Текст книги "Скрытые истины (ЛП)"
Автор книги: Никки Эш
Соавторы: К. Уэбстер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)
– Доброе утро, жена, – произнес Костас почти игриво. Он лежал на боку, без рубашки, подпирая рукой голову. Костас выглядел таким нормальным. Как обычный муж. От этой мысли я улыбнулась, заслужив настороженный взгляд Костаса.
– Мы поженились, – выпалила я, когда на меня обрушилась реальность вчерашнего дня. Я вышла замуж за Костаса. Я теперь Димитриу.
– Знаю, я ведь присутствовал, – он весело рассмеялся, поднимая руку и показывая мне обручальное кольцо. То, на котором сделал такую же гравировку, как на моем. Костас протянул руку и убрал прядь волос мне за ухо. Этот жест был таким нежным. Так не похожим на Костаса.
Он высунул язык, чтобы облизать губы, и я вспомнила, как Костас меня им касался. Облизывал соски. Шею. Между ног. Я сжала бедра, вспомнив, как мне было хорошо, и ощутила тупую боль. Боль, вызванную отнюдь не Костасом, а его братом.
Чувство ледяного страха прогнало то удивительное тепло, которое я ощущала. Сердцебиение ускорилось. Когда я встретилась взглядом с Костасом, он стал пристально изучать меня. Я ощутила себя невероятно уязвимой под его взглядом. Будто если Костас будет смотреть достаточно долго, то увидит мою боль, спрятанную в душе. Уголки его губ хмуро опустились. Он знал, что мои мысли приняли неправильный оборот. Мне нужно было сказать ему. Костас должен знать, что его брат со мной сделал.
– Костас, – начала я, когда он сел, сбрасывая одеяло, и тут же встал. На секунду меня заворожила его фигура. На нем не было ничего, кроме боксеров, потому все тело оказалось выставлено напоказ. Замысловатые татуировки. Твердый, как камень, пресс. Темная дорожка волос, ведущая ниже...
– Как бы мне ни нравилось, как ты на меня сейчас смотришь, – проговорил Костас, прерывая мое разглядывание, – лучше тебе трахать меня глазами позже. Я должен уйти, – он усмехнулся и направился в ванную. Я съежилась при упоминании «траха глазами». Ведь именно эти слова бросил мне Костас на репетиции свадьбы.
– Костас, – воскликнула я и вздрогнула, поняв, что голос прозвучал громче, чем планировала. – Мне нужно...
– Что бы тебе ни понадобилось, это подождет, – ответил он, не глядя на меня. – Мне нужно ехать в больницу, чтобы навестить отца, и начать планировать похороны матери.
– Подожди! – я выбралась из кровати и, споткнувшись, побежала к нему. Костас обернулся в дверях ванной и посмотрел на меня. Его глаза яростно вспыхнули. Он снова пришел в себя. Вчерашний милый мужчина исчез, а монстр вернулся. Он долго смотрел на меня, постепенно сужая глаза, его ноздри раздувались.
– Мне необходимо поговорить с тобой, – хрипло выдохнула я.
«Мне нужно сказать, что твой брат меня изнасиловал... Пожалуйста, не отрубай мне ноги и не забивай ими».
– Мы поговорим вечером, – решительно ответил он. – Будь готова к ужину в семь. Тогда и побеседуем.
*****
Тук. Тук. Тук. Тук.
Я распахнула глаза, услышав, как кто-то стучал в парадную дверь.
Бах. Бах. Бах. Бах.
Теперь уже не стучали, а ломились. Я вскочила с кровати, заволновавшись, что Костас забыл ключ. Но когда распахнула дверь и увидела стоящего по другую сторону от нее Ариса, то вспомнила, что на двери был чертов код, потому Костас не мог ломиться в дверь.
Дерьмо.
Меня накрыла паника, подобно приливной волне. Стремительно. Неожиданно. Страшно.
Сердце бешено колотилось в груди, а я застыла от ужаса.
– Хмм... в рубашке моего брата. Похоже, вам стало уютно друг с другом, – начал Арис обвиняющим тоном, одарив меня злой усмешкой, от которой по спине побежали мурашки. Он ухватился за полы рубашки и слегка дернул, а я ударила его по руке. Я даже не обратила внимания, что на мне рубашка Костаса. Должно быть, он переодел меня прошлой ночью, когда я уснула. Ведь последнее, что помнила: на мне был купальник. Прежде чем Костас стал сдвигать его...
