Текст книги "Сто шагов к вечности. Книга 2 (СИ)"
Автор книги: Наталья Горячева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 23 страниц)
28
Зимние каникулы закончились и начались будни. Втянувшись в привычный ритм жизни, мне стало казаться, что всё произошедшее со мной этой зимой, было сном, пока от Вильема не пришло письмо. Он был немногословен, всего несколько строк: «Наташа здравствуй. Как твои дела? С Эмилем связаться, пока не удалось. Но не теряй надежду, всё будет хорошо, я верю. Пока, целую тебя сестрёнка в обе щёчки».
Я и радовалась, и огорчалась. Радовалась, потому что Вильем не забыл про меня, огорчалась, потому что ему не удаётся найти Эмиля. Я с радостью отвечала на его письма, всё время, прося его не забывать про меня.
Отвечала я и на письма Володи и Кости, которые переживали, когда на каникулах я не отвечала на их звонки и письма. Пришлось рассказать моим друзьям, про похороны бабушки, и о том, как я болела, но, а про поход в лесничий дом, и про самого Вильема, я не стала рассказывать, из соображения, что это всё-таки моя личная жизнь и тайна, которую я знала о Небесных, не имела к ним никакого отношения. Моя жизнь разделилась на две части. Первая: это жизнь когда я была с Эмилем. Вторая: это жизнь, если её можно так назвать, без него. Всё, что было до этого – детство.
Через неделю, после того как я уехала из деревни, мне позвонила Татьяна.
– Наталья, привет!
– Танюха, привет, как ты?
Она тихонько засмеялась.
– Наташа, я родила мальчика!
– Танюша, какая ты молодец! – закричала я от радости в трубку. – С тобой всё хорошо? Как малыш? – меня переполняли эмоции.
– Всё хорошо. Я и малыш в порядке. Наташка, я так счастлива! – всхлипнула подруга.
– Но-но, Танюха, не плакать, а то молоко пропадёт, – предупредила.
– Так я от счастья! Мы с Саней решили назвать малыша Женей. Саня с ума сошёл, принёс в больницу столько цветов! Где он только денег взял на них, зима ведь, дорого, – счастливо произнесла она.
– Танька, да он любит тебя! А имя хорошее дали малышу – Евгений, мне нравится, – у меня невольно навернулись слёзы. – Тань, я бы приехала к вам, но сама понимаешь, я учусь, и пока не могу.
– Ничего, если всё будет хорошо, я сама к тебе приеду с малышом. Саня через пару месяцев должен уехать на повышение квалификации, так что на пару недель я смогу к тебе приехать.
– Танюха, приезжай, конечно! Я очень буду ждать тебя, мне не терпится увидеть твоё чудо! Я встречу тебя на вокзале, ты только позвони.
– Ну, всё, подруга, детишек несут кормить, время. Созвонимся ещё, – полушёпотом сказала она.
– Целую вас обоих, Танюха, и жду вас к себе.
Целый день я ходила в хорошем настроение, напевая себе под нос детскую песенку про Голубой вагон.
«Вот так, – думала я – все думали, что я первая выскочу замуж за Эмиля, а первая замуж вышла Татьяна, и даже уже ребёночка родила!» – ликовала и радовалась я за неё.
***
Ровно через два месяца Татьяна мне позвонила и сообщила, что выезжает ко мне. Я с энтузиазмом приняла эту новость и, договорившись с подругой о встрече на вокзале, пошла к отцу, просить его встретить Татьяну на машине.
– О чём речь, дочка, конечно, встретим! – пообещал он мне, а мама долго потом расспрашивала меня о Тане, но узнав, что мы с ней дружим с раннего детства, успокоилась и одобрительно кивнула:
– Хорошо, Наташа, пусть твоя подруга приезжает и погостит у нас, места хватит, в крайнем случае, мы с папой можем освободить для неё с малышом свою спальню, а сами расположимся в гостиной.
