Текст книги "Вечно голодный студент 6 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

– Да, у него целая система по охоте на сухопутных зверей, – ответил Нарк. – Долго бегать он не любит, поэтому переключился на засадную тактику. Для этого он вырастил себе целый орган, мечущий сеть на дистанцию до десяти-пятнадцати метров. Раскрывается она по сигналу, как я понял, поэтому, если Натан уверен, что не попадает, то оттаскивает сеть назад и уходит – зря не раскрывает. Видимо, на это расходуются килокалории. Но и это ещё не всё! Он в своём развитии настолько преисполнился, что отрастил себе кислотную пушку, как… ну, ты понял.

– Понял, – подтвердил я.

– Но эта пушка нужна ему для самообороны, а не охоты, – добавил Нарк. – Короче, если ты хотел узнать, как дела у Натана, то официально заявляю, что у него всё хорошо.

– Хоть какая-то стабильность в этом безумном мире, – улыбнувшись, сказал я.

– Ролик твоей схватки с Верблюдом, а затем перестрелки с теми уёбками, будет где-то минут через пятнадцать, – сообщил мне Нарк. – А потом, после выкладки, я закину короткий ролик с дуэлью. Бля, бро, это такая жесть…

– Я и сам не рад, что она произошла, – произнёс я.

– Как он посинел – это пиздец… – сказал Нарк. – Ладно. Я бы и рад поболтать ещё, но нужно работать.

Мне было дискомфортно просматривать ту часть дуэли, в которой я душил Циркуля. В тот момент мне показалось, что он взглядом умоляет меня не убивать его – при просмотре я понял, что не показалось.

– Хорошо, – ответил я на это. – Вечером увидимся.

– Окей, до связи, бро, – попрощался Нарк.

Завершаю вызов и убираю телефон обратно на край раковины.

Заканчиваю с ванной и принимаю нормальный душ, потому что в настолько грязном состоянии принимать ванну – это была стратегическая ошибка.

Отдраив себя до скрипа, оттираюсь, надеваю банный халат и ложусь на кровать.

Набираю Лапшу.

– Тебя ждать? – спросил я.

– Нет, не жди, – ответила она. – Я собираюсь в новый рейд.

– А чего так? – нахмурившись, уточнил я.

– Нужно поскорее выплатить виру, – объяснила она свою мотивацию.

– Если пару часов проведём вместе, никто от этого не умрёт, – возразил я. – Признаться, у меня яйца синие, Севда – прошу отнестись с пониманием и всей серьёзностью…

– Нет, придётся потерпеть, – сказала она.

– Издеваешься надо мной? – возмущённо спросил я. – Мне скоро в затяжной рейд!

– Ничего не могу с этим поделать, – произнесла Лапша. – Придётся терпеть.

– Ты играешь с огнём, женщина, – предупредил я её.

– Нет времени, – сказала она. – До встречи.

– Ага, до встречи, – попрощался я.

Ох, блядь!

Да что с ней не так⁈

Я уже настроился, блин, на бессонную ночь, а тут такой «Динамо», Москва…

Понимаю, что ей осталось притащить дохрена всего, поэтому работы остался непочатый край, но, блин…

«Ну, зато отношение людей к ней выравнивается, постепенно», – посетила меня слегка успокаивающая мысль.

Среди нормальных людей мнения до сих пор разделены, но доля сторонников Лапши неуклонно растёт – все следят за таблицей и понимают, что она честно выполняет свою работу.

Лут ведь не осядет в хранилищах каких-нибудь жирных уёбков, типа Пиджака или Брома, а пойдёт на увеличение общего благосостояния населения Фронтира, поэтому население испытывает положительные ощущения каждый раз, когда Лапша привозит что-то.

«Жаль, что нельзя помогать ей», – подумал я. – «Я бы помог, с удовольствием. Вообще, я бы не прочь ходить с ней в рейды вместе…»

Испытав прилив очень тёплых чувств, я включил телевизор и выбрал Третий канал, по которому крутят исключительно аниме.

Первый канал я не смотрю, потому что там хуй угадаешь, что сегодня будет – гонят фильмы и сериалы, без разбора и фильтрации.

