Текст книги "Путь Шута или Пропавшая карта (СИ)"

Автор книги: Натали Галигай

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Жрица

У врат храма стою.

Запах тайны душу будит —

Путь в неизведанное.

Сначала появился мягкий и серебристый лунный свет. При этом свете стало заметно, что воздух будто был наполнен мельчайшей светящейся пылью. Потом появились бесконечные ряды древних книг. Книги не стояли на полках, они плавно парили в воздухе. Между ними вились ленты символов, чисел и образов. Путь преграждали не только книги, но и многослойные прозрачные вуали и завесы, они колыхались без ветра, то скрывая, то приоткрывая новые уголки этого странного пространства.

– Что это? Похоже на какую-то странную библиотеку!

Норта уже отчаялась плутать в этом лабиринте, отводя всё новые и новые завесы вуалей, открывая всё новые и новые ряды книг. К тому же девушку сильно тревожило то, что Арт при попадании в эту локацию, сразу вырвался из рук и исчез за вуалями.

– Думаю, мы в глубине карты Жрица, а это её знания или, другими словами, Общее Информационное Поле, Хроники Акаши, Космос смыслов, пространство Всегда и Везде. Есть много названий этой всеобщей библиотеке. Вон, видишь, часы?

За следующей завесой действительно висели часы без стрелок, там был только циферблат, заполненный вихрящимися песчинками света.

– Здесь прошлое, настоящее и будущее существуют одновременно, – продолжала Нора бодрым голосом. Происходящее явно нравилось ей, в отличие от её подруги.

– Не понимаю, чему ты радуешься! У меня уже руки отваливаются, отдёргивать эти занавески! – капризно пыхтела Норта.

– Люди в моём мире мечтают попасть в Хроники Акаши, годами сидят в медитации! Я уже видела это место в Осознанном сне, а теперь вот в реальности! – продолжала восторгаться Нора.

Тут её компаньонка дёрнула за новую завесу слишком резко и чуть ли не кубарем вывалилась в огромный зал.

В центре зала стоял трон из белого мрамора между двух колонн (чёрной и белой), позади висела плотная, тяжёлая ткань глубокого бархатно‑бордового оттенка. На ткани была прекрасная вышивка шёлком и металлическими нитями, местами – аппликации из полудрагоценных камней с изображениями гранатов.

– И что мне делать дальше?

– Очевидно, что садиться на Трон!

Норта потрогала холодный мрамор:

– Брр! Жёстко и холодно!

– Скажи спасибо, что твой Трон не из мечей поверженных врагов, сплавленных вместе пламенем Дракона!

– Бывает и такой? – удивилась Норта, – но как же... ведь можно пораниться!

– Да, вот, например, у Дейне..., то есть, у Королевы Мечей запросто мог бы быть такой.

Норта нерешительно уселась на Трон и одежда на ней преобразилась. Теперь Норта выглядела потрясающе в широких, струящихся голубых складках, ниспадающих на пол.

– Не поняла, – оглядела себя Норта, – если я Шут, то как я могу быть Жрицей?

– Ну, считается, что Шут может быть любой картой колоды. Со Жрицей у тебя несколько точек соприкосновения. Во-первых, вы оба интуитивны, во-вторых, непредвзяты. Жрица не судит, а наблюдает. Шут тоже лишён предубеждений, он смотрит на мир свежим взглядом. И, наконец, вы оба – на границе известного и неизвестного. Жрица сидит между колоннами (добром и злом, мужским и женским, светом и тьмой), и Шут стоит на краю пропасти.

– Что-то мне подсказывает, что здесь опять нас не покормят! – заметила Норта, ковыряя гранат из кроваво-красных камней на ткани позади себя.

Ответом на эти слова послужило тихое поскуливание под Троном.

– О, хотя бы Арт нашёлся! И то радость! Да, ты мой хороший! – новоявленная "Жрица" нырнула под Трон и начала гладить пёсика.

– Давай быстренько пройдём эту локацию, а у Императрицы тебя точно накормят на три дня вперёд!

– Легко сказать! Я совершенно не знаю, что делать!

– Смотри, у тебя гости!

