Текст книги "П.С.И.Х.0 (СИ)"

Автор книги: Никита Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

– С трехочковой линии. И твой мяч при этом должен попасть в корзину.

Народ ахнул. А вот выражение лица мальчишки при этом сменилось на то, что Психо оценил как сочетание решимости и спортивной злобы.

То что нужно.

– Даю три попытки.

– Одной хватит. – буркнул Илья.

У него даже появились болельщики.

– Давай! – крикнул один.

– Ты сможешь! – поддержал другой.

Но большинство просто молчало, восстанавливая дыхание после длительного бега.

Илья встал на отметке. Пару раз ударил мячом об пол. Сместился чуть в сторону. Прицелился. Еще пару раз ударил. Почти уже бросил, но снова сделал полшага в бок.

Дети окончательно стихли. Да так, что каждое соприкосновение мяча с полом порождало гулкое эхо, отзывавшееся в груди. Напряжение в зале загустело настолько, что его стало видно. Или то дрожал воздух над разгоряченными от бега телами? Этого я не знал. Но вот пронзительно прозвеневший звонок, все пропустили мимо ушей, будто тот вообще не имел никакого значения. Мы словно оказались в отдельной изолированной вселенной, где решалась судьба мироздания. Или даже больше – судьба одного мальчика.

Удар. Еще удар.

Не отрывая глаз от кольца, Илья бросал мяч об пол и снова ловил. Бом. Бом. Наконец, он положил мяч на ладонь и слегка согнул ноги в коленях, а руки в локтях. После чего, придерживая пупырчатую сферу второй рукой, плавно распрямился, как освобожденная от гнета пружина.

Описав красивую дугу, снаряд преодолел положенные ему метры расстояния, ударился об щит, вытолкнул собрата на свободу, сделал круг почета вдоль всего кольца и рухнул внутрь, едва слышно чиркнув об сетку.

– Молодец. – похвалил я парня. – Прямо настоящий Снайпер!

И в тот же миг толпа взорвалась визгливым гвалтом ликования. Не было ни громких речей, ни аплодисментов, но шум поднялся такой, что звуковой волной меня чуть не сбило с ног. Или то был эффект от чего-то другого?

Дети же бросились к Илье и принялись наперебой его теребить, толкать и куда-то тянуть. Но без злобы. А от чистой, незамутненной радости. Впервые Психо выдал показатель в полноценные сто процентов.

И слово «Губошлеп» из их уст больше не звучало. Только «Снайпер».

Задание «Исправить созданную ситуацию» завершено. Награда +3 к Социальному взаимодействию и +2 ОА.

– Эй, а чего так мало? Шесть обещал.

[ Штраф за подсказку и за просроченное время. Закончить нужно было до конца урока.]

– Ладно. А где тогда награда за проведенный урок? Звонок-то прозвенел!

[ Сейчас, сейчас. Нетерпеливый какой!]

– Что сказала, железя…

Задание «Провести урок физкультуры» завершено. Награда +5 к Социальному взаимодействию, + 1 к Адаптации и +10 ОА.

Так-то лучше. Самый большой прирост за все время моего сотрудничества с Психо. Не зря Вороновых дома оставил. С ними бы так точно не получилось. Если бы еще с той кличкой не опростоволосился, уже сразу два показателя превысили бы десятку. Но кто ж знал…

Дети тем временем переоделись и шумной толпой повалили прочь из зала. При этом перед уходом они оборачивались ко мне и кричали «До свидания, Роман Дмитриевич» или «До свидания, учитель», а на их лицах сверкали улыбки. Будто я только что не гонял их по кругу до седьмого пота.

Какие же они… непонятные.

Даже Илья задержался в дверях, встретился со мной взглядом, помолчал, но в итоге с серьезным видом кивнул. Что бы это ни значило.

Очень быстро зал опустел, и в нем остались только я и одна девочка. Та самая, с косичками. «Странная». Хотя все они тут странные. И я страннее всех.

– Тебе чего? – спросил ее я.

– Я Катя. – невпопад ответила она. – Из пятого Б.

– Тебе чего, Катя из пятого Б? Вождь Большой Роман из Нарцеса задал свой вопрос, юная скво.

Она хихикнула.

