Текст книги "Я - твое наказание (СИ)"

Автор книги: Наталья Юнина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 27

Хуже женских слез могут быть только истерики, приправленные ими же. И я уже подсознательно к ним готовлюсь, предвкушая Настину реакцию на результаты поступления. С одной стороны ее жаль, с другой нет, так как это закономерный исход, ибо все в этой жизни давно распределено.

В какой-то степени даже полезно снять с нее розовые очки, показав, что упорство и труд далеко не все перетрут. Теоретически, я бы мог сделать так, чтобы одно из трех бюджетных мест, досталось ей, как собственно, они вероятнее всего и достались другим. Но нет, не стал. Себе то можно признаться: я тешу себя надеждой, что, поддавшись эмоциям, Настя не захочет поступать платно и как итог, все ее внимание будет приковано ко мне. И мне не придется его делить с учебниками, рисунками или дебильной компанией студентов. Отвел на свою голову в галерею.

Первое время я еще чувствовал себя виноватым за собственный эгоизм, сейчас остатки совести приутихли. Правда, чувство ненависти к себе из-за собственных слабостей растет с каждым днем все больше и больше. Правильно говорят, надо все делать вовремя. Поздновато меня накрыло. В тридцать девять переболеть детской инфекцией всегда чревато если не летальным исходом, то осложнениями. И вот они во всей красе.

– Прошу прощения, наш самолет приступает к снижению. Приведите, пожалуйста, спинки кресла в вертикальное положение и пристегните ремни, – киваю стюардессе и перевожу взгляд на спящую Настю. Нет.

Надо было все же полететь на море после результатов поступления, а не до. Так, возможно, перекрылась бы истерика впечатлениями об отдыхе.

– Просыпайся, соня, – аккуратно бужу ее, поддевая кончик сгоревшего носа.

Настя неохотно открывает глаза и пытается сфокусировать на мне взгляд.

– Уже садимся?

– Почти.

– Почему ты на меня так смотришь?

– У тебя скоро облупится нос.

– Не облупится. Он просто красный. Пройдет. Только не надо вот этих «я же говорил чаще мажь кремом».

– Я тебя слова не сказал.

– Я чувствую, что ты это хочешь сделать, – усмехаюсь, приводя спинку сиденья в вертикальное положение.

Оказавшись дома, Настя на удивление не спешит проверять результаты, а первым делом идет к своей живности. Перевожу взгляд на Руслана. Вот сейчас понимаю четко, что отпустить его надо было еще раньше. Хотя, если бы не он, вся живность подохла. Ладно, хоть сентября не стал дожидаться.

– Я надеюсь на твое благоразумие. Особенно на оставшийся месяц лета.

– Почему именно август?

– Потому что слишком много соблазнов, когда нет учебы.

– Может тебе мочу присылать каждый день на наркоту? – язвительно бросает он, пододвигая большую дорожную сумку к выходу.

– Достаточно твоей здравомыслящей головы.

– Не ссы. Я только побухивать буду. В пределах разумного и исключительно по выходным. Даже не вздумайте меня возвращать обратно, когда ты залетишь, – переводит взгляд на подошедшую к нам Настю. – Я к вам в няньки не нанимался. В гости буду частенько приходить, чтобы вкусно пожрать, так что голыми не шастайте, не хочу себя травмировать.

– Спасибо, – тут же бросает Настя, потянувшись его обнимать. Ну это еще что такое?

– Ну все, все. Давай эти телячьи нежности оставь для мужа. Все, досвидули, товарищи.

– Наконец-то можно ходить по дому голыми и трахаться на любой поверхности, не боясь, что кто-то припрется, – произношу я, как только мы остаемся одни. – Предлагаю начать прямо сейчас. По этому поводу можно даже выпить шампанское, – тяну Настю за руку к себе.

– Подожди, там уже результаты есть. Я сначала хочу узнать.

А счастье было так возможно. Сажусь на диван рядом с Настей, которая усердно клацает по клавиатуре ноутбука. И ждет. Долго.

– Не грузит пока, – да хоть бы и не загрузилось.

Можно и не смотреть на экран ноутбука, чтобы знать когда и что загрузилось. Достаточно видеть как Настя меняется в лице.

