Текст книги "Я - твое наказание (СИ)"

Автор книги: Наталья Юнина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 9

Я точно сошла с ума, раз позволяю с собой так обращаться. Можно было бы сказать, что все происходит против моей воли, если бы в какой-то момент Вадим не ослабил хватку на моих скрещенных над головой руках, а затем и вовсе их отпустил, как только почувствовал мою капитуляцию.

Вот он момент, когда надо встать, учитывая, что он меня не держит. Но я не только остаюсь лежать распластанной на кровати и позволяю себя целовать, но и обвиваю его шею руками. Слабовольная дура. Дура, самозабвенно целующая его в ответ и позволяющая себя трогать. Дура, танцующая в душе от осознания, что я его возбуждаю. Я, а не идеальная Саша.

И только, когда я вдруг понимаю, что от него пахнет не только его парфюмом, а еще и сладкими женскими духами, меня самым настоящим образом переклинивает. Ублюдок. Мало того, что заявился ко мне в комнату без спроса и обращается со мной как попало, так еще и после своей бабы. Ненавижу!

Сама не понимаю, как мне хватает сил и храбрости прокусить ему нижнюю губу. И это возымело нужный эффект. Теперь его язык орудует не в моем рту, а зализывает кровь на своей губе.

Не знаю, чего я ожидала. Вряд ли оплеуху в ответ, но точно не то, что этот ненормальный перекатится на бок и начнет смеяться. Точно придурок. И ладно был бы пьяный, так ведь трезвый! От бессилия толкаю его вдобавок в плечо. Весело ему. Урод!

Вскакиваю с кровати и тянусь за халатом. Предательские руки какого-то черта дрожат, из-за этого я не могу завязать долбаный пояс. Наконец, справившись с наипростейшей задачей, перевожу взгляд на развалившегося на моей кровати Даровского. Похоже, он и не думает отсюда убираться. Несмотря на то, что его пальцы прижаты к кровоточащей губе, выглядит он как кот, объевшийся сметаны.

– Дай угадаю, сейчас ты скажешь, что захотел порепетировать поцелуй перед свадьбой, чтобы я вдруг не шарахнулась на смертном одре? Точнее свадебном. Так? – если я думала, что его возможно поставить в неловкое положение, то я ошиблась.

– Спасибо за хорошую версию. Я бы до нее не додумался, учитывая, что кровь отлила от головы в другое место. Но ответ банальный, Насть. Мне просто так захотелось, – серьезно? Вот так просто? – Женщина в белье всегда действует на мужчину соответствующе. Я не исключение, – наконец встает с кровати. Но не спешит уходить из спальни, а становится напротив меня.

– А не ты ли говорил, что я тебя не привлекаю как женщина? – умная бы точно промолчала. Но где я и где ум? – Ой, поняла! Это типа пряжка ремня мне куда-то упиралась, да? – не скрывая сарказма выдаю я. – Или, может быть, это был…телефон?

– В принципе версия жизнеспособна для девочек, которые не знают, как выглядит стояк. Но ты вроде себя позиционируешь как опытная. Так что, нет, Настюш, это была не пряжка и не телефон, – не скрывая усмешки выдает Вадим.

Почему ставлю его в неловкое положение я, но выглядит в итоге дураком не он?!

– Как думаешь, до свадьбы заживет?

– Пошел вон отсюда!

– Так уж и быть, пойду тебе на уступки. Только давай договоримся, заканчивай бегать от меня. Это утомляет. И да, не вздумай сделать какую-нибудь глупость.

– Ты о чем вообще?

– О любой глупости, Настя. Спокойной ночи.

– И тебе.

– Неспокойной ночи? – усмехаясь произносит Вадим, взявшись за ручку двери.

– Скорейшей импотенции.

– Жестоко, Настенька.

– Ты быстро найдешь того, кто тебя пожалеет.

– Меня? Так это ты себя жалей. Ты же не удовлетворишься, если у меня в следующий раз не встанет.

