Текст книги "Сто шагов к вечности. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Наталья Горячева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

14

– Ну, говори, что у тебя за новость, – почти с порога начала я.

– Ой-ой-ой, не так быстро, Наталья, пройди хотя бы в дом, – предложила подруга.

Мы расположились в её комнате, поудобней усевшись на диван.

– Ну? – нетерпеливо уставилась я на неё.

– Наташа, ну чего ты так торопишься, расскажи лучше как ты, что у тебя нового.

– Нормально всё у меня, живу, учусь, что ещё надо. Вот к бабушке приехала, как видишь.

– В Питере учишься? – спросила она.

– Нет, у себя в Эсно, на пластического хирурга.

– Нравится профессия?

– Конечно, нравится, иначе не училась бы.

– Ты, Наташа, изменилась, зажатая какая-то стала, – с сочувствием сказала она. – Как у тебя дела с Эмилем? Он тоже приедет сюда?

Я ждала этого вопроса от подруги, но когда она его задала, растерялась, и слёзы непроизвольно выступили на глазах. Таня внимательно на меня посмотрела и с сожалением спросила:

– Вы что, расстались?

Я кивнула, затем сказала:

– Нет. Не знаю. Всё так неожиданно, – изо всех сил старалась не расплакаться.

– Ну-ну, подруга, не раскисай, – обняв, начала жалеть меня Таня. – Расскажи лучше всё по порядку.

– А что рассказывать? Эмиль уехал работать по контракту в Америку, город Принстон. Всё было хорошо, мы встречались в скайпе и подолгу общались. Никаких признаков того, что он хочет меня оставить, не было. Но однажды он спросил, не хочу ли я ему кое-что сказать. Я не поняла о чём он, ведь я ему рассказывала про себя практически всё, за неимением некоторых моментов моей жизни. Не потому что я хотела скрыть от него что-то, просто не хотела расстраивать по пустякам. Потом он не вышел на связь, послав мне на почту письмо с каким-то поздравлением, и пожеланием мне счастья. Вот и всё, – закончила я.

Татьяна закусила большой палец руки, кидая на меня заинтересованные взгляды и о чём-то думая.

– Каких деталей из своей жизни, ты ему не рассказывала? Мне, можешь рассказать?

Пришлось ей рассказать про ссоры с мамой из-за него и, конечно же, про Вадима Белова.

– Может, ему кто-то рассказал про твоего ухажёра, и он хотел, чтобы ты сама объяснила ему? – сделала вывод подруга.

– Таня, да кто ему может рассказать! Эмиль в нашем городе никого не знает кроме меня, иначе он сказал бы мне об этом. Он даже ни разу не был у нас!

– Ну да, ну да, – задумчиво произнесла она. – Но не раскисай, у тебя же есть запасной вариант, – попыталась успокоить она.

– Какой вариант?! – сердито воскликнула.

– Ну, как какой, а Вадим? Сама же говорила, что он парень неплохой.

– Таня! И ты туда же? Не люблю я его! И никогда не буду с ним!

– Значит ты у нас однолюбка? – сделала она вывод.

– Значит да, – подтвердила я.

Она вздохнула и виновато посмотрела на меня.

– Я тоже когда-то любила твоего Эмиля. Целых два года! Когда он приезжал, я с ума сходила по нему. Только никому об этом не говорила, боялась, смеяться будут, он-то вон какой, по сравнению со мной. Потом через два года всё прошло, и я встретила Саню.

Я с недоумением посмотрела на неё.

– Ну вот, а сама когда-то обвиняла меня в неискренности. Что-то ты не рассказывала мне про то, что ты влюблена была в него.

– Как не рассказывала? Я же говорила, что почти все девчонки в деревне влюблены в Эмиля, а многие в Вильема, – захлопала она глазами.

– Но то, что ты страдала по нему, ты мне не рассказывала, – настаивала я.

