Текст книги "Золотые мальчики (ЛП)"

Автор книги: Никки Торн

Соавторы: Никки Торн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)

Глава 13

УЭСТ

– Объясни еще раз, почему мы должны проводить там этот прекрасный субботний вечер? – спросил Стерлинг, надевая пару совершенно новых кроссовок.

– Какая разница, почему? Просто подумайте о фотосессии, – вклинился Дэйн, ответив на вопрос Стерлинга раньше, чем я успел.

И совсем не так, как бы на него ответил я.

Джосс закатила глаза, сидя в кресле под моим окном, и покачала головой на тщедушный зад Дэйна.

– Ты принимаешь какие-нибудь другие жизненные решения, не думая о селфи? – спросила она.

Глядя на себя в зеркало снизу-вверх напротив моей кровати, Дэйн разгладил брови.

– Я должен давать людям то, что они хотят, – поддразнивал он, зная, что это заденет Джосс.

Так и произошло. Она встала, запустила обе руки в джинсовые шорты, решив, что мы ей уже надоели.

– Я спущусь в машину, когда вы, три примадонны, закончите готовиться к балу, – сказала она с игривым вздохом. – Не быть самой красивой девушкой в комнате, уже порядком надоело.

Мы посмеялись, но в тот момент, когда она прошла в зал, глаза Дэйна с вожделением смотрели на нее в этих крошечных шортиках, впитывая все это зрелище.

– Я не знаю, почему бы тебе просто не сделать это наконец, – сказал я со вздохом.

Он снова стал перед зеркалом, поправляя воротничок.

– Все просто, – объяснил он. – Я отказываюсь быть тем засранцем, который испортит что-то настолько идеальное.

Его честность застала меня врасплох, и я сделал паузу, закатывая рукава черной рубашки на пуговицах до локтей.

– Чёрт возьми. Я думаю, это самая правдивая вещь что ты когда-либо говорил.

– Что чертовски печально, – вклинился Стерлинг, засовывая бумажник в карман своих джинсов.

И вот, мы готовы.

Я гашу свет в пентхаусе, пока мы идём к лифту. Только когда двери закрылись, и мы оказались внутри, Стерлинг вернулся к своему предыдущему вопросу.

– Итак, мы снова прозябаем в трущобах на дерьмовой стороне города по… какой причине? Извините, просто все еще пытаюсь разобраться в этом.

Я прислонился спиной к стене, пока мы спускались на двадцать с лишним этажей.

– Потому что мне нужно передать сообщение, – объяснил я. – Нельзя, чтобы Южанка думала, что сможет сбежать от меня. Она должна знать, что я буду везде, пока я не скажу, что с нее хватит. На ее работе, в ее доме, везде, – добавил я.

Я не упоминал об этом, но появиться и снова вывести ее из себя, служило второстепенной целью. Первоначальной было исправить тот сбой, который произошел прошлой ночью, когда я прикоснулся к ней. Мне просто нужно вспомнить, как мне нравится видеть ее сломанной, и все будет в полном порядке.

Мои братья молчали, вероятно, потому что я никогда не был таким мрачным. Но если бы они знали, что я нашел, знали, что я видел в прошлом, они бы тоже были в ярости.

Между мной и моим отцом есть скрытая история, информация, которой владеем только мы двое.

Ну, мы и та шлюха, с которой я застал его ровно десять лет назад.

Он всегда был неравнодушен к молоденьким блондинкам, и то, что я увидел Блу в его телефоне только доказывает, что он не изменился. Единственное отличие было в том, что, когда я поймал его на измене, я не был достаточно взрослым, чтобы что-то с этим сделать.

Сейчас же, я мог разломить душу его новой завоевательницы на две части.

– Ты не сможешь победить противника, пока не узнаешь, что заставляет его жить, – объяснил я. – Так что, отвечая на твой вопрос, именно за этим мы и идем сегодня вечером. Как только я узнаю, что для нее важно… я смогу ее сломить – добавил я.

И если это еще не ясно, я собираюсь насладиться этим дерьмом.

Глава 14

БЛУ

Музыка, танцы, вкусная еда.

Уличные ярмарки южан никогда не разочаровывают.