– Не расстраивайся. Пойдешь на платное обучение, ты же подавала и туда.

– Я не хочу на платное! Как так? У меня же высокий балл ЕГЭ и…и композиция и рисунок. Все было хорошо! Даже долбаная история культуры! Я не для того безвылазно пахала полгода. Да я…да я за одиннадцать лет школы столько не занималась, как тут! Чтобы что?! Чтобы получить вот это?

– Не всегда знания и умения все определяют. Я думаю эти три бюджетные места были распределены заранее. По блату, если говорить простым языком.

И все же я ожидал слез, а не злости, приправленной яростью.

– А ты и рад, да? Это риторический вопрос, если что. Можешь не стараться делать вид, что опечален. Ты изначально не хотел, чтобы я поступила! Думаешь я не понимаю этого?

– Не хочу. Мне не нравится, как ты выразилась, что ты «пахала безвылазно». Я хочу другого. И в принципе не скрываю, что я хочу пожить для себя. И тебя для себя. Но и палок в колеса я тебе не ставил, и ничего не запрещал. Так что какие ко мне претензии, Насть?

– Я тебя не понимаю, – вскакивает с дивана. – Ты с самого начала хотел, чтобы я училась. Имела образование и была грамотной, а теперь что? Почему этому противишься?

– Дай подумать. Тебе правду или как? – рывок и я оказываюсь напротив Насти.

– Правду!

– Да все просто, Насть. Мне было безразлично, чем будет заниматься моя фиктивная жена, главное, чтобы у нее было образование и она умела себя вести в обществе.

– И? Что изменилось кроме того, что я перестала быть фиктивной?

– А нужно разжевывать все, как маленькому ребенку?

– Можешь и разжевать!

– Изменилось то, что я люблю тебя, дура. И не хочу, чтобы ты проводила время со всякими отбросами, один из которых норовит тебя трахнуть, другая шлюха споить или еще чего хуже. Я хочу приходить домой и видеть тебя как минимум не в запаре и с этим мерзким сладким вкусом на губах от кисточки с краской, которой ты мазюкаешь холсты и какого-то хрена ее суешь в рот, сама того не замечая. Оказалось мне плевать на твое образование и я хочу иного. Так понятно?

– Миленько, – спустя несколько секунд произносит Настя. – А дура было обязательно говорить?

– Что?

– Ты назвал меня дурой.

– Извини, я не заметил.

– Блин, как ты это делаешь?

– Что?

– Все! – топает ногой, сжав руки в кулак. – Прости. На самом деле я не считаю, что ты виноват. Просто так проще, надо найти кого-то виноватого. В одном ты точно прав. Хрен им всем.

– Кому им и что хрен?

– На хрен пусть идут все эти экзаменаторы. Буду учиться платно, как все на расслабоне. И прогуливать как все. Больше не буду уделять этому столько времени.

– Жаль, я надеялся, ты на эмоциях откажешь и вовсе учиться.

– Какой ты все-таки гад, – легонько толкает меня в грудь на что я перехватываю ее ладонь и тяну на себя. – Только не надейся, одно дело я все же закончу. В сентябре пойду на автомобильные курсы.

– Зачем?

– А ты не догадываешься зачем? Может учитель ты и хороший, но экзаменатор мрак. Ты никогда не скажешь, что я хорошо вожу, стало быть, и права мне не светят. А я хочу водить.

– А на курсах думаешь легко получить права?

– Там дают взятки на экзаменах, а тебе фиг ее дашь. Так что точно полегче.

– А ничего, что каждый раз у тебя есть какая-то ошибка? Ты как собралась водить?

– Даже если ее не будет, ты все равно что-нибудь придумаешь.

– Нет.

– Да.

– Ладно, давай в конце недели поедем загород. И если ты мне покажешь хорошую езду, получишь права. Без мухлежа. Все по-честному, – готов поклясться, что Настя призадумалась не вру ли я. И ведь правда не вру.

– Ладно. Но если не сдам, я иду на курсы.

– Хорошо. Но сдавать экзамены будешь сама без взятки, – тут и без слов во взгляде читается «хрен ты об этом узнаешь».