– Вы и правда странный. Как вы узнали, что Илья попадет?

– Я и не знал. Я дал ему шанс. А вообще у вас в журнале написано, что он занимается баскетболом.

– Жулик! – воскликнула Катя. – А как же мяч?

Вместо ответа я подобрал с пола баскетбольный мяч, подпрыгнул и просто положил его на крепление кольца. Не так и сложно, если последние девять лет ты каждый день занимался терапевтической гимнастикой.

– Ого! – выдала девочка, глядя наверх. Затем перевела взгляд на меня и тихо, но проникновенно добавила. – Спасибо.

После чего резко и порывисто меня обняла, как дети в кино обнимают плюшевую игрушку. И убежала.

А вот меня от ее прикосновения аж током прошибло. И если сначала я грешил банально на статическое электричество, то очень скоро понял, что дело отнюдь не в нем.

Что-то внутри меня заворочалось, как медведь посреди зимней спячки. Лениво, вяло, но в то же время со скрытой и неотвратимой мощью. Я сразу почувствовал, нечто витающее в воздухе. Не запах пота и не пыль, а будто отголосок затухшего смеха. Хотя, конечно, это не мог быть он. Или мне вообще все показалось?

Почти как в тот раз с Еленой.

Я попытался ухватить это неясное нечто, однако оно пропало так же внезапно, как появилось.

Но именно на этот случай мне и поставили Психо. И уж он-то своего не упустил!

Зафиксирован субпороговый эмоциональный микроимпульс.

Время события: T =10:38:22,45 (локальное время).

Длительность импульса: 0,38 секунды.

Локализация активации:

Передняя поясная кора ( ACC ) – активация 12,7% от пикового уровня; вентромедиальная префронтальная кора ( vmPFC ) – активация 8,2%; миндалевидное тело (амигдала) – фоновая активация 5,1% (недостаточна для запуска полного эмоционального каскада); островковая доля ( insula ) – микроактивация 6,8%.

Нейродинамика:

Зафиксирован всплеск глутаматергической активности в дорсальном стриатуме; кратковременное повышение концентрации дофамина в мезолимбическом пути (+15 пг/мл, дельта t =0,3 с); синхронное снижение ГАМК‑ергического тонуса в орбитофронтальной коре на 7,3%.

Синаптическая активность:

Обнаруж…

– Стой, стой, стой! – перебил я его. – Оставь эту муть ученым из НИИНС.

[ Хорошо. Сохраняю отчет. И поздравляю с первым микропроявлением эмоции. Это крошечный, но важный шаг: твой мозг начал восстанавливать способность чувствовать. Импульс длился менее полусекунды, но зато он был настоящим. Продолжай наблюдать за такими моментами. Уверен, они станут чаще и ярче. Я здесь, чтобы помочь их уловить и понять.]

– Так значит это была эмоция? Какая?

[ Слишком слабый импульс, чтобы успеть распознать. Могу сказать, что причиной послужили аудиальный подпороговый сигнал, визуально-ассоциативный стимул и кинестетическое взаимодействие. Вероятность повторения в аналогичных условиях – 28%.]

– Не понял. Ты предлагаешь мне догнать Катю и ткнуть в нее пальцем?

[ Не то чтобы предлагаю. Решать в любом случае тебе. Я лишь вспомогательный модуль. И я зафиксировал первые физические признаки зарождения эмоции. Это уже даст пищу ученым для работы. Ах да. Еще кое-что.]

+1 к эмпатии.

Набрана критическая масса данных. Перехожу на второй уровень.

В голове у меня что-то щелкнуло и резко стало жарко. Психо же, высыпав на меня еще совочек научных терминов, сообщил, что почти сумел разблокировать какое-то воспоминание. По его прогнозам, оно должно полностью восстановиться уже со следующим уровнем.

Благая весть. Мне бы ей порадоваться, но я по-прежнему не умел.

Я попытался сосредоточиться и снова вызвать то состояние зевнувшего медведя, вот только какие-то зеленые вспышки за окном никак не давали отрешиться от внешнего мира.

Кто, блин, там балуется? Сейчас уши надеру. И двойку поставлю. Учитель я или нет?