Я вскинула подбородок, смотря в лицо мужчине, который меня изнасиловал, и молилась о том, чтобы не разрыдаться. Он не должен знать, что я боялась его. Только вот легкая дрожь в нижней губе меня выдавала.
– Думал, ты захочешь его вернуть, – сказал Арис, протягивая мне руку с моим телефоном. Я хотела взять его, но Арис отстранился. – Нам нужно поговорить, – он шагнул вперед, а я отскочила, наткнувшись на дверь.
– Мы можем поговорить и здесь, – я толкнула его в грудь с достаточной силой, чтобы он отступил. Я ни за что не хотела пускать его в дом.
– А что такое? – спросил Арис, чуть склонив голову набок. – Ты боишься остаться со мной наедине?
– А ты можешь меня винить? – я свирепо посмотрела на него. – В последний раз, когда мы остались одни, ты...
– Занялся с тобой сексом? – оборвал меня Арис.
– Скорее изнасиловал, – прошипела я.
Его глаза расширились, и Арис снова шагнул ко мне, вторгаясь в личное пространство.
– Какого, мать твою, черта ты только что сказала? – он понизил голос до пугающего рычания, будто боялся, что нас услышат.
– Сказала, что ты меня изнасиловал, – я скрестила руки на груди. – Или ты был слишком пьян, чтобы помнить?
– Пьян, как тысяча чертей! – Арис с грохотом толкнул меня за дверь и захлопнул ее за собой, как только вошел следом. Я ударилась спиной о тумбочку в прихожей, а Арис подошел вплотную, нависая надо мной. – Не знаю, в какую игру ты играешь, но тебе лучше дважды подумать, прежде чем выдвигать подобные обвинения.
Обвинения?
Да он бредил.
Я никаким образом не давала согласия на произошедшее.
– Это не простое обвинение, – выдохнула я. – Это правда! И мы оба это знаем, – на этот раз я не смогла сдержать слез, глаза сильно защипало.
Арис поднял руку, и я вздрогнула, подумав, что он собирался меня ударить, но тот лишь взял что-то со стола. Бумага в его руках тут же помялась.
– Вы с Костасом поженились? – я только сейчас поняла, что он держал у меня перед лицом свидетельство о браке, которое вручил нам отец Николас.
– Да, вчера, – подтвердила я.
Арис бросил бумагу обратно на стол и усмехнулся без малейшего намека на веселье.
– Итак, позволь уточнить. Ты трахалась со мной в пятницу вечером, а в субботу уже выскочила за моего брата. И ты еще смеешь тут плакаться об изнасиловании?
– Я не плачусь. Это правда.
– Ты действительно думаешь, что Костас тебе поверит? Я – его плоть и кровь. А ты чертова Николаидес. Лгунья от рождения. Обман у тебя в крови. Ты пришла ко мне на виллу, чтобы утешить, мы занялись сексом, а теперь, когда выскочила за Костаса, решила прокричать всем об изнасиловании. Чтобы он не убил тебя за то, что переспала с его братом, – от этой версии случившегося по телу прошла холодная дрожь. Меня охватил страх. Арис прав. Костас мне не поверит. Я – дочь своего отца. Мужчины, крутившего роман с его матерью.
– Ты мне нравишься, Талия, – произнес Арис. – И мне не хочется смотреть, как Костас станет тебя убивать, так что не волнуйся. Я не расскажу ему о том, что между нами случилось, – он склонился ко мне, пока наши головы не оказались на одном уровне и прошептал мне на ухо: – Это будет нашим маленьким секретом.
Меня била дрожь. Разделять с этим монстром какие-то секреты – последнее, чего бы мне хотелось. Но, похоже, у меня не было выбора. Если Костас узнает...
«Он не сможет».
«Просто не сможет».
Арис отступил и снова протянул мне телефон, но прежде чем я успела взять его, бросил тот на стол.
– Добро пожаловать в нашу семью, сестренка.
Как только он ушел, я заперла за ним дверь и на всякий случай прицепила цепочку. Боже, каков наглец! Подумать только, я считала его хорошим парнем. Тем, у кого было сердце. Однако он все равно что волк в овечьей шкуре. Костас, по крайней мере, никого из себя не строил.
