Текст книги "Золотые мальчики (ЛП)"

Автор книги: Никки Торн

Соавторы: Никки Торн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

– С кем ты, черт возьми, разговариваешь? Я не обязана это слушать, – слова покинули мой рот с дрожью. И когда я попыталась сделать шаг, чтобы уйти от них, Уэст остановил меня, хватая за руку. Его хватка была сильная, но не болезненная.

Тем не менее, я прекрасно осознала его силу.

Дэйн и Стерлинг обошли его с флангов, глядя на меня, но ни один из них не вымолвил и слова. Мой взгляд перешел с них на Уэста, когда я прижалась спиной к кирпичной стене, а затем меня закрыли его большие руки по обе стороны от моей головы. Он внушал страх не только ростом, но также и своим присутствием, которое я не смогу забыть, пока он вторгнут в мое личное пространство. Они основательно загнали меня в угол, и я это возненавидела.

– Ну же, Южанка, – грубо сказал он мне, как будто это мое имя. – Не могу винить себя за свое любопытство, как кто-то из самой задницы Сайпресс Пойнт может позволить себе эту школу. Итак, если твои родители не ограбили банк, то ты, должно быть, сама нашла деньги, – он подошел ближе, и с каждым вздохом я прижималась грудью к его груди. – У кого ты отсосала, чтобы получить такие деньги?

Я была эмоционально ранена этими жестокими словами, и тем, что это все еще настолько было невозможно, что он отвернулся от меня, и я не знала, как это переварить. Я не ожидала такого. Совсем не ожидала. Ярость в чистом виде просочилась в мои вены, но я погасила ее, когда вспомнила, как меня с трудом пропустили через кованые железные ворота перед входом. То, что я на испытательном сроке, значило, что я не могла выйти за рамки, что я не могла дать этому ублюдку по заслугам. Я попала в ловушку в прямом и переносном смысле, и это был полный отстой.

– Все, что тебе нужно знать, это то, что я здесь не за твой счет, придурок.

– Уверена в этом? – он был так близко, что жар его дыхания коснулся моих губ.

Мое сердце бешено колотилось. Только, на этот раз, это не из-за ошибочной влюбленности, из-за которой я попала в эту переделку – те чувства так давно прошли, что я была готова поклясться, что у меня их вообще никогда не было. Теперь оно пульсировало в моей груди, потому что моя кровь внезапно вышла из-под контроля.

– Что, черт возьми, это значит?

– Это значит, что в такой большой школе много слепых зон, – предупредил он. – Много мест, где кто-то, кому здесь не место, может попасть в неприятности.

Откуда взялся этот гнев?

Все мое тело, с головы до ног, дрожало. Я ничего не сделала ни им, ни кому-либо другому. Неужели мое присутствие здесь было таким оскорблением? Неужели присутствие кого-то, кто не родился с серебряной ложкой во рту, так сильно их оскорбило?

Оба кулака сжались у меня по бокам, и у меня возникло искушение пустить их в ход, но потом я вспомнила о Скарлетт. О том, как в прошлом году я опустила руки, потому что все было так запущено, и теперь я не могла упустить этот шанс. Мне нужно было, чтобы все получилось. Я должна быть уверена, что сделаю все возможное, чтобы дать моей сестре ту жизнь, которую она заслуживает. Ту жизнь, которой наши дрянные родители лишали нас до сих пор.

Поэтому я расслабила руки и позволила им упасть.

Уэст увидел, как борьба покидает мое тело, и я знаю, что он улыбнулся, потому что принял это за признак слабости. Я заставила себя плотнее прижаться к стене, предпочитая, чтобы лучше грубые камни царапали заднюю поверхность моих бедер, чем быть ближе к нему.

– Я слышал всякую хрень о девушках из твоего района. Ходят слухи, что вы сделаете практически все, если вам заплатят. Это правда, Южанка? Потому что у меня есть несколько долларов в кармане, если ты не против.

Его взгляд стал злобным, в нем тлела ложная ненависть. Но сейчас я наполнилась собственной злобой.

