Текст книги "(не)любимая невеста Императора дракона (СИ)"

Автор книги: Мира Влади

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Мира Влади
(не)любимая невеста Императора дракона

Глава 1

Я сидела в карете, прижавшись лбом к прохладному стеклу, и каждая клеточка моего тела вибрировала от нетерпения.

За окном мелькали зеленые холмы и золотистые поля. Постепенно деревенские пейзажи сменялись более ухоженными землями, а затем и мощеными дорогами, неумолимо ведущими к столице.

Мое сердце билось так сильно, что, казалось, его стук заглушает скрип колес и цокот копыт, отбивая бешеный ритм предвкушения.

Я – простая девушка из провинции, еду в столицу, чтобы стать женой самого Императора! Самой до конца не верилось в это.

Его высокий, статный образ, с пронзительными глазами цвета грозового неба и голосом, от которого дрожь пробегает по коже, уже не первый год жил в моих самых сокровенных мечтах.

Для меня он был не просто правителем, а воплощением ума, красоты и благородства. Я представляла, как он улыбается мне, как его сильная рука касается моей, и от этих мыслей щеки заливал жар, а по телу разливалось сладкое волнение.

Почему именно я, такая обычная, из всех знатных красавиц империи, удостоилась такой чести?

Ответ был прост и до банальности прагматичен: наш род, хоть и не самый древний, обладал уникальной магией. Точнее она впервые проснулась именно во мне. Эта магия, хоть и редкая, не была сильной в боевом плане, но обладала удивительным свойством – привлекать и стабилизировать драконью сущность, что было жизненно важно для Императора, который, как и все его предки, был драконом.

Моя мать постоянно твердила, что это лишь вопрос долга и крови, но для меня это было гораздо больше. Это был шанс быть рядом с ним, тем, кого я любила и боготворила.

Но сейчас, в тесной карете, мои возвышенные мечты казались такими далекими и хрупкими. Рядом со мной сидела мать, нервно теребя край своего старого, но добротного платка, ее взгляд был прикован к пальцам, а не к дороге. С другой стороны, словно тяжелая туча, нависла тетушка Марта, чей голос, резкий, как скрип несмазанной двери, не умолкал ни на минуту, отравляя и без того душный воздух.

– Элина, сиди прямо! Не сутулься, как крестьянка! – шипела тетка, поправляя свой чепец с такой силой, словно пыталась прибить его к голове. – Ты должна выглядеть достойно. Ты же не какая-то там девица с ярмарки, ты станешь императрицей!

– Да, Марта права, – подхватила матушка, и я видела, как ее глаза блестели от плохо скрываемой алчности. – Ты представляешь, какие богатства нас ждут? Дворец, слуги, шелка… Мы наконец-то заживем так, как заслуживаем! Наконец-то я смогу обновить свои платья и купить себе настоящее жемчужное ожерелье, а не эту поделку!

Их голоса сплетались в монотонный гул, который я старалась отфильтровать, прислушиваясь к биению своего сердца. Они говорили о золоте и статусе, я же мечтала о совсем другом. Мне было все равно на их жадность, на их наставления. Все, что имело значение, это мой предстоящий брак с самим Императором Тироном...

Покорно молчала, глядя в окно. Богатства, шелка, титулы – все это было так неважно, так мелко на фоне той единственной, заветной мечты.

Я мечтала о том, как он посмотрит на меня, как на любимую женщину. Как его глаза, полные величия и силы, задержатся на мне с нежностью.

Но эти мысли я держала при себе, надежно спрятав глубоко внутри. Матушка и тетушка никогда бы не поняли меня, да и не попытались бы. Для них брак – это сделка, а не чувство.

– Ты должна быть послушной, Элина, – продолжала тетка, ткнув меня в бок своим острым, натруженным локтем. – Император не потерпит капризов. Улыбайся, кивай и делай, что тебе говорят. Это твой долг!

– Долг, долг, долг, – пробормотала я себе под нос, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Их нравоучения были бесконечны, как эта дорога, и так же однообразны. Я отвернулась к окну, чтобы скрыть гримасу, которая наверняка исказила мое лицо.

За стеклом показались первые башни столицы – высокие, словно устремленные в небо, они манили меня, обещая новую, совсем другую жизнь.

Мое сердце снова замерло от предвкушения, а затем пустилось вскачь.

Глава 2

Я до сих пор помнила тот день, когда Тирон впервые приехал в наш дом. Мне только исполнилось восемнадцать, и я только-только получила официальное подтверждение своей драконьей магии – слабой, но такой необходимой для императорского рода.

