Текст книги "Сто шагов к вечности. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Наталья Горячева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 23 страниц)

Сто шагов к вечности. Книга – 2

1

Эмиль

«Боже мой, как она кричала! Как звала меня! Этого не высказать словами», – прощаясь с Наташей на вокзале, я уже медленно начал умирать. – А если легенда о том, что человек принимая амброзию, может стать лелем или ладой, окажется выдумкой? На сколько, интересно меня хватит? На год? На два? А может я все пять лет буду умирать?» – я не знал.

В груди всё ныло и болело от гнетущей тоски. Я знал, она сейчас плачет в купе поезда, и мысленно послал ей сигнал: «Будь счастлива моя девочка, будь счастлива. У тебя всё будет хорошо. Я никогда не забуду тебя и нашего с тобой лета».

Не доезжая до дома, я остановил машину в лесу, выйдя из неё, бросился на землю. Слёзы текли из моих глаз. Я даже не помню, когда последний раз плакал, ну разве что в детстве. Я пролежал в лесу до глубокой ночи, мне хотелось умереть прямо сейчас, пока я не почувствовал, что ко мне кто-то идёт. Подняв голову, я увидел Барта. Подбежав ко мне, он жалобно заскулил и лизнул меня в лицо.

– Вильем переживает? – спросил я у собаки. Барт негромко тявкнул.

– Иду, Барт, беги домой. Но он сел рядом и стал поскуливать.

– Хорошо, хорошо, я иду, – вставая с земли, сказал я и направился к машине. – Прыгай на заднее сиденье, – я открыл дверцу машины, и он мгновенно оказался в салоне.

Приехав домой, я бросил машину во дворе, и чтобы не встречаться с Вильемом, поднялся к себе на второй этаж через окно. Мне не хотелось никого видеть, и ни с кем разговаривать, печаль и тоска охватили меня.

Не снимая одежды и не включая свет, я лёг на кровать, слёз больше не было, лишь гнетущая пустота обитала в моём сердце. Я вспомнил про конверт, который оставила мне Наташа перед отъездом. Протянув руку, я включил светильник, стоящий на тумбочке, и сразу же увидел его. Взяв его в руки, я не решался открыть конверт.

«Что же она могла оставить в нём?», – я медленно открыл конверт и извлёк оттуда листок бумаги сложенный пополам. Развернув его, я прочитал её адрес и телефон.

«Милая девочка решила, что я могу забыть её телефон и то, где она живёт?», – я улыбнулся и заглянул опять в конверт, там лежало маленькое золотое колечко Наташи. Я вынул кольцо и долго смотрел на него. Это было самое дорогое для меня, что могла оставить мне Наташа. Колечко было настолько маленьким, что не налезло мне даже на мизинец. Сняв цепочку с шеи, я продел через неё кольцо, и обратно повесил цепочку на шею.

– Вот так-то лучше будет, – сказал я.

Лёжа на кровати, я ощущал запах её духов, исходящих от подушки, всё здесь напоминало о ней. Наташа уехала, а её запах остался, я закрыл глаза, представляя её лицо.

«Добрая, милая, девочка. Что ждёт её в этой жизни? Выйдет ли она замуж, и будет ли она счастлива без меня? Если да, то я бы хотел умереть прямо сейчас, не мучаясь, долгие годы. Но я обещал ей, что буду искать выход, и я буду искать, пока я жив или пока не удостоверюсь, что она счастлива и забыла меня. Мне надо уезжать отсюда, и чем быстрей, тем лучше. Всё здесь напоминает мне о Наташе, всё здесь связано с ней! Надо уезжать, чтобы не мучаться этими воспоминаниями. Хотя зачем я себя обманываю, воспоминания о ней останутся со мною навсегда, пока я жив, и никуда мне от них не убежать и не спрятаться. Но я всё-таки уеду, и скорее всего за границу. Я буду искать там подтверждение или опровержение легенд о своём народе».

В дверь тихонько стукнули, прервав мои мысли, это был Вильем, он переживал за меня.

«Зачем он меня тревожит в данный момент! Мне сейчас, совершенно не до него» – подумал я, и в сердцах взяв пустой стакан с тумбочки, с силой бросил его в дверь. Стакан разлетелся вдребезги. Послышались удаляющиеся шаги, Вильем всё понял и ушёл.