– Так правильно, что говорить, если ты встречаться с ним стала, не хотела тебя расстраивать, да и Саню, к тому времени, я уже встретила. Да и вообще, я старалась держать это в тайне, знала, что он и внимания на меня не обратит, так зачем распространяться!

– А сейчас зачем мне говоришь об этом? – посмотрела на неё с подозрением.

– А потому и рассказываю, что сама была в твоей шкуре и страдала по нему, и у меня со временем прошло всё, так что не расстраивайся подруга, и у тебя пройдёт. Встретишь хорошего парня и забудешь своего красавчика Эмиля.

– Ты не была в моей шкуре, Татьяна. Мы с Эмилем любили друг друга, и между нами многое произошло того, чего тебе и не снилось. И я не хочу его забывать, ты слышишь? – голос мой задрожал.

Она обняла меня за плечи.

– Прости, если сделала тебе больно, не обижайся, я просто хотела тебе помочь как-то.

– Всё хорошо, Танюха, проехали, – махнула я рукой.

Глаза её загорелись, и она подсев ко мне поближе, полушёпотом начала говорить:

– А что Наталья, у вас что-то было с Эмилем? – она сделала лукавые глаза.

– Нет, Таня, если ты о сексе. Между нами было большее, тебе не понять.

Она разочарованно скривила губы.

– Так что у тебя за новость? – сменила я тему, вспомнив о её секрете.

Татьяна встрепенулась и, встав передо мной, стала вертеться из стороны в сторону.

– Ничего не замечаешь?

Я оглядела её со всех сторон и пожала плечами:

– Извини, но мне кажется ты, мягко сказать, раздобрела.

– Вот именно! А это значит... – она хитро посмотрела на меня.

– И, что это значит? – переспросила я.

– Ну, Наталья, ты совсем недогадливая, – обиженно произнесла она.

Я выжидательно смотрела на неё, и она не выдержала:

– Да беременная я, Наталья!

Вот так новость! Первую минуту я сидела, раскрыв рот.

– Ты беременна?! И задала глупый вопрос: – От кого?

Таня подбоченилась.

– Ветром надуло. Конечно от Сани, от кого же ещё!

– Тань, а он знает? – показала я глазами на её живот.

– Конечно, знает! – возмутилась она, и добавила: – А вот тебе вторая новость… – и сделала небольшую паузу, – у нас с Саней в августе свадьба! – не без удовольствия произнесла она.

– Танюха, поздравляю! Какая радость! Хоть у тебя всё хорошо, я рада за тебя, – поздравляла и обнимала я подругу.

– Санёк любит меня, я из-за него никуда не поехала учиться после одиннадцатого класса. Он остался работать в деревне, сдал на права, теперь работает трактористом. А я в детский сад пошла, нянечкой.

– Самое главное, Танюша, что вы счастливы, а профессия это ерунда, – махнула я рукой.

– А как Надя? Где она сейчас?

– Надюха, со своим Павлушей, ещё осенью уехали в Приозерск, учиться. Обещала приехать летом, но пока, сама видишь, не приехала. Может позже приедет.

– Хорошо бы, если приехала. Мы, как и раньше, собрались бы втроём у тебя дома, и рассказывали друг другу всякие интересные и страшные истории, – вспомнила с ностальгией.

– Да, Наталья, наше детство ушло, и я скучаю по старым временам. Теперь всё будет по-другому, по-взрослому, – вздохнула подруга и рассмеялась, что-то вспомнив.

– Ты чего Тань?

– Да так, вспомнила, как накануне праздника Ивана Купалы, моя бабушка рассказала нам сказку о лелях и ладах, и Надюха после этого боялась спать одна, и полезла к тебе под одеяло.

Я улыбнулась:

– Помню, было такое.

Мы ещё долго сидели с Таней у неё в комнате, рассказывая детали нашей жизни, после прошлогоднего лета. Выпили чайник чая, и съели банку клубничного варенья. Время было за полночь.

