Текст книги "(не)любимая невеста Императора дракона (СИ)"

Автор книги: Мира Влади

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 24

Я сидела в своём доме, прижавшись спиной к холодной деревянной стене, и прислушивалась к каждому звуку за окном. Ставни были плотно закрыты, как велел Рейн, и лишь тонкие щели пропускали полоски серого света, которые дрожали на полу, словно призраки.

В доме царила тишина и холод. Так как я не могла зажечь очаг, чтобы не выдать себя.

Я старалась двигаться бесшумно, как мышь, боясь, что малейший звук выдаст меня. Стража Тирона была в деревне – я знала это, хоть и не видела их. Слухи долетали даже до моего укрытия: тяжёлые шаги в сапогах с металлическими набойками, лязг доспехов, низкие голоса, задающие вопросы о «девушке, что делает зелья».

Они бродили по улицам, стучали в двери, заглядывали в окна. Хлоя шепнула мне вчера, пробравшись через задний двор и принеся мне еды, что видела их у дома бабушки – высоких, в чёрных плащах с вышитыми драконьими гербами, их глаза, холодные и цепкие, словно выискивали следы магии в каждом углу.

Я не спала ночами. Страх сковывал меня, как ледяные цепи, и каждый скрип за окном заставлял моё сердце замирать. Я представляла, как они врываются в мой дом, как их руки хватают меня, как их мечи блестят в свете факелов.

Тирон знал, что я где-то здесь – я чувствовала это, как чувствует добыча дыхание хищника на затылке. Мои снадобья, моя глупая надежда спрятаться под именем мадам Элли – всё это было ошибкой.

Я хотела бежать к бабушке, проверить, всё ли с ней в порядке, но слова Рейна и Эрна звенели в ушах: «Не выходи. Закрой ставни. Будь осторожна». И я подчинялась, боясь, что один неверный шаг приведёт к еще более печальным последствиям.

Время тянулось мучительно медленно. Я пыталась занять себя – растирала травы, сортировала лепестки лунных колокольчиков, но руки дрожали, и я то и дело роняла ступку или проливала масло.

Я не могла работать, не могла думать. Каждый шорох за окном заставлял меня замирать, прислушиваться, ожидая стука в дверь. Однажды я услышала, как кто-то прошёл мимо дома – тяжёлые шаги, лязг металла, низкий голос, отдающий приказы. Я прижалась к стене, затаив дыхание, пока шаги не стихли вдали. Только тогда я позволила себе выдохнуть, но страх не отпускал.

Наконец они покинули нашу деревню. Хлоя снова пробралась ко мне, её лицо было бледным, но глаза сияли облегчением.

– Они ушли, Элина, – прошептала она, приоткрыв ставню и заглядывая в дом. – Я видела, как их кони ускакали по дороге к столице. Они ничего не нашли. Но…

Она замялась, её пальцы нервно теребили край платка.

– Они спрашивали о тебе. Точнее, о мадам Элли. Говорили, что император хочет знать, кто делает эти снадобья. Бабушка твоя молчала, как камень, но я видела, как они смотрели на её дом. Будь осторожна, ладно?

Я кивнула, чувствуя, как сердце сжимается. Они ушли, но это не означало, что я в безопасности. Тирон не отступит. Я хотела бежать к волкам, к Рейну, узнать, как прошли переговоры, но не успела...

Дверь моего дома скрипнула, и в дом ввалился Йонас, его лицо сияло, как начищенный медяк. Он был весь в пыли с дороги, его борода растрепалась, но глаза горели радостью, и он нёс в руках тяжёлые мешочки, которые звякнули, когда он с грохотом опустил их на стол.

Их было слишком много – гораздо больше, чем я ожидала за партию снадобий. Мое сердце кольнуло нехорошее предчувствие, и я замерла, глядя на эти мешочки, словно они были ядовитыми змеями.

