Текст книги "Сто шагов к вечности. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Наталья Горячева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

26

– Сколько времени я болела?

– Три дня, – ответил Вильем.

– Как три дня?! – с испугом переспросила и схватилась за голову.

– Наталья, что случилось?

– Дядя Вася! Он убьёт меня! Прошло три дня, я обещала вернуть ему лошадь к вечеру, вдобавок я её потеряла!

– Не переживай, цела его лошадь, в конюшне у меня стоит. Дяде Васе я позвонил, он в курсе, что ты у меня в гостях, – улыбнулся лель.

– А как ты узнал, что он дал мне лошадь?

– Так лошадь-то его, я сразу её узнал, поэтому сразу понял всё и позвонил ему, сказав, что ты погостишь у меня, недолго. – Он не ругался, правда, – успокоил меня Вильем, и у меня как гора с плеч свалилась.

– А Танька, подруга, наверно переживает за меня, она-то знает, куда я поехала, и ждёт от меня звонка, небось, уже всю деревню на ноги подняла, – вспомнила я и про подругу.

– Она звонила, я взял трубку, уж извини, пришлось залезть к тебе в карман. Я сказал, что ты немного приболела, и сейчас спишь, она просила тебе передать, чтобы ты ей позвонила.

– Ну, Вильем, молодец! Все проблемы мои решил, спасибо тебе, – я поцеловала его в щёку.

– Да это мелочи, Наташ, по сравнению с тем, что я чувствовал, пока ты металась в бреду на этом диване.

– Что, я совсем плохая была? Я что-нибудь говорила, ты слышал?

– Конечно, слышал. Ты всё время кому-то обещала, куда-то вернуться, а ещё звала Эмиля, и просила, чтобы он помог тебе, – вздохнул он. – Я вообще не надеялся, что ты выживешь. Ну, скажи, зачем ты поехала в такую даль на лошади, да ещё в такой мороз, в лес, где так много волков в это время года? Могла бы просто попросить дядю Васю, чтобы он позвонил мне, и я сам бы тебя встретил за деревней и привёз сюда, если тебе так хотелось попасть в мой дом, – Вильем не ругал меня, а по-доброму отчитывал, за мой опрометчивый поступок.

– Я думала это тайна, что ты вернулся. Ты же не просто так уехал из этого дома, причину я знаю. Я побоялась, что дядя Вася не согласится тебе звонить, а узнав, что я хочу поехать к тебе, ещё и лошадь не даст.

Вильем наклонил ко мне голову.

– Как ты вообще узнала, что сюда кто-то приехал, Наталья?

– В деревне сказали. Там все знали, что ты его нанял дом охранять. А тут он вернулся, и неделю уже живёт в деревне, ну кое-кто сделал из этого вывод, что приехал хозяин дома, или кто-то из его родственников, – объяснила ему доходчиво.

– И кто это «кое-кто»? – посмотрел на меня Вильем, ожидая ответа.

– Моя подруга, Таня Никконен.

– Да-а-а, – протянул Вильем, – в этой деревне ничего не скроешь. Ну, хорошо хоть зимой сюда никто не осмелится приехать, кроме конечно одной храброй девочки, – посмотрел он на меня сверху вниз. – Я, конечно, подстраховался, отпустив небольшую бородку, чтобы выглядеть постарше, вдруг встречу кого-нибудь из местных. Как, Наталья, помогло бы мне это? – подмигнул мне лель.

Я заулыбалась, отметив про себя, что настроение у него улучшилось.

– Помогло, Вильем. Ты действительно выглядишь немного старше с ней. У тебя есть что-нибудь из еды, есть сильно хочется, – попросила я.

– Вот я болван! – ударил он себя по лбу, – конечно, есть! Сейчас я тебя накормлю, – и он направился в сторону кухни.

– Вильем, – крикнула я ему вслед, – а душ принять можно?

– Чего ты спрашиваешь, конечно, можно, – отозвался он. – Ты знаешь, где он, всё необходимое там есть.

