Текст книги "Дьяволица (СИ)"

Автор книги: Натали Лавру

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

– Да хоть казните! – с неприязнью в голосе объявил Эд.

– Для начала ты вернёшь нам упущенную выгоду, а там посмотрим, – решила я.

«И как я должен это сделать?» – подумал про себя он, а я вслух ответила ему:

– Да как угодно! Убирайся вон и начни прямо сейчас! Результаты мне нужны к завтрашнему утру!

Эд убрался, как ему велели. Кто-то сочувственно проводил товарища взглядом, остальные уже ждали, чьё имя я назову следующим.

– Хорк!

Хорк на несколько секунд застыл на месте: всё его естество словно окаменело. Он был единственным из трёх предателей, кто до сих пор сомневался в правильности своего выбора. Но если Майк не имел цели убить товарища, то Хорк преднамеренно сдал своих, что едва не привело нас с Диланом к гибели, пока мы жили на Филиппинах. Лишь бдительность Альгиса помогла увести врагов с нашего следа.

Хорк знал, что не жилец, потому медлил. И вдруг, вместо шагов навстречу смерти, рванул прочь, расталкивая всех на своём пути.

Я немедленно взяла контроль над телом Хорка. Когда он понял, что тело не подчиняется ему, издал отчаянный вопль. Ноги понесли его к месту приговора.

– Майк заслужил безболезненную смерть, – сказала я. – Он больше не член клана убийц. У меня нет к тебе вопросов, Хорк, потому что мне открыты все твои мысли и эмоции. Но остальные не знают, в чём я обвиняю тебя, – дальше я обратилась уже ко всем собравшимся: – Так как моё вступление в должность верховного правителя было внезапным, я далеко не сразу научилась пользоваться силами и знаниями Иуоо. Чтобы усвоить огромный объём информации, требуются десятки лет. Также я полагала, что мои люди останутся верны мне, и жестоко поплатилась за это. Полгода назад Хорк отравил Юстаса и избавился от тела. Эти двое должны были обеспечивать нашу с Диланом безопасность, но Хорк сдал наше местоположение врагам. Только благодаря оперативности наших лучших служителей живы мы, верховные, и все вы.

На то, чтобы контролировать тело Хорка, уходило немало моих сил.

Вернулся Альгис и снова занял своё место слева от меня. Его появление подействовало ободряюще, но за спиной я услышала глухой звук падающего на бетонный пол тела. Это был Дилан. Он и без того едва держался на ногах, а теперь и вовсе потерял сознание.

– Максим, отнеси его в комнату, – приказала я.

На какое-то мгновение я перестала управлять телом Хорка, и тот, без капли собственного достоинства, упал на колени.

– Казнить его! – громко объявила я и затем обратилась к Альгису. – Я возьму его тело под контроль. Гореть он будет заживо.

Хорк истошно завизжал. В толпе послышались крики: «Поджарь его на слабом огне!», «В ад его!», «Предатель!» На беду Хорка, у Юстаса среди чистильщиков было много друзей.

Альгис увёл второго предателя, а я почувствовала, что мои силы на исходе. Я замерла и обвела взглядом зал.

Вдруг, воспользовавшись замешательством, вызванным падением Дилана в обморок, решил высказаться сам Геворг:

– Почему мы должны верить в твою силу? Пару слабей, чем ваша, даже представить нельзя! Я семь столетий служил Иуоо, и при нём не было предателей! А при твоём правлении мы гибнем пачками! Ты ничего не можешь! Этому клану нужен другой верховный.

– Выйди, Геворг, и встань рядом со мной, – приказала я.

Он вышел, демонстрируя всем свою мощную энергетику. Его глаза горели дьявольским огнём.

– Кому должен был достаться титул верховного? – поинтересовалась я. – Тебе? Ты настолько слаб, что своевольно переметнулся на сторону врага и сдал нас. Ты много лет был приближённым Иуоо в надежде, что, вместо Альгиса, верховенство достанется тебе. Но Иуоо не выбирает следующего правителя. Ты должен был смириться, но вместо этого опустился до предательства. Ты решил, что, раз не можешь возглавить клан, то должен его уничтожить, – я обратилась к остальным: – Господа! Мне известно, что Геворг разговаривал с каждым из вас и пытался склонить на сторону врага. Двое поддались, но большинство остались безучастными. Вы не забили тревогу, что среди вас предатель, никто никого не сдал. В результате погибли ваши товарищи. Это была жестокая проверка для вас, и вы её провалили. Я тоже вынесла из этого урок. Если бы на нашем с Диланом месте был Геворг, то он и все вы были бы уже мертвы.