Заглядывая в будочку с выпечкой Скар и Шейна со стула на лужайке, я рассматривала сверкающие огни, которые зигзагами переходили с одной стороны улицы на другую.

Они ярко горели на фоне темного неба. Соседский комитет аккуратно развесил их только сегодня днем, взяв на себя задачу сделать праздник в этом году немного более праздничным, чем в прошлом.

Гирлянды, нанятые клоуны и художники, профессиональный диджей в конце улицы. В основном он играл хип-хоп 90-х и начала 2000-х годов, что заставляло соседей танцевать под светом фонарей. Молодых и старых. Всех рас.

Над этим пришлось потрудиться, и это видно.

– Уберите это от меня, – скривилась я, отворачивая лицо, когда Джулс подпрыгнула к столу с последней партией печенья с арахисовым маслом из своей духовки. Она вызвалась испечь их для Скар, так как приготовление их в доме может для меня плохо закончиться.

– О, расслабься, – дразнила она. – Я даже вытерла внешнюю сторону контейнера и вымыла руки, прежде чем прийти сюда, так что…

Она взяла мое лицо и крепко поцеловала меня в лоб.

– Прекрати! Я знаю много-много мест, где побывали эти губы! – пошутила я.

Она игриво пихнула меня, и я сделала то же самое с ней, когда она заняла место рядом со мной.

– Надеюсь, мы сделали достаточно, – хмыкнула Скар, осматривая несколько дюжин печенья и пирожных, над которыми она трудилась вчера вечером, а также большую часть этого утром и днем.

– У нас гораздо больше, чем в прошлом году, – уверял ее Шейн. – Ты заработаешь кучу денег. Я подняла взгляд на его глубокий голос.

Он уже не похож на ребенка, что казалось странным, учитывая, что я знаю его всю жизнь.

Год за годом он становился все больше похож на своего старшего брата – черные волосы, убийственные серые глаза и ямочки, которые заставляют меня бояться за целомудрие моей сестры. Господь свидетель, что я с радостью позволила его брату разрушить мое целомудрие. Шейн тоже стал высоким, возвышаясь над Скар на несколько дюймов. Они смеялись вместе, как невинные друзья, но я уже проходила этот путь однажды с братом Руиса, и мы все знаем, чем это закончилось.

– Все вышло идеально, – радовалась Джулс, оглядывая вечеринку. – Мистер Хуанг даже купил надувной домик.

Я проследила за ее взглядом, когда она указала на длинную очередь детей, ожидающих возможности попрыгать на большом надувном замке, который находился через несколько домов.

– От количества микробов в этой штуке мне хочется искупаться в чане с отбеливателем, – пошутила я, на что получила закатывание глаз. – Серьезно, это просто вспышка стригущего лишая, которая только и ждет, чтобы случиться.

– Ты пессимист.

– Реалист, – ответила я.

Ее телефон зазвонил, и я больше не привлекала ее внимания.

– Сейчас все станет по-настоящему интересным, – сказала она с улыбкой. – Группа ребят с северной стороны направляется сюда. Пандора весь день писала о вечеринке в квартале.

Я не пропустила ее сообщения, как и то, что мой ник был указан в большинстве из них.

Хотя некоторые могут утверждать, что она просто пытается добиться единства между их и нашей сторонами, я считаю иначе. Как будто мы, жители южной стороны – это что-то вроде уродцев, экспонат для богатых, на который они приходят поглазеть на несколько часов, а потом вернуться домой в свои особняки.

Излишне говорить, что я надеюсь слиться с толпой сегодня вечером, пролететь под радаром всех из академии Сайпресс.

– Это место занято?

Я подняла голову и увидела Рикки, который смотрел на меня с той же убийственной улыбкой, которой его брат любит озарять мою сестру.

– У нас свободная страна, – ответила я, что вызвало у него смех, удобно устроившись рядом со мной.

– Тебе понадобился целый день, чтобы придумать это? – поддразнивал он.

Прошла целая неделя с тех пор, как мы разговаривали, тогда все закончилось не на хорошей ноте, но именно благодаря ему у нас есть электричество. Я слегка улыбнулась, когда он подтолкнул меня своим коленом, хотя я не хотела этого.

Позади нас со скрипом открылась дверь моего дома, и я даже не повернулась, чтобы посмотреть, кто шатается снаружи.