Глава 11

С серьезным намерением карать, казнить и делать а-та-та я подошел к забранному решеткой окну. Я ожидал увидеть детей, балующихся лазерной указкой, или детей, играющих с разбитой бутылкой, или… еще каких-нибудь детей. В школе их определенно хватило бы на любой вид шалости. Однако моему взору предстали отнюдь не они.

Одетый в простые ботинки, джинсы и потертую куртку поверх серой толстовки, на улице стоял седой бородатый дед. Пожилой мужчина того неопределенного возраста, когда ему запросто может оказаться как шестьдесят с небольшим, так и все девяносто. Настоящий старик. Но, вроде, бодрый.

Старик мел метлой выложенную плиткой дорожку, сгребая на газон опавшие листья и мелкий сор. Фантики же, если такие вдруг попадались, он буднично складывал в карман.

Обычный школьный дворник. Ничего особенного. Но что же тогда сверкало?

Я хотел уже было попробовать вновь вернуться к попыткам пробудить зачаток эмоции, как тут дед перестал прибираться и замер перед участком зелени между дорожкой и забором. Выглядел тот неважно. Трава примята, вытоптана, а местами так и вовсе выдрана с корнем. Будто на этом месте состоялось решающее сражение между кротами и землеройками. Ну или там просто немножко поиграли дети.

Дворник вздохнул, посмотрел по сторонам, убедился, что рядом никого нет и снова слегка повел метлой. Только на этот раз отнюдь не для того, чтобы убрать с дороги сухую ветку. Словно повинуясь его жесту, налетел порыв ветра, принесший с собой полупрозрачную изумрудную волну и ворох разноцветных искр. Волна пролетела над газоном, и там, где она прошла, примятая трава прямо у меня на глазах выпрямлялась и наливалась силой, а проплешины оголенной земли вновь зарастали свежей зеленью. Да о чем речь – даже дорожка и та покрылась свежим весенним ковром, подобно лесной лужайке в мае!

Видение пропало так же быстро, как появилось. Волна и искры исчезли без следа, дорога вернулась в норму, но газон по-прежнему выглядел так, будто над ним несколько часов трудился дипломированный ландшафтный дизайнер. Травинка к травинке.

Обычный прохожий мазнет взглядом и не заметит. Да я и сам при других обстоятельствах не обратил бы внимания. Но не теперь. Не после увиденного.

Настало время получить ответы на кое-какие-вопросы.

Решительным шагом я пересек зал, вышел в коридор и… угодил в бушующее море голов, рук, ног, летающих тетрадей и портфелей. Кого-то лупили учебником по макушке, кого-то за шкирку волокли по полу, кто-то полз по потолку. Да, примерно так я и представлял себе перемену в учебном заведении.

Я надеялся по-быстрому шмыгнуть через второе крыльцо, которое по идее располагалось прямо напротив выхода из спортзала, но оно оказалось заблокировано сломанными скамейками, партами и другим хламом. Явно нерабочее. Что без всяких сомнений противоречило правилам пожарной безопасности.

Пришлось нырять в море.

Однако, что неожиданно, стоило мне сделать шаг, и море расступилось передо мной, как перед Моисеем. Его бурливые воды раздавались вширь перед моей поступью и вновь смыкались у меня за спиной, а вокруг всегда оставалось сантиметров двадцать свободного пространства. Дети ни на секунду не прерывали своих игр, но каким-то образом умудрялись уступать мне дорогу. Наверное, так мог бы ощущать себя слон, шествующий через стаю тушканчиков.

В холле оказалось поспокойнее. Здесь, рассевшись на скамейках, ученики рубились в мобильные игры. До меня донеслись звуки выстрелов и визг автомобильных шин. Кто-то увлеченно махал на экране киркой.

Общались же они на каком-то своем им одним понятном языке:

– Изи катка!

– Гг, вп, гл, го некст.

– Читер! Бан тебе!

– Дед инсайд.

– Крип.

Бессмысленный набор букв. Будто кого-то стошнило символами на лист бумаги, а все остальные это запомнили. Должен ли учитель разбираться в подобном? Вопрос открытый.

По правую руку располагалась столовая, где активно гремели ложками и списывали домашку, но мой путь пролегал совсем в другую сторону.

– Курить? – спросила меня охранница.

– Типа того. – ответил я, и она мотнула головой, выпуская меня наружу.