– Не надо, мама, спасибо. Мы с Таней в моей комнате будем, я освобожу ей с ребёнком свою кровать, а сама себе кресло разложу, – поцеловала я её в щёку.
– Смотри, как тебе удобней, – согласилась она.
На следующий день, вечером, мы с отцом поехали на вокзал встречать гостей. Прибыл поезд и из вагона вышла Таня, неся в одной руке ребёнка в детской сумке, а в другой сумку с вещами. Я помахала ей рукой, и она, увидев нас в дверях вокзала, направилась к нам. Как только она подошла, отец тут же взял из её руки ребёнка, а я сумку с вещами.
– Танюха, как я рада видеть тебя! – обняла её одной рукой.
– Я тебя тоже, Наташа, очень рада видеть, – и мы расцеловались.
Пока ехали ко мне домой, Татьяна неотрывно смотрела в окно и восхищалась городом. Я же держала на коленях сумку с малышом, и украдкой заглядывала под уголок одеяла, где мирно спал, сопя носиком, маленький мальчик по имени Женя. Маленькое, беленькое личико, как у ангела, толстенькие щёчки, и чмокающие губки, приводили меня в восторг и умиление. До этого я даже не представляла, насколько я люблю детей, во мне проснулся древний инстинкт материнства.
– Тань, Саня знает, что ты ко мне поехала?
Она нарочито тяжело вздохнула.
– Знает. Сначала недоволен был, ругался, что я с маленьким ребёнком в дорогу собралась. Но я его успокоила и уговорила. Куда он денется мой Саня, я его, на что угодно уговорю, – захихикала она – он у меня ручной, вот он где у меня, – сжала она руку в кулак и рассмеялась. – Шучу я, Наталья, это я у него в руках, куда мне без него.
– Счастливая ты, подруга, – обняла её за плечи, прислонившись к ней лбом.
– Наташ, не знаю, чего ты ждёшь? Вышла бы замуж, ребёнка родила, тем более, как я поняла, у тебя и кандидатура есть подходящая, смотришь и ты бы счастлива была, да и забыла бы всё.
Я отрицательно покачала головой.
– Нет, Тань, не была бы. Это несчастье, жить с нелюбимым человеком.
– Девчонки, приехали! – подал голос отец.
К нашему приезду мама накрыла на стол, и как только мы вошли в квартиру, с улыбкой направилась к Татьяне знакомиться. Я же понесла хныкающего малыша к себе в комнату. Вынув его из сумки и развернув, я с интересом стала разглядывать маленькие ручки и ножки.
– Господи, какой ты чудесный, малыш! – сказала я.
Ребёнок как будто понял меня и улыбнулся во весь свой беззубый ротик, смешно высовывая язык.
– Ну что за чудо! – расцеловала я его, а он в ответ заулюлюкал, пытаясь ручкой схватить меня за локон волос, восторженно взвизгивая.
– Ой, да вы я вижу, уже подружились с Евгением? – вошла в комнату подруга.
– Конечно, теперь мы с Женечкой друзья! – пощекотала малышу я ножку, отчего тот в очередной раз громко взвизгнул. – Тань, по-моему, он похож на тебя, – сказала я, рассматривая черты лица мальчика.
Она присела рядом.
– Да брось, вылитый Саня, все говорят. Он даже улыбается так же, как папа. Мальчик, услышав голос матери, перевёл на неё свой взгляд и захныкал.
– Тань, чего он? – посмотрела я на подругу.
Она улыбнулась.
– Кормить пора, проголодался мой мужичок, титьку просит.
Я понимающе кивнула.
– Я пойду пока на кухню, а ты покорми, потом приходи к нам, ужинать будем.
На время я забросила тренировки в клубе и походы в бассейн. Вернувшись с университета, я бежала к малышу, и весь вечер нянчилась с ним, не спуская его с рук, пока Татьяна не укладывала его спать.
– Не знала я, Наталья, что ты так детей любишь. Представляю, как ты своего пестовать будешь, – смеялась она и качала головой. – Своего хочешь ребёночка?