– Ага. А вообще прости меня, – тут же тянется ко мне обниматься. – Я выгляжу как неблагодарная свинья. Я выиграла только разочек в ЕГЭ, а ты вместо одного раза, отвез меня на море дважды. Хотя знаю, что в первый раз ты был занят, – то же мне желание. Но надо быть умнее, ибо говорить о том, что это планировалось и без выигрыша, проигрышно для меня. – Мало кому удается побывать на Мальдивах. А я получила все и…веду себя как капризная стерва. Прости, – еще несколько секунд мы так и стоим в обнимку, каждый думая о своем, пока Настя не произносит. – А почему на Мальдивах? – поднимает на меня голову.

– В смысле?

– Почему мы говорим «на», а не «в». Если страна, то «в», если остров, то «на». Но Мальдивы это государство, точнее Мальдивская Республика. Стало быть, надо говорить я отдыхаю на мальдивских островах, но в Мальдивах. Но все говорят на Мальдивах. Почему? – да вашу ж мать. Взрастил на свою голову. – А Крым? Это же остров. Почему мы тогда говорим отдыхала в Крыму, а не «на Крыму»? Вадим?

– Никогда не думал, что это скажу, но…Насть, иди в жопу.

– Ну, Вадим. И, кстати, почему в жопу, но на хрен? Ведь в том и другом случае – направление на органы.

– Я думаю все дело в УЗУС.

– Что это?

– Общепринятое носителями данного языка употребление языковых единиц. В общем не надо применять правила, запомнить как все говорят и все.

– Лучше бы я вас застал голыми и трахающимися, чем вот это вот, – синхронно поворачиваемся к двери. – Раньше я думал, что только ты заебушек. Ан нет, Вадя. Оба. Причем ты кажется, Насть, скоро его переплюнешь. Браво, – хлопает в ладоши. – Настюх, говори сразу вместо «в» и «на» – «вна». Так не ошибешься.

– Ты кажется отсюда съехал, – отлипая от меня возмущенно произносит Настя.

– Забыл любимого мишку. Не могу без него заснуть. Удачи вам, Заеблонские.

Глава 28

Кажется, еще никогда мне так не хотелось кому-то вмазать. Мысленно уговариваю себя держаться из последних сил. Тесть как никак. Хорошо устроился, хитрожопый. И все же не выдерживаю.

– Это все замечательно. Но напомни мне, Кость, почему я должен этим заниматься?

– А разве это была не твоя идея, когда-то расширить бизнес в Москве? Твоя, Вадим.

– Нет, наша. И дело это общее. Я не собираюсь уезжать в Москву на столько времени. Вам с Мариной куда проще поехать туда, учитывая, что вас здесь ничего не держит. Насте через месяц на учебу. Как ты себе это представляешь?

– Я в свое время мотался и на больший срок, без возможности приехать на выходные из-за отсутствия денег. У вас эти возможности есть. Да и переезды с маленькими детьми, так себе затея. Уверен, что ты справишься в короткие сроки. Кстати, спасибо, что согласились понянчиться с Сашей, – во же сука. Прибью. Причем первую Настю. Безотказная дурочка!

– Я об этом не в курсе. Твоя дочь иногда бывает чрезмерно самостоятельной. И когда нас ждет этот увлекательный аттракцион? – еще и улыбается.

– Уже. Да брось, вам полезно потренироваться перед рождением собственных детей. Всего на пару дней, – сука! Два дня. Мои два дня я должен потратить на чужого отпрыска.

– А вы в это время чем будете заниматься?

– Отдыхать и отсыпаться. Считай, что это вложение в будущее. Когда вам захочется уединиться, спихнете малого или малую на нас. Ладно, позже еще обсудим дела.

Супер. Мало того, что мне предстоит поездка на неопределенный срок, так еще и терпеть чужого говнюка в свои законные выходные.

Домой заявляюсь еще более раздраженным. Благо не слышу детского крика и на том спасибо. Малого в поле видимости нет. А вот Настя, накрывшая праздничный стол, не пойми в честь чего, есть. На ней совсем не домашнее платье. Старалась произвести на меня эффект.