– Вот что я тебе скажу, – прорычала я, чувствуя, как скрипят мои зубы, когда я говорила, – если ты сможешь как-нибудь найти свой короткий член, посмотрим, что будет дальше, придурок.

Он практически пыхтел мне в лицо, ярость горела в его глазах.

– Тебе бы это понравилось, не так ли? – рявкнул он в ответ, наклоняясь еще больше, пока его губы не коснулись кончика моего уха. – Но предупреждаю: единственное, что во мне есть короткого – это мой запал. Проверь меня, если хочешь.

Мое дыхание дрожало, и я знала, что он это чувствует, а я это ненавижу. Я не боялась его, но я боялась за себя. Семестр еще не начался, и я не могла начать год, доказывая, что они все правы, доказывая, что то, откуда я родом, автоматически означает, что у меня проблемы.

Я видела, какой силой обладает Уэст здесь, с каким благоговением к нему относятся все, кто проходит мимо нас. Что, если эта сила распространялась не только на студентов, но и на учебный персонал?

Я достаточно повидала мир, чтобы знать, как это все работает. Чеки семей этих детей – это фундамент, на котором строятся подобные школы. Богатые, влиятельные, они защищают своих. Его слово против моего. Я не могла так рисковать.

– Вот та-а-ак. Успокойся, и веди себя как хорошая маленькая сучка, – прорычал он на моей шее. Его глубокий тембр низкий и ровный, спокойный, потому что он знает, что держит меня там, где хочет.

– Я никогда под тебя не прогнусь, – задыхалась я. – Никогда. Даю тебе слово.

Это вызвало у него мрачный смех, и его вес прижался ко мне еще сильнее, пока я не почувствовала его всего.

– Никогда не говори никогда. У нас впереди целый год. Всякое может случиться.

Он был прав, и я знала, что я в меньшинстве, но не в моей природе сдаваться. Моя гордость – это последнее, что у меня осталось, что хоть чего-то стоит. Я чувствовала, как его длинные, горячие пальцы обхватили мое горло. Затем, когда они сжались на нем, он отпустил меня.

– Увидимся, Южанка, – обманчиво сладкая улыбка растянулась на его губах, когда он отступил назад, добавляя зловеще произнесенное: —…Добро пожаловать в школу Сайпресс.

***

@QweenPandora: Слухи подтвердились. В кампусе академии Сайпресс появилась новая ошеломляющая блондинка. Новенькую впервые заметили несколько месяцев назад на костре в Беллвью. Согласно моим источникам, ее снова видели сегодня с удостоверением академии Сайпресс. На этом домыслы не заканчиваются. Ее также видели в сопровождении «Золотого трио», и один из братьев казался по особенному влюбленным. Может быть, в этом году наконец-то король остепенится? Но давайте не будем заранее надеяться на это.

Увидимся позже. Подглядываю за вами.

– П

Глава 6

БЛУ

Включенное радио не помогает заглушить мысли, и я уверенна миссис Левинсон со мной согласится. Она наблюдала за моими бросками со своей беседки, и мне не нужно было смотреть в ее сторону, чтобы убедиться, что она не довольна громкой музыкой. Так оно и было.

Обычно я была более внимательной, но я все еще в ярости. Такой же сильной ярости, как и тогда, когда я стояла лицом к лицу с этим ублюдком. Всеми тремя ублюдками, вообще-то.

Невероятно, что такие люди существуют на свете.

Мяч спрыгнул с кончиков моих пальцев и срикошетил от обода. Уэст испортил даже мой бросок.

Еще одна причина ненавидеть этого мудака.

– Черт, Блу. Твой палец все еще сломан или что? Это было ужасно.

Не поворачиваясь, я узнаю этот голос. Когда я вздыхаю, это вызывает у него смех.

– Чего… ты хочешь, Руиз?

– Ты называешь меня так, только когда злишься, но это невозможно. У меня не было возможности разозлить тебя, учитывая, что ты игнорировала меня месяцами.

Я бросила мяч и… снова промахнулась, бормоча несколько слов под нос.

– Ты явно не понял намека, – сказала я вслух, перекатывая мяч между ног.