Схватив мобильник со стола, я проверила звонил ли мне муж или, может, что-то писал. Но нет. Костас был слишком занят, разбираясь с тем хаосом, в который превратилась его жизнь. Ведь Эцио лежал в больнице, а Нора умерла.
Сейчас было только десять утра, и мы не встретимся до ужина в семь. Я оглядела комнату. Тихо. Пустынно. Одиноко. Я подумала позвонить маме, но что бы я ей сказала? Что вышла замуж за Костаса? Но смогу ли я держать себя в руках, чтобы не показать, как расстроена из-за Ариса?
Желая успокоить дикое сердцебиение под кожей, я приняла прохладный душ, не торопясь вымылась и побрилась. Мысли все возвращались к вчерашнему дню с Костасом. Он мог бы с легкостью воспользоваться тем, что я напилась, но не стал. Раньше я боялась близости с ним, теперь же просто хотела поскорее покончить с этим. Внутри вспыхнуло желание заменить ужасные образы с Арисом на другие. Интересно, каким любовником окажется Костас. Я думала, он будет груб и жесток, но у бассейна муж вел себя совсем иначе. Может, я его плохо узнала. Вдруг Костас окажется не таким монстром, каким представлялся. Однако в следующий миг я вспомнила, как он мучил человека за ложь. Станет ли Костас также измываться надо мной, если решит, что я лгу об изнасиловании? По спине пробежала дрожь.
Выйдя из-под струй, я обернулась полотенцем. Таким же, какое было у Ариса. У братьев оказались одинаковые полотенца. Верно, они ведь жили на территории одного отеля. От этой мысли снова участилось сердцебиение, а грудь стала высоко вздыматься. Я надеялась, что душ меня успокоит, но он подействовал противоположно. Может, мне просто нужно было выбраться отсюда. Подышать свежим воздухом. Вероятно, там я смогу сделать глубокий вдох.
Высушив волосы феном, выпрямив их и нанеся немного макияжа, я ощутила себя куда привычнее.
Как только я оделась, зазвонил телефон. Мама. Я отключила звук, а желудок тут же заурчал. В голову пришла мысль прогуляться до ресторана, но я тут же себя остановила. Последнее, что мне сейчас нужно: столкнуться с Арисом. Расстояние. Между нами должно быть расстояние. С глаз долой, из сердца вон, верно?
Я позвонила в службу обслуживания номеров и заказала завтрак и кофе. Глянув на телефон, я проверила, не написал ли Костас. Сейчас только одиннадцать часов. Прошел лишь час. Мне нужно срочно выбраться отсюда.
Вспомнив внутренний дворик, через который мы с Костасом вчера шли к бассейну, я направилась к задней стороне дома. Оттуда открывался чудесный вид на цветочный сад. Неподалеку стоял стол и два стула «адирондак11». Я усмехнулась, представив, как Костас отдыхал тут в свой выходной. А у него вообще были выходные? Я сомневалась, что у преступных организаций был определенный график работы.
Опустившись в одно из кресел, я глубоко вздохнула и набрала мамин номер. Она ответила после первого же гудка, а от ее взволнованного голоса у меня на глазах выступили слезы.
– Талия! – воскликнула мама. – Я столько раз тебе звонила, а ты не отвечала. Пожалуйста, скажи, что Костас не сделал тебе из-за меня больно. Я так волновалась!
– О, мам, – выдохнула я. – Все нормально. Только скучаю. Костас не причинил мне никакого вреда. Прости, что не звонила. Так много всего произошло. Мне нужно столько тебе рассказать.
– Поговори со мной, cara mia. Расскажи мне все.
– Ну, во-первых, мы с Костасом поженились, – на линии повисла тишина, и мне на какой-то миг показалось, что мама повесила трубку. Однако потом я услышала сопение, означавшее, что она все еще слушала. И плакала.
– Не плач, мам. Прошу тебя, не плачь.
– Просто я всегда считала, что буду рядом, когда ты выйдешь замуж. И надеялась... учитывая все произошедшее, может, тебя бы могли отпустить, – она всхлипнула в трубку.
– Ничего страшного, – пробормотала я, сознавая, что мне и самой хотелось в это верить. – Все будет нормально.