Безразличие – вероятность 62%. – выдал Психо.

Быстро же я вписался в ее картину мира.

Оказавшись на улице, я вдохнул полной грудью свежий воздух. Даже не заметил, как душно было в школе. Впрочем, при такой концентрации беснующейся мелкотни, странно, что в здании вообще до сих пор оставался кислород. А ведь среди них мелькали пятиклашки, которые буквально только что целый урок играли в вышибалу, а потом наворачивали круги по спортзалу. И откуда только энергию берут?

Пройдя вдоль фасада, я свернул за угол и увидел дворника воочию. Обычный дед с обычной метлой. Просто убирается на территории. Но меня не проведешь и не остановишь. Я пришел получить ответы.

– Добрый день. – поздоровался я, подойдя поближе.

– И тебе не хворать. – отозвался старик, даже не подумав обернуться.

Здесь, согласно нормам, традициям и прочей мишуре, мне следовало бы завести разговор о погоде, затем поругать политиков, упомянуть цены на коммуналку и только потом перейти к сути. Но я решил пропустить социальное расшаркивание и действовать напрямик. А заодно и подключить к делу блеф. Немного. Самую капельку.

– Я все видел. – тоном киношного полицейского, взявшего с поличным крупного преступника, заявил я. – Отпираться бессмысленно. Отчет в соответствующую инстанцию будет передан в течение получаса!

Вот теперь дворника проняло. С несвойственной столь почтенному возрасту прытью он обернулся и выставил метлу в защитном жесте, будто я вызвал его на бой шестами. Психо показал испуг и сомнение, и проценты из первого плавно перетекали во второе.

– Ты из ДРС? – наконец спросил старик, сведя седые брови к переносице.

– Из него самого. – продолжал разыгрывать свою партию я. – Только что из офиса. От главного. Прохожу мимо, а тут такое. Немедленно объяснитесь!

– А что объяснять – лицензия у меня в порядке. Только в прошлом месяце обновил. Воздействие в рамках правил, будь они не ладны. Квота не выбрана. И никто посторонний не видел. Клянусь дубравой и заводью.

– Зря клянешься, дед. Я все видел.

– Так а ты и не посторонний, раз в ДРС работаешь. Тебе по службе положено. И… – он прищурился. – Что-то ты на асура не шибко похож. А на дэва еще меньше.

– В отпуске Асур. Вместо него Алтынбек. Он меня с проверкой прислал. Так что потрудитесь объясни…

– Асур – это не имя, балда! – резко оборвал меня дворник. – Ты кто такой?

Ну вот. Не долго мучилась старушка в высоковольтных проводах. Старик, видать, еще во вторую мировую в КГБ служил и вражеских шпионов на раз-два щелкал. А тут я с саперной лопаткой на БТР. Если вообще не с совочком.

Впрочем, минимальных целей я все же достиг. Теперь ему куда сложнее будет отпираться в духе «я не я и хата не моя». Не после того, как он сам во всем признался. Путь и косвенно.

– Спалился, да? – без тени раскаяния уточнил я. – На асуре?

– Да я еще не «деде» заподозрил. Ладно бы «дедушка» – куда ни шло, но называть лешего дедом! Это уже за гранью добра и зла, бледную поганку тебе в суп.

Оп. Еще оговорка в копилочку. Леший. Настоящий, что ли? У нас в психушке и Баба Яга одна была. Вылечили, правда, быстро. Решил бы, что это тоже клиент Льва Игоревича, если бы не та зеленая волна и ее эффект. Это что же я только обнаружил?

– Так ты сам-то все-таки откуда? – перешел тем временем в наступление дворник. – Точно не из ДРС ведь.

– Не из ДРС. – признался я. – Я пришел учителем физкультуры работать. Стажером вернее. А на меня сразу урок вести повесили.

– Ну так еще бы! – хмыкнул старик. – Генку-то еще на прошлой неделе уволили. За пьянку вроде как. А нового в сентябре так просто не найдешь – все при делах. Тем более пополнение ждали. Тебя, значица.

– Меня. – я протянул руку для приветствия. Контакт нужно налаживать. Леший он или притворяется, но информацией владеет точно. – Подберезный Роман Дмитриевич. Можно просто Рома.