Сорняки, прорастающие сквозь трещины в цементе, делали это более сложным, чем должно быть, но у меня хорошая хватка. Надеюсь, скоро я найду свой ритм.

– Ну, а если я скажу, что пришел с подарками? Это изменит твое мнение?

– Зависит от того, что это будет, – я почти повернулась в любопытстве.

Мне следовало бы просто сказать ему, чтобы он убирался прочь, но сегодня я была не в себе по понятным причинам.

– Я сказал тете, что заеду сегодня, чтобы поговорить, и что мне нужно сначала задобрить тебя. Так что она приготовила тебе это.

Он знал, что еда его тети Карлы – моя слабость. Когда мы были детьми, она пекла торты на каждый мой день рождения, потому что Рикки никогда не забывал, когда он наступает.

Решив удовлетворить его просьбу, я повернулась к нему лицом и тут же пожалела об этом.

Один взгляд, и я вспомнила, почему я держала его подальше. С глаз долой, из сердца вон.

Я также вспомнила, почему впустила его в дом той ночью чуть больше года назад. Он зашел повидаться с Хантером, но дома была только я. Не было ничего необычного в том, что он остался, чтобы составить мне компанию, поэтому я все же впустила его. Однако в какой-то момент в нашей невинной дружбе все стало между нами… странным.

Короткие объятия, похожие на объятия брата и сестры, которые мы иногда разделяли, начиная с начальной школы, стали длиться немного дольше. Потом был «случайный» поцелуй, когда мне было четырнадцать, а ему шестнадцать. Затем, другой случайный поцелуй два года спустя. Следующее, что я знала, это то, что моя девственность была присвоена Риком, и после первого раза, было еще много раз.

Типа… очень много раз.

Да, определенно не стоило оборачиваться.

Он был все таким же привлекательным, как и тогда, когда я начала его избегать.

Его темные, густые волосы были свежо прилизаны, и он отрастил низкую козлиную бородку. Ему было к лицу, что мне неловко было признавать. Приталенная футболка и темные джинсы выглядели такими же новыми, как и белоснежные кроссовки на его ногах. Впрочем, для него это не редкость. У него более чем достаточно денег, чтобы позволить себе это. При этой мысли бриллиантовая серёжка в его ухе поймала солнечный свет, и блеск вывел меня из оцепенения.

– Пирожные, – сказал он непринужденно.

Я несколько раз моргнула, прежде чем заговорить.

– Не может быть…

– Я напомнил ей об аллергии на орехи, – вмешался он, игриво закатывая глаза, – я не забываю о таком дерьме.

Он с нетерпением протянул пластиковый контейнер чтобы я взяла его. Клянусь, у него память как у слона.

– Спасибо.

Я без колебаний открыла крышку и откусила один кусочек, что вызвало у него смех. Следующее, что я помню, моя рука падает, когда из-под нее забирают мяч, и я ничего не могу с этим поделать, потому что… пирожные.

Звенья цепочки, соединяющей бумажник в кармане с петлей на поясе, издали лязгающий звук, когда он бросил мяч. Конечно, мяч залетел в корзину с первой попытки. Чумовое зрелище.

– Сегодня не «работаешь»? – вопрос слетает из моих уст ехидно, но он не промахивается.

Последовал ещё один бросок в корзину, затем он бросил взгляд через плечо со значительной улыбкой. Его представление о «работе» и мое – это разные океаны. Фактически, это тот же океан, который стал причиной нашего разрыва, и это будет тот же самый океан, который гарантирует, что мы никогда не вернемся к тому, что у нас было.

– Не, я сегодня не работаю. Выгодно знать босса, – поддразнивает он, имея в виду своего дядю, Пола.

Рикки «выполняет поручения» этого парня с тех пор, как ему исполнилось тринадцать.

Это как раз было то время, когда дядя Пол взял Хантера под свое крыло, как только наш отец оказался бесполезным. Но, к сожалению, Пол не совсем самый примерный гражданин. Некоторые утверждают, что он – это причина всех бед Южного Сайпресса. Ну, он и его связи по всему городу.