Я вдруг услышала легкий шорох в кустах, и меня охватило беспокойство. Вспомнив, что кто-нибудь из службы обслуживания номеров скоро доставит мне завтрак, я встала, чтобы зайти обратно в дом и услышала треск нескольких веток. Сразу после этого на меня вышел человек в черной лыжной маске. Даже с телефоном в руке – поскольку мама все еще была на линии – во мне проснулся инстинкт самосохранения. Или же желание побыстрее сбежать отсюда. Схватившись за стул, я откинула его в сторону мужчины. Незнакомец лишь немного споткнулся, но этой заминки хватило мне, чтобы успеть забежать в дом и запереть дверь.
– Мама! – воскликнула я. – Тут кто-то есть, я перезвоню, – я слышала, как она принялась кричать мне что-то, но мгновенно сбросила вызов и набрала номер Костаса. Дверная ручка на французских рамах задребезжала, и я поняла, что лишь вопрос времени, когда мужчина проникнет внутрь.
– Талия, я тебе перезвоню, – раздался спокойный голос Костаса.
– Костас! Тут кто-то есть. На нем маска. Думаю, он хочет до меня добраться.
Ручка вдруг стала проворачиваться, и я побежала прочь от двери.
– Где ты? – потребовал Костас.
– Дома! Он пытается войти со двора, – я остановилась у входной двери, поглядывая в сторону сада, когда и она начала трястись, заставив меня отпрыгнуть назад.
– Он у главного входа!
– Талия, у меня в прикроватной тумбочке лежит пистолет. Иди и возьми его! Я сейчас позвоню Арису. Он должен быть где-то рядом.
Я побежала в спальню и нашла пистолет, о котором он говорил.
– Нет, Кос, мне нужен ты! Только не он, – я уже почти рыдала. – Пожалуйста, приезжай домой! Пожалуйста.
Теперь я слишком боялась бежать через переднюю или заднюю двери, потому спряталась в углу шкафа, крепко держа в руках пистолет.
ГЛАВА 18
Костас
– Мне страшно.
Мое сердце громко стучало в груди, когда я выскочил из больничной палаты, где лежал отец, пребывая в медикаментозной коме. Разговаривая с Талией по громкой связи, я отослал сообщения нескольким своим людям, работавшим на территории отеля. Этот ублюдок в маске не тронет и волоска на ее голове.
– Знаю, zoí mou, но ты в безопасности, – заверил я ее. – Просто сиди тихо. Ты сделала, как я сказал? Сняла пистолет с предохранителя?
– Д-думаю, да, – прошептала она.
– Проверь еще раз, – попросил я.
– Д-да. Он снят.
– Хорошо. А теперь направь его на дверь. Если кто-то войдет, целься выше, в самую грудь.
Дыхание Талии было прерывистым.
– Ты вернешься? Пожалуйста, приезжай домой.
Ужас в ее голосе и мольба о том, чтобы приехал именно я, будто когтями вцепились в мою плоть. Слышать Талию столь напуганной было неприятно. Все, кто решил, что сможет даже попытаться навредить моей девочке, жестоко поплатятся.
– Я еду...
Бах! Бах! Бах!
Мне потребовалась секунда, чтобы осознать: стреляли не у Талии, а здесь, в больнице. Что за черт?
– Талия, послушай меня, – прорычал я. – Спрячься среди одежды и стреляй по всем, кто попытается к тебе подойти. В больнице перестрелка. Мне нужно идти.
– Костас, – всхлипнула она.
– Я скоро приеду.
От разговора с Талией щемило в груди, но мне следовало сосредоточиться. Раздался еще один выстрел. Я побежал на звук, вытаскивая из внутреннего кармана пиджака пистолет «Хеклер и Кох» 45 калибра. Медсестры и врачи неслись на меня, потому я побежал дальше, поняв, что все происходило чуть дальше палаты моего отца. Двое мужчин в костюмах за углом держали пулеметы MP5, их очередь уже скосила горстку людей. Я медленно попятился, прижимаясь к стене, и, наконец, скользнул в палату отца.
Где мои люди, черт побери?
Бах! Бах! Бах!
Ответный огонь заставил мое сердце учащенно биться. Мои ребята уже были там. Я услышал крики и отступил, встав между отцом и бандитами. Когда дверь распахнулась, я выстрелил.
Бах!
Попавшая в голову пуля отбросила мужчину назад, и дверь снова прикрылась. Последовавшая тут же пулеметная очередь разнесла ее в щепки, но я вдруг разобрал несколько выстрелов с глушителем. Мгновение спустя влетел Адриан, взъерошенный и тяжело дышавший. Это отучит его так далеко отходить от больного, черт возьми.