Помолвка была делом решенным, но его приезд для утверждения формальностей казался чем-то невероятным.

В тот день я была так взволнована, что едва могла дышать. Я не должна была видеться с женихом о свадьбы, как подобает леди, но любопытство и дикое, почти животное желание увидеть его раньше, чем положено, взяли верх. Я проскользнула в коридор, ведущий к парадной двери, и, не подобающе леди, прильнула глазом к замочной скважине.

Его появление было подобно грому среди ясного неба. Он вошел в нашу скромную прихожую, и весь мир, казалось, померк вокруг него. Высокий, широкоплечий, в темно-синем мундире, который подчеркивал его мощную фигуру. Его волосы цвета воронова крыла блестели в свете свечей, а глаза…

О, его глаза! Они были словно два глубоких омута, пронзительные, умные, полные скрытой силы. Он разговаривал с моим отцом, и даже сквозь толстую дверь я слышала низкий, бархатный тембр его голоса.

– Лорд Рейн, я ценю ваше гостеприимство, – говорил он, и в его тоне была искренняя теплота. – Ваша дочь… говорят, она особенная.

– О, да, Ваше Величество, – отвечал отец, и я слышала гордость в его голосе. – Элина – наша жемчужина. Ее магия, пусть и слабая, чиста, как горный хрусталь.

Легкая, едва уловимая улыбка, тронула его губы, но она зажгла во мне пожар. Мои щеки пылали, а сердце бешено колотилось в груди, словно птица, рвущаяся из клетки.

В тот момент я поняла, что влюбилась. С первого взгляда, безумно и безвозвратно. Это чувство больше не было просто девичьей фантазией, а стало реальным всепоглощающим.

Но той же ночью пришла страшная весть. Началась война с Ледяными Драконами. Могущественные и безжалостные, они веками были врагами нашей империи.

Их ледяное дыхание могло заморозить целые города, а их когти разрывали сталь, как бумагу. Все силы были брошены на оборону.

Свадьба, которая должна была состояться через месяц, была отложена. Не на несколько недель, а на целых два года, до окончания войны.

Это было жестоким ударом, но я понимала, что безопасность Империи важнее моих личных желаний. Все это время он был на передовой, сражаясь за свой народ. Я следила за каждым его шагом, читая сводки новостей и молясь за его безопасность.

И вот теперь, два года спустя, война, наконец, закончилась. Победа была нашей. И наша свадьба, наконец, должна была состояться.

– Смотри, Элина! – воскликнула матушка, вырывая меня из мыслей и указывая на величественное здание с колоннами. – Это Большой Театр! Говорят, там выступают лучшие маги-иллюзионисты со всей империи!

– А вон там, – подхватила тетка, – рынок Золотого Дракона! Я слышала, там продают ткани, которые меняют цвет под настроение владельца. Нам нужно будет туда заглянуть, как только устроимся!

Я кивнула, не вслушиваясь.

Карета, тем временем, замедлила ход, и я выпрямилась, невольно поддавшись наставлениям родственниц.

Дорога стала шире, и мы въехали в сердце столицы, где улицы были запружены экипажами и пешеходами, спешащими по своим делам в вечернем сумраке.

Мое будущее ждало меня впереди, и я была готова встретить его, даже если оно окажется совсем не таким, как в моих мечтах.

Глава 3

По прибытии в императорский дворец меня проводили в роскошные покои, стены которых были увешаны шелковыми гобеленами с изображениями древних битв и мифических драконов.

Пол устилали мягкие ковры с замысловатыми узорами, сотканными мастерами из далекой южной провинции.

Слуги сновали туда-сюда, раскладывая мои платья в резные шкафы и наполняя комнату ароматами роз и лаванды.

Одна из них, молодая и активная девушка, поставила на столик серебряный поднос с фруктами и кувшином вина.

– Это от императора, госпожа, – тихо сказала она, поклонившись. – Он велел передать, чтобы вы чувствовали себя как дома.

– Он… сам это сказал? – не удержалась я, надежда вспыхнула в груди.

Служанка замялась, опустив глаза.

– Ну… это слова лорда-управителя, но он говорил от имени императора, – пробормотала она и поспешно вышла.

Я вздохнула, чувствуя, как надежда угасает. Конечно, он не придет сам. Он занят, он император. Но все же… я так надеялась на встречу, на его улыбку, на тепло его голоса.

Весь замок гудел, как улей: слуги украшали залы алыми и золотыми цветами, повара на кухнях готовили изысканные блюда, а швеи в дальнем крыле дошивали подвенечное платье.

