Текст книги "Сладкий подарок для императора Теней (СИ)"

Автор книги: Наталья Варварова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Михаэль чуть расслабился. Он боялся слепой ярости, которая иногда охватывала Ферриса. Отрадно, что не в этот раз. Сейчас император, скорее, печален, и, значит, все же в состоянии внимать доводам. Он не был прирожденным обманщиком, и в то же время те недруги, что сочли Ферриса простофилей, давно исчезли с обеих половин их черно-белой вселенной.

– Что же ты намерен делать теперь, когда убедился в моем, как ты говоришь, предательстве? Необходимо было срочно покинуть Аламенью по двум причинам – и обе я тебе назову. Однако я бы хотел услышать ответ прямо сейчас. Глянуть твоими глазами, на что это похоже. Что ждет за ложь того, кто прошел с тобой весь путь, от первых шагов, и без кого ты не забрался бы так высоко?

Почему-то именно горечь не позволяла Феррису вспылить и расхолаживала:

– Ты сотни раз прикрывал меня, именно поэтому я долго игнорировал факты. Гррррха ждет его последняя гибель – точно последняя, хотя, сколько было прочих, я не считал. Тебя я обезврежу и отправлю в вечную ссылку. Можешь даже взять с собой Вэл, если она согласится на такого, как ты. И, главное, если она для тебя что-то значит и ты не истощил ее резерв. Иначе я...

Михаэль грустно рассмеялся.

– Да уж, братец, какое жестокое наказание, – маяться от безделья при минимуме магии, сохранив свойственное высшим демонам долголетие. Немыслимое коварство. Мда, Феррис, в который раз убеждаюсь, что каждый из нас на своем месте… У меня от твоего благородства скулы сводит. Ты мне всю жизнь поломал, потому что пришлось тянуться за твоим стандартом, тогда как по натуре я паяц и стервец.

– Будешь смеяться, но я собираюсь перестать быть императором. Сложу полномочия так, чтобы замести следы, и отправлюсь к Бекки. Оно того не стоит. На этой высоте все трещит по швам, даже вечная дружба.

Михаэль рассеянно наблюдал, как комнату сворачивает и загибает. Словно бумажный кораблик, который мастерил ребенок. И вдруг, почти неуловимым взмахом, он обвел вокруг себя круговую линию. Пелена защиты искажала его фигуру, как дым.

– Я услышал все, что хотел. А ты, дружище, тоже возьми себя в руки и постарайся дотерпеть до конца… Я выдернул нас из Аламеньи, потому что на подходе были хранители, ведомые праматерью. Она уловила очень знакомые колебания… Не надо так дышать, не подставлял я Ребекку. Но моя встреча с Вэл вернула ей ресурс и тут же выдала ее местоположение. Они почуяли сильную магичку в почти сухом мире и заспешили туда.

Феррис мгновенно утратил контроль. Вокруг ладоней вздулись огненные вихри.

– Какая разница, на кого они пришли? Ты что устроил, облезлый? Все сестры в опасности. Аламенье не отбить подобное вторжение.

Но вместо того, чтобы напасть, как того ждал Михаэль, правитель принялся уничтожать стены одну за другой, чтобы найти выход из измерения с дурной бесконечностью… Безрезультатно. В этой ловушке требовалось разгадать последовательность, и через две-три секунды Феррис остановился и стал лихорадочно высчитывать комбинации.

– Вряд ли тебя это успокоит, но после того, как мы с Вэл пообщались… заключили союз, обменялись ресурсом… ее уже так просто не стереть. Это великая женщина, без преувеличения. В каждом своем воплощении она совершала нечто такое, что до этого считалось невозможным.

Феррис нервно потер виски.

– Вот как – то есть ты ее поклонник со стажем? Не ожидал от тебя подобных романтических проявлений. Впрочем, это твое личное. Я бы хотел других объяснений всей этой истории… С Вэл ты мог встретиться и без меня. Но как сюда вмешали Бекки? Как ты состряпал поисковое заклинание, использовав образы, которые я потерял? Девушка на берегу, в нескольких вариантах, была заперта в моем сознании. Я знал Бекки и раньше. Она была самым… Кто посмел залезть мне в голову?

