Текст книги "Хозяйка горного перевала. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Мириам Агирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

Глава 5

Ночные посиделки с хранительницей – это конечно здорово. Всего за несколько часов я узнала не только о том, какую ношу по незнанию взвалила на свои хрупкие плечи, но и ту неприятную правду, которая будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь.

А ведь я-то всего-навсего хотела начать жизнь с чистого листа! Хотела забыть прошлое, стереть все следы и начать жизнь заново. Мечтала о тихих вечерах, о возможности просто дышать и жить, не оглядываясь на тени прошлого. Но нет ведь… Теперь я понимаю, что мой "чистый лист" оказался исписан невидимыми чернилами, которые невозможно смыть. И эти чернила – это моя судьба, моя ответственность, мое предназначение.

Местные боги, оказывается, те еще шутники! Мало того, что наделили меня чужим телом, так еще сделали меня единственным сосудом, способным передавать своим детям редкую для Лирана магию. А оно мне надо? Честно? Нет. Абсолютно нет.

Я вообще ничего не просила, просто согласилась на предложение старика пожить в другом мире. Я не стремилась к власти, к величию, к тому, чтобы стать какой-то там "избранной". Я просто хотела жить своей жизнью, пусть и не самой выдающейся, но своей. А теперь? Теперь я должна думать о продолжении рода, о том, как мои дети будут нести это бремя, эту силу, которая, как я уже успела заметить, привлекает не только восхищенные взгляды, но и куда более темные силы.

И да, мне придется жить затворницей, от этого уже никуда не денешься. Иначе все, что мне будет доступно – это рожать и рожать новых магов разума.

Скрываться от вездесущих магов под личиной я долго не смогу, это факт. У меня нет знаний, нет умений, нет друзей, способных в любую минуту прикрыть мою спину. Зато, как оказалось, полно потенциальных врагов, жаждущих абсолютной власти.

Вот не зря говорят: если знает один – значит вскоре узнают все. Стоит, наверное, в скором времени ожидать паломников к моим землям. Не тех, кто ищет мудрости, а тех, кто жаждет власти, кто видит во мне лишь источник силы, которую можно использовать в своих целях.

Три ночи у меня ушло на то, чтобы разобраться в хитросплетениях судьбы, которую мне навязали. И знаете, ничего в ней нет хорошего. Моя жизнь стала еще сложнее, чем была до попаданства. Там, дома, я хоть знала реалии своего мира, здесь же словно слепой котенок – тычусь-тычусь, а все не так, все мимо.

Я не унываю. Уныние – это грех. Особенно в моем случае. Вот прибуду к горному перевалу, обоснуюсь в нем, как орлица в своем гнезде, и тогда, с ясным умом и спокойным сердцем, решу, что делать и как быть дальше.

Я знаю, что будет не легко. Морально была к этому готова еще с первых дней. Главное – не останавливаться, не сдаваться, не позволять сомнениям и страхам взять верх. Эх, ладно, все это лирика, а жизнь куда сложнее. Поживем, так сказать, увидим.

Уже на следующее утро после разговора с Искоркой я поговорила с детьми. Честно призналась в том, что их может ожидать в будущем, и предложила вступить в мой род. Мой, потому что я больше не разделяю себя и Велерию, я окончательно приняла свою судьбу.

Как я и предполагала, Ник принял мое предложение с настороженностью. Когда Гор и Лора чуть ли не визжали от восторга и переполнявшей их радости, старший брат насупленно смотрел себе под ноги. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы вывести его на откровенный разговор.

Искорка была права. Передо мной стоял потенциальный предатель, от которого следовало бы избавиться в кратчайшие сроки. Но как это сделать? Разве ребенок виноват, что родился бастардом? Разве он виноват, что родитель отказался признать его своим сыном и наследником магического дара?

Рана на его душе вскрылась, как гнойный нарыв. Выплакав все свои страхи и обиды, он неожиданно признался в том, что ему уже было озвучено одно предложение войти в богатый род. Как раз за день до нашего отъезда из деревни!