Поистине женское коварство не знает границ. Про мужскую тупость и слабость, ходящие рядом и говорить не приходится. Я ведусь на это. Несмотря на то, что где-то рядом крикливое существо, меня немного отпускает. Правда до тех пор, пока я не вижу на столе радио няню.

– Привет.

– В честь чего гулянка?

– Захотелось сделать тебе приятно.

Тянется ко мне на носочках и развязывает галстук. А затем принимается меня целовать. Зараза. Когда я пропустил момент, что она стала использовать секс как способ получения того, что ей нужно? И ведь ведусь как малолетка. Подталкиваю ее к кухонному островку и усаживаю на столешницу.

– Тебе нравится мое платье?

– Нравится. Но без него тебе лучше.

Однозначно лучше. Стянув с нее платье, таращусь как озабоченный подросток на грудь в новом полупрозрачном черном бюстгальтере. И как только снимаю последний, через долбаную радио няню раздается детский плач.

– Напомни мне когда ты успела родить?

– Это Саша. Папа с Мариной уезжают на выходные отдохнуть, я предложила нашу помощь.

– Нашу? А меня об этом спросить не нужно?!

– Ты бы сказал «нет».

– Ну раз знаешь, что я буду против почему это делаешь?

– Потому что иногда надо делать то, что нам не нравится.

– Я уже перерос тот возраст, когда это надо делать. Я с тобой хочу проводить время, а не с дурно пахнущим чужим ребенком.

– Он нормально пахнет.

– Это не меняет сути. Почему ты не можешь сказать, что у тебя другие планы? Все врут, Настя, абсолютно все. И пока твой родитель будет отсыпаться и вспоминать как трахаться без посторонних звуков, я буду думать о том как вытерпеть крик чужого ребенка. Чего бы мне не порадоваться, да? Я хотел провести выходные с тобой, а не с орущим дурно пахнущим ребёнком. Чужим заметь. А теперь он отнимает мое время.

– Я делаю это не только с целью помочь, а еще и с выгодой для нас. Когда у нас появятся дети, и мы захотим отдохнуть от ребенка, с ним будет сидеть папа и Марина. Так делают все нормальные люди. Можно и потерпеть немножко.

Спрыгивает со столешницы, подбирает платье и на ходу натягивает его. Прекрасный вечер. И самое гадкое, что засранец и не думает успокаиваться. Орет как резаный.

В какой-то момент не выдерживаю и прохожу в комнату. Хитрожопый папашка и кроватку притащил. А эта дурочка только рада стараться.

– У него чистый подгузник. Почему он плачет?

– Это же очевидно. Чтобы вывести меня из себя.

– Ну, хватит.

– Спонсор спокойного ребенка «Три с»: соска, сися, смесь. Дай что-нибудь из этого.

– Какой ты умный.

– Поумнее некоторых.

И мне бы свалить отсюда, оставив Настю одну, чтобы сама разбиралась с орущим комком, но зачем-то остаюсь и продолжаю пялиться на то, как она пытается его угомонить. И у нее это все же получается, когда она кладет малого на кровать и ложится рядом. За каким-то хреном я делаю то же самое.

– У тебя же поболее опыта. Почему он столько плачет?

– У меня нет никакого опыта. Я не считал появление детей в моем возрасте благодатью. И несмотря на подростковый период, дал четко понять родителям, что не собираюсь исполнять их обязанности.

– Не поняла.

– А что тут непонятного? Играть роль няньки я не собирался. Благо у меня были родители, не скидывающие ответственность на старшего сына.

– Ты что им совсем не помогал с малышами?

– Нет.

– А теперь не можешь оставить Руслана. В тебе говорит чувство вины перед родителями?

– Ой, Насть, не надо.

– Что не надо?

– Делать из себя гуру психологии. Поменьше сиди на женских форумах и удели время своему мужу, чтобы я не искал это внимание на стороне.

– Это угроза?

– Констатация.

– Ты эгоист.

– Как и все нормальные люди.

– Ты всякий раз кривишь лицо, когда видишь моего брата. Ты и детей получается никогда не захочешь потому что они отнимают время? Ты их ненавидишь?

– То же мне, твою мать, брат. Ты хотела сказать орущий комок, которого твой родитель норовит тебе скинуть, а ты святая простота не можешь отказать?

