Текст книги "Вечно голодный студент 6 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Цвет кожи как был тёмно-синим, так и остался – мы все уже привыкли.

Мы находимся в киберсычевальне Нарка – тут, как всегда, воняет вейпами и картофельными чипсами, а все стены и потолки в неоновой подсветке.

– Нарка притон… – произнёс я, глядя в потолок.

– Ха-ха, – саркастически посмеялся Нарк. – Здесь, блядь, зона трезвости, воин! Это тебе не чум травников! Всё, не отвлекай.

Проф продолжил диктовать, а мы с Щекой продолжили тупить, сидя на пуфиках.

– Когда уже в бой, блядь? – спросил Щека. – Скучно! Хочется махача, чтобы жёстко, хардкорно!

Я тоже испытываю лёгкую скуку, потому что охотничьи или тренировочные рейды с медленными новичками меня вообще не вдохновляют.

Наверное, это адреналиновая зависимость, которая делает для нас невозможной безопасную мирную жизнь.

А ещё нет дофамина от апгрейдов – опыт не капает или капает в микроскопических дозировках, а я уже крепко зажрался и привык получать сразу и дохуя опыта…

«Нас с Щекой не вставляет власть – возможно, из-за того, что мы её не пробовали», – задумался я. – «Но пробовать как-то не хочется. И если власть хоть чуть-чуть похожа на командование группой в рейде, то это полная хуйня».

– Всё! – воскликнул Нарк и нажал на «Enter».

Одновременно тренькнули смартфоны.

Открываю чат-бот и ввожу в него «Проф». Выводится вся информация о нём, но я пролистываю к последней способности.

– «Апексный Гематитовый Клинок»

Описание: апексная мутация крови позволяет мгновенно сворачивать и кристаллизовать её в ладони с абсолютной плотностью гематита и железа, формируя чрезвычайно прочное зазубренное лезвие длиной до 151 сантиметра. Лезвие оснащено системой продольных пазов с выдвигающимися кератиново-гематитовыми шипами и возможностью формирования полностью автономного оружия с удобной рукоятью. Добавлена функция контролируемого диспергирования лезвия на мелкодисперсную пыльцу с расширенными биохимическими свойствами.

Эффект:

+6 к «Силе» и +6 к «Ловкости»

Образует сверхмощное и многофункциональное оружие ближнего боя, способное наносить катастрофические резаные, рваные и колотые раны с крайне тяжёлыми последствиями. По полотну лезвия расположены пазы с выдвигающимися шипами, которые при ударе или извлечении раскрываются и максимально усугубляют ущерб, разрывая ткани, сосуды и сухожилия, значительно усиливая кровопотерю и затрудняя извлечение клинка. После деактивации лезвие рассыпается в сгустки засохшей крови.

Режимы:

Колющий: формируется острый бронебойный наконечник и выдвигаются шипы, ориентированные на максимальное проникновение и пробитие даже средней брони или костной ткани.

Режущий: лезвие становится зубчатым, с выдвинутыми шипами, максимально усиливая разрывной и режущий эффект.

Отдельный меч: пользователь может вырастить полноценный меч с рукоятью – длина меча до 151 сантиметра без выдвижных пазов и дополнительных свойств. Меч существует неограниченное время и не требует затрат килокалорий на поддержание. Постепенно теряет прочность и остроту только при применении.

Дисперсный: внешняя часть лезвия крошится на мелкодисперсную гематитовую пыльцу, которая при попадании в кровь или мышечную ткань вызывает тяжёлые повреждения сосудов, локальный некроз тканей и множественные микротромбозы. Пыльца активно связывает клетки крови, гарантируя образование мощных тромбов в сосудах противника, что приводит к быстрой ишемии и некрозу тканей.

Расход: 2629 килокалорий за создание основного клинка. 4285 килокалорий за формирование отдельного меча. 1953 килокалории за активацию дисперсного режима.

Примечание: длительное применение вызывает выраженную анемию и слабость.

– Ебанёшь меч для меня? – попросил Щека.

– Запросто, – ответил Проф.

Он вытянул руку, и из его запястья начала выделяться вязкая жидкость, отдалённо похожая на кровь. Она сформировала структуру длиной около полутора метров, начавшую расширяться и утолщаться.

Где-то через пять с лишним минут, в течение которых мы внимательно наблюдали за происходящим, бурный процесс завершился и в руке Профа остался тёмный меч.

