Текст книги "Мой любимый (не) медведь (+ Бонус) (СИ)"
Автор книги: Наталья Юнина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)
ГЛАВА 21
Как и предполагалось, после возвращения домой, началась совсем другая жизнь. Саша очень много работал, перестал встречать меня с работы и нанял следить за мной какого-то амбала. Теоретически, он за мной не следил, а как бы был моим водителем. Проблема в том, что у меня был собственный автомобиль и ездила я именно на нем, а позади меня всегда это огромное чучело. Меня это жутко бесило, но успокаивал меня Саша тем, что это не недоверие мне, а забота о моей безопасности. Даже думать не хотела, о чем идет речь. Мы, в конце концов, не в девяностые живем и не связаны с криминалом. Хотя, откуда я знаю про криминал, в рабочие дела Саши я не влезаю, просто не хочу, да и он сам категорически против.
Я в конец одомашнилась и стала изучать поварскую книгу, мама дорогая, я даже пирог испекла. Правда, не самый удачный, но я еще только учусь. Снова начала ходить на фитнес, ибо диета все же не для меня, жить все-таки хочется, а не постоянно мечтать о еде. Вот и сегодня после работы я пашу в зале. Только мой личный тренер держит меня в тонусе. При этом шикарном мужике мне просто стыдно не впахивать на личных тренировках.
– Влад, я все правильно делаю? – он наклоняется ко мне, чуть сводит руки и поглаживает по плечу.
– Почти правильно. Давай, Алина, не ленись, еще один подход, умничка. Не забывай правильно дышать. Вот так, держи ровно спину! – наклоняется ко мне и нажимает на поясницу. – Отлично. Еще несколько подходов и закончим.
У меня после его слов, что я умница, появляется второе дыхание, все-таки кто, как не красавец мужик, подстегивает женщину заниматься спортом. Делаю еще и еще упражнения, Влад молчит, видимо, я все делаю правильно. Но в какой-то момент вновь чувствую прикосновение к пояснице, вот только прижимает он меня знатно, прямо так, что становится больно, совсем не как раньше.
– Ой, Влад, мне больно.
– Я тебе сейчас так больно сделаю, что забудешь, как тебя зовут, – цедит на ухо мне Саша.
– Ты что здесь делаешь?! Саша, убери руку, – Потапов убирает руку, и я быстро вскакиваю.
– Мне кого на месте шлепнуть, тебя или этого пидараса?
– Тихо! Влад не… а, впрочем, какая разница, он мой тренер! – Саша хватает меня за руку и уводит куда-то в сторону. – Саша, прекрати вести себя как ненормальный, куда мы идем?
– Куда глаза глядят. Это что, мать твою, такое? То есть мое плечо Милена поглаживать не должна, а твою задницу и не только ее трогать кому-то можно? Не находишь это странным?!
– Это фитнес! Он мой личный тренер и показывает, как надо делать правильно. А она тебя поглаживала с другой целью.
– Ты точно дура! Он тебя поглаживал точно с такой же целью!
– Нет!
– Да! – и тут я начинаю вспоминать Влада, нет, ну поглаживал иногда, хвалил, трогал чуть-чуть, но это же все в процессе занятий… или нет?
– Ну что, вспомнила?
– Это не то, наверное… В любом случае, ты не прав, так себя ведут только неадекватные люди.
– И это говоришь мне ты?
***
Сегодня освободился пораньше и поехал за Алиной в фитнес клуб. Не нравится ей охрана, подумаешь, тоже мне. Надо, значит надо. Кое-как прошел в здание и поднялся на второй этаж. Только издалека взглянул, увидел ее и меня понесло. Какой-то мужик, вероятнее всего, тренер, откровенно ее лапает и нет, это не тренировка, так смотрят на бабу, а не на своего клиента. Это что получается, ее так уже две недели лапают? Вот же сучка. Я не привык так действовать на людях, но что-то нехорошее щелкнуло в голове. Пока подходил ближе к парочке, мужика увела в сторону какая-то баба. Подхожу ближе к Алине и со всей злости нажимаю ей на спину. И все, меня ведет, самое дебильное, что она реально не понимает, что это были подкаты. Закидываю ее на плечи и несу куда глаза глядят. А глаз у меня видимо меткий, открываю одной рукой дверь, и мы попадаем в какую-то подсобку. Судя по уборочному инвентарю, здесь у нас обитают уборщицы. Благо сейчас ни одной.