– Ты своё испытание тоже провалила, – гаркнул Геворг.

Удивительно, но в его душе не было страха. Он был уверен, что превосходит меня по силе.

Я снова замерла, наблюдая, как Альгис отправляет в печь закованного в цепи Хорка, как тот истошно вопит. Можно было бы обойтись без цепей, но Альгис подстраховался на всякий случай.

Хорк появился в клане всего двумя годами раньше нас. Иуоо давал ему самые гадкие поручения, потому что Хорку было всё равно, кого убивать. У него не было принципов и морали.

Максим бросил бесчувственное тело Дилана на кровать и торопливо вернулся. Я словно очнулась из забытья и снова заговорила:

– Мне очень жаль, Геворг, что твоя сила больше не служит клану. Горько и тем, кто долгие годы был твоим товарищем. Некоторые до сих пор не могут в это поверить. Я давно знаю о твоём предательстве и у тебя был шанс, чтобы одуматься. Но ты сделал свой выбор. Сегодня ты умрёшь.

– Думаешь, я сдамся тебе, как эти сопляки? – надменно оскалился он.

– Мне даны силы, чтобы удерживать баланс жизни на планете, но я вынуждена тратить их на тебя. Ты прожил несколько сотен лет, но так и не понял, зачем существуешь. Мне печально смотреть на тебя.

Я уже перестала контролировать тело корчащегося в последних муках Хорка и переключилась на Геворга. Тот почувствовал моё воздействие, но оказал сопротивление. Его мощь могла сравниться с десятками новичков. Геворг, хоть и с усилием, но подавлял мой контроль. Максим сделал пару шагов в сторону Геворга, чтобы отразить атаку, если тот нападёт.

Слабость охватила всё моё тело, и я, перебарывая дрожь в ногах, отважилась на последнее средство:

– Геворг, Некрам!

Я ожидала, что он свалится на пол в адских муках и будет умолять скорее убить его. Сначала мне показалось, что заклинание на него не подействовало, но, заглянув в его сознание, поняла, что Геворг превосходно умеет терпеть боль.

– По силе ты мне не соперник, глупая баба. И твой щенок – тем более! – прорычал он.

– Ты не сможешь жить с этой болью вечно, – ответила я. – Я лишаю тебя права на жизнь.

Геворг одним мощным движением отбросил Максима к стене и занёс кулак надо мной, но тот, не достигнув цели, столкнулся с невидимой преградой.

– Твоя мощь восхищает, Геворг. Но даже будь у тебя пара, ты не стал бы верховным. Вселенная выбирает только тех, кто ни при каких обстоятельствах не пойдёт на предательство. А в тебе гниль зародилась ещё задолго до нашего с Диланом появления.

– Тварь! Ты отправишься следом! – прорычал он.

– Теперь я вижу в твоём взгляде отчаяние. Но ты не почувствуешь пламени на своём теле. Ты уже корчишься от боли. Боль пожирает тебя.

– С*ка! Всё равно ты слаба и скоро сломаешься! – не унимался предатель.

– Довольно! – махнула я рукой, не отводя глаз от осуждённого и снова проникая в его разум.

Максим оправился от удара и вернулся. Я приказала ему увести Геворга. Помогать вызвались ещё двое чистильщиков.

Теперь в толпе преобладали мысли о всеобщей слепоте: предательство было таким явным, но никто и не подумал бить тревогу: все были уверены, что в наших рядах такое невозможно.

Когда в крематорий привели Геворга, Альгис на мгновение оцепенел. Много столетий назад, во времена войны с колдунами, Альгис спас семилетнего мальчишку-полуволка из пожара. Маленький Геворг остался сиротой, но, по счастливому стечению обстоятельств, был принят в клан ангелов смерти. Геворг стал учеником Альгиса, очень способным и горделивым.