Он имеет прямое лезвие, широкую крестовину, предназначенную для защиты кисти, а также закруглённое остриё, не предназначенное для уколов. Зато режущая кромка выглядит, как мелкая пила – похоже на очень мелкий серрейтор.

– Теперь ты должен мне 4285 килокалорий, – с улыбкой сказал Проф, передавая меч Щеке.

– Не вопрос вообще, старик! – ответил тот. – А как им пользоваться-то?

– С этим вопросом не ко мне – я не разбираюсь в фехтовании, – пожав плечами, ответил Проф. – Но я собираюсь научиться.

– Ладно, в хозяйстве пригодится, – решил Щека. – Буду ходить в рейды, как Дункан МакЛауд!

– Забил характеристики, – уведомил нас Нарк. – Проверяйте.

Опускаю взгляд на телефон.

– Уже лучше, блин… – произнёс я.

– На этом всё, ребята, – сказал Проф. – Студик, я думаю, что время пришло – пора готовиться к длинному рейду в Баку. Готовь ребят, и с этого дня посещай каждое заседание военного совета – всю следующую неделю мы будем обсуждать рейд в Баку.

– Всё, понял, – ответил я.

– А мне можно в Баку? – спросил Щека.

– Нет, для тебя и Фуры у нас заготовлено другое задание, – покачав головой, ответил Проф. – Оно будет не менее интересным – обещаю.

– Е-е-е! – обрадованно воскликнул Щека.

– Расходимся, – приказал Проф.

Глава восьмая

Свод правил

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 6 ноября 2027 года*

В тактическом штабе собрались все будущие участники рейда в Баку, а также Проф, Зулус, Майор и Ронин.

Никаких Пиджаков, Бород, Меченых и Рев тут, конечно же нет, как и обещал Проф.

Это уже второе заседание – на первом мы изучали спутниковые карты, на которые наложили ключевые места, в которых может быть интересно.

Дроны-разведчики в Баку не летают – дистанция не та, ну и одного пролёта сверхдальнего дрона было достаточно, чтобы понять, что город на месте и имеет более или менее приличный вид.

– Сегодня нам нужно обсудить, куда и зачем вы должны будете наведаться, – поделился планом на заседание Проф. – Ронин.

– Итак, – встав с места и подойдя к интерактивной карте, заговорил Ронин. – Нас, в первую очередь, интересуют хранилища топлива – в порту точно есть танкеры и хранилища, в которых содержатся значимые объёмы различного топлива. Вашей главной задачей в порту будет оценка состояния хранилищ и танкеров. Для этого с вами отправятся гражданские специалисты, разбирающиеся в тематике.

– Ага, понятно, – кивнув, произнёс я. – Значит, нужно будет охранять их, пока они возятся с вентилями и рычагами?

– Да, – подтвердил Ронин. – Следующая цель – гражданские суда, которые находятся в порту. Вот этот участок порта, как вы помните с прошлого заседания – в первую очередь, искать нужно будет здесь. К несчастью, из-за некомпетентности оператора дрона, у нас в распоряжении некачественный фотоснимок именно этого квадрата, но в смазанных силуэтах различаются танкеры и сухогрузы. Вполне может быть, что нам удастся реквизировать несколько судов с ценными грузами, если они не потребуют от нас чрезмерно сложных и длительных работ.

То, что Фронтир хочет обладать большим грузовым флотом – это стало очевидно с самого начала, потому что надо было видеть глаза Профа, когда наш «Волго-Дон» пошёл в свой первый рейс.

– Следующая по порядку, но не по важности цель – Гарадагский район, – продолжил Ронин. – Здесь, по разным данным, находятся военные склады и базы, на которых можно затрофеить очень много оружия, боеприпасов и, возможно, исправной бронетехники. Больше всего нас интересует колёсная бронетехника, которую вы сможете эвакуировать в товарных количествах. Танки имеют пониженный приоритет, но только сами по себе, а не боеприпасы в них. Боеприпасы берите все, какие только сможете найти.

Он сделал шаг в сторону и ткнул указкой в локацию, помеченную как «Аэропорт Забрат».

– Вот здесь вам нужно будет посмотреть, что есть из вертолётов, – сказал он. – Также, в связи с тем, что Азербайджан тесно сотрудничал с Турцией, нас интересуют военные беспилотники – вам нужно будет наведаться в Аэропорт имени Гейдара Алиева и прошерстить его на предмет турецких БПЛА и вооружения к ним. По современным меркам, они теперь считаются актуальными и востребованными.