Второй канал посвящён новостям, авторским передачам, в которые не входят стримы Щеки, которого все желающие смотрят по интернету, а также записям старых программ. Всякие «В мире животных», «Дом 2», «Давай поженимся» – ну, про зверей, короче…

А вот Третий канал – это наше достояние, сообщества анимешников Фронтира…

«Код Гиас», – с удовлетворением узнал я тайтл. – «Восьмая серия первого сезона…»

Но не успел я досмотреть эту серию, как дверь в номер отворилась.

– Член на досмотр! – потребовала ворвавшаяся в номер Лапша.

– Боги ответили на мои истовые молитвы! – воскликнул я.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 4 декабря 2027 года*

– Скоро открою курсы похудения, блин… – пробурчал я, посмотрев на себя в зеркало.

Очередное повышение «Энергетического уровня» не прошло бесследно – да, теперь Е-6, но какой ценой…

Фактура куда-то исчезла, а я стал тощим, как дистрофик – даже мышцы, большей частью, потеряли в объёме. На функциональности это не сказывается, потому что хранящаяся в мышцах физическая дурь просто сжимается, как пружина, но психологически как-то дискомфортно видеть себя в виде анорексика-рецидивиста.

Да, до зоошизы я был, плюс-минус, таким – только вот времени прошло много, очень много чего произошло, поэтому я привык иметь атлетическое телосложение.

– Ложись – нужно сделать биопсию, – приказала мне Анна Робертовна.

Медики уже окончательно переехали в отдельное здание, но в «Хилтоне» остался постоянный медпункт со всем набором медицинской техники и лабораторией, потому что это удобнее, чем гонять КДшников туда-сюда.

– А это точно нормально? – тихо спросила одна из новеньких медсестёр.

– Нормально-нормально, – ответила Анна Робертовна, вонзая в меня шприц. – Вы ещё увидите и не такое – нужно просто поработать тут столько же, сколько и я…

Перед кушеткой, на которой я развалился для забора крови и прочих жидкостей, столпилась группа новеньких, проходящих обучение работе с КДшниками – несмотря на то, что вопрос с медицинскими кадрами решён практически полностью, Фронтир не собирается прекращать массовую подготовку специалистов.

Судя по тенденциям прироста населения из разных источников, скоро начнут проявляться проблемы с медицинской помощью, что видит Проф. А он не хочет, чтобы работники умирали по непонятным причинам, поэтому заботится о решении проблемы до того, как она проявилась в полной мере.

Прохожу все медицинские процедуры, обязательные после повышения «Энергетического уровня» – природу этого никто из медиков не понимает, но все очень хотят её узнать.

Гусев вообще говорит, что это физически невозможно – есть биологические пределы, через которые никак не переступить, поэтому клетки БЖУ просто неспособны хранить в себе такие объёмы энергии.

Это невозможно, но это факт – они пытаются найти ответ на эту загадку, но, пока что, получается хреново. Даже более того: всё, что они могут – это накапливать данные, в надежде на неожиданный прорыв…

– Всё, – сказала Анна Робертовна, поместив образец моего ликвора в специальный холодильник.

– Мне нужно пройти усиление способности… – произнёс я без особой уверенности.

Форсреген уже работает и залечивает повреждения, нанесённые мне главной медсестрой, поэтому, примерно через пять минут можно будет усиливаться.

– Ложись на кровать и готовься, – сказала Анна Робертовна.

– А правда, что теперь у вас в клетке жира содержится 73 килокалории? – с сомнением спросил какой-то парень в халате.

– Базаришь… – ответил я, ложась на медицинскую кровать. – Конечно, блин, правда – интерфейс не врёт…

– Но это же невозможно, – заявила русоволосая девушка лет двадцати, также, одетая в медицинский халат.

– Я тебе клянусь! – заверил я её. – Статистика прямо у меня перед глазами!

Энергетический уровень Е-6, согласно данным от интерфейса, довёл объём энергоёмкости 1 грамма жира до 73 килокалорий, а 1 грамма белка и 1 грамма углевода до 27 килокалорий.