– Пойду я, Танюха, наверно домой. Бабушка, поди не спит, ждёт меня.

– Я к тебе завтра зайду, ладно?

– Вечером заходи, днём у меня есть кое-какие дела. И уже стоя у входной двери, я обернулась: – Ты случайно не знаешь, Вильем Кейн ещё здесь живёт?

Она пожала плечами.

– Давно его не видела, может и здесь, точно не знаю. Он редко появляется в деревне. Да ты у председателя спроси, уж он-то точно знает.

– Спасибо, Тань, спокойной ночи, – поцеловав подругу, вышла во двор.

На улице было прохладно, и я невольно поёжилась, вспомнив с улыбкой, как Эмиль всегда норовил надеть на меня свой пиджак или кофту, при малейшем подозрении, что я замёрзла. Я оглянулась, улицы были пусты, даже собак и кошек не видно, вся деревня давно спала, несмотря на то, что на улице было светло, почти как днём, наступили мои любимые белые ночи.

Пройдя немного по главной дороге, свернула на тропинку, ведущую к бабушкиному дому, через небольшие заросли ивняка и молодых берёзок. Пройдя мостик, уверенным шагом направлялась к дому, как внезапно в кустах что-то зашевелилась. Я встала как вкопанная, вспомнив, что в здешних краях водятся не только звери и домашние животные, но и страшные демоны, обосновавшиеся здесь с давних времён, и один из демонов страстно желал заполучить меня прошлым летом. По спине поползли мурашки, и я уже пожалела, что так долго засиделась у подруги, забыв про всякую осторожность. Первая мысль была – бежать назад в деревню, и стучаться в первый попавшийся дом, ища помощи. Но расстояние, как до деревни, так и до бабушкиного дома, было одинаковым, и я не знала, в какую сторону безопасней всего было бежать. Кусты опять зашевелились, и я втянула голову в плечи, закрыв глаза. Но оттуда донеслось утиное кряканье, и я с облегчением выпустила воздух из лёгких, расправив плечи. Вытерев выступивший пот со лба, почти бегом добежала до заветной калитки, и с облегчением закрыла засов на ней с внутренней стороны. Я вошла в дом и тихонько прикрыла за собой дверь, в туже минуту, в бабушкиной комнате погас свет.

«Ждала всё-таки меня» – подумала я, и пошла к себе наверх.

15

Включив свет в комнате, поняла, что меня завтра ждёт масштабная уборка. Комната, после моего отъезда не убиралась, о чём свидетельствовал толстый слой пыли на мебели, тусклое зеркало трюмо, и куча коробок с пакетами, которые привёз сюда Вильем.

«Ладно, завтра разберусь с этим» – решила я, и, заправив постель чистым бельём, предварительно положенного сюда моей бабушкой, забралась под одеяло. Сладко зевнув, подумала, что не стоит в такой поздний час разгуливать одной по деревне, и вообще, не отходить от неё далеко, вспоминая все предупреждения Эмиля насчёт демонов, а особенно Влада Блейка, и вслух сказала, как будто Эмиль был рядом:

– Я буду осторожна, не переживай.

«Хотя чего я боюсь? Возможно, я уже не нужна Блейку, и он давно забыл про меня. Хорошо бы не встречаться больше никогда с ним!

Меня клонило в сон, и я опять зевнула. Таблетки я больше не пила, они не нужны мне были больше. Я заменила их на разговоры перед сном с Эмилем, как будто он мог меня слышать, и это успокаивало. Мне казалось, что он рядом и всё слышит, о чём я ему говорю. Я представляла его сидящим возле моей кровати и державшим меня за руку, для этого я высовывала руку из-под одеяла и клала её на край постели, закрыв глаза, чтобы не видеть, что я в комнате совершенно одна. Я вспоминала его улыбку, глаза, и ту манеру склонять голову набок, когда он внимательно меня слушал. Всё это успокаивало и согревало мне сердце. Дома, иногда, мама спрашивала, с кем это я разговариваю в такой поздний час. Я отвечала, что с подругой по скайпу болтала, и она успокаивалась. Но отец, похоже, не верил в это, и с беспокойством посматривал на меня. Знали бы родители, с кем я беседую, то сочли бы меня точно сумасшедшей и поволокли бы меня опять к психиатру.