– Он ничего на меня не скидывает. И ты не ответил.

– Я не ненавижу детей и не против них. Но это не мой ребенок, я не обязан его любить. Как и делать вид, что он мне нравится.

– Как он может не нравиться? Посмотри какой он хорошенький. А какие ручки. Потрогай. Ну, Вадим.

– Рука как рука.

– Какой же ты все-таки гад. Ну потрогай.

Нет, ничего не екает. Чужое на то и чужое. А вот Настя с мелюзгой прям светится. И так искренне восторгается дрыгающимся ребенком, что меня это жуть как бесит.

– А ты кого больше хочешь сына или дочку? – ну, начинается.

– Я не думал об этом. Только не говори, что ты уже хочешь детей.

– Нет, конечно. Хочу забеременеть на последнем курсе. Так что года четыре еще есть. Но если ты хочешь раньше, то я подумаю.

– Не захочу. Знаю, что ты сейчас взбесишься и вероятнее всего меня пошлешь нахер, но раз такая тема. Я не хочу, чтобы ты рожала.

– В смысле? Ты же сказал, что не против детей.

– Не против. Я не хочу, чтобы ты сама вынашивала беременность. Вопреки идиотскому мнению, что беременность это не болезнь, это не так. Она провоцирует все, что только возможно. Учитывая, что у твоей матери был рак крови, я не хочу, чтобы твоя беременность спровоцировала онкологию. Есть суррогатные матери, никакой нагрузки на твой организм.

– Ты в курсе, что ты псих? – усмехаясь бросает Настя. – Ненормальный.

– Я не псих. Если что-то можно предотвратить, это надо делать.

– А ты в курсе, что можно захлебнуться и в ложке воды? Может мне теперь не есть и не пить? А то мало ли подавлюсь?

– Не утрируй.

– Даже обсуждать это не буду. Я сама буду беременеть и рожать. Сейчас мне еще какая-то чужая тетка будет рожать, – в принципе весьма ожидаемо. И говорить об этом надо было тогда, когда реально встал бы вопрос детей.

– Надеюсь обойдемся без дебильных женских выкрутасов?

– Ты о чем?

– О том, чтобы беременеть без моего ведома.

– С тобой то забеременеешь в тихушку. Ну-ну. Не удивлюсь, если ты мои таблетки считаешь.

И эта заварушка несомненно бы закончилась скандалом, если бы не запашок от внезапно затихшего ребенка.

– Ты как будущий папа обязан научиться мыть ему попу и менять подгузник.

– Видала комбинацию из трех пальцев?

– Сама взяла, сама и мой.

– Гад.

В какой-то момент я даже начал ловить кайф от того, как неуклюже Настя обращается с ребенком. Но по-настоящему я начинаю ухохатываться, когда она начинает надевать на него подгузник.

– Да как его надеть, когда он весь дергается? – отчаянно бросает Настя, переводя на меня умоляющий взгляд. – Ну помоги мне, пожалуйста. Если поможешь, послезавтра я спихну его Эле.

– С этого и надо было начинать, недомать.

– Я сейчас посмотрю какой ты недоотец.

– Учись, сопля. Во-первых, ты не все капли вытерла. Надо чтобы все было сухо. Протирай.

– Вау, я почти возбудилась от твоего командного голоса.

– Протирай давай, возбужденная.

– Все сухо.

– А теперь фиксируешь ножки вместе, приподнимаешь их и подсовываешь под попу подгузник. Дальше закрепляешь липучки и все готово.

– А вот сейчас я кончила, когда ты это так ловко провернул.

– Закрепляй.

– Давай сам, а я в следующий раз.

Никогда не жаловался на скорость своих реакций. Но сейчас, когда этот поганец решил надундить, я малость охренел. Спасибо, что не в лицо. Вот кому сейчас хорошо, так это Насте. Ржет как припадочная.

– Дочка.

– Что?

– Ты спрашивала сын или дочка. Теперь я это точно знаю. Однозначно дочка.

Глава 29

Это всего лишь разговор. И не такое проходила. В конце концов, я не рохля. Справлюсь. Только хочу выйти из машины, как вибрирует мой мобильник.

12:42 Вадим

«Какие планы на вечер?»