Это просто дохрена, поэтому меня практически смяло, как жестяную банку под сапогом – «лишний» объём тела ужался и теперь я выгляжу, как Кристиан Бэйл в фильме «Машинист»…

Анна Робертовна, умелыми действиями, обклеила меня датчиками и надела мне на голову сетку для ЭЭГ.

– Всё, готово, – сказал я, когда форсреген закончил свою работу.

– Начинай, – скомандовала медсестра, сев за компьютер.

Датчиков, с появлением полноценного исследовательского отдела, стало только больше.

Есть там некий Аркадий Львович Галыгин, доктор медицинских наук, десятилетиями работавший в ЮУГМУ, начав ещё при Андропове. Он стар, как лунь, но трезв умом и светел памятью, поэтому быстро вошёл в курс дела – мне повезло, что я ушёл в рейд, а вот остальные подверглись всестороннему исследованию с его стороны.

Мне известно, что Аркадий Львович безжалостно хуесосил Чирова, за то, что тот недостаточно трепетно подошёл к анализу и хранению собранных данных, а Анну Робертовну сильно хвалил, за то, что она «не дала этому безнадёжному алкоголику окончательно испортить исследовательский процесс».

Сейчас за происходящим в медблоке наблюдают не только кандидаты в члены среднего медицинского персонала, но и члены группы исследователей – они смотрят на меня через камеры высокого разрешения. Ну, или посмотрят запись позже.

«Чиров, бедолага, блин…» – вспомнил я некогда главного медика всея Фронтир. – «Теперь он обречён вечно смотреть на пёзды…»

И то, это только если он сумеет побороть алкогольную зависимость – сейчас он проходит курс реабилитации, а как только пройдёт его и добьётся трезвости, его ждёт работа по профилю, то есть, он будет гинекологом, на которого и учился.

Никто не виноват в том, что он алкаш – это был его выбор. И он сам дискредитировал себя, в связи с чем потерял привилегированное положение высококлассного специалиста.

«Что-то там о транзите говорил Фазан…» – попытался я вспомнить. – «Сик транзит и что-то такое…»

Тем временем, процесс, что называется, пошёл – я начал чувствовать нещадный зуд где-то внутри, будто бы во внутренних органах.

Медицинские приборы тревожно запищали, и я увидел, что у меня повышается давление, а также стремительно растёт частота сердечных сокращений. Что на датчиках, то и внутри – я начал чувствовать сильный дискомфорт, а затем и боль в башке.

– Это нормально? – спросил тот парень, который спрашивал насчёт килокалорий.

– Да, в пределах нормы, – ответила спокойная Анна Робертовна. – Для КДшников, конечно же. Как вы можете наблюдать, процесс усиления способности сопровождается внешними проявлениями и изменениями…

Я перестал слушать, потому что меня больше беспокоило то, что происходит внутри, в грудной клетке – а там, похоже, творится какой-то капец, потому что я чувствую ощутимую боль, отдающуюся в печень.

Анна Робертовна использовала эту возможность для монотонной лекции, объясняющую известные медикам данные о процессах, происходящих при усилении, а я медленно откисал, с нетерпением ожидая, когда же всё это закончится.

К давлению и ЧСС присоединилась температура, поднявшаяся до 41 градуса – это лишь усугубило мои ощущения. Я давно уже не чувствовал ничего подобного, потому что «Термоконтроль» держит температуру моего тела в идеальном балансе, поэтому начал получать некое извращённое удовольствие от чуть позабытых ощущений.

Но всё кончается.

И это закончилось.

– Всё, – сказал я, когда процесс завершился.

– Мы уже поняли, – ответила мне Анна Робертовна и указала на абсолютно нормальные показатели на экране. – А теперь – анализы.

– Да-да, само собой… – произнёс я без особого удовольствия.

Пройдя расширенный, стараниями исследователей, набор анализов, я оделся и засобирался.

– Что ж… – произнёс я. – Благодарю за компанию, но мне пора…

– До встречи, Константин, – улыбнувшись, попрощалась со мной главная медсестра.

В коридоре сажусь на обитую дерматином лавку и открываю интерфейс.

