вечер планы не стройте, пожалуйста. Мы сегодня с вами идем в клуб.

– В какой клуб? – босс оторвался от перебирания писем и журналов и настороженно на нее посмотрел. – Ты решила-таки заставить меня станцевать стриптиз?

– Узко мыслите, дорогой Владислав Олегович, – поджала губы девушка. – В особый клуб. Больше ни о чем не спрашивайте. Сюрприз.

Глава 12

Оставалось только надеяться, что Влад ее не убьет… Надежда была призрачная, но Ника все-таки рискнула. Вчера они с Улькой перетряхнули весь Пашкин гардероб, взяв оттуда самое стильно-несуразное, в обед она сбегала, прикупила еще пару вещичек… На пакость ей даже не жалко было тратить собственные деньги. Теперь осталась самая малость – уговорить босса это напялить. Оставалось лишь надеяться, что подойдет по размеру. Главное, сильно не ржать и успеть убежать, если ее все-таки решат выпороть.

Утром, к счастью, ей удалось отвязаться от вопросов Дангулова. Очень удачно (для нее) в кабинет заглянул Максим с алой розой на длинном стебле в руках. Почему-то это очень не понравилось шефу, и следующие десять минут финдир был вынужден выслушивать кучу «срочных» заданий, которыми он должен заняться вместо того, чтобы шляться по бабам. На этом моменте вышеупомянутая «баба» таки не выдержала и «совершенно случайно» столкнула со стола чашку с горячим кофе, заставив шефа отпрыгнуть в сторону и выругаться. И только потом возмущенно посмотреть на девушку:

– Вероника, что это было?

– Владислав Олегович, я вам не баба, – кротко отозвалась Ника, с невозмутимым видом записывая что-то в ежедневник.

– Ты вообще-то моя помощница, – напомнил ей начальник, но если рассчитывал, что ее это смутит, то глубоко ошибся.

– Помощница, а не рабыня. Это не отменяет правил вежливости. То же самое относится и к Максиму, – продолжала отчитывать Вероника, умом прекрасно понимая, что «спасибо» ей за это не скажет никто… Но остановиться не могла. Уже и Максим настороженно на нее косился, и Дангулов по цвету почти сравнялся с помидоркой, но тормоза все не находились. Даже вредный внутренний голос куда-то подевался.

– Вероника, – на удивление спокойно произнес Влад, предварительно глубоко вздохнув. – я, конечно, могу перед тобой извиниться…

– Но не буду, да? – съехидничала Ника, но он словно ее не услышал.

– Но данная ситуация не повод меня отчитывать при моем друге и подчиненном, – ровно произнес Влад. – Надеюсь, ты сделаешь из этого выводы.

– Ребята, а я вам не мешаю? – вмешался в перепалку Максим, о присутствии которого все благополучно позабыли. – Так я могу выйти. А то у вас такие интересные отношения, – и он хитро подмигнул, с намеком на них косясь.

– Ты еще здесь? – мрачно покосился на него Дангулов, и спустя мгновенье подчиненного как ветром сдуло. Впрочем, розочку у Ники на столе он оставил.

А Вероника была только рада – шеф благополучно забыл ее расспросить, в какой же клуб они идут вечером. В целом, день прошел как обычно, разве что еще пару раз заглянул Максим, но у Влада на него словно маячок был установлен – стоило тому появиться, и босс его благополучно выпроваживал куда подальше.

Вечером в пятницу задерживаться ни у кого не было желания, и большинство сотрудников быстренько сбежали из офиса. Когда часовая стрелка подходила к половине седьмого, помещения были уже пусты, и Ника с довольной физиономией и огромным пакетом направилась в кабинет Дангулова. Увидев ее, Влад тихо сказал:

– Подожди, пожалуйста, я сейчас закончу смотреть предложения по новому маршруту и буду весь в твоем распоряжении.

– Весь? – кровожадно усмехнулась девушка. – Отлично.

Она уселась на стоявший в кабинете диванчик и принялась ждать. При этом у нее был такой невинный вид, словно не она притащила сюда вещи, от которых спустя пару минут босс будет шарахаться и громко материться. Но вместо предстоящей каверзы почему-то размышляла совсем о другом. Они провели вместе три вечера. Почему за это время Катя ни разу ему не позвонила? Странная какая-то у него девушка. Любая другая на ее месте уже десять раз бы ему написала, позвонила, потребовала свидания.

А, может, она и пишет? – тут же возразил ее внутренний голос. – Ты же не заглядывала, кому он там на сообщения отвечает и отвечает ли кому-то вообще. А что, так любопытно? Отвлеки, выкради на минутку телефон и посмотри.