Я слышала, как они шептались о ткани, сотканной из нитей, что сияют, как звезды, и о жемчужинах, привезенных с побережья Западного моря.

Все готовились к свадьбе – моей свадьбе.

Но я не могла разделить их суеты. Мое сердце билось в странном ритме: то замирало от восторга, то сжималось от тревоги.

– Элина, ты должна быть благодарна! – заявила мать, врываясь в мои покои без стука. – Такой шанс выпадает раз в жизни! Император выбрал тебя, тебя! А ты сидишь с таким лицом, будто тебя на казнь везут! Улыбайся!

– Я благодарна, матушка, – устало ответила я, глядя на свое отражение в зеркале. – Просто… устала с дороги.

– Устала? – фыркнула тетушка Марта, появляясь за спиной матери. – Что за глупости?! Еще решат, что ты больная. Горе тебе, если ты опозоришь нас! Улыбайся, держи спину, и не смей задавать никому глупых вопросов!

– Конечно, тетушка, – тихо сказала я, лишь бы они ушли. Их голоса звенели в ушах, как назойливый звон колокольчиков.

Когда они наконец оставили меня в покое, я почувствовала, как усталость наваливается на плечи. Но сон не шел.

Просторная кровать с балдахином казалась чужой, а тишина покоев – гнетущей. Мысли об императоре путались в голове.

Что, если он не тот, кем я его представляю? Что, если он даже не попытается узнать меня?

Я ждала его весь вечер, надеясь, что он заглянет, скажет хоть слово, но он не пришел. Это кольнуло в самое сердце, как острая игла. Может, у него просто много дел?

В конце концов, не выдержав, я накинула легкий плащ поверх ночной сорочки и выскользнула из комнаты. Мне нужно было подышать свежим воздухом, отвлечься от собственных мыслей.

Сад за дворцом был огромным, усыпанным цветами и освещенным серебристым светом луны. Я брела по дорожкам, вдыхая сладкий аромат жасмина, пока не дошла до мраморного фонтана, чьи струи тихо журчали, отражая звезды.

Я остановилась, глядя на свое отражение в воде, и попыталась представить, какой будет моя жизнь здесь. Но вдруг до моего слуха донеслись приглушенные голоса и смех, откуда-то со стороны реки.

– Кто там? – прошептала я, чувствуя, как любопытство пересиливает усталость.

Осторожно двинулась к реке, стараясь не шуметь. Вскоре передо мной вырос большой шатер, его белоснежные полотна колыхались на ветру, а внутри мерцали десятки свечей, отбрасывая золотистые блики.

Из шатра доносилась медленная, завораживающая мелодия – музыканты играли на лирах и флейтах, создавая атмосферу какого-то тайного празднества.

– Это, должно быть, какой-то прием, – пробормотала я, пытаясь успокоить себя. – Может, император там… обсуждает дела с советниками.

Но что-то подсказывало мне, что это не так. Я подошла ближе, сердце колотилось так громко, что заглушало журчание реки. Сквозь приоткрытую ткань шатра я увидела его...

Тирон возлежал на груде шелковых подушек, его торс был обнажен, а темные волосы слегка растрепаны. Вокруг него, словно стая экзотических птиц, вились полуобнаженные женщины в вульгарных лоскутах ткани, которые едва ли можно было назвать одеждой.

Они хихикали, кормили его виноградом, касались его плеч, шеи, губ. Одна из них наклонилась и поцеловала его, а он, с ленивой улыбкой, принял это, как нечто само собой разумеющееся.

– О, мой господин, – пропела одна из фавориток, поднося к его губам кубок с вином. – Вы сегодня так щедры на ласки!

– А ты, Лара, как всегда, знаешь, как меня развлечь, – ответил он низким, бархатным голосом, от которого у меня перехватило дыхание.

Но не от трепета! Слова его были как удар в грудь.

Я зажала рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Мир вокруг меня пошатнулся. Мое сердце, еще недавно трепетавшее от предвкушения, теперь разрывалось от боли и унижения. Первое желание было бежать – бежать прочь, спрятаться, забыть этот кошмар. Но я остановила себя.

Если я убегу сейчас, он никогда не узнает, как это ранит меня. Он не поймет, что я не пустое место. И подобное мне неприятно и ранит меня. Я не могла позволить ему думать, что мне все равно. Он должен объясниться!

Глава 4

Собрав всю свою волю в кулак, я вышла из сумрака, сделав шаг вперед. Спина была прямой, голова гордо поднята. Громко кашлянув, я привлекла к себе внимание. Музыка оборвалась, смех стих. Фаворитки замерли, их взгляды, полные превосходства и насмешки, устремились на меня, словно я была какой-то диковинной зверушкой, случайно забредшей на их территорию.