– «Протоапексный гликогеновый гиперметаболический рывок»

Описание: протоапексная мутация кардинально усиливает механизмы мгновенной мобилизации и хранения гликогена, добавляя специализированные депо для накопления высокоэффективного «ультрагликогена» – модифицированной формы с повышенной плотностью энергии и более быстрым расщеплением. Значительно увеличена скорость и эффективность как аэробного, так и анаэробного метаболизма, а также расширен лимит запасов.

Эффект:

Мощный спринт: на дистанцию до 137 метров за несколько секунд, с сохранением контроля и манёвренности.

Прыжок: до 16 метров в высоту или 29 метров в длину.

Энергетический шок: на 10,9 секунд очень значительно ускоряет все движения тела, повышая общую динамику и реакцию.

Режим «Ультрагликогеновая аккумуляция»: при активации организм начинает активно синтезировать и накапливать ультрагликоген в специализированных депо. При использовании рывка, прыжка или «Энергетического шока» в первую очередь расходуется ультрагликоген, что даёт в 2,1 раза больший эффект.

Расход:

Полная активация: 1729 килокалорий

Частичная активация: 740–970 килокалорий

Энергетический шок: 2910 килокалорий

Ультрагликогеновая аккумуляция: 84 килокалории за 1 грамм ультрагликогена

Примечание: применение способности блокируется при критически низком запасе обычного гликогена. Ультрагликоген тратится в приоритетном порядке. Максимальный запас ультрагликогена ограничен физиологическими возможностями организма. После полного расходования ультрагликогена возможна временная мышечная слабость и повышенная утомляемость.

«Ебись-колотись…» – подумал я, прочитав описание. – «Вот этого я точно не ожидал… Ультрагликоген…»

Я думал, что даже высокий «Энергетический уровень» – это очень круто, но оказалось, что можно ещё лучше.

Если я верно всё понимаю, мне нужно осознанно копить ультрагликоген, чтобы бустануть способность чуть больше, чем вдвое.

Достаю телефон и открываю на нём калькулятор.

«Так, если моя „норма“ рывка – это 137 метров, то ультрагликогеновый буст даст 287,7 метров», – подсчитал я. – «М-да-а-а… Сурово… А если прыжок в моей „норме“ 16 метров, то под бустом ультрагликогена – 33,6 метров. Охуеть и не расхуеть обратно!»

Стараясь сохранять хладнокровие, открываю чат-бот и начинаю вбивать описание усиления. Надо поделиться с ребятами, потому что это уже новый уровень – я практически обрёл способность летать…

33,6 метров – это высота десятиэтажного здания, блин!

«А на апексе, наверное, при прыжке меня будет запускать на низкую околоземную орбиту, ха-ха-ха!» – подумал я. – «Нет, это точно стоило того, чтобы задерживаться в степи и мочить Циркуля…»

Глава двадцать пятая

Аргентинская система

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 7 декабря 2027 года*

– И всё, и пиздец… – произнёс Фазан и бросил камень на лёд. – Проебали вспышку, господа присяжные-заседатели…

– Всё равно второе судно было не готово, – сказал на это Леопольд. – Так что насрать – весной пойдём.

– Обидно, блин… – сказал я расстроенным тоном. – Я уже морально приготовился…

– Мы могли успеть – если бы прошли Волгу пару недель назад… – произнёс Леопольд. – Но погода сказала своё слово.

Это всё из-за того, что я провозился слишком долго с Челябинском, а затем и с Атырау. Ну и сказалось, что второй «Волго-Дон» сломался при пробном запуске двигателя.

– А сколько будет идти ремонт? – поинтересовался я.

– Хуй его знает, – пожав плечами, ответил Леопольд. – У нас экстремальные условия постапокалипсиса, то есть, дефицит запчастей, кадров, квалификации и мотивации… Мне, например, вообще не лыбится возиться со всей этой хуйнёй ползимы. Подготовку к смене сезона провели – и ладно, блядь…

На пирсе показался Проф.

– Студик, Фазан – подойдите, – велел он.

Фазан прикурил папиросу и направился к нему, а я следом.

– Досадно, что не успели, но это несмертельно, – произнёс Проф. – Челябинск того стоил и окупил все траты времени. И последовавший за ним Атырау стал очень значимым бонусом. Возможно, Атырау даже более значим, так как Челябинск был разовым действом, а Галстук и его партнёры – это долгоиграющее благо…

– Но я уже настроился на очень долгий рейд, – пожаловался я. – Что теперь делать всю зиму?