– Хорошая фамилия. Природная. – ладонь у моего собеседника оказалась сухой и шершавой, но рукопожатие вышло неожиданно крепким. – Меня Бор зовут. Так и обращайся. А по людским документам я Борис Миронович Леснов. Но это все фантики для бюрократии, будь она не ладна. Вы, люди, этого зверя так раскормили, что теперь даже мы ему подчиняемся.

– И ДРС?

– ДРС вообще его воплощение. Будто ты не знаешь. – леший прищурился. – Погоди. Ты что – правда не знаешь, как все устроено?

– Я даже не знаю, что такое ДРС. – честно признался я. – И в леших до сегодняшнего дня не верил. Но буду благодарен, если вы, Бор, меня просветите.

Дворник уставился на меня, будто я сказал, что забыл фамилию нашего президента. Он несколько раз хлопнул широко распахнутыми глазами, а затем рассмеялся, издавая звуки, похожие на уханье филина. Я даже на всякий случай осмотрелся, но заметил лишь старшеклассников, куривших за забором. Мы их не интересовали.

Смеялся старик долго и самозабвенно. До слез. И мне показалось, что росший неподалеку куст как-то особенно встрепенулся, приосанился и вообще возомнил себя баобабом. А может, в свете приоткрывшейся мне истины, и не показалось. Теперь ни в чем нельзя быть уверенным.

Донесшийся из здания школы звонок возвестил о начале четвертого урока и привел Бора в чувство. Тот вытер слезы тыльной стороной ладони и посмотрел на меня. Я же и вовсе все это время не сводил с него взора.

– Давненько меня никто так не веселил. – вздохнул дворник. – Уж лет полтораста. Провел меня все-таки, шельмец. А все взгляд твой рыбий. Ну чисто, как у дэвов порой. Некоторые из них мастаки на маскировку, но ты все-таки человек. Уж теперь я это точно чувствую. Или… скрываешь что-то?

– Все что-то скрывают. – пожал плечами я.

– И то верно. Тебе на урок не надо?

– У меня дырка в расписании. – припомнил я увиденные на учительском столе бумажки. – Дальше только пятый.

– Не дырка, а окно, неуч. – поправил меня леший. – А еще учитель. И где вас таких берут?

– НГУ имени П. Ф. Лесгафта. Выпуск двадцать третьего.

– На риторические вопросы отвечать не обязательно. Ладно, пойдем потолкуем. Глаз на глаз, ум на ум. По траве не топчись!

Я ожидал, что Бор взмахнет рукой и откроет нам портал в другое измерение, ну или хотя бы, что у него припрятана потайная землянка в корнях старого тополя, но реальность оказалась куда прозаичнее. Щелкнув ключом, старик отворил дверь второго школьного крыльца, заблокированного изнутри хламом, и мы очутились в небольшом помещении, являвшемся чем-то средним между складом инвентаря и убежищем шамана-нелегала.

Вдоль стены ровным рядком стояли метлы, грабли и лопаты разной степени потрепанности, на стене висели пучки прутьев и какие-то сушеные травы. Имелся узкий топчан, тумбочка и стол, тесный даже для одного человека. Отдельно мое внимание привлек старый закопченный котелок с эмалированной крышкой от какой-то кастрюли. Тот висел прямо над столом, закрепленный крючком за тянувшийся с потолка провод.

– Чай будешь? – предложил леший. – У меня свой. На травах.

– Пожалуй откажусь.

– Ну и зря. А я буду.

Он забросил в котелок нечто, похожее на комок сушеного плюща, щелкнул пальцами и под днищем вспыхнуло пламя. Оно не висело в воздухе и не бралось из ниоткуда, а как будто вырывалось прямо из металлических стенок и их же облизывало.

Я попробовал прикоснуться к огню и закономерно обжегся. Настоящий…

– Ну, рассказывай, Рома, как ты умудрился мою магию увидеть? – спросил Бор, усевшись на край топчана. – Я ведь ее маскировал по всем правилам. Иначе нельзя.

– Как все увидел. Глазами. – ответил я, прислонившись спиной к двери. – Сверкало что-то зеленое. Подошел к окну, а вы там газон реанимируете.