При этом император не прекращал попыток найти число, уничтожавшее ловушку. Каждый раз у него выходило VIXI, оно же 17, оно же единственная фраза, которую выбивали на могилах демонов: «Я жил».

«И больше жить не будешь», – проворчал Феррис себе под нос.

Никаких сомнений, что Гррррх рядом и что пора биться не только со старым врагом, но и с названым братом.– Ты когда-нибудь задумывался, что такое нерушимые пары? Это не миф и не сказочки светлых…

Михаэль задвигался в круге, показывая телом, что готов к атаке. Странно, ведь брат предпочитал внезапность. С чего бы ему демонстрировать свои намерения?

– Никогда ими не интересовался, – процедил правитель, гадая, к чему ведет демон.

– Еще бы. Их стараются не трогать по обе стороны, потому что бесполезно спорить с судьбой. Но есть нюансы, куда же без них… – Михаэль юлил, а Феррис все больше и больше нагревался.

– Плевать! Мне некогда, я должен вернуться на Аламенью немедленно! Где прячется этот мертвяк?

На его глазах руки друга, переходящие в лапы и покрытые короткой шерстью, стали темнеть. Это было похоже на внезапное поражение тканей. Рыжие зрачки помутнели – еще одно доказательство, что наместник не в порядке.

– Так я и говорю, дядюшка Гррррх всех достал, – оскалился Кот. – И когда могущественный маг светлой стороны примкнул к темным, их пару, его и светлой девушки, требовалось подтвердить заново. Но что дальше? Маг бы поживал спокойно в объятиях любимой, качал их малышей на коленях. Пошел бы он против Гррррха? Возможно, потому что он тот еще добропорядочный псих. Но свет и тьма предпочли не рисковать. Будущего императора разделили с его женщиной.

Феррис замер. Нижняя плоскость, заменявшая здесь пол, грозила выскользнуть из-под ног. Кисти дымились.

– Когда ты… узнал?

– Ох, брат, а вот это самое интересное, – Михаэль произносил слова с огромным трудом. Каждое требовало усилий, в уголке рта появилась тонкая струйка крови. – Когда мы прижали Гррррха в последний раз, ты был на волосок от гибели и, если помнишь, прикончил его тогда я. Только я его одной рукой прикончил, а второй спрятал внутри себя. Мы так договорились… Кто кого. Победить не получалось ни у него, ни у нас. Придурок рассчитывал, что сожрет мне мозг и я нападу на тебя исподтишка. Ну, а я собирался изучить его, распотрошить и благополучно раздавить.

– Михаэль, ты свихнулся и на этот раз перехитрил сам себя. Он торопится выйти, правильно? И это вторая причина, почему ты дернул нас сюда. Ты несколько эпох проходил с этим дерьм... внутри. И чего ты добился?

Оба правителя остановились друг против друга, тяжело дыша. Феррис призывал на помощь всю выдержку. Михаэль – пытался выкроить себе еще несколько минут на то, чтобы продолжать дышать.

– Да, сейчас он лезет наружу, так что подготовься. За это время он тоже не сидел без дела и изучил все твои слабые места. Некоторые я для него выдумал… Терпи, Феррис, не позволяй ему уничтожить тебя чувством вины. Твоя Бекки/Руби/Белль не помнила ничего, как и ты, и почти не страдала, – мысли Михаэля путались, глаза заволокло мраком; кошачьи зрачки полностью растворились в нем, однако демон все еще не сдавался. – Нам следовало бы быть немножечко признательными этому старому пятну слизи. Он нашел концы, надежно спрятанные его бывшими сторонниками, – Мраком, Хаосом, Ужасом, Гибелью. Через него я узнал, что до нашей с тобой встречи, в твоей предыдущей жизни, ты, действительно, имел «вечную» пару. Мы с ним оба начали поиск. Искали ее везде. В светлых мирах это особенно тяжело, и если бы не моя Вэл…

Полосатый демон согнулся пополам, не устоял на ногах и рухнул на колени. Жестом он отгонял от себя Ферриса; даже расширил круг, чтобы император не бросился на помощь и его не коснулся.