– Ну и зачем ты меня сюда привел, Потапов?
– Чтобы бить.
– Вот этой шваброй? Ладно, не дури, пойдем домой. Я там покаюсь, хотя мне не в чем. Да, он классный мужик и привлекательный, и умницей меня называл и хвалил, ну трогал иногда, но только как тренер, у нас с ним ничего не было, бред какой-то. Он же занимается со мной и к тому же это нормально…, – не даю договорить Алине, просто закрываю ей рот поцелуем. Хотя поцелуем это назвать сложно, я ее скорее наказываю этими движениями губ, больно прикусывая нижнюю губу.
– Ай! – Терентьева упирается одной рукой мне в грудь и пытается оттолкнуть.
Ну прям сейчас, силы явно неравны. Усаживаю ее на какую-то полку и начинаю стягивать с нее тонкую облегающую майку.
– Ты с ума сошел? А если кто-то войдет? И вообще я потная!
– Я тоже душ не принимал, это тебе наказание. Вот тебе и грязный секс. Потом обязательно простерилизуешь свое тело.
– Дурак!
– От такой же и слышу.
Вслед за майкой стягиваю с нее спортивный лифчик и шорты вместе с трусами. Сам не раздеваюсь, стягиваю до колен с себя штаны вместе с боксерами, хватаю Алину за бедра и пододвигаю на край тумбы.
– А теперь ни слова и стони тише, иначе нас все же загребут менты.
Алина сама обхватывает мой торс ногами, и я вхожу в нее резким толчком, одновременно засасывая кожу на плече. Никаких прелюдий и прочего, быстро набираю темп и продолжаю двигаться в ней. Терентьева до боли сжимает мои плечи, тяжело дышит, уткнувшись мне в грудь. Моя громкая девочка старается держаться из последних сил, но в какой-то момент, понимаю, что выходит у нее это с трудом. Замедляю движения, специально дразню маленькую поганку.
– Не останавливайся, иначе дома убью.
– Ты тут явно не главная сейчас, лапочка.
– А вот так? – Алина впивает в меня свои ногти, точно оставляя следы.
– Ну, гадючка, держись.
Вхожу в нее на всю длину, вновь набираю дикий темп, так, что Алина уже не сдерживается и тихо стонет. Мгновение и запрокидывает голову от оргазма, до боли сжимая мои плечи. Пару движений и я кончаю глубоко внутри нее.
– Класс, – еле дыша, произносит она. – А за дверью нас ждут менты.
– Ага. Отдам им тебя на растерзание.
Выхожу из Алины и натягиваю на себя боксеры вместе со штанами.
– Давай одевайся, грязнуля.
– Я тебе сейчас хобот оторву за грязнулю.
– Попробуй, и я умру от кровотечения, а ты навсегда лишишься радости секса.
Сам снимаю с полки Алину, подхватываю белье и надеваю на нее.
– Пожалуй, не буду отрывать тебе хобот, кто еще меня будет одевать после секса.
– То-то же.
Надеваю на нее шорты, майку и поправляю растрепавшиеся волосы.
– Это наглость какая-то. Ты даже не был голым.
– Поговорим об этом дома. Давай сюда руку.
Хватаю Алину за ладонь и открываю дверь. На удивление, нам повезло и за дверью никто не стоял.
Моя несостоявшаяся макраместка быстро переодевается, и мы идем на выход. Садимся в машину и отправляемся домой.
– Ты же понимаешь, что на фитнес больше не пойдешь?
– Ну, Саша! Я только так могу держать форму, я есть хочу!
– Занимайся дома или хотя бы без личного тренера. И это не обсуждается.
– Групповые занятия толку не дают. Если так, то ты будешь ходить со мной по вечерам, ясно?!
– Хорошо. Завтра пойдем вместе.
– Ты серьезно?
– Вполне.
***
Алина выходит из душа и ластится словно кошка.
– Ты чего там курнула что-то, пока мылась?
– С чего бы это?
– А чего такая добрая?
– Просто настроение хорошее. Саш, только не отказывайся сразу, пожалуйста.