– Значит, точного понимания, где и что лежит, у нас нет? – уточнил я.

– Ты верно всё понял, – подтвердил Ронин. – Это слишком далеко, чтобы мы могли регулярно отправлять туда дроны-разведчики. Из-за этого вы должны будете смотреть глазами и искать всё самостоятельно.

– Какую степень заполнения трюмов мы должны посчитать приемлемой и возвращаться? – спросил Фазан.

– Под завязку, – ответил Ронин.

– То есть, предлагаете нам торчать там месяц-два? – спросил я. – Забить два сухогруза до крышечки – это дофига дел, вообще-то…

В наше распоряжение передаются оба «Волго-Дона» – второй, наконец-то, ввели в эксплуатацию и снабдили командой.

В Ростове обнаружилось приличное количество моряков разных специализаций, ходивших по Чёрному морю – по Волге и Каспию никто из них никогда не ходил, но есть подробные карты и местные моряки.

Водная часть рейда должна стать наименьшей из наших проблем…

– У вас есть время, – произнёс Проф. – Дедлайна практически нет – можете находиться там вплоть до полугода. Главное, чтобы вернулись с трофеями.

– Посмотрим, как всё сложится, – пожав плечами, сказал я.

Я уже выучил карту Баку, с улицами и ориентирами, поэтому на месте не потеряюсь, но в городе может быть много других проблем, помимо ориентации на местности.

– А теперь переходим к тому, что мы точно знаем… – вновь заговорил Ронин. – Первое – войсковая часть №…

Через четыре содержательных и долгих часа мы, наконец-то, покинули тактический штаб. После этого я, в составе «бакинцев», то есть, Черепа, Вина, Фазана, Бубна и Майонеза, направился в столовую, чтобы поесть и усвоить полученную информацию.

– У меня мозг болит… – пожаловался Вин, сев напротив меня.

– Это значит, что он развивается, – ответил на это Череп.

В четыре укуса уничтожаю цельную варёную морковь, после чего берусь за ложку и начинаю есть борщ с мясом. Мяса в тарелке плавает чуть ли не половина от всего объёма, поэтому можно сказать, что это мясо с борщом.

– А ещё это значит, что там есть, чему развиваться, – произнёс Фазан. – Хотя я сомневаюсь, что у тебя в башке есть хоть что-то, кроме сплошной кости, Вин…

– Почему вы меня подъёбываете? – с обидой спросил Вин.

– Нравится твоя реакция – потому и подъёбываем, – ответил Фазан. – Не ведись на подъёбы – не заметишь, как они прекратятся. Достойно отвечать на них даже не предлагаю – вряд ли у тебя в сплошном слое костной ткани найдутся достойные ответы, ха-ха-ха!

– Ладно, хватит бубнить, – потребовал я. – Мешаете пищеварению.

Никто не стал возражать, поэтому я вернулся к сосредоточенному поглощению борща. Но не успела тарелка опустеть, как подошла Клавдия Вячеславовна и налила в неё полный половник.

– Спасибо! – искренне поблагодарил я её.

– Какие-нибудь мысли есть, ну, насчёт Баку? – спросил Бубен.

– Думаешь, кто-то из нас там бывал? – уточнил Череп.

– Я бывал, – ответил на это Фазан. – Летал туда пару раз. Хороший город… был. Как сейчас – хуй его знает.

– В аэропорту видел что-нибудь военное? – спросил я.

– Мне как-то не до того тогда было, – покачав головой, ответил Фазан, кроша в борщ отрываемые от булки куски мякиша. – Да и с каких щей я должен был специально выведывать, что и где у них находится?

– Резонно, – сказал я.

Знай я заранее, что вот так будет, наверное…

А что бы я сделал?

Да нихрена бы я не сделал: начни я кричать, что животные взбунтуются, меня бы быстро упекли в дурку, чтобы не баламутил народ.

Наверное, мог бы приготовиться как-то?

Наверное, мог бы: сделал бы запасы долгохранимого продовольствия, медикаментов, может, накопил бы денег и получил лицензию на гладкоствол, но это бы ничего не изменило. Еда бы закончилась, медикаменты бы не понадобились, а гладкоствол бы не помог…

В отдалённой перспективе не помогают никакие приготовления, но зато они помогают дожить до этой самой отдалённой перспективы – либо приготовления, либо чистый рандом, как в моём случае.

