Текст книги "Песнь о Роланде. Коронование Людовика. Нимская телега. Песнь о Сиде. Романсеро"

Автор книги: Автор Неизвестен

Песнь о Роланде [7]7
  Из всех национальных эпосов феодального средневековья наиболее цветущим и разнообразным является эпос французский. Он дошел до нас в виде поэм (общим числом около 90), из которых древнейшие сохранились в записях XII века, а наиболее поздние относятся к XIV веку Поэмы эти именуются «жестами» (от французского «chansons de geste», что буквально значит «песни о деяниях» или «песни о подвигах»). Они имеют различный объем – от 1000 до 2000 стихов – и состоят из неравной длины (от 5 до 40 стихов) строф или «тирад», называемых также «лэссами» (laisses). Строки связаны между собой ассонансами, которые позднее, начиная с XIII века, сменяются точными рифмами. Поэмы эти предназначались для пения (или, точнее, декламации нараспев). Исполнителями этих поэм, а нередко и составителями их были жонглеры – странствующие певцы и музыканты.
  «Песнь о Роданде», самая знаменитая из героических поэм французского средневековья, сохранилась в нескольких списках, из которых наиболее важны следующие:
  1. Так называемый «Оксфордский вариант», о котором один из исследователей сказал, что «ценность его превышает ценность всех других редакции, вместе взятых». Эта рукопись, иногда обозначаемая Digby 23 (по имени ее владельца, завещавшего всю свою коллекцию древних манускриптов библиотеке Оксфордского университета), сделана примерно в середине XII века довольно тщательно англо‑нормандским писцом с оригинала, диалект которого неясен, и дошла до нас в относительно хорошем состоянии. Она содержит 4002 ассонансированных стиха.
  2. Венецианский ассонансированный текст по рукописи XIV века на французском языке с большой примесью итальянских слов и словесных формул: 6012 стихов.
  3. Рифмованные тексты, представленные двумя группами рукописей: из Шатору и из библиотеки св. Марка в Венеции; из Парижской национальной библиотеки, из Муниципальной библиотеки г. Лиона и из библиотеки Trinity College в Кембридже; в каждой более 800 стихов. Все это – обычные для зрелого и позднего средневековья переработки старых редакций поэм с тенденцией к «романтическому» развитию сюжета.
  Сохранилось также несколько иноязычных переводов «Песни о Роланде», восходящих к французским подлинникам, непосредственно нам неизвестным; из них стоит упомянуть так называемую «Карламагнуссагу», прозаическую компиляцию нескольких французских эпических поэм, выполненную около 1240 года по повелению норвежского короля‑просветителя Хакона V. Основой той ее части, которая соответствует «Песни о Роланде», послужила французская версия, довольно близкая к Оксфордской.
  После многовекового забвения «Песнь о Роланде» была заново «открыта» в начале XIX века, в эпоху романтизма, для которого, как известно, был характерен интерес ко всему средневековому, «готическому».
  Честь первого издания поэмы принадлежит французскому медиевисту Франсиску‑Ксавье Мишелю (1809–1887), который наткнулся на Оксфордскую рукопись, разбирая старинные манускрипты, хранившиеся в библиотеке Оксфордского университета. Издание это вышло в Париже в 1837 году («La Chanson de Roland ou de Roncevaux», du XII siècle; publièe pour la première fois d'après le manuscript de la Biblothèque Bodièienne d'Oxford, par F. Michel; «Песнь о Роланде, или Песнь о Ронсевальской битве», изданная Ф. Мишелем впервые по рукописи Бодлеянской библиотеки в Оксфорде). Критическое издание и перевод поэмы на современный французский язык осуществил в 1850 году Ф. Женен («La Chanson de Roland», poème de Thèroulde, texte critique accompagnè d'une traduction et de notes, par F. Gèriin; «Песнь о Роланде», поэма Турольда, критическое издание текста, перевод и примечания Ф. Женена).
  В последующие годы во Франции «Песнь о Роланде» издавалась множество раз и многократно переводилась на современный французский язык; особого внимания заслуживает факсимильное издание Оксфордской рукописи, вышедшее в 1932 году в Париже с историческими и палеографическими примечаниями Ш. Самарана.
  Несколько слов о русских переводах поэмы. Наиболее старые из них принадлежат Б. Алмазову (М., 1868) и А. Чудинову (Пг., 1917). Первый из них – вольный пересказ на основе французского перевода, второй – также весьма свободное прозаическое переложение, не дающее никакого представления о поэтическом звучании и образной системе подлинника.
  Наоборот, большого внимания и высокой оценки заслуживают два других перевода: первый из них, выполненный Ф. де ла Бартом, был опубликован в 1897 году и затем неоднократно переиздавался, а второй, принадлежащий перу ученого‑филолога Б. И. Ярхо, вышел в 1934 году в издательстве «Асаdemia».
  Помещенный в данном томе перевод Ю. Б. Корнеева выполнен по одному из новейших изданий, точно воспроизводящих Оксфордский текст («Das altfranzösische Rolandsiied nach der Oxfordcr Handschrift». Herausgegeben von Alfons Hilka. Dritte verbesserte Ausgabe, besorgt von Gerhardt Rohlfs. Halle (Saale).
  Этот перевод, впервые напечатанный в 1964 году в серии «Литературные памятники», основан на следующих принципах: он выполнен силлаботоническим стихом – белым пятистопным ямбом – с соблюдением системы ассонансов; имена собственные приближены к современному звучанию, за исключением княжеских, которые даны, согласно обычаю, в условной латинизированной форме (Карл, Людовик и т. п.); но главная задача, которую ставил собой переводчик, – это верно передать эмоциональное и смысловое содержанние подлинника.
  А. Смирнов


[Закрыть]

Перевод со старофранцузского Ю. Корнеева.

I

 
¹Король наш Карл [8]8
  Карл– франкский король Карл Великий (768–814), коронованный в Риме в 800 г. императором Запада. Во время испанского похода императором он еще не был.


[Закрыть], великий император,
Провоевал семь лет в стране испанской [9]9
  Провоевал семь лет в стране испанской– В 778 г. Карл Великий, имевший определенные политические и экономические интересы в северо‑восточной Испании, вмешался во внутренние раздоры испанских мавров. Призванный на помощь Иба аль‑Араби, мусульманским властителем на севере страны, которого сместил кордовский халиф Абдеррахман, стремившийся создать в Испании самостоятельную мусульманскую державу, Карл предпринял поход в Испанию, приведший к созданию испанской марки (пограничная область до Эбро). Поход Карла Великого в Испанию продолжался не семь лет, а лишь несколько месяцев. Однако вполне возможно, что еще до сложения «Песни о Роланде» эти семь лет были уже заполнены какими‑нибудь сказаниями о гибели Роланда и двенадцати пэров. Позже (в XIII в.) на итальянской почве (на смешанном франко‑итальянском языке) появились поэмы, описывающие этот период: «Вступление в Испанию» (первые пять лет) и «Взятие Пампелуны» (последние два года).


[Закрыть].
Весь этот горный край до моря занял [10]10
  … до моря занял– До моря Карл в 778 г. не дошел; но его сын, будущий король Людовик Благочестивый, еще при жизни отца (801 г.) завоевал Барселону, расположенную у моря.


[Закрыть],
Взял приступом все города и замки,
  ⁵Поверг их стены и разрушил башни,
Не сдали только Сарагосу мавры.
Марсилий [11]11
  Марсилий– имя неясного происхождения, по форме скорее романское, чем арабское, быть может, вымышленное, а быть может, искажение имени Amoroz, как звали, согласно Эгинхару (IX в.), мавританского правителя Сарагосы, просившего Карла Великого помочь ему против эмира Кордовского Абдеррахмана.


[Закрыть]‑нехристь там царит всевластно,
Чтит Магомета, Аполлона славит [12]12
  Аполлона славит– Христианские проповедники старались изобразить магометан язычниками («нехристями», безбожниками). Отсюда – приписываемое им почитание античного бога Аполлона (Аполлена) и превращение Магомета, основателя мусульманской религии, в языческого бога.


[Закрыть],
Но не уйдет он от господней кары.
Аой! [13]13
  Аой! – В конце большинства тирад стоит «аой!», которое до сих пор не нашло вполне удовлетворительного объяснения. В тех тирадах, где оно поставлено не на месте (иногда, например, в середине), следует видеть просто небрежность или ошибку последнего переписчика.
  Существует несколько толкований этого «аой» («aoi»), из которых наиболее правдоподобны следующие: 1) «aoi» – нечто вроде припева, междометие, которое встречается также в эпической поэме «Алисканс»; 2) условное обозначение музыкальной модуляции saeculorum amen (во веки веков) или pax vobiscum (мир вам), воспроизводящее гласные этих слов. Это толкование менее правдоподобно, чем первое.


[Закрыть]
 

II

 
¹⁰Однажды в зной Марсилий Сарагосский
Пошел искать прохлады в сад плодовый
И там прилег на мраморное ложе.
Вкруг – мавры: тысяч двадцать их и больше.
Он герцогам своим и графам молвит:
¹⁵«Узнайте, господа, о нашем горе:
Карл‑император нам грозит разгромом.
Пришел из милой Франции он с войском [14]14
  Пришел из милой Франции он с войском —Под «Францией» в поэме разумеется то Иль‑де‑Франс, то все владения Карла. Эпитет «милая» принадлежит к числу «устойчивых эпитетов» и употребляется даже врагами Франции.


[Закрыть].
А у меня нет силы для отпора,
И не хватает мне людей для боя.
²⁰Совет подайте, мудрые вельможи,
Как избежать мне смерти и позора».
В ответ ему язычники – ни слова.
Не промолчал лишь Бланкандрен Вальфондский [15]15
  Бланкандрен Вальфондский– Вальфонда – «Валье‑Онда», город в северной Испании.


[Закрыть].
 

III

 
Блистал меж мавров Бланкандрен умом,
²⁵На поле битвы был боец лихой,
Советом рад сеньеру был помочь.
Он говорит: «Оставьте страх пустой.
Отправьте к Карлу‑гордецу послов,
Клянитесь другом быть ему по гроб.
³⁰Пошлите в дар ему медведей, львов,
Псов, соколов линялых [16]16
  Линялые соколы– то есть те, которые уже вышли из периода линьки, считавшейся очень опасной болезнью для охотничьих птиц; они ценились много дороже, чем те, которым она еще предстояла.


[Закрыть] десять сот,
Верблюдов, мулов с золотой казной,
Что не свезут и пятьдесят возов.
Наемникам пускай заплатит он.
³⁵Довольно нас он разорял войной,
Пора ему вернуться в Ахен вновь.
Скажите, что в Михайлов день святой
Там примете и вы завет Христов
И Карлу честным станете слугой.
⁴⁰Захочет он заложников – пошлем.
Хоть двадцать их отправим в стан его.
Не пожалеем собственных сынов,
Пошлю я первый на смерть своего.
Уж лучше там им положить живот,
⁴⁵Чем нам утратить славу, земли, кров
И побираться с нищенской сумой».
Аой!
^46-а[Язычники в ответ: «Совет хорош».] [17]17
  Здесь и дальше строки, взятые в прямые скобки, интерполированы в Оксфордской редакции из других версий ради ясности или по иным соображениям.


[Закрыть]
 

IV

 
Воскликнул Бланкандрен: «Моей десницей
И бородой, что мне на грудь спустилась,
Я вам клянусь, французы [18]18
  Я вам клянусь, французы… – Французами в этой поэме называются без различий то жители Франции в узком смысле слова, то подданные Карла вообще (вместе с жителями германских частей империи – баварцами, алеманами и проч.).


[Закрыть] лагерь снимут,
⁵⁰Во Францию уйдут, в свой край родимый,
И разбредутся по родным жилищам.
Карл в Ахен [19]19
  Ахен (старофранц. Aix, ныне Aix‑la‑Chapelle) – столица державы Карла Великого, который был похоронен в местном соборе.


[Закрыть], град свой стольный, возвратится,
Дождется дня святого Михаила [20]20
  Дождется дня святого Михаила– День святого Михаила, который особенно чтился во Франции, до конца XI в. праздновался 29 сентября, позже – 16 октября.


[Закрыть],
Отпразднует его, но сроки минут,
⁵⁵А он о нас словечка не услышит.
Горяч и в гневе лют король спесивый,
С плеч голову заложникам он снимет.
Но лучше уж им головы лишиться,
Чем потерять нам край испанский милый
⁶⁰Да горе мыкать, как бездомным нищим».
Язычники в ответ: «Он прав, как видно».
 

V

 
Совет Марсилий распустил тогда.
К нему Кларен из Балагета [21]21
  Балагет– как полагают многие комментаторы, искажение названия города Балагер (в Сарагосской области).


[Закрыть] зван,
Эстрамарен и Эдропен спешат,
⁶⁵И Приамон, и бородач Гарлан,
С Магеем‑дядей Машине‑смельчак,
Мальбьен Заморский, Жоюнье‑силач
И Бланкандрен, что мастер речь держать [22]22
  ^63–68Все имена мусульман здесь и далее – вымышлены. Характерно, что многие из них образованы от французского слова «mal» – «плохо», «дурно»: Мальбьен, Мальприми т. д. Приамон– имя троянского царя Приама, случайно сюда попавшее.


[Закрыть].
Марсилий всем злодеям так сказал:
⁷⁰«Отправьтесь к Карлу спешно, господа.
Он осаждает Ко́рдову [23]23
  Кордов– В подлиннике Cordres (в венецианской рукописи – Cordoa) – Ко́рдова (город в южной Испании, с VIII в. до 1031 г. являвшийся столицей Испанского халифата) или же Cortes – местечко в северной Испании, в долине реки Эбро, между Туделой и Сарагосой. В пользу первого толкования, имеющего больше сторонников, чем второе, говорит то, что, по уверению хрониста Адемара де Шабанн, Карл Великий «владел всей землей, от Монто‑Гаргано в Италии, до Кордовы в Испании». Но последнее сведение могло быть взято Адемаром из этого самого стиха «Песни о Роланде». Интересно, однако, что в «Песни о предательстве Гвенона», восходящей к более ранней форме «Песни о Роланде»), чем Оксфордская, испанский город в этом месте назван не Кордовой, а Мориндой.


[Закрыть] сейчас.
Несите ветвь масличную в руках —
Смирения и дружелюбья знак.
Коль с королем вы примирите нас,
⁷⁵Я серебра и золота вам дам,
Земель, феодов [24]24


[Закрыть], всякого добра».
Они в ответ: «Заслужим, государь».
Аой!
 