Еще один мяч залетел в корзину, и я выхватываю его обратно, проглатывая последний кусочек пирожного, которое откусила.

– Молодец, – сказала я с незаинтересованным вздохом, – тебе, наверное, стоит уйти. Знаешь, насладись этим днем. Не знаю, когда увидимся в следующий раз.

Прежде чем Рикки успевает открыть рот, я поднимаюсь по нескольким ступеням крыльца, направляясь к задней двери. Только легкая хватка на моем запястье останавливает меня. Прикосновение нежное, но напомнило о том, как Уэст схватил меня раньше. Я отстранилась, и мой взгляд устремился на Рикки, и я осознала, что я проецирую гнев, предназначенный Уэсту, не на того парня. Однако я была слишком горда, чтобы извиниться.

Он наклоняет голову, и я знаю, что он собирается сказать.

– Ты в порядке? Я не хочу обидеть тебя. Мне просто нужно, чтобы ты задержалась на секунду.

У меня вырвался измученный вздох, и я заставила свое разочарование утихнуть. По крайней мере хотя бы на время.

– У меня просто был долгий день, – единственное объяснение, которое я дала, и которое было явно преуменьшением.

Уставившись на ржавую дверь гаража, где висела моя корзина, я опираюсь на перила. Рикки смотрит на меня, но я отказываюсь встречаться с ним взглядом. Вместо этого я сосредоточиваюсь на черной паутине телефонных и электрических проводов, которые зигзагами тянуться от крыши дома до деревянных столбов, возвышающихся в переулке.

– Я думаю…

– Я не в настроении слушать, что ты думаешь, – вклиниваюсь я, все еще отказываясь посмотреть на него.

– Ты даже не знаешь, что я хотел сказать, – со смехом отвечает он.

Его так трудно вывести из себя, раньше я любила и ненавидела это. Однако у него есть безжалостная сторона, которую никто, включая меня, не хочет видеть.

Когда я не клюю на приманку, он использует другой подход. Тот, который я не ожидала.

– Не ожидал, что девушка, которая собирается подцепить короля севера, будет в таком дерьмовом настроении, – в его голосе были нотки веселья, которые раздражали меня до чертиков. Он ухмыльнулся, когда я наконец-то подняла взгляд на него со ступенек.

– Что это значит? – слова вылетели из моего рта как огненные дротики, наполненные подозрениями.

Прежде чем ответить, он достал телефон из кармана и развернул его. Когда экран повернулся ко мне, мой желудок опустился при виде этого розового и черного значка с тигровой полосой.

– Люди, похоже, думают, что в будущем тебя ждет перепихон, – добавил Рикки.

В моей голове пронеслось столько мыслей, большинство из которых закончились бы гневным разглагольствованием о том, через что я только что прошла после ориентации, но это не те вещи, которыми я делюсь с Рикки. Мы не друзья. Мы бывшие, поэтому я держу все это в себе.

Джулс, с другой стороны, наверняка получит массу удовольствия, как только я войду в дом и наберу ее номер.

– Теперь ты следишь за сплетнями, Руиз? Кажется, это немного ниже твоего достоинства.

Он засмеялся, но немного более приглушенно, чем раньше. Возможно, его эго слегка уязвлено тем, что он думал обо всей этой ситуации с Уэстом. Я была очень холодна к Рикки в последние несколько месяцев, так что из-за чувства вины я немного смягчилась.

– Все не так… как она преподнесла это. Поверь мне, – это все, что я сказала, но я опустила часть о том, что эти ублюдки выделили меня из толпы, чтобы пригрозить.

Мне не нужна была жалость Рикки или любая его реакция. Мои проблемы – это не его проблемы, несмотря на то что он думал.

– Как скажешь, – ответил он с хитрой ухмылкой, как будто думал, что в этой истории есть что-то еще. Наверное, так и было, но это совсем не похоже на то, что он себе представлял.

– Я не буду говорить с тобой об этом, – сказала я, заканчивая этот разговор.

Возникла короткая пауза, когда я почувствовала, что он хочет что-то добавить, но к счастью для меня он воздержался. Вместо этого он сменил тему, и конечно, он поднял ту, которую я отказывалась обсуждать с ним.