И действительно, перед нашей попаданкой в мир Таро из дымчатого полумрака выступила фигура девушки и затараторила:

– Я Алина, мне 28 лет, я проект‑менеджер в IT‑компании. Веду блог о ментальном здоровье, езжу на электросамокате и придерживаюсь правильного питания.

Я уже полгода разрываюсь между двумя мужчинами и не могу сделать выбор. Кто они? Сейчас расскажу. Артёму 32 года, он архитектор. Он надёжный, с ним мне уютно, у нас долгие разговоры за ужином, планы на дом и собаку. Но он иногда занудный и душный.

А Кириллу 29 лет, он travel‑блогер. С ним у нас адреналин, спонтанные поездки, ощущение, что жизнь – приключение. Весело, но немного страшно: а вдруг завтра он соберёт рюкзак и махнёт в Тибет?

Я не могу выбрать. Боюсь упустить лучшее, ведь выбрав одного, автоматически потеряю то, что есть у другого.

– Боже, какая трогательная история! – впечатлилась Норта, – и что такое блогер?

– Так, не зацикливайся на мелочах... Определи главное: в какой карте сейчас находится эта девушка?

– Не знаю, наверное, Влюблённые...

– Да, нет, любовью здесь и не пахнет. Смотри, она не может сделать выбор, пытается усидеть на двух стульях сразу, не видит ни себя, ни партнёров. Это натуральная Двойка Мечей.

– Меня она, кстати, тоже не слышит. Что я вообще должна ей ответить?

– Жрица ничего не отвечает. У тебя на коленях лежит свиток. Посмотри, что там?

– Тут числа от 1 до 78. Наверное, нужно ответить цифрами?

– Здравая мысль! – похвалила Нора, – есть мнение, что Вселенная разговаривает с нами цифрами и символами. Можно найти, например, порядковый номер Двойки Мечей в последовательном ряду всех Арканов.

– Но у Младших Арканов нет порядковых цифр в общем ряду! Только по стихиям: Двойка Мечей вторая карта стихии воздух, это я знаю, – гордо заявила новоявленная Жрица.

– По большому счёту есть. Стихии тоже идут не как попало, а по порядку, так что за Старшими Арканами идут Жезлы, потом Чаши, за ними Мечи, наконец, Пентакли. Туз Жезлов тогда имеет номер 23, а Двойка Мечей в этой системе – это 52.

Норта попробовала открыть свиток на числе 52, и тут же Алина получила повязку на глаза и два меча в руки, померцала и исчезла.

– О, как интересно! – в очередной раз восхитилась Нора, – ты вроде как библиотекарь и проводишь каталогизацию. Любую ситуацию шифруешь числом и Арканом!

– Опять эти твои длинные словечки! – пробурчала подруга, – смотри, новая посетительница!

Перед Троном уже стояла средневековая нищенка вся в слезах и рассказывала свою душещипательную историю. Стояла она в залатанной одежде и босиком, ноги были покрыты ссадинами и грязью.

– Меня зовут Агнесса. Три года назад я бежала в город из деревни от войны и мора. Родители умерли, дом сгорел. Сначала мне везло: я нанялась служанкой в дом купца. Работала за кров и еду, мечтала заняться каким-нибудь ремеслом, но год назад купец разорился и выгнал прислугу, ему нечем было платить. Теперь я живу на улице. Днём брожу по рынку, прошу подаяния, ночью прячусь в заброшенных постройках.

– Как же так! Надо помочь! – заволновалась сердобольная Норта.

– Забыла, Жрица не вовлекается! Определяй Аркан!

– Совсем мне не нравится быть Жрицей, жестокосердной и равнодушной! А Аркан определить просто, это я поняла – Пятёрка Пентаклей.

– Так, номер 69.

Мерцание... и эта история тоже заняла своё место в общей картине мира.

– Я Кэлдер, пират без корабля, да и без удачливости. Зато у меня есть мои мечты.

Следующий посетитель выглядел так, будто его тело ещё здесь, а душа давно уплыла в неведомые дали: бесцветные глаза, гримаса разочарования на лице, лёгкая складка между бровей, опущенные уголки губ. Борода с проплешинами и застрявшими в ней крошками вчерашнего хлеба. Одежда не просто поношенная, а будто растворившаяся во времени. Камзол висел, будто когда‑то был впору, но хозяин усох. Весь он был похож на человека, которого будто слегка не дорисовали.