– Если ты думаешь, что тебе будет нечего делать, то ты ошибаешься, Студик, – усмехнувшись, ответил Проф.

– А я доволен, что никуда больше не надо, до поры, – поделился ощущениями Фазан. – Нахуй эти поездочки!

– Кто бы сомневался, блин… – проговорил я неодобрительно.

– Потребность в боеприпасах и оружии уже не так остра, поэтому мы можем потерпеть, – произнёс Проф. – А с тобой, Студик, нам нужно поговорить кое о чём…

– Слушаю внимательно, – сказал я.

– Как мы все поняли, ты сейчас находишься на стадии избыточной мощности для окружающей фауны, – заговорил Проф. – Возможно, тебе стоит сделать длительный перерыв, чтобы фауна тебя догнала?

– Что-то как-то сомнительно, блин… – ответил я на это.

– Может, возьмёшь отпуск до схода льдов? – предложил он. – Развитие станет опаснее, но зато быстрее.

Я всерьёз обдумал перспективу сычевания дома в течение полугода. Просто жрать, спать, смотреть аниме, играть в пропатченные Нарком игры на ПК или консоли…

– Соблазнительно, но нет, – отказался я. – Лучше заняться чем-то полезным и более интересным.

– Не сочти моё отношение потребительским, ведь я очень ценю то, что ты делаешь для Фронтира, но я рад, что ты отказался, – улыбнувшись, произнёс Проф. – У Зулуса есть идея, как ты можешь провести время с пользой.

– Да забей – мне всё равно было бы скучно куковать в стенах города, – махнув рукой, сказал я. – Что за идея?

– Детальная разведка маршрута в Баку, – ответил Проф. – Не просто путь из пункта А в пункт Б, а нечто масштабное, с подробным исследованием каждого поселения на продолженном пути, чтобы мы точно знали потом, что и где лежит, а где нет вообще ничего. Во всём Фронтире нет кандидатуры лучше, чем ты.

– А куда? – уточнил я.

– В Баку, само собой, – сказал он. – Вдоль побережья Каспия, через Кавказский хребет. Если обнаружишь в Баку кого-то живого, например, функциональную общину, то станешь нашим амбассадором, что упростит прибытие сухогрузов и вывоз оттуда людей и ценностей.

– А вот это мне уже нравится, – улыбнувшись, ответил я. – Значит, затяжной пеший поход с подробной разведкой?

– Да, Студик, – подтвердил Проф. – Ничего собирать и вывозить не нужно – нужно разведать всё попутно, разнюхать, чем живёт регион, а затем прибыть в Баку и посмотреть, что там происходит.

– Всё, ты меня уговорил, Проф, – сказал я на это. – Но дом на колёсах я взять с собой не смогу?

– Он тебя лишь замедлит, – покачав головой, сказал он.

– Нихуя себе у тебя губа, Студик! – восхищённо воскликнул Фазан. – В таких апартаментах на колёсах и рейд – не рейд!

– Кстати, – произнёс вспомнивший что-то Проф. – Этот дом на колёсах, официально, становится твоей собственностью. Загони его на территорию своего коттеджа – он твой.

– Хах! – хохотнул я. – Найс! Поставлю его рядом с «Уралом-ВВ» – пусть стоит…

Транспорт мне не особо-то и нужен, потому что пешком я более вездеходный и быстроходный, но приятно иметь движимую собственность.

Подарок Пиджака, то есть, «Урал-ВВ», я так и не использовал по назначению – давал погонять на нём Щеке, но тому не понравилось, а ополчение Фронтира в этом броневике особо не нуждается, так как дефицита в технике давно уже нет. Поэтому-то и стоит моя бронированная жлыга во дворе коттеджа – не знаю, что с ней делать.

А вот что делать с домом на колёсах я уже придумал – ездить на нём в ближние рейды, чтобы с максимальным комфортом, шашлыками и красотами природы…

– Счастливый, блядь, человек, – покачав головой, произнёс Фазан. – Что ни рейд – искреннее счастье на лице… Не понимаю я тебя, Студик.