– Конечно, Тань, хочу! Но за кого попало замуж не пойду, я твёрдо решила.
– Наташ, я, конечно, понимаю, что ты не можешь забыть своего Эмиля, но не обязательно замуж выходить, чтобы родить.
– Как это? – поразилась я.
– А так. Роди от кого-нибудь ребёночка, ну кто тебе покажется более-менее достойным для этого, а замуж не выходи. И тебе свобода, никакой любви, и счастье материнства.
Я с отвращением поморщилась.
– Не смогу, Тань, противно же без любви, ради ребёнка.
– Вот ради ребёнка можно и потерпеть. А то я смотрю, ты так никогда замуж не выйдешь, а так дитя будет тебе счастьем, – нравоучительно сказала она.
– Не смогу, даже ради ребёнка, – замотала я головой, отгоняя от себя дурные мысли.
– Смотри, Наталья, жизнь твоя, так и прострадаешь по своему Эмилю всю жизнь, а ребёнок был бы тебе в утешение, – вздохнула она. – С Эмилем встречалась всё лето, чего ломалась? Смотришь у тебя бы ребёнок от него остался, и возможно он бы не бросил тебя, жили бы сейчас, как мы с Саней. А так проходишь ты, Наталья, в старых девах.
Я вспыхнула.
– Я не ломалась. Эмиль, просто высоконравственный человек, и считает, что сначала надо пожениться.
Она усмехнулась.
– Высоконравственный говоришь? Так чего он тогда бросил тебя? Нет, с ним что-то не так, – протянула она. – Если ты не ломалась, чего Эмиль не воспользовался этим? Любой другой парень не устоял бы, ты же красавица, Наталья! Нет, с ним что-то не так, – опять задумчиво произнесла Татьяна.
Я насторожилась, и решила прекратить этот разговор, пока подруга всерьёз не задумалась над этим, и не начались ненужные для меня вопросы, которые могли затронуть мою тайну.
– Тань, завтра суббота, я целый день дома, может, я погуляю с Женей в парке, а ты можешь заняться своими делами?
– Неплохая идея, заодно и меня выручишь, а то стирки много набралось, надо ползунки все перестирать, – обрадовалась она.
ГЛАВА 28
Зимние каникулы закончились и начались будни. Втянувшись в привычный ритм жизни, мне стало казаться, что всё произошедшее со мной этой зимой, было сном, пока от Вильема не пришло письмо. Он был немногословен, всего несколько строк: «Наташа здравствуй. Как твои дела? С Эмилем связаться, пока не удалось. Но не теряй надежду, всё будет хорошо, я верю. Пока, целую тебя сестрёнка в обе щёчки».
Я и радовалась, и огорчалась. Радовалась, потому что Вильем не забыл про меня, огорчалась, потому что ему не удаётся найти Эмиля. Я с радостью отвечала на его письма, всё время, прося его не забывать про меня.
Отвечала я и на письма Володи и Кости, которые переживали, когда на каникулах я не отвечала на их звонки и письма. Пришлось рассказать моим друзьям, про похороны бабушки, и о том, как я болела, но, а про поход в лесничий дом, и про самого Вильема, я не стала рассказывать, из соображения, что это всё-таки моя личная жизнь и тайна, которую я знала о Небесных, не имела к ним никакого отношения. Моя жизнь разделилась на две части. Первая: это жизнь когда я была с Эмилем. Вторая: это жизнь, если её можно так назвать, без него. Всё, что было до этого – детство.
Через неделю, после того как я уехала из деревни, мне позвонила Татьяна.
– Наталья, привет!
– Танюха, привет, как ты?
Она тихонько засмеялась.
– Наташа, я родила мальчика!
– Танюша, какая ты молодец! – закричала я от радости в трубку. – С тобой всё хорошо? Как малыш? – меня переполняли эмоции.