– Мои несбывшиеся жизни всё ещё танцуют перед глазами. Я вижу сундуки, доверху набитые дублонами. Они блестят в свете факелов, а я стою на мостике новенького корвета, и матросы кричат: "Капитан!" Но стоит мне протянуть руку, как мечта растворяется. В моих фантазиях баллады об отважном Кэлдере поют в каждом портовом кабаке: "Он обошёл три фрегата за ночь!", "Он выкрал карту сокровищ у губернатора!" Я представляю, как мальчишки на пристанях шепчут: "Вот он!", но в реальности лишь бармен бросает: Когда отдашь долг, Кэлдер?" А я мечтаю о рае с коралловыми лагунами и пальмами , где я сижу в гамаке, пью кокосовый ром и слушаю, шум прибоя. Но когда я открываю глаза, передо мной лишь лужи после дождя и крики чаек над грязной набережной. Вот была бы у меня настоящая команда, которая бы сказала: "Кэлдер, мы с тобой до конца. Мы будем делить добычу по совести, и петь залихватские песни под звёздами..." Но в таверне вокруг меня лишь пьяные незнакомцы, которым нет дела до моих грёз.

– Это просто! – заявила Норта, которая, к её чести, и не собиралась жалеть этого пустого мечтателя, – Семёрка Чаш, номер 43.

Несбывшийся пират испарился быстрее других.

– О, а эту женщину я знаю! – вскричала Норта, – это же леди Элиана! Мы приятельствовали с ней в Новограде, когда ездили туда с папенькой по его делам. Как же там, в столице было красиво! Дворцы из белого камня, в парках звучали вальсы. Мы гуляли по улицам, пока отец изучал свои научные трактаты!

Но леди Элиана не слышала вдохновенную речь Норты и рассказывала свою историю.

– ... вышла замуж в двадцать лет за богатого промышленника Эдуарда Левицкого. Брак был по расчёту, но мы уважали друг друга. Эдуард занимался железными дорогами и сталеплавильными заводами, я вела дом и инвестировала в недвижимость. Когда муж умер, я стала вести его дела. У меня три доходных дома в центре Новограда, имение с виноградниками, фруктовыми садами и пасеками, счёт в Императорском банке, который растёт без моего ежедневного участия...

– Слушай, Норта, давай закругляйся вести приём посетителей. Тут в медальоне опять твою Ленорман показывают! – послышался голос в голове у "Жрицы".

– Девятка Пентаклей – номер 73! – всё же распределила Норта свою знакомую, и скорее схватила медальон.

– Кто на этот раз к ней пришёл? Что-то никого не видно...

– Кажется, она делает расклад сама себе. Я даже узнаю этот расклад. Он называется Тайна Жрицы. Этот расклад открывает Вопрошающему Тайну. Конечно, если она есть.

– Слушай, Норочка, давай расскажи, что ей выпало? Вдруг она спрашивает про себя, а ответ будет мне? Это же я сейчас Жрица!

– Хм, логика в этом есть... Давай посмотрим. Хотя, читать чужие расклады неблагодарное дело: у всех свои значения Арканов.

– В смысле, свои? – удивилась Норта, – разве они не общепринятые?

– Да, общепринятые, но у каждого ещё и обязательно – свои. Это вопрос договорённости с твоей колодой в твоей системе гадания. В магии вообще много основанно на договорах и контрактах.

В медальоне тем временем показалась знакомая бархатная скатерть такого насыщенного синего оттенка, что можно было провалиться в глубину этого цвета. На скатерти лежали девять карт.

– Ну, что, есть у меня тайна? – с любопытством вопрошала Норта

– Несомненно... – каким-то странным голосом ответила её личная Звёздочка, – но не у тебя, а от тебя...

– Странно, – вдруг забормотала из медальона Ленорман, – это тайна, которую нельзя вынести!

– Вы, что, сговорились, отвечать загадками! – возмутилась Норта.

– В позиции Скрытое – Луна, – продолжала гадалка, – иллюзии, обман. Кто‑то вводит в заблуждение...