– Ясно. Что надо?
– Ты же знаешь, что я езжу только на работу и в фитнес клуб, мы даже по магазинам ходим вместе, прошу тебя, убери своего амбала. Мне это не нравится. Если не уберешь, я перееду к себе обратно, клянусь.
– Тупое условие.
– Ну, пожалуйста, Саш…
– Ладно, пару дней посмотрим.
– Серьезно? Я же не слепая, увижу, даже если будет другой.
– Тебя сопровождает только один человек. Любой косяк и будешь всегда ездить с амбалом. Давай делай мне массаж.
– Отлично! А вообще не наглей, я тебе не из этих молчаливых куриц с мужем тираном, ясно?
– Не очень-то и ясно, там тучки пошли.
– Саша, я серьезно.
– Я тоже. И еще, я завтра не смогу с тобой на фитнес пойти, послезавтра, хорошо?
– Хорошо. Я вообще удивлена, что ты согласился.
– Буду тебя контролировать. Кстати, хочешь прямо завтра уволю Милену?
– А что она накосячила уже?
– Нет, но, если ты хочешь уволю. Алин, а можно чуть нежнее мять мне плечи?
– Можно. Прости, я задумалась.
– И вот тот холмик разотри мне, помассируй пальцами, – Алина начинает активно тереть мне спину, удивительно откуда в такой маленькой женщине столько сил. – Может, крем возьмешь?
– Нет, и так хорошо получается. Саш, а знаешь, я вот так подумала, а мы ведь с тобой похожи. Оба ни в чем не разобравшись, набросились друг на друга.
– Да, я тоже думаю, что мы оба чокнутые. Но раньше я был нормальным.
– Тебе так кажется, Потапов. Ты уже тогда на дороге был психом.
– А ты дурой.
– Да, признаю. Как бы ни было печально, но ты псих, а я дура.
– Замечательная пара, психодур и психодурка.
– Сам ты дурка.
– По тебе она точно плачет. Так, нежнее, пожалуйста, хватит мне уже тереть один и тот же участок.
– Сам же сказал, разотри холмик.
– Я сейчас тебе так же разотру.
– Нет, у меня на спине никаких холмиков нет. Можешь потереть мой другой холмик.
– Обойдешься, пора баиньки.
***
– Доброе утро.
– Алина, ты меня пугаешь.
– Я настолько страшная не накрашенная?
– Я о твоем добродушном настроении. Для меня ты красивая всегда, ну без зеленки.
– Я приготовила завтрак. Сметанные блинчики. Они не сгорели, я все попробовала. Одежду я тебе уже приготовила.
– И сама оделась. Что не так?
– Все так. Прекрати говорить ерунду. Давай вставай, уже восемь.
– Алин, я же все равно узнаю, что не так.
– Может и не узнаешь. Я шучу, Саш, иди одевайся.
Встаю с кровати и иду в душ, если честно, такая Алина меня пугает. Мне уже нормальная баба не нужна, Алина меня вполне устраивает, а эта на кровати какая-то явная тихушница макраместка. Быстро принимаю душ и вытираюсь полотенцем. Черт, спина после вчерашнего болит. Смотрю в зеркало на спину и не верю своим глазам. Холмик она мне, блин, растерла. Кожу мне всю стерла до корочек. Как я это сразу не понял?! С кем поведешься, от того и дури наберешься.
– Ой, узнал. Ну и ладно. Кстати, блинчики вообще-то не очень.
– Спасибо, дорогая.
– Ну прости, я правда это сделала не специально.
– Я тебе говорил взять крем.
– Оно и так гладко шло. Знаешь, в этом есть свой плюс. Мы обновили тебе кожный покров, и ты избавился от ненужных кожных чешуек.
– Хочешь, я тебя тоже от них избавлю?
– Не стоит. Саш, я готова тебе кое в чем признаться.
– Я помню, что ты боишься собак, Веня исключение.
– Вообще-то я хотела тебе в любви признаться, но собаки, так собаки, – театрально вздыхает Алина.
– Жду твои признания вечером за романтическим ужином. Так уж и быть, его устрою я, только у нас дома, никаких ресторанов.
– Хорошо. Я тоже буду ждать твоих признаний.
