Текст книги "Во власти тьмы (ЛП)"

Автор книги: Моника Корвин

Соавторы: Джей Эл Бек
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

14

РОУЗ

Кай дает мне пространство, как и должен. Не могу вспомнить момент, когда он начал так сильно давить на меня. Мы только и дело что ссоримся. Чем больше я провожу с ним времени, тем сильнее я это ненавижу. Я не хочу ссориться с ним.

Но я еще не готова думать о том, чего я действительно с ним хочу.

Я смотрю на снежные холмики, скрывающие величественные вечнозеленые ветки. Здесь так умиротворенно, что я не вижу для себя возможности подобных ощущений в каком-либо другом месте. Там будет больше людей, больше звуков, больше вещей, предназначенных для причинения мне боли и моего умопомрачения.

Валентина выжила, как и я. Она пережила, по факту, какие-то пытки, которые Сэл подготовил именно для нее. Я не могу подвергнуть сравнению наш опыт, поскольку никто не рассказал мне о случившемся с ней той ночью, но я знаю, что он не стал бы насиловать ее, как меня. Он предельно ясно дал это понять бесчисленное количество раз. Вэл никогда не была подобна мне. Драгоценность для его короны. Он хотел свою королеву незапятнанной, когда он разделит с ней ложе, сколько бы он ни кичился обратным.

Мороз прокатывается по спине, и я поворачиваюсь, чтобы обвести взглядом комнату. Если Сэл собрался преследовать меня, то он, блядь, не по адресу. Я найду его могилу и посыплю землю солью, прежде чем проведу с ним еще хотя бы минуту ― живой или мертвой.

Восходит солнце, окрашивая снегопад в цвета сахарной ваты. Так красиво. Очень красиво. Я думаю о Кае, о его широких плечах, о том, как пот выступает на них во время тренировок, словно не желая отпускать.

Стук вырывает меня из мыслей и возвращает к реальности. Из этого окна мне не видна дверь, но я замечаю почтовый грузовик в нескольких метрах вдоль дороги, как будто он не желает прорываться сквозь снег. Как и для чего нам нужна почта? Может, здесь жил кто-то другой и забыл обновить адрес?

Я смотрю на лестницу и вслушиваюсь, сверху раздается звук душа. Ну, он не собирается проверять это, так что, может, я должна. Но осторожно.

Я беру одеяло с дивана и накидываю его себе на плечи, поскольку я не поднималась, чтобы надеть брюки.

Я кричу через деревянную дверь.

– Да? Кто это?

Отвечает низкий голос.

– Доставка почты, мэм, для Кая Аквила? Он здесь? Ему нужно будет расписаться.

Я смотрю на лестницу и затем на дверь. Я не должна отвечать, но что если он ждет посылку, с помощью которой нам удастся выбраться отсюда.

– Можете, пожалуйста, назвать имя адресанта?

– Валентина Новак.

Я задаюсь вопросом, зачем ей посылать что-то под своим девичьим именем. Насколько мне было известно, она теперь носила фамилию Доубек. Но, может, она пытается спутать следы. Она могла использовать это имя по массе причин. Я не могу устоять перед возможностью получить что-то от Валентины. Я скучаю по ней так сильно, что не могу даже подумать об этом как следует.

– Секундочку, – кричу я через дверь и поворачиваю замки. Когда последний из них щелкает, дверь распахивается, и я оказываюсь перед дулом пистолета.

Вздохнув, я смотрю ему в лицо.

– Ну, с выбором одежды ты точно переборщил. Серьезно, ты справился с ролью, браво. Ты украл этот почтовый грузовик, или ты какой-то наемный почтовый ассасин?

Он на меня хмурится.

– Заткнись, сука. Я здесь не из-за тебя. Держи свою пасть закрытой и сиди, блядь, на месте. Когда я закончу дела с твоим парнем, я выйду за дверь, и ты никогда меня больше не увидишь.

Я сажусь на диван, но он не оставляет меня в покое. Вместо этого он связывает мне руки хилым узлом, а затем обматывает его вокруг деревянной ножки кофейного столика.