– Слушай, подруга, реально, не каждую правду надо знать! Это самая большая опасность Жрицы – узнать тайну, к которой не готов! – Нора почти кричала, – можно сойти с ума, если не справишься с этой тайной.

– Да, говорите уже! – Норта тоже повысила голос.

– Я не стану, – спокойно и твёрдо сказала Нора.

Но Лена Ленорман продолжала шептать себе под нос, и остановить её было не в Нориной власти:

– Жрица узнаёт правду...

В её руках появился Аркан Император.

– Вот он, тот, кто держит нити судеб в своих руках. Тот, кто всех создал... всех персонажей. Мир – это история, написанная пером отца.

– Что это значит? Мой отец он... он тоже писатель!

Гадалка уже вошла в какой-то транс и говорила нараспев, не своим голосом:

– Писатель? Или демиург? Эти стены, эти карты, я и ты – всё это лишь строки в его книге. Мы родились не в этом мире. Мы родились на страницах его романа.

Карта Император задрожала и поменяла облик: черты Аркана размылись, проступило родное лицо. Лицо её отца.

В окошке медальона появились строки текста, словно написанные пером на полях черновика: "надо усилить конфликт"... "добавить деталей"... "пусть столкнётся с большей опасностью"... "Жанр должен быть Бояр-аниме, нет, пожалуй, это не подходит, всё же эзотерическое фэнтези"...

Порыв ветра резко перевернул стопку листов на столе. На них мелькнули наброски сцен из жизни Норты: эскиз Зала, где они сейчас находились, контур её профиля с пометкой "Глава 3. Пробуждение"...

Норта в ужасе отшатнулась от медальона:

– Это невозможно! Я реальна!

В панике девушка схватилась за мраморное сидение Трона. Мрамор под пальцами ощущался… каким-то бумажным...

Несколько минут в Зале Верховной Жрицы стояла давящая тишина. Потом Норта начала нашёптывать хриплым голосом:

– Ты была права. Эту тайну нельзя было обретать. Это даже и не тайна, а... Разум отказывается принять... Какое жуткое предательство... Играют мною как пешкой... Всё, что вокруг ненастоящее... Рухнуть в одну секунду... Чувство дежавю иногда... видимо, переписывал сцены со мной... Как это осознать... как с этим жить... я не могла даже представить, что это всё такого масштаба... значит, я героиня дешёвого романа... я придуманная... а ты из другого мира, значит ты настоящая?

– Откуда мне знать? Может, я тоже придуманная, кем-то другим...

– А-а-а! – начала кричать Норта на одной ноте.

Нора, пытаясь как-то успокоить подругу и не дать ей уйти в истерику, быстро начала придумывать что-то отвлекающее:

– Тайна могла бы быть и масштабнее! Вот, я как-то видела фотографию нашей Вселенной, где она удивительным образом смахивала на самую обычную клетку живого организма. Теперь представь, например, что наблюдаемая нами Вселенная – не самодостаточная система, а одна функциональная клетка в составе некоего сверхсущества. Даже не важно какого... Клетка же «не осознаёт», что является частью органа, орган, что входит в организм. Вот и человечество с горем пополам исследовало то, что "меньше" нас, а то, что мы в этой фрактальной и галактической системе тоже микроскопичны для кого-то – фантазии не хватает представить. Вот вам и "что вверху – то и внизу"!

– И тогда наш Большой взрыв не начало всего, – продолжала отвлекать девушку Звёздочка, – а момент деления "клетки", расширение Вселенной – это рост клетки, чёрные дыры – "органеллы" для переработки и хранения информации. Законы природы – это "биохимия клетки". Тогда гравитация – просто сила, удерживающая "цитоплазму", а поиск внеземной жизни – попытка "поговорить" с другими "клетками". И нет никакой "настоящей" реальности – каждая система самодостаточна для своих обитателей. Вирус в клетке и человек во Вселенной испытывают схожие ограничения восприятия. И вопрос такой: можем ли мы понять систему, будучи её частью?

– Стоп-стоп, – замахала руками Норта, – я ничего не поняла из этой твоей речи, кроме того, что к любой тайне надо быть готовой.