– Потерпи несколько минут, старикан. Не слушай его, не смотри в его видения. Не смей превратиться в желе, пока меня не будет. Я немного приду в себя – и мы поджарим зажившегося гаденыша, обещаю. Теперь я точно знаю, куда бить…

Но договорить Михаэлю не удалось. Из его живота вылезла гигантская клешня, которая могла поместиться там только в этом измерении. Потом вторая. Наместника перерубило пополам, и перед Феррисом встал окровавленный Гррррх, стряхивая с себя внутренности подверженного врага.

Все-таки врага. Михаэль со всеми его фокусами не обратился в предателя и до последнего мгновения верил, что помогает другу. Хвостатый недоумок… Феррис метнул на еще теплое тело соединительную сеть. Упокоить наместника не так просто; у него сумасшедшая регенерация и жажда жизни, которой обычно хватало на них обоих. Михаэль способен пережить три-четыре таких разрыва напополам подряд.Через пару минут и, правда, восстанет. Если Гррррх не нашел способ его отравить или еще как-то напакостить…

– Какая глупость, молодой император. Ты и император-то уже в прошедшем времени. Твои чувства сгубили тебя. Зачем сейчас тратил энергию на это ничтожество? Зачем помогать ему подняться? Думаешь, со мной так легко справиться… Думаешь, он не замыслил прикончить нас обоих и воцариться одному… О, я так долго жил среди его мыслей. Как же меня тошнит от него. От вас обоих…

Гррррх, по меркам Хаоса, с которого он и начинал, должно быть казался себе внушительным. Восемь смертоносных крабоног, с ядовитым отростком на каждой клешне. Здоровая полугуманоидная голова, насаженная прямо на конечности в обход шеи. На ней вместо волос шевелились щупальца.

Только на взгляд человека, чудовище выглядело нелепой химерой.

– Сейчас я избавлю тебя от страданий. Как можно быстрее – ведь такое упрямство заслуживает награды, – бросил Феррис, направляя огненный столб, выросший у его ног, на экс-правителя.

Конечно, этика требовала ведения интеллектуального поединка с соперником такого уровня. Обмена витиеватыми любезностями. Но Аламенье в любой момент грозило обратиться в пыль. Поэтому необходимо уничтожить Гррррха, перекинуть Миаэля обратно в Сумрак, захлопнуть это псевдоизмерение – и все это желательно осуществить за один короткий миг.

– Куда же ты так торопишься, господин Феррис? Адмирал первого магического ранга. Не желаешь посмотреть в глаза своей девочке? Ты бросил ее с четырьмя детишками. Она так старательно справлялась со слезами, что пролила на том берегу всего несколько капель, зато потом…

Нельзя было глядеть в мучнистые блеклые блюдца, заменявшие Гррррху глаза. Но император не удержался. Пламенный вихрь замер между ними, постепенно сбавляя температуру и угасая.

– Во-о-от, – прошелестел демон-краб. – Оценил, проникся. А теперь давай десертик. Посмотрим, как же ты умудрился разминуться со своей единственной возлюбленной в следующей жизни… Это будет так поучительно.

Острая клешня пробила грудь императора, едва не задев сердца (оно у Ферриса чуть сдвинуто – эту информацию Михаэль умудрился сберечь). Два ядовитых шипа слева и справа вонзились в шею.

Однако демон не реагировал. Он остолбенел, досматривая ту же историю, что в далекой от них Аламенье Вэл показывала ошеломленной Бекки.

Этот миг закруглился, отпочковался от времени и замер, превратившись в каплю, готовую упасть. Он отделял Ферриса от смерти, Гррррха от воцарения, праматерь от пробуждения, Михаэля – от нового вздоха.

Победить время почти невозможно, лишь единицам подвластен этот фокус. Судьба миров зависла на ресницах маленькой рыжеволосой женщины. Валери моргнула и открыла глаза.

Глава 63. Император выигрывает сражение

Тем не менее, Феррис не ощутил никаких перемен. Он застрял в своей дурной бесконечности. Там жизнерадостную темноволосую девушку сбивал кэб на пустом перекрестке большого и грязного города. Снова и снова…. И, да, это была Ребекка.