Всю ночь я пролежал на кровати, смотря в потолок, и вдыхая аромат духов, оставленный Наташей. Этот груз печали, нести мне до конца моих дней. Мог ли я предположить, что со мною такое случится? За все свои триста лет, я и не думал о таком. Простая, скромная девушка из провинции, забрала моё сердце.

Наступило утро, и в дверь моей комнаты снова постучали.

– Заходи, брат, – пригласил я.

Он вошёл и остановился возле меня.

– Как ты?

Я вздохнул и сел на постели, приглаживая взъерошенные волосы.

– Плохо, всё плохо, Вильем, мне не справиться.

– Держись, Эмиль. Возможно, мы найдём решение, не всё ещё потеряно, – он присел рядом и тяжело вздохнул.

– Возможно, найдём, или вы найдёте. И возможно нам с Наташей, окажется поздно что-то менять. Или она забудет меня, что для неё это даже неплохо, а я умру.

– Вот этого мы и боимся. Но ты, Эмиль держись, сколько сможешь, мы не хотим тебя терять как Алана. Для нашей семьи, это будет катастрофа! – он нервно сжал кулаки.

– Ради вас, и ради обещания, что я дал Наташе, я буду держаться, сколько смогу, – ответил я.

– Вот и хорошо, брат, – Вильем похлопал меня по плечу. – Мы постараемся сделать всё, что в наших силах.

– Спасибо, Вильем, я всегда знал, что могу рассчитывать на вас. Я через пару дней уеду в Москву. На работе я рассчитаюсь и уеду за границу. Когда я уеду, я всем вам дам знать, где я.

– С Наташей будешь прощаться? – спросил он.

– Да, я обещал позвонить ей сегодня, когда она приедет. И вообще, я должен знать всё о ней. Всё, о её жизни, чтобы быть в курсе её намерений по отношению ко мне.

– Хорошо, звони ей. Увидимся в столовой, – Вильем вышел, тихо прикрыв за собою дверь.

Я набрал номер Наташи, и она тут же взяла телефон.

– Эмиль, родной, как ты? – с волнением спросила она.

– Плохо без тебя, детка. Спасибо тебе за колечко, это лучший подарок для меня, какой я мог представить. Как ты доехала?

– Всё нормально, папа встретил меня на вокзале и отвёз домой, – она всхлипнула.

– Детка, не плачь, ты разбиваешь мне сердце, всё будет хорошо. Наташа, не думай ни о чём, учись, живи, радуйся, только не плачь.

– Не могу, Эмиль, мне плохо без тебя, ни о чём не могу думать кроме тебя. Я постараюсь не плакать, только ты возвращайся ко мне, пожалуйста. Когда ты уезжаешь из Карелии?

– Послезавтра, милая. Улажу кое-какие дела с Вильемом и уеду.

– Эмиль, обещай мне, что ты будешь звонить мне каждый день, мне так будет спокойней, – попросила она.

– Я буду звонить тебе при каждом удобном случае, дорогая, как это будет возможно.

Наташа вздохнула.

– Не пропадай, не то я буду волноваться. И помни, что я люблю тебя, Эмиль.

– И я тебя люблю, детка. Я тебе ещё позвоню, а сейчас мне надо идти, Вильем ждёт меня, – я закрыл глаза, представляя какое у неё сейчас лицо.

– Целую тебя, Эмиль, звони, – и она отключилась. Последнее, что я услышал, это её всхлип.

«Ну вот, пока всё хорошо, у Наташи нет паники, а это хороший знак».

В голове прозвучал голос Вильема: «Ты идёшь завтракать? Или мне тут одному всё съесть?»

«Иду, иду, Вильем», – отозвался я.

– Как она, – спросил он, когда я вошёл в столовую.

– Немного поплакала, но, в общем, состояние у неё удовлетворительное. Короче, всё будет хорошо, до тех пор, пока я буду ей звонить.

Я задумался: «А долго ли я смогу ей звонить?» – вот в чём был вопрос.