Шло время, Геворг повзрослел и начал ставить себя выше других. Он считал себя правой рукой верховного, его будущим преемником. На всех остальных он смотрел сверху вниз. А когда верховенство получили какие-то новички, Геворг не смог усмирить униженное чувство собственного достоинства и решил вершить справедливость сам, любыми способами. Вот во что вылилась жажда власти.

Геворг осыпал язвительными словами своего бывшего товарища, пока тот сковывал его цепью, ещё не остывшей после прошлого казнённого. Предатель не чувствовал прикосновений раскалённого железа, он был поглощён болью, она всё больше застила его разум.

В печи ещё не догорели тела предыдущих казнённых. Геворга бросили прямо на кости его приспешников. Получилась до боли символичная смерть. Я не снимала контроля над его телом до тех пор, пока его сердце не остановилось.

Все, кто остался в зале, молча ждали, когда я снова заговорю.

– Вот и всё, – выдохнула я. – Казнь окончена. Сегодня чёрный день для всех нас. Об остальном поговорим завтра. Общий сбор в семь утра. Объявите это тем, кого сейчас здесь нет. Гарик, ты ответственный.

– Будет сделано, госпожа, – ответил Гарик.

Зал опустел, и я осталась одна. Можно было не тянуть из себя последние жилы и свалиться на пол. Я сидела на холодном грязном бетоне и представляла, что по крохам собираю энергию из воздуха.

Мне одновременно было горько оттого, что клан лишился сильнейшего члена, и радостно, что казнь состоялась.

Первыми крематорий покинули двое помогавших, а затем, немного помедлив, ушёл и Максим, оставив Альгиса наедине с его переживаниями.

– Мама? – подлетел Максим. – Почему ты здесь сидишь? Тебе нехорошо?

– Всё нормально.

– Идём на кухню, я сварю тебе кофе, – заботливо предложил он.

Я покорно приняла помощь.

– Альгис ещё остался там, сказал, что нужно, чтобы кости сгорели дотла, – сказал мне сын.

– Хорошо, – кивнула ему.

– Он выглядел расстроенным…

– Он растил Геворга, как сына, – пояснила я.

– А… – хотел было что-то сказать Максим, но не стал.

Кофе слегка приободрил, но голод заставил меня наброситься на мясо, и я ела его, пока в желудке не кончилось место.

– Отец ещё в отключке? – поинтересовался Максим.

– Да. Он ещё слаб для таких сборищ.

– А он точно идёт на поправку?

– С ним скоро всё будет в порядке.

Я вышла из-за стола и принялась за стряпню: решила сварить мясной бульон для Дилана. Руки занялись привычным делом, и уровень моего стресса снизился, даже удалось погрузиться в некий транс.

Дилан очнулся, когда я ещё была на кухне. Он резко сел на постели, ещё в обморочном отупении.

«Всё закончилось?» – спросил он.

«Да».

«Прости меня, прости, моя госпожа! Я тебя подвёл… – простонал он, упал на колени и начал бить себя кулаками по ногам. – Я бесполезен…»

«А ну прекрати этот цирк! Что ты себе позволяешь!?» – злобно осадила я его.

«Прости…»

Я налила бульон в пиалу и отправилась в комнату.

«Выпей его весь», – сказала я Дилану, передавая ему горячую пиалу с супом.

«Боюсь, меня снова вырвет», – сконфузился он.

«Пусть только попробует! Хлеб тоже съешь».

«Спасибо», – он покорно принялся пить обжигающий губы бульон.

«Когда закончишь, убери за собой. Я смертельно устала и хочу спать».

И действительно, сон мой был похож на смерть: без сюжетов и картинок в голове, просто тьма, лишённая течения времени. Если бы не настойчивые потряхивания за плечо, я могла вечно оставаться в этом забытьи.

«Диана? Диана?..» – повторял Дилан.

«М?»

«Семь утра. Собрание», – напомнил он.

«Ах, чёрт…» – я проверила, помнят ли об этом чистильщики, и увидела, что все, кроме одного зеваки, уже ждут меня в зале.

Пришлось подниматься с постели.

Дилан, всё так же больше похожий на покойника, чем на живого человека, смотрел на меня виноватыми и умоляющими глазами.

«Ты останешься», – коротко сообщила ему я.

Он выдохнул и поник.

В зал я вышла после того как все чистильщики собрались вместе.