– Ты сказал, что не хочешь мне вредить, тогда зачем привязывать меня?

Он поднимает пистолет, осматривая первый этаж, проверяя место на наличие Кая или ловушек. Кто знает.

– Я не полный дебил. Ты в любую секунду можешь напасть на меня, чтобы спасти его. Мне не нужно, чтобы ты вмешивалась.

Я улавливаю движение наверху и позволяю одеялу соскользнуть с моих плеч.

– Ну, раз мы с ним развлекаемся, может, ты придешь сюда и поможешь девушке?

Он опускает глаза на мою грудь, очерченную футболкой, затем на нижнее белье и голые бедра.

– Без обид, леди, но ты для меня слишком толстая.

Я вздрагиваю и морщусь.

– Да пошел ты, кретин.

Оскорбление, похоже, работает лучше, чем приглашение. Он поворачивается и идет ко мне.

– Что ты сказала, сука?

Я прочищаю горло и делаю глубокий вдох, словно собираюсь устроить представление.

– Я сказала, да пошел ты…

Остальное сказать я не успеваю, потому что Кай подходит сзади к почтальону и оттаскивает назад за горло. Завязывается борьба, и я выворачиваю запястья, пока не высвобождаюсь. Но это не особо играет какую-то роль. Кай уже забирает у парня пистолет и берет использованную на мне веревку, чтобы связать его.

Когда Кай бросает его в кресло, я убираюсь с дороги и прячусь за спину Кая. Через минуту я осознаю, что на нем только полотенце, и боже мой, каждый раз, когда я думаю, что он хорошо выглядит без одежды, богу словно нужно напомнить мне еще раз.

Мужчина борется с веревкой, в то время как Кай просто смотрит на него.

– Какая приятная встреча. Айк, да? Или, может, Иван. Я постоянно путаю ваших парней. – Кай поворачивается ко мне, и что-то в его улыбке кажется из ряда вон выходящим. Почти… диким. – Можно подумать, что их родители научатся не плодиться. Я прав? Учитывая, как много засранцев они продолжают рожать. – Я бездумно киваю, не зная, какую роль играю в этом маленьком сценарии. Кай смотрит на мои ноги и затем передает мне одеяло. – Для справки, я считаю тебя идеальной.

Ну блин. Я с трудом сглатываю, поскольку не могу говорить после этого заявления. Так он слышал, как этот парень назвал меня толстой.

Кай садится на кофейный столик, его полотенце распахивается, чтобы он мог облокотиться на колени, сложив руки.

– Что ты здесь делаешь?

Мужчина, выглядящий почти умиротворенным, молча смотрит на Кая.

Я туже затягиваю одеяло вокруг себя, наблюдая за ними. Мне должно быть страшно, ведь так? Это должно ужасать. Этот человек мало того, что незнакомец, так я еще и сделала ему непристойное приглашение, словно была на него согласна. Нечто подобное я могла сделать… прежде. Крошечная искра надежды разгорелась в моей груди, и я не могу упустить ее. Я хочу вдохнуть в нее воздух, напитать ее, дать ей развиться, но я не знаю как.

Голос Кая возвращает меня к допросу.

– Ты устал ждать, пока один из твоих братьев заменит Сэла после его смерти?

И тут до меня доходит. Этот человек ― один из братьев Сэла. Я замираю, едва дыша и изучая его лицо. Так и есть. У него та же сальная прическа и широкий лоб. Дрессированный неандерталец, так я называла Сэла. У его брата тот же взгляд.

Я шагаю вперед, и Кай чуть уклоняется. Мужчина переводит взгляд на меня, очевидно ничего не ожидая.

Я тянусь и ударяю его достаточно сильно, чтобы у меня свело костяшки и боль пронзила пальцы и запястья.

Мужчина падает обратно на кресло, и я оставляю след на его щеке. Кай подходит ко мне сзади и отводит меня на кухню. Я стою и смотрю на мужчину, пока Кай достает полотенце и лед для моей руки.