Горячие струи воды стекали по моему телу, и я от наслаждения жмурилась. Какое это было блаженство, после того, как я чуть не замёрзла в лесу. Горячий душ казался раем! Смыв с себя трёхдневную грязь и пот, с удовольствием закуталась в махровый длинный халат, подол которого волочился по полу, и который я сразу узнала, это был халат Эмиля, он уехал, оставив его здесь. Высушив волосы феном, и заплетя тугую косу, сунула ноги в тапочки, стоявшие рядом, тоже принадлежавшие Эмилю, и громко шлёпая по полу, вернулась в гостиную, к камину. На столе уже стоял завтрак, у меня потекли слюнки, от запаха жареного хлеба и кофе.

– Ну вот, теперь другое дело! Я вижу, ты почти здорова! – радостно встретил меня Вильем и пододвинул мне стул, со словами: – Налетай! Я тоже голоден и очень хочу есть.

Я съела большую тарелку каши, которую сварил Вильем, пока я мылась, и принялась за тосты с мёдом, запивая всё это горячим кофе.

– М-м-м, как вкусно, Вильем, – причмокивала я.

Он засмеялся.

– Конечно, вкусно будет, три дня ничего не есть! Ты выздоравливаешь, и аппетит вернулся к тебе, это хорошо.

– Ты хочешь, чтобы я поехала домой? – грустно спросила я.

Он отрицательно покачал головой.

– Нет. Ты ещё слаба, мне надо ещё хотя бы пару дней понаблюдать за тобой, и если всё будет хорошо, я сам отвезу тебя в деревню.

– Вильем, как ты нашёл меня в лесу?

– А я и не искал, я же не знал, что ты поехала в деревню.

– Тогда как ты меня обнаружил?

– Вожак волчьей стаи привёл меня к тебе. Уж не знаю, почему они тебя не загрызли, а решили спасти? – пожал он плечами.

– Я помню этого вожака, это он первый бросился на меня, и почему-то остановился, – передёрнула я плечами, вспомнив жуткую картину.

– Ты что-нибудь говорила, или кричала при этом? – задумчиво спросил он.

– Да. Не знаю почему, но я выкрикнула «Эмиль», и волк остановился.

– А, ну теперь всё понятно. Волки знают моего брата, он много времени провёл в их стае, особенно очень сдружился с вожаком. Общаясь с ним, они запомнили его имя, поэтому услышав его от тебя, вожак решил рассказать об этом мне. И я думаю, вожак почувствовал, какую-то связь между тобой и Эмилем, поэтому не торопился съесть тебя, и другим не дал, приказав сторожить тебя в лесу.

– Волк рассказал тебе обо мне? – удивилась я.

Вильем улыбнулся.

– Нет, они не умеют говорить и думать, как люди, но мы понимаем их без слов, как и они нас. Я не могу тебе этого объяснить, Наташа. Это телепатия, которой обладает не только мой народ, но и все животные на земле. Когда вожак прибежал к моему дому, и я посмотрел ему в глаза, я сразу понял, что кто-то, кто знает Эмиля, находится сейчас в беде. Я, конечно, был в недоумение, и не мог понять кто это, но последовал за ним, чтобы посмотреть, кто же это может быть. Я единственное знал, что произошло что-то сверхординарное, волки просто так людей не спасают, особенно зимой, когда наступает холод и голод. Увидев тебя в сугробе, я решил, что опоздал и ты уже мертва. Всё твоё лицо было покрыто инеем, и ты была неподвижна, – Вильем громко вздохнул, вспоминая неприятный момент. – Но, слава Богу, ты осталась жива! Если бы Эмиль узнал о твоей смерти, он не протянул бы долго, через несколько дней и его бы не стало. Он только жив ещё, потому что жива ты, – с горечью произнёс он.

– Как он? – спросила с дрожью в голосе.

– Сейчас не знаю, он давно не звонил, – Вильем жестом пригласил меня присесть к камину.

Удобно устроившись в кресле, в котором до этого спал Вильем, я спросила:

– Вильем, ты знал, что Эмиль прекратил со мной всякое общение?