– Наконец-то все в сборе! – громко сказала я, будто только и ждала, пока все подтянутся. – А сейчас новость для всех: мы переезжаем. Я уже занимаюсь поиском подходящего для нашего укрытия помещения, и могу сказать, что это будет не завод.

– Это в Москве? – спросил Сокол.

– Всё будет зависеть от успехов Эда, – я улыбнулась. – Кстати, Эд, выйди, поделись успехами.

– Ну, я связался с людьми, которые организуют легальные документы, на которые можно открыть новые счета. Через три часа у меня встреча, – доложил Эд.

– То есть за один день ты сделал больше, чем за год?

В зале послышались смешки.

– Нас много! Почему именно я должен был этим заниматься? – огрызнулся он.

– Потому что тебе это поручили! – повысила голос я. – Даже если от меня останется одна голова, ты должен быть предан мне, как псина! Тебе ясно?

– Д-да, госпожа, – часто моргая, пробормотал Эд.

– Вот и славно, – я снова обратилась ко всем. – Сегодня я по очереди подключусь к каждому из вас и раздам задания. Держите наготове лист и карандаш. У кого-нибудь есть вопросы?

– У меня есть! – поднял руку Кай, которого не было на вчерашнем собрании. – Я только что прилетел. Можно мне устроить себе пару выходных?

– С какой стати? Ты и без того прекрасно расслабился в Вене. Но так и быть, ты пока останешься в Москве и займёшься поисками нового пристанища для нас.

Красавчик Кай скорчил кислую гримасу, сунул руки в карманы спортивных брюк и сжал кулаки.

– Вчера мы сожгли троих недовольных, если ты не в курсе, – напомнила я. – Чтобы наверстать упущенное, мы будем работать вдвое более интенсивно. Не волнуйся, тебе достанется кое-что особенно интересное.

Больше ни у кого вопросов не возникло. Все до сих пор находились в лёгком шоке от вчерашней казни.

Народ разошёлся.

После собрания ко мне подошёл Максим:

– Привет, мама! Хочешь, я приготовлю тебе завтрак? – нарочито заботливо предложил он.

– Спасибо, я сама.

– Как отец?

– Нормально, – не стала вдаваться в подробности я. – Я знаю, о чём ты хочешь спросить.

– Да… – он замялся.

– Максим, перед тобой сложный выбор. В твоём случае угодить всем не получится. Если твоя старшая дочь останется в семье, то её жизнь оборвётся в двадцать два года. Её нейтрализует клан. У девочки, помимо отсутствия пары, гиперген.

– Но ген проявит себя после семнадцати лет! – воскликнул он.

– Я вижу её будущее, не забывай, – напомнила я.

– Но если я заберу её, Маша меня не простит… – чуть не плача, прохрипел он.

– Да, Максим, – согласилась я. – Однажды и ты умрёшь для своей семьи.

– Дай мне ещё немного времени, мама, умоляю тебя…

– Хорошо. До рождения младшей дочери ты можешь пожить обычной человеческой жизнью. У меня для тебя нет заданий. Но через полгода мы забираем Марго из семьи.

– Спасибо, мама. Я… Я постараюсь со всем справиться.

– Можешь быть свободен.

Максим поцеловал меня в щёку и удалился.

Так как кухня была переполнена, я вернулась в комнату.

«Диана, я подвёл тебя вчера… Прости», – повинился Дилан.

«Вчера моей задачей было показать, что я – их лидер и что в моих руках огромная мощь. А ты показал нашу слабость».

Дилан опустился передо мной на колени в знак того, что готов понести наказание.

«Довольно! Может быть, этот случай заставит тебя слушать мои приказы!»

«Да, моя госпожа. Я больше не ослушаюсь тебя. Обещаю».

«Возвращайся в постель, у тебя высокая температура», – я прислонила ладонь к его лбу.

«Да, да, – он торопливо поднялся нырнул под одеяло. – Кажется, я подхватил вирус. Ломит кости».

Я немного порылась в его мыслях и выяснила, что он ворочался без сна почти всю ночь.

«Очередной «сюрприз». Я принесу тебе таблетку и завтрак», – сказала я и отправилась на кухню.

«Прости, что тебе приходится возиться со мной», – в очередной раз извинился Дилан. Его изводило чувство вины за собственную немощь.