– Сэр, – прокричал он, – вы в порядке?
– Да, – пробурчал я и глянул на отца. – И он тоже. Вы их взяли?
– Только двоих. Остальные ликвидированы. Я вызвал подкрепление и министра, отвечающего за охрану общественного порядка. Он все уладит, – заверил меня Адриан.
Слаба богам, что отец дружил с Джозефом, иначе эта перестрелка в больнице плохо бы отразилась на репутации Димитриу.
– Есть новости от Бэзила? – потребовал я.
Адриан достал телефон и проверил сообщения.
– Угроза устранена. Талия не открывает, но следов успешного взлома на вашей вилле не обнаружено. Бэзил займется всеми ими.
– Сколько их всего?
– Один, которого видела Талия, в лыжной маске. И еще двое наших, в костюмах. Кажется, будто это два разных покушения.
Может, это действительно было совпадением. Мой отец был на пороге смерти, и нашим врагам не хотелось терять время, придумывая сложные планы по устранению семьи Димитриу, пока мы уязвимы. К их великому сожалению, когда нас зажимали, мы бились еще отчаяннее.
– Разберись со всем дерьмом здесь, – приказал я Адриану, проходя мимо него. – Я возвращаюсь в отель.
*****
Я захлопнул свой «Maserati» на парковке и вылетел из машины с одной единственной мыслью: добраться до Талии. Мои люди окружили виллу с сердитыми, даже хмурыми лицами. Это нападение носило личный характер. Заказчики ждали, пока мы ослабеем от горя, чтобы тут же наброситься. Подлые ублюдки. Я выслежу их всех и заставлю заплатить.
Потом.
Прямо сейчас я должен утешить свою напуганную жену.
Я набрал код на входной двери, но та оказалась закрыта на цепочку.
«Умная девочка».
Подойдя к заднему входу, я снова набрал код и, наконец, пробрался внутрь. На вилле было тихо, и я стал красться, на случай если кто-то затаился внутри. Когда я подошел к гардеробу, то позвал Талию по имени и стал открывать дверь.
Бам!
Огромный кусок дерева отлетел от двери, и я отскочил.
Бам!
Прогремел еще один выстрел.
– Талия! – прокричал я. – Это я, Костас!
Бам!
Хватит с меня этого дерьма. Я подполз к гардеробу на коленях и рывком распахнул покореженную дверь. Талия сидела в углу, прижав колени к груди и держала пистолет в дрожащей руке. Когда она прицелилась в меня, ее глаза были совершенно дикими. Не давая ей шанса, я кинулся вперед, схватив пистолет, когда она снова выстрелила. Все же отобрав оружие у Талии, я отбросил его в сторону. В следующий миг я схватил ее за лодыжки и рванул к себе. Талия кричала и брыкалась, пока я плотно не прижал ее к своему телу. Одной рукой я сжал ее запястья, а другой зафиксировал челюсть.
– Посмотри на меня, – потребовал я. – Это я.
Она пару раз моргнула, прогоняя оцепенение, а потом ослабела в моих руках. Ее тело стало сотрясаться от громких рыданий. Я отпустил ее, чтобы нежно обнять на полу гардероба, уткнувшись носом во влажные волосы. А потом стал целовать в щеку, шепча успокаивающие фразы, пока Талия не перестала плакать.
– Я чуть не застрелила тебя, – хрипло выдохнула она. – Мне так жаль.
Подняв голову, я посмотрел на нее.
– Ты молодец, zoí mou.
Талия обхватила пальцами мою голову и притянула ближе. Наши губы встретились в нежном поцелуе, который вскоре перерос в страстный. Я прикусил ее нижнюю губу и подразнил язык своим. Талия всхлипнула, когда я устроился у нее между ног и потерся бедрами. Мой член жаждал оказаться внутри нее, но сейчас было не время. Я хотел получить ответы. Талия зацепилась за мой галстук и умудрилась его ослабить. Стук в парадную дверь я прекрасно услышал, но решил проигнорировать ради еще нескольких секунд наедине с женой.
– Мистер Димитриу, – прокричал Бэзил. – Мы слышали выстрелы. Вы в порядке?
Я застонал, отрываясь от губ Талии.
– Я в порядке, – крикнул я. «Ну, кроме, вероятнее всего, уже посиневших яиц». – Выйду через минуту.