– Твой брат все еще спрашивает о тебе. Каждый раз, когда мы разговариваем, – добавил он. – Он говорит, что это важно, но отказывается говорить об этом по телефону или в письмах. Говорит, что все должно быть с глазу на глаз.

Вздохнув, я подняла глаза к небу.

– Я тебе уже говорила, Хантер сам заварил эту кашу, ему ее и расхлебывать. Достаточно того, что он оставил меня разбираться со всем самой. Мне нужно присматривать за Скарлетт, плюс работа, и школа через несколько дней, – пробормотала я. – Он должен был быть здесь. Он знает, каковы наши родители, так что он должен был больше думать обо мне и Скар.

– Не говори так, – вклинился Рикки. – Ты знаешь, что он всегда думал о тебе.

Мой взгляд стал холодным. Он всегда заступался за Хантера, несмотря на то хорошо это или плохо, правильно или неправильно. Есть такая вещь, как быть верным, и такая вещь, как способность помогать. Иногда мне трудно решить, какую роль Рикки играет в жизни Хантера чаще всего.

– Если бы ему было не все равно, если бы он действительно хотел для нас лучшего, он был бы здесь, и точка, – отрезала я.

Я не могла признать это вслух, но я также на сто процентов была уверена, что я не смогла бы вынести видеть своего брата таким – запертым в том месте, зная, что он останется там на десятилетия без возможности освобождения. Я предпочла это воспоминания, которые мне удалось сохранить.

Мое сердце колотилось в груди, но я скрыла, как сильно оно болело.

– Я не хочу видеть его таким, Рикки. Мне все равно, что он скажет, мне нужно двигаться дальше.

Теплая рука накрыла мою, когда она оперлась на перила, и я не сдвинулась с места несмотря на то, что должна была.

– Я знаю, что ты злишься, но это не меняет тот факт, что он – твоя семья. Будь он здесь или там, он – твоя кровь.

Одна слеза скатилась по моей щеке, но я не спешила ее вытирать.

– Я все решила, Рикки. Больше не о чем говорить.

Я чувствовала, как его взгляд навис надо мной, но я стояла на своем.

– Если ты этого хочешь, я не могу тебя заставить, – его руки соскользнули с моих, и он засунул обе свои в карманы джинсов.

Грохот басов из колонок прохожего заполнил тишину между нами.

Но как только я решила снова встретить его взгляд, я увидела, что он смотрит на что-то позади меня.

– Что это?

Мое сердце замерло, когда я повернулась и поспешила схватить розовую бумагу о задолженности с того места, где оно висело на двери. Но это не имело значения, потому что он уже увидел его.

– Сколько тебе нужно?

Я проигнорировала его вопрос и сосредоточилась на двух детях, крутящих педали на велосипедах.

– Значит, я настолько ужасный человек, что даже не могу помочь тебе? – спросил он, только сейчас проявляя признаки разочарования.

– Не делай этого, – ответила я.

– Что не делать? Указывать на правду? Почему бы тебе просто не признать то, что мы оба знаем? Ты думаешь, что ты лучше меня.

Это уже был ужасный день, и мне это не нужно. Не в дополнение всему остальному.

Я протянула руки в сторону дома, а затем в сторону своей разваливающейся машины, и у меня вырвался беззлобный смех.

– Да, жизнь в этом дворце определенно подействовала на меня Руиз. Спасибо, что поставил меня на место.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Мне не нужны твои деньги, потому что я знаю, как ты их получаешь, – закричала я, исправляя его дерьмовую логику, одновременно привлекая внимание мисс Левинсон. – Почему ты думаешь, что я приму от тебя грязные деньги, если я не принимаю их даже от своего собственного брата? Проблема никогда не заключалась в том, что я слишком хороша для тебя. Проблема в том, что ты слишком хорош, чтобы слепо позволить себе превратиться в своего дядю Пола, и мы оба это знаем.