– Всё хорошо. Я и малыш в порядке. Наташка, я так счастлива! – всхлипнула подруга.
– Но-но, Танюха, не плакать, а то молоко пропадёт, – предупредила.
– Так я от счастья! Мы с Саней решили назвать малыша Женей. Саня с ума сошёл, принёс в больницу столько цветов! Где он только денег взял на них, зима ведь, дорого, – счастливо произнесла она.
– Танька, да он любит тебя! А имя хорошее дали малышу – Евгений, мне нравится, – у меня невольно навернулись слёзы. – Тань, я бы приехала к вам, но сама понимаешь, я учусь, и пока не могу.
– Ничего, если всё будет хорошо, я сама к тебе приеду с малышом. Саня через пару месяцев должен уехать на повышение квалификации, так что на пару недель я смогу к тебе приехать.
– Танюха, приезжай, конечно! Я очень буду ждать тебя, мне не терпится увидеть твоё чудо! Я встречу тебя на вокзале, ты только позвони.
– Ну, всё, подруга, детишек несут кормить, время. Созвонимся ещё, – полушёпотом сказала она.
– Целую вас обоих, Танюха, и жду вас к себе.
Целый день я ходила в хорошем настроение, напевая себе под нос детскую песенку про Голубой вагон.
«Вот так, – думала я – все думали, что я первая выскочу замуж за Эмиля, а первая замуж вышла Татьяна, и даже уже ребёночка родила!» – ликовала и радовалась я за неё.
***
Ровно через два месяца Татьяна мне позвонила и сообщила, что выезжает ко мне. Я с энтузиазмом приняла эту новость и, договорившись с подругой о встрече на вокзале, пошла к отцу, просить его встретить Татьяну на машине.
– О чём речь, дочка, конечно, встретим! – пообещал он мне, а мама долго потом расспрашивала меня о Тане, но узнав, что мы с ней дружим с раннего детства, успокоилась и одобрительно кивнула:
– Хорошо, Наташа, пусть твоя подруга приезжает и погостит у нас, места хватит, в крайнем случае, мы с папой можем освободить для неё с малышом свою спальню, а сами расположимся в гостиной.
– Не надо, мама, спасибо. Мы с Таней в моей комнате будем, я освобожу ей с ребёнком свою кровать, а сама себе кресло разложу, – поцеловала я её в щёку.
– Смотри, как тебе удобней, – согласилась она.
На следующий день, вечером, мы с отцом поехали на вокзал встречать гостей. Прибыл поезд и из вагона вышла Таня, неся в одной руке ребёнка в детской сумке, а в другой сумку с вещами. Я помахала ей рукой, и она, увидев нас в дверях вокзала, направилась к нам. Как только она подошла, отец тут же взял из её руки ребёнка, а я сумку с вещами.
– Танюха, как я рада видеть тебя! – обняла её одной рукой.
– Я тебя тоже, Наташа, очень рада видеть, – и мы расцеловались.
Пока ехали ко мне домой, Татьяна неотрывно смотрела в окно и восхищалась городом. Я же держала на коленях сумку с малышом, и украдкой заглядывала под уголок одеяла, где мирно спал, сопя носиком, маленький мальчик по имени Женя. Маленькое, беленькое личико, как у ангела, толстенькие щёчки, и чмокающие губки, приводили меня в восторг и умиление. До этого я даже не представляла, насколько я люблю детей, во мне проснулся древний инстинкт материнства.
– Тань, Саня знает, что ты ко мне поехала?
Она нарочито тяжело вздохнула.
– Знает. Сначала недоволен был, ругался, что я с маленьким ребёнком в дорогу собралась. Но я его успокоила и уговорила. Куда он денется мой Саня, я его, на что угодно уговорю, – захихикала она – он у меня ручной, вот он где у меня, – сжала она руку в кулак и рассмеялась. – Шучу я, Наталья, это я у него в руках, куда мне без него.
– Счастливая ты, подруга, – обняла её за плечи, прислонившись к ней лбом.