Несмотря на длинную-длинную, по меркам человека, жизнь он помнил себя, как всякий рожденный смертный – только в этом воплощении. В нем он родился в приюте, возглавил небольшую уличную банду, повздорил с маменькиным сынком Михаэлем и потом вместе с ним начал обучение у лютого колдуна. Далее они устроили у наставника погром, когда тот решил убить Ферриса.

Но все, чем он привык гордиться, – все, что считал своим достижением, – оказалось одной большой ложью. После того, как Гррррх показал ему, откуда взялись видения с одинокой женщиной на берегу, и адмирал Феррис снова попрощался с женой в предыдущей жизни, он готовился к любому повороту… Однако не к такому, что молоденькая Бекки была убита в нескольких сотнях метров от колдовского цеха, где он с ребятами осваивал азы магии.

На этот злосчастный день судьба назначила их встречу. Возможно, потому, что в прошлый раз их история оборвалась на середине, им было уготовлено познакомиться еще в более раннем возрасте – ей едва исполнилось шестнадцать, ему – пятнадцать.

Бекки (настоящего имени возлюбленной в этом воплощении он не узнал) спешила передать заказ в цветочную мастерскую рядом с их цехом. А Феррис после сдачи нормативов должен был как раз зайти в лавку за мясным пирогом через одно окно от цветочницы. Как и одну жизнь тому назад, они бы столкнулись на улице и больше не расставались.

И именно эти минуты выбрал учитель, чтобы внезапно напасть на молодого мага, а незнакомая старушка – чтобы обратиться к его Бекки с просьбой перейти через проезжую мостовую. Когда обе вышли на середину, божий одуванчик растворилась в воздухе, зато пустая повозка – без пассажиров и возницы – выросла буквально из ниоткуда.

Учитель Стефаний принадлежал к древнейшему ордену темных и подчинялся повелителю Мрака, недругу Гррррха. А бабуля сверкала белоснежными глазами вообще без зрачков. То есть в заговоре участвовала одна из дочерей света, если не сама праматерь. Та не любила доверять такие щекотливые поручения ни родным, ни падчерицам.

В тот день светлые и темные вот так объединились против провидения. Совет темных за спиной Гррррха не подтвердил нерушимую пару переметнувшегося на их сторону Ферриса и светлой Бекки. И девушку убили свои же, чтобы не дать свершиться их судьбе.

Конечно, ни Бекки, ни Феррис не были конечной целью. Праматерь и сильнейшие адепты темных искали способ извести тогдашнего императора. Гррррх не спешил уходить и высасывал силы у тех и других. А молодой чародей, потерявший любовь и так и не узнавший об этом, был идеальным кандидатом на роль сменщика.

– Брат, – издал хрип все еще император.

Михаэль – единственный близкий и настоящий в этой чужой фальшивой истории, которой на поверку оказалась жизнь темного властелина.

– Неужели сообразил? – оскалился Гррррх. – Твой друг, если бы враги не перестраховались, обратился бы в мою погибель. Конечно, его дар не чета твоему, но упорства хватило бы на легион. Он окреп бы рядом с тобой, а потом, когда ты завел семью со своей девчонкой и удалился бы от дел, заступил на твое место – чтобы хитростью забирать у меня мир за миром. Редкую тварь подготовил рок для моего краха. Но, знаешь, с такими врагами и друзья не нужны. Они все перевернули с ног на голову. Этот отброс был вынужден вечно прозябать в твоей тени. Обнаружилось, что он слишком щепетилен, чтобы тебя уничтожить.

Только тут Феррис заметил, что его тело бьется отнюдь не в здоровых конвульсиях. Яд Гррррха мешал восстановлению тканей, а клешни наносили смертоносные повреждения, разрывая центральные сосуды и нервные узлы. Он больше не контролировал мышцы. Магия угасала медленнее. Ее все еще достаточно, чтобы задушить это чучело краба.