Глава 19

С нашего окончательного возвращения в клан убийц прошёл год.

Дилан только-только восстановил прежнюю форму, ежедневно изнуряя себя тренировками до последней капли пота. Сил ему придавало презрение к себе прошлому, когда он падал в обмороки от малейших нагрузок. С каждым днём Дилан наращивал темпы работы над собой, и в этом ему помогал Альгис.

Мы перенесли нашу базу в особняк в ближайшем Подмосковье. Место выбрали идеальное: недалеко от кольца, большой участок, вокруг лес, соседи далеко.

Со дня казни предателей Служба Смерти больше не потеряла ни одного своего члена и, напротив, приняла в свои ряды новеньких. Самой младшей стала Марго, моя родная внучка, которой исполнилось всего два.

Максим ползал на коленях и умолял, чтобы я позволила ему не умирать для семьи ещё несколько лет, пока Настенька, младшая дочка, ещё маленькая. Машу, свою жену, Максим по-своему, но всё же любил.

Я уступила, хотя моё сентиментальное решение шло вразрез с законами клана.

Воспитание и тренировки Марго я поручила Дилану. Такая ирония судьбы: он был никудышным отцом, но теперь получил шанс стать любящим дедушкой для внучки, которая больше похожа на меня, чем на свою мать. Если карма существует, то это она.

Характер у девочки оказался вредный. Марго не столько расстраивалась из-за разлуки с мамой, сколько истерила по поводу невседозволенности. Поэтому подобия тренировок проходили в игровой форме: Дилан возил её в батутные центры, парки аттракционов и комнаты для детей. В общем, со строгим воспитанием будущей воительницы не задалось с первого дня.

***

Спустя полгода после появления в нашем клане Марго мы отправились в Японию, чтобы забрать к себе мальчика, который однажды станет парой для нашей внучки.

Дела у японского клана полуволков шли ещё хуже, чем у европейского. Полина оказалась права. Из-за малочисленности народа у многих в подрастающем поколении не было подходящей пары. Можно сказать, клан наполовину состоял из несчастных одиночек, которые находили утешение лишь в работе и виртуальной реальности.

Глава японского клана, Изао Накамура, несмотря на веские аргументы с нашей стороны, не хотел отдавать мальчика. Мне пришлось опуститься до угроз.

Нам дали зелёный свет только когда мои слова о том, что всем не поздоровится, подкрепились начавшимся землетрясением.

Чашка Изао свалилась со стола и разбилась, забрызгав ему горячим чаем белые носки, торчащие из-под брюк.

– Прекратите это! – потребовал он и хлопнул ладонью по столу.

Я лишь выжидающе склонила голову и иронично улыбнулась.

Дилан сзади как ни в чём не бывало развлекал Марго.

– Хорошо, забирайте мальчишку. Всё равно нам не избежать слияния кланов полуволков, – сдался он.

Тут же землетрясение прекратилось, как будто ничего не было.

– Это верное решение, – кивнула я. – К тому же мальчишка – сирота. Полагаю, вас не затруднит оформить документы на его усыновление?

– Но у него уже есть приёмная семья, – вдруг вспомнил господин Накамура.

– Человеческая, – блеснула я осведомлённостью. – И это нарушение законов клана. Осиротевших полуволков должны воспитывать сородичи. Но это ваши проблемы. Меня не волнует, как вы собираетесь забрать мальчика из семьи. У вас три дня, – назначила я срок. – Если через семьдесят два часа вы не отдадите нам ребёнка, вас ожидают плачевные последствия.

И мы ушли.

Изао Накамура прошипел нам вслед что-то невнятное, но был бессилен как-то поменять условия в которых оказался.

А спустя три дня десятилетний Юки Араи был наш.

И если маленькую Марго можно было ублажить игрушками и ласковыми словами, то с мальчишкой, почти уже подростком, просто так не совладать. Его приёмные родители порадовались избавлению от одной большой проблемы по имени Юки.

В самолёте мальчик спал и играл в телефоне, а по приезде на базу, когда у него отобрали любимый гаджет, устроил представление с метанием кухонных ножей во всех, кому «посчастливилось» трапезничать в этот момент.

Не будь мы бессмертными, пара-тройка трупов уже лежала бы на полу в луже крови.