И как это вообще понимать?! Благо мне хватает ума больше с ним не пререкаться.

Оставшись одна, перевожу взгляд на свою руку. Еще недавно я не могла представить, как можно расстраиваться из-за какого-то ногтя. Ну это же какой надо быть дурой, чтобы грузиться из-за такой ерунды. А меня повело.

Знаю, что причина моего настроения не в ногте, это лишь повод. Но все равно обидно. И вроде бы надо радоваться, что это он ко мне пришел. Что это я его возбуждаю. Но что-то не радуется, когда понимаю, что он пришел ко мне после другой.

Ладно. И не с таким справлялась. Тянусь к мобильнику и только хочу набрать Элю, как взгляд падает на сообщения от Артема. Вот каким настойчивым должен быть мужик. А почему бы и не встретиться?

* * *

Ночь на удивление выдалась не бессонной. Только проснулась я раньше обычного и благодаря чему, в кой-то веки, уделила время своим животным.

Перевожу взгляд на часы: без пятнадцати десять. Теперь уже точно уехал. Удовлетворенная своим внешним видом, выхожу из комнаты и направляюсь на кухню. Осталось только не заляпать готовкой платье.

Вот уж чего я не ожидала, так это того, что встречу на кухне Вадима. Мне и раньше доводилось видеть его с обнаженным верхом, но тогда он рубил дрова в знойную летнюю погоду. Сейчас нет никаких причин, чтобы готовить завтрак в одних спортивных штанах.

Готовка – это вообще не про него. Что он в принципе делает дома в такое время? Я намеренно выжидала, пока он уйдет на работу.

Учитывая, что Даровский стоит ко мне спиной и вовлечен в готовку, он наверняка не знает о моем присутствии. И мне бы побыстрее уйти, но взгляд так и залипает на его теле. Бессовестный. Хоть бы оделся. Хотя, зачем ему одеваться с таким телом. Широкоплечий, подтянутый. И попа хороша. Почему-то последнюю раньше я не замечала. Интересно, она твердая как орех или… больная. Я просто больная на голову.

Когда он внезапно поворачивается ко мне с ухмылкой на лице, я понимаю, что эта сволочь знал о моем присутствии. И в курсе, что я разглядывала его со спины.

– Мерзость, – брякаю первую попавшую на ум мысль. Ну ведь реально со мной творится мерзость. Это же только извращенки будут возбуждаться от грубости и такого отношения.

– И тебе доброе утро. Уточни. Я мерзость?

– Самокритично, но я о погоде.

– О да, слякоть. Куда собралась? – обводит взглядом мою фигуру. Выкуси. Не придерешься к моему наряду. Черное платье с рукавами фонариками, длиной чуть выше колен, сидит на мне идеально. Да, не хватает обуви, но сапожки на каблуках меня ждут в прихожей. Не ходить же в обуви по дому. Даже этот козел стоит босоногий.

– Куда надо.

– Информативно. А если еще более информативно?

– Если еще более информативно, то на, – секунда и мой средний палец поднимается вверх.

– Настюш, ты зря проверяешь границы моего терпения. Фак будешь показывать своим сверстникам.

– Вадюш, ты зря думаешь, что ты самый умный, – парирую в ответ. – Я тебе всего лишь демонстрирую ноготь, который поеду наращивать в салон.

– Ты в таком виде собралась в салон?

– В каком таком?

– Неудобном и непрактичном.

– Ну, главное чтобы нравилось мне. Приятного аппетита.

– Стой. Позавтракай со мной, потом я отвезу тебя в салон. Только не говори, что ты не хочешь есть. Ты несколько часов наяривала круги, чтобы со мной не встретиться и наверняка у тебя урчит от голода желудок, и ты собиралась делать себе завтрак, – и, черт возьми, не поспоришь. Я готова сожрать слона. Еще и запахи жареной на сале яичнице не дают нормально мыслить. Ай ладно, была ни была.