Я старалась казаться беззаботной, и даже иногда улыбалась им. Мама, видя, как ей казалось, моё хорошее расположение духа, пыталась опять поговорить со мной насчёт Вадима. Но только я слышала его имя, молча вставала и уходила к себе в комнату, подняв ладони вверх, давая понять маме, что эта тема для меня давно закрыта. Надо отдать Вадиму должное, больше он меня не беспокоил своими визитами, но мама ясно дала понять, что он будет ждать, столько, сколько это будет нужно.

Здесь, в Карелии, я ещё больше чувствовала присутствие Эмиля, потому что здесь мы были счастливы. Здесь мы встретились, и даже на этой кровати он когда-то лежал рядом со мной. Я почти кожей ощущала его присутствие, и даже от этих ощущений я была почти счастлива. Но днём всё менялось. Я всюду видела, что его нет рядом, и тоска с новой силой поселялась в моё сердце. Отвлекалась я от своих тяжёлых дум, только тогда, когда меня кто-нибудь занимал чем-нибудь.

Я опять зевнула и, чувствуя, что засыпаю, как обычно, вслух пожелала Эмилю спокойной ночи, и провалилась в сон.

Проснувшись утром, я первым делом побежала на кухню, в предвкушении вкусных блинчиков с молоком. Но по пути споткнулась об коробку, лежащую на полу. Взвизгнув от боли, села в кресло и стала растирать ушибленное место.

«Надо до обеда убраться в комнате, а то так все ноги переломаю» – решила я и, подняв коробку, открыла её.

Там лежал цифровой фотоаппарат, с вложенной пополам открыткой. Развернув её, прочитала: «С днём рождения Наташа. Эрик». Я вздохнула: «Как неудобно получилось тогда. Семья Кейнов подарили мне столько подарков, а я даже не удосужилась их посмотреть».

Тогда, все мои мысли были заняты амброзией, и я, если честно, забыла о подарках, а никто о них не стал напоминать, посчитав, что если они мне нужны, то сама вспомню. И вот не дождавшись, Вильем сам привёз их в дом моей бабушки.

Я открыла фотоаппарат, чтобы сделать селфи, но к своему удивлению обнаружила, что одна фотография там уже есть. Нажала «просмотр» и фотография тут же открылась. Это была вся семья Кейнов, на фоне дома Вильема. Эмиль с Вильемом присели, а Эрик подставил рожки Авроре, которая улыбалась самой очаровательной улыбкой. Фрейи не было, скорее всего, она и снимала своих братьев и сестру. Я долго смотрела на фото, вспоминая прошлое лето то, увеличивая изображение то, уменьшая его. Затем закрыла фотоаппарат, и решила, что фото нужно распечатать. Засунув фотик обратно в коробку, спустилась на кухню – на столе стояли блинчики и молоко. Я села за стол, и мне показалось, что я и не уезжала из деревни, а всё это: учёба в универе, дом, родители, и разлука с Эмилем, лишь дурной сон, который приснился мне этой ночью.

Бабушки дома не было, наверно ушла за продуктами в магазин, в связи с моим приездом. Я позавтракала и пошла в комнату, исследовать содержимое остальных коробок. В одной, очень красивой коробке, лежал браслет в виде змейки из золота, а вместо глаз у змейки были вставлены два крошечных камушка зелёного цвета. Повертев змейку в руках, нашла пробу на её брюшке «750», пожала плечами, в пробах золота я не разбиралась, но украшение было очень красивым. Надев змейку на руку, полюбовалась её красотой. Металл блестел и переливался, а маленькие зелёные глазки играли гранями на свету, и мне казалось, что змейка мне подмигивает.