2

Через день я собрался уезжать. Собрав вещи, я присел на кровать.

«Вот и всё! Прощай лето! Прощай Карелия! Прощай моё недолгое счастье!» Вздохнув, я полез в карман пиджака, чтобы проверить на месте ли документы, и обнаружил там какой-то лист бумаги. Вытащив его, я с удивлением увидел, что это была наша с Наташей фотография. Перевернув фото, я прочитал на обратной стороне: «Люблю тебя больше жизни. Всегда твоя Наташа».

Глаза защипало, и я смахнул набежавшую слезу. Нежная, милая девочка, улыбалась мне со снимка. Она мне даже не сказала, что Аврора прислала ей это фото, решила сделать мне сюрприз. Ну что же, сюрприз удался. Я аккуратно положил фотографию в портмоне.

«Ты всегда будешь в моём сердце, Наташа» – подумал я.

В комнату вошёл Вильем.

– Собрался? – он присел рядом со мной. – Эмиль, об этом трудно говорить, но прошу тебя, если ты почувствуешь, что умираешь, приезжай ко мне, где бы я ни был. Я, скорее всего тоже уеду отсюда через несколько месяцев, но где я буду, я дам тебе знать, только ты не исчезай бесследно, хорошо? И не опускай руки, возможно, мы найдём выход спасти тебя.

– Спасибо, брат, за поддержку, я надеюсь, что мы ещё увидимся, – я обнял его и похлопал по плечу. – Ну, всё, пора ехать.

На вокзале мы долго стояли молча, мысленно общаясь друг с другом, чтобы люди не слышали о чём мы говорим.

«Вильем, а как же демоны? Нельзя оставлять деревню без защиты».

«Они пока ушли из Хиитола где жили, и вблизи деревни их нет, думаю, они далеко отсюда, но мы будем приезжать сюда и отслеживать их действия», – ответил Вильем.

«Жаль, что не удалось убить Блейка, он вовремя удрал», – с сожалением сказал я.

«Всему своё время, Эмиль, и до него доберёмся когда-нибудь».

Подошёл поезд, и Вильем обнял меня.

– Не теряйся, держи связь с нами.

– Конечно, брат, спасибо тебе за всё.

Я расстался со всеми: с Наташей, Авророй, Фрейей, Эриком и Вильемом. Я остался один на один со своими мыслями. Увижу ли я ещё кого-нибудь из них?

Приехав в Москву, я почти сразу же вышел на работу. Коллеги, увидев меня, обрадовались, а заведующий клиникой – Степан Андреевич, с облегчением вздохнул.

– Ну, наконец-то приехал. Эмиль, у нас без тебя тут полный завал. Выручай, операции некому делать, кто в отпуске, а кто на «больничном». Да и толк только от тебя есть, поработай пока без выходных, оплата вдвойне.

Я молча положил ему на стол заявление об увольнении. Прочитав его, он недоуменно посмотрел на меня.

– Эмиль, почему? Ты нашёл место лучше?

– Нет, мне просто надо уехать за границу, – ответил я.

– Тебе там сделали выгодное предложение? – он одел очки и снова перечитал заявление.

– Сделали. Но я ещё не решил, буду ли я у них работать.

– Если ты ещё не решил, может, поработаешь пока у нас? – с надеждой произнёс он.

– Нет, Степан Андреевич, я еду за границу по личным делам, работа это второстепенное.

– Хорошо, но тебе, Эмиль, придётся отработать две недели, ты же знаешь закон.

– Я отработаю, это не проблема, – ответил я.

– Ох, очень жаль, Эмиль, что ты уходишь от нас, очень жаль. С тебя стол, как положено, через две недели.

Я улыбнулся.

– Стол через две недели будет, Степан Андреевич.

Я не спал уже полтора месяца, а тут ещё бесконечные операции без выходных. Позвонила Наташа.

– Эмиль, ты куда пропал? Почему не звонишь? У тебя всё в порядке? – засыпала она меня вопросами, когда я ответил на вызов.

– Привет, детка, я тоже рад тебя слышать. Прости, замотался совсем. Вышел на работу, меня тут же загрузили, даже поспать некогда.