– Элина, девочка, ты не поверишь! – воскликнул Йонас, хлопая себя по коленям и широко улыбаясь. – Я продал всё! Каждую баночку, каждый флакон! Леди Лира в восторге, а дворец… о, дворец гудит, как улей! Но это ещё не всё!

Он наклонился ближе, его голос понизился до заговорщического шёпота, но в нём звенел восторг.

– Некий загадочный инвестор планирует открыть производство твоих снадобий в нашей деревне. Он готов вложить огромные средства. Уже прислал сундук с серебряными монетами, чтобы показать серьёзность своих намерений. Скоро его люди приедут обсудить всё с тобой. Элина, это принесёт нашей деревне процветание! Мы заживём лучше, а ты станешь легендой.

Я стояла, вцепившись в край стола, пока его слова гудели в ушах, как рой рассерженных пчёл. Мои пальцы задрожали, и я почувствовала, как кровь отливает от лица.

Тирон. Это он играет со мной как кот с неразумной мышью...

Он не просто заподозрил – он уже действовал. Сундук серебряников, производство в нашей деревне – это была не награда, а ловушка.

Иначе с трудом верилось в какого-то загадочного инвестора, готова вкладывать такие деньги, да еще и после партии моих отваров в замок....

– Йонас, – мой голос был хриплым, едва слышным. – Ты… ты согласился? После того, как я просила не связываться со столицей?

Йонас замялся, его улыбка дрогнула, и он потёр затылок, отводя взгляд.

– Ну, Элина, как я мог отказаться? – сказал он, его тон стал почти виноватым, но в нём всё ещё звенел энтузиазм. – Это же такие деньги! Да и такие господа… они не спрашивают, они приказывают. И потом, подумай какие это преспективы! Ты сможешь открыть мастерскую, нанять людей, купить всё, что захочешь! Деревня будет процветать, а ты… ты станешь богатой, как леди из столицы!

– Я не хочу быть богатой! – выкрикнула я, и мой голос сорвался, эхом отразившись от стен. Йонас замер, его глаза расширились, но я не могла остановиться. – Я просила тебя, Йонас! Просила не связываться с ними! Ты не понимаешь, что ты натворил! Они придут сюда, они найдут меня, и тогда… – Я замолчала, чувствуя, как слёзы жгут глаза. – Тогда всё, что я строила, всё, что я пыталась защитить, сгорит.

Йонас смотрел на меня, его лицо побледнело, и он поднял руки, словно пытаясь успокоить.

– Элина, я… я не знал, что это так серьёзно, – пробормотал он, его голос стал тише. – Я думал, ты просто скромничаешь. Но… что такого? Это же просто снадобья. Почему ты так боишься?

Я не ответила. Не могла. Как я могла объяснить, что император, которого он так восхваляет, хочет найти меня не ради любви, а ради мести? Я отвернулась, пряча слёзы, и пробормотала:

– Просто… больше не делай так, Йонас. Отвези эти деньги обратно. Я не буду открывать никакое производство.

Он открыл рот, чтобы возразить, но что-то в моём взгляде заставило его замолчать. Он кивнул, неохотно собрал мешочки и вышел, оставив меня одну.

Слова Йонаса о «загадочном инвесторе» и производстве в деревне звучали в голове, как набат. Поэтому больше не могла сидеть взаперти, в неведении.

Я должна была действовать, узнать, что происходит, найти волков, поговорить с Рейном. Мой разум кричал, что это опасно, но сердце не могло вынести этой неподвижности, этого удушающего страха.

Накинув на плечи тёмный плащ, натянула капюшон так, чтобы тень скрывала лицо, и, схватив лукошко – скорее по привычке, чем по необходимости, – выскользнула из дома через заднюю дверь.

Вечер был прохладным, воздух пах сыростью и опавшими листьями, а луна, тонкая, как серп, едва едва проступала на закатном небе.

Я двигалась быстро, стараясь держаться в тени деревьев, каждый шорох заставлял меня вздрагивать, но я упорно шла дальше. Лес, который ещё недавно был моим убежищем, теперь казался мне лабиринтом, где за каждым деревом мог скрываться шпион Тирона. Но я знала, где искать волков. На их поляне, в глубине леса.