– А почему мы не берём с собой Щеку? – спросил Бубен. – Он бы нам сильно помог…

– Щека считается избыточным для таких задач, – ответил я. – Поэтому у него и Фуры будет какое-то другое задание.

– Да и мы же не дебилы какие-то не приспособленные⁈ – спросил Вин. – Справимся и сами! Правда же, Студик?

Но я его деланный оптимизм не разделяю. Баку – это неизвестность, а я привык опасаться неизвестного. Баку – это тёмное пятно на карте, а в тёмных местах почти никогда не водится ничего хорошего.

– У кого какие предчувствия? – не унимался Вин. – У меня предчувствие очень жирного лута!

– А у меня предчувствие, что ты дохуя пиздишь, Вин, – сказал на это Бубен. – Студик, может, зароем эту тему? А то не к добру обсуждать такое перед рейдом.

– Да, меняем тему, – согласился я с ним. – Я, конечно, не суеверный, но бережёного…

– Студик, – раздался у меня за спиной голос Лапши.

Поворачиваю к ней голову.

– Чего тебе? – без особого дружелюбия спрашиваю я.

– Нам нужно поговорить, – сказала она.

– Если ты так считаешь – давай, – пожав плечами, ответил я. – Но только после того, как я доем.

– Жду тебя в лобби, – кивнув, сказала она и покинула ресторан.

Смотрю ей в спину, но взгляд упорно норовит опуститься на её задницу, а в штанах начинается робкое шевеление.

«Так и с ума сойти можно…» – подумал я.

– Что у вас там, кстати? – поинтересовался Фазан.

– Скоро узнаю, блин… – ответил я. – Пока – ничего.

– Да, эта ваша хуйня уже затянулась, – произнёс Череп. – Переживаю за ваши отношения больше, чем за свои, нахуй…

– Ага, – согласился с ним Бубен. – Турецкий сериал развели тут – не разговаривают, друг на друга не смотрят, хотя не так давно еблись так, что аж из соседнего номера было слышно!

– Я не хочу это обсуждать, мужики, – попросил я. – Давайте сменим тему? Например, на то, какого хуя по ТВ начали показывать порнопародии?

– Ха-ха, ты набрёл на жемчужину телевидения Фронтира! – засмеявшись, сказал Фазан. – В одном из рейдов ребята нашли комп какого-то ценителя – он накопил десяток терабайт отборнейшей порнухи! Нарк говорит, что сбор коллекции был начат с 2008 года – всё каталогизировано по годам и жанрам, то есть, коллекционер был серьёзным.

– Да, серьёзный дяденька, – покивав, изрёк Череп.

– Ну и Нарк, с одобрения Профа, создал канал, по которому 24/7 крутят порнуху, – сказал Фазан в заключение. – Ты, значит, попал на часы порнопародий. Что за фильм хоть был?

– «Пираты», блин… – ответил я. – 2005 года.

– Ох, хороший был год! – с ностальгией произнёс Бубен.

– Только не начинайте свою старпёрскую хуйню, окей? – попросил я.

– Слишком поздно, Студик, – покачав головой, сказал Фазан. – 2005-й год, да… Что делал в том году, Бубен?

– Ну, на первом курсе шараги учился, – ответил тот. – Да там и вспомнить нечего – бухал, кое-как учился, встречался с одной шмарой. А, вот – трипак от неё поймал и лечился потом.

– Весёлый ты человек, – произнёс я.

– А у тебя что было в тот год, Череп? – спросил Фазан.

– Да примерно то же – подбухивал, подрабатывал… – ответил тот. – Как все вокруг, в общем говоря.

– А что в это время делал ты, Студик? – спросил Череп.

– Срал в подгузники и орал, – ответил я ему. – Иногда по полу ползал ещё, наверное.

– А сейчас и не скажешь по тебе, что ты малолетний, – произнёс он.

– Это сейчас неважно, кому и сколько лет, – сказал я на это. – У нас равное количество опыта жизни в новых условиях. Считайте, что мы все родились почти одновременно.

Совсем давний жизненный опыт со счетов сбрасывать не стоит, но и переоценивать его не нужно.

К тому же, есть вид опыта, который вообще не потерял в актуальности – боевой.