Ну, не сыпь ты мне соль на рану! Как будто знает, когда надо подковырнуть. И ведь понимаю, что сама виновата в сложившейся ситуации, а признать это не могу. А ведь всего лишь надо написать «Я непроходимая дура. Приезжай». Это же так просто, но… я набираю совершенно иное сообщение.

12:43

«Все те же. Подготовка к заключительному экзамену. А у тебя?»

12:43 Вадим

«Никаких. Буду отдыхать»

От злости ударяю кулаком в руль. И так продолжается трижды. Однако не легчает.

12:44

«А ты уже соскучился по мне?»

12:45 Вадим

«Некогда скучать. Ты была права, это даже полезно. Я не отвлекаю тебя от подготовки к экзаменам, ты меня от работы»

Дура и упрямый принципиальный осел. Прекрасная пара. И если никто не уступит, это может перерасти в крах. Справедливости ради, уступить должна я, потому что именно мое решение привело к тому, что мы не видимся уже двадцать три дня. А я не хочу проводить еще одну неделю, а, скорее всего, значительно больше в одиночестве, потому что он точно захочет меня проучить.

А какая-то же часть меня реально думала, что всего лишь месяц без приезда Даровского на выходные, я легко справлюсь. Экзамены как-никак. Правда, была еще другая часть, которая хотела проверить сколько выдержит Вадим. В этом и была моя ошибка. Я хотела, чтобы он как в романтичном кино сорвался в первые же выходные, наплевав на мои установки. Не сорвался, уважив мое решение, в кой-то веки позабыв о своем эгоизме. Кто бы мог подумать, что его эгоизм мне нравится больше.

12:47

«Ладно, хорошо тебе отдохнуть»

12:47 Вадим

«И тебе позаниматься»

Вот что мне сейчас хочется больше – придушить его или обнять? И то, и другое. И я непременно сделаю это. Перевожу взгляд на маленькую дорожную сумку, в которую я собрала лучшие комплекты одежды. Кто бы мне сказал, что на какие-то два с половиной дня я буду брать столько шмоток, покрутила бы пальцем у виска.

Ладно, с Богом. Выхожу из машины и прохожу через охрану во двор.

У меня было столько заготовленных слов, от претензий до жалостливых просьб, но стоило только увидеть папу с Сашей на руках, как я благополучно забываю об этом. Сейчас во мне играет… зависть.

И нет, вовсе не от того, что мой брат получился таким хорошеньким щекастым ребенком, который наверняка в будущем разобьет не одно женское сердце. Хочу увидеть такую же картинку, только на их месте Вадима и нашего ребенка. И пусть не сейчас, ибо это совершенно не вовремя. Но что-то мне подсказывает, что со временем это не изменится.

Я хоть по-прежнему и наивна, но понимаю, что к детям он совершенно равнодушен, если не сказать чего похуже. Не могу даже представить, что он может сюсюкаться с собственным ребенком, играть с ним и добровольно проводить время, как сейчас это делает папа. Папа…да уж. Кто бы мог подумать, что я способна его так называть. Причем не вынужденно вслух, а в мыслях. Это как-то само.

Как кардинально может измениться жизнь за какие-то два года. Даже не знаю, что более странно, наши с ним вполне нормальные отношения, учитывая позднее знакомство или тот факт, что я замужем за человеком, жизнь которого захотела превратить в то еще испытание с первого взгляда. Точнее слова.

Два года. Офигеть. Какой-то месяц-полтора и действительно уже два года, как я уложила будущего мужа в гроб. Стойкое ощущение, что это было совсем недавно. Чего не скажешь о трех последних неделях, кажущихся вечностью.

Я бы и дальше перебирала в голове не дающие мне покоя мысли, если бы красавчик не заметил меня. Какая-то часть меня приплясывает от того, что щекастик не только узнает меня и бросает игрушку, но и топает ко мне своими аппетитными ножками, не забыв одарить меня пока еще не совсем голливудской улыбкой.

– У него еще нездоровая тяга к груди, – шутливо произносит папа, как только Саша вцепляется ручкой в верх моего платья.

– Очень даже здоровая. Зрит в будущее. А Марина где?

– В СПА. Почему не предупредила, что зайдешь?

