Текст книги "Скрытые истины (ЛП)"
Автор книги: Никки Эш
Соавторы: К. Уэбстер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
– Талия, что все это значит? – спросил он, взмахнув рукой над столом, тем самым, игнорируя мой вопрос.
Я могла бы солгать и сказать, что просто хотела романтики, но что-то подсказывало мне: Костас оценит правду выше лжи.
– Я говорила сегодня с мамой, – произнесла я, наблюдая за его лицом в ожидании реакции. Глаза Костаса стали чуть темнее, и он стиснул зубы. И то и другое свидетельствовало о том, что муж не был фанатом моей мамы. А значит, не стоило пока ее упоминать.
– И? – сухо подсказал Костас.
– Есть один университет...
– Нет, – оборвал он меня.
– Но ты даже не дал мне договорить! – воскликнула я, начиная терять терпение.
– Нет необходимости. Ты никогда от меня не уедешь. Конец разговора.
– Ну, – я прищурилась, пронзая его свирепым взглядом, – если бы ты дал мне закончить, я бы сказала, что университет находится на Крите.
Взгляд Костаса смягчился, и я глубоко вздохнула.
– Мне остался выпускной год. Я уже проучилась три и очень бы хотела закончить. Это действительно важно для меня.
Я ждала, затаив дыхание, когда он скажет хоть что-то. Хоть одно слово. Но когда Костас, наконец, заговорил, мне захотелось перегнуться через стол и придушить его.
– Посмотрим.
Посмотрим? Что значит «посмотрим»? Он сейчас серьезно?
– Именно так мне говорила мама, когда я была ребенком, а она не хотела, чтобы у меня началась истерика после отказа.
Костас приподнял взгляд от тарелки, чуть заметно выгнув брови, а потом снова вернулся к еде, словно разговор окончен.
– И все? – выдохнула я. – Тебе больше нечего сказать? Просто «посмотрим»?
Костас кинул вилку на тарелку, и она приземлилась с громким звенящим стуком, заставившим меня вздрогнуть.
– У меня был дерьмовый день, и единственное, о чем я могу думать – как бы засунуть в тебя член и забыться. Но ты приготовила ужин, потому я стараюсь насладиться им, чтобы не задеть твои чувства. Так что да, Талия. «Посмотрим» – единственный ответ, который ты сейчас от меня получишь.
Я не знала, то ли мне смущаться от его грязных слов, то ли впечатляться тем фактом, что даже после плохого дня, когда последнее, что ему бы хотелось – это сидеть за этим столом и ужинать, он все же делал это, оберегая мои чувства.
Перегнувшись через стол, я задула свечи, а потом встала, обошла его и протянула руку Костасу.
– Как насчет того, чтобы пропустить ужин и перейти к десерту? – я подмигнула ему в стиле Мэрилин Монро. Губы Костаса едва заметно дрогнули в улыбке.
Переплетя наши пальцы, я повела его прочь на веранду, где уже набрала джакузи горячей водой и включила все эти струи и пузырьки. Костас стоял у самого края, глядя на меня полными похоти глазами, пока я снимала платье, открывая тем самым очень откровенный купальник, едва прикрывавший все важные места.
– Ты надевала его куда-то, кроме как под это платье? – спросил Костас, прикрыв веки. На краткий миг мне захотелось солгать, что это так. Просто ради того, чтобы посмотреть на его реакцию. Но я решила сказать правду. Все же моей задачей было успокоить его, а не раздражать еще сильнее.
– Нет, это только для тебя, – я медленно подошла к нему, покачивая бедрами, и Костас тихо застонал, ему явно нравилось то, что он видел. – Твоя очередь, – он был одет небрежнее обычного. Лишь в рубашку и отутюженные брюки. Ни галстука, ни пиджака. Костас даже был босиком. Должно быть, он снял ботинки у самой двери.
Сняв с него рубашку и брюки и положив их на стул, я потянулась к его боксерам. Заведя большие пальцы за их пояс, я стала спускать их вниз, следуя за ними, пока, наконец, мое лицо не оказалось на уровне члена. И, черт, какой же у Костаса был красивый член. Да, он был единственным, который я видела – член Ариса не считался, ведь он не показал мне его, прежде чем грубо толкнуться внутрь – так что мне не с чем было сравнивать. Однако волосы у Костаса там были гладкими и аккуратно подстриженными. Член уже был твердым, а на конце грибовидной головки показалась капля предсемени.