VI

 
Тогда совет Марсилий распустил,
Сказал вассалам: «Доброго пути!
⁸⁰Пора вам наломать ветвей с олив
И ехать Карла‑короля просить,
Чтоб нас он бога ради пощадил.
Не минет месяц, как вослед за ним
Явлюсь я с тысячью людей моих.
⁸⁵Пусть Карл велит их и меня крестить,
И буду я ему слугой всю жизнь.
А коль нужны заложники – дадим».
Воскликнул Бланкандрен: «То нам с руки!»
Аой!
 

VII

 
Велит привесть Марсилий мулов белых:
⁹⁰Король Сватильский [25]25
  Сватильский король– Сватилия – неизвестная страна. Венецианский текст дает здесь: reis de Cecilia, то есть, вероятно, Сицилии. Последняя, действительно, была под властью арабов с 827 по 1061 г. Если так, то это архаическая черта, ибо в пору возникновения Оксфордского варианта Сицилия принадлежала уже норманнам, то есть была христианским государством.


[Закрыть] в дар прислал их десять
На каждом золоченая уздечка.
Послы в серебряные седла сели
И в руки взяли по масличной ветви.
Злодеи к королю французов едут.
⁹⁵Ему от козней их не уберечься.
Аой!
 

VIII

 
Карл император радостен и горд:
Взял Кордову он штурмом, башни снес,
Баллистами своими стены смел,
Рать оделил добычею большой —
¹⁰⁰ Оружьем, золотом и серебром.
Язычников там нет ни одного:
Кто не убит в бою, тот окрещен.
Сидит в саду плодовом наш король.
При нем Роланд и Оливье‑барон [26]26
  Роланд– племянник Карла, один из пэров, пасынок Ганелона; историческим прототипом этого образа явился маркграф Бретонской марки Хруодланд, павший в бою с басками в 778 г. Оливье– нигде исторически не засвидетельствован. Бароны– здесь и дальше не титул, а название всех рыцарей, независимо от их титулов.


[Закрыть],
¹⁰⁵Спесивец Ансеис, и дук Самсон [27]27
  Спесивец Ансеис, и дук Самсон– Ансеис – по‑видимому, один из пэров; в других произведениях не упоминается (не следует его смешивать с героем позднейшего романа «Ансеис Картахенский» (XIII в.), которого Карл сделал королем Испанским после смерти Роланда).
  Самсон– один из пэров, бургундский герцог (дук), в других эпических поэмах не упоминаемый. Пэры – те из вассалов, которых сеньер считает себе равными.


[Закрыть],
И Жоффруа, Анжу [28]28
  Жоффруа– Прототипом этого образа певцу (или редактору) «Песни о Роланде» послужил, очевидно, герцог Анжуйский Жоффруа I Гризгонель, несший королевское знамя в исторической битве при Суассоне (948 г.), как и его легендарный предок, упоминаемый в «Песни о Роланде». Некоторые ученые усмотрели в этом основание для того, чтобы утверждать особую связь «Песни о Роланде» с Анжу (пли даже считать, что «Песнь о Роланде» возникла именно в этой провинции), ибо они толковали это место как лестный намек на старинные якобы притязания графов Анжу на наследственное звание королевского знаменосца. Однако для столь далеко идущих выводов приведенных фактов явно недостаточно.


[Закрыть]его феод,
В сраженьях знамя Карла он несет,
Жерен, Жерье [29]29
  Жерен, Жерье– неизвестные лица, парные имена. Трудно сказать, кто из перечисленных является пэром, а кто – нет.


[Закрыть], бойцов отборных сонм —
Всего пятнадцать тысяч храбрецов.
¹¹⁰Одни расселись на шелках ковров,
Другие в зернь играют за столом;
Кто стар – склонен над шахматной доской;
Кто юн – потешным боем увлечен.
Там, где цветет шиповник, под сосной,
¹¹⁵Поставлен золотой чеканный трон.
Карл, Франции король, сидит на нем.
Седоволос он и седобород [30]30
  Седоволосой и седобород… – Это описание Карла не соответствует исторической действительности, ибо в 778 г. ему было лишь тридцать шесть лет.


[Закрыть],
Прекрасен станом, величав лицом.
Издалека узнать его легко.
¹²⁰Сошли с коней послы, узрев его,
Как должно, отдают ему поклон.
 

IX

 
Вот первым Бланкандрен заговорил.
Он молвит Карлу: «Пусть вас бог хранит,
Преславный бог, кого должны мы чтить!
¹²⁵Король Марсилий вам сказать велит:
Он понял, что закон ваш благ и чист,
И предлагает вам дары свои —
Верблюдов, львов, медведей, псов борзых
Да десять сот линялых ловчих птиц.
¹³⁰Пришлет на мулах столько он казны,
Что в пятьдесят возов не уместить.
У вас довольно будет золотых,
Чтоб заплатить наемникам своим.
Немало лет у нас вы провели.
¹³⁵Пора уже вам в Ахен ваш уйти.
Вослед туда придет мой господин».
Воздел наш император руки ввысь,
Чело в раздумье долу опустил.
Аой!
 

X

 
В раздумье Карл не поднимал чела
¹⁴⁰И долго, в землю взор вперив, молчал!
Ответ любил он взвесить не спеша.
Потом сурово глянул на посла
И так промолвил: «Речь твоя красна,
Но ваш Марсилий – мой заклятый враг.
¹⁴⁵Какую можешь ты поруку дать,
Что не солгали мне твои уста?»
«Заложников дадим, – ответил мавр. —
Найдем вам хоть десяток их, хоть два.
Их к вам отправят первые меж нас.
¹⁵⁰Пошлю и сам я сына хоть на казнь.
Вернитесь в Ахен, в свой дворец, назад.
Король мой в день спасенья на водах,
В Михайлов день, к вам явится туда
И в ваших богом созданных ключах
¹⁵⁵Воспримет, как сказал, закон Христа».
«Дай бог ему спастись!» – воскликнул Карл.
Аой!
 

XI

 
Прекрасен день, закат огнем горит.
В конюшню белых мулов отвели.
Карл приказал в саду шатер разбить,
¹⁶⁰Десятерых послов в нем поместил,
Двенадцать добрых слуг приставил к ним.
Проспали там посланцы до зари.
Встал Карл с рассветом, в церковь поспешил,
Все утро у святой обедни был,
¹⁶⁵Потом в саду сел под сосной в тени
И звать баронов на совет велит:
Он не привык вершить дела без них.
Аой!
 

XII

 
Карл‑император под сосной воссел.
Сошлись к нему бароны на совет:
¹⁷⁰Турпен‑архиепископ, дук Ожье [31]31
  Турпен‑архиепископ– епископ Реймский (753–794), лицо историческое; пользовался покровительством Карла Великого, но об участии его в доходах ничего не известно. Вслед за «Песнью о Роланде» проник и в другие эпические поэмы.
  Ожье– герой французского эпоса Ожье Датчанин; в эпопее «Подвиги Ожье» подробно рассказано о его враждебности к Карлу, а затем о его подвигах и заслугах перед Францией. Неизвестно, причисляется ли Ожье к пэрам.


[Закрыть],
С племянником Анри Ришар [32]32
  Ришар– нормандский герцог Ришар I Старый (ум. в 996 г.).
  Анри, его племянник, Аселен, Тибо из Реймса и Милон – неизвестны.


[Закрыть], что сед,
Граф Аселен [33]33
  Аселен– неизвестен.


[Закрыть], гасконский удалец,
Жерен, Тибо из Реймса и Жерье.
Пришел с Тибо Милон, его кузен [34]34
  Тибо из Реймса и Милон– неизвестны.


[Закрыть],
¹⁷⁵И граф Роланд явился им вослед.
С ним знатный и отважный Оливье.
За тысячу собралось человек.
Пришел и Ганелон, предавший всех.
Совет тот стал причиной многих бед.
Аой!
 

XIII

 
¹⁸⁰Промолвил император Карл: «Бароны,
Прислал послов Марсилий Сарагосский.
Он мне сулит даров богатых много —
Верблюдов и медведей, львов и гончих,
Да соколов линялых десять сотен,
¹⁸⁵Да золотой казны на мулах столько,
Чтоб ею пятьдесят возов наполнить.
Взамен он просит, чтоб домой ушел я.
Прибыть клянется в Ахен вслед за мною.
Он примет там крещение святое
¹⁹⁰И в лен от нас свой край получит снова.
Но, может быть, он обмануть нас хочет».
Французы молвят: «Будем осторожны».
Аой!
 

XIV

 
Король умолк: он все сказал совету.
Но не одобрил граф Роланд той речи,
¹⁹⁵Поднялся с места. Карлу стал перечить.
Он говорит: «Марсилию не верьте.
Семь лет воюем мы в испанских землях.
Коммибль и Нопль добыл я вам в сраженьях [35]35
  Коммибль– название сильно искаженное; возможно, какая‑нибудь деревня в северной Испании. Некоторые иноземные версии дают здесь: Моринда.
  Нопль– Ноблехас близ Толедо (Тавернье) или Напаль близ Барбастро.


[Закрыть],
Завоевал и Пину и Вальтерну [36]36
  Пина– неизвестна. Вальтерна– сарацинский замок в 95 км от Сарагосы.


[Закрыть],
²⁰⁰Взял Балагет, Севилью и Туделу [37]37
  Тудела(Tuële) – город или селение между Ронсевалем и Сарагосой. Севилья– вероятно, Севиль, крепость в горах близ Барбастро.


[Закрыть].
Марсилий же и раньше был изменник.
Прислал он к вам пятнадцать мавров прежде.
Из них нес каждый по масличной ветви.
Вели они пред вами речи те же,
²⁰⁵Просили так же вы у нас совета,
И мы, глупцы, поверили их лести.
Послали вы двух ваших графов смелых,
Базана и Базилия [38]38
  Базан, Базилий– Возможно, что существовало какое‑то сказание о послах Карла Великого, осужденных язычниками на смерть. Во франко‑итальянской поэме XIV в. «Взятие Пампелуны» говорится сначала о двух послах – Базане и Базилии, но затем появляется третий – Балдуин, который срывает с Марсилия корону, приносит ее Карлу и умирает у его ног. В других итальянских версиях встречаются несколько отклоняющиеся варианты сказания, что указывает на широкое его распространение.


[Закрыть], к неверным.
Марсилий их в Альтилье [39]39
  Альтилья(исп. altilla) – «возвышенность», «холм».


[Закрыть]казни предал.
²¹⁰Как встарь, арабов без пощады бейте,
Ведите рать на Сарагосу‑крепость,
Под нею стойте хоть до самой смерти,
Но отомстите за послов злодею».
Аой!
 

XV

 
Карл‑император головой поник,
²¹⁵Мнет бороду и теребит усы,
Племяннику ответить не спешит.
Не промолчал лишь Ганелон один,
Поднялся с места, на ноги вскочил
И королю бесстрашно говорит:
²²⁰«Поверьте не Роланду – он кичлив,
Не мне, не прочим, а ушам своим.
Желает заключить Марсилий мир,
Вам руки в руки, как вассал, вложить [40]40
  Вам руки в руки, как вассал, вложить– Обряд принесения вассальной присяги сопровождался символическим актом: вассал, стоя на коленях, вкладывал свои руки в руки сеньора.


[Закрыть],
И в лен у вас Испанию просить,
²²⁵И в нашу с вами веру перейти.
Кто вас к отказу пробует склонить,
Тот ни во что не ставит нашу жизнь.
Не слушайте вы тех, кто горделив.
Лишь мудрость вами пусть руководит».
Аой!
 

XVI

 
²³⁰Встает Немон [41]41
  Немон(именит, пад. Naimes, косв. пад. Naimon) – вымышленный персонаж, тип мудрого советника.


[Закрыть], он седовлас и стар,
Но самый славный при дворе вассал.
Он молвит королю: «Разумен граф.
Благой совет он подал вам сейчас.
Не надо просьбу мавра отвергать.
²³⁵Войну король Марсилий проиграл.
Его твердыни вы сожгли дотла,
Баллисты ваши их смели во прах.
Он потерял и рать и города.
Пощады просит ныне он у вас,
²⁴⁰И вам ему грешно ее не дать.
^240-а[Должны вы отрядить к нему посла.]
Коль он готов заложников прислать,
Великую войну кончать пора».
Французы восклицают: «Герцог прав!»
Аой!
 

XVII

 
«Прошу, бароны, дайте мне совет,
²⁴⁵Кого послать к Марсилию теперь».
Сказал Немон: «Дозвольте ехать мне.
Прошу у вас перчатку я и жезл».
Король в ответ: «Вы здесь умнее всех.
Клянусь седою бородой моей,
²⁵⁰Вас ни за что не отпущу в отъезд.
Пока вас не зовут, извольте сесть».
 

XVIII

 
«Бароны, я от вас совета жду,
Кого послать к Марсилию могу».
Роланд промолвил: «Я отправлюсь в путь».
²⁵⁵Граф Оливье в ответ: «Не быть тому.
Надменны вы, ваш нрав не в меру крут.
Вы ссору там затеете, страшусь.
Коль королю угодно, я пойду».
«Молчите оба! – крикнул Карл ему.—
²⁶⁰ Ни одного из вас не отпущу.
Усами вам и бородой клянусь,
Посла из пэров я не изберу».
Французы стихли и молчат вокруг.
 

XIX

 
Тогда Турпен из Реймса с места встал.
²⁶⁵Он говорит: «Нельзя баронов слать.
Семь лет они воюют этот край —
Хлебнули горя и лишений всласть.
Жезл и перчатку мне прошу вас дать.
Я ваш ответ доставлю мавру сам
²⁷⁰Да погляжу, каков наш враг с лица».
Король прикрикнул на него в сердцах:
«Сесть на ковер приказываю вам.
Извольте, коль я не спросил, молчать».
Аой!
 