– Как хочешь, – вздохнул он, отмахиваясь от меня. Когда его ноздри раздуваются, это верный признак того, что я его разозлила. – У меня есть твой адрес. Электрической компании не понадобится больше, чем это. К утру все будет улажено, – заявил он.

– Не лезь не в свое дело, Рикки, – мои слова были бессмысленны, потому что он уже исчез в переулке, скрывшись за гаражом мисс Левинсон. Клянусь, каждый парень, с которым я сегодня столкнулась, нуждался в хорошем ударе по яйцам.

Каждый. Из. Них.

Глава 7

БЛУ

Подбородок поднят, взгляд устремлен на здание.

Засовывая ключи в карман, я вставила оба наушника и отключилась от всего остального.

Сегодняшний день не должен быть отстойным, Блу. Нет никакой гарантии, что ты вообще увидишь этих тупых амбалов. Думай позитивно. Думай… позитивно.

Парковка была забита. Почти на каждом месте стоял дорогой автомобиль или габаритный внедорожник – больше места, чем может понадобиться обычному подростку. Одетые на все сто, прислонившись к этим чудовищам на колесах, стояли мои новые одноклассники. Музыка в моих ушах заглушала их разговоры и смех, но не мою зависть. У них есть многое, чего нет у меня, но больше всего я жажду их душевного спокойствия.

Они вписались сюда, они создали союзы, которые помогают им ориентироваться в повседневной жизни. Даже те, кто не принадлежал к толпе, скорее всего, нашли свое место, сформировали небольшие группы, которые служат буфером на фоне иногда сурового пейзажа средней школы. Большинство, вероятно, ходили в школу вместе всю свою жизнь. А еще есть я – Новенькая, как, очевидно, обозначила меня Пандора.

Мне стыдно признаваться, что я наконец-то решилась и увлеклась Пандорой и всеми ее рассуждениями. Разговор с Рикки не оставил мне выбора. После того, что он сказал о том, что она неправильно понимает отношения между Уэстом и мной, я не смогла удержаться.

Поэтому, поговорив с Джулс и поняв, что у меня нет сил рассказать ей о том, через какой ад Уэст, Дэйн и Стерлинг заставили меня пройти, я закончила разговор и решила просмотреть её страницу.

Это заняло у меня несколько часов.

Жизнь этих людей запутаннее, чем любая мыльная опера, которую я когда-либо видела, и теперь я знаю несколько их секретов. Жаль, что я не знаю настоящих имен, скрытых за всеми этими псевдонимами, недостающие части, которые сделали бы то, что я прочитала, немного сочнее.

Однако я знаю, что КорольМидас – вожак стаи – это несомненно Уэст; Стерлинг – голос разума – это Мистер Сильвер; а Дэйн – тщеславный и склонный к селфи – Красавчик Ди. В совокупности эти трое – «Золотые мальчики».

Кроме того, эти трое – большие засранцы.

Просто, к слову.

Включив музыку, я опустила взгляд на свои рваные джинсы. К счастью для меня, дыра на колене выглядела стильно. Никто никогда не узнает, что я получила эту дыру, когда собака семьи Хонг решила перепрыгнуть через их забор и погналась за мной. Приключение закончилось тем, что я поскользнулась на тротуаре.

А еще есть моя серая футболка. Вернее, серая футболка, которую я украла у Скар. Она едва прикрывает мой живот. Надеюсь, самозваная полиция дресс-кода не заметит.

Мимо прошла группа девушек, и мы встретились взглядами. Одна откинула голову назад, захохотала, а две другие шептались друг с другом. Возможно, у меня просто паранойя, но я готова была поклясться, что они смеялись надо мной.

Это чувство усилилось, когда я оглянулась через плечо, и все трое смотрели прямо на меня, улыбаясь так, будто знают что-то, чего я не знаю.

Ну и ладно, стервы.

Держась за лямки рюкзака, я быстро взбежала по цементным ступенькам, проскользнув в открытую дверь после того, как через нее прошел еще один ученик. Громкость в наушниках значительно увеличилась, так что окружающий шум был слышен поверх песни, звучащей в моих ушах.

И тут на меня обрушилась реальность.