Когда я приблизилась к их поселению, до меня донеслись голоса – резкие, гневные, переплетённые с низким рычанием. Я замедлила шаг, сердце заколотилось, и я притаилась за густым кустом ежевики, чьи колючки цеплялись за мой плащ.

Волки собрались в круг на поляне, их силуэты вырисовывались в закатном свете солнца. Их было не меньше дюжины, мужчины, чьи глаза горели жёлтым, а в движениях чувствовалась звериная грация.

В центре круга стоял Эрн, его тёмные волосы, стянутые в хвост, развевались от резких движений, а кулаки были сжаты так, что я видела, как напряглись вены на его руках.

– Хватит сидеть, поджав хвосты! – рявкнул Эрн, его голос разнёсся по поляне, заглушая шёпот ветра. – Эти драконьи подонки думают, что могут купить нас своими подачками! Титулы, земли, подданство – да это всё цепи, которыми они хотят нас заковать! Я не собираюсь гнуть спину перед Тироном и его чешуйчатыми прихвостнями. Пора действовать, пока они не сожгли наши леса, как сто лет назад!

Его слова вызвали гул среди волков. Кто-то рычал в знак согласия, кто-то качал головой. Один из них, высокий волк с короткими светлыми волосами и шрамом через бровь, шагнул вперёд, его голос был спокойнее, но в нём чувствовалась сталь.

– Эрн, ты горячишься, – сказал он, скрестив руки. – Если мы ударим первыми, это даст Тирону повод для войны. Он только этого и ждёт. Нам нужно выждать, собрать силы, узнать, что он задумал.

– Выждать? – Эрн сплюнул на землю, его глаза сверкнули, как угли. – Сколько ещё, Каэл? Сколько раз мы будем прятаться, пока они шныряют по нашим лесам, вынюхивают, высматривают? А что будет если один из нас встретит свою истинную? Тоже будем их прятать? Бегать по лесам, как преступники? Если мы не покажем зубы, они раздавят нас, как вшей!

Я замерла, чувствуя, как кровь стынет в жилах. Между ними явно назревал раскол...

Мой взгляд метнулся к Рейну, который сидел чуть в стороне, на поваленном бревне. Он точил копьё длинным охотничьим ножом, его движения были размеренными, почти ленивыми, будто он не слушал спор.

Оранжевые предзакатные всполохи солнца отражались от лезвия, бросая блики на его лицо, и я видела, как его жёлтые глаза, такие же, как у волка, были спокойны, но внимательны. Он выглядел отстранённым, но я знала, что он замечает всё.

Вдруг его рука замерла, и он медленно поднял голову, его взгляд устремился прямо в мою сторону. Мое сердце пропустило удар.

– Элина, ты подслушиваешь? – произнёс он, его голос был убийственно спокойным, но в нём звучала лёгкая насмешка.

Я выпучила глаза, чувствуя, как жар стыда заливает щёки. Все волки обернулись, их жёлтые глаза впились в меня, как стрелы, и я ощутила себя мышью, попавшей в круг хищников.

У волков был великолепный слух – мне ли не знать? Я должна была помнить, что от них ничего не утаить.

Сгорая от стыда, я выпрямилась, подняла голову, стараясь выглядеть увереннее, чем чувствовала, и шагнула из кустов на поляну. Ежевика зацепила мой плащ, и я дёрнула ткань, слыша, как она рвётся.

– Я… я не подслушивала, – солгала я, но мой голос дрожал, выдавая меня. – Я просто… пришла узнать, что происходит.

Сглотнула, чувствуя, как взгляды волков жгут кожу.

– Как всё прошло с послом? Что они хотели? И… мне уже опасно здесь оставаться. Я думаю, мне нужно уходить. Ближе к землям ледяных драконов, где Тирон не найдёт меня.

Эрн фыркнул, его губы искривились в насмешливой ухмылке, но в его глазах мелькнула искра уважения, словно он оценил мою смелость выйти к ним.