Он кивнул, присев возле камина, подбрасывая в него дрова:

– Да. Эмиль мне сказал об этом.

– Почему он это сделал, ты можешь объяснить мне?

Он удивлённо посмотрел на меня.

– А ты не знаешь?

– Нет, – покачала я головой.

– Странно, я думал, он объяснился с тобой, – пожал он плечами.

– Так почему, Вильем? – с нетерпением повторила свой вопрос.

– Я не знаю, он ничего не объяснил, просто сказал, что вы расстались и всё.

– И всё?! – в недоумение воскликнула я.

– Да. Но объясни мне, что произошло между вами?

– В том-то и дело, Вильем, что ничего не произошло. Просто в одно прекрасное время, он прекратил мне звонить и писать. Сменил номер телефона, закрыл от меня свою почту, и удалил меня из скайпа. А последнее письмо, которое он мне прислал, было довольно странное. Эмиль с чем-то меня поздравил и пожелал мне счастья, – я замолчала, закрыв лицо руками.

– Это на него не похоже. Он не мог с тобою так поступить, для этого у него должна быть веская, очень веская причина, – задумчиво произнёс лель.

– Вильем, ты его брат и лучше меня знаешь его. Скажи, по-твоему, мнению, что произошло с Эмилем?

– У меня на этот счёт только одна версия. Он дал тебе возможность забыть его и начать другую, человеческую жизнь. Он не смирился с тем, что он бессмертный, а ты наоборот, смертная. Прости, но как мы все не старались, мы не нашли подтверждения древним легендам нашего народа о том, что если человек примет амброзию, то станет подобным нам. Эмиль не видел вашего с ним будущего. Но представь себя с Эмилем через десять лет, после вашего знакомства. Да что тебе объяснять, Наташа, ты и так всё прекрасно понимаешь.

Я вспыхнула:

– Я готова провести с ним столько лет, сколько это будет возможно!

– Верю, – кивнул Вильем. – А потом, что? Как ты представляешь вашу разлуку с Эмилем, когда ты будешь выглядеть лет на десять старше его?

– Не обязательно ждать десять лет, – возразила я, – я могла бы принять амброзию и раньше, и возможно осталась с ним навечно, или умерла бы сразу, без мук, – выкрикнула я.

Вильем показал на меня пальцем:

– Вот от этого, «умру без мук», Эмиль и спасает тебя, прекратив с тобой всякое общение. Я не знаю, чтобы я делал на его месте, если бы влюбился в девушку. Это тяжёлый выбор. Я считаю, он поступил как настоящий лель, оставив тебя и дав тебе шанс жить нормальной жизнью, которая предназначена тебе судьбой, несмотря на то, что сам Эмиль умирает без тебя.

– Но могло же быть иначе, – заплакала я, – возможно, я не умерла бы, а была бессмертна, как и он. А так, я тоже умираю, только медленней чем Эмиль, и это ещё мучительней, Вильем! Я должна с ним связаться, пожалуйста, – взмолилась я.

– Это невозможно, – отрицательно покачал он головой.

– Почему? – привстала с кресла.

– Я говорил тебе, он разъезжает по всему миру, нигде надолго не останавливаясь. У него постоянно меняются номера телефона, а почту он закрыл, и в соц. сети не заходит.

– Как же ты связываешься с ним тогда? – недоумевала я.

– Не я, он со мною связывается, но очень редко. Последний раз, это было три месяца назад, тогда он был в Англии. Но он обещал: если он почувствует, что ему осталось недолго жить, то он обязательно приедет ко мне. Вот только не знаю, где я буду в это время. Я теперь здесь не живу, сама понимаешь почему, я тоже не старею, и люди замечают это. Аврора, Фрейя и Эрик, тоже меняют своё местожительство, так что, куда Эмиль сможет приехать умирать, я не знаю, возможно, это будет за границей.

Слова «Приехать умирать», резануло слух, и слёзы опять потекли из моих глаз. Вильем не пытался меня успокоить, понимая, что мне надо выплакаться, реальность была жестокой. Когда я успокоилась, то попросила его:

– Вильем, у меня к тебе будет одна просьба.