«Ещё один дорогущий подарок! И как я маме буду объяснять всё это? Мне хватило с ней разговора о колье. Да и вообще, почему я должна что-то объяснять? – рассердилась сама на себя. – Я взрослый человек, и сама отвечаю за свои поступки! Скажу маме всё как есть, без всяких оправданий». Вытащив очередную открытку, я прочитала: «Носи с удовольствием. С днём рождения тебя, дорогая. Аврора, Фрейя».

«Ну как же, конечно, это украшение мне подарили сёстры Кейн, как раньше не догадалась?»

Следующая коробка была приоткрыта и из неё торчала открытка, я вытянула её и прочитала: «Прости, не умею дарить подарки, но этот планшет я надеюсь, тебе пригодится. С днём рождения, Наташа. Вильем».

Достав планшет из коробки, сразу убедилась, что он чересчур навороченный. Ну, не умеют Кейны дарить дешёвые подарки!

«Спасибо Вильем, он мне очень пригодится» – мысленно поблагодарила я его.

После просмотра подарков, начала распаковывать большие коробки с вещами Авроры. Всё было аккуратно сложено, и вкусно пахло. Развесив в шкафу многочисленные юбки, блузки, платья и брюки, я решила забрать всё это домой в город, когда уеду, не пропадать же хорошим вещам, вот только придётся просить папу, чтобы приехал за мной на машине, самой увезти всю эту кучу одежды, мне было не под силу.

Разобрав все коробки, и разложив всё по местам, принялась отмывать комнату: помыла окна, сменила шторы, вытерла пыль и намыла полы. Комната преобразилась и засияла чистотой! Теперь можно было заняться другими делами, которые я наметила сделать, ещё тогда, когда ехала в поезде. Поездка в лесничие хозяйство, к дому Вильема.

Открыв шкаф, выбрала лёгкий брючный костюм, подаренный мне Авророй. Пусть Вильем знает, что он не зря привёз все эти вещи моей бабушке. Примерив костюм, осталась довольна. Сидел он на мне как влитой, единственное, что брюки были чуть-чуть длинноваты. Я быстро нашла иголку с ниткой и, сняв брюки, принялась подшивать. Когда брюки были подшиты, снова примерила их.

«Вот теперь другое дело» – вертясь перед зеркалом, оценила я.

Во дворе я встретила бабушку.

– Куда собралась, милая? – оценивающе глядя на меня, спросила она.

– К председателю, бабуль. Я по делу, кое-что спросить надо.

– А, ну да, сходи, поговори, – настороженно посмотрела она на меня, и я заподозрила, что она догадывается, зачем мне понадобился председатель.

– К ужину-то вернёшься, – крикнула она, когда я была уже возле калитки.

– Не знаю, как получится, ба, но вернусь не очень поздно, – помахала ей рукой.

16

Несколько раз я постучала в дверь председателя, но мне не открыли, похоже в доме никого не было. Проходившая мимо Тамара Седова, продавщица из магазина, остановилась:

– Наталья?

– Да, – повернулась я к ней.

– Приехала, значит?

– Приехала, – ответила я. – Председатель не знаешь где?

– В управление наверно, обет-то кончился, – откровенно рассматривала она меня. – Одна приехала, или как?

– Одна, – поторопилась уйти, чтобы избежать неприятного разговора.

Вся деревня в том году, только и говорила про нас с Эмилем, и многие предполагали, что у нас скоро состоится свадьба. Вот и председателю надо будет объяснить, почему я приехала одна, и зачем мне понадобился Вильем Кейн.

Петра Петровича, я действительно нашла в управление. Он сидел за столом и просматривал какие-то бумаги, озабоченно потирая затылок. Вид у него был уставший, и многодневная щетина на его лице, говорила, что он мало спит и много работает. Июнь, месяц, в деревне всегда напряжённый, как, впрочем, и всё лето.