– Наверное, надо просто чаще ходить в рейды, – ответил я на это. – Способности выкачивать и так далее – когда пойдёт нагиб, сам всё прочувствуешь.

Отчасти я понимаю его отношение – оно связано с тем, что его способность сфокусирована на получении пиздюлей. Мы прямо так и использовали его и Черепа – прикрывались их бронированными телами от пуль, а они получали все свинцовые плюхи. Мало кто в этом мире может искренне кайфовать от такого и потом с нетерпением ждать следующих рейдов…

– Спасибо, но нет, – подняв руки в жесте сдачи, сказал Фазан.

– Не настаиваю, – ответил я на это. – Но подумай – может, дело в том, что у тебя до сих пор нет убедительной атакующей способности, а не в том, что ты домосед по жизни?

– Может и так, – не стал спорить Фазан. – Я подумаю – обещаю, Студик. Но сначала мне нужно нормально прибухнуть – так думается продуктивнее.

– Как скажешь, – пожав плечами, сказал я.

– Иди и забирай свой дом на колёсах, – велел мне Проф. – А то на него уже многие засматриваются.

– Всё, я побежал! – ответил я и помчался в сторону крепости «Хилтон».

Сейчас, спустя время, уже видно, как изменилась наша крепость.

Раньше были стены из бетонных плит, какие только можно получить при разборе здания, а теперь стены построены из монолита и стальных балок – высота у этих капитальных монструозных сооружений не менее 20 метров, а строились они с расчётом на противодействие артиллерийским снарядам.

Против серьёзной осады это не поможет, но это и не нужно против реальных осад: это всеми видимый символ власти Фронтира. Когда люди видят эти стены, у них не возникает и мысли, что это какая-то скоротечная организация, как тысячи до неё. Нет, в них невольно закрадывается мысль, что Фронтир здесь надолго, если не навсегда.

Даже Галстук, благополучно убывший обратно в Казахстан, поделился со мной, что просто охренел, когда увидел стены нашей крепости. А это верный признак того, что стены работают.

Ну и нельзя совсем уж списывать их оборонительное значение, ведь звери через такое точно не пройдут, а людям придётся приложить для этого недюжинные усилия.

Это совсем не крепостица Брома, которую мы взломали двумя большими зарядами тротила – тут нужны гаубицы…

– Студик! – окликнула меня на улице какая-то девушка.

Оборачиваюсь и вижу Лену, которая из бывших наложниц безвременно почившего Циркуля.

– Привет! – помахал я ей рукой.

В отдалении, на тротуаре сидят остальные бывшие наложницы покойного Циркуля.

– Привет, – улыбнувшись, ответила Лена. – Хочу ещё раз сказать тебе спасибо, Студик.

– Да не за что, – махнув рукой, сказал я. – Обращайся. Как устроились?

Вспоминаю, что вторую блондинку зовут Клавой, шатенку Лизой, а брюнетку Машей. Познакомились по дороге.

– Мы, пока что, не устроились, – призналась Лена. – Хотим отдохнуть пару неделек.

– Но о работе же уже думаете? – спросил я. – Без работы сейчас никак – такие уж нынче времена.

– Я пойду на гидропонику, – ответила Лена. – А остальные ещё определяются.

– Круто, – улыбнувшись, сказал я. – Но так, нормально всё?

– Да, нормально, – произнесла она. – У вас очень хороший город – даже не верится, что такое вообще возможно сейчас…

– Возможно, – ответил я на это. – Но долго отдыхать не советую – лучше выхватить работу получше и потом нормально фунциклировать. Если что-то умеете из полезного – советую не скрывать и работать по профилю.

– Нет, я была СММ-специалистом, – сказала Лена.

– Если была хорошим СММ-щиком, то обратись к Нарку, – посоветовал я ей. – Между нами – он парень простой, поэтому постучись, зайди, вежливо попроси поговорить. Если покажешься ему полезной в его работе, то он носом крутить не будет – возьмёт. А в команде у Нарка, как у бога за пазухой. Им щедро отваливают всяких ништяков, ну и жить будешь в «Хилтоне», а это тяжёлый люкс.

– А Нарк – это… – начала Лена.