XX

 
Сказал король: «Отважные бароны,
²⁷⁵Меж вами укажите мне такого,
Кто быть послом к Марсилию достоин».
Роланд ответил: «Ганелон, мой отчим».
Французы молвят: «Он на это годен.
Посла меж нас вы лучше не найдете».
²⁸⁰Тут стало страшно графу Ганелону.
Он плащ, подбитый горностаем, сбросил,
Остался только в шелковом камзоле.
Лицом он горд, сверкают ярко очи,
Широкий в бедрах стан на диво строен.
²⁸⁵Граф так хорош, что пэры глаз не сводят.
Роланду молвит он: «Безумец злобный,
Известно всем и так, что я – твой отчим.
Из‑за тебя к Марсилию я послан,
Но коль вернуться мне господь поможет,
²⁹⁰Тебе за все воздам я так жестоко,
Что будешь ты меня до смерти помнить».
Роланд в ответ: «С ума свела вас гордость:
Все знают, что не страшны мне угрозы.
Кто всех мудрей, тот быть послом и должен.
²⁹⁵Но я вас заменю, коль Карл позволит».
Аой!
 

ХХI

 
«Мне, – молвил Ганелон, – ты не замена:
Тебе я не сеньер, а ты не ленник.
Мне отдал император повеленье,
В град Сарагосу к маврам я поеду,
³⁰⁰Наделаю безумств я у неверных,
Чтоб отвести хотя б немного сердце».
Роланд услышал, закатился смехом.
Аой!
 

ХХII

 
Роландов смех услышал Ганелон.
От злобы сердце у него зашлось.
³⁰⁵Едва без чувств не пал на землю он.
И молвит графу: «Знай, я недруг твой:
Ты виноват, что избран я послом.
Я – перед вами, праведный король,
Исполнить вашу волю я готов».
^309-a[Карл говорит: «Сердиться вам грешно».]
Аой!
 

ХХIII

 
³¹⁰«Я вижу, к маврам надо ехать мне.
Кто послан к ним, тому возврата нет.
Король, на вашей я женат сестре.
Красавец сын у нас родился с ней.
То – Балдуин, он будет удалец.
³¹⁵Я вас прошу ему отдать мой лен,
А мне уж сына не видать вовек».
«Не в меру нежны вы, – король в ответ. —
Пора вам ехать, раз я повелел».
Аой!
 

ХХIV

 
Король сказал: «Приблизьтесь, Ганелон,
³²⁰Чтоб жезл с перчаткой вам вручить я мог.
Вы слышали, избрали вас послом».
Граф говорит: «Роланд всему виной.
Он будет ненавистен мне по гроб,
Я враг и Оливье, с кем дружит он,
³²⁵И пэрам вашим, любящим его.
Бросаю им при вас я вызов свой».
Король в ответ: «Умерьте вашу злость.
Пойдете вы, раз приказал король».
«На смерть пойду я, как Базан пошел
³³⁰И с ним Базилий, брат его родной».
Аой!
 

XXV

 
Король снимает правую перчатку.
Но скрыться рад бы Ганелон подальше.
Перчатку он берет, роняет наземь.
Все молвят: «Что же будет, о создатель?
³³⁵Посольство это нам сулит несчастье».
«Увидим», – Ганелон им отвечает.
 

XXVI

 
«Дозвольте ехать, – молвил Ганелон. —
Пора мне в путь, как требует мой долг».
Король ответил: «С вами я и бог».
³⁴⁰Затем посланца осенил крестом,
Жезл протянул ему, вручил письмо.
 

XXVII

 
Граф Ганелон ушел в шатер к себе,
Весь воинский припас пересмотрел,
Облекся в наилучший свой доспех,
³⁴⁵Златые шпоры на ноги надел,
К бедру привесил добрый меч Морглес,
Сел на Ташбрюна‑скакуна затем [42]42
  ^346–347У знаменитых воинов было в обычае давать личные имена своим мечам и коням. Имя меча Ганелона Морглесне поддается переводу. Имя его коня Ташбрюнозначает «коричневый в яблоках».


[Закрыть],
А стремя подал дядя Гюннемер.
Вкруг рыцари стоят в слезах, в тоске.
³⁵⁰Все молвят: «Граф, послали вас на смерть.
Давно вы состоите при дворе.
Считают вас бароном славным здесь.
Того, кто вас послом избрать посмел,
Сам Карл не защитит, не минет месть.
³⁵⁵Вас граф Роланд был должен поберечь:
Ведь родом вы столь знатный человек.
Мы все поедем, граф, за вами вслед».
«Бог упаси! – им Ганелон в ответ.—
Погибнуть лучше одному, чем всем.
³⁶⁰Как будете опять в родной стране,
Вас кланяться прошу жене моей;
И Пинабелю: он мой друг и пэр;
И Балдуину: я ему отец.
Он ваш сеньер, его покинуть – грех».
³⁶⁵И поскакал дорогою своей.
Аой!
 

XXVIII

 
Вот граф в тени олив высоких скачет.
С ним рядом сарацинские посланцы:
Нарочно Бланкандрен позадержался.
Беседу мавр заводит ловко с графом
³⁷⁰И говорит ему: «Дивлюсь я Карлу.
Апулию с Калабрией он занял,
Смирил он за соленым морем англов [43]43
  ^371–372Это неверно: Карл Великий ни Апулии, ни Калабрии никогда не покорял. На границах этих областей его власть кончалась. В Англию Карл Великий тоже никогда не вторгался.


[Закрыть],
Петру святому дань платить заставил [44]44
  Петру святому дань– ежегодный взнос по одному пенингу с «дыма» (жилья) в пользу папского престола (папа – наместник святого Петра); но налог этот был введен в Англии, конечно, не Карлом, а одним из англо‑саксонских королей.


[Закрыть].
Но для чего пришел он в земли наши?»
³⁷⁵Ответил граф: «Так, видно, он желает.
С ним не под силу никому тягаться».
Аой!
 

XXIX

 
Араб сказал: «Французы благородны,
Лишь те из вас, вельмож французских, злобны,
Кто Карла подстрекает на раздоры,
³⁸⁰Зря и его, и весь народ тревожит».
Граф отвечает: «Нет у нас подобных.
Один Роланд себе позора хочет.
Скрывался раз король в тени от зноя.
Его племянник в панцире подходит.
³⁸⁵Он только что разграбил Каркасону [45]45
  Он только что разграбил Каркасону– Каркасона – город в южной Франции. Существует средневековая латинская повесть «Деяния Карла Великого у Каркасоны и Нарбонна» (точно датировке не поддается), где Роланд завоевывает Сардинию (!) и Барселону, убивает сарацинских витязей Бальдрага и Тимиза и совершает еще ряд других подвигов. Марсилий спасается бегством, и стены Каркасоны падают перед Карлом.


[Закрыть].
Румяный яблок [46]46
  Яблок– символ императорской власти («держава»).


[Закрыть] Карлу он подносит.
«Вот так же, государь; – он дяде молвит, —
Я поднесу вам разом все короны».
Укоротить ему пора бы норов.
³⁹⁰Он каждый день рискует головою.
Убить его – и прекратятся войны».
Аой!
 

XXX

 
«Жесток Роланд! – воскликнул сарацин. —
Ужель он хочет всех поработить
И страны все завоевать решил?
³⁹⁵Где рать ему для этого найти?»
Ответил Ганелон: «Французы с ним.
Они ему верны, и он им мил.
Он не жалеет золота для них.
Им брони, мулов, шелк, коней дарит.
⁴⁰⁰Готов он сделать все, что Карл велит, —
Хоть до Востока покорить весь мир».
Аой!
 

XXXI

 
Так ехали араб и Ганелон,
Пока не поклялись друг другу в том,
Что им Роланд заплатит головой.
⁴⁰⁵Вот в Сарагосу прискакал посол.
Сошел с коня у тиса, пред дворцом.
Стоит там под сосной, в тени, престол.
Парчой александрийской [47]47
  Вплоть до XV в. Александрия была крупнейшей поставщицей ценных тканей в Западную Европу.


[Закрыть] устлан он.
Сидит король Испании на нем.
⁴¹⁰Арабов двадцать тысяч вкруг него.
Но слова вслух не вымолвит никто:
Всем новости услышать невтерпеж.
Тут входят Бланкандрен и Ганелон.
 

XXXII

 
Вот Бланкандрен к престолу подступил,
⁴¹⁵С послом перед Марсилием стоит
И молвит: «Пусть вас Магомет хранит
И Аполлен, которого мы чтим.
Я вашу волю Карлу изложил,
Но лишь воздел в ответ он руки ввысь
⁴²⁰И бога восхвалил от всей души.
К вам этот граф французский послан им.
Он знатен и у короля в чести.
Пусть скажет, что привез, – войну иль мир».
Послу Марсилий молвил: «Говори».
Аой!
 

XXXIII

 
⁴²⁵Ответ успел обдумать Ганелон
И речь повел, как человек с умом:
Не в первый раз он был уже послом.
Он говорит: «Пусть вас хранит господь,
Преславный, чтимый всеми нами бог.
⁴³⁰Вам объявляет Карл, владыка мой:
Коль примете святой закон Христов,
Даст в лен вам пол‑Испании король.
А коль не согласитесь вы на то,
Схватить вас и связать прикажет он.
⁴³⁵Вас в стольный Ахен увезут потом.
Там вынесут вам правый приговор.
Там ждут вас суд, и гибель, и позор».
Пришел король арабский в гнев большой,
Дрот златоперый над послом занес,
⁴⁴⁰Но удержал его синклит вельмож.
Аой!
 

XXXIV

 
В лице Марсилий изменился разом.
Он потрясает дротом над посланцем.
Граф это видит, меч рукой хватает.
Его из ножен вынул на два пальца
⁴⁴⁵И говорит: «Ты светел и прекрасен.
Пока тобой, мой меч, я препоясан,
Наш император про меня не скажет,
Что смерть один я принял в чуждом крае:
Со мной погибнут лучшие из мавров».
⁴⁵⁰Кричат арабы: «Развести их надо».
 

XXXV

 
Синклит вельмож Марсилия унял.
Король арабский сел на трон опять.
И альгалиф [48]48
  Альгалиф(букв: «наместник пророка») – титул арабских государей. Но певец, видимо, совершенно не понимая этого слова, делает «альгалифа» дядей и вассалом мелкого арабского царька в Испании.


[Закрыть] воскликнул: «Так нельзя!
Дрот на посла заносите вы зря.
⁴⁵⁵Вы не грозить должны ему, а внять».
Промолвил граф: «Стерплю обиду я,
Но не заставит замолчать меня
Все золото, что в ваших есть краях,
Все, чем богаты суша и моря.
⁴⁶⁰То, что услышал я от короля,
Его врагу скажу я, не чинясь».
На землю шубу сбросил граф с себя,
На ней парчою крыты соболя,
И Бланкандрен спешит ее поднять.
⁴⁶⁵Лишь меч посол не разрешает взять, —
Рукою правой сжал он рукоять.
«Вот смелый рыцарь!» – мавры говорят.
Аой!
 

XXXVI

 
К Марсилию подходит Ганелон
И молвит: «Зря вас обуяла злость.
⁴⁷⁰Велит сказать вам Франции король,
Чтоб обратились вы в закон Христов.
В лен даст вам полстраны испанской он,
А полстраны Роланд себе возьмет.
Ваш соправитель будет крут и горд [49]49
  ^473–474Это лживое заявление Ганелона было впоследствии истолковано как выражение действительного намерения Карла сделать Роланда королем Испании. Особенно это чувствуется в итальянских версиях легенды.


[Закрыть].
⁴⁷⁵А коль вам не по нраву мир такой,
На Сарагосу Карл пойдет в поход,
Прикажет вас схватить, связать силком
И в стольный Ахен увезет с собой.
Вас не посадят в доброе седло,
⁴⁸⁰Не повезут вас мул, лошак иль конь —
На кляче вы поедете верхом,
А в Ахене проститесь с головой.
Вот что вам пишет император мой».
Сказал – и мавру протянул письмо.
 

XXXVII

 
⁴⁸⁵Король Марсилий яростью охвачен,
Печать ломает, воск бросает наземь.
Письмо прочел он, говорит арабам:
«Мне пишет Карл, французский император,
Свои обиды он припоминает.
⁴⁹⁰Базилия убил я и Базана,
В горах Альтильских я их предал казни.
Велит он, коль хочу в живых остаться,
К нему отправить альгалифа‑дядю,
Не то я Карлу ненавистен стану».
⁴⁹⁵Тут королевич голос возвышает,
Отцу он молвит: «Нас срамит посланец.
Пусть он за это жизнью нам заплатит.
Проститься с нею я его заставлю».
Граф это слышит, меч свой обнажает,
⁵⁰⁰Встал под сосну, к стволу спиной прижался.
 

XXXVIII

 
Марсилий встал, пошел в плодовый сад.
Знатнейшие из мавров вслед спешат.
Принц Журфалей пришел на зов отца.
Там альгалиф – он дядя короля,
⁵⁰⁵Там Бланкандрен, чья голова седа.
Он молвит: «Не позвать ли нам посла?
Ведь он поклялся мне стоять за нас».
В ответ Марсилий: «Пусть придет сюда».
Вот за руку привел француза мавр.
⁵¹⁰Они перед Марсилием стоят,
Измену замышляют сообща.
Аой!
 

XXXIX

 
«Граф Ганелон, – сказал послу Марсилий, —
Вы были мной обижены безвинно.
Я дротом вас в сердцах убить грозился.
⁵¹⁵Дарю за то вас мехом соболиным.
Он мною куплен за пять сотен ливров.
Такой подарок возместит обиду».
«Приму с охотой! – Ганелон воскликнул. —
Пусть бог за это вам воздаст сторицей!»
Аой!
 

XL

 
⁵²⁰Марсилий молвил: «Граф, поверьте мне,
Нам ум и доблесть ваши по душе.
О Карле я вас расспросить хотел.
Ведь он уж стар и прожил долгий век:
Ему, как я слыхал, за двести лет [50]50
  Ему, как я слыхал, за двести лет– В устах Марсилия эти cлова выражают не пренебрежение, а, наоборот, почтительное отношение к Карлу.


[Закрыть].
⁵²⁵Завоевал столь много он земель,
Столь много отразил щитом мечей,
Столь многих разорил он королей!
Когда ж свой нрав уймет он наконец?»
«Карл не таков, – посол ему в ответ. —
⁵³⁰Вам скажет каждый, кто его узрел,
Что мир не видел воина смелей.
Слов в языке людском достойных нет,
Чтобы воздать ему хвалу и честь!
Не рассказать мне вам, каков он есть, —
⁵³⁵Так щедро от творца он взыскан всем.
Чем с ним расстаться, лучше умереть».
 