– Я слушаю тебя, Наташа, сделаю всё, что в моих силах.

– Если Эмиль тебе позвонит, передай ему наш с тобой разговор, и скажи ему, что я очень просила связаться со мной. Но если будет слишком поздно, то прошу, сообщи мне об этом, – я быстро схватила лист бумаги и карандаш, лежащие на столике, и написала свой номер телефона и адрес почты. – Вот возьми.

Вильем внимательно посмотрел на меня.

– Ты уверена, что тебе это надо?

– Пожалуйста, Вильем, – подбородок мой задрожал.

– Хорошо, я обещаю сделать всё так, как ты просишь, – сказал он, беря из моих рук лист бумаги, и добавил: – Даже если я ему передам твою просьбу, то не обещаю тебе, что ты встретишься с ним, всё будет зависеть от того, захочет ли Эмиль этой встречи.

27

Новый год я встретила у Вильема, в его доме. Мы не праздновали, просто Вильем достал бутылку шампанского «Cristal Brut», которое он привёз с собой, и мы, сидя у камина, выпили по бокалу игристого вина. Я рассказывала ему, как жила всё это время. В основном про универ, клуб скалолазания и бассейн, и про то, как долгими вечерами скучаю по Эмилю.

– Зачем тебе клуб скалолазания? Наташа, ты собралась по скалам лазить? – спросил он.

Я знала, что если скажу правду, он начнёт отговаривать меня от моей затеи, поэтому я просто сказала, что таким образом отвлекаюсь от мрачных мыслей, и это было частично правдой.

– Наташа, а ты чего зимой приехала в деревню, насколько я помню, ты всегда приезжала сюда летом?

– Я приехала с родителями, бабушку хоронили, она умерла от инсульта.

Вильем слегка сжал мне ладонь.

– Сочувствую. Что делать, все люди умирают, рано или поздно, на этой земле. Но ты не расстраивайся сильно, душа человека бессмертна. Твоя бабушка сейчас в другом мире живёт, где нет смерти.

Я встрепенулась.

– Откуда ты это знаешь, Вильем?

– Нашему народу это давно известно. И насколько я знаю, людям тоже, только не все люди верят в бессмертие души.

– А это, действительно, правда?

Он усмехнулся.

– Правда, Наташа. Мне удивительно, что этот факт вы ставите под сомнение. В ваших древних книгах, как например Библия, или Коран, говорится об этом.

Я придвинулась к нему ближе.

– Вильем, я не читала эти книги, о бессмертие души мне сказала бабушка, она приходила ко мне во сне, в день, когда её хоронили. Может это просто плод моего воображения? – посмотрела я на него, ожидая, что он рассмеётся над моей наивностью.

Но Вильем и не собирался смеяться, а серьёзно посмотрел на меня.

– Нет, это не плод твоего воображения, Наташа. Души людей приходят прощаться во снах, но только к тем, кого любили при жизни больше всех. Выходит, что твоя бабушка, больше всех любит тебя, – он ободряюще похлопал меня по руке.

– Я знаю, что она меня сильно любила, вот и дом свой оставила мне, – вздохнула я. – Вильем, а всё, что они говорят во сне, это правда?

– Она тебе ещё что-то сказала?

– Да, – кивнула я.

– Если не секрет, то что? – с интересом спросил он.

– Она сказала, что я ещё встречусь с Эмилем, и что смогу стать такой, как он, если я не сдамся, и буду бороться за своё счастье до конца. Ещё она сказала, что моя любовь к Эмилю изменит всё, – выпалила на одном дыхании информацию.

Вильем сильно удивился, и какое-то время молча смотрел на меня.

– Ты уверена, что она именно так сказала?

Я закивала, ожидая, что же Вильем скажет по этому поводу. Он поставил бокал на стол и стал задумчиво прохаживаться возле камина.