Один нож вошёл в стену, где ещё долю секунды назад была голова Дилана, второй прилетел Эду в шею, третий Гарику в спину.

Эд подавился, вытащил из шеи нож, сплюнул кровь в салфетку и спокойно вернулся к трапезе. Гарик лёгким движением избавился от лезвия в спине, будто смахнул присосавшегося комара, и продолжил кромсать в тарелке свой стейк.

Юки стоял обескураженный. Оставшиеся ножи выскользнули из его рук на пол, а сам он затрясся, думая, что ему после такого не жить.

«Пусть им занимается Альгис», – решила я.

«Почему не я?» – поинтересовался Дилан.

«Альгис знает японский, как родной. За год он натаскает мальчишку в языках и боевых искусствах. Ребёнок запущенный, практически бесконтрольный. У Альгиса есть опыт для работы с такими, – пояснила я. – Ну а Марго по-прежнему остаётся на тебе».

Дилан кивнул, обрадованный, что ему не придётся возиться ещё и с Юки. Со временем я и Марго планировала доверить нашему блестящему педагогу Альгису, но для начала ей надо подрасти.

Так как маленькой девочке было недостаточно одного мужского внимания, она часто проводила время со мной.

Я не рассчитывала, что мне придётся тратить время на игры с ребёнком, но от пронырливой малявки деваться было некуда.

– Дяня, пиятки! – требовала Марго, когда ей надоедало играть с Диланом.

И я, забывая о своём верховенстве, шла играть с ребёнком в прятки.

Всё-таки мы забрали ребёнка у родной матери, и нужно как-то компенсировать ей недостаток родительской заботы.

***

Семейные отношения Максима перешли в стадию предсмертной агонии.

Маша, хоть и подписала документы на передачу старшей дочери под опеку, не простила Максиму предательства.

Когда тот приезжал домой на побывку, Маша неизменно устраивала истерику, прогоняла его, грозилась подать на него в суд.

Максиму не хватало терпения, чтобы уладить конфликт, но умереть для жены и младшей дочери он не решался. Настенька совсем ещё кроха, и хочется сохранить хотя бы подобие семьи, ведь Максим их любит. Но некоторых вещей жене не объяснишь…

***

В нашей с Диланом жизни тоже всё шло не так гладко, как должно быть у истинной пары.

В погоне за неугодными для планеты людьми я похоронила в себе женщину. Каждую свободную минуту я ныряла сознанием в информационное поле и выискивала в переплетении нитей судеб сценарии, которые помогут мне отсрочить гибель Земли.

Соблюдая шаткий баланс между трансом и пребыванием в реальном мире, я коротала время. Дни, недели, месяцы, а затем и годы.

Время утратило для меня свою скоротечность. Лучшее подтверждение моего могущества – это как можно дольше продержаться на плаву. И, кажется, я только-только начала набирать полезный опыт, которым владел Иуоо.

***

«Почему ты больше не хочешь меня?» – спросил Дилан.

Я буквально пришла в ярость от такого вопроса. Мысли об интиме были мне противны, и дело тут в страхе перед грядущим, страхе упустить нечто важное. Всё второстепенное я выбросила из жизни.

«А как ты думаешь? Хочешь поменяться местами? Может, ты, – я сделала ударение на слове «ты», – будешь среди миллионов вариантов искать тот один, в котором мы останемся живы? Мы больше не принадлежим себе! Мы мертвы!»

Дилана не удивил и не испугал мой выпад.

«Ты устала, Диана. Усталость подтачивает твои силы и расшатывает нервы. Присядь рядом», – он похлопал ладонью по кровати возле себя.

В его словах было какое-то гипнотическое спокойствие, и я сделала, как он просил.

«Прости», – выдохнула я и опустила голову ему на колени.

«Я всё понимаю, просто силы нужно хотя бы иногда восстанавливать, иначе всё кончится скорее, чем мы хотели бы».

«Ты прав, – согласилась я. – Но сейчас я не готова снова чувствовать себя женщиной. А вдруг я снова упущу роковую ловушку? Я слишком за многих в ответе. Я не могу позволить себе отвлечься. Не могу так рисковать».