– Наташ, не знаю, чего ты ждёшь? Вышла бы замуж, ребёнка родила, тем более, как я поняла, у тебя и кандидатура есть подходящая, смотришь и ты бы счастлива была, да и забыла бы всё.
Я отрицательно покачала головой.
– Нет, Тань, не была бы. Это несчастье, жить с нелюбимым человеком.
– Девчонки, приехали! – подал голос отец.
К нашему приезду мама накрыла на стол, и как только мы вошли в квартиру, с улыбкой направилась к Татьяне знакомиться. Я же понесла хныкающего малыша к себе в комнату. Вынув его из сумки и развернув, я с интересом стала разглядывать маленькие ручки и ножки.
– Господи, какой ты чудесный, малыш! – сказала я.
Ребёнок как будто понял меня и улыбнулся во весь свой беззубый ротик, смешно высовывая язык.
– Ну что за чудо! – расцеловала я его, а он в ответ заулюлюкал, пытаясь ручкой схватить меня за локон волос, восторженно взвизгивая.
– Ой, да вы я вижу, уже подружились с Евгением? – вошла в комнату подруга.
– Конечно, теперь мы с Женечкой друзья! – пощекотала малышу я ножку, отчего тот в очередной раз громко взвизгнул. – Тань, по-моему, он похож на тебя, – сказала я, рассматривая черты лица мальчика.
Она присела рядом.
– Да брось, вылитый Саня, все говорят. Он даже улыбается так же, как папа. Мальчик, услышав голос матери, перевёл на неё свой взгляд и захныкал.
– Тань, чего он? – посмотрела я на подругу.
Она улыбнулась.
– Кормить пора, проголодался мой мужичок, титьку просит.
Я понимающе кивнула.
– Я пойду пока на кухню, а ты покорми, потом приходи к нам, ужинать будем.
На время я забросила тренировки в клубе и походы в бассейн. Вернувшись с университета, я бежала к малышу, и весь вечер нянчилась с ним, не спуская его с рук, пока Татьяна не укладывала его спать.
– Не знала я, Наталья, что ты так детей любишь. Представляю, как ты своего пестовать будешь, – смеялась она и качала головой. – Своего хочешь ребёночка?
– Конечно, Тань, хочу! Но за кого попало замуж не пойду, я твёрдо решила.
– Наташ, я, конечно, понимаю, что ты не можешь забыть своего Эмиля, но не обязательно замуж выходить, чтобы родить.
– Как это? – поразилась я.
– А так. Роди от кого-нибудь ребёночка, ну кто тебе покажется более-менее достойным для этого, а замуж не выходи. И тебе свобода, никакой любви, и счастье материнства.
Я с отвращением поморщилась.
– Не смогу, Тань, противно же без любви, ради ребёнка.
– Вот ради ребёнка можно и потерпеть. А то я смотрю, ты так никогда замуж не выйдешь, а так дитя будет тебе счастьем, – нравоучительно сказала она.
– Не смогу, даже ради ребёнка, – замотала я головой, отгоняя от себя дурные мысли.
– Смотри, Наталья, жизнь твоя, так и прострадаешь по своему Эмилю всю жизнь, а ребёнок был бы тебе в утешение, – вздохнула она. – С Эмилем встречалась всё лето, чего ломалась? Смотришь у тебя бы ребёнок от него остался, и возможно он бы не бросил тебя, жили бы сейчас, как мы с Саней. А так проходишь ты, Наталья, в старых девах.
Я вспыхнула.
– Я не ломалась. Эмиль, просто высоконравственный человек, и считает, что сначала надо пожениться.
Она усмехнулась.
– Высоконравственный говоришь? Так чего он тогда бросил тебя? Нет, с ним что-то не так, – протянула она. – Если ты не ломалась, чего Эмиль не воспользовался этим? Любой другой парень не устоял бы, ты же красавица, Наталья! Нет, с ним что-то не так, – опять задумчиво произнесла Татьяна.