– Странно всё это. Но души людей не умеют лгать, так же как и Небесные. Они знают будущее близких им людей, но они редко говорят об этом, когда приходят прощаться во снах. Твоя бабушка видела, как ты страдаешь, поэтому и решила открыть тебе завесу твоего будущего, предупредив, как ты можешь обрести своё счастье, и не теряла надежду. Неужели человек может стать подобным нам?

– Вильем, так это не плод моего воображения? – глаза мои засветились.

– Не думаю. Твоя бабушка, зная твоё будущее, предупредила тебя о встрече с Эмилем, и обо всём остальном. Но как это будет, не понимаю, – Вильем присел возле меня, на подлокотник кресла. – Вот что мы сделаем, Наташа. Ты права, нам надо связаться с Эмилем, и чем быстрей, тем лучше. Но только как найти его, я не знаю. Сегодня он в Англии, завтра во Франции, а послезавтра неизвестно где будет, может, в Африку махнёт, – он потёр затылок. – Надо рассказать ему всё. При первом же звонке, я поговорю с ним серьёзно, Наташа. У меня появилась надежда, что Эмиль всё-таки не умрёт, и вы будете вместе, – Вильем улыбнулся мне и поднял бокал: – По глоточку, за ваше с Эмилем будущее!

Я в порыве чувств обняла его.

– Спасибо, Вильем, что помогаешь мне, я ценю твою помощь.

– Ну, я ещё ничем не помог тебе, только собираюсь, – он немного смутился, от порыва моих чувств.

Я чмокнула его в щёку.

– Нет, помог! Ты подтвердил, что душа бессмертна у человека, и что бабушкины слова – правда! Это уже очень много значит для меня! – потом немного подумав, спросила: – Вильем, а если Эмиль умрёт, что если ты не успеешь рассказать ему о нашем разговоре, или уже слишком поздно будет, что-либо менять, мы сможем с Эмилем встретиться в другом мире, когда я тоже умру?

Вильем отрицательно покачал головой:

– Нет, Наташа. Небесные и люди, после смерти на земле, попадают в разные миры, ваша встреча там не возможна.

– Тогда я буду бороться за своё счастье здесь! – огорчённо и в то же время твёрдо произнесла.

***

Вильем провожал меня до деревни, посадив на лошадь дяди Васи, а сам ехал позади на вороном коне. Рядом бежали волки, и я с опаской поглядывала на них.

– Не бойся, они не тронут тебя, – сказал Вильем.

– Я не боюсь. С тобой в лесу не страшно, так, как одной. Просто я вспоминаю тот день, когда они чуть не съели меня.

– Ну не съели ведь. Одно имя Эмиля спасло тебя. Но запомни, Наташа, здесь все звери знают его, чего не скажешь о других местах, так что не советую тебе испытывать судьбу в другом месте, где водятся дикие животные, – предупредил он.

– Я буду осторожна, Вильем, и в другие места не сунусь. Зато теперь буду знать, что, вернее кто, может спасти меня здесь, если встречусь со зверями. Я приеду сюда летом и надеюсь встретиться с тобой, а возможно и с Эмилем.

– Меня не будет в лесничем доме, я, скорее всего, уеду куда-нибудь с Эриком. Сюда я приехал ненадолго, по делам, посмотреть, не вернулись ли демоны во главе с Блейком. Но вижу, что нет, надеюсь, они в деревню больше не сунуться.

– Друзья мне тоже сказали, что давно их не видели в деревне и её окрестностях, и куда они делись, в деревне никто не знает. Встреча с Владом, для меня хуже, чем встреча с волками, – сказала я.

Вильем подъехал ко мне ближе.

– Если собираешься летом приехать в Куликово, будь осторожна. Меня здесь не будет, а они могут вернуться, так что не ходи в лес одна, и вообще, не доверяй никому, демоны умеют внушать людям ужасные вещи.

– Конечно, Вильем. Мне Эмиль, по этому поводу, уже давно дал инструкции, так что я предупреждена, а значит, вооружена, – улыбнулась ему.