Зулус, например, является одним из ценнейших граждан Фронтира потому, что у него есть очень богатый боевой опыт, который он, к тому же, успешно адаптировал под новые реалии.

– Всё, я пошёл, – сказал я, доев вторую порцию мяса с борщом.

– Удачи, Студик, – пожелал мне Фазан.

Спускаюсь в лобби и вижу, что Лапша сидит на кресле возле фейкового камина и попивает колу из пластиковой бутылки. Сажусь на кресло рядом с ней и смотрю на «камин», подсветка которого выключена за ненадобностью.

– Ну? – спросил я, глядя в «раскалённые дрова».

– Ты скоро уходишь, – произнесла Лапша.

– Да, – ответил я.

– Почему мы расстались? – спросила она.

– А, тебе нужно напомнить, да? – с усмешкой уточнил я. – Я хуй его знает, почему, но у меня есть одна версия. Озвучить её или не надо?

– Озвучь, если хочешь, – ответила она.

– Ты получила эту ебанутую способность, возомнила себе, будто теперь способна читать мысли, хотя это нихуя не так, а потом начала подозревать, будто мне есть дело до каких-то других женщин, кроме тебя, – проговорил я свою версию.

– Всё было не так, – не согласилась со мной Лапша. – Ты вёл себя подозрительно, и я посчитала, что есть основания…

– Я⁈ – спросил я.

– Это даже другие замечают, – сказала на это Лапша. – Основания были и…

– Подожди-ка… – приостановил я её, с подозрением нахмурившись. – Какие именно другие что-то замечали?

– Это сейчас не важно, – мотнув головой, ответила Лапша.

– Нет, блин, важно! – не согласился я с ней. – Кто?

– Я не хочу, чтобы ты создал ей проблемы, – сказала на это Лапша. – И ты их не создашь.

– Гадюка, да? – предположил я.

По взгляду Лапши мне стало ясно, что я прав. Может, у меня тоже есть способность, позволяющая «читать мысли»?

– Да, Гадюка, – убеждённо заключил я. – Это же твоя лучшая подружайка, да? А она тебе не говорила, что пыталась подкатить ко мне во время рейда, но я послал её на хуй, примерно, трижды?

– Ложь, – заявила Лапша.

– Включай свою охуительную способность, – потребовал я. – Включила? Ага. Тогда смотри внимательно на моё лицо: твоя лучшая подружайка, Гадюка, минимум три раза пыталась подкатить ко мне во время рейда, но я послал её на хуй. Как считала? Отчётливо?

Лапша продолжила смотреть на меня с каменным выражением лица.

– Схавала, да? – с чувством превосходства спросил я. – Моя совесть чиста.

– Это не может быть правдой, – сказала Лапша.

– Ну, тут ты уже сама решай – мне похуй, – равнодушно ответил я. – А вообще, я думал, что мы обсудим с тобой решение давно назревшей проблемы…

– Какой проблемы? – отстранённо спросила Лапша, думающая о чём-то другом.

– Мне нужно, чтобы ты отсосала мне, а потом я тебя трахнул, не менее шести-восьми раз – и это должно произойти обязательно до рейда, – сообщил я ей. – В ином случае, мне придётся трахать всех встреченных тюленей, которые, явно, не заслуживают такого – они же нам ничего не сделали… Так что…

– Ладно, идём ко мне, – встав с кресла, сказала Лапша.

– Вот давно бы так! – обрадованно воскликнул я.

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 ноября 2027 года*

– Ох… – выдохнул я, проснувшись.

Чешу недюжинными усилиями нарощенное пузо, концентрирующее в себе часть накопленных мною килокалорий.

Весь пол вокруг кровати изобилует использованными презервативами и рваными сашетами – Лапша нуждалась во мне ничуть не меньше, чем я в ней, поэтому последние двое суток прошли насыщенно.

Лапша официально переехала в мой люкс, поэтому вокруг полно её многочисленных шмоток, хотя логичнее было бы мне переехать в её номер, потому что так было бы значительно меньше вещей для переноса. Но она захотела люкс, поэтому собрала свои вещи и теперь она живёт здесь.

Слезаю со своей огромной кровати и беру мусорную урну, в которую начинаю закидывать последствия бурных ночей.