Дилан грустно улыбнулся и ответил: «Иногда я вижу в тебе мою маленькую девочку, какой ты была когда-то. Мы всё ещё здесь, вместе. Не зря же мы пара. И я не дам тебе забыть о нашем предназначении. Я буду с тобой всегда, даже когда всё кончится».

Глава 20

– Я позвала тебя, чтобы серьёзно поговорить, Альгис, – начала я.

– Слушаю, моя госпожа, – кивнул мой верный соратник.

– В ближайшее время у тебя прибавится подопечных.

– Окончательно передадите мне Марго? – уточнил он.

– И её тоже. Девочке уже три с половиной. Пора бы ей уже сближаться с Юки, пока они ещё потенциально совместимы, – я едва заметно улыбнулась. – Но это позже. На этой неделе мы едем в Турцию в отпуск, чтобы наладить контакт с будущим членом нашего клана. Точнее, будущей…

Альгис вопросительно наклонил голову.

– Ты помнишь Лизу? – спросила я.

Помнит.

Трёхлетняя девочка, умирающая от рака. Будущая целительница, от которой зависит судьба всего человечества и не только.

Сейчас Лизе уже шесть, и она снова больна. Правда, её мать ещё не знает об этом.

– Целительница в клане убийц? – не без иронии переспросил Альгис.

– Этот мир ещё сумеет тебя удивить, друг мой, – кивнула я.

– При всём уважении, вряд ли, – ухмыльнулся он.

– Увидим.

– Диана, ты решила отправить меня на пенсию? – спросил он.

– Вовсе нет. Пока что ты нужнее в качестве наставника. Позднее будет и практика, – пообещала я и отпустила Альгиса. Выслушивать о том, что тренерство – это не самое его любимое занятие, мне не хотелось.

***

На курорт мы отправились вчетвером: я, Дилан, Максим и Марго. Юки решили пока оставить с Альгисом, потому что парень до сих пор плохо контролируемый и временами «радует» всех своими выходками. Между Юки и Марго пока не возникло почти никакой связи, если не считать совместных пакостей.

Двумя днями позднее в наш отель заселились Надя с Лизой и Надин новый мужчина.

Наша знакомая активно пыталась строить свою личную жизнь. Выходило так себе.

В Турцию Надю с Лизой вывез Валерий, у которого Надя работала помощницей. Отношения у них сложились отнюдь не романтические: деньги с одной стороны и исполнение прихотей – с другой. Только расчёт и никаких чувств.

За отчаянными попытками выслужиться на работе и привязать к себе Валерия Надя упустила нечто важное касаемо её ребёнка: к Лизе снова вернулась болезнь.

***

Первая встреча с нашими знакомыми состоялась в отеле, на шезлонгах возле бассейна.

– Надя? – окликнул женщину Дилан, приподняв солнечные очки и позволяя себя узнать.

Надя, которая в этот раз была вдвоём с Лизой, остановилась, посмотрела на Дилана и сдвинула брови, пытаясь вспомнить, где могла видеться с этим человеком. Бесспорно, красивым, ухоженным, сильным.

– Дилан, – с улыбкой напомнил он.

Лицо у Нади сначала вытянулось, потом на нём отразились одновременно ошеломление, ужас, чувство вины, горечь и неверие.

Дилан не был похож на скелет, обтянутый синюшной кожей, которым его запомнила Надя. Она давно уже мысленно похоронила человека, который ради Лиза пожертвовал своей, судя по рассказам Максима, не самой состоявшейся жизнью.

Благодаря Дилану Лизу успели вылечить. Первые дни после сеанса Алтеи Морено Надя отчаянно не верила, что рак, сжигающий её дочь заживо, отступил. По приезде в Москву, на обследовании, врачи подтвердили: лейкемии нет. Ребёнок, пусть слаб, но смертельной опасности нет.

Целый год Надя чувствовала себя самой счастливой. Её дочь здорова!

Да, у них нет своего жилья. Да, Наде не везёт с работой и приходится вкалывать где попало. Да, пришлось отдать Лизу в круглосуточный детский сад, потому что другого выхода не было.

И вот – новая работа. Не пыльная. Офисная. Начальник – холостой мужчина, охочий до женских ласк. Не ищущий любви на всю жизнь, а просто мужик, которому для поддержания формы нужен секс.

Надя согласилась.

И вот – они впервые за всю Лизину жизнь полетели в отпуск. Настоящий.