Девушка словно приняла важное решение и говорила уже уверенно:

– Это нужно запереть навсегда. Некоторые истины разрушают наш мир...

– Но как ты это сделаешь? – тихо спросила Нора.

– Я всё придумала! Мне нужен аромат забвения. Я назову его "Крепость незнания".

Маг всё же научил меня создавать ароматы! И дал флакон с основой. Это будут духи для тех, кто понимает: некоторые двери лучше никогда не открывать, а если открыли, то нужно запереть их навеки.

– Это и есть главная миссия Жрицы – хранить тайны, а не открывать их. Не зря же здесь целый лабиринт вуалей! Меньше знаешь – крепче спишь, в нашем случае. Чем тебе помочь?

– Сможешь оформить заклинание в стихотворной форме?

– Постараюсь... Погоди-ка... Вот, пожалуйста! – и шёпотом сама себе добавила:

– Надеюсь твой самообливейт сработает!

Верхние ноты – миг прозренья!

Осколки мира – блеск виденья!

Средние ноты – вечная печать!

Запертое лучше мне не замечать!

Базовые ноты – пепел лишних слов!

Раскрытое письмо я позабыть готов!

После произнесения заклинания в флаконе у Норты оказалась густая жидкость тёмно‑синего цвета, внутри которой плавал чёрный шар запечатанного знания. Норта вдохнула тягучий аромат, её голова закружилась и девушка потеряла сознание...

Императрица и Император

Руки матери

От тысячи недугов

Тебя защитят.

Норта очнулась на мягкой траве, усыпанной цветочными лепестками. Над ней склонялась величественная женщина в платье из тяжёлого шёлка с цветочным принтом. Её красивые локоны медового цвета щекотали девушке лицо.

– Дитя моё, ты живая?

Норта попыталась сесть. Голова кружилась, в груди ныло. Она машинально коснулась шеи и замерла.

– Мой медальон... Где он? – она огляделась. Вокруг – цветущая поляна, на ней мягкое кресло со множеством больших и маленьких подушечек. Но ни цепочки с медальоном, ни её узелка, ни пушистого комка у ног.

– И Арт, мой пёсик...

– Когда тебя нашли, ни пса, ни медальона при тебе не было, – чуть менее ласковым, даже слегка раздраженным тоном произнесла женщина.

Последнее, что помнила Норта – это как много было вуалей и завес в обители Жрицы, а потом... голова раскололась болью. Норта застонала не столько от боли, сколько от чувства потери. Где её путеводная Звёздочка?

– Как ты вообще оказалась на территории Императорского Дворца?

– Я Шут, – неуверенно пролепетала Норта. Более всего её беспокоила пропажа друзей. Надо будет осмотреть здесь всё.

– А, это очередная прихоть моего супруга! Заказать Шута! Совершенно бесполезная придворная должность! А что-то полезное ты умеешь?

– Я ... умею создавать ароматы. Только... – Норта ещё раз ощупала свои пустые карманы, – у меня нет основы и ... вообще ничего нет.

– С этого и надо было начинать, – голос Императрицы мгновенно стал теплее, раскатистым и повелевающим, – создашь мне лучший аромат на свете! Так, мне пора переодеваться, за тобой сейчас придёт фрейлина и проводит в выделенную комнату.

Норта, еле дождавшись, когда августейшая особа отвернётся, начала еще раз шарить руками по траве вокруг себя в поисках утраченного. За этим занятием её и застал Император. Громыхая доспехами, поверх которых был накинут красный плащ, он навис над девушкой как укор совести и громовым, не терпящим сомнений голосом, пророкотал:

– В этот прекрасный солнечный день мне прислали нового сотрудника – весёлого Шута. Мне, знаете ли, всегда присылают всё самое лучшее! Я сам проведу тебе экскурсию по моему потрясающему воображение Дворцу. Никто лучше меня не расскажет о его уникальной архитектуре. А куда упорхнула моя дражайшая супруга? Сменить наряд? Думаешь, постоянно менять наряды – это ветренность? Отнюдь! Это же вдохновение! Каждый её выход как картина, да что там, шедевр. Я счастлив быть зрителем её гениальной импровизации.