– Конечно, реанимирую. А как иначе? Сорванцы эти ради развлечения траву с корнями вырывают и в друг дружку бросаются. Никакого уважения к природе! В былые времена они бы у меня за такое неделю по лесу плутали – мигом бы одумались.

– А сейчас?

– Директрисе пожаловался.

– А она что?

– Отмахнулась просто. – вздохнул леший.

Разочарование – вероятность 54%. Усталость – вероятность 66%. – сообщил Психо.

– Ты и у магических сущностей эмоции определять можешь?

[ Статус наблюдаемого объекта не подтвержден. Я ориентируюсь исключительно на твои визуальные данные.]

– А огонь из ниоткуда тебя не смущает?

[ Меня ничего не смущает. Но могу попробовать провести анализ.]

– Не нужно! – поспешил пресечь поползновение я. – Мне только очередного каскада ошибок не хватает.

[ Как скажешь.]

– И все, что так или иначе связано с магией, магическими сущностями и ДРС пакуй в закрытую директорию.

[ Слушаюсь и повинуюсь.]

– Тяжело вам приходится. – выдал я подходящую по случаю фразу после молниеносного обмена сообщениями с нейросетью.

– И не говори. – снова вздохнул дворник. – Тут ведь раньше лес стоял. Древний. Болотистый. Мощный. И я им безраздельно властвовал. Потом люди пришли. Они быстро научились жить по моим правилам. И также быстро стали эти правила менять. А теперь что? Я леший без леса, машу метлой за цветные бумажки и даже сорванцов не могу наказать по совести. Тьфу!

Он натурально плюнул на пол, а его плевок превратился в крохотный клочок изумрудного мха. Отнюдь не первый на поверхности бетонной плиты.

Закипел чай. Бор голой рукой наклонил горяченный котелок и налил тягучую черную жидкость в кружку, похожую на небольшой коряжистый пень. Воздух наполнился густым ароматом малины, черники, липы и почему-то грибов. Странное сочетание, но от него у меня началось такое обильное слюноотделение, что еще чуть-чуть и у школы появился бы свой бассейн.

– Я передумал. Тоже буду чай. Можно?

– Нужно. – ответил старик, и уже скоро у меня руках оказалась такая же кружка с парящим напитком. – За знакомство.

Он чуть ли не залпом осушил чарку, и сразу налил себе еще, а мне пришлось долго дуть, чтобы сделать хотя бы маленький глоток. Но этого определенно того стоило. У меня в груди мгновенно разлилось тепло, словно там зажглось небольшое ласковое солнце, а феерию вкусов я бы мог сравнить разе что с шашлыками Влада. И еще непонятно кто одержал бы верх.

Но самое неожиданное, что вкус показался мне смутно знакомым. Будто нечто подобное мне уже доводилось пробовать.

Вот только когда?

И где?

Точно не в Нарцесе с его каркаде, цикорием и компотами. И не в НИИНСе. И определенно не за столом у Вороновых. Неужели в прошлой жизни, скрытой от меня пеленой забвения? Может я тоже леший?

– Ну как? – осведомился Бор.

– Вкусно. – выдал я, смакуя очередной крохотный глоточек.

– Прекрасно. Получается, мы с тобой разделили трапезу. А значит по закону гостеприимства ты не можешь выдать меня ДРС.

– Что-то я ни в одном кодексе, акте и своде такого пункта не видел.

– Есть концепции, Рома, гораздо более древние, чем вся людская цивилизация. И концепции эти действуют вне зависимости ни от каких глупых бумажек. Они незримой нитью прописаны в самом мироздании. И имя им – магия.

Магия!

– Допустим. – кивнул я. – Но чего вам бояться? Вы же сами сказали, что недавно обновили лицензию. И что квоту еще не выбрали.

– Так я соврал. – просто признался леший.

– Тогда или сейчас?

– Тогда. – с серьезным видом уточнил он. – А проверять законы магии на прочность не рекомендую. Есть вещи пострашнее штрафов и тюрем. Можешь мне поверить.

Я не поверил. Но и проверку решил отложить на более позднее время. Глупо совать голову в пасть крокодила только потому, что он немного похож на ящерку, недавно убежавшую от тебя под камень. Сперва нужно собрать побольше информации.