– Здравствуйте, – тихонько поздоровалась, прикрыв за собой дверь.

Он поднял голову и мельком посмотрел на меня.

– Вам чего, девушка?

– Пётр Петрович, это я, Наташа Шведова, – робко произнесла я.

Председатель оторвался от бумаг.

– А, Наталка, приехала! Куда если не секрет? – задал он вопрос, который я не поняла.

– Как куда? К вам в деревню.

– Я имел в виду к кому. Эмиль тоже приехал, или...

– Я к бабушке приехала, – поторопилась с ответом.

– А, вот как, – потёр он небритый подбородок. – И чего ты хочешь от меня?

Я покраснела, и путано начала объяснять:

– Я хотела попросить вас... то есть спросит... или...

– Ну, так спрашивай, или проси, не тяни, Наталка, – пробасил он.

Я собралась и выпалила:

– Вы могли бы меня ещё раз отвезти к Кейнам?

– Зачем? – удивился он.

– Мне надо, – опустила я глаза.

– Что ты собираешься там делать? – встал он из-за стола.

Я разозлилась: «Какое ему дело, что я там буду делать?», – а вслух сказала: – Мне нужен Вильем.

– Хм, – улыбнулся председатель, – интересно. В том году тебе нужен был Эмиль, а в этом, значит, Вильем понадобился.

– Вильем мне нужен по делу, а вы..., – вспыхнула я.

– Но не кипятись, Наталья, я же в шутку сказал. Вот только отвезти я тебя туда не могу, не езжу я туда больше, – развёл он руками.

– Да? – растерялась я. – А кто может?

– Никто не может, – председатель снова уселся за стол.

– Почему?

– Потому что там никто не живёт. Все Кейны уехали оттуда ещё в прошлом году.

– И Вильем?

– И он тоже, через месяц, после Эмиля. Вильем нанял человека из деревни, бывшего конюха, чтобы тот охранял дом да за лошадьми присматривал, и укатил.

– А когда обещал вернуться?

– Вот этого я не знаю, он мне не докладывал, хозяин – барин. Но ты не раскисай, раз ничего не стал продавать, значит, вернётся, возможно, этим летом, – приободрил меня Пётр Петрович. – А что, разве Эмиль не сказал тебе что...

– Нет, – бросила я, и быстро направилась к выходу и уже у дверей оглянулась: – Простите, можно попросить вас об одной услуге?

– Проси, – вздохнул председатель.

– Если из Кейнов кто-нибудь приедет, вы наверно первый узнаете?

– Конечно, я же председатель, и первый узнаю всё, – не отрываясь от бумаг, произнёс он.

– Вы бы не могли сообщить мне об их приезде?

– Хорошо, ты узнаешь об этом вторая, – кивнул он головой.

– Спасибо, – и я вышла из управления.

Всё оказалось опять плохо. Вильема здесь нет, и никто из Кейнов не отвечает на мои письма, казалось, что это тупик.

«Но всё лето впереди, а вдруг...» – мои глаза загорелись.

А вдруг, кто-нибудь из них приедет? Вильем, или даже Эмиль? Надежда ещё оставалась. Я не привыкла отступать, и маломальская надежда придавала мне уверенности.

Вечером пришла Татьяна, и мы уединились в моей комнате.

– Наталья, на тебе шикарный костюм, – потрогала она ткань, цокая языком.

Я подошла к шкафу и открыла дверцы. Глаза подруги загорелись и она, перебирая одежду, постоянно восклицала:

– Вот это да! Откуда такое богатство? Магазин модной одежды, что ли ограбила?

– Аврора, сестра Эмиля, надарила, – мрачно ответила я.

– Да ну? Правда что ли?

– Правда.

– Богатая, видать, у него сестра, раз такие шмотки дарит. И что, все Кейны такие щедрые? – поинтересовалась Таня.

– Все.