Сажусь на стул, украдкой наблюдая за Вадимом. Ну оденься, бессовестный. Эх, мне бы выглядеть так уверенно с прокушенной губой.

Он пододвигает мне тарелку с яичницей. Хочется демонстративно фыркнуть за то, что не снял белок с желтка. Но он идеальный.

– Поздравляю.

– С чем?

– С лишением кухонной девственности.

– Спасибо. Давно пора было. Все же тридцать восемь годиков набежало. Кстати, о девственности. Утоли мое любопытство, ты девочка?

И все-таки иногда я скучаю по деревенскому Вадиму. Бить поленом надо было не того, а этого. Все, на что меня хватает – это продемонстрировать ему вновь средний палец.

– Молчание означает согласие?

– Все-таки ты тупой. Этот жест обозначает «иди на хрен».

– Ты только что говорила, что он означает, что ты идешь в салон наращивать ноготь.

– У него два значения.

– Как все сложно. Значит, ты в салон ненадолго?

– Надолго. Я буду делать не только ноготь.

– А что еще?

– Чего я только не буду делать. А ты хочешь со мной? Ну, давай. Я буду делать свои процедуры, а ты себе свои. Например, сделай себе отбеливание ануса. Как ты на это смотришь?

– Отбеливание ануса? Думаешь, оно мне надо?

– Конечно. Я прям чую, что у тебя черная душа. Что уж говорить про твой анус. Надо отбелить. Идем вместе?

– Нет, малыш, – не скрывая смеха выдает Вадим. – Ты давай сама там, а я тебя подожду.

– А меня не надо ждать. У меня после салона другие планы.

– Какие?

– А ты не оборзел ли? С каких пор я должна перед тобой отчитываться? Мне кажется или у нас фиктивный брак, который и вовсе еще не брак?

– С тех пор, как я тебя достал с того света, мы стали чуточку ближе. А со вчерашнего вечера, после того как ты пустила мне кровь, мы вышли на новый уровень. Так что, я вполне имею право знать куда собралась моя без пяти минут жена.

– На встречу с Элей. Утолил любопытство?

– Не совсем. Тебе точно необходима эта встреча с сестрицей?

– Однозначно. А ты точно не ошибся с завтраком? С чего вдруг ты ешь мою еду?

– Захотелось холестерина.

– Ты бы за бляшками следил, возраст все-таки.

– Ой, малыш, не повторяй за Русланом. У меня анализы лучше ваших.

– Рада за тебя. Кстати, где он?

– Сидит за решеткой в темнице сырой.

– А если серьезно?

– А если серьезно, не волнуйся, скоро вернется. К свадьбе. Скучаешь по нему?

– По нему да.

Утыкаюсь взглядом в тарелку, не желая смотреть на Вадима. Мало того, что после случившегося вообще стремно на него смотреть, так еще и этот его обнаженный верх добивает. А ведь он это делает специально, чертов провокатор. Ладно, главное не подавать вида, что меня это трогает.

Несмотря на недавний зверский аппетит, яичницу с беконом и сосисками я еле запихиваю в себя. А все потому что чувствую на себе испепеляющий взгляд Вадима. Еле сдерживаюсь, чтобы не спросить какого черта он делает.

– Спасибо за завтрак, – не глядя на Даровского, отодвигаю тарелку. Только хочу встать из-за стола, как Вадим меня останавливает.

– Стой, – да чтоб тебя! Нехотя перевожу на него взгляд, но в это время он встает из-за стола. – Вчера я хотел тебе кое-что подарить, поэтому оказался у тебя в спальне. Но вышло так, как вышло.

Как только я понимаю, что он становится позади меня, напрягаюсь. Знаю, что он не из тех, кто может сделать что-то реально плохое, но все равно неспокойно.

– Что ты делаешь?! – дергаюсь, когда ощущаю кончики его пальцев на моей шее.