XLI

 
Король сказал: «Не взять мне в толк никак.
Ваш государь и стар и седовлас.
Ему за двести лет, как я слыхал.
В поход водил он войско много раз,
⁵⁴⁰На нем от стрел и копий много ран,
Он разорил войною много стран.
Когда ж он наконец уймет свой нрав?»
«Не быть тому, покуда жив Роланд,
⁵⁴⁵Наихрабрейший под луной вассал,
И Оливье, его лихой собрат,
И пэры, коих чтит и любит Карл.
При них двадцатитысячная рать.
Спокоен Карл, ему неведом страх».
Аой!
 

XLII

 
⁵⁵⁰Язычник молвит: «Не возьму я в толк.
Стар государь ваш и седоволос.
Лет двести, как я слышал, прожил он.
Им много королевств покорено,
От стрел и копий много ран на нем,
⁵⁵⁵И много стран он разорил войной.
Когда ж он наконец свой нрав уймет?»
«Не быть тому, пока Роланд живет,
Вассал наихрабрейший под луной,
И Оливье, лихой собрат его,
⁵⁶⁰И пэры, коих возлюбил король,
И с ними двадцать тысяч их бойцов.
При них не страшен королю никто».
Аой!
 

XLIII

 
«Любезный граф, – король послу сказал, —
Народ мой многочислен и удал.
⁵⁶⁵В четыреста сберу я тысяч рать,
А с ней могу отпор французам дать».
«На это не надейтесь, – молвил граф. —
Вы зря свои погубите войска.
Нет, подчинитесь голосу ума:
⁵⁷⁰Французам нужно дать такую дань,
Чтоб кругом голова у них пошла,
Заложников десятка два послать.
Во Францию пусть возвратится Карл,
А позади оставит арьергард,
⁵⁷⁵Отдаст его Роланду под начал.
Учтивый Оливье с ним будет там.
Они погибнут, в том ручаюсь вам.
Карл спесь свою забудет навсегда
И побоится с вами воевать».
Аой!
 

XLIV

 
⁵⁸⁰«Любезный граф, – спросил посла Марсилий, —
Как сделать, чтоб Роланд лишился жизни?»
Ответил граф ему: «Король, внемлите.
Как только вступит Карл в ущелье Сизы [51]51
  Ущелье Сизы(в древности Цезаревы ворота) – долина на северном склоне Пиренеев (со стороны Франции).


[Закрыть],
Он арьергард оставит у теснины.
⁵⁸⁵В нем будут граф Роланд неустрашимый
И Оливье, собрат его любимый.
Даст под начал король им двадцать тысяч.
На них сто тысяч ваших мавров двиньте.
Пускай французы первый натиск примут
⁵⁹⁰И понесут урон немалый в битве,
Хоть и потерпят больший сарацины.
А вы затем начните бой вторично:
В одном из двух Роланда смерть не минет.
Великое деянье вы свершите,
⁵⁹⁵Жить будете до самой смерти в мире».
Аой!
 

XLV

 
«Коль сможете Роланда погубить,
Без правой Карл останется руки.
Коль войско пэров истребите вы,
Вновь Карлу не найти бойцов таких.
⁶⁰⁰Во Франции наступит вечный мир».
Мавр обнял графа, поблагодарил,
Повел смотреть сокровища свои.
Аой!
 

XLVI

 
Сказал король: «Мы речи тратим зря.
Совету без доверья грош цена.
⁶⁰⁵Клянитесь же Роланда нам предать».
Посол сказал: «Охотно клятву дам».
Морглес он взял, поклялся на мощах:
Их в рукоять меча он вделал встарь [52]52
  Их в рукоять меча он вделал встарь – Останки святых (мощи) и другие реликвии высоко ценились как защита от смерти или ранения в бою; поэтому их часто вправляли в рукоятки мечей.


[Закрыть].
Аой!
 

XLVII

 
Слоновой кости там стоял престол.
⁶¹⁰Кладет Марсилий книгу [53]53
  Книга– священная книга (Евангелие, Коран и т. п.), на которой в средние века обычно торжественно клялись. Терваган. – В жестах нередко встречается имя этого загадочного языческого божества, образующего вместе с «Аполлоном» (Аполлоном) и «Маомом» (Магометом) триаду демонических существ, которым якобы поклонялись мусульмане. Мнения ученых относительно этого божества расходятся: А. Грегуар («L'ètimologie de Tervagant», Mèlanges d'histoire du thèâtre du moyen Age. P., 1950, p. 67–74) возводит его к римской богине Diana Trivia (Геката, покровительница нечистой силы); Л. Шпицер («Tervagant», Romania, LXX. 4948–1949, р. 397–408) производит имя «Tervagant» от прилагательного «Terrificans» («устрашающий», «наводящий ужас»); Ш. Пелла («Mahom, Tervagant, Apollin», Actas del primer congresso de estudios arabes e islamicos. Madrid, 1964, p. 265–269) считает его искаженным арабским эпитетом, относящимся к Магомету и означающим «проклятый» или «губитель».


[Закрыть] на него.
Записан терваганов в ней закон.
Поклялся сарацин на книге той,
Что если в арьергард Роланд пойдет,
Всю рать арабы разом двинут в бой,
⁶¹⁵Чтоб ускользнуть от смерти граф не мог.
«Да будет так!» – промолвил Ганелон.
Аой!
 

XLVIII

 
Язычник Вальдаброн пришел туда.
Марсилия воспитывал он встарь.
С веселым смехом он послу сказал:
⁶²⁰«Вот меч – нигде такого не сыскать.
За рукоять я сто червонцев дал.
Его примите, граф, приязни в знак.
Сгубить Роланда пособите нам,
Добейтесь, чтоб он в арьергард попал».
⁶²⁵Ответил Ганелон: «Да будет так»,
Облобызал язычника в уста.
 

XLIX

 
Язычник Климорен подходит к ним,
Послу с веселым смехом говорит:
«Вот шлем – нигде такого не найти.
⁶³⁰Дарю его, чтоб был наш враг убит.
Чтоб мы могли Роланда посрамить».
«Да будет так!» – посланец подхватил,
И с ним облобызался сарацин.
Аой!
 

L

 
Подходит королева Брамимонда
⁶³⁵И молвит графу: «Вы мне милы очень.
Вас хвалят все – и муж мой, и вельможи.
Жене свезите две богатых броши.
На них немало аметистов добрых,
И все богатства Рима их не стоят.
⁶⁴⁰Ваш император не видал подобных».
Взял граф и сунул их в сапог глубоко.
Аой!
 

LI

 
Марсилий казначея подозвал:
«Готова ль дань для Карла, Мальдуа [54]54
  Мальдуа(«находящийся на кривом пути») – казначей Марсилия.


[Закрыть]?»
Ответил тот: «Погружена казна.
⁶⁴⁵Семьсот верблюдов с нею шлем мы в дар.
Заложников получит двадцать Карл».
Аой!
 

LII

 
Король Марсилий Ганелона обнял
И молвит: «Нет мудрей, чем вы, барона.
Молю вас вашей верою святою —
⁶⁵⁰За нас и впредь, как ныне, верно стойте.
Не пожалею я для вас сокровищ.
Дам десять мулов, золотом груженных,
И столько ж буду слать вам ежегодно.
Вот вам ключи богатой Сарагосы.
⁶⁵⁵Вы их вручите королю с поклоном.
Роланда прикрывать назначьте войско.
Я повстречаюсь с ним в ущельях горных,
И мы тогда на смертный бой сойдемся».
Ответил граф: «Нельзя мне медлить дольше».
⁶⁶⁰Сел на коня и в путь помчался снова.
Аой!
 

LIII

 
Путь император к Франции направил,
Стал по дороге лагерем под Гальной [55]55
  Гальна– город, плохо поддающийся отождествлению; возможно, что нынешняя Хелса в 8 км от Сарагосы.


[Закрыть].
Разрушен этот город был Роландом,
Сто лет потом там не селились мавры.
⁶⁶⁵Ждет Карл вестей от своего посланца
И дани от испанских басурманов.
С зарей, едва лишь солнце показалось,
Граф Ганелон въезжает в лагерь Карла.
Аой!
 

LIV

 
Чуть свет наш император с ложа встал.
⁶⁷⁰Он в церкви у обедни побывал,
Сел на траву у своего шатра.
При нем Роланд и Оливье‑вассал,
Немон и прочих рыцарей толпа.
Предатель Ганелон пришел туда,
⁶⁷⁵Коварно речь повел издалека.
«Храни вас бог! – он королю сказал. —
Вот здесь ключи от Сарагосы вам,
А вот и мной полученная дань.
Заложников для вас я двадцать взял.
⁶⁸⁰Король Марсилий просит не серчать,
Что он вам альгалифа не прислал.
Четыре сотни тысяч мусульман,
Все в панцирях и крепких шишаках,
Чернь с золотом на их стальных мечах,
⁶⁸⁵Уселись с альгалифом на суда,
Чтоб таинства крещенья избежать.
Но не пришлось отплыть – я видел сам —
И на четыре мили кораблям,
Как налетели шторм и ураган.
⁶⁹⁰Погибли альгалиф и с ним вся рать;
А будь он жив, он был бы здесь сейчас.
Клянется вам Марсилий‑басурман,
Что месяц не пройдет еще сполна,
Как явится он в наш французский край,
⁶⁹⁵Воспримет там святой закон Христа,
Вам руки в руки вложит, как вассал,
И в лен возьмет Испанию от вас».
Король воскликнул: «Господу хвала!
А вам не пожалею я наград».
⁷⁰⁰Трубят французы в трубы и рога,
Садятся на коней, покинув стан,
В дорогу к милой Франции спешат.
Аой!
 

LV

 
Великий Карл Испанию разграбил,
Разрушил города и занял замки.
⁷⁰⁵Он мнит, что время мирное настало,
И едет к милой Франции обратно.
Вот стяг его Роланд на землю ставит.
С холма взметнулось грозно к небу знамя.
Вокруг стоят французские палатки.
⁷¹⁰Меж тем в ущельях сарацины скачут.
На них стальные панцири и латы,
Все в шлемах, препоясаны мечами,
На шее щит, копье в руке зажато.
В засаду сели мавры в горной чаще.
⁷¹⁵Четыреста их тысяч там собралось.
Увы, французы этого не знают!
Аой!
 

LVI

 
День миновал, на землю ночь спустилась.
Могучий император сон увидел:
У входа он стоит в ущелье Сизы,
⁷²⁰Зажал копье из ясеня в деснице;
Но за копье граф Ганелон схватился,
Потряс его и дернул что есть силы.
Взвились обломки древка к небу вихрем…
А Карл все спит, не может пробудиться.
 

LVII

 
⁷²⁵Потом ему привиделось во сне,
Что он в капелле ахенской своей.
Рвет правое плечо ему медведь.
Вдруг мчится леопард с вершин Арденн.
На Карла прянул он, разинув зев,
⁷³⁰Но из дворца проворный пес приспел.
От короля он отогнал зверей,
Медведю ухо правое изъел,
За леопардом кинулся затем.
«Великий бой!» – кричат французы вслед,
⁷³⁵Хоть и не знают, кто одержит верх. [56]56
  ^718–735Вероятное значение пророческих снов Карла: обломки древка, взвивающиеся к небу, – души убитых героев, возносящиеся на небо; медведь– Марсилий; леопард– альгалиф; проворный пес– Роланд; ухо медведя– правая рука Марсилия.


[Закрыть]
А Карл все спит: проснуться мочи нет.
Аой!
 

LVIII

 
Ночь минула, заря, алея, встала.
Рога и трубы оглашают лагерь.
Пред войском Карл Великий гордо скачет.
⁷⁴⁰«Бароны, – вопрошает император, —
Тесны ущелья здесь и круты скалы.
Кого бы нам оставить в арьергарде?»
Граф Ганелон ему в ответ: «Роланда.
Мой пасынок – храбрейший из вассалов».
⁷⁴⁵Услышал Карл, на графа гневно глянул
И говорит ему: «Вы – сущий дьявол.
Вас злоба неизбывная снедает.
А кто пойдет дозором перед ратью?»
Граф Ганелон сказал: «Ожье Датчанин.
⁷⁵⁰Надежнее вы не найдете стража».
Аой!
 

LIX

 
Роланд узнал, куда он отряжен,
Заговорил, как рыцарь и барон:
«Большое вам спасибо, отчим мой,
Что я назначен прикрывать отход.
⁷⁵⁵Не потеряет Франции король,
Пока я жив, коня ни одного.
За каждого из вьючных лошаков,
За каждого из мулов и ослов
Взыщу я плату с недругов мечом».
⁷⁶⁰«Я это знаю», – молвил Ганелон.
Аой!
 

LX

 
Узнал Роланд, что в арьергард назначен,
И отчиму промолвил в гневе страшном:
«Ах, подлое отродье, ах, предатель!
Ты думаешь, я уроню перчатку,
⁷⁶⁵Как ты свой жезл, на землю перед Карлом? [57]57
  ^764–765Здесь певец вступает в противоречие с предыдущим: в ст. 333 Ганелон, принимая полномочия от Карла, роняет на землю не жезл, а перчатку, и в ст. 782 Роланд принимает не перчатку, а лук. Но еще важнее расхождение в тоне тирад LIX–LX. Дело не в том, что в первом случае в Роланде говорят радость и утонченность чувств (быть может, отчасти наигранные и насмешливые), а во втором – грубость и гнев – такое чередование могло бы еще иметь место. Но дело в том, что смена подобных чувств здесь лишена всякого блеска и изящества, свойственных речи Роланда, и ничем Ее отличается от грубой ругани. Отметим также, что эта вторая тирада отсутствует во всех других версиях, кроме Оксфордской. Если прибавить еще ошибку с перчаткой и жезлом, становится чрезвычайно вероятным предположение некоторых исследователей о том, что вся вторая тирада является интерполяцией.


[Закрыть]»
Аой!
 

LXI

 
Роланд воскликнул: «Праведный король,
Я вас прошу, мне лук вручите свой.
Уж я не заслужу упрека в том,
Что перед вами уроню его,
⁷⁷⁰Как сделал это Ганелон с жезлом».
Наш император Карл поник челом,
Мнет бороду и крутит ус рукой.
Но удержать никак не может слез.
 