Каэл скрестил руки, его взгляд был холодным, но любопытным. Рейн же медленно поднялся с бревна, положив копьё на плечо, и его глаза встретились с моими. В них не было гнева, только спокойная уверенность, которая заставила меня замереть.

– Никому никуда не нужно бежать, Элина, – сказал он, его голос был ровным, но в нём чувствовалась сила, как в натянутой тетиве. – Ни нам, ни тебе. Император после этой встречи получит неприятный сюрприз, который остудит его пыл.

Я нахмурилась, чувствуя, как страх смешивается с непониманием.

– Какой сюрприз? – спросила я, мой голос был тише, чем я хотела. – Что ты имеешь в виду?

Рейн загадочно улыбнулся. Он шагнул ближе, и я почувствовала запах леса, исходящий от него, такой знакомый, но теперь он казался почти угрожающим.

– Я сказал послам, – начал он неторопливо и спокойно, – что мадам Элли действительно делает снадобья и живёт здесь. Но не в деревне. А с нами, с волками. И она под нашей защитой. Ведь она истинная нашего вожака.

Мир поплыл перед моими глазами. Я открыла рот, но слова застряли в горле, как ком. Истинная? Вожака? То есть его?...

Я почувствовала, как ноги подкашиваются, и схватилась за ближайшее дерево, чтобы не упасть.

Глава 25

Тирон

Я сидел в тронном зале, где воздух был тяжёлым от запаха старого дерева, воска свечей и едкого дыма факелов, что пылали в бронзовых держателях вдоль стен.

Высокие своды потолка терялись в тенях, и их мрак, казалось, шептал о древних тайнах империи, о победах и предательствах, что видели эти стены. Мой трон, вырезанный из тысячилетнего дуба и украшенный когтями драконов, возвышался над длинным столом из чёрного дерева, за которым собрались маги и лорды совета.

Их голоса, резкие и напористые, наполняли зал, как рой разъярённых ос, и я чувствовал, как дракон внутри меня ворчит, требуя тишины. Откинувшись на спинку трона, пальцами лениво постукивал по подлокотнику, а взглядом скользил по лицам советников с отрешённой холодностью.

Но под этим моим равнодушием тлел жар – мой разум был далеко, в той деревне, где, я знал, пряталась Элина. Моя Элина, скрывшаяся под именем мадам Элли, чьи снадобья пленили двор и, как я подозревал, всколыхнули волков.

Совет гудел, споря о волках. Эта тема в последние недели стала их навязчивой идеей. Лорд Карвел, чьё лицо, покрытое морщинами, напоминало старую кору, ударил кулаком по столу, его голос гремел, как раскаты грома.

– Император, мы не можем больше медлить! – заявил он, его глаза сверкнули под седыми бровями. – Волки снова рыщут по нашей территории, их наглость растёт с каждым днём. Они отвергли ваши первые предложения, плюнули на ваше серебро! Если мы не ударим сейчас, они найдут своих истинных, окрепнут и станут угрозой, которую мы не сможем сдержать!

Маг Веларион, чья мантия переливалась синими рунами, кивнул, его длинные пальцы теребили свиток с отчётами.

– Лорд Карвел прав, мой император, – Сказал он гораздо мягче, но в его тоне чувствовалась ядовитая подоплека. – Пророчество о возвращении истинных волков не миф. Если они обретут своих избранных, их магия усилится. Мы уже видели, как их леса оживают – эти проклятые лунные колокольчики расползаются, как чума. Это знак, Тирон. Их сила растёт, и если мы не уничтожим их сейчас, они могут бросить вызов самой империи.

Я прищурился, мой взгляд скользнул по лицам советников. Некоторые кивали, их глаза горели жаждой действия, другие молчали, но их напряжённые позы выдавали согласие. Леди Селара, чьи волосы были стянуты в тугой узел, подалась вперёд, её голос был холодным, как сталь.