– Вот, держи.

Надо отдать Каю должное, он не спрашивает меня, почему я ударила его и почему я представляю, как втыкаю нож ему в грудь.… тем же образом…

Я вырываю себя из прошлого и смотрю на Кая. Капли воды все еще остаются на его шее, словно он едва успел вытереться, прежде чем бросился мне на помощь.

– Ты в порядке?

Я киваю.

– Давай просто узнаем, чего он хочет, чтобы мы могли избавиться от него.

Кай вздергивает одну темную бровь, приподнимая губы в ухмылке.

– Избавиться от него?

Я пожимаю плечами.

– И что с того? Я хочу всадить ему пулю в мозг, чтобы он сгнил в аду вместе со своим братом.

Кай поворачивается и берет пистолет с холодильника, затем поднимает пистолет мужчины с пола, куда тот уронил его во время борьбы. Я смотрю на оба пистолета и перевожу взгляд на Кая.

Он испускает утрированный вздох и протягивает мне свой девятимиллиметровый.

– Ты знаешь, как им пользоваться?

– Нажать на курок.

Он тихо матерится и показывает, как мне держать оружие.

– Держи вот так и затем снимешь предохранитель. Не нажимай на курок. Сожми его. Промахнуться на таком расстоянии практически невозможно, но если промажешь, просто попробуй еще раз.

Мужчина в кресле начинает вырываться.

– Ты действительно позволишь этой суке застрелить меня?

Кай вновь садится на кофейный столик, его темные волосы влажные и забраны назад, глаза сияют. Его резкая улыбка вновь играет на губах, и мне нравится видеть ее направленной на кого-то, помимо меня.

– Конечно, в конце концов, ты назвал ее толстой.

Парень смотрит на меня, где я слабо держу пистолет в руке.

– Я ничего этим не хотел сказать, честно. Ты серьезно красотка, просто не мой типаж.

Я шагаю вперед и откидываю волосы с лица.

– Ты узнаешь меня?

Он качает головой.

– Нет, а должен? Хочешь, чтобы я тебя узнал?

Сэл и его чертовы братья стольким причинили боль, что уже не помнят как самих деяний, так и лиц их жертв. В ту ночь я видела братьев Сэла. Они подначивали его, пока он мучил меня. И ему даже не хватило приличия запомнить мое лицо.

В глазах жгут слезы. Горло горит. Все во мне пылает. Я так зла, что у меня дрожат руки, когда я поднимаю пистолет, чтобы прицелиться.

– Брось, ты серьезно бесишься из-за того, что я не могу вспомнить твое имя? Я встречаюсь со многими цыпочками.

Я смотрю на Кая, который закатил глаза.

– Да, конечно. Скажи-ка мне, почему ты здесь?

На этот раз игривый флиртующий тон исчезает, когда он изучает Кая.

– Я привез посылку.

– И? Как ты нашел нас здесь?

– По адресу.

Мне становится очевидно, что он издевается, и, несомненно, Кай понял это раньше. Он выглядит здесь в своей стихии, разглядывая своего врага, пока пытается получить информацию. Интересно, какую тактику он применил бы ко мне, чтобы получить информацию, если бы она ему понадобилась?

Меня бросает в жар от этой мысли, и я отступаю и ищу посылку, о которой идет речь. Я изучаю адрес и передаю ее Каю.

– Это адрес пентхауса?

Кай кивает.

– Я должен оповестить об этом Адриана. Но они в безопасности. Никому не удастся подобраться к ним и выжить, вот почему этот мудак пошел за мной.

Кай пинает мужчину в ногу и наклоняется посмотреть на него.

– Ты приехал сюда, чтобы я сказал тебе, как расправиться с Адрианом? Даю слово, этого не случится. Ни в этой жизни, ни в любой другой.

Я не спускаю глаз с Кая, ожидая момента, когда он скажет мне, что я могу застрелить этого парня. Мужчина поворачивается и в этот раз смотрит на меня.