LXII

 
Немон вслед за Роландом держит речь —
⁷⁷⁵Вассала нет славнее при дворе.
Он молвит королю: «Слыхали все,
В какой пришел Роланд великий гнев.
Он с арьергардом остается здесь,
И заменить его нельзя никем.
⁷⁸⁰Ему ваш лук вручите поскорей,
Дружины дайте лучшие из всех».
И лук Роланду Карл принять велел.
 

LXIII

 
Роланду молвит император Карл:
«Племянник милый, вот вам мой наказ:
⁷⁸⁵Возьмете вы полвойска под начал.
С ним никакой вам не опасен враг».
Роланд ответил: «Да не будет так.
Свой род не посрамлю я никогда.
Лишь двадцать тысяч мне прошу вас дать.
⁷⁹⁰Ведите с миром остальных в наш край:
Пока я жив, никто не страшен вам».
Аой!
 

LXIV

 
Роланд сидит на боевом коне.
При нем его товарищ Оливье.
За ними едут храбрый граф Жерье,
⁷⁹⁵Жерен, Атон, Асторий [58]58
  Атон, Асторий– неизвестные лица.


[Закрыть], Беранже
И Ансеис, чья непомерна спесь.
Старик Жерар из Руссильона [59]59
  Жерар из Руссильона– герои франко‑провансальской эпической поэмы, граф Парижский, который был с 855 г. опекуном Карла, короля Прованса.


[Закрыть]здесь
И славный герцог удалец Гефье [60]60
  Гефье– вероятно, тождествен аквитанскому герцогу Вайфарию, с которым сражался отец Карла Великого Пипин Короткий (VIII в.), но потом помирился. См. также главу двадцать шестую второго тома «Дон‑Кихота».


[Закрыть].
Турпен сказал: «Мне отставать не след».
⁸⁰⁰«Иду с Роландом, – подхватил Готье [61]61
  Готьеде л'Он – неизвестен.


[Закрыть]—
Ведь я его вассал: он дал мне лен». [62]62
  ^792–801 Из перечисленных здесь лиц первые десять, включая Роланда, являются, очевидно, пэрами. Архиепископ Турпен, конечно, не может быть пэром, так же как и Готье де л'Он, называющий себя «вассалом» Роланда. Однако если сравнивать перечень пэров с тем, который дан в ст. 2403–2410, то здесь не хватает Ивона и Ивория, гасконца Анжелье и Самсона; напротив, здесь добавлены Асторий и Гефье. Все это лучше всего объясняется множественностью сказителей, противоречивших друг другу.


[Закрыть]
Ушло их двадцать тысяч человек.
Аой!
 

LXV

 
Зовет к себе Роланд Готье де л'Она:
«Возьмете вы французов десять сотен,
⁸⁰⁵Займете все ущелья и высоты,
Чтоб император не понес урона».
Аой!
Готье в ответ: «Исполню все, как должно»:.
Взял он с собой французов десять сотен
И занял все ущелья и высоты.
⁸¹⁰Откуда враг ударить ни захочет,
Семьсот мечей он встретит обнаженных.
Король Альмар Бельфернский [63]63
  Альмар Бельфернский– лицо вымышленное.


[Закрыть] в час недобрый
Даст нынче бой Готье с его дозором.
 

LXVI

 
Хребет высок, в ущельях мрак царит,
⁸¹⁵Чернеют скалы в глубине теснин.
Весь день идут французские полки,
На много миль разносятся шаги.
Вот уж они до Франции дошли.
Гасконь, владенье Карла, – впереди.
⁸²⁰Припомнились родные земли им,
Невест и жен припомнили они.
Сбегают слезы по щекам у них,
Но больше всех великий Карл скорбит:
Племянник им оставлен позади.
⁸²⁵Не плакать с горя у него нет сил.
Аой!
 

LXVII

 
В чужой земле двенадцать пэров встали
И двадцать тысяч рыцарей отважных.
Ни бой, ни смерть им не внушают страха.
Во Францию спешит наш император,
^829-a[Рвет бороду и неутешно плачет.]
⁸³⁰Лицо плащом в унынье прикрывает.
Старик Немон конь о конь с Карлом скачет.
Он молвит королю: «Что вас печалит?»
Король ему в ответ: «Вопрос ваш празден.
Я так скорблю, что не могу не плакать,
⁸³⁵Граф Ганелон погубит войско наше.
Мне нынче в ночь явил виденье ангел:
Сломал копье мне Ганелон‑предатель,
Он в арьергард определил Роланда.
В чужой земле племянник мной оставлен.
⁸⁴⁰Беда, коль он умрет: ему нет равных».
Аой!
 

LXVIII

 
Сдержать не может слез великий Карл,
С ним плачет вся стотысячная рать.
Его и всех французов мучит страх,
Что Ганелоном предан граф Роланд.
⁸⁴⁵Богатые дары предатель взял —
И серебро, и злато, и шелка,
Коней, верблюдов, мулов, львов, собак.
Три дня Марсилий подданных скликал.
Все званы – герцог, альгалиф и князь,
⁸⁵⁰Эмир, барон, и альмасор, и граф. [64]64
  Мы находим при дворе Марсилия удивительное смешение христианских титулов и званий (герцоги, графы, бароны) с арабскими (аль‑галиф, альмасор). Альмасор – искаженное Аль‑Мансур, имя или, вернее, прозвище («Победоносный») хаджиба (министра, визиря) кордовского халифа Мухаммеда (939‑1002), грозы христиан Испании, овладевшего Сантьяго‑де‑Компостела и другими твердынями Испании, но в конце концов потерпевшего сокрушительное поражение от соединенных сил королей Леона, Наварры и графа Кастилии при Калатаньясоре (998 г.). Имя Альмансор стало нарицательным для обозначения могучего арабского воителя в Испании.


[Закрыть]
Четыре сотни тысяч он собрал.
Рокочет в Сарагосе барабан.
На башню идол Магомет подъят,
Чтоб все могли к нему с мольбой воззвать.
⁸⁵⁵В седло садится войско басурман.
И вот уж по Серданье [65]65
  Серданья(в подлиннике: tere Certeine, букв.: «известная земля») – область в Испании, расположенная в долине реки Сегры.


[Закрыть] мавры мчат,
И виден им уже французский стяг.
Двенадцать пэров с войском ждут врага
И бой ему не побоятся дать.
 

LXIX

 
⁸⁶⁰Племянник короля летит вперед,
Вскачь гонит мула, древком бьет его.
Марсилию со смехом молвит он:
«Не раз я вам служил своим мечом,
Для вас претерпевал и труд и боль,
⁸⁶⁵Одерживал победы над врагом.
Прошу вас даровать мне первый бой.
Роланда я сражу своим копьем.
Коль Магомет захочет мне помочь,
Испанию мы отвоюем вновь
⁸⁷⁰От Дюрестана до Асприйских гор [66]66
  Асприйские горы(Aspera vallis, букв: «трудная ложбина») – Аспра, ныне Аспе, горный проход в Пиренеях. Дюрестан– неизвестен.


[Закрыть].
Устанет Карл, откажется от войн,
И проживете в мире век вы свой».
Племяннику перчатку дал король.
Аой!
 

LXX

 
Взял тот перчатку с дядиной руки,
⁸⁷⁵Марсилию спесиво говорит:
«Пресветлый государь, ваш дар велик.
Двенадцать мне соратников нужны,
Чтобы двенадцать пэров перебить».
На зов явиться Фальзарон [67]67
  Фальзарон(от fals – «ложный», «лживый») – вымышленное имя; брат Марсилия.


[Закрыть] спешит,
⁸⁸⁰Марсилию он братом был родным.
«Племянник, вы пойдете не один,
Готов я вместе с вами в бой вступить,
Мы арьергард французов разгромим.
Не суждено живыми им уйти».
Аой!
 

LXXI

 
⁸⁸⁵Вторым подъехал Корсали туда.
Душа бербера [68]68
  Еще в VIII в. христиане, воевавшие с испанскими маврами, сталкивались с берберами. Роль последних особенно усилилась с середины XI в., когда кордовские халифы призвали из Африки на помощь против христиан фанатических альморавидов, принадлежавших к берберам (см. прим. на с. 625).


[Закрыть] этого черна,
Но он лихой вассал, и смел в речах,
И храбрость ценит выше всех богатств.
С ним Мальприми, чья родина Бриган,
⁸⁹⁰Он бегает быстрее скакуна.
Марсилию он громко закричал:
«Отправиться готов я в Ронсеваль [69]69
  Ронсеваль– в настоящее время городок в Испании (Наварра) в долине, соединенной с Францией так называемыми Роландовыми Воротами.


[Закрыть].
Роланд погиб, коль с ним я встречусь там».
 

LXXII

 
Вот амирафль из Балагета мчит.
⁸⁹⁵Он станом строен и лицом красив.
Спесиво он на скакуне сидит,
Оружьем похваляется своим.
Он храбростью повсюду знаменит.
Одна беда – он не христианин.
⁹⁰⁰Пред королем он встал и говорит:
«Прошу вас в Ронсеваль [45] меня пустить.
Коль встречу там Роланда, он погиб,
Погибнут Оливье и пэры с ним.
Постигнут всех французов смерть и стыд.
⁹⁰⁵Карл выжил из ума, он стар, чуть жив,
Устанет скоро он войну вести,
И мы вкусим в краю испанском мир».
За речь Марсилий поблагодарил.
Аой!
 

LXXIII

 
Вот скачет альмасор из Морианы [70]70
  Мориана– местечко в области верхнего течения реки Эбро, в северной Испании.


[Закрыть],
⁹¹⁰В Испании нет нехристя коварней.
Пред королем он встал и начал хвастать:
«Дружину поведу я к Ронеевалю,
Пойдет со мною двадцать тысяч храбрых.
Роланд погиб, коль с ним я повстречаюсь.
⁹¹⁵Весь век о нем придется Карлу плакать».
Аой!
 

LXXIV

 
Вот скачет граф Торжис из Тортелозы [71]71
  Тортелоза– обычно толчется как Тортоза, городок в долине реки Эбро.


[Закрыть].
Его феод наследный этот город,
Всех христиан сгубил бы он охотно.
С другими он к Марсилию подходит
⁹²⁰И молвит: «Будьте, государь, спокойны.
Наш Магомет сильней Петра святого,
Коль вы ему верны, он вам поможет.
С Роландом в Ронсевале мы сойдемся,
Ему оттуда не уйти живому.
⁹²⁵Вы видите, как длинен меч мой добрый,
Он скоро в щепы Дюрандаль [72]72
  Дюрандаль– имя меча Роланда, происходящее либо от прилагательного «dur» – «твердый», либо от глагола «durer» – «быть прочным, устойчивым».


[Закрыть] расколет.
Молва вам скажет, кто кого поборет.
Мы победим французов в бранном споре.
Карл не избегнет срама и позора,
⁹³⁰Носить корону не дерзнет он больше».
 

LXXV

 
Вот скачет Эскреми [73]73
  Эскреми– лицо вымышленное.


[Закрыть] вдогонку прежним,
Владеет этот сарацин Вальтерной.
Кричит он громко королю неверных:
«Я в Ронсеваль смирить французов еду!
⁹³⁵Роланд погиб, коль там его я встречу,
Погибнет Оливье, кто всех смелее,
Предам я с ним двенадцать пэров смерти,
Французский край навеки опустеет.
Карл не найдет таким бойцам замены».
Аой!
 

LXXVI

 
⁹⁴⁰Вот Эсторган‑язычник подскакал,
За ним Эстрамарен [74]74
  Эсторган, Эстрамарен– лица вымышленные.


[Закрыть], его собрат,
Душа у них коварна и черна.
Король сказал: «Приблизьтесь, господа.
Спешите по ущельям в Ронсеваль,
⁹⁴⁵Вести мне помогите в битву рать».
Они в ответ: «Исполним, государь,
Роланд и Оливье погибнут там,
Никто из пэров не уйдет от нас,
Остры у нас клинки, крепка их сталь,
⁹⁵⁰Мы обагрим ее в крови врага.
Умрут французы, Карл поднимет плач.
Всю Францию наш меч добудет вам.
О государь, велите бой начать!
В плен попадет к вам император Карл».
 

LXXVII

 
⁹⁵⁵Вот Маргари Севильский [75]75
  Маргари Севильский– лицо вымышленное. Где находилась эта Севилья (имя, очень распространенное в испанской топонимике), неизвестно.


[Закрыть] подъезжает.
Он землями до Казмарины правит.
За красоту свою он мил всем дамам.
Чуть поглядит ему в лицо любая,
Не может от улыбки удержаться.
⁹⁶⁰Нет воина отважнее у мавров.
Толпу он пред собою раздвигает,
Марсилию кричит: «Не опасайтесь!
Я еду в Ронсеваль убить Роланда,
И Оливье в живых я не оставлю,
⁹⁶⁵Израню всех двенадцать пэров насмерть.
Вот меч мой с золотою рукоятью,
Эмиром Прима [76]76
  Прим– неизвестный городок (или область).


[Закрыть] был он мне подарен,
Клянусь его окрасить кровью вражьей.
Французов мы побьем и обесславим,
⁹⁷⁰А император их, седой и старый,
День изо дня от горя будет плакать.
Не минет год – мы Францию захватим,
Свои палатки в Сен‑Дени [77]77
  Сен‑Дени– монастырь св. Дениса, считавшегося патроном Франция, и город в 9 км от Парижа, древняя усыпальница французских королей. Расположиться иноверцам на постой в монастыре значило осквернить его «святыню».


[Закрыть] поставим».
Король ему поклоном отвечает.
Аой!
 

LXXVIII

 
⁹⁷⁵Вот и Шернобль Монэгрский [78]78
  Шернобль Монэгрский– персонаж и место неизвестны, но по некоторым признакам можно думать, что певец имел в виду Эфиопию. Другие полагают, что Монэгр (Muneigre, Черная Долина) означает область близ Сарагосы.


[Закрыть] лошадь шпорит.
До пят свисают у него волосья.
Играючи он больший груз уносит,
Чем увезти семь вьючных мулов могут.
В краю, откуда этот нехристь родом,
⁹⁸⁰Хлеб не родит земля, не светит солнце,
Не льется дождь, не выпадают росы,
Там черен даже каждый камень горный [79]79
  ^979–982Подражание пользовавшейся большой популярностью песни Давида на смерть Сеула и Ионафана (Библия, Вторая Книга Царств, гл. I, ст. 21).