Чёртов Майк – Дорогой Папочка.

– Может, если мы не будем смотреть ему прямо в глаза, он уйдет, – пошутила Джулс, затаив дыхание, что заставило меня подавить смех.

– Я пытаюсь делать это уже много лет. Не помогает, – прошептала я в ответ.

– Если собираешься сказать какую-то хрень, делай это перед другим домом, – проворчал Майк, частично заглушив слова сигаретой, висящей у него на губах.

Его зажигалка щелкнула несколько раз, и я не смогла удержаться от желания устроиться перед другим домом.

Когда я наконец повернулась, в поле моего зрения попала высокая, стройная фигура, в тех же джинсах и свитере, в которых он ходил последние четыре дня. Его пальцы перебирали его вьющиеся волосы длиной до плеч, пока он осматривал улицу и хмурился.

– Чертова музыка такая громкая, что дребезжит в окнах, – успел вымолвить он, прежде чем противный кашель подавил его слова.

Он подошел к будке Скар, и я сразу же насторожилась. Конечно, он протянул свою грязную руку к печенью, и мне это не понравилось.

– У тебя есть доллар? – спросила я, поднимаясь на ноги и глядя ему в глаза. – Потому что только так ты сможешь забрать что-нибудь с этого стола.

Его ненавидящий взгляд упал на меня, и я вернула ему его обратно.

– Откуда, черт возьми, по-твоему, взялось это дерьмо? Из моей чертовой кухни, – заявил он, заставляя мою кровь кипеть.

– Майк, ты годами не тратил ни цента на продукты, и мы с тобой оба это знаем, – прорычала я – Так что, если ты не заплатишь, ты ничего не получишь.

И я сказала это со всей силой. Все, что он когда-либо делал, это брал, и я отказываюсь позволить ему принизить то, что Скар делает здесь сегодня. Чтобы как минимум помочь со счетами.

Между нами наступает долгое, напряженное молчание, и я готова нанести ему удар кулаком, если он дотронется хоть до одной шоколадной крошки.

Его взгляд снова скользнул к товарам Скар, а затем ко мне.

– Ты прямо как твоя мать, ты знаешь это? – спросил он. – Сука мирового класса.

Он развернулся, чтобы уйти, и, даже не задумываясь о своих действиях, я бросаюсь на него. Если бы не рука, поймавшая меня за талию, я сбила бы Майка прямо на его пьяную задницу.

– Эй, эй, эй, – сказал Рикки мне на ухо, прижимая мою спину к своей груди, пока Майк снова не проник внутрь дома. – Ты знаешь, он всегда говорит не всерьез. Он забудет все, что сказал, когда протрезвеет.

Но проблема была в том, что я никогда не забываю. Я ношу с собой каждую ненавистную вещь, которую он когда-либо сделал или сказал, ношу с собой, как старый чемодан, отягощающий меня.

– Я в порядке, – огрызнулась я, вырываясь из рук Рикки.

Но он знал, что я злюсь только на отца, а не на него.

Скар пыталась притвориться, что выходки нашего отца не повлияли на нее, но я знала лучше. Я понимаю, что Шейн тоже знает об этом, когда мой взгляд опустился вниз, туда, где его рука соединилась с рукой моей сестры.

– Почему бы нам не прогуляться, пока ты не остынешь?

Рикки едва успел высказать это предложение, как Джулс согласилась.

– Ага, идите. Я присмотрю за детьми.

– Мы не дети, – простонала Скар.

– Ты такая, как я скажу, – поддразнивала Джулс тем же тоном.

Я чувствую жар во всем теле, меня переполняет гнев, когда я смотрю на дом. Зная, что он внутри, мне хочется сжечь все к чертовой матери дотла.

– Знаешь, что лучше прогулки? – спросил Рикки. – Танцы.

Я запрокинула голову назад.

– Ни в коем случае.

Даже когда я запротестовала, он потащил меня на улицу, ближе к гигантской колонке, установленной диджеем. Поскольку я отказалась двигаться, Рикки взял меня за руки и заставил меня неуклюже раскачиваться в такт. Это был лишь вопрос времени, когда я не выдержу и начну смеяться.