– Приехали, вот и деревня, – кивнул Вильем в сторону домов, – здесь мы и попрощаемся. Я надеюсь, что мы ещё увидимся, Наташа, – он слез с коня и подошёл ко мне, мы обнялись. – Я постараюсь сделать всё, о чём ты меня просила, маленькая, храбрая девочка, – с улыбкой сказал он.

– Вильем, ты мне как брат стал, и я не хочу терять с тобой связь, прошу тебя, пиши мне и звони. И прости, что доставила тебе столько хлопот.

– Это не хлопоты, так неприятный инцидент, я боялся, что ты не выживешь, но ты боец, Наташа, и ты выжила.

– С твоей помощью, Вильем, спасибо тебе.

Его лицо стало грустным, и он, неловко взяв меня за руку, поцеловал её.

– Ну, всё, езжай, – он хлопнул лошадь по крупу, и та не спеша направилась в сторону деревни.

Я долго оборачивалась и махала рукой, глядя на Вильема, стоявшего рядом с конём, окружённого волками. Подъезжая к перекрёстку, возле клуба, я в последний раз оглянулась, но не Вильема с конём, ни волков, на том месте уже не было.

– О, приехала, лягушка путешественница! – встретил меня дядя Вася такими словами, когда я въехала во двор его дома. – Накаталась, милая? – посмотрел он на меня лукаво.

– Дядя Вася, простите, так...

– Да ладно, не извиняйся, – перебил он меня, – Вильем звонил, всё в порядке.

– Спасибо вам за всё, – тихо сказала я.

– Не за что, – махнул он рукой. – Если что, обращайся, помогу, – непринуждённо отозвался он, снимая с лошади седло.

– Я уезжаю скоро, но летом приеду, если что, я приду к вам.

– Заходи, чайку попьём, и помогу чем смогу, – подмигнул мне дед.

– Спасибо, – поблагодарила я его ещё раз, и направилась к Татьяне, по дороге обдумывая, что ей можно рассказать, а чего говорить не стоит.

– Наталья проехала! – обняла меня подруга. – Раздевайся, проходи в комнату, – суетилась она возле меня, пока я снимала пальто. – Ну, рассказывай, – как только мы сели на диван, попросила Татьяна. Глаза её горели, от предвкушения интересной истории. А я, если честно, не знала что ей рассказать. Всё о чём мы говорили с Вильемом, было не для её ушей, а то подумает ещё, что я спятила на фоне любви к Эмилю. Я пожала плечами.

– Что тебя интересует?

– Как что? – уставилась она на меня, – рассказывай, как встретилась с Эмилем, о чём разговаривали, и вообще...

– Я не видела Эмиля.

Таня недоверчиво на меня посмотрела и сказала с обидой:

– Как не видела? Я же с ним по телефону разговаривала. Он сказал, что ты приболела и спишь, а я его попросила, чтобы ты мне перезвонила. Он передал тебе?

– Таня, это не Эмиль был, а Вильем, его брат.

– А, вот как, – протянула она. – Эмиль, значит, не приехал?

– Нет, не приехал, – подтвердила.

– Вильем сказал, что ты болела. Что случилось, Наташ?

– Простыла немного, пока добиралась до его дома. Небольшая температура, пришлось остаться ненадолго у Вильема, пока не поправилась, – передёрнула я плечами и поёжилась, вспоминая своё полусознательное состояние, жар и бред.

– Вильем-то, что говорит насчёт Эмиля, где он? – спросила подруга.

– Вильем сам не знает где он сейчас, Эмиль сам ему звонит, когда надо. Эмиль сказал ему, что мы расстались, но причину не объяснил, так что Вильем сам не в курсе.

– Не много же ты узнала, подруга, – с сожалением произнесла Татьяна.

– Не много, верно, – кивнула я.

– А чего у тебя телефон отключён был? Я тебе ещё раз звонила, – поджала Татьяна губы.

– Извини, пока болела, отключила, чтобы никто не мешал выздоравливать, а потом забыла, – вынув телефон из кармана и включив его, я стала просматривать непринятые звонки. Звонок от Тани, три от Кости, четыре от Володи, и два звонка от мамы. Телефон я отключила, чтобы никто не мешал нам разговаривать с Вильемом, а потом действительно забыла включить.