– Всего лишь убираю твои волосы, чтобы мне было удобнее, – что на фиг удобнее?! Резко встаю со стула, но Вадим не дает мне уйти. Поворачивает меня спиной к себе.

Кажется, я забываю, как дышать. И ведь точно не дышу все время, пока он надевает на мою шею… цепочку? Прикладываю руку к подвеске. Серьезно? Подвеска в виде сердечка? Кого там в снег окунали? Точно Руслана?

– Как я и думал, тебе идет, – только сейчас понимаю, что пока я ощупывала подвеску, Вадим успел оказаться лицом ко мне. – Подожди меня пару минут.

Смотрю ему вслед и в голове ни единой мысли, исключительно одна нецензурщина. Что вообще происходит?!

Глава 10

Так быстро я еще никогда не одевался. И, несмотря на скорость, меня не покидает чувство, что мелкая зараза решила не дожидаться меня. И действительно ни на кухне, ни в прихожей ее нет. И на звонок ожидаемо не отвечает.

По всем прогнозам, эта малолетняя паршивка в ближайшее время доведет меня до ручки.

Беру пачку сигарет и выхожу на улицу. С очередной затяжкой чувство отвращения к себе зашкаливает. Не надо обладать знаниями психологии, чтобы понимать, что причина находящейся у меня в руках сигареты – уже дважды упертая малолетка. Как в здравом уме можно вдыхать эту гадость? Зачем я вообще их купил? Не хватает еще снова подсесть как тогда.

Погода и правда та еще мерзость. Скоро и на участке все потечет. Благо пока еще куча чистого липкого снега. И стоило мне только подумать о снеге и немного обойти участок, как на глаза попадается Настя, усердно лепящая снеговика. А я уже почти забыл с кем имею дело. И, пожалуй, по этому дитю я соскучился, ибо растущая в ней стерва малость напрягает, как бы она сказала, мою тонкую душевную организацию.

Стойкое ощущение дежавю. Снег и рядом сугроб. Но в этот раз повалить ее не получится. Хватило и без того реакции на кулон. Шарахнулась так, как будто я ее током ударил. Еще не хватает, чтобы она меня боялась.

Хотя, по сути, сейчас есть из-за чего. Наверное, на ее месте я бы тоже малость напрягся, заявись ко мне в комнату без спроса мужик, который пообещал не трогать, а в итоге повалил на кровать и против воли полез целовать.

Абсолютно идиотское желание затмило мозг. Идиотское, потому что я в принципе не любитель целоваться.

Настя так увлечена лепкой, что совершенно не замечает моего присутствия. И только лишь, когда я выбрасываю бычок недалеко от ее ног, она поднимает на меня взгляд.

– Тебя не учили в детстве, что нужно надевать перчатки?

– А тебя не учили, что курить вредно? – ну что ж, получай вполне себе резонную ответочку.

– Трудно учить тому, кто курит сам. Мой отец был заядлым курильщиком.

– И ты решил пойти по его стопам?

– Напротив, – сам не заметил, как присоединился к лепке снеговика. – Я хотел быть противоположностью родителей.

– Они были плохими? – этот наивный вопрос вызывает во мне неконтролируемый смех.

– Они были прекрасными родителями. И вполне себе хорошими людьми.

– Тогда почему ты хотел стать их противоположностью?

– Потому что я не хотел довольствоваться малым и плыть по течению. Не хотел быть простым работником, о которого вытирает ноги заплывшая жиром свинья, то есть начальник. Равно, как и копить весь год на единственную поездку на море в совдеповский санаторий. Дальше продолжать?

– Хм, то есть все упирается в деньги?

– Деньги – это всего лишь инструмент реализации своих возможностей. Приятный бонус, без которого сложно обойтись для обеспечения комфортной жизни. Но суть не в них. Дело скорее в амбициях.

– Ясно. Ну и что, стал противоположностью родителей?

– Однозначно.

– Твои родители были счастливыми людьми? – как вообще лепка снеговика вылилась в разговор обо мне и моих родителях?