– Волки – это рана, которая гноится уже столетие, – произнесла она резко и с презрением. – Наши предки прогнали их, но не добили. Это была ошибка. Теперь они осмеливаются отвергать ваши дары, император. Они смеются над вами, над нами! Я предлагаю собрать легионы и выжечь лес до последнего дерева. Пусть их кости станут пеплом, а их магия – воспоминанием.

Гул одобрения пробежал по совету, кулаки стучали по столу, голоса сливались в единый призыв к войне.

Дракон во мне рычал, его чешуя проступала под кожей, требуя огня, требуя действия. Но я молчал, мои пальцы продолжали постукивать по подлокотнику, а мысли возвращались к Элине.

Её снадобья, магия и побег – всё это составляло загадку, которую я ещё не разгадал. Волки защищали её, и их дерзость была не просто бунтом, а вызовом мне лично. Но я не мог позволить совету узнать об этом. Для них моя невеста погибла, магия нестабильна, волки под моим контролем. Пусть так и остаётся.

– Довольно, – сказал я наконец, мой голос разрезал гул, как клинок. Все замолчали, их глаза устремились ко мне. – Вы говорите о войне, но забываете, что волки – не просто звери. Они хитры, они ждут нашего шага. Если мы ударим сейчас, не зная их сил, мы можем разжечь пожар, который не потушим.

Я выдержал паузу, мои глаза обвели совет, заставляя их опускать взгляды.

– Я решу, когда и как мы разберёмся с волками. А пока – ждите моих приказов.

Советники переглянулись, некоторые с недовольством, но никто не посмел возразить. Я знал, что они хотят крови, но я не собирался давать им её, пока не найду Элину. Она очень многое мне прояснит.

В этот момент дверь зала с грохотом распахнулась, прервав напряжённую тишину. Все головы повернулись, и я прищурился, увидев Дариана. Его плащ был покрыт дорожной пылью, тёмные волосы растрепались, а лицо, обычно спокойное, как озеро в безветрие, теперь было хмурым, почти злым. Его шаги гулко отдавались по мраморному полу, и я почувствовал, как дракон внутри меня насторожился, почуяв его ярость. Дариан остановился в центре зала, его глаза встретились с моими.

– Мой император, – учтиво и коротко склонил он голову, голос его при этом был резким, но сдержанным. – Мне нужна аудиенция. Немедленно.

Шёпот пробежал по совету, лорды и маги переглянулись, их лица выражали смесь любопытства и раздражения. Лорд Карвел нахмурился, но промолчал. Все знали куда именно я отправлял своего верного генерала.

Я приподнял бровь, не меняя позы, и лениво махнул рукой.

– Говори здесь, Дариан, – приказал небрежно. – Совет как раз обсуждает волков. Твои новости, я уверен, будут к месту. Что ты привёз?

Дариан сжал кулаки, его челюсть напряглась, и я увидел, как в его глазах мелькнула искра гнева – редкое зрелище для того, кто всегда держал себя в узде. Он шагнул ближе, его голос понизился, но в нём чувствовалась сталь.

– Это не для их ушей, Тирон, – сказал он, почти рыча. – Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

Совет замер, ожидая моего ответа, их глаза метались между мной и Дарианом, как у собак, ждущих команды. Я медленно поднялся и кивнул.

– Хорошо. Совет окончен. Оставьте нас.

Лорды и маги, перешёптываясь, начали вставать, их мантии шелестели, как листья на ветру. Когда тяжёлые двери закрылись за последним из них, я повернулся к Дариану.

– Идём, – бросил, не оборачиваясь, и направился к боковой двери, ведущей в мои личные покои.

Кабинет встретил нас полумраком, освещённым лишь парой свечей на столе и отблесками закатного солнца, что пробивались сквозь узкое окно. Я остановился у стола, скрестив руки, и повернулся к Дариану, который закрыл дверь за собой с глухим стуком. Его лицо было напряжённым, и я видел, как его пальцы сжимают рукоять меча, висящего на поясе.