– Бедный мой, Эмиль, – с сожалением произнесла она, – найди время отдохнуть, я за тебя переживаю.

– Скоро отдохну, через неделю, – сказал я.

– Ты подал на увольнение, Эмиль?

– Да, мне осталось отработать неделю ещё, и тогда отдохну.

– Ты всё-таки едешь за границу, – грустно сказала Наташа.

– Еду, дорогая, но не знаю на сколько, возможно я быстро вернусь оттуда, чем предполагаю, – попытался я её успокоить.

– Хорошо если бы ты, Эмиль, не задержался там. Я, каждый день, каждый час и каждую минуту думаю о тебе, – тихо сказала она в трубку. – А ты? Ты думаешь обо мне? – взволнованно спросила она.

– Конечно, детка, думаю. Спасибо тебе за фотографию и за слова, которые ты написала на ней, это хорошая память о тебе, любимая. А твоё колечко я повесил на цепочку и ношу на шее, – я расстегнул ворот рубашки и показал ей её подарок.

Она тихонько засмеялась.

– Я так и знала, что ты будешь рад моим подаркам.

– Милая, это самые лучшие подарки, которые я когда либо, получал!

– Спасибо, Эмиль. Я тоже храню твои подарки, и они самые лучшие, потому что их подарил мне ты.

– Эмиль! – послышался голос из ординаторской. – Хватит болтать по телефону, больные ждут.

– Кто там кричит? – спросила встревоженная Наташа.

– Наташа, меня зовут, я на работе, мне надо идти.

– Эмиль, звони мне, когда сможешь, – голос её дрогнул.

– Конечно, любимая, позвоню как смогу. Не плачь, целую.

Прошла ещё неделя, и настал последний день моей работы в клинике. Как было заведено там, я заказал в ресторане разных блюд и закусок, и вечером после работы приехала машина с доставкой. Женщины с удовольствием занялись сервировкой стола, иногда перешёптываясь и поглядывая на меня. Я знал их отношение ко мне, но делал вид, что не замечаю их страстных взглядов в мою сторону. Тем более что за пять лет моей работы в клинике, многие из них стали выглядеть старше меня, чему они очень удивлялись и просили поделиться с ними секретом молодости. Так что, если бы даже не Наташа, мне всё равно пришлось бы уволиться с этой работы.

Проводы были в самом разгаре, когда ко мне подсела Лена анестезиолог, недавно окончившая институт, и как год работающая в нашей клинике.

– Уезжаешь, Эмиль? – спросила она.

– Да, за границу, – неохотно ответил я, мне не хотелось ни с кем разговаривать, тем более с подвыпившей женщиной.

– Очень жаль, Эмиль. А я имела на тебя виды. Ты же не женат, нет?

– Нет, не женат, – ответил я.

– Так возьми меня с собой, в твою Америку, – она пододвинулась ко мне вплотную.

– И, что ты там будешь делать? – усмехнулся я.

– Любить тебя так, как никто другой не сможет, – внезапно осипшим голосом сказала Лена и пристально посмотрела на меня.

Я покачал головой и улыбнулся, не ответив ей. Она отодвинула стул и прищурила глаза.

– Или у тебя уже есть кто-то? Ну, скажи, есть?

Она стала меня утомлять.

– Есть. У меня уже есть девушка, так что извини, я занят, – с надеждой, что она отстанет, сказал я. Но она и не думала отступать.

– И кто она? Неужели с нашей клиники?

– Нет, не из клиники, – мне хотелось побыстрее закончить этот разговор.

– А, какая-нибудь провинциалочка! – закивала она головой. – Ну-ну, Эмиль, смотри не пожалей потом об этом, – она икнула и потянулась за стаканом с соком.

– Буду очень стараться не пожалеть, – я встал из-за стола и направился к выходу. Слушать пустой разговор Лены, мне надоело, и нагрубить ей мне не позволяло чувство такта. Я вспомнил Наташу. Как она отличалась, от всех этих напыщенных модниц, считавших себя неотразимыми. Скромная, милая, естественная по своей натуре и простая девочка из провинции, была намного красивей и желанней всякой столичной штучки. Я подошёл к Степану Андреевичу.

– Извините, я наверно пойду домой, очень устал за эти две недели.