Согласно статье, которую я прочла в «Cosmopolitan», ключ к тому, чтобы вскружить мужчине голову, заключался в поддразниваниях, ими я и хотела заняться.
Я стала отступать, пока не уперлась в край горячей ванны, а потом забралась внутрь, несколько секунд привыкая к воде. Потом я похлопала по керамическому краю джакузи, приглашая Костаса присоединиться. Когда он погрузил ноги в воду, сев на тот самый угол, я пошире раздвинула его бедра, нежно обхватив его достоинство. Костас пристально наблюдал за мной, но не произнес ни слова, пока я приподнималась, чтобы голова была выше члена, а потом взяла его в рот. Снова вспомнив статью, где говорилось использовать язык, я провела им по его гладкой коже. На вкус он напоминал смесь соли и мыла.
– Господи, женщина, – простонал Костас. Он запустил руки мне в волосы и крепко вцепился пальцами в локоны, потянув их вниз, чтобы я подняла к нему голову. – Продолжай в том же духе, и твое «посмотрим» получит повышение до «может быть», – он ухмыльнулся так порочно, что я ощутила пульсацию между бедер.
Как только Костас отпустил мои волосы, я вернулась к тому, на чем он меня прервал, пройдясь языком по щели распухшей головки. Соленость его предсемени всколыхнула мои рецепторы. Я стала лизать и посасывать. Пробовать и дразнить. А потом обхватила его губами и заглотила так глубоко, как только смогла. Костас застонал и в следующий миг оттолкнул меня от члена. Я выпустила его с хлюпающим звуком из-за слюны.
– Я еще не закончила, – запротестовала я.
– Мне нужно быть в тебе, – прорычал Костас. – Сейчас же, – он приподнял меня за бедра, а сам опустился в воду. Костас зацепил материал на моих ягодицах и дернул, моментально срывая трусики, а потом потянул меня прямо на свой член, сразу же погрузившись по самые яйца.
– О, черт, да, – он запрокинул голову и закрыл глаза. Костас по-прежнему держал руки на моих бедрах, но не двигался. Похоже, он был вполне доволен тем, что просто засунул в меня свой член.
Спустя некоторое время Костас поднял голову и встретил мой взгляд, напомнив о море, которое я разглядывала этим утром. В его глазах горячий мед соседствовал с прохладными оттенками зелени. Как тьма встречалась со светом. Опасность с безопасностью.
– Поскачи на мне, малышка, – потребовал он. Я понятия не имела, что, черт возьми, должна делать, но внезапно ощутила желание – нет, потребность – доставить ему удовольствие. Но не ради университета. Не затем, чтобы успокоить его после дерьмового дня. Мне хотелось угодить ему, потому что это означало доставить удовольствие и себе.
Крепко вцепившись руками в плечи Костаса, а стала двигаться. Вверх и вниз. Из стороны в сторону. Я терялась в ощущениях, ярко чувствуя Костаса внутри себя. Он уткнулся лицом мне в волосы, став покусывать шею. А потом сместил руку так, чтобы касаться моего клитора. Спустя несколько ударов по набухшему бугорку, я достигла своего освобождения, кончив с глубоко погруженным в меня членом. Моя голова упала на плечо Костаса, и он взял контроль над ситуацией в свои руки, вцепившись пальцами в мои бедра и стал вколачиваться в меня снизу, пока не достиг собственного оргазма.
– Поздравляю, zoí mou, ты только что заработала «может быть».
ГЛАВА 22
Костас
Университет. Талия хотела пойти в гребаный университет. Будто забыла, кем я был. Враги сейчас притаились в засаде, ища хоть что-то ценное для меня, чтобы схватить и запятнать. Талия была хорошей девочкой. Которую я оберегал, несмотря на то, что она рождена Николаидес. Я же был плохим парнем... которого она трахала. Так что границы для нее были размыты, а опасность, в лучшем случае, сбивала с толку.
Талия не понимала.
Не догадывалась, что с ней могли сотворить, если она выскользнет из моих рук.
«Боже».
«Но что же мне делать? Держать взаперти, как какую-то принцессу в замке?»
«Да».
«Я так и сделаю, поскольку это будет безопаснее для нее».