– Да я так, ненадолго. Хотела поговорить.

И все заготовленные слова теряются в потоке мыслей из-за ребенка, который принимается снова за игры, стоит нам только сесть на диван.

– А ты всегда был таким?

– Ты о чем?

– Жена в СПА, а ты сидишь с ребенком и выглядишь счастливым. Не вызываешь от страха няньку и не скидываешь ни на кого ребенка.

– Может, и вызвал бы, если бы это был мой первый ребенок. А так, навык есть, это не забывается.

– Как думаешь, если у нас появится ребенок, он что с ним сделает, когда я решу пойти в СПА? Задушит его подушкой или более благоприятный исход, просто оставит его плакать, вырабатывая характер? – на мой вполне серьезный вопрос мой родитель начинает смеяться. Не очень-то приятно, учитывая, что я не шучу.

– Ни то, ни другое. Уверен на сто процентов, что Вадим будет хорошим отцом вне зависимости от пола ребенка, – и тут уже из меня вырывается смех.

– Очень смешно. Только слепой не заметит, что ему не нравятся дети. И Саша тому пример.

– Насть, мужчины в принципе в большинстве своем по-другому относятся к детям. У нас нет материнского инстинкта. Скажу не очень приятную вещь для женских ушей. Конечно, не все, но большинство мужчин в принципе не воспринимают младенцев за… людей. Не то что за сыновой и дочерей. Для нас это скорее объект, который не дает спать, отнимает все свободное время и внимание жены. А вот, когда у них начинаются первые шаги, узнавание и проявление всяческого интереса, тогда и приходит переосмысление, что это уже твое. На месте Вадима я бы тоже не радовался, если бы моя жена уделяла время чужому ребенку. Наше с ним отличие лишь в одном, я притворюсь, что это не так, Вадим же напротив демонстративно скривит морду, чтобы ты все поняла и не принимала попыток втюхать ему Сашу, и привить к нему любовь.

– Ты что тоже воспринимал так Элю?

– Да. И, как и большинство мужчин, намеренно брал больше работы, чтобы реже появляться дома и погружаться в крикливые будни с пилящей паскудной тещей и не обращающей на меня внимание женой. Это сейчас я другой и отцовство после сорока тоже другое. Так что не демонизируй Вадима. Характер у него, конечно, сложный, но он не говнюк и не ненавистник детей. Просто хочет пожить для себя. Что тоже имеет право быть. У него это впервые, так что сделай скидку. Но могу тебе с уверенностью сказать, что Вадим, когда станет впервые папашкой, в отличие от меня, не будет придумывать работу. Как бы он ни говнился, как миленький будет и жопку мыть, и пятки целовать. Ну, последнее, скорее всего, когда никто не будет видеть, – самое удивительное, что я впервые представила эту картинку и… а вдруг и вправду так будет? – Так что, как у вас там говорят, – не парься. Только мой тебе совет, когда все же появятся дети – при любой возможности спихивай их на надёжных людей.

– Ты имеешь в виду нанять няню? Я не хочу.

– Насть, ну какая няня? Ты живешь с Вадимом полтора года бок о бок, неужели не поняла, что это человек, любящий все контролировать? – да уж, как же не понять, когда столько камер, о которых я даже не подозревала, если бы по пьяне не проболтался Руслан. Действительно, какая на фиг няня. – Даже если он поставит камеры на каждом шагу, вплоть до туалета, он не доверит чужой тетке ребенка. Я имел в виду нас. Да ту же Элю. Пусть она ленива, но ответственная и не рукожопая. Отдохнувшие родители – залог успешного брака. И вот это вот «я все сама» – засунь в одно место. Не каменный век.

– Вот уж не думала, что ты вселишь в меня надежду с этим вопросом.

– Но ты приехала не об этом поговорить.

– Ага. Я хотела наехать на тебя и попросить кое о чем.

– Очень интересно. Ну, давай наезжай.