Я насторожилась, и решила прекратить этот разговор, пока подруга всерьёз не задумалась над этим, и не начались ненужные для меня вопросы, которые могли затронуть мою тайну.
– Тань, завтра суббота, я целый день дома, может, я погуляю с Женей в парке, а ты можешь заняться своими делами?
– Неплохая идея, заодно и меня выручишь, а то стирки много набралось, надо ползунки все перестирать, – обрадовалась она.
29
Воздух ещё был морозным, несмотря на то, что шёл март месяц. Но солнышко уже радовало, всё чаще появляясь на небе. Я не спеша катила коляску со спящим младенцем по парку.
«Скоро всё растает, начнётся тёплая весна, а затем и лето! Я снова поеду в Карелию! Буду нянчить Женьку, приведу в порядок бабушкин огород и насажаю там цветов. Ну и, конечно же, попробую покорить свою скалу» – я не спеша шла, занятая своими мыслями.
Последнее время у меня неплохо стало получаться взбираться на импровизированную скалу в клубе, я стала более быстрой и ловкой, за что тренер ставил меня в пример новичкам.
Людей в парке почти не было, и я счастливо улыбалась своим мыслям, медленно толкая коляску вперёд, которую мы взяли на время в прокате. Навстречу мне, лёгкой походкой, словно танцуя, шёл молодой человек, разговаривая с кем-то по телефону. В самый последний момент, когда он почти прошёл мимо меня, я узнала того самого блондина, которого я когда-то встретила возле кинотеатра.
– Эй! – крикнула я ему вслед, не понимая ещё, зачем я это делаю.
Он обернулся и удивлённо посмотрел на меня:
– Вы мне?
– Да, вам, не могли бы вы подойти?
Он такой же лёгкой походкой вернулся назад, вопросительно глядя на меня, но когда подошёл ближе, взгляд его напрягся.
– Это вы? Я сразу не узнал вас, извините. Гуляете? – кивнул он на коляску.
– Да, погода хорошая, да и выходной сегодня, – обрадованно ответила я, потому что парень впервые захотел со мной поговорить. Глаза у него были синие, а из-под шапки выбивались светлые пряди волос, голос красивый и глубокий, а шагает он, как будто летит.
«Лель! Несомненно, это лель!»
– Извините, как вас зовут? – улыбнулась я ему.
Он нахмурил брови, заглянув мне за спину.
– Простите, мне надо идти, – и, не сказав своего имени, быстро направился вглубь парка. Я стояла и смотрела ему вслед, не понимая такую резкую смену его настроения.
– Наташа, здравствуйте, – услышала я за спиной и обернулась. Передо мной стоял Вадим Белов. Он зябко поднял плечи, кутаясь в тёплый шарф.
– Здравствуйте, Вадим, – разочарованно произнесла, поняв причину, почему этот лель так быстро ушёл, но при чём здесь был Вадим, понять не могла.
– Гуляете? – задал он тот же вопрос.
– Да, подруга приехала погостить с ребёнком. Она делами занялась, а я вот вызвалась погулять с ним.
Он чему-то улыбнулся.
– А, подруга, значит, приехала, – кивнул он головой. – А я уже подумал... да неважно, – махнул он рукой. – Прогуляемся вместе? – предложил он.
– Давайте прогуляемся, – согласилась, пожав плечами.
– Можно? – кивнул он на коляску.
– Что? – не поняла я.
– Можно я повезу коляску, люблю детей, – он протянул руку и взялся за ручку.
– Конечно, если хотите, – уступила я ему место.
– Кто это, мальчик, девочка? – заглядывая вовнутрь, спросил Вадим.
– Мальчик, Женей зовут, – ответила я. Мы не спеша зашагали по дорожке парка, и какое-то время молчали.
– Как вы живёте, Наташа? Как учёба?
– Я думаю, вы в курсе всей моей жизни, – не без намёка ответила я, имея в виду свою маму.