***
Пять вечера, я еле-еле успеваю заказать ужин на дом. Забил на эти чертовы ромашки и купил красные розы. Успел приехать домой до приезда Алины. Быстро выгулял Венца и достал кольцо. Ничего вычурного, как сейчас модно говорить – помолвочное. Пора бы уже и надеть его ей на палец. Через неделю и так едем к родственникам.
Как-то я сразу не забил тревогу и не позвонил ей ни разу за день, а сейчас уже шесть и телефон выключен. Не нравится мне это все, вот прям бесит. Еще и водилу отпустил, придурок. Послушай женщину и сделай наоборот, нет же, повелся. Поехал к Алине на работу, но ее там уже и след простыл, как три часа. Начинаю реально злиться, хрень какая-то. Звоню своим людям и жду, сам не знаю чего. В голове сразу мелькает мысль, что это дело рук Рокотова, но тут же мне приходит звонок, что он чист. Еду домой и снова жду. Через пару минут уже разговариваю с начальником охраны.
– Саша, она была в ментовке.
– Где?!
– В ментовке. Просила ничего тебе не говорить, расскажет сама, да я и сам пока толком не знаю ничего.
– Она в порядке?!
– Ну со стороны, я бы сказал, не очень. Взволнованная, царапины на лице, ну и растрепанная немного. Все, отбой. Она вышла, сейчас привезу к тебе.
Чушь какая-то, это же Терентьева, какая на хрен ментовка?! Черт, это совсем не смешно. Царапины, взволнованный вид. Может, это какая-то шутка? Хотя так мы не шутили никогда. Венц, как будто что-то чувствуя, ходит за мной по пятам. Через минут десять дверь открывается, и Алина заходит в дом.
– Давай пока без вопросов, я хочу в душ.
ГЛАВА 22
Алина скидывает с себя босоножки и проходит мимо меня, кривя поцарапанным носом. Беда прям какая-то с этим бедным шнобелем. Волосы не растрепаны, видимо, уже причесалась, но вот блузка порвана. Ерунда какая-то. Хватаю ее за руку и веду к дивану.
– Саша, я сказала дай помыться.
– Сначала ты расскажешь, что случилось, а только потом душ. Где ты была?! Только давай не вешай мне лапшу на уши, все равно узнаю.
– Меня изнасиловали. Теперь можно в душ? Или ты меня сразу бросишь? – сглатываю, сейчас бы в пору пошутить, что с ней этого не могло бы произойти, но, судя по ее лицу, не похоже, что она шутит.
– Алин, – присаживаюсь на корточки и зажимаю в руках ее ладони. – Не говори ерунду, что за чушь про бросишь? Пожалуйста, расскажи мне все.
– Саш, ты чего? Встань, я, блин, пошутила, чтобы ты мне дал скорее помыться. Никто меня не насиловал.
– Ты ненормальная, что ли? Кто так шутит?! Хотя, кого я спрашиваю, ты же реально чокнутая. Я не отпущу тебя, пока мне все не расскажешь.
– После этого ты меня точно бросишь. Может, сойдемся на варианте, что меня того самого?
– Алина!
– Ладно, ладно. Я подралась с яжемать.
– Что?!
– Ты что глухой? Я подралась с ЯЖЕМАТЬ! Я всего лишь попросила ее убрать за собой пандус!
– Какой пандус?
– Который она опустила в подъезде для своей коляски! Чего ты тупишь, Потапов?
– Продолжай.
– А что здесь продолжать? Попросила раз, два, но она же яжемать, с хрена ли ей его убирать, а на других ей плевать, но не на ту она напала. Я ей перегородила дорогу к лифту до тех пор, пока она его не уберет за собой.
– И?
– Не убрала. Она напала на меня. Ну, а я не из тех дур, которые сдачи не дают. Вцепилась в нее так же, ну и пошло, поехало. Потом уже нас соседи разнимали и ментов вызвали. В свое оправдание скажу, что правда на моей стороне, в подъезде есть камеры и там четко видно кто на кого напал. Пусть наша доблестная полиция разбирается с видео, я ее еще засужу. Что молчишь, Потапов? Сказать нечего, я полностью упала в твоих глазах?