Закончив с предварительной уборкой, которая нужна только для того, чтобы не было совсем стыдно перед уборщиками, иду к мини-бару и вытаскиваю из него бутылку коньяка. Я, конечно, не любитель, но тут такое событие – у меня ведь, всё-таки, очень резко наладилась жизнь…

Наливаю коньяк в 250-миллилитровый стакан, то есть, опорожняю бутылку наполовину, беру из тарелки посыпанную сахаром дольку лимона, и вливаю в себя алкоголь, после чего закусываю его лимоном.

Мною замечена одна поразительная вещь – только алкоголь даёт мне, очень ненадолго, чувство насыщения. Это открытие я сделал, буквально, вчера вечером, когда накидался вместе с Лапшой четырьмя литрами местной бормотухи.

Проглатываю лимон вместе с кожурой и прислушиваюсь к ощущениям.

– Блядь, а как я раньше этого не замечал? – спросил я себя.

Наверное, я так свыкся с этим чувством лёгкого голода, что даже перестал замечать, когда оно исчезает.

«Но даже если так, хронически бухать я не буду», – пообещал я себе. – «К тому же, это ненадолго – потом всё возвращается и от этого ещё больнее».

Смотрю на опустошённую наполовину бутылку. Да, чего добру пропадать?

Наливаю остаток в стакан и насыпаю на дольку лимона побольше сахара.

Тут начинает гудеть телефон.

– Эх… – с сожалением издал я и пошёл к мобиле, лежащей на полу у кровати. – Да, слушаю.

– Студик, срочно в лобби! – скомандовал Проф. – Останови Лапшу!

– А что происходит⁈ – спросил я.

– Нет времени! – ответил Проф. – Беги в лобби, как можно быстрее!

Он завершил вызов, оставив меня в недоумении.

Спохватившись, начинаю метаться по комнате в поисках одежды.

Нахожу только штаны, лежащие на груде вещей Лапши. Надеваю их, вставляю ноги в тапки и бегу к двери.

Если там что-то очень срочное, то надо не на лифте, а по лестнице…

За несколько минут спускаюсь на первый этаж и забегаю в лобби.

А тут собрались почти все – столпотворение происходит вокруг Лапши и Гадюки, стоящих друг напротив друга.

– Лапша… – воззвал Проф.

– Заткнись, – отмахнувшись, велела она ему. – Эту проблему не решить словами. Гадюка, шалава, выходи на парковку – не хочу заляпать тобой лобби.

– Лапша, ты всё не так поняла… – попыталась оправдаться Гадюка.

– Прямо сейчас ты лжёшь мне, – уверенно заявила Лапша. – Из-за тебя, шлюха, я поссорилась не только с Костей, но и с Щекой и Фурой! Ты заплатишь за это!

– Что за хуйня тут происходит? – спросил я, выйдя вперёд.

– Не лезь в это, – сказала мне Лапша.

– Что ты исполняешь тут? – подойдя ближе, спросил я.

– Я сказала, чтобы ты не лез, – повторила она.

Затем она развернулась к Гадюке и выстрелила в неё паутиной.

Но Гадюка успела среагировать: уклонилась и плюнула в неё кислотой, которую Лапша сбила порцией паутины.

– Ай, блядь!!! – заорал Щека, на которого брызнуло расплескавшейся кислотой. – Сука!!! За что⁈

– Уведите его в медблок! – приказал Проф. – Лапша, Гадюка – прекратите!!!

– Никакого медблока!!! – запротестовал Щека. – Ёбка же! Тут ёбка! Я хочу досмотреть!!!

Зрители начали разбегаться, чтобы не попасть под раздачу, а противостояние, тем временем, продолжилось.

Я укрылся за ближайшим диваном и начал взвешивать все «за» и «против» по поводу применения электричества. Можно ведь случайно и убить…

Но всё развивалось стремительно.

Видя, что Гадюка слишком манёвренна, Лапша выпустила много нитей, сузив ей пространство для манёвра, а затем, когда Гадюке стало некуда бежать, выстрелила прямо в неё.

Судя по характерному блеску этой порции паутины, она начинена токсином.

Паутина оплела лицо, руки и шею Гадюки, та попыталась плюнуть кислотой, но затем рухнула и забилась в конвульсиях.

Всё.

– Пиздец… – выразил общее мнение Вин.

– Что ты наделала⁈ – яростно спросила Палка.

– Хочешь присоединиться к ней? – развернувшись, спросила Лапша.

– Всем успокоиться! – выкрикнул Проф. – Расходимся! Вин, Череп – утащите Щеку в медблок!