Я снова коснулся губ Талии быстрым поцелуем.
– Мне нужно сделать мою работу.
– Какую?
– Допросить мужчину, который хотел тебя украсть, – прорычал я.
Талия нахмурилась.
– Как ты допрашивал лжеца Сая?
– Наверное, все может пойти хуже. Конечно, Сай был лжецом, но этот ублюдок хотел причинить вред моей жене. Значит, совершил более тяжкое преступление.
Талия кивнула, словно одобряла мои чудовищные намерения.
– Я хочу пойти с тобой.
– Талия, будет лучше, если ты останешься здесь и отдохнешь.
В ее глазах снова появились слезы.
– Пожалуйста, не оставляй меня больше.
«Черт».
– Ладно, – уступил я. – Давай побыстрее там со всем разберемся. Мне нужно больше информации об этой чертовой пиар-акции.
– А как твой отец? – прохрипела она.
– Жив. Они не смогли до него добраться, но расстреляли много людей в больнице.
– Мне очень жаль.
Я снова поцеловал ее.
– Пойдем. Давай покончим с этим.
*****
Как только уговорил Талию выйти из гардероба, то переоделся в более удобную одежду. Темно-синие шорты и красную футболку. Не было смысла пачкать один из отличных костюмов. Талия также сменила платье на более подходившие пляжу вещи – джинсовые шорты и черную майку. Теперь мы, наверное, походили на пару заблудившихся туристов, случайно оказавшихся в пыточном подвале.
К счастью для нас, мы были хозяевами ситуации, а не наоборот.
Трое мужчин сидели на стульях, связанные моими людьми. У того, кто пытался забрать Талию, на коленях лежала лыжная маска. Мои служащие хотели, чтобы я знал, кому из них мне следует уделить особое внимание. Вот почему я хорошо им платил. Они отлично меня знали.
– Не хочешь присесть, zoí mou? – спросил я, кивнув на диван, где уже сидел Арис, сверля все вокруг мрачным ненавидящим взглядом.
Талия покачала головой и неохотно выпустила мою руку.
– Я постою тут.
Я поцеловал ее в щеку, а потом развернулся к привязанным кускам дерьма. От них едва ли не воняло, и мне очень хотелось, чтобы их тут не было. Но сперва мне нужно получить ответы.
– Имена, – рявкнул я. – Мне нужны ваши имена.
Никто не ответил.
«Ладно, полагаю, мы пойдем трудным путем».
Подойдя к парню справа, я врезал ему кулаком в горло. Он судорожно стал хватать воздух, завозившись с веревками. Стоило мне снова отвести кулак назад, как он выкрикнул свое имя.
«Джио».
– Следующий, – констатировал я скучающим тоном.
Сидевший по центру мужчина, тоже в костюме, хмуро посмотрел на меня, напрягшись в ожидании удара. Я мрачно глянул на Бэзила, и он кинул мне нож. Как только рукоять оказалась у меня в руке, мужчина выпрямился.
– Мы оба знаем, что я сделаю все возможное, чтобы узнать твое чертово имя, – прорычал я. – Один, два...
– Джордан, – выплюнул он, капли пота стали стекать по его лицу.
Переведя взгляд на придурка, пытавшегося забрать Талию, я выжидающе посмотрел на него. Он дрожал, как гребаная девчонка в фильме ужасов. Когда я с ним закончу, он будет мало похож на человека, все тут будет в крови. Я уловил его замешательство. Должно быть, он разгадал мои злые намерения, потому что в следующий миг обмочился. Сидевший по центру Джордан с отвращением чертыхнулся.
– П-П-Поли, – воскликнул этот подражатель девочкам.
– Ладно, П-П-Поли, – передразнил я. – Какого хрена ты пытался украсть мою жену, мать твою?
– Я облажался, чувак, – всхлипнул он.
Поли действительно облажался.
Этот слабак даже не представлял, как сильно.
– Хммм, – это все, что я произнес, подходя к нему ближе.
Мужчина замер, когда я провел лезвием по его сонной артерии, разрезая достаточно глубоко, чтобы вскрыть кожу. Одно неверное движение, и я проткну вену, поддерживающую его жизнь. Он закричал от боли, но не пошевелился. Малиновая кровь тут же побежала вниз по порезам. Сделав шаг назад, я с удовлетворением осмотрел свою работу.