– Да нет, что ты. Просто к тебе присоединилось еще одно прозвище, теперь ты у нас не просто Алинка дендрофилка макраместка и экстрасенс, ты еще и боксерша. Интересно, доблестная полиция уже скинула видео в ютуб, как думаешь?
– Не смешно. У меня опять поцарапан нос! И кажется, волос стало меньше. И к сожалению, на голове, а не в другом месте.
Нельзя так себя с ней вести, но не могу ничего с собой поделать, заливаюсь смехом, смотря на это ходячее чудо в перьях.
– Ты пока смейся скотеночек, а я мыться.
– Ну прости, не могу сдержаться. Пойдем, я помою мою побитую девочку мочалкой, ранки обработаю.
– Иди в жопу со своей зеленкой, с зеленым носом я ходить больше не буду.
– Цыц, женщины так не выражаются.
– Да что ты говоришь, может еще и не дерутся?
– Точно. Все, давай ко мне на ручки.
Беру на руки мою побитую лань и несу в ванную. Быстро снимаю с нее одежду, раздеваюсь сам и заношу Алину в душевую.
– Саша, я не в настроении заниматься сексом.
– Не поверишь, я тоже, я заочно уже представляю тебя с зеленкой на лице.
– Да иди ты, – перехватываю Алинину руку и целую в ладошку.
– Что это за телячьи нежности, Потапов?
– А что нельзя?
– Можно.
– Давай потру спинку.
– Только не так, как я тебе.
– Договорились.
***
Выходим из душевой вместе, настроение, несмотря на расслабляющий душ, просто отвратительное. В такую задницу я еще никогда не попадала за все свои тридцать два года. Черт, да даже сидеть полуголой на дереве было не так стремно.
– Алин, ну хочешь мы этой тетке отомстим?
– Конечно, отомстишь, Потапов. Ты просто обязан перекрыть ей выход из квартиры тем самым пандусом. Хотя у нее ребенок, он там потом умрет. Нет, Саша, пусть живет.
– А если серьезно, что ты там делала?
– Заезжала домой, чтобы надеть красивое платье.
– Как вижу не надела. Ну и хрен с ним. Я ужин заказал, пойдем есть.
– Саш, я не хочу есть. Давай просто полежим на диване. Кстати, спасибо за розы. Я люблю их, и именно красные. Знаю, что банально, но мне нравится. Прости, что не сказала про ромашки, мне было приятно твое внимание.
– Алин, – Саша садится на диван и притягивает меня к себе. – Точно больше ничего не случилось? Тебя больше никто не трогал?
– Никто.
– Тогда забудь ты про эту бабу.
– Обещай, если у нас когда-нибудь будут дети и я стану такой же яжемать, то ты скинешь меня с балкона.
– Обещаю. Только, что значит если?
– Знаешь почему я стала гинекологом?
– Потому что любишь женщин?
– Мимо. Мама еще с юности меня затаскала по врачам, у меня вечно были проблемы по этой сфере. Я просто ненавидела врачей, а потом поняла, чего их бояться, проще им стать, чем потом трястись перед кабинетом. Стала. Кстати, я хороший врач, Потапов. И диагноз свой знаю, тут я реалистка. Я не бесплодна, залечу на раз два, вот только выносить будет сложнее. Да, Саша, я гинекологичка со своими проблемами. Давай, начинай шутить.
– И все же что-то случилось? Ты мне никогда этого не говорила, ни про ромашки, ни про проблемы.
– Ничего не случилось, Потапов. Ты забыл, сегодня же вечер признаний. Вот я и признаюсь. Спрашивай, что хочешь, на все отвечу.
– Ты когда-нибудь влюблялась?
– Нет. Ни в кого и никогда. Да, Саша, я реально ненормальная и до встречи с тобой вообще не думала о том, что в моей жизни может появиться мужчина. Я вообще в это не верила. Нормальная женщина хотя бы верит, а я правда нет. Мне и так жилось не плохо. А ты? Реально свою Машку не любил или сказал, чтобы мне было приятно? А других?
– Реально. Нравилась, конечно, Машка и другие, но любить нет. Но баб было много, так не сосчитать. Алин, а сколько у тебя мужиков было? Только давай без этих ваших бабских уловок. Скажи, как есть.
– Двадцать два, – чувствую Потапов напрягается. – Что, много?