Во мне стало подниматься раздражение. Мне трудно быть с ней жестким. Стоило ей прошмыгнуть мимо в своем клочке купальника и одарить меня тем призывным взглядом, как я сдавался.
Талия делала меня слабым.
Но слабость еще никогда не была такой потрясающей.
«Сосредоточься, Костас».
Эстеван. Мы нашли его. Оказалось, что он прятался в жилом комплексе неподалеку от отеля. Либо у него кончились деньги, либо он считал себя умным. В любом случае, мы выследили его, и сейчас мне нужно к нему.
– Куда ты идешь? – спросила Талия, подняв взгляд от телефона.
Мне не хотелось никуда идти.
Она выглядела чертовски сексуально в моей футболке и коротких шортах, пока прокручивала ленту в фейсбуке.
– Работать.
– Я тоже хочу пойти.
«Она сейчас серьезно, мать вашу?»
– Нет, – отрезал я, став пятиться из комнаты.
Талия фыркнула и бросилась за мной следом.
– Костас, стой.
– Я собираюсь расколоть Эстевана. Это будет некрасиво. Понимаешь?
Она сморщила нос.
– Может, мне как раз не хватает опасностей в жизни. Ты каждый день уходишь на охоту за плохими парнями, а я тут что должна делать? – ее голос поднялся на несколько октав. – Смотреть на закаты, ожидая твоего возвращения? В каком веке мы живем?
– Господи, женщина, – рявкнул я. – Я же сказал «нет».
Во взгляде Талии появилось изумление, ее голубые глаза заблестели от непролитых слез, а шея стала краснеть от обиды.
– Костас...
– Тебе нужно еще шоколада?
– Ч-Что? – она часто заморгала, явно испытав замешательство.
– Ну, чтобы справиться со своими гормонами.
После этих слов Талия напала на меня, черт возьми. Поджала пальцы, словно у нее были когти, и зашипела.
– Ты чертов придурок! – вырвалось у нее, за чем последовал яростный рык. – Ты не смеешь винить в моих желаниях месячные!
Я словил ее прежде, чем она успела выцарапать мне глаза, и развернул, прижав к стене щекой. Талия извивалась, тяжело дыша.
– В чем, черт возьми, твоя проблема? – потребовал я, придвинув жену к себе, когда она снова попыталась вырваться.
– В тебе! – воскликнула она. – Ты считаешь, что я ни на что не гожусь, кроме хорошего траха и минета, когда у тебя возникает в них необходимость, – Талия громко всхлипнула. – Но тебе плевать, чего я хочу.
«Господи Иисусе!»
– Ты ведь хотела учиться в университете, а я сказал «ладно»...
– Ты не говорил «ладно», – возразила она.
– А утром после завтрака мы решили...
– Да мы ничего не решали!
– ... что отправимся поужинать в какое-нибудь шикарное место...
– Я устала от еды, секса и чертовых прогулок!
Когда Талия стала всхлипывать, я застонал, а потом склонился ниже, выпустил ее руки и убрал пряди волос с шеи, чтобы припасть к коже губами.
– Талия, я никогда не был женат. И не слишком хорош в этом.
Талия стала успокаиваться.
– Я тоже тут не профи. Но знаю, что большинство браков так не работают. Мужья не запирают своих жен, ожидая, пока те сойдут с ума от скуки.
Я уткнулся носом в ее волосы.
– Тогда что же нам делать?
– Вести себя нормально. А ничего из этого к нормальному не относится.
Скользнув ладонями по узкой талии, я отстранился и развернул жену к себе. В ее глазах мерцали мириады эмоций.
– Мы не нормальные, Талия. Ты вышла замуж за меня. Чертова гангстера. Люди меня ненавидят. Мечтают разрушить все, что мне принадлежит. Ты же сама видела, что с тобой было в отеле, когда тебя едва не похитили.
– Сидеть взаперти в одиночестве тоже небезопасно, – нахмурилась Талия.
– Почему нет? – потребовал я, нахмурившись.
– Потому что я не могу быть счастлива в таких условиях. А если я не могу быть счастливой... если у меня нет семьи и друзей... если не могу ходить в университет и исполнять свое предназначение, то для чего я вообще здесь?
– Что это значит? – я схватил Талию за подбородок и сердито посмотрел на нее.