– Да, несите меня! – воскликнул Щека. – Всё, ёбка кончилась!

Ему обожгло грудь и живот – кожа пошла пузырями, которые уже лопнули и залили пол кровью. Выглядит жутко, но Щеке будто бы пофиг.

– Её нужно судить и казнить! – призвала Палка.

– А ты в этом уверена? – спросила Лапша.

– Давайте не будем кипятиться! – сказал Проф. – Палка – выйди отсюда!

– Если ты спустишь всё на тормозах, Проф, я ухожу из Фронтира!!! – крикнула Палка.

«Что за пиздец?..» – спросил я себя.

– Фазан, Бубен – унесите тело Гадюки в морг! – распорядился Проф. – Лапша – сядь!

– Я сделала то, что должна, – сказала та.

– Я сказал тебе – сядь! – приказал Проф.

Лапша прошла к дивану и села.

Фазан и Бубен обернули тело Гадюки в ковёр и осторожно понесли её в сторону морга.

– Что случилось? – спокойным тоном спросил Проф.

– Гадюка действовала на наш коллектив разлагающе, – так же спокойно ответила Лапша. – Она внесла разлад в наши со Студиком отношения и пыталась отбить его у меня.

– Ты что, сука, о щеночке каком-то говоришь⁈ – спросил я её. – Ты ебанулась⁈

– Студик, не лезь, – попросил Проф. – И ты, Лапша, вместо того, чтобы обсудить это с нами, решила убить её?

– Я пришла обсудить с ней происходящее, – покачав головой, ответила Лапша. – Но она начала выводить меня на агрессию. Сказала, что я не заслуживаю места, которое занимаю, Студика, твоего расположения, а потом я разозлилась и…

– Межличностный конфликт, – констатировал Проф. – Можно ведь было поговорить со мной? Я бы всё уладил.

– Уже поздно, – сказала Лапша. – Что теперь?

– Я ещё не знаю, – признался Проф. – Это очень серьёзная проблема…

– Лапша, ты ебанулась, – произнёс я. – Нахрена ты всё это устроила? Мы ведь всё уже уладили!

– Нет, мы ничего не уладили, – не согласилась она со мной. – Я уладила.

– Что ж, придётся спустить это на тормозах, – пришёл Проф к выводу. – На этот раз, Лапша. Тебе это можно только потому, что ты слишком важна для Фронтира. Но ещё один подобный эпизод – ты будешь изгнана. Как принято?

– Да, я тебя поняла… – тихо ответила Лапша.

– Не расслышал, – нахмурившись, сказал Проф.

– Да, я тебя поняла, – ответила Лапша громче.

– С сегодняшнего дня я начну разрабатывать список правил, приравненных к закону, – сообщил нам Проф. – Он будет обязателен для всех. Все, нарушившие правила, будут изгнаны или казнены. Я разочарован в тебе, Лапша.

Он развернулся и ушёл к лифту.

– Что я наделала… – прошептала Лапша.

Сажусь рядом с ней и приобнимаю.

– Я новый уровень получила… – вновь прошептала она и заплакала.

– Пиздец… – изрёк я и обнял её покрепче.

Глава девятая

Тяжелый шлюз

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 9 ноября 2027 года*

– Палка ушла, – сообщил мне Фазан.

Перемешиваю сахар в чае и накладываю кусок вяленого медвежьего мяса на булочку.

– Да, я слышал, – ответил я.

– А то, что Майонез уходит с ней, ты слышал? – спросил Фазан.

– Майонез? – удивлённо переспросил я. – Не, не слышал.

– Они и Вина зазывали с собой, и остальных, но никто не согласился, – добавил Фазан. – Вроде бы минус один КДшник был, но теперь получается, что минус три…

Проф сделал объявление, что это была разборка на личностной почве, в ходе которой произошло столкновение и гибель одной из участниц, но весь Фронтир и так знает все подробности, поэтому объявление было излишним.

Также он пообещал, что разработает правила, на основе которых и будет впредь жить Фронтир.

По-хорошему, если исходить из уголовного кодекса Российской Федерации, Лапшу следовало взять под стражу и судить, как верно отметила Палка, но Профу это вообще не в кассу – он от этого теряет больше, чем получает.

Лапшу боятся все окрестные группировки, потому что она способна надолго и надёжно перекрывать пути для стратегических наступлений, так как никто не хочет лезть в леса, из которых потом невозможно выбраться…

Моё отношение к этому не изменилось – это пиздец.