Правда, Валерий наличию девочки был, мягко говоря, недоволен. Лишние траты. Плюс при ребёнке как следует не расслабишься.

Всё равно Надя была благодарна Валерию. Лиза хотя бы развеется, а то стала совсем замкнутая. Слова из неё не вытянешь.

– Привет, Надя, – встал с соседнего лежака Максим и тоже очаровательно улыбнулся знакомой. – Какая встреча! Как у вас дела?

– Да… – она не могла подобрать слов от растерянности и не знала, на которого из двух полуголых мужчин в плавках ей смотреть. – Дилан… Это вы… Ваше решение тогда… Вы спасли Лизу. О боже, я ведь думала, что вы… Простите…

– Ничего, я всё понимаю. Рад, что целительница помогла Лизе, – кивнул Дилан. – Не переживай, всё это осталось в прошлом, – он бросил мимолётный взгляд на Лизу, которая пряталась за мать. – Присаживайтесь, здесь под навесом не так печёт.

Надя с Лизой сели.

– Я так рада, что вы живы… Диана, она большая молодец.

– Кстати, она тоже здесь, в отеле. Отправила нас с Максимом и Марго вниз, чтобы уладить дела по работе, – максимально приветливо рассказал Дилан, а то Надя с дочкой выглядели сконфуженно. – Да, вот Марго, – он показал рукой на игравшую на соседнем шезлонге трёхлетнюю девочку, – моя внучка, дочка Максима.

Марго, услышав, что говорят про неё, отвлеклась от игры и потребовала:

– Я хочу мороженое!

– Максим! – Дилан кивнул в сторону вагончика с освежающим.

– Почему это я сразу? – нахмурился он. Пообщаться с Надей ему хотелось.

– А чей ребёнок? И попить принеси чего-нибудь холодного.

Максим ушёл.

– Боже мой! – всё ещё сама не своя от избытка эмоций, вздохнула. – Вы с Максимом так похожи! И оба такие… такие… Вас можно принять за братьев, а не за отца с сыном.

– Хорошо, что Максим сейчас этого всего не слышит, – усмехнулся Дилан.

– Как вам удалось так быстро восстановиться? Вы потрясающе выглядите, – Надя всё ещё обращалась к нему на «вы».

– Пожалуйста, давай на «ты», – попросил Дилан. – Мне на работе «выканья» хватает. А что касается восстановления, то сейчас любой каприз за наши деньги. Я начал заниматься спортом, и вот, снова чувствую себя человеком.

– Но как вы… ты меня запомнил?

– Пока болел, я не мог говорить, но временами находился в сознании, всё видел и слышал, – пояснил Дилан. – И я рад, что мы встретились спустя три года.

– Я тоже рада, хотя чувствую, что обязана вам всем… – перебарывая чувство неловкости, сказала Надя.

– В этом мире нет ничего дороже здоровья наших самых дорогих людей, – с намёком произнёс Дилан. – Как дела у Лизы? Я, конечно, не врач, но мне кажется, она не очень хорошо себя чувствует.

– Видимо, тяжёлая акклиматизация, – пожала плечами Надя. – Лиза последнее время часто болеет, вот я и взяла её с собой – укрепить иммунитет.

– Как давно её обследовали?

– Полтора года назад, – стыдливо призналась женщина. – Давно уже собираюсь, но с работой всё как-то не удаётся.

– Знаешь, что? Давай Диана осмотрит её, и вы поговорите. К тому же она очень обрадуется встрече со старыми знакомыми.

– Да, хорошо, – несмело ответила она, оглядевшись по сторонам.

– С кем вы сюда приехали? – поинтересовался Дилан.

– Мужчина. Валерий. Мой начальник.

– Предложи ему пообедать сегодня вместе с нами? – подал инициативу Дилан. – Мы с удовольствием с ним познакомимся. Ждём вас сегодня в ресторане «Жасмин» в семь. Отказ не принимается.

***

На встречу Надя с Лизой пришли вдвоём.

Накануне у Лизы сильно кружилась голова, и Надя увела девочку обратно в номер, тем самым оставив Валерия одного на пляже. Такой отдых пришёлся мужчине не по нраву. Разве весело кататься на катамаранах одному? А кто намажет спину кремом и принесёт коктейль?