– Ой, знаешь, может, я и помню тебя. Ты сиротка Новак, верно? – Его улыбка расплывается в глазах, и я вижу того же человека, который насмехался надо мной в ту ночь. – Теперь я вспомнил. Тогда ты была толще, и, если я правильно помню, ты просила об этом.

15

КАЙ

Я откидываюсь и прижимаю руки с пистолетом к кофейному столику. Бессмысленно мараться кровью, когда Роуз выстрелит этому идиоту в лицо.

Я жду, переводя взгляд на нее и наблюдая за ее лицом. Она может стрелять не в меня, но наблюдение за ней пробуждает во мне тот же крохотный трепет. Видеть, как Роуз защищает себя, даже сексуальнее нижнего белья.

Я вновь смотрю на брата Сэла. Он точно один из них, но я не помню какой именно. Один из ничтожеств, конечно, низведенных на должность игроков в семейных казино. Он никогда ничего не добьется, и я сомневаюсь, что его семья будет скучать по нему, когда его не станет. Что вызывает вопрос: зачем он приехал сюда в поисках скоропостижной смерти?

Я краем глаза кошусь на Роуз. Ее руки чуть подрагивают, но она уверенно держит пистолет. Когда я вновь смотрю на него, в голову не может не прийти мысль о том, как я устал подчищать мертвые тела. Теперь об этом придется позаботиться кому-то другому. Может, Алексей оценит тонкости ликвидации. В любом случае я сделаю это ради Роуз, как я сделал это с Сэлом и отцом Валентины. Никто на этой планете их не найдет.

Я бы скрыл миллион тел, если бы эти смерти принесли ей немного покоя. Вот почему я не прошу Роуз подождать, пока не получу ответы. Ну, до тех пор, пока ее руки не начинают дрожать так сильно, что я боюсь получить пулю в ногу.

Я встаю и обхватываю верхушку пистолета, чтобы аккуратно опустить его.

– Может, сначала мы попробуем получить ответы? Обещаю, это будет грязно и болезненно, так что тебе удастся посмотреть, как этот ублюдок будет кричать.

Роуз кивает, сопя, словно я только что предложил ей рожок мороженого, чтобы взбодрить ее. Она опускает пистолет и садится на диван, пока я занимаю вновь свое место.

– Похоже, тебе выдали отсрочку, парень. Поэтому хочешь ли ты ответить на мои вопросы, чтобы избавить себя от лишних пыток?

Он качает головой, но теперь он бледнее. По крайней мере, он знает, что я хорош в этом дерьме. Если я хочу получить ответы, ему ничто не помешает скрыть их от меня, кроме смерти. Тоже себе проблема.

– Что ты здесь делаешь? – вновь спрашиваю его я. – Он качает головой. – Никаких остроумных ремарок на этот раз. У нас наблюдается устойчивый прогресс. Скажи, кто послал тебя сюда? – Вновь он качает головой. – Хорошо, как насчет сложного вопроса… ты явился сюда за мной или за ней?

Его взгляд метается между мной и Роуз, затем он отводит его в сторону.

– Да, так я и подумал. Видишь. – Я подаюсь вперед, словно собираюсь рассказать ему секрет. – Неважно, что случится, сегодня ты здесь умрешь. Ты можешь умереть в агонии, запятнав себя, или ты можешь помочь мне, рассказать мне правду, и тогда я сделаю все аккуратно и чисто, пустив тебе пулю в мозг.

Я киваю, надеясь, что он кивнет со мной, но он этого не делает.

– Тогда пойдем тяжелым путем. Так что в коробке?

Роуз смотрит на коробку на кофейном столике позади меня. Я поднимаю ее и встряхиваю. Она совсем не кажется тяжелой, поэтому это точно не бомба. Я передаю ее Роуз.

– Откроешь ее для меня? Давай посмотрим, что он нам принес.

Я смотрю, как Роуз уходит на кухню, находит нож, разрезает коробку и открывает ее.

– Это батончик.