Тирон медленно приподнялся на локте, его брови слегка поднялись в легком удивлении, но в глазах его было лишь холодное, отстраненное любопытство, ни тени вины или хотя бы смущения.

– Элина? – произнес он ровным, почти равнодушным голосом, словно он обращался к незнакомке, которую случайно встретил на улице. – По всей видимости, ты заблудилась. – Тирон щелкнул пальцами, и один из слуг, стоявший у входа в шатер, тут же выступил вперед, склонив голову. – Проводи госпожу в ее покои.

– Нет, – твердо сказала я, шагнув ближе. Голос дрожал, но я держалась с достоинством, как подобает той, кто носит драконью магию и должна стать Императрицей. – Я не уйду, пока мы не поговорим.

Фаворитки переглянулись, некоторые из них хихикнули, прикрывая рты ладонями, но Тирон поднял руку, и смех оборвался. Он смотрел на меня, слегка прищурившись, как будто оценивая, стоит ли тратить на меня свое драгоценное время. В его взгляде промелькнула легкая досада.

– Поговорить? – переспросил Тирон с усмешкой. Он даже не потрудился прикрыть свой обнаженный торс. – И о чем же, моя дорогая невеста?

Я сглотнула, чувствуя, как гнев и глубокая, жгучая боль борются внутри меня, грозя вырваться наружу. Но я не могла отступить. Не сейчас, когда я увидела истинное лицо моего "идеала".

– Меня не устраивает, что мой жених не нашел времени даже зайти ко мне, поприветствовать, – начала я, стараясь, чтобы голос не срывался и не выдавал моего внутреннего смятения. – Я ждала вас весь вечер. Я думала, что вы хотя бы… выделите мне несколько минут. Но вместо этого вы здесь, с… – я обвела взглядом фавориток, – с этими… утехами. Это неприемлемо. Это оскорбляет и унижает меня как женщину, как ту, кто должен стать вашей женой.

В шатре повисла тягучая, давящая тишина. Фаворитки смотрели на меня как на ненормальную, одна из них даже закатила глаза, но я не сводила взгляда с Тирона. Его лицо оставалось непроницаемым, словно маска из самого крепкого камня. Ни одной эмоции. Мое сердце сжалось от этого равнодушия сильнее, чем от самого зрелища.

– Зачем мне тратить время на ту, которая и так станет моей женой? – усмехнулся он, его голос был холоден.

Тирон медленно поднялся, демонстрируя мне свое мощное, полуобнаженное тело, и взял кубок с вином, сделав большой, небрежный глоток. Жидкость красными каплями стекла по его подбородку.

Неторопливо он приблизился ко мне, и я с замиранием сердца смотрела на него. Как можно быть таким захватывающе красивым и таким засранцем одновременно?

От вида мощных мышц, вылепленных, словно из бронзы на его торсе, мои щеки залил обжигающий румянец. Я невольно отвела взгляд, чувствуя, как от него буквально веяло жаром, он касался кожи, обволакивал и посылал по телу толпы мурашек. Каждый вдох рядом с ним был как глоток пламени. Только его слова сразу же остужали все очарование этим драконом, словно ледяной душ.

– Ты целомудренна, порядочна и до свадьбы вряд ли сможешь дать мне то, чего требует моя физиология. Да и после… – Тирон сделал паузу, его оценивающий взгляд скользнул по мне, а затем вернулся к фавориткам, словно сравнивая.

– Но как же... Как же чувства? Любовь? Истинная пара на всю жизнь?... – вырвалось у меня, словно детский лепет, полный наивных надежд. Так глупо я еще себя никогда не чувствовала.

– Элина, ты не маленькая девочка, и должна понимать, что твое истинное предназначение – быть матерью моих наследников, – с презрением произнес император, скрестив руки на груди, словно отгораживаясь от меня, как будто ставя жирную, не подлежащую обжалованию точку в нашем разговоре.

– Я думала, вы благородный дракон, который хотя бы будет уважать меня… – пробормотала я, чувствуя, как сердце сжимается от невыносимой боли и растерянности. Весь мой идеализированный образ рушился на глазах.

– Я уважаю тебя, но… – начал он, и в его голосе прозвучала нотка усталости, словно он произносил заученную фразу.

– Но не любите и будете изменять, – закончила я за него, и из моих глаз хлынули слезы, которые я больше не в силах была сдерживать. Они жгли кожу, стекая по щекам, смешиваясь с горечью.