– Так что это за ДРС такое и откуда оно взялось? – спросил я.

– А сколько у тебя времени?

– До начала пятого урока.

– Значит придется рассказывать сильно сокращенную версию. Ну слушай.

Глава 12

Подумать только – я сидел в закутке обычной общеобразовательной школы и вел беседу с натуральным лешим, повидавшим уже хрен знает сколько зим. Сообщи я такое Льву Игоревичу, и он точно вколол бы мне что-нибудь забористое, от чего я бы потом неделю пускал слюну изо рта и смотрел мультики без всякого телевизора.

А тут я учитель. Уважаемый член общества.

Ну или по крайней мере так когда-то задумывалось.

Бор же, как ни в чем не бывало, прихлебывал чаек и, тряся бородой, рассказывал мне об изнанке мира, скрытой от глаз подавляющего большинства его обитателей. История эта могла поразить любого, способного удивляться, и он бы точно пропустил половину мимо ушей, но я слушал, не отвлекаясь и мотал на ус. Ведь я разом получил ответы на многие вопросы. Однако и новых у меня зародилось ничуть не меньше.

Оказалось, что лишь малая часть магических сущностей, придуманных человечеством за последние тысячелетия, на самом деле придумана. Водяные, домовые, кикиморы, кицунэ, тэнгу, ифриты, силаты, лоа петра, асуры и многие другие существовали испокон веков и живут среди нас до сих пор. С тем лишь отличием, что еще совсем недавно люди им поклонялись и возводили храмы, а теперь даже имен большинства вспомнить не в состоянии. А то и вовсе о них никогда не слышали.

Особенно плохо стало в новейшее время. Глобализация, интернет, массовая культура, кино, игры и телевидение напрочь убили в людях веру в магию, а заодно извратили в умах почитаемые издревле образы. Очень трудно, оказывается, жить, когда тебе вместо даров пытаются заехать по голове палкой, чтобы набить «фраг» и выбить «лут». А какой лут с лешего? Кусок бересты, да прошлогодний снег. Вот так и пропадешь ни за х…вост собачий.

И пришлось всем этим сущностям приспосабливаться, меняться, мимикрировать. Причем со скоростью, к которой они в своей размеренной жизни не привыкли. Одни смирились и освоились, другие ушли в глушь или затаились, но и над теми, и над другими встала могущественная всемирная организация, получившая называние Департамент Регулирования Сверхъестественного. Или сокращенно – ДРС.

Рассказывая о ДРС, Бор скривился так, будто раскусил клопа, а Психо подсказал, что тот испытывает крайнюю степень отвращения с легкой примесью принятия неизбежного. И ничего неожиданного в этом нет. Ведь Департамент взял за основу людскую бюрократическую систему с магическим паспортом, лицензиями, квотами, отчетами, запретами и санкциями. И попробуй не подчинись, когда за неповиновение тебе грозит сперва магический карантин, а при последующем нарушении и вовсе крайне неприятная процедура Забвения, навсегда забирающая у злоумышленника магию. Что для большинства созданий означает смерть.

ДРС подчинялись также и людские маги – редкие уникумы, родившиеся со сверхъестественными способностями, или приобретшие их в результате неких событий. Такие в масштабах человечества встречались не часто. Реже, чем талантливые художники или прирожденные артисты. Однако имелись все-таки в числе вполне достаточном, чтобы ходить в собственные школы магии, одна из которых располагалась как раз в Ленинградской области.

Бор также считал, что во главе ДРС стоит человек. Ведь никто другой не смог бы создать столь громоздкую, но в то же время вполне сносно функционирующую бюрократическую машину. У этой теории имелись и иные сторонники. Другие же думали, что человеком, как марионеткой, из тени руководит некая сущность. Ходили в народе и прочие версии.

В общем, организация мутная, но крайне могущественная. С такой определенно лучше не связываться.

– Значит магию нужно маскировать. – резюмировал я, усвоив большую часть услышанного.

– Естественно, чтоб ее совой об пень. – буркнул леший. – Мне только Забвения для полного счастья не хватало. Хотя, честно признаться, иногда вспоминаю былые деньки и думаю: может ну его все в дупло! Что за жизнь пошла – хуже смерти. А потом по травке пройдусь, деревце поглажу и, вроде, полегче становится. Жить можно. Хотя как жить… Так, существовать.