– Это нечестно. Почему он третий месяц в этой долбаной Москве, и мы видимся только по выходным, а ты тут? У вас же общий бизнес. Ты не мог бы…

– Нет, не мог бы переехать. Вадим пожинает плоды собственных амбиций. Когда-то это было его решение – бизнес в Москве несмотря на то, что у нас здесь шли дела не так, как хотелось бы. Мне хотелось осесть и проводить время с семьей, а он хотел только расширяться. Он не рассчитал в своей весьма умной голове, что в его жизни может появиться не только договорной брак. Такое часто бывает с карьеристами. Мы и так отложили это дело почти на год. Так что потерпи. К ноябрю он должен закончить, – к какому нафиг ноябрю?! Это еще что такое? Ну ладно, половину лета проведу с ним, а сентябрь и октябрь?!

– Насть, это не так долго. Время пролетит незаметно. К тому же, он же приезжает к тебе на выходные. Этого лишены многие.

– Больше не приезжает.

– Почему?

– Потому что я дура! – и рассказала все, как есть.

– Это, конечно, глобальные проблемы, – он даже не пытается скрыть усмешку. – То есть просто позвонить или на крайний случай написать что-то типа, «я лохонулась и была не права, хочу, чтобы ты приехал» – слабо?

– Конечно, слабо. Этим я только покажу свою слабость и что он в очередной раз был прав. Я так и вижу, как он этого ждет, чтобы проучить меня. А я так не хочу. Я хотела, чтобы он приехал сам.

– Знаешь, ему сложно признать, что какая-то малолетка скрутила его царское величество, поэтому он еще старается держать лицо, но твоя вз…

– Не надо нравоучений. Я все сама знаю. Наехать наехала, теперь просто просьба. Дай, пожалуйста, его адрес в Москве.

– Зачем?

– Я поеду к нему сегодня. Так будет проще. Просто без объяснений, типа сюрприз, соскучилась.

– Ах, сюрприз, – вот не нравится мне этот насмешливый тон. – И подготовка к экзамену уже не нужна.

– Ну, хватит. Просто дай адрес.

– Дам, конечно. И во сколько ты уезжаешь, если не секрет?

– У меня Сапсан через полтора часа.

– Да, тяжелый случай. Смотри, что получается, Насть. Ты садишь в поезд, а Вадим в самолет. И что-то мне подсказывает, что вы разминетесь.

– Какой самолет?

– Москва – Питер. У него рейс через пятнадцать минут. Сейчас он уже должен прохлаждаться в бизнес-классе. Всегда знал, что сюрпризы никогда до добра не доводят. Так что езжай домой и жди мужа там, – да прям буду я его там ждать! Ой, мамочки! Была бы одна – завизжала от радости. И тут меня осеняет.

– Подожди. Если ты знаешь, что он сюда едет, значит, у вас какие-то дела?

– Нет. Я об этом в курсе, потому что он попросил меня его заменить на следующей неделе, – целая неделя? О, Боже!

– И ты согласился?

– Да. Это разовая акция, взамен вашей будущей роли няньки. Когда мне это понадобится.

– Серьезно?! И он согласился?

– Как видишь. Ты только не говори ему, что я тебе сказал про условия.

– А ты на чьей стороне вообще?

– На адекватной.

Кажется, я впервые получу штраф за превышение скорости. Пока я решаю вопросы насчет наших выходных, время незаметно пролетает. К аэропорту я подъезжаю на десять минут позже заявленного времени. И, кажется, бледнею, увидев на табло, что самолет прилетел раньше. Учитывая, что ему не надо ждать багаж, кажется, я по-крупному облажалась. Стою как в воду опущенная, всматриваясь в выходящих пассажиров. И все-таки сегодня мой день.

Сердце начинает колотиться как сумасшедшее, когда я вижу знакомое лицо. В белоснежной футболке и светлых джинсах с легкой дорожной сумкой, перекинутой на плечо, этот гад совсем не выглядит как привычный строгий бизнесмен. Не знала бы, дала максимум тридцатку.

И пока я исхожу слюной, провожая его упругую задницу взглядом, вдруг осознаю, что сейчас его профукаю. Иду следом и стопорюсь, когда мой бородатый заходит в цветочный. Как ты заработал свои миллионы, если покупаешь цветы в аэропорту? И приятно, черт возьми, и жаба душит. Ладно, разочек можно. Аккуратно открываю дверь и захожу следом. Тянусь к его спине на цыпочках и закрываю ладонями глаза.