– А почему ты сидишь на земле? Упала? А, постой, я догадался, это же грациозный кульбит! Так превратить неловкость в искусство. Мои придворные годами учатся такому!

Он поднял Норту на ноги рукой в железных доспехах и повёл с собой к Замку.

– О, как изящно судьба вплела тебя в узор моей Империи! Ты будешь свежим ветром в залах традиций.

Норта рассеянно оглядывалась, но была влекома всё дальше и дальше.

– Видишь этот скол на вазе? Это же след эпохи! Представь: она пережила три пожара и два дворцовых переворота. Разве не восхитительно!

Норта пыталась держаться достойно перед таким напором, но когда она сделала следующий шаг, то оступилась и едва не растянулась на мраморном полу. Император даже бровью не повёл, хотя Норта готова была сквозь землю провалиться.

– После обеда обещают отличный дождь. Представь, как потомки будут говорить: "Даже дождь в его правление был благословенным!"

Наша Шутиха сделала умное и возвышенное лицо, как бы проникаясь моментом, но тут её живот предательски заурчал так громко, что девушка зажмурилась и мысленно провалилась сквозь землю.

– А вот старинный витраж – работа лучших мастеров. И, кстати, это не трещина поперек витража, а линия преемственности. Она связывает меня с предками. Неординарный художественный вымысел, обрати внимание!

"Ну-ну, – подумала Норта, – с таким подходом мой плащ, обшарпанный в пути, с рваным подолом и странными пятнами на нём от реактивов Мага, пролитых ещё тогда в лаборатории, это удачная дизайнерская находка!"

– Вот и твоя комната. Это лучшая гостевая комната в этом крыле! Конечно, ты появилась в идеальный момент. Судьба не ошибается! Не опоздай на сегодняшний обед, блюда будут выше всяких похвал! У меня лучшие повара, знаешь ли...

Наконец, он удалился, так и не замолкая, продолжая нахваливать себя и всё вокруг себя, демонстрируя модель мышления "раз я хороший, то и ты, и мир вокруг меня хороший".

– Нора бы сейчас сказала что-то умное о его железобетонной самооценке или, что он монстр позитивного мышления, или, что это высшая форма эгоизма, – подумала Норта и опять пришла в отчаяние, – да, как же я умудрилась потерять подругу!

В комнату впорхнула фрейлина вся в розовых кружавчиках, как зефирное облачко. Туфельки с загнутыми носиками, рукава-фонарики, в волосах – диадема с жемчужинами. И вся такая артистичная, говорит с надрывом будто на публику, и всё о пустяках: о нарядах, да о погоде...

– Просто воплощение Королевы Чаш, – думала Норта, пока фрейлина помогала ей переодеться в приталенное платье шутовского силуэта из контрастных лоскутов (ярко‑красный, изумрудный, золотой). Рукава у платья были с колокольчиками на манжетах, у юбки был асимметричный подол (спереди короче, сзади удлинённый шлейф) и пояс‑цепь с подвесками.

– А вы не видели моего пёсика? – попробовала спросить Норта о том, что действительно её волновало. Фрейлина вздрогнула и снова пустилась в описание ткани и покроя платья. Норта перестала слушать, она мучительно искала возможность начать поиски, а не терять время в светской болтовне ни о чём. Однако фрейлина цепко вцепилась в неё своими острыми, какими-то птичьими коготками и уже тянула в Обеденный Императорский Зал.

– Ладно, пообедаю и сбегу на поиски Арта и Норы, – решила девушка, сдаваясь упорству своей провожатой и вкусному запаху блюд на столе в центре Зала.

Это был не обед, а самый настоящий Пир! Норту усадили по левую руку от Императора. Девушка сначала напряглась, ожидая, что от неё потребуют каких-то шуток и выходок, но Император был полностью самодостаточен и в ответных репликах (смешных или серьёзных) не нуждался от слова "совсем".

– Меню сегодняшнего обеда тематическое, – доверительно поведал оптимистичный Властитель, – каждое блюдо соответствует своему Аркану Таро. Как задумка? Знаю, гениальная! Вот для тебя шутовская закуска – воздушный мусс из лесных грибов с капелькой трюфельного масла.