Она дрожащими руками достает шоколадный батончик королевского размера и маленький листок бумаги.

– Адресовано тебе, но это для меня.

Я рассматриваю шок и радость на ее лице.

– Ну, по крайней мере, это не бомба. Это правда от Валентины?

Она переводит взгляд на меня.

– Ты собирался дать мне распаковать бомбу?

Я взмахом руки указываю на оставленную на стойке коробку.

– Я сначала встряхнул ее. Это была не бомба.

Роуз садится со своим сокровищем и открывает карточку. Слезы сияют в ее глазах, после чего она смотрит на мужчину.

– Я все равно убью тебя, даже если я благодарна за то, что ты принес это.

Я возвращаюсь к пленнику.

– Так на чем мы остановились? Поскольку мы знаем, что в коробке, и ты бы в любом случае не смог узнать, этот вопрос снимается с повестки. А остальные остаются. Зачем ты сюда приехал?

Он сдвигается в кресле, глядя на нее, потом на меня.

– Я приехал сюда убить тебя. Попытаться реабилитировать честь моей семьи.

– В первую очередь стоит задаться вопросом, была ли у твоей семьи честь. С любого, продающего детей на торгах, должны содрать кожу живьем. – Я смотрю на Роуз. – У меня есть идея. Мы можем освежевать его, чтобы получить ответы. – Я намеренно говорю так, будто приглашаю ее пойти в поход развлечься всей семьей. За долгие годы я понял, что беспечное отношение к пыткам пугает жертв еще больше, чем жестокое.

Роуз морщит нос и качает головой.

– Слишком грязно.

Я уже отворачиваюсь и с улыбкой смотрю назад. Она даже не принимает участия в пытках, но упрощает мне задачу.

– О да, возвращаемся к чести семьи. Что случилось на этот раз?

– Ты не видел завирусившиеся видео? Они навлекли позор на мою семью. Если я убью тебя, тогда, возможно, мы сможем вернуться в общество.

Я не скрываю своего шока.

– Кто-то разослал завирусившееся видео чего?

Брат Сэла отводит взгляд, и я знаю, что это нечто гадкое и постыдное. Особенно, если из-за этого их выкинули из самой престижной преступной организации мира. У общества глупые правила, но они не одобряют ненужного внимания.

Я вздыхаю, с каждой секундой все больше и больше желая выкинуть этого засранца из моего дома, что оставляет единственный вариант ― обещанные пытки.

Но прежде чем я начинаю раздумывать, что его напугает сильнее, я вновь смотрю на него.

– Подожди, как ты узнал, что я здесь, и как ты узнал, что я убил твоего брата?

Роуз замирает, и мне едва удается уловить ее на периферии зрения, но я знаю, что теперь она слушает.

– Это было в докладе совета, со слушания Доубека. Ты признался в убийстве.

Я не отрицаю этого и никогда не стану, иначе, если я решусь отречься, шея Адриана окажется в петле.

– Тогда как ты меня нашел? Я в самой глуши, которая находится по несуществующему адресу.

– Посылка, – начинает он.

Я качаю головой и беру его за подбородок, удерживая его.

– Нет, это не из-за посылки, и даже если из-за нее, как ты вообще сумел до нее добраться? Никто бы тебе ее не отдал.

Он дрожит в моих объятиях, очевидно, понимая, что мое поведение хорошего парня сошло на нет. Когда это касается безопасности Адриана, Валентины и Роуз, я не играю в игры.

– Попытайся еще раз, – мягко говорю я. – Скажи мне правду или пожалеешь об этом.

Брат Сэла открывает свой рот раз, два, словно рыба, хватающая воздух.

– Она была послана совету, и я вызвался доставить тебя председательнице.

Я скриплю зубами, а Роуз заговаривает, сидя на диване.

– Эта женщина помешалась на тебе, да?

Вместо ответа я притворяюсь, что уделяю внимание нашему гостю.