Я встретила его взгляд, и негативная энергия начинала сгорать. Он часто оказывал на меня такое воздействие. Кажется, он заметил, что мое настроение улучшается, и опустил мои руки, положив свои на мою талию.

Это слишком. Прямо через чур.

– Мы должны вернуться, – я говорю непринужденно, но в данный момент это совсем не так.

Он ухмыльнулся и притянул меня еще ближе, чтобы сказать поверх музыки.

– Почему? Потому что твой парень наблюдает за нами?

Сначала я не поняла, о чем он, но потом, когда я провела взглядом вокруг нас, я сложила два плюс два.

Мальчики Голден.

Они расположились на другой стороне улицы, но Дэйн и Стерлинг были сосредоточены на своем собственном разговоре с Джосс и несколькими игроками из команды. Однако не было никаких сомнений в том, кто привлек внимание Уэста.

Везет же мне.

Глава 15

БЛУ

Жутко мрачный взгляд Уэста прожигал меня насквозь.

Я не могла от него убежать.

Напряжение в его челюсти, резкое раздувание ноздрей – все это лишь дополняло то, что я уже знала. Он все такой же злой, как и в первый раз, когда наши пути пересеклись.

И даже зная это, я смотрела на него по-другому. Не с тех пор, как мы поцеловались.

Ощущение влажного тепла его рта, накрывшего мой, его вкус… Я не могла избавиться от воспоминаний. Поверьте, я пыталась выбросить это из головы, потому что я точно знаю, с кем имею дело.

Но это оказалось легче сказать, чем сделать.

Он не соседский мальчик и не тот, кому доверишь свое сердце. Уэст Голден – это дьявол в дизайнерских джинсах, со всем обаянием настоящего психопата.

И все же, даже несмотря на всю ненависть к нему, клянусь, я чувствовала его рядом с собой.

Как призрака.

– Мне уйти? – Рикки был не из тех, кого легко запугать, поэтому я знала, что он спрашивает только потому, что думает, что я этого хочу.

– Все в порядке, – ответила я непринужденно, но по позвоночнику пробежали мурашки, когда мои глаза встретились с глазами Уэста. Так сильно, что я быстро отвернулась.

– Ты уверена в этом? – добавил Рикки с весельем в тоне, – Потому что он идёт сюда.

Чёрт.

Я снова повернула голову в ту сторону, и тихий, внутренний вздох прошипел в моем горле. И все потому, что эта уверенная походка Уэста, ритмичные наклоны и покачивания его широких плеч, привели его прямо ко мне.

– Ну что… развлекаешься, Южанка?

На его губах играла наглая ухмылка, когда он засунул обе руки в карманы.

Сначала он посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на Рикки. Но обычный ярко-зеленый цвет его глаз казался потемневшим, когда они встретились взглядом.

Мои пальцы сжались в кулаки, которые лежали на плечах Рикки, но мы больше не танцевали. Казалось, он почувствовал, что мне очень некомфортно в данный момент, и понял это совершенно неправильно. Боюсь, он думает, что я беспокоюсь о том, что у Уэста сложится неправильное впечатление о нас, хотя мне, честно говоря, на это наплевать.

– Я… я пойду проверю Шейна и Скар, – предложил Рикки, но что-то в его тоне было не так.

В отличие от большинства парней в присутствии Уэста, Рикки не показывал никаких признаков потрясения, что означает, что он отступает только ради меня. Благодаря ошибочным постам Пандоры, весь мир – те, кто живет вне круга Уэста, во всяком случае – кажется, думает, что я его собственность.

Что определенно было не так.

Между двумя парнями прошел напряженный взгляд, но затем Рикки повернулся и пошел к моей лужайке, не оглядываясь. Мой взгляд снова устремился на Уэста, и я надеялась, что он мог почувствовать ненависть, пылающую во мне.

– Почему ты здесь? – практически прорычала я.

– Это твой новый мальчик-игрушка? – он наклонил подбородок в сторону Рикки, задавая вопрос сквозь стиснутые зубы. В этот момент я заметила, что не полностью владею его вниманием, его занял Рикки.

– Тебе здесь не место, – огрызнулась я.

На меня упал яростный взгляд.

– В чем дело, Южанка? Неприятно, когда кто-то прокладывает себе путь в твой мир, не так ли?