– Я согласился подумать, – честно признался Ник. – Хотел убедиться, что Гор и Лора не останутся одни.

Я замерла, пытаясь осознать услышанное.

– Вот как? – озадаченно произнесла я. – Значит тебе одному было предложено место в роду?

– Да, – по-детски наивно ответил Ник. – Он сказал, что не сможет принять нас всех.

Я видела, как он борется с самим собой, как разрывается между долгом перед семьей и возможностью изменить свою жизнь, получить то, чего он, возможно, всегда желал, но боялся признаться в этом даже себе.

Его признание заставило меня призадуматься, а потом честно высказать мальчишке свои опасения. Что это за человек? Как оказался в деревне? Какие условия внес и какие требования озвучил? Ни на один вопрос Ник не мог дать вразумительного ответа.

Точку в нашем разговоре поставил, как ни странно, Олберт. Он оказывается невольно подслушал наш разговор, желая убедиться в моей безопасности. Оно и понятно, Ник хоть и ребенок, но чужой. А чужой может не только предать, но и забрать жизнь.

Я дала детям время, дабы они могли поговорить и взвесить все «за» и «против». Специально не торопила, чтобы у Ника не оставались в последующем на меня обиды, даже если он откажется от моего предложения. Я хотела, чтобы он чувствовал себя свободным в своем выборе, чтобы решение было его собственным, а не продиктованным давлением или спешкой.

Прошло пять дней, прежде чем мы добрались до границы Дортленда. За эти дни я всего несколько раз видела Искорку, чем была очень недовольна. Во-первых, мне нужно было обсудить с ней планы на жизнь, ведь все мои представления о том, как выгодно устроиться в этом мире, пошли коту под хвост, а во-вторых, она была единственным существом, способным научить меня магии созидания.

– Торопыга, – фыркнула Искорка, когда я на вторую ночь попросила ее обучить меня магии. – Сперва изучи общие азы и только потом приходи ко мне со своими просьбами. И вообще, я хранитель, а не учитель! – возмутилась она и скрылась из глаз.

М-да…. Теперь мне стало понятно, отчего род де Сантар едва не вымер. С таким подходом к своим подопечным, да еще и с такой откровенной неприязнью к любым проявлениям инициативы, неудивительно, что они оказались на грани исчезновения. Я, конечно, понимаю, что хранители – это не няньки, но ведь и не церберы, которые отпугивают всех, кто осмелится обратиться за помощью.

«Не сработаемся мы с ней, ой не сработаемся. Как бы худого не натворить», – запоздало промелькнула в голове мысль.

Я стояла посреди дороги и чувствовала, как во мне закипает обида. Неужели она не понимает, что я не просто так пришла к ней за помощью? Что у меня нет времени на долгие изучения "общих азов", когда на кону стоит гораздо больше, чем просто мое любопытство?

Я сжала кулаки. Ладно, Искорка. Если ты не хочешь учить, я найду того, кто захочет. Или научусь сама. В конце концов, род де Сантар выжил не благодаря тебе, а вопреки тебе. И я докажу, что даже без твоей помощи можно добиться успеха. Я не торопыга, я просто целеустремленная. И я не сдамся.

Утро пятого дня встретило нас сыростью и запахом надвигающегося дождя. Вчера мы не доехали до границы каких-то километров пять, боясь нарваться на засаду из сильных магов, направленных его величеством для моей поимки. Опасения у нас были и серьезные, а вот решение относительно дальнейшего пути, к сожалению, никакого.

Искорка, как назло, в последние два дня не появлялась, хотя я очень просила ее об этом. Мне нужен был от нее совет, нужна была ее мудрость, ее взгляд со стороны. Но не просто слова, не очередные "держись" или "все будет хорошо". Мне нужна была реальная помощь, конкретные шаги, а не эфемерные обещания или утешения, которые растворяются в воздухе, едва успев прозвучать.