При этом Феррис не мог отвести внутренний взгляд от Бекки, лежащей не неровных камнях дорожного покрытия. Ее чудесные волосы промокли от крови, алое пятно расползалось вокруг головы. В совсем еще девчоночьих глазах застыло удивление. В той жизни она больше не страдала. Она даже не успела испугаться…

– Тебе показать, как женушка провела последующих «дцать»? – утробно захихикал Грррх. – Ты не догадывался и не переживал, менял одних красивых женщин на других, а она помирала в тоске, переживая, что рядом нет ни деток, ни одаренного обормота.

Император понимал, что демона следовало добить. Что даже, если он, Феррис, не жилец, то оставлять после себя такое наследство, значило бы обречь миры на нескончаемую войну. Только сосредоточиться на нем никак не удавалось.

– Ты просто ее недостоин, Феррис, – прокряхттел Грррх, который к этому моменту уже вонзил в молодого соперника все клешни и вынужден был ждать, когда энергия того наконец иссякнет. – Бедняжка мучилась зря. Даже найдя ее благодаря мне и Михаэлю, ты все еще сомневался и собирался удрать. Я засек одно из твоих возвращений… Это не нерушимая пара, а скорлупа, фикция.

В его словах крылась ложь. Мысли путались, и Феррис не мог внятно сформулировать, где именно. Но ослепленный властью, лишенный большей части человеческого, он узнал свою Бекки – ее слова, ее голос. Да, он не вспомнил прошлую жизнь, скрипучий деревянный дом (между прочим, точную копию императорского «особняка»), собственных детей, а ее вспомнил.

– Эй, повелитель, ты что там, помираешь? Это же надо, все время по-своему, – вкрадчивый голос с кошачьими интонациями музыкой зазвучал у него в голове. – Там праматерь беснуется, Вэл ее долго не удержит, а у Бекки, к сожалению, эта жизнь последняя. Больше ей не отведено, при условии, что ты не вмешаешься.

Феррис мигнул, позволяя льду сковать его тело целиком. От холода такой силы любая тьма, с ее тягой к огню, превращалась в сухую морозную пыль. Гррррх взвыл, потому что разом лишился всех клешней. С ядовитыми усиками тоже пришлось расстаться.

Его откинуло в сторону. Туда, где как раз поднимался Михаэль. Наместник как будто нехотя расправил плечи; вроде бы медленно взмахнул хвостом, но тут же обмотал его вокруг крабовой туши.

– Фу, какая дрянь. Синяя сочащаяся водица вместо нормальной густой крови. Гррррх, дружочек, ты же с таким скудным темпераментом и крабиков завести не успел. На кого ты нас покинешь? Но теперь, прости, поздно.

Кот дернул хвостом – Гррррх закружился волчком. Не давая противнику и шанса обрести равновесие, полосатый демон выпустил когти, которыми по праву гордился бы и гигантский медведь. Синхронными отточенными движениями Михаэль разделал древнего демона на аккуратные полосы.

– Не возражай, Феррис, я лучше знаю, по каким линиям надо было вспороть ему брюхо. Я узнал его слишком близко. Теперь на пару эпох воздержусь от морепродуктов. Не отчаивайся, ты еще можешь поучаствовать и надавать люлей праматери. Хранители вмешиваться не станут. Иначе какое же это равновесие?

Феррис не возражал. На регенерацию у него ушло еще несколько секунд, и потом император исчез с тихим хлопком.

– Даже не поблагодарил, – посетовал Михаэль, чтобы развеять повисшую в лжеизмерениии тишину.

Одной рукой он совершал пасы, сгребая остатки Гррррха в кучку и сметая их в невесть откуда взявшийся контейнер. Второй рукой наместник распахнул портал – и потом, уже двумя, поймал выпавшую оттуда раскрасневшуюся и растрепанную девушку.

Вэл тяжело дышала и еще не успела сообразить, что для нее бой только что закончился.

– Тс-с-с, малышка, у вас там целый император… Кто мы такие, чтобы мешать ему вершить справедливость? Это фарфоровое блюдце, в смысле праматерь, – пакость похлеще здешнего морского гада. Пускай Феррис повозится, заодно впечатлит Бекки.