Я ненавижу его. Я имею в виду, абсолютно ненавижу его. Всем своим сердцем.

Оба кулака сжались по бокам, и, во второй раз за сегодняшний день, я захотела ударить кого-нибудь.

И тут меня что-то осенило. В отличие от школы – королевства Уэста – здесь мне не нужно терпеть это дерьмо. Я могу уйти, что я и сделала.

Он, кажется, не понял намека, когда я начала отдаляться от него, потому что он пошел за мной по пятам. Я вышла на тротуар, и в ту же секунду, как только Скар заметила, кто меня преследует, все ее лицо озарилось.

Джулс заметила его и остановилась на середине жевания, чтобы посмотреть на Уэста, оставив кусок печенья, свисающего с ее губ. Я вспомнила кое-что из того, что она сказала ночью у костра. Что-то о том, что она готова растоптать собственную бабушку ради возможности оседлать его?

Очевидно, я единственная, которая этого не хотела.

– Это твой дом? – голос Уэста был глубоким и тихим, когда он наклонился ближе, чтобы спросить, позволяя своей груди удариться о мое плечо.

Недовольная, я оттолкнула его в ответ, что только заставило его рассмеяться. Но потом мои глаза закрылись, потому что я поняла, что я только что сделала в своем отчаянном стремлении уйти от него.

– Нет, – соврала я. – Просто соседский дом.

Он больше ничего не сказал, и я не приложила никаких подробностей, кроме этих.

Надеюсь, он купился.

– Брауни? – голос Скар был звонким и бодрым, когда она ухмыльнулась дьяволу.

Он, конечно же, впитал все это.

– Конечно. Сколько?

Скар отмахнулась от него, как я и знала.

– Для тебя бесплатно.

Мы с Шейном оба бросили на нее взгляд.

– Она хотела сказать, пять баксов, – вмешалась я, бросая стервозную улыбку в сторону Уэста. Он может позволить себе доплату.

Уэст улыбнулся в ответ, и это действовало мне на нервы. Без протеста он достал бумажник и опустил стодолларовую купюру в аквариум, куда Скар складывала свои доходы.

– Это все? – спросил Уэст.

Глаза Скар расширились, и я возненавидела мысль о том, что она боготворит его. А также мысль о том, что он завоевал еще одного члена моей семьи.

– Боже мой! Ты потрясающий!

Прежде чем я успела остановить ее, она обошла стол и обняла Уэста вокруг его талии.

Удивленный нападением, он легонько обнял ее в ответ.

– Кстати, я Скарлетт, – откровенно поделилась она. И вот так, хрупкая ложь, которую я сказала, разлетелась к чертям. Теперь он ни за что не купится на то, что я здесь не живу.

– Скарлетт, – повторил Уэст, глядя прямо на меня. – Это твоя сестра, верно?

Он это помнит, с тех пор как я по глупости рассказала ему слишком много о своей жизни после ориентации. До того, как я узнала, что он – сам дьявол.

Я не ответила. Мой единственный ответ был – обжигающе горячий взгляд.

– Ага! Единственная и неповторимая, – радостно подтвердила Скар, убирая розовые пряди за уши, возвращаясь на свой пост.

Она пыталась вести себя спокойно, но я знаю свою сестру. Она готовится ляпнуть что-нибудь, и я чувствовала это за милю.

– Так… вы двое, типа, встречаетесь? – в ее глазах было столько надежды, от одной только мысли, что я встречаюсь с кем-то, кого она приравнивает к знаменитости. – Я спрашиваю только потому, что так думает Пандора.

Конечно, она думает…

Боковым зрением я заметила момент, когда Уэст окинул меня хитроватой ухмылкой. Прямо перед тем, как он ответил на неудобный вопрос моей сестры.

– Да, – солгал он. – Можно и так сказать.

Мое сердце опустилось в желудок, и мое внимание мгновенно переключилось на Рикки, который все подслушал. Я постаралась пресечь слухи Пандоры, когда он впервые спросил об этом, а затем, когда мы танцевали.

Только теперь, когда Уэст открыл свой рот, я уверена, что Рикки считает меня лгуньей.

Потрясающе.