– Ничего такого, – мягко отозвалась она. – Но да, твоя мама тоже была несчастна. А это яд, который, в конце концов, убивает.
Я отшатнулся так, словно Талия меня ударила. Она тут же вздернула подбородок, отказываясь сдавать позиции. Я заходил по комнате, испытывая ярость. И что теперь? Талия намекала, что прикончит себя, черт подери, как моя мама? Потому что ей скучно, мать вашу?
– Поговорим об этом позже, – прорычал я, направившись к выходу.
Комнату наполнил грохот. Оглянувшись через плечо, я заметил осколки керамики, разбросанные по полу. Талия швырнула гребаную вазу. Мне в голову. К счастью для нее, она промахнулась.
– Костас, ты должен мне помочь, иначе если сейчас уйдешь...
Талия не закончила предложение.
– Я никому не спускаю угроз, – обернувшись, я посмотрел на нее и прищурился. – Ты же мне угрожаешь?
– Я тебя воспитываю.
– Иди в тот чертов университет. Довольна?
– В августе буду, – отозвалась Талия мягче. – Но что же насчет настоящего? Как быть сегодня?
Вдалеке раздался раскат грома, будто моля ей уступить.
– Костас, помоги мне. Если оставишь меня тут смотреть на надвигающуюся бурю...
– Шторма красивы, – усмехнулся я.
– Как и долгие прогулки по пляжу, – улыбнулась она. – Но, может, я хочу посмотреть на нечто не столь красивое.
– Ты серьезно хочешь пойти со мной?
– Все лучше, чем сидеть дома одной.
Я провел ладонью по лицу. Адриан явно одарит меня своей глупой маленькой ухмылкой, завидев, что я уступил Талии и взял ее на работу. Женщины не должны лезть в такие дела. Однако Адриану нравилась ее дерзость, потому, если бы он был здесь, то наверняка помог бы ей меня уговорить.
– Ладно.
– Ладно?
– Ты можешь пойти со мной, – согласился я. – Но будешь меня слушаться. И не переступать границы. Это опасно.
Она приглушенно взвизгнула, словно пытки Эстевана были захватывающим пунктом в нашем списке на медовый месяц.
– А потом?
– Ужин, – прорычал я. – Там мы обсудим все, чем ты занималась для своего удовольствия в Италии, чтобы не сводить с ума окружающих.
Похоже, мне придется потратить чуть больше времени, чтобы проникнуть в ее хорошенькую голову, очевидно, без конца генерирующую идеи по проведению досуга, а не обращаться с ней, как с королевой мафии, которую нужно держать подальше от грязных дел.
– Мне нравилось делать соления, – невозмутимо отозвалась она, но уголки ее губ подергивались.
Такая милая, но невероятно нахальная девчонка.
– Иди одевайся, воплощение остроумия.
– Ты мне не веришь?
– Пять минут, Талия, и я ухожу.
*****
– Четвертый этаж, – произнес Адриан с пассажирского сидения.
Талия по-прежнему тихо сидела позади, но я слышал постукивание ее ногтей по телефону. Я глянул в зеркало заднего вида. Светлые волосы Талии были собраны в аккуратный пучок. Она надела черную футболку, джинсы и теннисные туфли. Сексуальная, как чертова подражательница киллера, собиравшаяся сидеть в машине и играть в «Candy Crush». Словно почувствовав мой взгляд, Талия посмотрела на меня своими большими глазами.
– Я не останусь в машине, – дерзко произнесла она.
Я закатил глаза, а Адриан рассмеялся.
– Дай ей пистолет, – раздраженно выдохнул я. – Она знает, как им пользоваться.
– Знаю, – заверила Талия.
– Ага, наслышан. Бэзил сказал, что ты чуть не убила нашего босса.
– Оставьте свои девчачьи разговоры на потом, дамы. Нам нужно устроить допрос. Феликс с командой уже внутри?
– Они проникли в здание и окружили его, – кивнул Адриан. – Мы можем выходить, как только скажешь, Костас. Квартира «414».
– Пойдемте, – скомандовал я, выходя из машины и доставая стой пистолет сорок пятого калибра. Ветер усилился в преддверии грозы, а на лицо падали капли дождя.