– Вполне.

– А ты нет, – слышать это от малолетней девчонки, как удар под дых. И ладно бы это был вопрос, так ведь хрен там. Утверждение. – Стало быть, твои простые родители делали все правильно, а ты свои амбиции можешь засунуть в одно место, ибо их реализация не принесла тебе ровным счетом ничего.

И это ее я называю дитем? Маленькая да удаленькая, припечатала так как бывалая стерва с сорокалетним пробегом.

– Ну все, потом долеплю. Мне надо в салон. Волосы себя сами не покрасят. Ты, кажется, собирался меня отвезти? Тогда поехали.

Желание окунуть ее в сугроб еще никогда не было таким сильным, равно как и сделать очередную затяжку. Благо я подавляю в себе оба желания и сажусь в машину. Мы едем молча минут пять, пока Настя не произносит:

– А ведь ты раньше не курил. Я бы почувствовала.

– Я и сейчас не курю. Так, иногда бывает.

– Когда нервничаешь?

– Что за внезапный интерес к моей персоне?

– Очень даже логичный вопрос, учитывая, что меньше, чем через неделю ты станешь моим мужем, пусть и фиктивным. Вот спросит меня о тебе какая-нибудь тетка на встрече, а я ни фига не знаю.

– Ну тогда встречный вопрос, вот спросит меня о тебе кто-нибудь, а я не в курсе девочка ли моя жена.

– Ты дурак? – справедливости ради, да. Точнее, нет. Идиот, ибо это высшая степень слабоумия. – Если тебя об этом спросят, значит, все будут догадываться, что ты меня не чпокаешь.

– Надо же, когда ж ты такая умная стала?

– В глубине души я ей всегда была. А зачем ты интересуешься этим вопросом? Тебе какое дело до этого?

– Большое. Если нет, тогда я подарю тебе нужный подарок.

– Ладно, отвечу на твой вопрос, если пообещаешь мне ответить на мой. Но сначала ты.

– Давай.

– Кто такая Аня?

Хорошо, что впереди маячит красный свет светофора. Останавливаюсь и перевожу взгляд на Настю. С какой вероятностью Руслан мог говорить об Ане с ней? С нулевой. Тогда закономерный вопрос, где она вообще могла слышать это имя.

– Чтобы мне сказать о том, кто такая Аня, мне нужно знать, где ты вообще про нее слышала. А самое главное от кого.

– Твой друг, точнее не очень-то и друг, который стал мужем твоей невзаимной любви Сашеньки, сказал мне, чтобы я много не пила, а то тебя на этой теме клинит после Аньки. А кто такая Аня я не узнала, потому что ты прервал наш танец, – как ни в чем не бывало пожимает плечами.

Что ж, если сегодняшние разговоры – это месть, после моего проникновения в Настину комнату, то она удалась. Далеко пойдет, Настенька. Стерва из нее выйдет на ура.

– Это Олег тебе сказал про невзаимную любовь? Ты бы делила его слова как минимум на двое.

– Хорошо, поделю, хотя у меня с математикой всегда были проблемы. Так кто такая Аня? Еще одна твоя невзаимная любовь? А она за кого замуж вышла?

И все-таки хорошо, что я за рулем. Сосредоточенность помогает избавиться от необдуманных поступков.

– Аня моя сестра, двойняшка твоего любимого Руслана.

– А где она?

– Не могу сказать точно, потому что не имею связей с небесной канцелярией. По всем параметрам, вряд ли в раю, но хрен знает как там все устроено. Как окажусь в морге, пренепременно узнаю.

– Хотелось сказать «извини», а потом передумала, учитывая, как ты себя ведешь. Как она умерла?

– Да ты сама тактичность.

– Ну я же деревенская, куда мне до этикетов.

– Хорош притворяться дурой, Настя.

– Хорош, менять тему разговора, – парирует в ответ, чем еще больше выводит меня из себя.