– И подарков наверно надарили тебе дорогих на день рождения?

Я молча встала и выложила все подарки на стол, скрывать что-то уже не было смысла, особенно от подруги. Её заинтересовала змейка, и она, взяв её в руки, с любопытством разглядывала.

– Золотая?

– Да.

– Вот это я понимаю, подарки!

– Ладно, Тань, хватит, – убрала всё назад.

– Ну, ты чего, Наташка? Посмотреть даже не дала, – возмутилась она.

– Нечем там любоваться, обыкновенные вещи, – с безразличием сказала я, так как мои мысли были заняты другим, и я просто хотела поговорить с подругой по душам.

– Для тебя может и обыкновенные, а для меня это просто суперские вещи! – в её голосе скользнула обида.

– Ну что, вещи будем разглядывать, или просто поговорим? – рассердилась я.

Она искоса посмотрела на меня:

– Да что с тобой сегодня?! Ты какая-то не в себе. К председателю-то ходила сегодня?

– Ходила.

– И что он сказал тебе?

– Ничего! Нет никого в лесничестве, даже Вильем уехал.

– А, теперь понятно, чего ты такая злая, – закивала она, глядя с укоризной.

– Я не злая, просто настроения нет, Тань.

Подруга обняла меня за плечи.

– Ну не расстраивайся, лето только началось, смотришь, Вильем и приедет, а может и сам Эмиль.

– Только на это и надеюсь, – уткнувшись ей в плечо, всхлипнула.

– Не дрейфь, подруга, прорвёмся, – весело сказала она и приобняла за плечи.

– Ага, тебе легко говорить, у тебя скоро свадьба с Саней.

– Ну, так какие твои годы, и тебя замуж отдадим, – похлопала она меня по плечу.

– Тань, если кто-то приедет летом из Кейнов, после моего отъезда, дай мне знать.

– О чём речь, Наташа, конечно, сообщу. Только, надеюсь, к тому времени тебе эта информация не нужна будет.

– Это ещё почему? – возмутилась я.

– Ну, может, к тому времени, ты забудешь своего красавчика Эмиля, и встретишь другого, который не захочет тебя бросать.

Я чуть не взорвалась от её слов, и изо всех сил постаралась держать себя в руках.

– Эмиль меня не бросал, я не верю в это, тут что-то другое.

– Ну да, конечно, не бросал. Почему же тогда он не объяснил тебе ничего? Причины не нашёл, вот и пропал бесследно.

– Хватит! – ударила ладошкой по столу. – Ты Таня многого не знаешь! Сама разберусь, и закрыли эту тему, иначе поругаемся, подруга!

– Как скажешь, – смирилась она.

Настроение было вконец испорчено, и испортила его, мне лучшая подруга, которая наотрез отказывалась меня понимать. Когда мы были совсем ещё юными девчонками, то с полуслова понимали друг друга и поддерживали во всём. А сейчас чего? Татьяна не понимает меня, да и никто не понимает! У меня была тайна от всех близких и родных, и тайна эта была не моей. И если бы они знали, кто такие лели и лады, не говорили так со мной. Лель не может так просто бросить девушку или ладу, они не такие, как люди, они могут любить только один раз, за всё своё существование. Они не способны на низость, подлость, предательство, измену. Они не такие! Но почему Эмиль со мной так поступил, оставалось загадкой. У меня была одна версия, но я даже боялась думать об этом, и не хотела верить. Эмиль умирает?! А может он уже умер?! И чтобы я не страдала, он скрывал этот факт? Но почему тогда он просил, чтобы я ему что-то рассказала? И с чем он меня поздравлял? Вот что я хочу выяснить, и по этой причине я не верю в его смерть. Зачем ему нужно было блокировать свой номер? Удалять меня из списков скайпа, и закрывать от меня свою почту? Если он сделал это для того, чтобы я быстрей забыла его, и не страдала, так он ошибся, я ещё больше страдаю от неизвестности.