Он искоса посмотрел на меня и улыбнулся.
– Я бы хотел услышать это от вас, Наташа.
– Простите, Вадим, но я ничего не могу добавить к тому, о чём рассказывает вам моя мама. Расскажите лучше про себя, как вы живёте?
Он тяжело вздохнул.
– Мне тоже нечего рассказывать, у меня всё по-прежнему, работа, дом, – печально ответил он.
– Почему не женитесь? Я думаю, вам нужна семья...
– Вы знаете почему, Наташа. Я же обещал вам, что буду ждать вашего ответа, я до сих пор жду.
Я остановилась.
– Не надо, Вадим... и вообще, мне уже пора домой.
– Можно мне хотя бы проводить вас? Я думаю, вам не помешает моя помощь, я помогу поднять коляску.
– Спасибо, помощь не помешает, но...
– Не беспокойтесь, я сразу уйду, – заверил он меня.
– Спасибо, – тихо поблагодарила его.
Вадим помог закатить коляску в лифт и, смущаясь, втиснулся в него, прижавшись ко мне. Я невольно вжалась в стенку, но лифт был настолько маленьким, что мои попытки увеличить дистанцию между нами, имела мало успеха. Я опустила голову, чтобы не смотреть на Вадима, так как всё моё лицо залилось румянцем. От него пахло парфюмом, восточные древесные нотки его одеколона, давно были знакомы мне, Вадим пользовался только им. Мне казалось, что я слышу стук его сердца, и чувствую его тепло, хотя сердце моё почему-то, стучало ещё громче, от такого тесного соприкосновения с Вадимом, да ещё этот одеколон, будь он неладен. Мне казалось, что мы едем в лифте уже минут десять, время тянулось медленно, но наконец лифт остановился, и двери распахнулись. Вадим вышел и вытянул коляску, а я с облегчением вздохнула. Подняв коляску, ещё на пять ступенек вверх, Вадим расстегнул пальто и вытер пот со лба.
– Спасибо, Вадим, чтобы я без вас делала? – попыталась я разрядить обстановку.
– Наташа, вы встретили того, кого искали? – серьёзно спросил он.
– Нет, – покачала я головой. Мне показалось, что он приободрился, и даже лёгкая улыбка скользнула на его губах.
– Может мы тогда...
– Не надо, Вадим, пожалуйста, – в моём голосе слышалась мольба. Мне хотелось пригласить его в квартиру, напоить горячим чаем, как тогда на Новый год, подробней расспросить о жизни, но... нельзя, так я могу зайти далеко, а я его не люблю. Единственное, что было в моей душе к этому мужчине, это уважение и жалость. Жалость от того, что я не могу ответить ему взаимностью на его любовь. Уважение и жалость, могли пошатнуть мою уверенность, и я этого боялась.
– Прости, – быстро сказала и скрылась за дверями квартиры, плотно закрыв за собою дверь.
Вкатив коляску в коридор, прижалась к двери и закрыла глаза.
«Я просто ужасна! Нельзя так с человеком! Я отношусь к нему как к врагу! Он-то в чём виноват? Разве Вадим виноват, что я не могу забыть Эмиля? Зачем я его постоянно обижаю? Дрянь!»
В дверь тихонько постучали, и я перестала дышать. Вадим произнёс через дверь:
– До свидания, Наташа. Кого бы вы ни выбрали, я всё равно буду ждать вас.
Он спускался по лестнице вниз, а я стояла и слушала его удаляющиеся шаги.
«Дрянь! – ещё раз обругала я себя за невежливость. – Конечно, я могла бы стать его другом, как с Костей и Володей, но Вадим не готов был стать просто моим другом, он хотел любви, моей любви к нему, которую я не могла ему дать. Костя с Володькой – мальчишки, с ними легко и просто, они с радостью приняли мою дружбу вместо любви. Но Вадим зрелый мужчина, его дружба не устроит, он будет добиваться большего, потому что у него были более глубокие и серьёзные чувства ко мне» – так размышляла я, стоя в коридоре, пока голос Татьяны не вывел меня из ступора.