Видно, боги все же наблюдают за мной с высока. Обиженная на хранительницу, я решила дать себе возможность наконец-то выспаться. То ли из-за накопившейся усталости, то ли из-за постоянных недосыпов, но уснула я моментально. Едва голова коснулась подушки, я провалилась в бездну забвения, даже не успев досчитать до трех.

И впервые с момента своего попаданства я увидела сон. Такой яркий, реалистичный, что я даже на мгновение забыла, где нахожусь.

Вот не зря говорят: сон – это зеркало наших желаний. В своем сне я перенеслась на огромную поляну, окруженную со всех сторон лесом и скалами. Сочная молодая трава и яркие цветы, словно мазки кисти неведомого художника, создавали картину неземной красоты.

Но не только это привлекло мое внимание. В центре поляны, у подножия одной из скал, виднелся небольшой, но явно рукотворный каменный алтарь. На нем лежала книга, перевязанная кожаным ремешком. Она немного светилась мягким голубым светом, будто приглашая меня взять ее в руки.

И я взяла. Без страха, скорее с каким-то необъяснимым предчувствием, что это именно то, что я должна сделать. Как только мои пальцы коснулись прохладной, но живой поверхности обложки, свечение усилилось, окутав меня теплым, успокаивающим сиянием. Ремешок легко расстегнулся, и я осторожно открыла книгу.

Первым делом прочитала название и едва не рассмеялась в голос. Надпись гласила так: «Книга жалоб и предложений божественной канцелярии». То есть мне, попаданке, дали таким пусть и необычным способом возможность высказаться? Ну что ж, я была не против, все же это просто сон.

Я честно высказала все, что было у меня на душе. Не стеснялась в выражениях, описывая свои претензии к этой самой «божественной канцелярии». Почему именно я? Почему именно сюда? Неужели нельзя было выбрать кого-то более подготовленного, более сильного, более подходящего что ли? Я жаловалась на отсутствие инструкций, на неясность целей, на постоянное чувство потерянности.

И да, я пожаловалась на Искорку, заявив о ее некомпетентности в поставленной задаче. Привела свои доводы и возражения, заявив о том, что хранитель должен помогать роду, а не высказывать свое фирменное «фи» на каждую просьбу. Нет, она может быть когда-то и помогала де Сантар, но явно не мне.

С тяжелым сердцем закрыв книгу, я положила ее наместо. Не привыкла я быть доносчиком, жаловаться и заниматься подстрекательством, но во сне же немного можно? Это ведь нереально, разве не так?

И все бы ничего, но ответ на жалобу, а точнее результат, я получила уже на следующее утро. Пусть и таким странным способом, но она дошла до конечного адресата прямо в тот момент, когда чернило окончательно высохло на последнем слове!

Проснулась я от интенсивного клекота клювом над своим ухом. Хотела было по привычке отмахнуться от попугая, что жил со мной почти десять лет, но вспомнила, что, во-первых, он умер от несварения желудка, благодаря заботе Игоря, а во-вторых, какой попугай на Лиране?!

Так быстро я еще не вскакивала с постели, благо успела закрыть себе ладонью рот и тем самым сдержать практически вырвавшийся наружу вскрик. Вы представляете, у моей головы сидел настоящий дракончик! Такой маленький, голубенький, с кожаными крылышками, которые слегка мерцали на свету. Он был маленьким, размерами едва дотягивал до взрослого гусака, но выглядел очень живым и озорным. Его глазки блестели, словно маленькие сапфиры, а хвостик игриво покачивался из стороны в сторону.

Сначала я подумала, что это сон. Ну не может же быть это реальностью! Драконы ведь большие, я бы даже сказала огромные! А тут…

Ущипнула себя за руку, но боль, вопреки ожиданиям, была совершенно реальной. Значит, это не сон. Значит, у меня на подушке сидит настоящий дракон!

– Здравствуй, хозяйка. Меня зовут Дарк. С сегодняшнего утра я назначен новым хранителем рода де Сантар, духом гор и стражем Дортленда, – почтительно склонил он голову.