– Кот, котик, – лепетала Валери. – Живой. Я почувствовала, как тебя ударило и что ты не дышишь… Я бы умерла на месте, но надо было сначала спасти девочек. Ты бы видел, что они творили! Бекки заехала ей прямо в нос, Мел визжала так, что у старухи глаза из орбит вылезли. А Дафна как подскочит, как магией шарахнет в ее постамент-держалку. Представляешь, она, как всегда, из всех освоилась первая. Рози тянула долго, зато потом…

Михаэль подхватил девушку и крепко прижал к себе. Так он передавал ей энергию. Вэл потратила почти весь ресурс и в пылу схватки этого не заметила.

– Ничего себе дарящая, да ты прирожденная валькирия, прямо как твои сестрицы. А что, похоже – Вэлкирия… Малышка, я тебе говорил, что светлые и темные созданы для того, чтобы обмениваться энергией? А что после этого рождаются дети, говорил? Не помню. Совсем с этим крабом мозги потерял, а думал – только кишки.

Вэл улыбалась, гладила его торчащие уши, но отвечала слишком тихо. Михаэль, скорее, угадывал, чем слышал.

– Фу, мерзкое место. Пошли я покажу тебе Сумрак и Дом. Он не такой уютный, как у Ферриса, – Кот притворно вздохнул. – Больше похож на лабиринт. Нужна женская рука. Обживать и обживать… Пойдем, они и без нас справятся.

Пара исчезла. Лучики, которые оставлял после себя сияющий взгляд Вэл, какое-то время прыгали по углам. «Без нас справятся, без нас справятся», – звенело эхо.

Измерение, лишенное магической подпитки, стерлось ровно через семнадцать секунд.

Глава 64. Император готовится к свиданию

Очень скоро император вернулся домой. Навести порядок в Аламенье ему удалось за рекордно короткий срок. Хранители при его появлении, чуть ли не в эпицентре светлых миров, лишь радостно задергали щупальцами. Ему показалось, они следили за тем, чтобы ни одна из сестер не поранилась и даже не испачкалась в коротком бою.

Еще бы, допустить такую чудовищную утечку. Забыть, что за светлой стороной тоже нужен пригляд. Поверить дочерям, что праматерь вовремя и регулярно обновляла свои множественные личности – в то время как в ней поселилась одна и та же и упивалась чистой энергией.

Хранители не имели глаз, но их тушки прямо светились от благодарности…Отобрав у Ферриса пару на заре его становления, заговорщики в итоге получили императора темной стороны с уязвимостью непозволительных размеров. Когда правда вскрылась, в эту уязвимость чуть не пролез целый Гррррх.

Он обхитрил всех, включая светлых. Миры снова катились к закату, к своему взрыву, откуда бы старикан вышел обновленным. И едва хранители успели оценить масштаб беды, как пришла весть о том, что древний император окончательно повержен. А вместе с ней явился Феррис, готовый прихлопнуть проблему номер два.

Победа над праматерью далась исключительно легко. Здесь лед бы ему не помог, но пламени оказалось достаточно. Потом Феррис обязательно подумает, на что же рассчитывала древняя, вмешавшись в его судьбу и толкая к трону именно его – носителя и света, и тьмы одновременно… Гррррха она боялась больше? Как и многие другие, верила, что Ферриса сместит Михаэль? Считала, что с помощью хранителей справится с любой тьмой?

Но сейчас его волновало не это. Он расхаживал по кабинету взад-веред и ломал голову над тем, как правильно воссоединиться с Бекки. И одновременно проклинал себя за то, что все усложняет!

Как показать, что он помнит и знает, что и она тоже помнит, – последнее подсказали бесплотные щупальца и мышинда. Мэри рвалась прямо в огонь, когда он угоманивал древнейшую, и требовала немедленно заключить хозяйку в объятия.

Феррис же, убедившись, что Бекки, хоть и взволновала, но не пострадала, скрылся в своем измерении. Вряд ли она поняла, что эта стена огня и была ее мужем...Хватит того, что Михаэль просто выдернул к себе Вэл, как вещь… Но это их дела, а он должен придумать нечто невероятное… Чтобы Бекки оценила, пришла в восторг, хотя бы немного забыла ту боль, с которой только что столкнулась. Ведь что за животным надо быть, чтобы забрать ее на глазах перепуганных сестер и исчезнуть?