[Закрыть].
Есть слух: там у чертей бывают сходки.
Шернобль воскликнул: «Взял я меч свой добрый,
⁹⁸⁵Его окрашу в Ронсевале кровью.
Я там Роланду заступлю дорогу.
Будь я не я, коль на него не брошусь,
Коль Дюрандаль я не добуду с бою [80]80
  Меч побежденного переходил в собственность победителя.


[Закрыть].
Французов мы побьем и опозорим».
⁹⁹⁰Двенадцать пэров‑сарацин уходят,
Стотысячную рать ведут с собою.
Всем поскорей затеять бой охота,
Все в бор идут и надевают брони.
 

LXXIX

 
В доспехах сарацинских каждый мавр,
⁹⁹⁵У каждого кольчуга в три ряда.
Все в добрых сарагосских шишаках,
При вьеннских [81]81
  Вьеннский– изготовленный в г. Вьенне на берегу реки Роны (Франция).


[Закрыть] прочных кованых мечах,
При валенсийских копьях и щитах.
Значок на древке – желт, иль бел, иль ал.
¹⁰⁰⁰Арабы с мулов соскочить спешат,
На боевых коней садится рать.
Сияет день, и солнце бьет в глаза,
Огнем горят доспехи на бойцах.
Скликают мавров трубы и рога,
¹⁰⁰⁵К французам шум летит издалека.
Роланду молвит Оливье: «Собрат,
Неверные хотят на нас напасть».
«Хвала творцу! – ему в ответ Роланд. —
За короля должны мы грудью встать.
¹⁰¹⁰Служить всегда сеньеру рад вассал,
Зной за него терпеть и холода.
Кровь за него ему отдать не жаль.
Пусть каждый рубит нехристей сплеча,
Чтоб не сложили песен злых про нас [82]82
  Злые песни– О существовании в каролингскую эпоху в дружинной среде насмешливых песен про трусов сохранились достоверные свидетельства.


[Закрыть].
¹⁰¹⁵За нас господь – мы правы, враг не прав.
А я дурной пример вам не подам».
Аой!
 

LXXX

 
Граф Оливье взошел на холм крутой,
Взглянул направо на зеленый дол
И видит: войско сарацин идет.
¹⁰²⁰Зовет он побратима своего:
«Шум слышен в стороне испанских гор.
Горят щиты и шишаки огнем.
Французов ждет сегодня тяжкий бой.
Всему виной предатель Ганелон:
¹⁰²⁵Он нас назначил прикрывать отход».
Роланд ему в ответ: «Он – отчим мой.
Я не позволю вам бранить его».
 

LXXXI

 
Граф Оливье глядит на дол с холма.
Вдали видны испанская страна
¹⁰³⁰И сарацин несметная толпа.
Везде сверкают золото и сталь,
Блеск лат, щитов и шлемов бьет в глаза.
Лес копий и значков над долом встал.
Языческих полков не сосчитать:
¹⁰³⁵Куда ни кинешь взор – повсюду враг.
Пришел в тревогу и смущенье граф,
Спустился поскорей с холма назад,
Пошел к французам, все им рассказал.
 

LXXXII

 
Промолвил Оливье: «Идут враги.
¹⁰⁴⁰Я в жизни не видал такой толпы.
Сто тысяч мавров там: при каждом щит,
Горят их брони, блещут шишаки,
Остры их копья, прочны их мечи.
Бой небывалый нынче предстоит.
¹⁰⁴⁵Французы, пусть господь вас укрепит.
Встречайте грудью натиск сарацин».
Французы молвят: «Трус, кто побежит!
Умрем, но вас в бою не предадим».
Аой!
 

LXXXIII

 
Граф Оливье сказал: «Врагов – тьмы тем,
¹⁰⁵⁰А наша рать мала, сдается мне.
Собрат Роланд, трубите в рог скорей,
Чтоб Карл дружины повернуть успел».
Роланд ответил: «Я в своем уме
И в рог не затрублю, на срам себе.
¹⁰⁵⁵Нет, я возьмусь за Дюрандаль теперь.
По рукоять окрашу в кровь мой меч.
Пришли сюда враги себе во вред.
Ручаюсь вам, их всех постигнет смерть».
Аой!
 

LXXXIV

 
«Трубите в рог скорей, о друг Роланд!
¹⁰⁶⁰Король услышит зов, придет назад,
Баронов приведет на помощь нам».
«Не дай господь! – Роланд ему сказал. —
Не стану Карла я обратно звать,
Себе и милой Франции на срам.
¹⁰⁶⁵Нет, лучше я возьмусь за Дюрандаль,
Мой добрый меч, висящий у бедра,
По рукоять окрашу в кровь булат.
Враги себе во вред пришли сюда.
Их всех постигнет смерть, ручаюсь вам».
Аой!
 

LXXXV

 
¹⁰⁷⁰«О друг Роланд, скорей трубите в рог.
На перевале Карл услышит зов.
Ручаюсь вам, он войско повернет».
Роланд ему в ответ: «Не дай господь!
Пускай не скажет обо мне никто,
¹⁰⁷⁵Что от испуга позабыл я долг.
Не посрамлю я никогда свой род.
Неверным мы дадим великий бой.
Сражу я мавров тысячу семьсот,
Мой Дюрандаль стальной окрашу в кровь.
¹⁰⁸⁰Врага французы примут на копье.
Испанцам всем погибнуть суждено».
 

LXXXVI

 
Граф Оливье сказал: «Вы зря стыдитесь.
Я видел тьму испанских сарацинов,
Кишат они на скалах и в теснинах,
¹⁰⁸⁵Покрыты ими горы и долины.
Несметны иноземные дружины.
Чрезмерно мал наш полк в сравненье с ними».
Роланд в ответ: «Тем злей мы будем биться.
Не дай господь и ангелы святые,
¹⁰⁹⁰Чтоб обесчестил я наш край родимый.
Позор и срам мне страшны – не кончина.
Отвагою – вот чем мы Карлу милы».
 

LXXXVII

 
Разумен Оливье, Роланд отважен,
И доблестью один другому равен.
¹⁰⁹⁵Коль сели на коня, надели панцирь —
Они скорей умрут, чем дрогнут в схватке.
Их речи горды, их сердца бесстрашны.
На христиан арабы бурей мчатся,
И молвит Оливье: «Враги пред нами,
¹¹⁰⁰И далеко ушли дружины Карла.
Когда бы в рог подуть вы пожелали,
Поспел бы к нам на помощь император.
Взгляните вверх, где круты скалы Аспры:
Там арьергард французов исчезает.
¹¹⁰⁵А нам теперь уж путь назад заказан».
Роланд ему: «Безумна речь такая.
Позор тому, в чье сердце страх закрался.
Стоим мы здесь и не пропустим мавров.
Верх мы возьмем, и поле будет нашим».
Аой!
 

LXXXVIII

 
¹¹¹⁰Роланд увидел: битвы не минуть,
Как лев иль леопард, стал горд и лют,
Воскликнул громко: «Побратим и друг!
Вам говорить такое не к лицу.
Не зря нас Карл оставил с войском тут:
¹¹¹⁵Не знает страха ни один француз,
И двадцать тысяч их у нас в полку.
Вассал сеньеру служит своему.
Он терпит зимний холод и жару,
Кровь за него не жаль пролить ему.
¹¹²⁰Копьем дадите вы отпор врагу.
Я Дюрандаль, что Карл мне дал, возьму.
Кто б ни владел им, если я паду,
Пусть скажет, что покойник был не трус».
 

LXXXIX

 
Турпен‑архиепископ взял в галоп,
¹¹²⁵Коня пришпорил, выехал на холм.
Увещевать французов начал он:
«Бароны, здесь оставил нас король.
Умрем за государя своего,
Живот положим за Христов закон.
¹¹³⁰Сомненья нет, нас ожидает бой:
Вон сарацины – полон ими дол.
Покайтесь, чтобы вас простил господь;
Я ж дам вам отпущение грехов.
Вас в вышний рай по смерти примет бог [83]83
  Средневековые эсхатологи различали разные степени посмертного блаженства: одной из высших было попасть после смерти в «вышний» рай.


[Закрыть],
¹¹³⁵Коль в муках вы умрете за него».
Вот на колени пали все кругом.
Турпен крестом благословил бойцов,
Эпитимью назначил – бить врагов.
 

XC

 
Французы поднимаются с земли.
¹¹⁴⁰Турпеном им отпущены грехи,
Он их святым крестом благословил.
На скакунов садятся вновь они.
Доспех надежный на любом из них,
К сраженью все готовы, как один.
¹¹⁴⁵Вот графу Оливье Роланд кричит:
«Вы мудро рассудили, побратим.
Нас Ганелон‑предатель погубил.
Взял он за это деньги и дары.
Пускай ему за нас король отмстит.
¹¹⁵⁰Ты, сарацин Марсилий, нас купил —
Так вот мечом покупку и возьми».
Аой!
 

XCI

 
Долиной мчит Роланд на скакуне.
Конь Вельянтиф [84]84
  Вельянтиф– имя коня Роланда, образованное либо от глагола «veiller» – «бодрствовать» («бдительный», «недремлющий»), либо от прилагательных «vieil» – «старый» и «antif» – «древний», «дряхлый» в том смысле, в каком в наших былинах Илье Муромцу присваивается по виду совсем захудалый, но по своим качествам замечательный (верный, выносливый и т. п.) конь – «сивка‑бурка, вещая Каурка».


[Закрыть] под ним горяч и резв.
К лицу ему оружье и доспех.
¹¹⁵⁵Копье он держит меткое в руке,
Вздымает грозно к небу острие.
Значок играет белый на копье,
Свисает бахрома до рук и плеч.
Прекрасен телом граф и ликом смел.
¹¹⁶⁰Ему вдогонку скачет Оливье.
Несется клич французов им вослед.
Роланд надменно мавров оглядел,
Любовно глянул на своих людей
И стал держать к ним ласковую речь:
¹¹⁶⁵«Бароны, не гоните зря коней:
Язычников не минет ныне смерть.
Такую мы возьмем добычу здесь,
Какой не брал никто из королей».
Сходиться рати начали затем.
Аой!
 

XCII

 
¹¹⁷⁰Граф Оливье сказал: «К чему слова!
В рог затрубить казалось стыдно вам.
Теперь король нам помощь не подаст.
За это было б грех ему пенять:
Не знает он, что ожидает нас.
¹¹⁷⁵Пришпорьте лучше скакуна, собрат!
Бароны, ни на шаг не отступать!
Молю вас ради господа Христа,
Держите строй, крушите басурман!
Ударим с кличем Карла на врага».
¹¹⁸⁰И крикнули французы: «Монжуа!» [85]85
  Боевой клич французов «Монжуа!»установился в XII в. Скорее всего, это восклицание французских паломников, которые испускали его с высоты Mons Gaudii («Гора радости», итал. название – Monte Mario), когда их взору впервые открывался Рим, цель их странствия. Объяснение этого клича в ст. 2505–2510 (см. прим. к ним: «Монжуа» будто бы от «Жуайёза») неправдоподобно и в лингвистическом отношении невозможно.


[Закрыть]
Кто этот крик в бою слыхал хоть раз,
Тот видел тех, кому неведом страх.
Погнали тут коней французы вскачь.
Как шпорят их они, как лихо мчат!
¹¹⁸⁵Осталось им одно – рубить сплеча,
Но и арабов трудно испугать.
И вот уж грудь на грудь сошлись войска.
 

XCIII

 
Марсилиев племянник Аэльро
Пред войском мавров мчит во весь опор,
¹¹⁹⁰Язвит французов наших бранью злой:
«Эй, трусы, ждет вас ныне смертный бой.
Вас предал ваш защитник и оплот:
Зря бросил вас в горах глупец‑король.
Падет на вашу Францию позор,
¹¹⁹⁵А Карл простится с правою рукой».
Роланд услышал, в ярый гнев пришел,
Коня пришпорил и пустил в галоп,
Язычнику нанес удар копьем,
Щит раздробил, доспехи расколол,
¹²⁰⁰Прорезал ребра, грудь пронзил насквозь,
От тела отделил хребет спинной,
Из сарацина вышиб душу вон.
Качнулся и на землю рухнул тот.
В груди торчало древко у него:
¹²⁰⁵Копье его до шеи рассекло.
Воскликнул граф Роланд над мертвецом:
«Презренный, ты сказал о Карле ложь.
Знай, не глупец и не предатель он.
Не зря он нам велел прикрыть отход.
¹²¹⁰Да не постигнет Францию позор!
Друзья, за нами первый бой! Вперед!
Мы правы, враг не прав – за нас господь».
Аой!
 

XCIV

 
Вон Фальзарон, Марсилию он брат.
Ему принадлежит, как лен, тот край,
¹²¹⁵Где Авирон с Дафаном [86]86
  Авирон с Дафаном– мятежники, которых, по библейскому преданию («Числа», XVI, 3‑32), за неповиновение Моисею поглотила земля. Примесь книжных влияний порождает порою в «Песни о Роланде» самую причудливую и неожиданную фантастику.


[Закрыть] жили встарь.
Мир нехристя коварней не видал.
Так у него огромна голова,
Что добрый фут уляжется меж глаз.
Разгневался он, что племянник пал,
¹²²⁰Отъехал от своих, понесся вскачь
С арабским бранным кличем на устах.
Французам нашим он кричит в сердцах:
«Сражу вас, милой Франции на срам!»
Услышал Оливье, что крикнул мавр,
¹²²⁵Коню в великом гневе шпоры дал,
Как истинный барон, нанес удар.
Пробил он щит, кольчугу в три ряда,
Копье в араба по значок вогнал
И замертво свалил его с седла.
¹²³⁰Увидел граф, что умер подлый враг,
Сказал над трупом гордые слова:
«Трус, мне твоя угроза не страшна!
Друзья, вперед! Не одолеть им нас!»
И крикнул он французам: «Монжуа!»
Аой!
 

XCV

 
¹²³⁵Вон нечестивый Корсали‑бербер,
Король лежащих за морем земель.
К арабам держит он такую речь:
«Возьмем легко мы в битве этой верх:
Французов мало, нас – не перечесть.
¹²⁴⁰Тех, что пред нами, вправе мы презреть.
Им не поможет Карл, их ждет конец.
Их всех до одного постигнет смерть».
Турпен услышал, яростью вскипел.
Тот мавр ему на свете всех мерзей.
¹²⁴⁵Пришпорил он коня, приник к луке,
Врагу нанес удар что силы есть,
Щит раздробил, в куски разнес доспех,
Грудь распорол, переломил хребет.
Качнулся мавр, не усидел в седле,
¹²⁵⁰Его с коня архиепископ сверг.
Турпен увидел, что пред ним мертвец,
И так сказал, сдержать не в силах гнев:
«Неправду ты изрек, поганый лжец!
Карл, наш сеньер, – защита нам и здесь.
¹²⁵⁵Не опозорим мы себя вовек:
Сумеем вас унять и одолеть.
Всем вашим будет то же, что тебе.
За нами – первый бой! Друзья, смелей!
Победу нам послал господь с небес!»
¹²⁶⁰И возгласил он «Монжуа!» затем.
 