– Мне нужен более подробный ответ, чем «я облажался». На самом деле, это вообще не ответ. Я хочу знать, кто тебя нанял.
Мужчина дрожал, его глаза забегали по подвалу.
– Найлз Николаидес, – выпалил он.
Талия ахнула где-то позади. Предательство глубоко ранит. Но я, черт возьми, резал глубже. Этот ублюдок скоро узнает: если связался с Димитриу, то поплатишься. А Талия Димитриу была моей и неприкосновенной.
– Найлз Николаидес хотел, чтобы ты... что? Похитил его дочь и стал героем? Прости, – покачал я головой, – но это не в характере такого червя.
– О-он думал, что смог бы подобраться ближе и улизнуть с ней, пока вы заняты своим отцом.
– Значит, он послал свою сучку сделать грязную работу? – потребовал я. – Мелкого недоноска, писающегося перед лицом настоящей опасности? Придурка, решившего, что похищение кого-то из семьи Димитриу сделает его крутым парнем?
– Н-нет, – прошептал Поли. – У меня были другие планы. Я бы не причинил ей вреда. Я с-собирался связаться с вами. Предложить ее в обмен н-на дополнительную плату и признание, что за этим стоит Н-Николаидес.
Я положил нож ему на колени поверх маски и впился пальцами в рану. Он взвыл от боли, когда я стал разрывать его плоть, обнажая вены и мышцы.
– Значит, ты решил меня шантажировать, сволочь? Таков был твой план? Мелкий мальчик на побегушках у Николаидеса думал сойтись со мной на равных?
Мужчина кричал и корчился от боли. Я вдавил пальцы в мясо на его шее и провел по бешено пульсировавшей сонной артерии. Его голова безвольно болталась, он почти потерял сознание, но пришел в себя, когда я плюнул ему в лицо.
– Извинись перед моей женой, – прорычал я, массируя его вену.
– Мне о-очень жаль, – простонал он.
– Почему жаль?
– П-потому что хотел ее похитить.
– Скажи ей, что ты просто мелкий говнюк, не способный даже поймать женщину. Что ты гребаный неудачник. Скажи, что ты чертов кусок дерьма, не заслуживающий даже дышать одним с ней воздухом, – выплюнул я в нескольких дюймах от его лица.
– Я, эм, что было сначала?
Я дернул его вену, разрывая, как нечто незначительное. Кровь брызнула по высокой дуге, и я отступил, чтобы не промокнуть насквозь. Я схватил Поли за подбородок и повернул к своей жене.
– Талия, он сожалеет.
Мужчина задергался в конвульсиях, теряя кровь вместе с жизнью. Слишком легко. Слишком быстро. Но тот факт, что он лишал меня времени наедине с Талией, выводил меня из себя.
– Сейчас же, – прорычал я, поворачиваясь к Джордану. – Я хочу знать, почему вы пытались убить моего отца? Кто вас нанял?
Бах! Бах!
Талия закричала, прижавшись спиной к стене. Я повернул голову к брату, во мне поднялась ярость.
– Что за черт, Арис? – рявкнул я. – Допрос еще не закончен!
Грудь Ариса тяжело вздымалась, а глаза дико сверкали.
– Они хотели убить нашего отца. Костас, они хотели убить папу, – его глаза заблестели от слез.
«Слабый».
Всегда такой чертовски слабый.
– Узнай, кто они, и кем подосланы, – рявкнул я на него. – И следующий раз, когда вмешаешься в мой допрос, станет для тебя последним.
Арис вздрогнул от моих слов.
– Черт, чувак, прости. Я просто был так зол.
– Проследи, чтобы здесь все убрали, – прошипел я, проносясь мимо него к Талии. Я взял ее за руку своими окровавленными пальцами и потащил вверх по лестнице. Мы едва успели выбраться из дома садовника, когда Талия на меня кинулась.
Ее губы прижались к моим в захватывающим дыхание поцелуе. Я подхватил ее под задницу и приподнял, неся к машине. Прижав жену к двери, я углубил поцелуй, принявшись блуждать руками по ее телу.
– Костас, – простонала она. – Пожалуйста.
Прямо сейчас я ничего не хотел больше, чем стянуть шорты Талии вниз по загорелым ногам, перевернуть ее и жестко трахнуть на капоте моей «Maserati».
Однако рядом были камеры и люди, а я не делился своим.