Он пожал мне руку.

– Очень приятно было работать с тобой, Эмиль. И если передумаешь, милости просим обратно к нам. Такими специалистами, как ты, Эмиль, не разбрасываются, недаром тебя знают даже за границей. Ты талант в своём роде.

– Спасибо, мне тоже приятно было с вами, и всем нашим коллективом, работать.

Выйдя на улицу, я с облегчением вздохнул. Вот и прошло время прощания. Мне не впервой было расставаться с коллегами и друзьями по работе, и я к этому уже привык. Сколько людей прошло мимо меня, за всё моё существование, я и не помнил. И лишь один человек, с которым я хотел остаться навечно, и с которым я не хотел расставаться, была Наташа, единственная, моя любимая девочка.

Придя домой, я принял душ, и наскоро перекусив, лёг на кровать. Воспоминания о прошедшем лете вновь всплыли перед глазами. Я вынул фотографию, которую Наташа положила мне в карман пиджака, и прикрепил её на стену. Я лежал и смотрел на неё, весёлую и счастливую, пока не уснул. Два месяца бессонницы дали о себе знать.

Мне снилась Карелия и Наташа. Она была в том же бирюзовом платье, что и в ресторане. Она смеялась и обнимала меня, шепча мне на ухо: «Вернись ко мне, Эмиль, пожалуйста».

Я целовал её губы и гладил её волосы, не веря во сне, что она рядом со мной. Проснулся я через два часа, и понял, что это был всего лишь сон, отвернувшись к стене, я застонал. Я не мог жить без неё, и я не знал, что мне делать. Ужасное чувство тоски разлилось по всему телу, я медленно умирал.

3

На почту пришло ещё одно письмо из Принстона, с приглашением на работу. Я вздохнул: «Надо соглашаться. Это хороший повод уехать в США. А как же тут Наташа останется? Без защиты, совсем одна?» – подумал я.

Я боялся, что её может разыскать Влад Блейк, надо было принять какие-то меры для безопасности девушки. Сев за компьютер нашёл сайт города Эсно, в котором жила Наташа, и начал просматривать страницы пользователей, в надежде найти там кого-нибудь из лелей. Наконец я наткнулся на одного молодого человека по имени Станислав Назаренко. Без сомнения он был лель, и я написал ему письмо, с просьбой связаться со мной по скайпу, в дополнение к этому, я выслал ему свой пароль. На следующий день мы с ним связались, и он, улыбаясь, поприветствовал меня.

– Не ожидал, что в интернете встречу кого-нибудь из своих, наши так редко пользуются им, – начал он дружелюбно. – В чём проблема, брат? Тебе нужна помощь?

Вкратце описал ему свою ситуацию с Наташей, упомянув Влада.

– Я очень переживаю за неё, а мне надо уехать за границу. Не мог бы ты приглядеть за ней? – попросил я.

– О чём речь, Эмиль, конечно, помогу! Он немного помолчал и, вздохнув, продолжил: – Первый раз слышу, чтобы кто-то из Небесных был влюблён в человека. У тебя, Эмиль, тяжёлая ситуация.

– Согласен, Стас, поэтому и попрошу тебя проследить за её жизнью. И если она кого-нибудь встретит, я имею в виду мужчину, и у неё будет налаживаться личная жизнь, сообщи мне, пожалуйста. В таком случае, я оставлю её в покое, и не буду мешать жить.

Он кивнул, соглашаясь с моим решением.

– Всё сделаю, как ты просишь. Держись, брат. И вышли мне её адрес, и желательно фото. Когда захочешь, свяжись со мной, или я с тобой, если у меня будут для тебя новости.

Я поблагодарил Стаса, и мы отключились от скайпа. Лели очень отличались в этом смысле от людей, любой лель или лада, придут тебе на помощь, даже если мы друг друга не знаем, это сильно объединяло наш народ.

– Фу, – с облегчением выдохнул. Теперь она в безопасности. Блейк не посмеет сунуться к ней в городе, если будет знать, что Наташа под присмотром леля. Неплохо, если я буду знать, как Наташа живёт, в случае чего, я просто исчезну из её жизни, чтобы не мешать её счастью.