Я моргнула. Раз, другой. Мой мозг, привыкший к логике и рациональности, отчаянно пытался переварить эту информацию.

– Но почему? – наконец выдавила я, чувствуя, как голос дрожит. – А Искорка?

При упоминании Искорки, золотистые глаза Дарка слегка потускнели, и он опустил голову.

– Боги рассмотрели вашу жалобу и нашли ее объективной. Искорка призналась перед их ликами в своем бессилии и нежелании служить людям. Она вернулась к вернулась к истокам, чтобы со временем переродиться, а на ее место отправили меня.

– То есть… это из-за меня…

– Нет! Что вы! Она сама виновата в своей глупости и своем бездействии! Боги суровы, но не жестоки к своим детям. Они дали ей шанс возродиться!

Значит, я не ошиблась в своих предположениях? Все-таки и ее вина есть в том, что род де Сантар едва не прервался окончательно?

Ответы на эти вопросы я не получила, но они и не нужны были. Все и так было понятно. Эх, жаль, конечно…

Глава 6

Глава 6

Дарк явно решил обелить передо мной хранителей. Всего за десять минут, пока я умывалась и приводила себя в порядок после сна, он научил меня ритуалу принятия в род. Оказалось, в этом нет ничего сложного. Нужно лишь искреннее желание обеих сторон, капля крови каждого участника и чистая вода.

Клятву принимающего я выучила на зубок с первого раза. Она еще мне не раз пригодится в жизни. Мой род маленький и пока не столь богатый, но я уверена, что со временем желающих вступить в него будет предостаточно.

В памяти невольно промелькнули картинки недавнего прошлого. Встреча с Олбертом, Витаром и Карибом, наш поход в местный храм и пройденный в нем ритуал.

– А почему Искорка сказала, что Сани не сможет вступить в мой род? Как же тогда Кариб и Витар? Они-то смогли пройти ритуал и вполне благополучно, – задала я закономерные вопросы Дарку.

– Сани не магичка, Велерия. К тому же ей не повезло родиться человеком. В ней нет той силы, которая присуща иным расам, населяющим Лиран. Кариб и Витар – полукровки. Они обладают врожденным даром, который позволяет им пройти через испытания храма и принять на себя ответственность, связанную с наследием.

Я почувствовала, как внутри меня все сжалось от обиды за подругу. Сани стала для меня близким человеком, как когда-то ею была Виктория. И мысль о том, что она не может стать частью моего мира, казалась сейчас несправедливой.

– Но разве нельзя как-то помочь ей? – тихо спросила я. – Может, есть другой путь?

Дарк покачал головой.

– Магия рода – это не то, что можно подарить или передать. Это часть души, наследие, которое либо есть, либо нет. Но это не значит, что Сани не важна для тебя. Она уже идет с тобой рука об руку. Только ты можешь решить ее судьбу – быть ей служанкой или дать возможность стать верной помощницей. Но не будем отвлекаться, твои будущие подданные уже успели не только проснуться, но и позавтракать, – с улыбкой произнес он, растворяясь в воздухе.

На это у нас были свои причины. Дарк не имел право показываться посторонним, только тем, кто вошел в мой род. Это было продиктовано безопасностью как меня, так и всего Дортленда.

Зато я смогла подкинуть ему идею стать невидимым, чтобы в любой момент он мог прийти ко мне на помощь. Для этого конечно пришлось напоить его своей кровью, но что не сделаешь ради выгоды, не так ли?

А выгода здесь была на лицо. Я не только теперь могла мысленно общаться с хранителем, просить его о помощи и получать своевременные разъяснения, но и в случае необходимости он мог спокойно перенестись ко мне, будь я за тысячи километров от дома.

Ритуал прошел как нельзя лучше. Правда был один неприятный момент, который быстро удалось купировать в самом его зарождении. Едва Ник произнес соответствующую клятву, как его настолько сильно скрутило, что я от неожиданности растерялась. Его лицо исказилось гримасой боли, тело напряглось, словно под ударом невидимой силы, и он издал тихий, сдавленный стон.