Адриан зашагал вперед, а я отошел в сторону, позволяя Талии встать между нами. Ее глаза были широко распахнуты, она выглядела встревоженной, но была полна энтузиазма. Видимо, Талии и правда было до смерти скучно, если она предпочла выйти и отправиться со мной. Пока мы крались по коридору к лестнице, я вспоминал нашу ссору.
Мои родители никогда не ругались.
По крайней мере, я так думал.
На самом же деле, их противостояние напоминало войну. Долгие сражения, отсутствие явного победителя, и оба на грани гибели.
Мама все-таки умерла. Отец близок к смерти. Найлза мне еще предстоит убить.
Отношения моих родителей отнюдь не были нормальными. Внутри зажегся радостный огонек. Наш с Талией чертовски глупый спор мне даже понравился и казался уместным, насколько это вообще возможно. Вся моя жизнь была расписана кровью чужих людей и бесконечным запасом денег отца. Я часто наблюдал за детьми, приезжавшими в отель со своими семьями, они были так счастливы. Могли спокойно плескаться в бассейне, кататься на серфах и заниматься спортом. А мы с Арисом? Нам приходилось выслушивать лекции отца об организованной преступности. Одетые в дорогие костюмы, мы мечтали хоть на один день стать обычными детьми.
Я никогда особо не задумывался ни о будущем, ни о собственных детях. Но чем больше я позволял себе подобные мысли с тех пор, как Талия стала моей женой, мне все сильнее хотелось устроить им нормальное детство, насколько это возможно. Талия росла с матерью и была всем довольна. А я более чем уверен, что она занималась тем же, что и все подростки: влюблялась в парней, ходила за покупками в торговые центры и смотрела комедии. Она вполне могла быть одной из тех девочек, которых я видел в бассейне, нырявших на дно в поисках пластиковых колец.
Я устал быть чужаком.
Мне хотелось чего-то настоящего.
Борьба с Талией сводила с ума, но освежала. Иной раз она так много болтала, что большинство мужчин бы сошли с ума. Но нет. Я стал от нее зависим, представляя все те пошлости, которые мог бы сотворить с ее ртом.
О чем я вообще думал, взяв жену с собой?
Когда мы поднялись на четвертый этаж, Талия обернулась и улыбнулась мне через плечо. Совершенно неуместно. Она выглядела, как студентка, идущая обмотать туалетной бумагой комнаты в общежитии братства. Черт. Это ошибка. Я схватил ее за руку, решив отправить назад, когда Адриан выбил дверь, решив не терять времени.
– Держись рядом, – рыкнул я на Талию, толкнув ее себе за спину и поднимая пистолет.
Она вцепилась в мою рубашку, пока мы крались к двери, в которую уже вошел Адриан. Как только я заглянул за угол, увидел, что он боролся с жирным ублюдком.
Они пыхтели, но у большого парня Адриана в противовес было двести фунтов твердых мышц. Он сильно ударил мужчину в челюсть, отчего тот споткнулся и упал на кровать.
– Это и есть Эстеван? – спросил я, входя в комнату и скривив губы.
– Ага, – хмыкнул Адриан.
Эстеван вытер кровь с губы и сердито уставился на меня. Зная, что его ждало, человек в подобном положении должен был уже молить о пощаде.
– Ты убил моих братьев, – выплюнул он, подтверждая свою личность.
– Бэккена убил огонь, – отозвался я, подняв ладонь в защитном жесте.
– Огонь, который наслал ты, – прошипел Эстеван. Его взгляд вдруг привлекло что-то позади меня, и он нахмурился. – Кто эта чертова сука?
Я напрягся и хрустнул шеей.
– Приведение. С которым ты не можешь заговорить и смотреть тоже не должен. Будешь пялиться, и я избавлю тебя от твоих чертовых глаз.
Эстеван издал смешок и повернулся ко мне.
– Ты все равно меня убьешь, Димитриу.
– Я могу оставить тебя в живых, – усмехнулся я. – В обмен на информацию.
– Ты. Убил. Моих. Братьев.
– Чисто технически: Сай умер сам, – поправил я его.
Талия издала какой-то сдавленный звук, заработав от Эстевана ненавидящий взгляд.
– Послушай, – произнес я, подойдя ближе к кровати. Если он шевельнется, я просто всажу ему пулю в горло, – мне нужны ответы.
– Я не собираюсь с тобой разговаривать.