Позвонил в аэропорт и заказал билет на самолёт, завтра я должен улететь. Перед отъездом мне надо было сделать пару звонков. Первый звонок был Вильему.

– Я завтра улетаю в Принстон, Вильем. Оттуда мне пришло приглашение на работу, в нейрохирургический центр.

– Спасибо, Эмиль, что сообщил мне, где ты будешь. Не знаю, что тебе сказать. Если что, приезжай обратно, мы ещё хотим видеть тебя живым и по возможности здоровым.

– Я приеду, брат, в любом случае приеду.

– Как Наташа? Ты сообщил ей, что улетаешь?

– Нет ещё, сегодня позвоню. Я нашёл в её городе одного из наших – Станислава Назаренко, он обещал приглядеть за ней. В случае если она выйдет замуж, или начнёт с кем-нибудь встречаться, он сообщить мне.

– Всё правильно, Эмиль, всё правильно. Прилетишь в Принстон, свяжись со мной.

Второй звонок был Наташе, я связался с ней по скайпу. У неё был обеспокоенный голос, и она постоянно хлюпала носом.

– Уезжаешь? Уже завтра? Эмиль, я надеюсь ненадолго?

– Я тоже на это надеюсь, милая, но максимум на полгода, – ответил я, в надежде, что за это время что-то изменится.

– Звони мне из Принстона, как можно чаще, любимый, я каждый день буду ждать твоего звонка, – голос её дрожал.

– Как смогу, дорогая, как смогу, – задумчиво ответил я.

Лицо у неё было заплаканным. Она протянула руку к монитору компьютера, и я понял, что она гладит моё изображение.

– Эмиль, ты выглядишь измученным.

– А у тебя, детка, опухли глазки от слёз, прошу тебя, не плачь так часто, я живой и здоровый пока, и меня ещё рано оплакивать.

– Прости, Эмиль, больше не буду, – она быстро вытерла лицо, и попробовала улыбнуться.

– В следующий раз, когда мы с тобой свяжемся, чтобы твои глазки были сухими. Хорошо, детка? – мне хотелось её как-то успокоить, но я точно не знал как.

Наташа тихонько, сквозь слёзы засмеялась.

– Хорошо, Эмиль, я буду стараться. Только и ты постарайся высыпаться и не переживать за меня, а то ты тоже неважно выглядишь.

– Обещаю исправить это недоразумение, – подмигнул я ей.

– Эмиль, у меня есть для тебя новость, – она смущённо поправила волосы.

– Какая, детка? – заинтересованно спросил я.

– Я не еду учиться в Питер, я остаюсь дома. Я забрала документы с экономического, и поступила в наш медицинский.

– Хм, это неожиданно. И какой же ты выбрала факультет?

– Пластической хирургии.

– Это призвание, милая, или как? – я был обескуражен её внезапным решением.

– Нет, скорее всего, я хочу стать врачом, как и ты.

– У меня появился конкурент? – пошутил я.

Наташа рассмеялась.

– Эмиль, мне до тебя далеко, но я надеюсь стать неплохим хирургом.

– Удачи тебе, детка, в учёбе, я тоже верю, что ты станешь хорошим врачом. Но тебе надо стараться, чтобы стать им.

– Я буду стараться, Эмиль. Когда приедешь, увидишь, что я учусь хорошо, – уже веселее ответила она.

– Мне пора собираться, ещё надо закончить кое-какие дела. Я позвоню тебе из Принстона, – пообещал я.

– Люблю тебя, – послала она воздушный поцелуй.

– Взаимно, милая.

Сидя в самолёте и глядя в иллюминатор, я думал: «Смогу ли я вернуться ещё в Россию? Вернуться к близким и родным лелям и ладам? Вильему, Эрику, Авроре и Фрейи, с их семьями? Смогу ли я, ещё раз увидеть их? И смогу ли я, ещё раз увидеть Наташу? Хоть ещё один раз! Я бы всё отдал за это, чтобы ещё раз посмотреть в её глаза, увидеть её улыбку, ощутить теплоту её тела, и почувствовать жар её губ».

Самолёт взлетал, увозя меня в страну, под названием – «Неизвестность».