– Вообще-то я ожидал услышать другую цифру, максимум десять. Но двадцать два, когда успела-то?
– Осуждаешь?
– Нет. Просто недоволен.
– Ладно, расслабься, Саш, их было два, а не двадцать два.
– Ну ты и паршивка! Значит я третий, Бог любит троицу. Вот теперь я рад. Хотя…
– Что хотя?
– Если их было всего двое, значит запали в душу?
– О да, Саша, первый дефлоратор мне прям так запал в душу, что я до сих пор его вспоминаю с отвращением. Знаешь, у меня вот с того времени и пошла не любовь к мужикам, а ведь он был даже не урод, а вполне симпатичный, но видать внешность реально не главное.
– И кто он, одноклассник?
– Ты за кого меня принимаешь, Потапов? К твоему сведению, я не занималась сексом в школе.
– Ну прости, а где?
– А тебе это точно надо знать?
– Однозначно. Я ж теперь не усну.
– В университете. Он, кстати, был единственный с кем я официально встречалась, слава Богу недолго. Ну вот после первого раза – конец комедии, хотя потуги с его стороны еще были.
– А второй?
– Тоже мой однокурсник, но мы никогда не встречались. Он мой друг.
– Друг, с которым ты трахалась? Друг?!!
– Да, друг. Между прочим, на Артемку была возложена серьезная миссия – исправить мнение о предыдущем сексе.
– Ну и как, исправил? – недовольно спрашивает Потапов.
– Исправил.
– Так, стоп. Что ты мне сейчас по ушам ездишь? Когда мы встретились, ты сказала, что у тебя год секса не было. А с кем был тогда? Значит было не двое?!
– Это и был Артем. Он уже давно живет в другом городе. Иногда сюда приезжал, ну и…
– Трахал тебя. Супер.
– А что не так, Потапов? Он не женат, я не замужем. Мы никогда не испытывали романтических чувств друг к другу, мы реально дружили, хоть в это и сложно поверить. И да, он иногда приезжал сюда и мы, ну ты сам понял. Саш, ну хватит меня зажимать.
– Я случайно, прости. Глупо отрицать, что мне это не нравится, – поворачиваюсь к Саше и смотрю на своего обиженку.
– Саш, ну ты чего? Я же не любила никого, да я даже не влюблялась, вот ни на граммулечку, ну, Саш! Я тебе сейчас нос откушу!
– Попробуй. А я тебе язык вырву.
– Ты же говорил отрежешь?
– Что-нибудь из этого, – Саша встает с дивана и идет в сторону спальни.
– Ну, Потапов, ты совсем, что ли? Это же прошлое! Вернись, я все прощу.
Блин, и смех, и грех. Ведь точно обиделся, я его уже знаю. Отвратительный день! Не пойду за ним, достало уже. Это я пострадавшая сторона сегодня, а не он. Встаю с дивана и иду к столу, что-то аппетит вдруг появился. Закидываю в рот аппетитный кусочек мяса, а за ним не менее аппетитный запечённый картофель. Наливаю целый бокал вина и залпом выпиваю.
– Ты нормальная вообще? – позади меня раздается голос Потапова.
– Мы вроде уже давно определились, что нет.
– Сказала, что не хочешь есть, а сама наяриваешь мясо, еще и вином запиваешь, здорово.
– Ты меня бросил, обиженка. А я заедаю стресс.
– Я ушел в спальню, а не из квартиры. Вот умеешь же ты все испортить, Терентьева. Дай сюда руку, – Потапов, не дожидаясь, сам берет мою ладонь и надевает кольцо на безымянной палец левой руки.
– А почему на левую? Это что ты так меня уже ненавязчиво посылаешь?
– Это помолвочное кольцо, бестолочь.
– Ааа. Круто, только если еще раз назовешь меня бестолочью, я тебе в трусы перец подсыплю. Нет, смесь перцев.
– Договорились. Больше ничего не хочешь мне сказать?
– Очень вкусное, кстати, мясо.
– Ты только что плюнула в меня этим мясом.
– Ой, прости, Сашенька. Нет, это не мясо, это кусочек картошки.
Потапов берет салфетку и вытирает мой нетщательно пережёванный картофель со своего лица.