– Говори, – приказал холодно еще испытывая раздражение за его выходку перед советом. – Что ты узнал у волков?

Дариан сделал глубокий вдох, его глаза сузились, и он заговорил торопливо и негромко.

– Я ездил к волкам, как ты велел, – начал он, шагая по комнате, словно зверь в клетке. – Встретился с их вожаком, Рейном, и его стаей. Они… они вновь не приняли твоё предложение. Ни земли, ни титулы, ни подданство их не интересуют. Они плюнули на сундук с серебром, Тирон. Буквально. Этот Эрн, их горячая голова, чуть не разнёс его в щепки.

Он остановился, его взгляд стал ещё мрачнее.

– Но это не всё. У них появилась истинная. И знаешь, кто она? Мадам Элли.

Я замер, чувствуя, как жар дракона в груди вспыхнул, словно факел, брошенный в сухую траву. Мадам Элли. Элина. Моя Элина. Истинная волков? Мой разум отказывался это принимать, но сердце знало – это не случайность. Всё сходилось, как кусочки мозаики. Она изначально была с ними заодно? Как далеко зашли уже их отношения? А как давно они вместе? Элина выросла в тех местах... А Лисса вполне могла соврать о сроках нахождения волков на моей территории.

– Истинная? – переспросил я, мой голос был тихим, но в нём звенела угроза. – Ты уверен в том, что говоришь?

Дариан кивнул, его лицо было мрачным, но в его глазах мелькнула тень сомнения.

– Так сказал Рейн, их вожак, – ответил он. – Он смотрел мне в глаза и говорил с такой уверенностью, что я почти поверил. Он сказал, что мадам Элли – не просто деревенская девчонка, делающая зелья. Она его истинная и они не отдадут её. Они готовы принять наш вызов, Тирон.

Я отвернулся к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу, где огни факелов начинали загораться, как звёзды в ночи. Элина – истинная волков.

Эта мысль жгла меня, как раскалённое железо. Она сбежала от меня, от императора, от моей власти, и теперь укрылась среди этих зверей, которые осмелились бросить мне вызов. Мой дракон рычал, требуя огня, требуя полететь туда и выяснить все, потребовать объяснений. Но я заставил себя дышать ровно, мои пальцы сжали подоконник, оставляя следы на мраморе.

Медленно я повернулся к Дариану, который стоял у двери, его широкие плечи были напряжены, а рука всё ещё сжимала рукоять меча, словно он готовился к бою прямо здесь. Его лицо, высеченное, как из гранита, было хмурым, но в глазах тлела не только ярость – там была тень чего-то личного, глубокого.

– Я сам всё проверю, Дариан, – проговорил ледяным тоном. – Я должен убедиться, что это она, что всё именно так, как ты говоришь. Но об этом никто не должен знать. Ни одна живая душа.

Я сделал паузу, мои глаза впились в его, ища малейший намёк на сомнения.

– Совету не стоит испытывать такие потрясения. Они и без того готовы выжечь всё. Если они узнают, что Элина с волками, это только подольёт масла в огонь.

Дариан кивнул, его взгляд был твёрдым, как у воина, привыкшего выполнять приказы, даже если они шли вразрез с его собственными мыслями.

– Конечно, Тирон, – ответил он с непреклонной решимостью. – Никто ничего не узнает. Я прослежу.

Я кивнул, но мой взгляд задержался на нём. Дариан был суров, как скала, его мужество и благородство были легендой в империи. Он был моим лучшим генералом, человеком, который не раз смотрел смерти в лицо, ведя легионы против врагов, чьи мечи и магия могли бы сломить любого. Но сейчас в его глазах была тень усталости, боли, которую он скрывал под маской воина.

Я замечал это и раньше – в последние месяцы он стал тише, его плечи словно несли невидимый груз. Дела империи всегда были на первом месте, но теперь, в тишине кабинета, я решил спросить.

– Дариан, – начал мягко. – Ты выглядишь так, будто несёшь на себе гору. Что случилось? Говори. Я не твой император сейчас, а твой друг.