– Тань, подожди, я родителям позвоню, а то переживают наверно, – попросила я.

– Звони, я чайник пока поставлю, – и она в вразвалочку, поддерживая внушительный живот, направилась на кухню.

– Мама, привет, – сразу сказала я, как только она взяла трубку.

– Наташенька! Здравствуй, дочка! Что у тебя с телефоном, я звонила тебе, но телефон у тебя был вне зоны действия сети?

– Связь плохая была. Как у вас дела?

– Всё хорошо, дочка. Ты когда приедешь домой?

– Послезавтра приеду. Скажи папе, чтобы встретил меня на вокзале, как обычно в семь часов вечера.

– Дочка, у тебя всё хорошо?

– Всё, мама, отлично, не беспокойся, послезавтра увидимся, – и не успела я отключиться, как услышала голос мамы в трубке кричавшая папе:

– Коля, Наташенька послезавтра приезжает... – я отключилась.

Татьяна принесла чай с вареньем.

– Может, поесть хочешь, Наталья, я быстро разогрею?

– Нет, спасибо, Тань, меня перед отъездом Вильем накормил до отвала, я чайку попью.

– Эх, подруга, – вздохнула она, – зря только ездила в такой мороз, ничего не узнала, да ещё и простыла.

Я улыбнулась, подумав про себя: «Да нет подруга, ошибаешься, я для себя много чего узнала!» А вслух, нарочито вздохнув, произнесла:

– Да, ты права, не много. Рада только, что Вильема повидала.

– Этот красавчик ещё не женился? – прищурила она один глаз.

Я с укором посмотрела на неё:

– Таня, что за интерес такой у тебя? Ты замужняя дама уже! – шутливо погрозила ей пальцем.

Она рассмеялась.

– Да это я так, из любопытства. Так женился Вильем или нет?

– Нет, не женился, Таня.

– А сколько ему лет, что он до сих пор в холостяках ходит?

– Двадцать четыре, подруга, так что у него всё ещё впереди.

– А, ну да, двадцать четыре ещё не много. Хотя моему Сане двадцать, а он уже женат на мне, – с гордостью произнесла она. – Наташ, ты замуж будешь выходить, пригласи меня, не то обижусь.

Я обняла подругу за плечи.

– Непременно! Но я думаю, это будет не скоро.

– И всё же, я буду ждать твоего приглашения, когда, и где бы ты ни выходила замуж, – топнула она ногой.

– Хорошо, Танюха, – рассмеялась я, и мы с ней обнялись.

***

Я уезжала из Карелии, в твёрдой уверенности, что я вернусь сюда летом. Отец встретил меня на вокзале и обнял меня.

– Ну, наконец-то ты приехала, дочка! Знаешь, мы переживали за тебя с мамой, ты всё-таки осталась в деревне одна. Ты поговорила с человеком, из-за которого ты осталась там? – он догадывался, из-за кого, но дал мне шанс рассказать мне самой. Я так же, как и Татьяне, вкратце рассказала про встречу с Вильемом, и о том, что я у него узнала про Эмиля.

– Не густо, – произнёс отец, выслушав меня. – Что собираешься делать дальше?

– Ничего, папа, пока ничего. Буду ждать вестей от Вильема, а летом снова поеду в Карелию.

– Опять?! Как ты будешь там одна, без бабушки?

– Папа, и ты туда же, как и мама! Взрослая я уже, позабочусь о себе, да и с домом надо что-то решать, бабушка его на меня переписала.

– Молодец, бабушка! Уж кто достоин, так это ты, дочка! Каждое лето к ней ездила, – с одобрением сказал он. – Ты сама решай, что делать с домом. Маму не слушай, она посоветует продать его, но ты решай сама. Если хочешь, оставь его для себя, он вроде тебе стал как вторым родным домом.

– Это так, папа, – подтвердила я.

– Вот и прекрасно! Ты взрослая, решай сама, в этом деле я ничего не буду тебе советовать.