Рикки повернулся лицом к улице, вместо того чтобы посмотреть на меня. Он был зол, и я видела это по его лицу.

Моя кожа ожила от ощущения горячих пальцев, скользящих по моей спине. В том месте, где соприкасались мои шорты с высокой талией, и футболка… которую я завязала узлом на ребрах. Уэст притянул меня к себе плавным движением, которое прижало меня к его твердому телу.

На секунду я забыла, что ненавижу его, но эти чувства тут же вернулись, обратно, когда он посмотрел на меня сверху вниз.

– Ты что-то говорила о том, чтобы показать мне свою комнату, не так ли? – он подсунул вопрос так ловко, что мне пришлось попросить повторить вопрос.

– Что? Я…

Прежде чем я успела сформулировать ответ – который должен был бы быть звучным: Черт возьми, нет! – его рука опустилась в мой задний карман, и меня повели к моей входной двери.

Не устраивай сцену, Блу. Ты можешь ударить его, как только переступишь порог, но не надо… устраивать… сцену.

Я все еще не забыла угрозу Уэста, прозвучавшую накануне вечером. Бросить вызов перед его братьями было достаточно, чтобы возбудить разговоры о сожжении закусочной моего дяди. Я могла только представить, насколько хуже будет его реакция, если я взбешу его прямо здесь, на глазах у всех.

Страх перед тем, как далеко он зайдет – это все, что удерживало меня от того, чтобы сломать руку, сжимающую мою задницу, пока моя сестра и друзья смотрели, как он идет за мной в дом.

Как только я закрыла за нами дверь, я сильно толкнула его. Я чувствовала такое удовлетворение, когда его спина ударилась о стену, что задребезжали картины, висящие у окна.

Но он был совершенно невозмутимым и смеялся.

– Чувствуешь себя лучше, сделав это?

– Что, по-твоему, ты делаешь? Зачем ты им солгал? – вклинилась я, полностью игнорируя его язвительный комментарий.

Он отошел от стены и поправил рубашку, глядя на меня вниз.

– Я думаю, мне лучше спросить почему ты не поправила меня.

Я залилась яростью.

– Ты думаешь, я не знаю, чем бы это закончилось?

Улыбка на его лице расширилась, но стала лукавой.

– Вижу кто-то учится, – пропел он, похоже, довольный идеей того, что я наконец-то поняла свое место.

– Поздравляю! – прокричала я. – Ты богат, я бедная. Весь город на твоей стороне, а я для тебя – ничто. Я поняла тебя, придурок.

После этих слов я скрестила руки на груди и не могла даже посмотреть на него.

Именно тогда, в этот момент тишины, я оглянулась вокруг. Это место – сплошная разруха. Скар провела весь день за выпечкой, пока я работала на утренней смене с Дасти.

Не было времени на уборку, и, честно говоря, на школу, работу, и журналистский клуб всю неделю, прошло больше нескольких дней с тех пор, как кто-то здесь убирался.

Разочарование, которое преобладало в моем настроении минуту назад, сменилось чем-то другим.

Смущением.

От старого дивана, который прогнулся посередине – благодаря многим ночам, когда Майк предпочитал спать на нем вместо своей кровати, до коллекции пустых пивных банок и переполненной корзины для белья, до двух дыр размером с кулак дыры в стене от недавнего эпизода, когда мой отец не смог контролировать свою вспыльчивость.

Уэст прокладывает себе путь в те сферы моей жизни, куда я не позволяю входить людям, которым доверяю, не говоря уже о моем враге.

– Просто… уходи, – тихо сказала я, чувствуя, как груз стыда удерживает меня на месте. Я могла только представить, что он расскажет в школе обо мне, о моем доме.

Прежде чем он успел сказать что-то гадкое, дверь скрипнула по коридору, и мой желудок резко упал вниз.

– Из-за чего весь этот чёртов шум?

Майк пошатывался еще больше, чем когда он вышел, чтобы терроризировать нас у входа в дом. Значит, с тех пор он выпил еще бутылку или две.

– Ничего, Майк, – сказала я как можно тверже, но мой голос был тише обычного, напряженный. – Уэст как раз собирался уходить.

По крайней мере, я надеялась, что это так.