Мое сердце на мгновение замерло. Я видела, как заметались его глаза, словно в поисках опоры или сильного плеча, и в этот момент я поняла, что быть главой рода – это не просто слова, быть главой – это значит быть якорем и в горести, и в радости, быть тем человеком, на которого можно было бы положиться.

Его магия бушевала, требуя выхода. Об этом догадалась даже я, будучи в этом вопросе полным дилетантом.

– Помоги ему, – шепнул мне на ухо Дарк. – Чужая метка выжигает ему ауру, еще немного и его резерв не выдержит.

Как помочь? Что делать? Увы, но на раздумья времени у меня не было. Единственное, о чем чисто интуитивно догадалась – это шагнуть вперед, игнорируя легкий трепет, пробежавший по моему телу от ощутимой энергии, исходящей от Ника, и приложить руку ему на солнечное сплетение, стараясь передать ему спокойствие и уверенность, которые, как я надеялась, еще остались во мне.

– Ник, дыши, – прошептала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и успокаивающе, несмотря на внутреннее волнение. – Сосредоточься на моем голосе. Ты справишься. Я не брошу тебя, обещаю.

И знаете, помогло. Его дыхание, будучи прерывистым, стало медленно выравниваться. Я продолжала говорить, описывая ему знакомые образы, напоминая о родных, которые его ждали. Я говорила о нашей связи, о силе, которую мы обретем вместе, о том, что он теперь будет не один, что отныне у него есть большая семья. Любящая семья, готовая поддержать в любую минуту.

Постепенно, очень медленно, напряжение начало спадать. Гримаса боли на лице Ника сменилась выражением глубокой концентрации, а затем – облегчения. Он глубоко вздохнул, позволяя телу расслабилось. А когда он открыл глаза, в них я увидела не только остатки боли, но и новую, пробудившуюся силу, похожую пока на яркую искорку, готовую разгореться в бушующее пламя.

Ритуал, можно сказать, был пройден успешно. Мы сдали первый сложный экзамен на «отлично». Чувство эйфории, смешанное с невероятным облегчением, накрыло нас волной, смывая усталость и напряжение последних прожитых минут.

Теперь я с уверенностью могу сказать, что наша «интернациональная» семья пополнилась еще на три пока маленьких члена, о чем мне тут же сообщил хранитель своим явлением в виде маленького дракончика. Он, как оказалось позднее, в отличие от Искорки, не любил часто менять ипостась, предпочитая оставаться в истинном обличии.

Ник был слаб после пережитого ритуала. Я, как ответственная за каждого члена семьи, приняла решение задержаться у границы еще на день, а уже следующим утром отправиться в путь.

Кстати, Дарк вполне понятно объяснил нам как в кратчайшие сроки добраться до сердца Дортленда. И зачем, спрашивается, нас мучала Искорка? Неужели так сложно было объяснить маршрут или подкинуть карту местности? Нет же, ей и тут надо было выделиться!

Вместо того чтобы просто дать нам нужную информацию, она устроила мне целый квест! Загадки, ребусы, намеки, которые нужно было расшифровывать часами, а то и днями. "Идите туда, где солнце целует землю на закате, а тени танцуют вальс с ветром", – вот типичный пример ее "подсказок". Или: "Путь лежит через шепот древних скал, где каждый камень хранит тайну". Ну что это такое? Мы что, на поэтическом конкурсе?

Кажется, для Искорки сам процесс был важнее результата. Наверное, это было связано с долгим вынужденным одиночеством или же со скверным характером. Даже за столь короткое наше общение я успела понять, что ей нравилось быть в центре внимания, нравилось создавать интригу, заставлять всех вокруг ломать голову над ее "гениальными" подсказками. А то, что это отнимало у нас драгоценное время и силы, ее, похоже, совершенно не волновало. Она скорее всего считала, что таким образом развивает в нас смекалку и наблюдательность. Но на самом деле, она просто выводила меня из себя. И доигралась, что уж тут скрывать.