– Верховный шаман по межведомственным связям с духами, – ответил я и увидел растерянность на её лице. – Шучу. Он у нас старший айтишник – с цифровизацией возится и прочим. На ресепшен подойди, как будет возможность, и спроси, как пройти к Нарку.

– Хорошо, спасибо… – поблагодарила меня Лена. – А чего КДшник занимается цифровизацией?

– Так он не КДшник, – ответил я. – Обычный челик – мы его в дурке нашли, в Москве…

– Снова шутишь? – уточнила Лена.

– Если бы… – вздохнув, сказал я. – Короче, у нас есть четыре не КДшника, за которыми закрепились прозвища – Ронин, Нарк, Майор и Зулус. Ладно, мне пора – ещё увидимся, когда-нибудь!

– Пока, Студик! – попрощалась она.

Остальные девушки помахали мне руками.

Прохожу во двор крепости и вижу ещё одну участницу моего последнего вояжа – Канаду. Она на стрельбище, разбирает АКМ, под бдительным надзором Майора и Зулуса.

Уровень её боевой подготовки решительно не устроил Ронина и Профа, поэтому ей запретили выходить в рейды до тех пор, пока она не сдаст квалификацию Зулусу и Майору.

– АКМ, БЛЯДЬ, СДЕЛАЛИ, ЧТОБЫ ДАЖЕ ДОЛБОЁБ, НАХУЙ!.. – вдруг своим хриплым голосом заорал Майор.

Канада вздрогнула и уронила затвор на стол.

– Майор, полегче… – попросил Зулус.

Один из самых существенных минусов «диких» КДшников и КДшниц – они учились, в большинстве случаев, самостоятельно, тому, что получается. Если нет гранатомёта, то «дикий» КДшник не будет учиться его правильной эксплуатации – потому что, а нахуя? Если нет пулемёта, то «дикий» КДшник не будет морочить себе башку дополнительными заботами. Нет снайперской винтовки – та же херня.

У нас же стандарты подготовки наших «одомашненных» КДшников предполагают освоение всего, что может стрелять или взрывать, на уровне СпН ГРУ ГШ ВС РФ – за это отвечает Зулус, который у нас больше педагог и инструктор, чем спецназовец…

Он как-то говорил, что СпН ГРУ, в том числе, занимались подготовкой всяких парамилитарес, потому что они очень выгодны политически, если надо ёбнуть неугодный режим в какой-нибудь другой стране.

– Кхм-кхм… – откашлялся Майор. – Ладно. Неправильно! Заново!

Машу рукой Канаде и иду дальше, в лобби «Хилтона».

Поднимаюсь на свой этаж и забуриваюсь в свой номер и, разувшись, падаю на кровать. Сразу же врубаю телевизор и переключаюсь на канал с аниме. Лапша любит смотреть всякие фильмы, блин, сериалы, но я придерживаюсь строгих правил: только аниме – только хардкор!

Снова идёт «Класс превосходства», про японских школьников в школе для особо одарённых. И речь не о спецшколе, а о школе для реально особо одарённых.

Моё мнение: что-то в этом «Классе превосходства» есть, но градус кринжа слишком высок, поэтому я никогда не мог прорваться через первые серии, хотя пытался смотреть неоднократно, потому что друзья и знакомые анимешники очень хвалили этот тайтл.

Чтобы кринж заходил помягче, я вытащил из холодильника бутылку виски, налил себе 250 миллилитров и устроился на кровати поудобнее.

«Если бы не форсдетокс, мы все бы уже давно спились нахуй…» – подумал я, рассматривая виски в стакане на свет. – «Фазан, бедолага, считает это даром и проклятьем одновременно. Он идейный алкаш, поэтому ему физически больно „переводить продукт зря“, применяя форсдетокс, но поделать он с этим ничего не может, так как похмелье порой бывает просто невыносимым».

Правда, это нихрена не похмелье, а полноценное отравление – Фазан же пьёт бормотуху, в которой дохрена сивушных масел и метилового спирта. Такая бормотуха способна убить нормального человека, но Фазан, против своей воли, тянется к ней.