XCVI

 
Вот пал сеньер Бригана Мальприми.
Жерен его ударил в добрый щит,
Навершный шип из хрусталя разбил.
Щит лопнул, разлетелся на куски.
¹²⁶⁵Конец копья через доспех проник,
И граф оружье в грудь врагу всадил.
С коня свалился мертвым сарацин,
Чью душу тут же черти унесли.
Аой!
 

XCVII

 
Разит и граф Жерье под стать собрату:
¹²⁷⁰Пробил он щит и панцирь амирафля [87]87
  Амирафль– Вероятнее всего это арабское «ал‑модаффер» – «победитель». Не следует смешивать это слово с «amirail» (от арабск. «амир») – «эмир». Эти титулы напоминают «мурз‑улановей» наших былин.


[Закрыть].
В живот ему свое копье направил,
Пронзил его насквозь одним ударом,
С коня свалил на землю бездыханным.
Граф Оливье воскликнул: «Бой удачен!»
 

XCVIII

 
¹²⁷⁵Самсон на альмасора наскочил,
Копьем ударил в золоченый щит.
Язычнику доспех не пособил:
До легких герцог грудь ему пронзил,
Его с коня, на горе маврам, сшиб.
¹²⁸⁰«Вот доблестный удар!» – Турпен кричит.
Аой!
 

XCIX

 
Вон Ансеис коня галопом гонит,
Вступает в бой с Торжисом Тортелозским,
В щит метит, под навершье золотое.
Пробил он бронь с подкладкою двойною,
¹²⁸⁵Копьем пронзил язычнику утробу,
Прогнал сквозь тело наконечник острый,
С коня араба наземь мертвым сбросил.
Роланд воскликнул: «Вот удар барона!»
 

С

 
Бордосец Анжелье, гасконский рыцарь,
¹²⁹⁰Поводья бросил, шпорит что есть силы,
С вальтернцем Эскреми спешит схватиться.
На шее мавра щит висел – разбился,
Копье сквозь кольца панциря проникло.
Промеж ключиц глубоко в грудь вонзилось.
¹²⁹⁵Язычник мертвым с лошади свалился.
«Вы все умрете!» – молвил победитель.
Аой!
 

CI

 
На Эсторгана ринулся Атон,
Ударил в щит из кожи расписной,
Рассек багряно‑белый верх его,
¹³⁰⁰Пробил кольчугу нехристя насквозь,
Всадил в араба острое копье,
С коня на землю сбросил труп толчком
И молвил: «Смерть постигнет весь ваш род!»
 

CII

 
Эстрамарена Беранже теснит.
¹³⁰⁵Щит нехристю он раздробил в куски,
Рассек доспехи, в грудь копье всадил,
Сразил врага средь тысяч сарацин.
Уже десятый пэр у них убит.
Лишь двое до сих пор еще в живых —
¹³¹⁰Шернобль и с ним красавец Маргари.
 

CIII

 
Был этот Маргари собой хорош,
Могуч, неустрашим, проворен, спор.
На Оливье коня направил он,
Навершный шип щита разбил копьем,
¹³¹⁵С размаху им ударил графа в бок,
Но тела не задел – не дал господь.
Мавр выбить графа из седла не смог
И мимо пролетел во весь опор,
В рог затрубил: скликает рать на бой.
 

CIV

 
¹³²⁰Сраженье грозно, и враги упорны.
Роланд бесстрашно рвется в гущу боя,
Бьет так, что не выдерживают копья:
Уже пятнадцать раз он брал другое.
За Дюрандаль он взялся, меч свой добрый,
¹³²⁵К Шерноблю скакуна галопом гонит.
Шлем, где горит карбункул, им раздроблен.
Прорезал меч подшлемник, кудри, кожу,
Прошел меж глаз середкой лобной кости,
Рассек с размаху на кольчуге кольца
¹³³⁰И через пах наружу вышел снова,
Пробил седло из кожи золоченой,
Увяз глубоко в крупе под попоной.
Роланд коню ломает позвоночник,
На землю валит всадника и лошадь
¹³³⁵И молвит: «Нехристь, зря сюда пришел ты!
Ваш Магомет вам нынче не поможет.
Не одержать победы маврам подлым».
 

CV

 
Вот граф Роланд по полю битвы скачет.
И рубит он и режет Дюрандалем.
¹³⁴⁰Большой урон наносит басурманам.
Взглянуть бы вам, как он громит арабов,
Как труп на труп мечом нагромождает!
И руки у него в крови и панцирь,
Конь ею залит от ушей до бабок.
¹³⁴⁵Граф Оливье разит под стать собрату,
И остальные пэры бьются славно.
Врага французы косят и сражают,
Без чувств и без дыханья валят наземь.
Турпен сказал: «Бароны наши храбры», —
¹³⁵⁰И бросил войску: «Монжуа!» – клич Карла.
Аой!
 

CVI

 
Граф Оливье несется полем вскачь.
Обломок древка у него в руках.
Он Мальзарону им нанес удар,
Щит расписной сломал, разбил шишак,
¹³⁵⁵У мавра вышиб из орбит глаза,
И вылетел на землю мозг врага.
Убил еще семьсот неверных граф,
Торжиса с Эсторгосом покарал,
Но и свое копье вконец сломал.
¹³⁶⁰Роланд воскликнул: «Вы сошли с ума!
Жердь для подобной битвы не годна.
Железо, друг, потребно здесь и сталь.
Да разве Альтеклера [88]88
  Альтеклер(«высокосветлый») – согласно поэме «Жирар Вианский», до Оливье этот меч принадлежал римскому императору Клозамонту, который потерял его в лесу. После того как меч был найден, его отдали папе, но затем им завладел Пипин Короткий, отец Карла Великого, который подарил его одному своему вассалу; последний продал его еврею Иоахиму, ровеснику Понтия Пилата. Во время поединка с Роландом у Оливье ломается меч. Роланд разрешает ему дослать в Виану за другим. Тогда Иоахим присылает ему Альтеклер, и поединок заканчивается миром. Ясен книжный характер этого предания и чуждость его народно‑песенной традиции.


[Закрыть] нет у вас,
Отделанного золотом меча?»
¹³⁶⁵«Я бью арабов, – Оливье сказал. —
Мне меч из ножен недосуг достать».
Аой!
 

CVII

 
Граф Оливье достал свой меч из ножен,
Желанье побратима он исполнил,
Меч обнажил пред ним, как рыцарь добрый.
¹³⁷⁰Вот с ним Жюстен из Валь‑Ферре сошелся.
Граф в голову ему удар наносит,
И череп рассекает, и утробу,
И все седло с отделкой золоченой.
Хребет коню сломал своим клинком он,
¹³⁷⁵С седла на землю сарацина сбросил.
«Вы брата мне милей! – Роланд промолвил. —
Оценит наш король удар столь мощный».
Клич: «Монжуа!» – ему повсюду вторит.
 

CVIII

 
Несет Жерена в бой скакун Сорель,
¹³⁸⁰И мчит Жерье горячий Пассесерф [89]89
  Пассесерф– имя коня Жерье, буквально означающее: «перегоняющий оленя».


[Закрыть].
Тот и другой пришпорили коней,
На Тимозеля мчат что силы есть.
Ударил в щит Жерен, в броню Жерье.
Сломались копья, раздробив доспех.
¹³⁸⁵На луг свалился мертвым Тимозель.
Не слышал я, и неизвестно мне,
Кто из двоих нанес удар быстрей…
Эперварена, чей отец – Борель,
Сразил в бою бордосец Анжелье.
¹³⁹⁰Турпеном наземь сброшен Сиглорель,
Уже бывавший в пекле чародей:
Юпитер [90]90
  Юпитер– В средние века был обычай давать адским демонам имена античных богов.


[Закрыть] ад ему помог узреть.
Сказал Турпен: «Коварен был злодей».
Роланд в ответ: «Язычнику конец.
¹³⁹⁵Мне мил такой удар, друг Оливье!»
 

CIХ

 
Все яростней, все беспощадней схватка.
И мавры и французы бьются славно.
Одни разят, другие отражают.
Взглянуть бы вам, как копья там кровавят.
¹⁴⁰⁰Как рвутся в клочья и значки и стяги,
Как в цвете лет французы погибают!
Ждут матери и жены их напрасно,
Напрасно ждут друзья за перевалом.
Аой!
Великий Карл терзается и плачет,
¹⁴⁰⁵Но помощь им – увы! – подать не властен.
На смерть обрек их Ганелон‑предатель:
Он в Сарагосе продал их арабам.
Но не ушел изменник от расплаты:
Был в Ахене разорван он конями.
¹⁴¹⁰Подверглось тридцать родичей с ним казни —
Никто из них не вымолил пощады.
Аой!
 

CX

 
Ужасен бой, и сеча жестока.
Разят Роланд и Оливье врага,
Разит Турпен – ударам нет числа.
¹⁴¹⁵Бьют остальные пэры им под стать.
Французы рубят сарацин сплеча.
Погибло много тысяч басурман.
Кто бегством не спасется от меча,
Тот рад не рад, а должен жизнь отдать.
¹⁴²⁰Но тяжки и потери христиан.
Не видеть им ни брата, ни отца,
Ни короля, который ждет в горах.
Над Францией меж тем гремит гроза,
Бушует буря, свищет ураган,
¹⁴²⁵Льет ливень, хлещет град крупней яйца,
И молнии сверкают в небесах,
И – то не ложь! – колеблется земля.
От Ксантена [91]91
  Ксантен– город близ Кельна.


[Закрыть]и до нормандских скал,
От Безансона и по Уиссан [92]92
  Безансон– главный город провинции Франш‑Конте.
  Уиссан– морская гавань близ Кале.


[Закрыть]
¹⁴³⁰Нет города, где стены не трещат,
Где в полдень не царит полночный мрак.
Блестят одни зарницы в облаках.
Кто это видит, тех объемлет страх.
Все говорят: «Настал конец векам,
¹⁴³⁵День Страшного господнего суда» [93]93
  ^1423–1435Картина, очень близкая к картине светопреставления, как оно рисовалось ок. 1000 г., когда люди ждали наступления «конца света».


[Закрыть].
Ошиблись люди, не дано им знать,
Что это по Роланду скорбь и плач.
 

CXI

 
Французы бьют без промаха врагов.
Арабы понесли большой урон:
¹⁴⁴⁰Из сотни тысяч двое не спаслось.
Сказал Турпен: «Бесстрашен наш народ.
С ним не сравнится никакой другой.
В «Деяньях франков» [94]94
  «Деяния франков»,на которые здесь и несколько раз дальше певец ссылается как на свой источник (см. ст. 684, 2095, 3263, 3742 и, может быть, 4002), – латинская или французская хроника, до нас не дошедшая. Но можно почти несомненно считать это вымыслом певца, желавшего такими ссылками, весьма обычными в средневековой поэзии, укрепить авторитет своего легендарного рассказа.


[Закрыть] писано о том,
Что Карл один имел таких бойцов».
¹⁴⁴⁵Французы полю делают обход,
Собратьев ищут в грудах мертвецов,
Скорбят по ним, сдержать не могут слез,
Меж тем Марсилий рать на них ведет.
Аой!
 

CXII

 
Ведет Марсилий войско по ущельям.
¹⁴⁵⁰Дружины, с ним идущие, несметны:
Полков за двадцать будет там, наверно.
Горят у всех на шишаках каменья,
Блестят щиты и пышные доспехи.
Семь тысяч труб трубят перед сраженьем,
¹⁴⁵⁵Оглашена их ревом вся окрестность.
Такую речь Роланд к собрату держит:
«Обрек нас Ганелон‑предатель смерти.
Теперь уже сомненья нет в измене,
Но уготовит Карл ему отмщенье.
¹⁴⁶⁰Нам предстоит неслыханная сеча —
Страшнее битвы не было от века.
Я буду Дюрандалем бить неверных,
А вы, мой друг, разите Альтеклером.
Мы с ними побывали в стольких землях,
¹⁴⁶⁵Добыли ими не одну победу.
Так пусть о нас не сложат злую песню».
Аой!
 

CXIII

 
Марсилий видит мавров перебитых.
В рога и трубы затрубить велит он,
В седло садится, в бой ведет дружины.
¹⁴⁷⁰Араб Абим [95]95
  Имя Абим(Abisme) буквально значит: «адская бездна».


[Закрыть] пред войском первый мчится.
На свете нет коварней сарацина.
Злодейств немало свершено им в жизни.
Не чтит он сына пресвятой Марии.
Угля и сажи он чернее видом.
¹⁴⁷⁵Милей ему измена и убийство
Всех кладов и сокровищ галисийских [96]96
  Возможно, что здесь имеются в виду сокровища монастыря св. Иакова Компостельского в Галисии (Сант‑Яго де Компостела).


[Закрыть].
Никто его смеющимся не видел.
Отважен он до безрассудства в битве.
За то его и любит так Марсилий:
¹⁴⁸⁰Свой стяг с драконом вверил он Абиму.
Но этот мавр Турпену ненавистен,
Схватиться жаждет с ним архиепископ
И молвит про себя невозмутимо:
«А этот мавр, как видно, нечестивец.
¹⁴⁸⁵Убить его я должен иль погибнуть:
Я сам не трус и не люблю трусливых».
Аой!
 

CXIV

 
Турпен коня на сарацин направил,
А тем конем владел Гроссаль [97]97
  Гроссаль– неизвестен.


[Закрыть] когда‑то —
Король датчан, от рук Турпена павший.
¹⁴⁹⁰Несет Турпена в бой скакун поджарый.
На загляденье у него все стати:
Короткий в бедрах, длинен он боками;
Подъемистый в седле, широк он задом;
Хвост белый у него при гриве чалой;
1495 Он мордой рыжеват и мал ушами,
Коню такому нет на свете равных.
Архиепископ шпорит лошадь рьяно,
С разгона на Абима налетает,
Бьет в щит, который дивно изукрашен:
¹⁵⁰⁰Горят на нем бериллы и топазы,
Алмазы и карбункулы сверкают.
Сам сатана добыл их в Валь‑Метасе [98]98
  Валь‑Метас– очевидно, вымышленная местность.