– Ладно, к чему эти церемонии, это все не для нас. Ты любишь меня, я люблю тебя, чего выделываться, правильно? – вполне равнодушно констатирует он.
– Я тоже так думаю. Мне так повезло с тобой, Потапов.
– Не могу сказать того же о тебе, но что поделать, с любовью не шутят.
– Скотеночек, наливай вино.
– Только больше не плюйся.
– Лучше плевать, Потапов, нежели в зубах застрянет.
– Ну да, а то оп, и параанальный карман образуется, помню.
– Пародонтальный.
– Мне без разницы. Приятного аппетита.
– И тебе тоже.
***
Просыпаюсь рано утром без будильника. Смотрю на свое колечко и, честно говоря, глаз радуется. Вот так просто какой-то золотой ободок может поднять настроение. Это что же получается, еще какие-то три с половиной месяца, и я буду женой? Непривычно, но приятно. Кстати, о жене, пора бы реально научиться готовить выпечку. Встаю с кровати, быстро принимаю душ и начинаю гуглить рецепты. Сегодня выбор пал на оладьи.
Через час активной готовки, я справилась со своей задачей и впервые за все время рада проделанной работе. Получилось красиво и самое главное вкусно.
– Ты ли это, Алиночка?
– Я, Сашенька. Все для тебя. Вот учусь заранее быть хорошей женой. Ты доволен?
– Очень. Ты отпуск оформила?
– Да. Пять дней, и я вся твоя.
– Ты и так моя.
Пять дней тянулись неимоверно долго. А еще меня пугала поездка к Сашиной бабушке. А если я ей не понравлюсь? Это Потапов привык ко мне, а она нет. А если она оказывает на него большое влияние? Черт, ладно, через пару дней и узнаем. После случая в подъезде, я езжу только на пассажирском сиденье с амбалом в виде водителя. Сначала я брыкалась, а потом поняла, что бесполезно. Пройдет немного времени, все забудется, и я вернусь на свое водительское место. А пока пусть будет так.
Заезжаем к Саше в клуб, я отпускаю своего надсмотрщика, а сама жду Сашу. Знаю, что он пока занят, поэтому я как всегда сижу в ВИП ложе и заказываю апельсиновый сок.
– Здравствуй, Алина, – вот интересно с каких это пор мы перешли на ты и вообще с какой радости эта стерлядь ко мне обращается? – Саша сейчас занят, договаривается о закупках, ему что-нибудь передать?
– Здравствуй, Милена, я сама в состоянии подождать моего мужчину, а не передавать что-то через третьих лиц.
– Можно просто Мила, от слова милая.
– Боюсь, что в моей голове твое имя совсем от другого слова.
– Мне кажется, я тебе не нравлюсь.
– Определенно.
– А я думала гинекологи любят женщин.
– По твоей логике я и вагины должна обожать, спешу тебя огорчить, я их не люблю.
Высоченная стерва садится на диван напротив меня, кладет ногу на ногу и выжидающе на меня смотрит.
– Знаешь, когда я тебя увидела, вообще не поняла зачем Саша это делает. Без обид, но ты правда не в его вкусе и….
– И?
– Не хотела тебя огорчать, но он поспорил на тебя, я сама лично слышала его разговор. Вопрос стоимостью в один миллион. На самом деле это много, особенно для такой обычной девушки как ты. Ты, конечно, мне не поверишь, но считай это жестом доброй воли. Спор был прост, я знаю даже детали. В декабре у вас должна быть якобы свадьба. По факту он бросит тебя за день до нее, это было главным условием – сделать вот такой неприятный сюрприз. Признаюсь, Саша не хочет делать именно так, но другая сторона настояла именно на таком условии. Понимаю, что неприятно все это слушать, но и ты должна понять меня. Мне надоело, что все ночи он проводит с тобой, поэтому я хочу, чтобы он скорее оставил эту идею со спором и окончательно вернулся ко мне. Я не знаю, что он тебе говорил, но мы вместе с ним около года. Саша хороший человек, он долго сопротивлялся нашим отношениям в память о друге, но все же решился. Да, он азартен и мне это все неприятно, но жизнь такова, что дело женщин помалкивать и ждать. Так вот, я своего дождусь и эту выходку ему прощу. Чего ты молчишь?
– Думаю…