– Не шутовская, а шуточная, – разочарованно прошептала Норта себе под нос, – рассматривая микроскопическую порцию в крошечной стеклянной чашечке, украшенной пером фазана. Император, однако, услышал бормотание девушки и громко заразительно засмеялся. придворные вокруг тут же подхватили веселье.

– Вот блюдо, названное в честь моей дорогой супруги "Императрица" – крем‑суп из тыквы с имбирём и золотыми хлопьями.

Суп был налит в золотую чашу с драгоценными камнями по краям, что идеально подходила по дизайну платью Императрицы. Оно, это платье, тоже было из золотой парчи и украшено такими же камнями.

– Моё главное блюдо, – продолжал вещать Император, – запечённый фазан с яблоками и розмарином, поданный на серебряном блюде с геральдическим орлом.

Не дожидаясь, пока слуга разделает блюдо под бой барабанов, он взял с блюда яблоко и смачно откусил кусочек. Барабаны продолжали отбивать ритм и намекать на торжественность

момента. Император повертел в пальцах надкусанное яблоко, словно какой-то символ, укус был подозрительно аккуратный, ровно в четверть круга.

– А вот это действительно смешно! – Норта услышала саркастический голос из потерянного медальона у себя в голове, только раздавался он откуда-то издалека, словно прорывался сквозь помехи из другой вселенной.

– Но-о-ра-а-а! – также мысленно заголосила Норта, пытаясь сделать внутренний голос как можно более громким (до сего момента девушка и не подозревала, что это возможно!), – Где ты-ы?!

– ... забрал Рыцарь Пентаклей... лежала без сознания. Вот он, в конце... в зелёной... крутит и подбрасыва... руке монету, – звук прерывался, но смысл можно было уловить.

И действительно, в конце стола сидел самодовольный Рыцарь, который рисовался перед дамами тем, что подбрасывал и ловил золотую монету. На шее его блеснула цепочка знакомого медальона. Норта еле подавила в себе желание немедленно вскочить и броситься срывать медальон с шеи воришки. Хорошо, что теперь было известно местонахождение милой Звёздочки!

– ... такие интриги... Турнир... собирается подарить... знак доблести...

– Собирается подарить мой, то есть, твой, то есть, наш медальон! Кому?

– Да, тебе же...глупышка... выдасть замуж...

Обилие новостей захлестнуло Норту, но она всё же успела задать еще один важный вопрос, и вовремя, Рыцарь Пентаклей, наряду с другими Рыцарями собрались покинуть Зал.

– А где Арт?

– ... умнее всех... на кух...

– Ты слушаешь? – Император снова привлёк внимание своей Шутихи, – в этих маленьких чугунных котелках гарнир "Колесница" – обжареный цельный картофель с чёрным трюфелем и стрелками зелёного лука. Заметь, как символично: картофель здесь как земная основа, трюфель – роскошь пути, а луковые стрелы – направление.

– Или вот десерт "Мир" – пирожные в форме сфер, наполненные малиновым джемом и ликёром. Полнейший триумф вкуса!

Норта почувствовала, что у неё открылось второе дыхание – надо как следует подкрепиться и набраться сил для достижения собственных целей! И она стала с энтузиазмом пробовать все блюда, до которых могла дотянуться.

Напитки здесь тоже были распределены по мастям: в бокалах с изображением кубков было белое вино с лепестками роз и мёдом, в тех бокалах, на чьих поверхностях были скрещённые мечи, плескался сухой вермут с цедрой грейпфрута и веточками тимьяна, в бокалах с пентаклями был тёмный эль с корицей и карамелью, а там, где были жезлы – пряный глинтвейн с бадьяном и красным перцем. Норта выслушала презентацию этих напитков и отпила воды – было чувство, что ясное сознание понадобится ей превыше всего.

Наконец, Император встал и провозгласил на весь Зал:

– А теперь... Турнир Четырёх Рыцарей! Битва стихий! Победителю достанется рука и сердце нашей милой гостьи Шутихи! Все приглашаются на Поле Турнира!

Все вокруг засуетились, загалдели, двинулись к выходу из Зала.

– Ну, что, здорово я придумал! – довольный Император обратился к Норте, ожидая, по всей видимости восторгов и благодарностей.