Так что да, появление Дарка было подобно глотку свежего воздуха. И если бы не он, мы бы, наверное, до сих пор бродили где-нибудь на окраинах Дортленда, пытаясь понять, что же имела в виду экс-хранительница, когда говорила про "песнь ветра в волосах горного эха".

Выданная хранителем Олберту карта оказалась как нельзя кстати. Посовещавшись и разработав маршрут, я объявила сегодняшний день выходным. Хотя какой он выходной, если только для детей. Это им еще было позволительно проводить дни в лени и праздности, а взрослые, увы, должны были заняться делами насущными.

Назначив на этот раз Витара главным по кухне, а Кариба нянькой, я с Сани, пока была такая хорошая возможность, принялась отстирывать грязную одежду и отмывать утварь.

Вы, наверное, спросите: а как же Олберт? Так и ему было чем заняться. Он вместе с Дарком отправился на разведку.

На то у нас были серьезные причины. Хранитель уже несколько раз почувствовал, как защиту моих родовых земель пытались атаковать из вне. Эти попытки были тонкими, почти незаметными, но достаточно настойчивыми, чтобы вызвать беспокойство. Кто или что стоит за этими набегами, для нас оставалось загадкой, и именно эту загадку ему предстояло разгадать.

Я не была наивной, прекрасно осознавала кто находится по ту сторону границы. Боялась ли я? Несомненно. И что уж тут скрывать – страх оказаться в руках фанатичного мага оказался сильнее страха перед затворническим образом жизни.

К тому же хранитель успел поделиться информацией о том, что мой дом – это не разрушенный замок у горного перевала, у которого имелось одно единственное достоинство – полуразрушенная дорога, а вполне обжитая местность, спрятанная и законсервированная Искоркой внутри горной гряды.

Олберту я доверяла как своему брату. С одной стороны, он был самым старшим в нашей семье, значит и опыта, и магии у него должно быть поболее, нежели у того же Витара или Ника.

Но была и другая, куда более весомая причина моего безграничного доверия. Как ни крути, но Олберт был драконом. Не просто каким-то там мифическим существом из легенд, а настоящим, живым драконом, чья мощь и накопленная с годами мудрость были неоспоримы. Его присутствие само по себе внушало уверенность, даже ежели отбросить тот факт, что с отречением от своих истинных истоков он больше не был способен принимать иной облик. Крыльев нет, но сила-то осталась, не так ли?

Мы успели не только застирать грязную одежду, но и провести водные процедуры. Заклинание очищения – это конечно здорово, мы не раз прибегали к нему, когда времени было в обрез или вода была на вес золота, но еще лучше почувствовать на своей коже настоящую живую воду.

И дело было не только в физическом очищении, по крайне мере для меня. После воды я всегда чувствовала себя не просто чистой, а обновленной. Помню, как однажды я изучала славянскую культуру и увлеклась старинными заговорами. Один из них я даже взяла себе на вооружение и применяла всякий раз, когда начинала заболевать.

«Матушка водица, родная сестрица. Ты бежишь с моря-океана, омываешь камешки и коренья. Так смой с дочери Божьей Марии все ломочи, пощипочи, потягочи с ясных очей, с черных бровей, с ретивого сердца, с жилы ходучей, с крови текучей, со всего тела белого. Да будет так», – шептала я, стоя прямо под лейкой душевой, чтобы ни один участок тела не остался без целительной влаги.

Окончательно я смогла расслабиться лишь ближе к ужину, когда в наш временный лагерь вернулся Олберт. К сожалению, новости были не столь радужными, как того хотелось бы. За мной действительно началась охота, как и предсказывала Искорка.

– Ты не бойся, хозяйка. Защита земель выдержит натиск любой магии, будь она даже самой древней, – успокоил меня хранитель, стащив из общего блюда большой кусок прожаренного на углях мяса.

Ну и ладно, с нас не убудет! Тем более уже к завтрашнему вечеру мы окажемся за стенами нашего нового дома.