А если она догадалась, что это был за огонь? Вдруг переживает, что он не идет – у них там минуло уже несколько часов… Вдруг, чего подобного, сомневается в нем! Император метнул миниатюрный ледяной шарик в прилепленную на дверь доску.

– Тревога! Вы нанесли межпространственной ткани урон третьей степени. Потрудитесь возместить ущерб в установленные темно-светлым соглашением сроки!

С такой скоростью хранители еще не отзывались. Наверное, устранение сразу двух сущностей с обеих сторон развязало им отростки. И с этим тоже придется разбираться…

Император не сдержался и выдал чудесное многоступенчатое ругательство с вплетенным туда проклятием. Оно извивалось в метре над письменным столом причудливым восьмигранником.

– Тревога! Разрушение логических связок в континууме посредством тяжелой магической брани. Император Феррис, вам рекомендован ледяной душ или прогулка по мирам, лишенным жизни, для возвращения эмоциональной устойчивости.

Феррис застыл, чтобы ненароком не залепить огненным шаром в ближайшее гнездо хранителей. И клятый Михаэль туда же! Сейчас, когда он наконец нуждался в совете друга, тот полностью умыл лапы и забаррикадировался с Вэл в своем измерении. Убить Гррррха – это, конечно, прекрасно, но где солидарность, чувство локтя, забота о брате… Впервые в жизни Феррис так сильно боялся сделать неверный шаг.

Допустим, прийти к ней в виде здоровенного ифрита, его третьей по счету ипостаси. Женщинам во всех мирах они нравились – могучий обнаженный торс, отливающая медью гладкая кожа… Все остальные части тела тоже не вызывали вопросов. Но, сомнительно, что Бекки оценит, когда такой гигант переполошит весь особняк Палмеров.

Можно вернуться на морской берег, повторить то самое расставание только наоборот. Ведь они оба так и не смогли забыть момент, когда адмирал уходил, оставляя семью… Однако самосохранение подсказывало Феррису, что это еще более дурацкая идея, чем с джинном.

Император окончательно поник и еще полчаса просидел в темноте, не зажигая лампы. Потом светильники загорелись сами, а в его голове наконец забрезжила идея… Точно! Бекки испытает волнение, трепет, а вся прошлая боль забудется, как сон. Лучшего плана и быть не могло.

Глава 65. Бекки и император

Я два часа кряду успокаивала рассерженную Дафну. Та злилась сразу на всех – на обоих демонов, на то, что на нас возложили ответственность за всю Аламенью, на Вэл (раз та, по ее мнению сбежала), на меня, раз взялась всех защищать. По-моему, гораздо больше ее раздражала собственная плохо контролируемая магия.

У нас с девчонками дар вал себя тихо, а у Дафны постоянно из рук вырывались зеленые всполохи. На письменном столе появились ветви и побеги, а Бенджамин выскочил из спальни со словами, что нам лучше не видеть, во что его ненаглядная превратила кровать.

Рози и Мел, напротив, были настроены чудесно. Первая забрала молодого – ну, очень молодого – супруга и заявила, что отправилась навестить «вдвойне родную тетушку». За Корнелию было боязно разве что чуть-чуть. Мы так и не разобрались, за что отвечала золотая «расцветка» нашей самой бойкой сестрички, но на месте тетушки я бы поостереглась от замечаний в адрес юной пары.

Мел, которая в один день топилась, потом мирилась, а затем и сражалась, как львица, с восторгом примеряла новую роль.

– Ты представляешь, я не только пойду учиться… Очень скоро я смогу учить и сама. Ма-ги-иии, – пела младшая уже в подушку, когда я пришла проверить, в порядке ли она.

За окном забрезжил рассвет, когда беременные и хворые наконец угомонились. Я смогла упасть в своей гостевой и нормально от души разрыдаться… Почему Феррис явился и тут же исчез? Да, он не принял форму человека, но я же теперь его ни с кем не спутаю.Кстати, вот и причина, почему другие девчонки не помнили Михаэля. Сразу после ухода демонов в нас с Вэл магии концентрировалось гораздо больше, чем у остальных.