Все выглядело совсем иначе, чем в Южном Сайпрессе. Темное, богатое дерево заменило крупную коричневую плитку, которой были выложены коридоры в моей старой школе. Нелестных люминесцентных ламп тоже нигде нет. Вместо них – скромные люстры, расположенные в ряд вдоль длинного потолка. В паре с желтыми витражными окнами в атриуме создавалось впечатление, что мы скорее проходим через церковное святилище, чем через школу, но коридоры с классами были не столь пафосными, хотя красное дерево присутствовало повсюду.

На этот раз я прошла мимо пары хихикающих первокурсников – по крайней мере, они достаточно маленькие, чтобы быть первокурсниками, но я знаю, что не схожу с ума. У них в руках был лист бумаги, и когда они подняли голову и увидели меня, их глаза расширились, как будто они увидели привидение.

Не пугайся. Наверное, это пустяк. Просто иди к своему шкафчику, а потом иди в класс. Ты справишься.

Я намеревалась придерживаться этого плана, не высовываться, чтобы избежать неприятностей, но вдруг поняла, что неприятности нашли меня.

Группа парней в конце коридора выделялась, они выглядели как великаны, их плечи возвышались над головами почти всех, мимо кого они проходили. Но это были не только золотые мальчики. Были и другие, целый отряд, движущийся по коридорам как единое целое, с Уэстом впереди и в центре.

Неудивительно, что он уже заметил меня. Эти пронзительно зеленые глаза были видны даже с такого расстояния, как и ярость в них.

Наша встреча была неизбежной, но я отказывалась позволить ему думать, что он запугал меня, потому что это не так.

Он поднимает единственную лямку рюкзака выше на плечо, и его бицепс напрягается от этого движения. Мы были уже почти нога к ноге, но в последнюю секунду я сделала шаг в сторону, едва избегая столкновения, так как было ясно, что он вполне доволен тем, что наезжает на меня бульдозером. Мое плечо задело его руку, и он посмотрел на меня с дьявольской полуулыбкой.

– С возвращением, Южанка, – он проворчал низко и угрожающе, пока мы проходили мимо.

Я ничего не сказала в ответ.

Все закончилось быстро, и я была благодарна за это. Но как только я повернула в коридор, чтобы пройти к своему шкафчику, мое сердце замерло.

Почти каждая пара глаз была устремлена на меня. А те, что не смотрели, были сосредоточены на листах бумаги в своих руках. Те же самые листы бумаги были наклеенные на шкафчиках, как обои. Только вместо напечатанного цветочного рисунка или дурацкого рисунка утки, это была статья. На самом деле, копия за копией одной и той же статьи.

Все, что не висело на стенах, выглядело так, будто их только что подбросили в воздух и они приземлились на пол. Я наклонилась, чтобы взять одну, и тут же почувствовала, как у меня скрутило живот.

Копия полного отчета газеты о преступлении Хантера, каждая кровавая подробность, описывающая его как монстра, которым он был обнаружен. Затем, под текстом, ответственная сторона взяла на себя смелость добавить мою школьную фотографию прошлого года, просто чтобы убедиться, что никто не упустил связь.

Чтобы никто не упустил, что я и есть сестра убийцы.

– Боже мой! Это действительно она?

– Наверняка она знала и помогала ему скрывать это.

– Психопатка, наверное, это семейное.

Мерзкий шепот обрушился на меня со всех сторон, но я старалась не слушать. Это не имело значения. Все думали об одном и том же. Я чувствовала это.

Мои глаза начало жечь от слез, но в них не было грусти. Это были злые слезы.

Практически задыхаясь, я начала отрывать статьи, до которых могла дотянуться, но их было слишком много. Сотни, может быть, тысяча или больше. У меня не было сомнений в том, кто за этим стоял, и я не могла не думать о том, через какие трудности он прошел только для того, чтобы унизить меня.

Исследование, которое он провёл чтобы узнать, кто мой брат и что он сделал, а потом работа по распространению информации, которую он нашел, в массы.