– Я ответил на твой вопрос кто такая Аня. Даже один бонусом, теперь твоя очередь.

– Хорошо, отвечаю. Я не девственница. Бонусом могу рассказать кто ее меня лишил. Артем Горский. Твоя очередь, – и вот хрен поймешь, блефует или нет. А раньше я мог наверняка сказать, когда она врет. И ведь для меня никогда не имело значения какой опыт имеет моя женщина и сейчас не имеет. Но почему так бесит факт, что этот прилипала возможно ее трахал и что сегодня это может повториться?

– Настюш, вот мой ответ, – пусть и запоздало, но показываю ей средний палец. В принципе все логично. С кем поведешься, от того и наберешься.

И если Настя этим жестом меня выводит, то ей хоть бы хны. Отворачивается и переводит взгляд на телефон. И всю дорогу, как и полагается зомбированной малолетке, пялится в телефон, постоянно клацая пальцами по экрану. И, сука, несложно догадаться с кем переписывается.

– Во сколько ты закончишь? Я заеду за тобой.

– Я же сказала, не нужно.

– Зачем тебе встречаться с Элей?

– Потому что я так хочу. Я же не указываю тебе с кем встречаться, – и снова резонно.

– Ладно. Если передумаешь, позвони мне, я тебя заберу. И не делай, пожалуйста, глупостей.

– Чо ты пристал со своими глупостями? Да не собираюсь я стричь волосы и делать дреды. Всего лишь чуть ярче сделаю цвет. Или ты не о волосах? – или не о них.

– О волосах.

– Не бойся. Лысой, плешивой и с разноцветными волосами не буду. Все, могу идти?

– Можешь.

Почему у меня такое отвратное чувство, что это начало конца? И вроде понимаю, что Настя не соскочит со свадьбы. Чувство благодарности за мою помощь не позволит дать ей заднюю.

Проблема, сука, в том, что меня сейчас не волнует ее желание соскочить с темы брака. Меня волнует ее желание встретиться с прилипалой. Да что ж тебе там как медом намазано?! Мудак, из-за которого отметелили, этого стоит? Хотя, о чем я? Женщины в принципе дуры.

Не дожидаясь от себя глупостей, как только Настя выходит из машины, срываюсь с места от греха подальше.

* * *

Дать себе установку ничего не предпринимать, надеясь на благоразумие Насти, это хорошо. Но еще лучше следовать этой установке. Не знаю, кого я сейчас больше ненавижу. Себя, за то, что срываюсь с работы или ее, за то, что все же повелась на встречу с прилипалой.

Сигареты, маты, парковка на месте для инвалидов. Ну что может быть лучше, когда в твоей жизни появляется зараза с именем Настя?

Импровизируй, Даровский. И моли Бога, чтобы эта малолетняя бестолочь не растрепала ничего лишнего. В противном случае, я буду выглядеть дураком, посягающим на права фиктивной супруги. А хер тебе фиктивной, прилипала.

– Вадим, – поворачиваюсь на знакомый голос. – Привет, – вот совсем не вовремя, твою мать.

– Привет. Извини, я спешу, Саш.

– К своей невесте? Я ее только что видела с молодым парнем.

– Слово парень само собой подразумевает молодой, так что это лишнее. Да, я в курсе, что она встречается с парнем. Это наш хореограф. Мы танец репетируем, – когда я вообще занимался таким звездежом?!

– Здорово. Ты нам приглашения не забыл выслать?

– Нет, Сашунь, всех пошлю. В смысле всем пошлю.

– Ну, давай. У тебя все хорошо? Ты какой-то дерганый.

– Все нормально.

Или не очень. Зря я не репетировал всевозможные исходы нашей встречи втроем. Сидит себе холеный мудак, что-то втирает Насте, положив свою руку на ее ладонь. А та не спешит ее убирать. Да что ж ты меня так бесишь?!

– Привет Артем, между глаз тебе проем.