Это связано с тем, что даже самый крепкий виски, даже самый чистый спирт, увы, не способен вызвать знакомое Фазану чувство похмелья, по которому он очень скучает, ведь это обязательная часть ритуала алкаша. Нормальный алкоголь не может вызвать у КДшника похмелья, а вот сивушные масла могут, поэтому спрос на бормотуху будет высок всегда.

С половины бутылки виски меня чуть-чуть поправляет и происходящее на экране становится несколько менее кринжовым.

– Можно смотреть… – заключил я.

Но мне не удалось досмотреть даже половину серии, так как зазвонил лежащий в кармане телефон.

– Алло? – ответил я на вызов от Фазана, одновременно убавив звук пультом телевизора.

– Студик, надо перетереть, – сказал Фазан. – Ты у себя?

– Ага, – подтвердил я. – Подтягивайся.

– Скоро буду, – сказал Фазан и завершил вызов.

Минуты через две, в дверь постучали. Я нажал на кнопку «Разблокировать дверь» на прикроватной панели управления.

Дверь номера открылась, и внутрь вошёл Фазан.

– Проходи, присаживайся, – сказал я, выключая телевизор. – О чём хочешь перетереть?

– Да о том, что ты сказал, – ответил он, сев на диван под телевизором. – Ты прав, Студик – наверное, мне следует прокачаться и получить атакующую способность…

– Не наверное, а на 100%, – поправил я его. – У тебя же охуенная база – твой основной апекс даёт ебейшую броню и надо лишь добавить к нему что-то убойное и всё, начнётся пёрфект лайф!

Поднимаю лежащий на кровати телефон и открываю чат-бот, в который вбиваю «Фазан».

Бот сразу же выкатил мне всю доступную информацию, из которой меня интересовали только последние способности.

– «Апексный ферроостеолитический панцирь»

Описание: апексная мутация полностью трансформирует систему металлокостных пластин в гиперэффективную динамическую броню. Пластины становятся значительно толще и прочнее за счёт гиперплотной микротрабекулярной структуры с внедрёнными углеродными нановолокнами и самоуплотняющимися минеральными матрицами. Эластичные коллагеновые прослойки усилены и приобрели способность к быстрой регенерации, что позволяет пластинам самостоятельно восстанавливаться после повреждений.

Эффект:

+8 к «Выносливости» и +4 к «Экстракции энергии»

Режим I: равномерное распределение пластин по телу. Улучшенная базовая защита при минимальной метаболической нагрузке.

Режим II: концентрация пластин вокруг жизненно важных органов. Максимальная защита ядра с минимальным ограничением подвижности.

Режим III: укладка пластин нахлёстом с усиленными эластичными прослойками. Значительное снижение передачи ударной, взрывной нагрузки и вибраций на мягкие ткани.

Режим IV: выдвижение удлинённых шипов до 18–22 см из кромок пластин. Шипы обладают повышенной прочностью и остротой. После деактивации шипы рассасываются.

Режим V: активирует ускоренное восстановление повреждённых бронепластин. Скорость регенерации значительно повышена – мелкие повреждения восстанавливаются за 40–90 секунд, серьёзные пробоины и трещины – за 4–7 минут. При прокалывающих/резаных повреждениях пластины сходятся быстрее, образуя «перфузионный барьер» с усиленным локальным высвобождением гемостатических факторов. Первичное закрытие раневого канала происходит почти мгновенно.

Расход:

Режим I/II – 215 килокалорий в час.

Режим III – 380 килокалорий в час.

Режим IV – 260 килокалорий за активацию + 95 килокалорий в минуту.

Режим V – 1450 килокалорий за активацию + 420 килокалорий в минуту.

Порог развития характеристик повышен до 15.

Апекс он взял на 40-м левеле, а затем настал черёд пассивки. И пассивка у него пусть и бесполезная, но зато интересная…

– «Авторегулируемый торпор-подобный метаболизм»

Описание: пассивная мутация эндокринной и центральной нервной систем, позволяющая организму автоматически переходить в состояние торпор-подобного гипометаболизма при угрозе голода, обезвоживания или при получении тяжёлой травмы. Организм самостоятельно снижает базовый метаболизм без участия сознания, сохраняя при этом минимальную активность мозга и жизненно важных органов.