Свое вредное второе я Вероника тут же послала ко всем чертям, но была вынуждена признать, что мысль действительно крайне соблазнительная. Как бы ее не ужасало это внезапное желание знать о личной жизни Влада. Но девушка быстро нашла себе оправдание – а вдруг он и есть тот придурок, что сегодня ее пугал?

Воспоминания о прошлой ночи настроение не подняли. Псих психом, но приятного в ситуации мало. И так ей по дороге на работу казалось, что она затылком чувствует чей-то противный, липкий взгляд. Наверное, так и начинается мания преследования. Ничего, теперь этот человек в черном списке, кем бы он ни был, значит никаких сообщений. А потом Вероника и вовсе забудет о дурацких сообщениях и перестанет в каждом встречном видеть опасность.

Нике и самой странно, что она так отреагировала. Пугливой девушка не была, но тут словно интуиция ей нашептывала, что от данной ситуации ничего хорошего ждать не приходится.

– Я закончил, – Владислав захлопнул крышку ноутбука. – Что там у тебя?

От неожиданности Вероника подпрыгнула – она так задумалась, что даже забыла, где находится. Ущипнула себя за запястье, чтобы не отвлекаться. И лучезарно улыбнулась.

– А у нас, дорогой Владислав Олегович, сейчас открывается салон красоты, – подошла к нему со спины и заботливо стряхнула невидимые пылинки с плеч. – Вы же не хотите быть немодным в клубе? Я сейчас создам вам поистине феерический образ.

Показалось или плечи под ее ладошками действительно замерли и словно окаменели? Неужели испугался?

– Только не говори, пожалуйста, что ты меня сейчас будешь красить, – с насмешкой произнес Дангулов, поворачиваясь к девушке лицом и зачем-то ловя пальцами ее запястье.

– Ну… – захлопала ресницами Вероника. – Разве что самую чуточку. Но сначала раздевайся.

– Вот так вот сразу? И без прелюдий? – большой палец слегка поглаживал тонкую кожу запястья, заставляя мысли в панике разбегаться. – Так с этого и надо было начинать…

– Ты это о чем? – нахмурилась Ника, пытаясь отловить наглых предателей. С трудом, но получилось. – Ты что опять подумал, извращенец? – уже веселее спросила она, а сама мысленно рассмеялась – да уж, слово «извращенец» как нельзя лучше подходило к его сегодняшнему образу. Бедный, он еще не представляет, ради чего ему предстоит раздеться.

– О том, что понял давно, – нахально ухмыльнулся Влад. – Ты ко мне неровно дышишь, крошка.

Нику тут же бросило в краску, хотя умом она понимала – парень шутил. Ну, во всяком случае, в большей степени. Правда в этом все-таки была, но сейчас ей стоило только подыграть:

– О да, я просто задыхаюсь без тебя, – промурлыкала Вероника. – Жить не могу. И сейчас я покажу, насколько.

Получила заинтересованный взгляд со стороны босса и едва сдержала хохот. Да, сейчас она ему покажет. Пусть только потом не жалуется.

– Иди ко мне, – скомандовала Вероника, отодвигаясь от него на несколько шагов ближе к дивану – туда, где лежали вещи. – И снимай рубашку.

В ее недвусмысленные намерения Влад не верил от слова совсем. Но нарочито медленно начал расстегивать пуговицы, рассчитывая, что вот-вот она смутится и отвернется. Раньше, когда дело доходило до таких вот пикантных ситуаций между ними, Ника постоянно давала задний ход. Но не в этот раз. Спокойно, не отводя глаз, девушка следила за его движениями. И лишь она сама знала, насколько тяжело ей далась эта невозмутимость, потому что к Владу ее тянуло с первого дня знакомства. Вот только тогда помешал договор с Даном, потом ее собственный характер, а теперь еще и Катя.

Вот, умница, про девушку его вспомнила. Дышим спокойнее, вспоминаем таблицу квадратов чисел. Сколько там у нас двенадцать на двенадцать? Какие сто сорок два, дурында? Четыре! Четыре! Все, разделся, я умолкаю. Можешь пихать ему рубашку.

– И что дальше? – поинтересовался Дангулов. – Брюки?

– Нет, брюки уже без меня, стриптиз не впечатлил, – поморщилась Вероника. – В спортзал чаще ходить надо. Но, думаю, впечатлишь кого-то другого. Одевайся! – и протянула ему рубашку из нежно-розовой, трогательно-поросячьего оттенка, ткани.