Особенно когда я осознала знакомое жжение в глазах. То, которое обычно означает, что слезы уже на подходе. Я не могла придумать ничего хуже, чем дать кому-то, кто видит меня слабой, кто считает, что владеет мной, шанс увидеть, как я плачу.

– Я думал, что сказал вам, сучки, не пускать никого из этих чертей, которых вы называете друзьями, в мой чертов дом. Ты тупая или что?

Я уже давно отвыкла от оскорблений отца, от его безразличия по отношению ко мне и моей сестре, но особенно больно, когда со мной обращаются таким образом в присутствии Уэста. Того, кто уже считает меня никчемной.

Полагаю, я ответила недостаточно быстро для Майка, потому что следующим движением он пробрался через гостиную, направляясь прямо ко мне.

Удивительно, но он никогда раньше не бил никого под этой крышей, поэтому я не готовлюсь к столкновению, но… не Уэст.

Полагаю, что это своего рода защитная реакция, он внезапно встал между мной и Майком. Как крепость, защищая меня от надвигающегося шторма. Потрясенная и очень смущенная, я не знала, что делать или говорить. Поэтому я молча наблюдала за тем, как эти двое сцепились в яростном поединке.

– Попробуй, парень, – ворчал Майк, едва ли достаточно трезвый, чтобы стоять на ногах.

Уэст непоколебим, но его бицепсы напряглись, когда он приготовил кулаки. Просто на всякий случай, я думаю.

– Вам лучше отойти, – холодно предупредил он моего отца. – Может, пойти поспать пока вы не сделали то, о чем потом пожалеете… сэр.

Майк не очень-то жалует угрозы, но я увидела, как вежливый и в то же время строгий тон голоса Уэста сбил его с толку. Он, конечно, не единственный, кто не понимает, что происходит.

Кажется, они зашли в тупик, ни один из них не произнес ни слова в течение нескольких секунд. Но затем, дополняя этот безумный поворот событий, Майк отступает. Да, он ворчит и ругается про себя, но все это он делает, пока медленно идет обратно в свою спальню.

В комнате между мной и Уэстом повисла неловкая тишина, пока я не оторвала взгляд от его спины. С каждым глубоким вдохом его плечи поднимались и опускались. Но он все еще не повернулся ко мне лицом.

Может быть, он не может.

Рухнула стена, которую он не собирался опускать. Никогда. Но что сделано, то сделано, и я знаю, что он только что заступился за меня. Если бы сейчас вмешался кто-то другой, я бы без колебаний выразила свою благодарность, поблагодарила их, но… не его.

Никогда.

Вместо этого, мне было чертовски горько, что он залез в эту часть моей жизни, увидел темные стороны, которые я скрывала любой ценой.

В ярости я смогла вымолвить только одно слово.

– Уходи.

Я не жалела о холоде в своем тоне. Ни капельки. Он не имел права находиться здесь.

То, что могло бы быть актом доблести, выглядело как вторжение в личную жизнь и я хотела, чтобы он ушел.

Открытие входной двери дало понять, что я имела в виду то, что сказала. И я затаила дыхание, пока Уэст не прошел мимо меня, даже не пытаясь посмотреть мне в глаза. Затем он спустился по ступенькам моего крыльца, надеюсь зная, что лучше сюда больше не возвращаться.

***

@QweenPandora: Подождите… КРАСНАЯ тревога: Парни, прячьте своих дам, если собираетесь их сохранить. Похоже, в игре появился новый игрок. Мои источники назвали это воплощение сексуальности – Рикки Руисом. Однако его официальное, выданное Пандорой, прозвище скажет вам все, что нужно знать о нем – ГоРяЧий ЗвЕрЬ.

Если мои уличные наблюдения верны, похоже, он уже нацелился на приз. Скорее всего…на приз, подходящий для королевских особ северной стороны.

Я о тебе, КорольМидас.

Дам небольшой дружеский совет для нашего любимого квотербека: возможно, пришло время направить ту энергию, которую ты приносишь на поле, в другое русло, потому что мы видим – у Новенькой есть запасные варианты. И поскольку моя работа – выражать свое абсолютно беспристрастное мнение, я выскажу его.

Король, возможно, уже упустил свой шанс.

Увидимся позже, подглядываю за вами.

– П