Я не долбоёб, поэтому понимаю, что Гадюка, действительно, разлагающе действовала на общество – за вчерашний день вскрылось дохрена новых подробностей. Оказалось, что она подкатывала практически ко всем КДшникам из изначального костяка, включая даже Щеку, который, правда, сразу же послал её нахуй.

Её этот посыл не остановил, поэтому она пыталась внести раскол между ним и Фурой – слухи, попытки подстав и так далее.

То есть, очевидно, чего она добивалась: она хотела прорваться к вершине иерархии через постель. Если бы у неё получилось вступить в отношения со мной или Щекой, она бы разом повысила свой статус и получила возможность влиять на дальнейшую судьбу Фронтира, ну, то есть, добилась бы власти.

С Фурой у неё нихрена не получилось, зато отлично получилось с Лапшой, ну, почти отлично…

Все всё понимают, даже Палка, наверное, даёт себе отчёт в том, что происходило на самом деле. А возможно, Палка даже замешана в этом, потому что она поддерживала Гадюку в её деятельности.

– Мне как-то очень хуёво от всего этого, Студик, – поделился Фазан ощущениями.

– Если тебе станет от этого легче, то мне тоже очень хуёво, – ответил я и отпил очень сладкий чай из кружки. – Если смотреть по-человечески, то Лапша была права в своём намерении, но то, что она в итоге убила Гадюку – это была большая ошибка…

– Да уже не важно, Студик, – сказал на это Фазан. – Одно знаю точно – это событие будет иметь далекоидущие последствия. Люди-то что увидели? Лапша убила Гадюку, и ей за это не было никаких последствий, кроме общественного осуждения. То есть, если ты достаточно сильный КДшник, то тебе можно вообще всё – даже убийство себе подобных.

– Да… – согласился я с ним.

– Что стоят теперь законы, которые обещал Проф, если наверху сидим мы и нам всё можно, если захотим? – спросил Фазан.

– Студик, Лапша, – раздался из рации голос Профа. – Ко мне в кабинет.

– И началось… – пробурчал я, после чего залпом выпил горячий чай. – До встречи.

Покидаю столовую и иду в кабинет Профа.

По пути встречаю Лапшу, у которой глаза до сих пор на мокром месте – осознание, что она убила свою, как впоследствии выяснилось, ненастоящую, но подругу, терзает её, и она испытывает острое чувство вины.

Вместе заходим в кабинет, в котором присутствует только Проф.

– Садитесь, – велел он, указав на диван. – Сейчас состоится серьёзный разговор.

Сажусь на диван и обнимаю Лапшу, которая сразу же начинает рыдать.

– Достаточно, – потребовал Проф. – Нам сейчас не до соплей – у нас серьёзная проблема. Прекрати, Лапша.

Та вытерла глаза платком, сделала серию глубоких вдохов и выдохов, а затем тряхнула головой.

– Итак, к проблеме, – произнёс удовлетворённо кивнувший Проф. – Изгнать или казнить тебя мы не можем, потому что ты слишком важна для Фронтира. Но наказание должно быть, иначе это подорвёт основу нашей небольшой государственности.

Он открыл выдвижной ящик и достал оттуда бежевую папку.

– Вчера я выработал перечень наказаний, которым тебя подвергнут, Лапша, – сказал он, раскрыв папку. – За совершённое преступление ты должна будешь передать на баланс Фронтира 500 тонн мяса зверей, 50 килограммов золота, 50 000 патронов калибром не ниже 5,45×39 миллиметров, 50 единиц автоматического огнестрельного оружия, а также 5 единиц исправной бронетехники вроде БМП-1, БМП-2 или БТР-80. Если найдёшь танк, то он зачтётся как одна единица, но предпочтительны БМП. Срок тебе на это даётся большой – полгода. Если не справишься, мы изгоним тебя из Фронтира, и в случае попытки проникновения все боевые подразделения будут обязаны открывать по тебе огонь. Помогать тебе запрещено, поэтому ты должна принести всё это самостоятельно – искать тоже будешь всё сама. Как только выплатишь компенсацию, к тебе больше не будет никаких вопросов, и вина твоя будет считаться искупленной. Это вира, которая теперь будет частью законодательства Фронтира. Тебя устраивают условия или ты предпочтёшь изгнание?