«Капризный, как ребенок».
– Расскажи ему, что я сделал с Саем, moró mou, – я развернулся и кивнул Талии.
– Он, эмм... – она замешкалась. – О-он отрезал ему ступню и забил ею до смерти.
– Ну ты и ублюдок, – лицо Эстевана побагровело.
– Мистер ублюдок, – поправил я. – Который может пустить тебе пулю в лоб, если еще раз взглянешь на мою жену. Но я даю тебе шанс, парень. Скажи, кто подстроил покушение на моего отца. Ответишь, и я отпущу тебя, – я кивнул в сторону балкона.
– Твоя жена, – хмыкнул он, облизнув губы и плотоядно посмотрев на Талию, явно чтобы вывести меня из себя. – Может, она и не моя, но кое-кто собирается ее попользовать, – Эстеван непристойно приподнял бедра и глянул на нее снизу-вверх – И тебе будет больно, детка. Так больно, черт подери...
Я прекратил поток его грязных слов, выстрелив ему в промежность. Пропитывая джинсы, тут же потекла кровь из, как я надеялся, изуродованного члена. Эстеван в ужасе потрогал себя между ног.
– Т-ты подстрелил мой член, псих!
– Я знаю, что за покушением стояли Гэлани, но хочу знать, кто вас нанял, – рявкнул я, подходя к нему вплотную. – Говори, и я позволю тебе умереть быстро, в отличие от твоих гнилых братьев. Продолжишь уклоняться от ответа, и будешь жить, как чертов безмозглый таракан, не способный никого трахнуть.
– Ты слеп, Димитриу, – прошипел Эстеван. – Слеп, а еще чертовски глуп, если притащил сюда свою гребаную жену.
Я выстрелил ему в бедро, и комнату прорезал душераздирающий крик. Эстеван хватался уже не только за член, но и ногу.
– Скажи, кто заказал покушение.
– Пошел ты.
Я кивнул Адриану, указав пистолетом на Эстевана.
– Вытащи ему кишки через дырку, которую я проделал в его члене и подвесь за них.
Талия в ужасе раскрыла рот и отшатнулась на несколько футов.
Адриан шагнул вперед, а Эстеван дико замотал головой.
– Просто пристрелите меня, – взвыл Эстеван, размахивая в воздухе окровавленной рукой. – Чертовы психопаты.
– Ладно, – я снова выстрелил, пуля пробила его ладонь, вылетев с куском плоти. – Еще какие-то пожелания, Гэлани?
Он перекатился на бок, корчась от боли. В этот момент в дверях показался хмурый Феликс.
– Полиция уже едет.
– Разберись с ними, – кивнул я ему.
– Да, сэр, – он тут же убежал.
– Тебе повезло, что они в пути, – сообщил я Эстевану. – Я тут собирался заставить тебя еще немного покричать, прежде чем закончить твои страдания.
– Просто п-пристрели меня, – произнес Эстеван сквозь стиснутые зубы. – В голову.
– Ответь на мой вопрос, – прорычал я. – Тогда полиции не придется ломать голову, как собрать твой искалеченный член. Думаю, им удастся остановить кровотечение и вовремя доставить тебя в больницу.
– Нет, – простонал он.
– Они попытаются собрать твой член по кусочкам. Но, мужик, черт побери, ты действительно хочешь прожить остаток жизни с этим месивом в штанах?
– П-пожалуйста, Димитриу, – Эстеван всхлипнул.
– Расскажи. Мне.
– Николаидес, – прохрипел он, посмотрев на Талию.
Она судорожно вздохнула где-то позади, но меня не так легко было обмануть.
Я не желал, чтобы меня разыгрывали. Эстеван явно понял, кем являлась Талия. Большое дело, черт возьми. Отнюдь не ракетостроение. Талия очень похожа на Найлза. А я не так туп, как решил Эстеван.
– Ну, как хочешь, – произнес я. – Пойдем, moró mou. Нам больше нечего тут делать.
– Нет! Убей меня, ублюдок! УБЕЙ! – закричал Эстеван. – Я же сказал тебе то, что ты хотел услышать!
Я бросил на него раздраженный взгляд.
– Именно. Ты сказал мне то, что я хотел услышать. А мне была нужна гребаная правда.