Когда взгляды зрителей внезапно переместились в конец коридора, моя голова тоже мотнулась в ту сторону, обнаружив стоящих там золотых мальчиков, таких довольных тем, что они сделали. Они вернулись только для того, чтобы стать свидетелями этого момента. Конечно же, они хотят увидеть плоды своего труда, верно?

Прежде чем я успела подумать о том, что я с ними сделаю, когда доберусь до них, я уже мчалась в их сторону. Уэст даже не вздрогнул, просто улыбался мне, как будто он гордился этим. Гордился тем, что только что раскрыл всей школе мой самый глубокий, самый темный секрет.

Это пятно было топливом, которое разожгло огонь, что в итоге привело к драке, которая почти лишила меня шанса быть принятой в эту школу. Не та девушка сказала не то, что нужно, и я сорвалась.

Окончательно.

Моим утешительным призом за ее кровавое избиение был перелом костяшки пальца и отчисление в конце года.

Никто лучше меня не знает, что в моей семье все плохо, но это не даёт людям права указывать на это дерьмо.

Или… создавать целые разоблачительные статьи с целью унизить меня сегодня.

Я уже почти подошла к нему, и у меня были все намерения стереть эту самодовольную ухмылку с его физиономии, но знакомое лицо высунуло голову из кабинета консультанта, создавая барьер между мной и Уэстом.

– Мисс Райли? Пройдите в мой кабинет, пожалуйста, – она подобрала идеальный момент, но потом я задумалась, не в этом ли дело. Возможно, доктор Прайор пытается спасти меня от самой себя.

Я остановилась, мне потребовалось больше времени, на то, чтобы выполнить ее просьбу, но я напомнила себе, почему я здесь. Почему я позволяю этому паршивцу выходить сухим из воды.

Если не сделаешь это для себя, сделай это для Скар.

– Мисс Райли? – Доктор Прайор полностью вышла из дверной рамы, целиком окидывая взглядом меня и парней, затем она концентрируется исключительно на мне, скрестив при этом руки на своей груди. Взгляд, который она бросила на меня, был суров, и я знаю, что она не притворяется.

Бросив на Уэста убийственный взгляд, я прохожу мимо доктора Прайор грубее, чем сама от себя ожидала, потом иду через небольшую зону ожидания, прежде чем опуститься на кресло напротив ее стола. Она обогнула угол, продолжая смотреть на меня, затем тоже села на свое место.

Она откинула темные дреды на плечо своего серого пиджака.

Она всегда была очень строга, но не раз делала исключения для меня, так что она мне вполне нравится.

Ярость прожигала мои вены с невероятной скоростью, именно поэтому мое колено подпрыгивало как сумасшедшее. Больше всего на свете я хотела вырвать глаза Уэста прямо из глазниц. Это было единственным, что могло меня успокоить.

– Не расскажешь мне, в чем дело?

– Краткую версию? – я огрызнулась. – Этот урод, У…

Я не смогла произнести его имя. Не потому, что я его защищала, а потому что я подозревала как здесь все устроено. Если Уэст или его семья имели достаточно влияния, что бы я ни сказала, это бы только ухудшило ситуацию.

– Выглядело так, будто вы были готовы наброситься на Уэста Голдена минуту назад, – директор Прайор вскинула бровь, – должна ли я попросить его вмешаться, чтобы получить некоторые ответы?

Несмотря на желание наябедничать на него больше, чем мне нужен был следующий вздох, я подавила это желание.

– Нет, мэм, – пробормотала я себе под нос.

То, как доктор Прайор поджала губы, говорило о том, что ее это не забавляло, но я не была обязана говорить больше.

– Я просмотрела записи с камер наблюдения, сделанные сегодня утром. Похоже, что группа из десяти человек проскользнула внутрь в черных толстовках с капюшонами и расклеила свою атрибутику по всему зданию. Они были немного мелковаты, так что я думаю, что это либо группа девушек, либо просто студенты младших курсов.

Этот ублюдок умен. Он и его парни огромны, а это значит, что любой, кто видел запись, сразу бы понял, кто за этим стоит.

Поэтому он использовал свой статус здесь в своих интересах, уговаривая других сделать его грязную работу.