Он замер, его рука дрогнула на рукояти меча, и я увидел, как его челюсть напряглась, словно он боролся с самим собой. Дариан никогда не говорил о личном – это было не в его натуре. Он отвёл взгляд, глядя на свечи, чьи языки пламени дрожали на столе, и заговорил надломленно.

– Полли… – его голос дрогнул, выдавая боль, которую он так тщательно скрывал. – У неё случился очередной выкидыш. Третий за два года. – Он сжал кулаки, его пальцы побелели. – По всем законам и традициям империи, я обязан отправить её в монастырь. Найти другую, которая… сможет дать мне наследника. – Он замолчал, его глаза потемнели, и я увидел в них не только боль, но и любовь, глубокую, почти мучительную. – Но я не могу, Тирон.

Я приподнял бровь, чувствуя, как дракон внутри меня фыркнул. Полли. Полианара. Я помнил, как Дариан, суровый и непреклонный генерал, потерял голову от этой молодой девушки с золотыми локонами и смехом, как звон колокольчиков. Он ухаживал за ней, как рыцарь из старых легенд, приносил ей цветы с южных полей. Я тогда не понимал его помешанности, его одержимости ею. Заменил бы – и дело с концом. Но сейчас, глядя на него, я видел, что это не так просто.

– Чего ты тянешь, Дариан? – спросил я, мой голос был холодным, но в нём звучала лёгкая насмешка. – Почему не заменишь старую кобылу на новую? Ты генерал империи, тебе нужен наследник. Традиции есть традиции.

Дариан резко поднял голову, его глаза вспыхнули, и я почувствовал, как воздух в комнате стал тяжелее. Его голос, когда он заговорил, был низким, но полным сдерживаемой ярости.

– Полли – не кобыла, Тирон, – отчеканил он холодно. – Она моя жена, моя любовь, моя душа. Я не могу просто вышвырнуть её, как сломанную вещь. Ты можешь не понимать этого, но я не откажусь от неё, даже если законы требуют этого. – Он замолчал, его грудь тяжело вздымалась, и я видел, как он борется с собой, разрываясь между долгом и желанием мне врезать за мои слова. – Я знаю, что должен подчиниться традициям, но… я не могу потерять её.

Я покачал головой не понимая этой слабости. Любовь. Какое странное, человеческое чувство, способное сломить даже такого, как Дариан – героя, который не боялся ни огня, ни стали. Я вспомнил Элину и почувствовал, как мой собственный гнев смешивается с чем-то, что я не хотел признавать. Но я отогнал эти мысли, сосредоточившись на Дариане.

– Тогда реши это, – пожал я плечами. – Съезди в своё поместье. Поговори с Полли, с матушкой. Убедись, что всё в порядке. Я даю тебе время. За эти дни я сам отправлюсь к волкам, выясню всё об этой… истинной. – Я сделал паузу, мои глаза сузились. – И приму окончательное решение по ним. Но помни, Дариан – ни слова совету. Это мой приказ.

Дариан кивнул, его лицо смягчилось, и в его глазах мелькнула благодарность, редкая для человека, чья жизнь была подчинена долгу.

– Спасибо, Тирон, – сказал он тихо. – Матушка прислала письмо, пишет, что беспокоится за Полли. Говорит, что она не встаёт с постели, что её здоровье… – Он замолчал, его рука снова сжала рукоять меча. – Я должен быть там. Убедиться, что она в порядке.

Я покачал головой, провожая взглядом своего сурового генерала, который шёл к двери. Дариан, герой бесчисленных битв, человек, который смотрел в глаза смерти и смеялся ей в лицо, теперь выглядел потерянным из-за женщины. Из-за какой-то бабы...

Его шаги гулко отдавались в тишине кабинета, и я остался один, глядя на город за окном. Элина. Волки. Истинная. Я найду её – и докажу, что ни волки, ни их магия, ни их «истинная» не остановят императора.

Тогда я еще не знал, что все мои планы полетят в бездну...