– Наталья, ты чего как вкопанная стоишь тут?
Я вздрогнула и открыла глаза. Татьяна в халате и переднике, вынимала малыша из коляски, который проснулся и начал попискивать.
– Так, ничего, задумалась, – ответила рассеянно.
– А ну-ка раздевайся, подруга, да пойдём, чайку попьём на кухню, там-то ты и расскажешь, что с тобой произошло, – внимательно посмотрела на меня Таня.
Трясущимися руками я сняла с себя сапоги и пальто, лицо у меня было красное. Пригладив волосы, я попыталась взять себя в руки. Пройдя на кухню, я плюхнулась на стул.
– Налей мне чая.
Татьяна одной рукой держала Женю, а второй наливала чай в чашки. Присев напротив меня, она дала грудь сынишке, и тот тут же успокоился, довольно зачмокав губами.
– Ну, что случилось? Ты кого-то встретила?
Я попыталась взять чашку, но рука предательски затряслась, и я обессилено, опустила её обратно на стол.
– Наталья, ты пугаешь меня, – уже более серьёзно сказала подруга.
Я глубоко вздохнула и задержала дыхание, стараясь успокоиться. Выдохнув сказала:
– Я сейчас встретила Вадима.
– И? – наклонилась ко мне подруга.
– Не знаю, Тань, но я чувствую себя дрянью.
– Почему? – удивилась та.
– Понимаешь, он любит меня до сих пор, и готов на всё ради меня, а я веду себя с ним так, как будто он мне враг какой-то, и я чувствую перед ним вину.
– Наталья, давай поподробней. Сегодня-то, что между вами случилось?
Я рассказала всё до мелочей, вплоть до поездки в лифте и о его одеколоне, и с облегчением вздохнула, как будто сняла с себя тяжёлый груз. Подруга хитро прищурилась и с пониманием покачала головой:
– Понятно, что с тобой, как ясный день.
– И, что со мной, по-твоему? – мне хотелось узнать мнение своей замужней подруги.
– Наталья, тебе, сколько лет будет этим летом?
– Какое это имеет значение? – не поняла я.
– Прямое, подруга. Тебе будет двадцать, а ты до сих пор в девках ходишь. Природа требует своего, вот тебя и трясёт всю, после поездке в лифте с Вадимом, – рассмеялась она.
Я покраснела.
– Вот ещё, глупости какие. Какая природа?! Он не нужен мне, Тань! Не люблю я его!
– О, видишь, как ты покраснела, когда я про природу заговорила, а значит, в точку попала, – цокнула она языком. – Наталья, хватай этого парня пока не поздно, а то уведут. Видишь, как тебя затрясло всю, и это от одной поездке в лифте с ним. А дальше, лучше будет! Влюбишься по уши, сама потом рада будешь.
– Вадим мне не нужен, я люблю Эмиля! – попыталась её убедить.
– Эмиль, Эмиль! Какая ты упрямая, Наталья. Живёшь в своих фантазиях, которым не суждено сбыться. Лучше синица в руках, чем журавль в небе. Эмиль твой никогда к тебе не вернётся, он даже от собственного брата скрывается, чтобы ты его не нашла. Он избегает тебя, и скорее всего давно нашёл тебе замену.
Слова подруги резанули слух, и я не соображая, что говорю, выкрикнула:
– Неправда! Он любит меня! И он умирает без моей любви!
Малыш, до этого мирно сосавший грудь, вздрогнул от моего голоса и захныкал.
– Тихо, тихо, успокойся, не кричи так громко, – беспокойно смотрела подруга то на меня, то на сынишку. – Умирает без твоей любви, говоришь? Я тебя перестаю понимать, подруга. Объясни, наконец, что произошло между вами?
– Не могу, Тань, не имею права, – тихо сказала я, и на негнущихся ногах направилась в комнату.