Так что же, Феррис решил от меня отказаться? В это я тоже не верила. Не смогла бы поверить. Лучше создать свою действительность и спрятаться в ней, чем осознать такую вот реальность… Что тогда? Он по-прежнему в опасности, и неприятности продолжаются?

Мышинда спокойно устроилась у меня на груди и терла лапку об лапку:

– Не плачьте, мисс Бекки, мужчины – вещества непредсказуемые. Я видела вас вместе с первой его минуты. Он никуда не денется. Скорее всего фату по всеми мирам ищет или в суматохе потерял перстень троюродной бабушки… Вот мой Казмирчик, – про него я вам вроде бы не рассказывала, – так запил перед свадьбой, так запил, что насилу к родам успел. Но с цветами и половиной мерой зерна.

Мне очень хотелось, чтобы она не ошиблась. Вот проснусь я завтра, и все по-прежнему. Никакого Ферриса… С другой стороны, на Аламенье настали новые времена. Мне необязательно топиться. Вэл уверена, что магия будет пробуждаться по всему миру, но медленно – а мы обязаны за ней присматривать.

Более того, хранители, – те щупальца, которые так напугали нас изначально, – дали понять Вэл, а также Дафне, что нас будут привлекать и на других светлых территориях.

Подозреваю, что девчонки в прошлых жизнях магичили не хуже Вэл, а праматерь их преследовала. Я же попала в эту компанию – понятно почему... Как единственная пара императора, потерянная половинка целого, которую надо было спасти и вернуть на место.

Никто из них, даже Вэл, не помнил предыдущих воплощений – этот кошмар в ускоренном режиме удалось просмотреть только мне. Но по обрывкам и обмолвкам какая-то картина складывалась. Получалось, что Дафна когда-то правила огромной колдовской империей и прожила несметное количество жизней за раз. Вот откуда у нее эти царские замашки. А Мел и Рози, ни за что бы не поверила, не единожды становились богинями.

На этом фоне я со своими скромными успехами – то в творчестве, то в науках – не годилась им в сестры. Это что же, весь мой смысл заключался только в том, чтобы быть женой Ферриса и матерью его детей? Без всяких магических изысков.

Когда я поделилась своими сомнениями с Мэри, та взвилась под потолок:

– Вы видели цвет своих чар? Алый. Это свидетельство, что магии в вас с избытком. Если у дерева отрубить корни, высоко ли оно вырастет? Если бы у меня отняли моих детишек, то какой у меня интерес что-то делать? А вы не складывали лапки, вы жили. Вы лучшая императрица – за всю жизнь не потравили ни одной мыши. Помните об этом!

Вскоре меня сморил беспокойный сон. Мышинда юркнула куда-то на пол, а я продолжала ворочаться. Наверное, прошел час или больше. Мне снилось, что Феррис делал попытки заговорить, но ему все время не хватало голоса.

Проснулась я оттого, что падала с большой высоты. Ветер хлестал в лицо, под локтями свистело. Но из-за кромешной темноты я не соображала, что происходит.

– Феррис? – нерешительно позвала я, когда толчком уселась на твердую плоскую поверхность.

По всем законам физики, мне полагалось разбиться. С другой стороны, в соответствии с ними же, я не могла так долго падать с кровати. Снова магия.

В ответ тишина. Руки не поднять, я чувствовала тяжелые цепи на запястьях. По-прежнему не видно ни зги.

– Феррис, – повторила уже злее.

Теплые руки обняли мои плечи. Я снова вдыхала аромат мускуса и хвои, но все еще не торопилась выдохнуть с облегчением.

– Если это ты, то сними эту клятую повязку немедленно. Что за розыгрыш?

Повисло напряженное молчание. Потом одним легким прикосновением мне вернули зрение. Я сидела на алтаре, – скорее всего том же самом, что и в нашу первую встречу, – и снизу вверх смотрела на выразительные губы.Кандалы он тоже сначала разломал и уронил на пол.

– Не розыгрыш, любимая. Почему ты испугалась? Разве не романтично, повторить наше знакомство таким образом? Ты до сих пор мой подарок, и я могу призвать тебя из любой точки любого мира… Правда, я собирался сначала тебя целовать, а потом уже снимать повязку. То есть ты подарок, а я сюрприз…