Я прижался к ней бедрами, с наслаждением услышав хныканье. Провел дорожку поцелуев от ее рта к подбородку, а потом до уха, довольно сильно прикусив мочку. Талия застонала.
– Я трахну тебя, zoí mou, и совсем скоро.
Она стала извиваться в моих руках, ногти Талии впились мне в плечи. Я сильнее сжал ее задницу, и продолжил тереться об нее, пока дыхание жены не стало поверхностным и неровным.
– Давай, – пробормотал я. – Кончи, как полагается хорошим девочкам, и выкинь все из головы.
Она отпустила меня и откинулась назад. Я прижался губами к ее влажной коже и стал всасывать в рот. Вскоре Талия забилась в моих руках, кончив от простого трения. Я мог лишь воображать, как она станет извиваться, когда я буду глубоко внутри ее нуждающейся киски. Как только Талия затихла, я сильно прикусил кожу на ее шее, уверенный, что наверняка останется синяк. На том же самом месте я только что сдирал кожу с человека. Моя девочка оказалась храброй, поскольку без страха запустила пальцы мне в волосы, притягивая ближе. Я улыбнулся, подумав о ее растущем доверии ко мне, а потом нежно поцеловал след от укуса.
– Давай приведем себя в порядок. Я все еще должен тебе ужин.
ГЛАВА 19
Талия
Проснувшись, я обнаружила, что сторона кровати Костаса пуста, и тут же села, ища его взглядом. Я не могла оставаться в одиночестве. Даже спустя три дня после неудачной попытки украсть меня, внутри по-прежнему жил страх. До того дня я никогда не прикасалась к оружию, не говоря уже о том, что не стреляла. Однако три дня назад я не только трогала пистолет, но и чуть не застрелила собственного мужа, которого до недавнего времени не возражала бы отправить на тот свет. Последние дни все менялось так стремительно, что голова шла кругом, а сердце разрывалось на части. Когда я увидела, как Костас убил человека, пытавшегося меня похитить, мне стали ясны две вещи: отныне он сделает все возможное, чтобы защитить меня, и если кто-то перейдет ему дорогу, без промедления лишит того жизни. В том подвале мне открылись и некие черты характера Ариса. Он также без колебания мог выстрелить в любого, а еще Арис совершенно непредсказуем. Полученную информацию было бы глупо игнорировать.
– Костас, – позвала я, сердце чаще забилось в груди. Последние несколько дней я не выпускала его из виду и, что удивительно, Костас был очень терпелив, позволяя держаться рядом, и ни разу не сказал ничего, что бы заставило меня чувствовать себя обузой. Пока его отца перевозили домой из больницы и нанимали несколько медсестер, чтобы те ухаживали за ним до выздоровления, я помогала Костасу планировать похороны его матери.
Которые должны были состояться сегодня.
– Костас! – снова позвала я, выбираясь из постели, чтобы найти его. Он ведь не мог уехать без меня, верно? Я облегченно вздохнула, когда услышала его командный тон где-то дальше по коридору. Костас здесь. Я завернула за угол и увидела, что муж сидел в своем кабинете, уже надев черный костюм. Я могла поклясться, что этот мужчина едва ли не жил в костюмах. Впрочем, я не жаловалась. В них Костас смотрелся очень сексуально.
Увидев меня и не прекращая разговора, он кивнул мне подбородком войти. Когда я подошла к его креслу, Костас похлопал по дубовому столу, молча предложив мне запрыгнуть на него, что я и сделала. Я застенчиво раздвинула ноги пошире, поставив одну на подлокотник его кресла и открыв, тем самым место между ног. Костас ухмыльнулся, прекрасно поняв, что я задумала. Я могла побиться об заклад, что у этого мужчины были терпение и выдержка святого. Если бы он постоянно не целовал меня и не касался, у меня бы уже начал развиваться комплекс.
– Я поговорю с отцом и дам тебе знать, – сказал Костас своему собеседнику. – Сегодня неподходящий день, чтобы обсуждать все это, – он провел руками по моим обнаженным бедрам и по шелковым пижамным коротким шортам. Костас остановился вблизи моего лона, но не коснулся его. Когда я скользнула к нему ближе, обманом пытаясь заставить потрогать меня там, Костас тихо рассмеялся себе под нос и покачал головой. – Хорошо. Увидимся через пару часов.