Он мог тут истекать кровью или спастись. Мне было плевать. Эстеван Гэлани – таракан. А я сейчас охотился на чертову крысу.
ГЛАВА 23
Талия
– Могу я предложить тебе выпить? – спросил бармен с кокетливой улыбкой. Мы с Костасом уже три дня как вернулись домой, и мне, наконец, надоело прятаться от Ариса, торча на этой чертовой вилле, потому я рискнула выйти. В отеле шесть бассейнов. В каждом из которых был свой бар. Арис предпочитал тот, что находился на восточной стороне, потому я выбрала западный.
– А можно смешать водку с клубничным лимонадом? – может, небольшое количество водки в привычный лимонад поможет мне подавить поселившееся внутри меня чувство скуки.
– Я смогу приготовить все, что ты захочешь, – отозвался бармен.
– И сделаешь это, не глядя на мою жену. Иначе я уволю тебя, а потом убью, – произнес Костас, садясь рядом.
Глаза бармена расширились, и он несколько раз кивнул.
– Простите, сэр. Я не знал, что она ваша.
Он споткнулся обо что-то за стойкой бара, и лишь потом приступил к приготовлению моего заказа.
– Неужели ты станешь угрожать каждому мужчине, который со мной заговорит? – я обернулась к Костасу и посмотрела на него, прищурив глаза. – Тогда мне будет не с кем поговорить.
– Разве разумно начинать пить в десять утра? – спросил он, проигнорировав мой вопрос, когда бармен поставил передо мной заказанный коктейль на подставке.
– Не желаете ли чего-нибудь, сэр? – спросил он Костаса, но тот лишь отмахнулся.
– А что мне еще делать? – я поднялась и, прихватив бокал, зашагала по мощеной дорожке. Услышала позади раздраженный стон Костаса, но решила не реагировать.
– Чуть позже мне привезут твоего отца для разговора. Хочешь поприсутствовать?
– Он мне не отец, – поправила я его. – И да, хочу. Ты веришь, что он заказал твоего отца, как сказал Эстеван? – я глотнула из бокала. Очень вкусно.
– Нет, я не верю, что Найлз настолько глуп. Попытаться украсть тебя? Да. Так бы он перед тобой извинился. Но нанять людей, чтобы убить моего отца? Нет. Впрочем, я буду глупцом, если не рассмотрю все варианты.
– Слишком поздно извиняться, – отозвалась я. – Я никогда не прощу ему то, что он совершил.
Мы шли вдоль утеса по тропинке, по которой мне еще не доводилось ходить. Отель был так огромен, что я, вероятно, могла ходить разными дорогами каждый день на протяжении месяца и все равно не охватила бы всю территорию.
– Неужели я настолько плохой муж, moró mou? – спросил Костас.
Я посмотрела на него и впервые заметила в его глазах нечто, похожее на уязвимость, даже неуверенность. Должно быть, мне померещилось, ведь Костас был самым сильным человеком, которого я знала.
– Дело не в этом, – честно ответила я, остановившись и развернувшись к нему лицом. – Если бы у меня был ребенок, я бы сделала все, на что только способна, чтобы защитить его или ее. Даже будь я столь глупа, чтобы завести роман с женой влиятельного мужчины и получить долг в миллионы евро, я бы никогда не отдала ему своего ребенка, мою плоть и кровь, чтобы себя спасти, – я даже не заметила, что по щекам покатились слезы, пока Костас не подошел ближе, стирая их с моего лица. – Я бы защитила свое дитя, – подумав, добавила: – Как твоя мама защищала тебя.
Костас вздрогнул.
– Она покончила с собой. Как это может защитить ее детей?
– Разве ты не слышал, что она сказала, Костас? – я взяла его за руку, и он перестал касаться моего лица. – Ее наставления и извинения? Может, она поступила неверно, но таков был ее способ поставить тебя на первое место. Все, чего она хотела – чтобы ты полюбил и был счастлив. В то время, как твоя мама хотела для тебя большего, чем эта жизнь, мой отец лишил меня собственной.
– Эта жизнь – все, что я знаю, Талия. Ты ведь сознаешь это, да? – глаза Костаса словно умоляли меня понять. – Все, что сказала мама... Этого никогда не будет. Я буду жить и умру именно в этой жизни. И как моя жена, ты теперь тоже крутишься во всем этом.