– А уйти не пробовали?

– Куда ж я денусь?

– В другой лес. Или в парк, например. Тут рядом есть. Я из окна видел.

– В другом лесу свой леший имеется. И я ему нужен, как муравью детородный орган. А в Александрино семья дриад живет. Раньше я бы их мигом прогнал, а теперь…

– Как прогнал? Огненным шаром?

Старик поднял на меня голову, подбоченился, набрал в грудь побольше воздуха, но в итоге лишь шумно выдохнул и махнул рукой.

– Вот ведь дитя цивилизации. – укорил он меня, забрав кружку и не предложив добавки. – Ну какой у лешего огненный шар? Сам подумай. У нас свои методы. Да и вообще. Лицензию на боевую магию фиг получишь. – Бор показал мне большой узловатый кукиш. – И если на какие-то мелочи ДРС глаза еще закроет, то за нее уж точно влетит по полной.

– На мелочи вроде ваших игр с газоном?

– Да маскировал я их! Маскировал! Наверное… От дальнего взора точно маскировал. Кто же знал, что тут ты такой глазастый засел, как филин на суку. Кстати! – он пристально на меня уставился. – Откуда ты такой взялся? Магию видит, но ничего о ней не знает. И притворства я от тебя не чую. Да и зачем тебе притворяться? Будь ты и правда из ДРС, меня бы уже дэвы с асурами крутили. Так что?

Ну и что мне ему отвечать?

Вообще, если отбросить случай на даче, как погрешность, странности начались после установки чипа с Психо. Но пытаться объяснить лешему о нейросети и ее имплантации в мозг… это какой-то сюр. К тому же я и сам пока ни в чем не уверен. Требовалось все тщательно обдумать в спокойной обстановке, а не городить в горячке частокол. Хотя кое-что, благодаря возможностям своего нового знакомого, я мог бы проверить уже сейчас. Нужно только его к этому аккуратно подтолкнуть.

– А может ли быть так, что я тоже являюсь, некой сущностью, но сам об этом не знаю?

– Исключено! – отрезал он, рубанув по воздуху ребром ладони. – Я бы сразу почувствовал. Уж при рукопожатии точно. Хотя… Если тебя замаскировал кто-то могущественный… Но зачем ему это делать?

– Тогда могу я быть големом, куклой или еще каким фамильяром?

– Ну тут уж точно мимо. Как пить дать. Гомункулы так себя не ведут. Есть в тебе что-то, конечно, как будто от неживого, но ни один даже самый сумасшедший сидхе или лоа не отправит свое творение учителем в школу.

Ага. Так сделают только ученые из НИИ.

– А что если ваша магия пробудила мою собственную? – выдал еще одно предположение я. – И теперь я тоже маг.

– Ну этот как раз легко проверить. – хмыкнул старик, после чего подорвался с места и принялся метаться по своей скромной каморке.

Как же просто. Вроде бы леший, колдун, древняя сущность, повелевающая силами природы, а все туда же. Пробуди интерес, дай ощутить свою важность и значимость, немножко подтолкни, и вот он уже пляшет под твою дудку. Даже просить не пришлось.

+1 к Социальному взаимодействию. −2 ОА. – выдал Психо.

– Да за что опять? – не понял я.

[ Поощрение за самостоятельное решение проблемы и наказание за выбранный метод. Вместо манипуляции можно было просто попросить.]

– Но он же не человек.

[ Не имеет значения. Мы пытаемся привить тебе основы морали и этики, неотрывно связанные с эмоциями. Вне зависимости от типа сущности собеседника (неподтвержденной) действия исподволь не рекомендуются. За исключением некоторых ситуаций.]

– И как я пойму, что ситуация некоторая?

[ Знания приходят с опытом.]

Он бы еще Конфуция мне в голове цитировать начал. Магия, леший, школа и персональный Мао Цзэдун на полставки. В целом, в НРЦЛНКС было не так уж и плохо.

– Вот. – Бор выложил передо мной березовый лист, наперсток с водой, какой-то красный кристалл с трещинкой, горсть песка, клок пуха и пуговицу. – Закрой глаза, сосредоточься и медленно проведи над ними ладонью.