– Я... я не собиралась выходить замуж, – пробормотала та, придумывая на ходу причину, по которой не может быть объектом подобной милости.

– О, прекрасно, мне рассказывали, что капризные принцессы именно так и должны себя вести. Теперь мы точно удочерим тебя, дитя моё, перед тем, как выдать замуж. Ведь у нас с Императрицей нет своих детей, так что, ты прибыла как раз вовремя.

Норта стала всматриваться в Императора, пытаясь найти признаки того, что он шутит, но Император, ещё более довольный и важный, чем обычно, уже двинулся из Зала. Впереди его бежала волна шепотков с последней дворцовой новостью, распространяясь "с вирусным эффектом", как однажды непонятно выразилась Нора.

Норта чуть замешкалась и вместо общего направления бросилась в обратном, а именно в дверь, откуда слуги приносили все эти замечательные перемены блюд – на кухню! Она ворвалась в помещение и ... замерла! Кухня выглядела необычно! Пол представлял из себя мозаичный круг, разделённый на 22 сектора, воздух был наполнен запахами ярких специй, в центре странного вида высилась печь из чёрного камня, вместо рукомойников бил фонтан со светящейся водой.

– Наша кухня не место утоления голода, а храм, где пища становится пророчеством! – заученной фразой произнесла толстая румяная повариха, стоявшая перед Нортой.

Заметив удивление гостьи, повариха готова была провести экскурсию по этому необычному месту.

– Я ищу своего пёсика, – пискнула Норта, теряясь перед какой-то музейной стерильностью этой кухни. Но по скользкому мозаичному полу ей навстречу уже мчался знакомый белый пушистый комочек. Норта подхватила Арта на руки и крепко прижала к себе. По удивленному взгляду поварихи было заметно, что она ни сном, ни духом не ведала о его пребывании на кухни, в её "святая святых"... Повариха набрала полную грудь воздуха для возмущённой отповеди, но девушка быстро попятилась назад, в дверь, откуда пришла.

– Фух, Арт! Почему в любом месте тебя надо разыскивать на кухне! – с облегчением, что всё обошлось и один из её спутников найден, выговаривала Норта, уворачиваясь от розового язычка, норовившего лизнуть её прямо в нос, – ладно, пойдём, там какой-то спектакль разворачивается, а с тобой мне будет легче всё преодолеть. Нам ещё Нору выручать из беды, и от женихов отбрыкиваться...

Норта выскочила из Дворца и обнаружила, что погода с утра разительно изменилась.

– Ладно, – решила девушка, – буду такой же оптимисткой как наш Император, – с чувством проговорила, поглядывая на небо. – Какой замечательный холодный дождь! И просто исключительный пронизывающий ветер!

Но чуда не случилось: и моросящий дождик не стал теплее, и ветер спокойнее. Однако никто не собирался откладывать Турнир из-за подобных мелочей. Хорошо ещё, что Императорская чета и придворные сидели под высоким навесом, куда Норта и пробралась.

Тем временем на Поле Турнира уже стояли четыре команды со знаками Стихий на одежде – символами в виде пламени, волны, камня и вихря. Предводителем каждой Стихии был соответствующий Рыцарь. Рыцарь Пентаклей, которого Норта нашла глазами первым делом, был всё такой же выпендрёжник. Теперь он красовался перед Рыцарем Мечей, весьма свирепого вида воином, в руке которого уже находился длинный Меч. Рыцарь, помахивающий опасного вида палицей, был, по всей видимости, Рыцарем Жезлов.

Рыцарь Чаш – миловидный и поэтичного вида юноша старался держаться от них поодаль.

Зазвучала музыка: забили низкие барабаны, хор что-то затянул без слов, раздался звон колокольчиков.

Первый раунд был такой: все команды одновременно выталкивали в центральный Круг одного своего игрока. Команда, чей игрок оказывался старше других по номиналу Карты, забирала себе всех остальных.

Если два игрока оказывались равны – начинался "Спор Арканов". Игра шла до тех пор, пока один из Рыцарей не собрал у себя "под крылом" все карты, то есть всех игроков. Это был Рыцарь Пентаклей.