Огонь, горевший в его глазах, говорил мне, что Костас искренен. И когда-то меня бы испугало подобное стечение обстоятельств, но теперь я готова была принять свою судьбу.
– Я справлюсь, – честно отозвалась я. – Просто... просто пытаюсь выяснить, кто я в этой жизни. До тебя я была студенткой колледжа в Италии. Всю неделю я ходила на занятия и училась. По выходным посещала вечеринки, выставки или художественные музеи. А сейчас я просто не знаю, как вписаться в этот мир. Твой мир, – я подняла свой бокал с едва отпитым коктейлем. – Я не из тех девушек, кто пьет в десять утра.
Костас долго смотрел на меня, потом забрал у меня бокал и поставил на землю.
– Пойдем со мной, – приказал он. Костас потащил меня вниз по тропинке, и мы оказались в незнакомой мне части отеля. Здесь было гораздо тише, а бассейн еще не открыт. Номера выглядели так, будто в них никто не жил. – Проходи, – Костас отпер дверь в здание. Внутри оказалось также тихо, как и снаружи. И пусто.
– Мы хотели расширяться до того, как умерла мама. Она занималась дизайном всего интерьера. Номера уже почти готовы, но ресторан не начат. Мы планировали открытие на осень, но к тому времени нам нужно все закончить.
– Какое это имеет отношение ко мне? – смущенно спросила я, недоумевая, зачем Костас меня сюда привел.
– Ты ведь специализируешься на искусстве, верно? – спросил он. – Разбираешься в стилях и греческой мифологии. Ты сказала, что тебе нечем заняться. Я поручаю тебе дело, – когда я подняла брови, все еще нуждаясь в дальнейших объяснениях, Костас добавил: – Я хочу, чтобы ты закончила начатое моей матерью. Ресторан. Можешь оформить его так, как хочешь. Деньги не имеют значения.
Сердце затрепетало. Костас предлагал закончить начатое его матерью. Конечно, он мог нанять кого-нибудь, но все же прислушивался ко мне. Я говорила ему, что хочу иметь цель, и Костас предложил мне решение. Я покрутилась, вбирая в себя все это огромное пустое пространство. Оно наполнено таким потенциалом. И я могла делать все, что захочу. Провести лето, создавая шедевр.
– Итак, – подсказал мне Костас. – Что скажешь?
– Да, – я решительно кивнула. – Возьмусь.
– Хорошо, – он снова взял меня за руку и вывел из ресторана, запирая за нами дверь. – У меня есть немного времени до встречи, так что мы сможем быстро обсудить детали.
Когда мы вернулись в основную часть отеля, Костас довел меня до двери своего офиса, но почему-то не зашел внутрь. Вместо этого он повернул налево и... пошел к кабинету Ариса.
«О Боже».
Почему мы шли туда? Прошло уже больше недели с тех пор, как мы виделись последний раз. С момента нашего с Костасом возвращения я умело избегала его брата.
– Арис, – поприветствовал Костас, жестом предлагая мне сесть.
– Что вам от меня понадобилось? – спросил Арис, раздраженно склонив голову набок. – Я занят... работаю.
– Как и я, – усмехнулся Костас. – Познакомься с нашим новым дизайнером интерьеров. Талия согласилась закончить ресторан, начатый mamá. Тот, что в западной стороне, расширение, которое мы хотели запустить осенью.
Арис перевел взгляд с брата на меня. На его губах появилась хитрая усмешка, и мое сердце замерло. Какое ко всему этому Арис имел отношение? Этот мужчина покидал офис только затем, чтобы позависать в баре у виллы.
– Арис отвечает за деньги, – словно услышав мои мысли, произнес Костас.
– Мне казалось, ты сказал, что у меня нет бюджета, – выдохнула я, когда все кусочки головоломки в голове стали складываться вместе.
– Его и нет, но все деньги ты будешь получать от Ариса. К тому же он хорошо знает поставщиков. Если что-то понадобится, обращайся к нему, он поможет.
Другими словами: я буду вынуждена обращаться к Арису каждый раз, когда мне потребуются деньги. И я уже не могла передумать, потому что такими темпами могла просто вывесить красный флаг.
– Ладно, поняла, – отозвалась я. – Если вы не против, я пойду домой и подумаю, что хотела бы сделать в ресторане, а потом назначу встречу.