– Это что? – оторопело посмотрел на вещь Влад. – Я тебе что, гей?

В ответ услышал лишь тишину. И это молчание говорило куда больше, чем долгий пересказ всех планов Ники.

– Вероника! – практически прорычал он. В ответ – милая улыбка и трогательные похлопывания ресницами. – Не прикидывайся дурочкой! Как, ты говоришь, называется клуб?

Да, наверное, стоит сказать ему сейчас сказать. Пусть морально подготовится.

– Я не говорила, но «Голубая лагуна», – невозмутимо сообщила она.

– Никуля, солнышко мое, рыбонька, птичка моя, бабочка порхающая, – начал вдруг ласковым тоном Влад, и от этих перечислений становилось как-то…страшно, что ли? – Ты знаешь, что я с тобой сейчас сделаю?

– Понятия не имею, – ровно отозвалась девушка, мысленно прикидывая пути отступления. Что-что… Ничего хорошего, точно.

– Я тебя сейчас, милая моя, чуточку придушу, чтобы глупости не несла, – наступал на нее Владислав, смяв рубашку в комок и отбросив на диван. Северцева, в принципе, предвидела такое развития событий – не зря же приобрела вещи из немнущейся ткани.

– Я хомячков не боюсь! Даже зубастых! – гордо задрала нос девушка. – Ну что тебе стоит сходить в этот клуб? Боишься? Или слабо?

Она знала, на что давить. Ни один мужчина никогда в жизни не признается, что боится кого-то…не самой традиционной ориентации. Они же орлы, птицы гордые, летают даже без пинков. Вот и сейчас, услышав ее вопрос, Влад остановился:

– Но ведь это не все?

Как в воду глядел – Ника же не зря до утра не спала, прикидывая варианты, как лучше поступить. Вот только за вариант «стрельнуть у кого-нибудь телефончик» она точно схлопочет ремнем. Поэтому пришлось меня планы на ходу:

– Сделаешь так, чтобы кто-нибудь из посетителей-мужчин заплатил за твою выпивку. И, да, пофлиртуешь немного.

Вдох. Глубокий. Один-второй-третий. Сжатые-разжатые кулаки. И только потом негромкое:

– Хорошо. Договорились. Это месть за вчерашнее?

Вопрос прямо в цель. Впрочем, Ника и не собиралась этого отрицать:

– Возможно. Что, тоже будешь теперь мстить?

– Возможно, – в тон ей ответил Дангулов.

– Но это будет уже… Кстати, а мы выходные учитываем? – вспомнила Вероника о возникшем вопросе.

– В эти, думаю, можно отдохнуть. А дальше посмотрим. Так что у тебя есть шанс, что до понедельника я остыну, – подколол ее Влад. – Эту рубашку надевать обязательно? – скривился он, разворачивая ткань. Получив утвердительный ответ, обреченно вздохнул. Когда получил еще узкие джинсы в облипочку, выругался, но больше прибить не грозился. Ника продолжение стриптиза решила пропустить и, когда вернулась через минуту, едва сдержалась, чтобы не заржать, увидев выражение лица шефа. Так, последние детали. Яркий французский шарфик на шею придал Дангулову немного утонченности, уложенные при помощи геля волосы – томности. Но от последнего штриха Влад буквально отшатнулся.

– Ты что, реально меня красить собралась?

– Самую чуточку! – умоляюще посмотрела на него Ника.

– Но не на работе же!

– Хм… Ты прав, – согласилась девушка. Вряд ли охранник оценит директора компании с помадой на губах. Хотя… Кто его знает? Но этот штрих она все-таки добавила уже сидя в машине возле клуба – легонько прошлась кисточкой по его губам, придавая им более темный, но естественный оттенок. Конечно, знатоки сразу распознают, но ей ведь это и надо.

– Какая ж ты все-таки вредина, – пробормотал Влад, пока его разукрашивали.

– Не вертись! – Ника подняла на него серьезный взгляд. – А то помада еще на щеках окажется.

И сама слегка смутилась. Их разделяло буквально сантиметров десять, и Вероника явственно видела собственное выражение в синих глазах. Темные, бездонные, окаймленные черными ресницами, она искренне считала их преступлением против природы – не должно быть у парня таких глаз. Не должно и все.

– Ника-Ника, – покачал головой Дангулов, и девушка словно очнулась:

– Ну что, красавчик? Теперь ты готов покорять мир! Этот клуб уж точно, – подмигнула она и услышала в ответ лишь обреченный стон.