[Закрыть],
Абиму ж их эмир Галафр [99]99
  Галафр– Город Алеппо в средневековых латинских памятниках назывался Галапия, а властитель его– «адмиралом Галафа» или «Галафом». С другой стороны, в поэмах «Юность Карла Великого» и других Карл, принужденный бежать от преследования братьев, находит дружеский прием в Толедо со стороны «языческого царя» Галафра, дочь которого Галиена становится его невестой.


[Закрыть] доставил.
Турпен ударил мавра беспощадно.
¹⁵⁰⁵Сломался щит, не выдержал удара.
Прошло копье сквозь тело басурмана,
И бездыханным он свалился наземь.
Французы молвят: «Вот вассал отважный!
Врагу свой посох не отдаст наш пастырь».
 

CXV

 
¹⁵¹⁰Французы видят: враг велик числом
И окружил их рать со всех сторон,
Бросают Оливье с Роландом зов,
Зовут двенадцать пэров, свой оплот.
Турпен их увещает, в свой черед:
¹⁵¹⁵«Друзья, гоните мысль о бегстве прочь!
Да не попустит всеблагой господь,
Чтоб всех нас помянули в песне злой!
Уж если гибнуть, так вперед лицом.
Да, нынче умереть нам суждено.
¹⁵²⁰Мы до конца прошли наш путь земной.
Но я душой моей ручаюсь в том,
Что вам сужден по смерти рай святой.
В сонм мучеников вас допустит бог».
Французов ободрила речь его.
¹⁵²⁵Клич «Монжуа!» они бросают вновь.
Аой!
 

CXVI

 
Был меж арабов сарагосец некий —
Он полстолицы в подчиненье держит.
То – Климорен [100]100
  Климорен– вымышленное имя.


[Закрыть], коварный от рожденья.
Совет держал с ним Ганелон‑изменник,
¹⁵³⁰Лобзанье принял от него при встрече,
Шлем получил с рубином драгоценным.
Французов посрамить грозится нехристь.
Сорвать корону с Карла он намерен.
Конь Барбамош под ним, скакун отменный.
¹⁵³⁵Он ласточки и ястреба быстрее.
Араб дал шпоры, отпустил уздечку,
И на гасконца Анжелье наехал.
Не помогли тому его доспехи.
Копье вогнал ему неверный в тело
¹⁵⁴⁰Так, что наружу вышел наконечник.
Пронзен насквозь, пал Анжелье на землю.
Воскликнул мавр: «Язычники, смелее!
Таких, как этот, враз мы одолеем».
Французы молвят: «Тяжкая потеря!»
Аой!
 

CXVII

 
¹⁵⁴⁵Взывает к графу Оливье Роланд:
«Мой побратим, смерть Анжелье взяла.
Храбрей барона не было у нас».
Ответил Оливье: «Отмстим, бог даст».
Всадил златые шпоры в скакуна,
¹⁵⁵⁰Кровавый Альтеклер рукою сжал,
Коня направил прямо на врага,
Удар нанес, и рухнул наземь мавр,
Чью душу черти потащили в ад.
С ним вместе герцог Альфайенский [101]101
  Герцог Альфайенский – вымышленное имя.


[Закрыть]пал.
¹⁵⁵⁵Убил Эскабаби [102]102
  Эскабаби– вымышленное имя.


[Закрыть] отважный граф,
Семь арабитов вышиб из седла —
Не воевать им больше никогда.
Сказал Роланд: «Разгневан мой собрат.
Он подал мне и всем пример сейчас:
¹⁵⁶⁰Такой лихой удар оценит Карл.
Разите мавров, рыцари, сплеча!»
Аой!
 

CXVIII

 
Вот Вальдаброн‑язычник мчится в бой.
Воспитан был им встарь Марсилий злой.
В четыреста судов он водит флот.
¹⁵⁶⁵Он вождь всех сарацинских моряков.
Взял Иерусалим изменой он,
И Соломонов храм им осквернен,
И патриарх убит пред алтарем.
Ему поклялся в дружбе Ганелон.
1 ⁵⁷⁰Он наградил предателя мечом.
Под ним скакун по кличке Грамимон.
Быстрей, чем сокол, этот борзый конь.
Язычник мчит на нем во весь опор
Туда, где рубит мавров дук Самсон.
¹⁵⁷⁵Он щит ему разбил, прорезал бронь,
Вплоть до значка копье вогнал в него.
Сшиб пэра и кричит над мертвецом:
«Арабы, в бой! Мы верх возьмем легко!»
Французы молвят: «Горе, пал барон!»
Аой!
 

CXIX

 
¹⁵⁸⁰Роланд увидел, что Самсон погиб,
Великий гнев и горе ощутил,
Коню дал шпоры, повод отпустил,
Свой Дюрандаль, бесценный меч, схватил,
Ударил Вальдаброна что есть сил,
¹⁵⁸⁵Шлем, где горят каменья, разрубил,
Лоб, и броню, и тело раскроил,
Седло с отделкой золотой пронзил,
Клинком коню хребет переломил,
Убил и мавра и коня под ним.
¹⁵⁹⁰«Жесток удар!» – воскликнули враги.
«Я ненавижу вас! – Роланд кричит. —
Мы служим правде; вы, злодеи, – лжи».
Аой!
 

CXX

 
Был некий нехристь‑африканец там —
Сын короля Малькюда – Малькиан [103]103
  Малькиан, сын Малькюда– «Злонамеренный» и «Дурномысляший», обычные для «Песни о Роланде» парные имена.


[Закрыть].
¹⁵⁹⁵Его доспехи золотом горят,
Ни у кого нет столь блестящих лат.
Конь Сальтперту [104]104
  Сальтперту– букв.: «потерянный (отчаянный) прыжок».


[Закрыть] под ним несется вскачь,
На свете нет резвее скакуна.
С копьем на Ансеиса грянул мавр,
¹⁶⁰⁰В лазурно‑алый щит нанес удар,
Рассек броню на графе пополам,
До половины древко в плоть вогнал.
Свой путь земной свершил и умер граф.
Французы восклицают: «Горе нам!»
 

СХXI

 
¹⁶⁰⁵Но тут архиепископ мимо ехал,
А он таков, что ни один священник
Не превзошел его в деяньях смелых.
Он молвил: «Бог тебя накажет, нехристь.
О том, кого ты сшиб, скорблю я сердцем».
¹⁶¹⁰Коня на мавра он погнал карьером,
Ударил Малькиана в щит толедский,
И мертвым наземь был араб повержен.
 

СХXII

 
Вон королевич именем Грандоний,
Каппадокийца [105]105
  Каппадокия– единственная область Малой Азии, известная певцу «Песни о Роланде», вероятно, в силу широкого распространения легенды о Георгия Победоносце, уроженце Каппадокии. Грандоний, Капуэль – вымышленные имена.


[Закрыть] Капуэля отпрыск.
¹⁶¹⁵Резв и горяч скакун его Марморий.
Как птица, он летит по полю боя.
Наездник бросил повод, шпорит лошадь,
Жерена что есть силы бьет с разгона,
По алому щиту удар наносит.
¹⁶²⁰Копье сломало на кольчуге кольца,
До желтого значка вошло в утробу.
Свалился граф с коня на холм высокий.
Его собрат Жерье сражен был тоже,
Убиты Беранже, и Ги Сентонжский,
¹⁶²⁵И славный герцог, удалец Асторий,
Чей лен – Анвер и Валлери на Роне.
Злодей, на радость маврам, их прикончил.
Французы молвят: «Гибнет наших много».
 

СХXIII

 
Роланд кровавый Дюрандаль сжимает.
¹⁶³⁰Он слышит, как французы застонали.
В груди его от скорби сердце сжалось.
Он мавру молвит: «Бог тебя накажет.
Ты за убитых мне сейчас заплатишь».
Коня он шпорит, мчится на араба.
¹⁶³⁵Кто б верх ни взял, ужасна будет схватка.
 

CXXIV

 
И мудр и смел Грандоний был всегда,
В сраженье никогда не отступал.
Пустил он на Роланда скакуна.
Хоть графа он увидел в первый раз,
¹⁶⁴⁰Но вмиг его узнал по блеску глаз,
По статности, по красоте лица.
Невольный страх почувствовал араб,
Попробовал, но не успел бежать —
Роланд нанес ему такой удар,
¹⁶⁴⁵Что по забрало шлем пробила сталь,
Сквозь лоб, и нос, и челюсти прошла,
Грудь пополам с размаху рассекла,
И панцирь, и луку из серебра.
Роланд коню спинной хребет сломал,
¹⁶⁵⁰Убил и скакуна и седока.
Испанцы стонут – их печаль тяжка.
Французы молвят: «Лихо рубит граф!»
Ужасен бой, и сеча жестока.
Французы на копье берут врага.
¹⁶⁵⁵Когда бы привелось увидеть вам,
Как мрут бойцы, как хлещет кровь из ран,
Как трупы грудой на траве лежат!
Не устоять язычникам никак —
Хотят иль нет, а надо отступать.
¹⁶⁶⁰Французы их теснят и гонят вспять.
Аой!
 

СХXV

 
Ужасна сеча, бой жесток и долог.
Французы бьются смело и упорно,
Арабам рубят руки, ребра, кости
И сквозь одежду в них вгоняют копья.
¹⁶⁶⁵Зеленая трава красна от крови.
Арабы стонут: «Устоять нет мочи.
Французский край, будь Магометом проклят.
Твои сыны – отважней всех народов».
Марсилию кричат все мавры в голос:
¹⁶⁷⁰«Король, поторопись подать нам помощь!»
 

CXXVI

 
Вот графа Оливье Роланд зовет:
«Мой побратим, согласны вы со мной,
Что пастырь наш Турпен – боец лихой?
Никто на свете не затмит его.
¹⁶⁷⁵Разит он славно дротом и копьем».
Ответил тот: «Пора ему помочь».
И оба в битву поскакали вновь.
Удар их мощен, грозен их напор,
И все же христианам тяжело.
¹⁶⁸⁰Когда бы вам увидеть привелось,
Как Оливье с Роландом бьют мечом,
Как мавров на копье Турпен берет!
Известно павших сарацин число —
И в грамотах и в жесте есть оно:
¹⁶⁸⁵Их было тысяч свыше четырех.
Четырежды французы дали бой,
Но пятый был особенно жесток.
Всех рыцарей французских он унес.
Лишь шестьдесят от смерти спас господь,
¹⁶⁹⁰Но сладить с ними будет нелегко.
Аой!
 

СХXVII

 
Роланд увидел – велики потери
И к Оливье такое слово держит:
«Собрат, я вам клянусь царем небесным,
Весь луг телами рыцарей усеян.
¹⁶⁹⁵Скорблю о милой Франции я сердцем:
Защитников она лишилась верных.
Ах, друг‑король, опора наша, где вы?
Брат Оливье, скажите, что нам делать?
Как королю послать о нас известье?»
¹⁷⁰⁰Ответил граф: «Не дам я вам совета.
По мне, погибель лучше, чем бесчестье».
Аой!
 

СХXVIII

 
Роланд сказал: «Возьму я Олифан [106]106
  Олифан– «Слоновая Кость», название Роландова рога.


[Закрыть]
И затрублю, чтоб нас услышал Карл.
Ручаюсь вам, он повернет войска».
¹⁷⁰⁵Граф Оливье ответил: «Нет, собрат.
Вы род наш осрамите навсегда.
Не смыть вовек нам этого пятна.
Не вняли вы, когда я к вам взывал,
А ныне поздно нам на помощь звать.
¹⁷¹⁰Бесчестьем было б затрубить сейчас —
Ведь руки вплоть до плеч в крови у вас».
«То вражья кровь!» – воскликнул граф Роланд.
 

СХXIX

 
Промолвил граф Роланд: «Ужасна сеча!
Я затрублю, и Карл сюда поспеет».
¹⁷¹⁵Ответил Оливье: «То нам не к чести.
Я к вам взывал, но внять вы не хотели.
Будь здесь король, мы гибели б избегли,
Но тех, кто с Карлом, упрекнуть нам не в чем.
Собрат, клянусь вам бородой моею,
¹⁷²⁰Что, если вновь с сестрицей Альдой встречусь,
Она с Роландом ложе не разделит» [107]107
  ^1719–1721Б. И. Ярхо по поводу этого места замечает: «Фраза построена так, точно отношения между Роландом и Альдой уже хорошо известны слушателям. Почти невозможно предположить, что имя Альды произносится здесь впервые, как нечто только что выдуманное жонглером. Итак, позади «Песни о Роланде» стояла какая‑то традиция, какое‑то сказание, существовавшее до возникновения «Песни». Но какое? Старшие варианты не дают материала для разрешения этого вопроса: «Песнь о предательстве Гвеноаа» и «Хроника Лже‑Турпена» вовсе не знают Альды; рукописи «Песни о Роланде» только развивают «смерть Альды», но умалчивают о праистории» («Песнь о Роланде по Оксфордскому тексту». Перевод со старофранцузского, вступительная статья и примечания Б. И. Ярхо. М. ‑Л., «Academia» 1934, с. 295.).
  До сих пор соображения Б. И. Ярхо вызывают наше безоговорочное согласие. Традиция должна была быть, и, со своей стороны, мы ее представляем себе в форме известных «ткацких песен» (девушка и «красавец герой», любящие друг друга) с их задушевностью и деликатным лаконизмом. Но когда Б. И. Ярхо пытается обнаружить (хотя и со всеми возможными оговорками) следы этой традиции в галантном романе Бертрана из Бара на Обе «Жирар Вианский» (конец XII в.), мы отказываемся за ним следовать, считая этот роман типичным новообразованием в духе сентиментально‑психологических фантазии позднейшей эпохи (Подробное об образе Альды у Бертрана из Бара на Обе см. там же.). Альда Бертрана – предтеча «прекрасной дамы» не знающей жалости, не имеющая ничего общего с архаической Альдой народной поэзии, как она нам рисуется. Не будем пытаться заглянуть за рамки нам известного, соединяя вещи несоединимые.


[Закрыть].
 

Аой!