– Видишь, было не так трудно. Ты знаешь, кто сказал совету, где меня можно найти? Одно маленькое имя спасет тебя от моря агонии. – Он качает головой, и я указываю на камин. – Роуз, возьми эту кочергу и нагрей ее для меня немного. – Он дрожит, пытаясь подняться, но я усаживаю его обратно в кресло. Затем я тяну его руки вперед и разглядываю взвихрившиеся до локтей татуировки. – Прости, мужик, придется попортить твои чернила.

Роуз передает мне кочергу, и я рискую бросить на нее взгляд. Она тиха и кажется спокойной, пока наблюдает за мной. Она не садится вновь, просто встает чуть позади моего плеча, не мешая.

Я поворачиваю кочергу так, чтобы ему был виден сияющий наконечник.

– Хочешь попытаться ответить на последний вопрос еще раз? Ты так хорошо справлялся. Хорошая черта, которая избавит тебя от боли перед смертью.

Брат Сэла опять качает головой и начинает тяжело дышать, когда я опускаю кочергу к его плоти. Раздается шипение при контакте, и он кричит так громко, что начинает дрожать всем телом. Я отдираю кочергу, отрывая вместе с ней кусок кожи.

– Видишь, было не так плохо, – язвлю я.

Роуз наклоняется и возвращается обратно.

– Этот запах надолго останется в моей памяти.

Я продолжаю смотреть на мужчину, пока он теряет и возвращается в сознание, но обращаюсь к ней.

– Ты в порядке?

– Конечно, почему нет?

Этот ответ заставляет меня развернуться и взглянуть на ее лицо. Нет, кажется, она в порядке. Нормальная, даже спокойная.

– Потому что мы практически голые пытаем мужчину в нашей гостиной.

Она смотрит на свой кокон из одеяла.

– Я не голая.

Не ожидал, что ее зацепит эта часть, но я не давлю, поскольку наш гость просыпается.

– Как делишки? Хочешь еще по одному кругу?

Он трясет головой, слезы стекают по его щекам.

– Нет, пожалуйста, нет.

– Ты знаешь, как это остановить. Скажи мне, кто донес совету, и я быстро убью тебя. Ты даже этого не почувствуешь, прежде чем умрешь. Поверь мне, у меня было много практики.

Он с трудом сглатывает, и я опускаю кочергу, чтобы вновь прикоснуться к нему, но он кричит.

– Хорошо, хорошо. Просто прекрати.

Я передаю кочергу Роуз, которая возвращает ее в камин.

– У тебя есть для меня ответ?

Он тяжело дышит, и я даю ему собраться. Когда он приходит в себя и успокаивается, говорит:

– Информация пришла из другого совета. Кто-то сдал тебя, сказав, что это поможет его карьере.

Я сдвигаюсь на столе, ничего не показывая, по крайней мере, этому засранцу.

– Хороший мальчик. Теперь давай заканчивать с этим. Нам нужно успеть на вертолет.

Он широко распахивает глаза и мечется взглядом между нами. Роуз шагает вперед и вновь поднимает пистолет. Когда ее руки начинают дрожать, я поднимаюсь и встаю позади нее, чтобы стабилизировать ее хватку.

– Ты не должна этого делать. Я прекрасно могу позаботиться об этом сам.

– Я не успела прикончить старика Новака и не успела наказать Сэла за содеянное со мной. Мне нужно это сделать.

Я наклоняюсь и шепчу:

– Тебе не нужно этого делать. Мертвые мертвы в любом случае. Неважно, кто нажмет на этот курок, клянусь, он никогда не вернется вновь.

Через миг она отпускает оружие, позволяя мне взять его. Я подхожу к мужчине, он умоляет шепотом.

– Не напрягайся. Это для нее, и надеюсь, когда ты увидишь своего братца в аду, ты скажешь ему, кто тебя туда послал.

Я нажимаю на курок без всяких сожалений.

Позади меня ахает Роуз. Я поворачиваюсь, чтобы убедиться, что она не упадет на меня в обморок, но она просто смотрит на мужчину и морщит нос.

– Как ты собираешься убрать мозги с кожи?