Тирон смотрел на меня, его взгляд был холодным, как ледяное дыхание драконов, с которыми он сражался, совершенно безразличным к моим слезам. Его губы изогнулись в кривой усмешке.

– Да, именно так, – припечатал он, и в его голосе не было ни капли сожаления, ни тени сомнения. Он произнес эти слова так легко, словно говорил о погоде. – А теперь возвращайся в свои покои. У нас будет время для разговоров… после свадьбы.

Я стояла, не в силах пошевелиться, оцепенелая от шока и боли. Его слова эхом отдавались в моей голове, разрушая все мечты, которые я так бережно хранила годами. Он не был моим драконом. Он был чужим, холодным, жестоким. Пустым.

Развернулась, не сказав больше ни слова, и вышла из шатра, чувствуя себя раздавленной. Смех фавориток, теперь откровенный и громкий, провожал меня, как насмешка судьбы, как подтверждение моего полного поражения.

Вернувшись в свои покои, я бросилась на огромную, чужую кровать, зарывшись лицом в подушку, пытаясь заглушить рыдания. Слезы текли по щекам, пропитывая тонкую ткань, но я не пыталась их остановить.

Тирон так и не пришел ко мне ни вечером, ни ночью. Его отсутствие было как еще один удар – он даже не счел нужным объясниться, успокоить, дать мне хоть каплю надежды. Это кольнуло в самое сердце, глубже, чем я могла ожидать, оставляя за собой жгучий, кровоточащий след.

«Я для него никто, – думала я, глядя в темноту, где мерцали редкие звезды, не способные осветить мою душу. – Он даже не попытался увидеть во мне женщину, а не только носительницу драконьей магии. Два года я ждала, молилась, мечтала… и все ради этого?»

Горечь переполняла меня, вытесняя все остальные чувства.

Глава 5

Утро ворвалось в мои покои вместе с первыми лучами солнца, которые пробились сквозь тяжелые бархатные шторы, и громкими голосами матушки и тетушки Марты.

Я лежала, уткнувшись в подушку, все еще чувствуя тяжесть вчерашней ночи, словно камень на груди. Сон был коротким и беспокойным, наполненным обрывками воспоминаний о шатре, о холодных глазах Тирона и его жестоких словах. Я не хотела вставать, не хотела видеть этот день, но выбора у меня не было.

– Элина! Вставай немедленно!

Мама ворвалась в комнату, хлопнув дверью, и тут же принялась отдавать приказы слугам.

– Где ее платье? Почему оно еще не готово? Сегодня день свадьбы, а ты валяешься, как ленивая служанка!

– Матушка, я… – хотела все рассказать ей, объяснить свое состояние.

Но кто бы меня слушал....

– Никаких «я»! – отрезала тетушка Марта, влетая следом с таким видом, будто она сама была императрицей. Ее чепец съехал набок, но она, не замечая этого, ткнула в меня пальцем. – Ты должна выглядеть идеально!

Я молча села на кровати, глядя в одну точку.

Замок кипел вокруг: я слышала, как за дверью сновали слуги, звенели посудой, перекрикивались, обсуждая последние приготовления. Где-то вдалеке гудели магические колокола, их низкий, мелодичный звон разносился по коридорам, напоминая всем о важности этого дня. Но для меня этот звук был как похоронный набат.

Слуги, три девушки в строгих серых платьях, вошли в комнату с подносами, на которых лежали драгоценности, ленты и флаконы с ароматическими маслами. Они окружили меня, словно я была куклой, которую нужно нарядить для представления.

Одна расчесывала мои волосы, другая наносила на лицо легкий слой пудры, третья поправляла корсет, который сдавливал ребра так, что дышать было почти невозможно. Я не сопротивлялась, не спорила. Я просто сидела, потерянная, глядя в зеркало, но не видя своего отражения. Мое сердце было пустым, как выжженная пустыня.

– Элина, улыбнись хоть немного! – раздраженно бросила матушка, поправляя складки моего платья. – Ты выглядишь, как привидение! Что подумают гости? Что мы вырастили какую-то больную?

– Пусть думают, что хотят, – тихо ответила я, не поднимая глаз. Мой голос был едва слышен.

– Что ты сказала? – переспросила тетушка Марта, ее глаза сузились. – Не смей портить нам этот день, девчонка! Ты представляешь, сколько мы вложили в это? Сколько усилий, чтобы ты вообще оказалась здесь?

– Я не просила меня сюда везти, – огрызнулась я, но тут же замолчала, увидев, как матушка побагровела от гнева.

– Довольно! – рявкнула она. – Ты сделаешь, как велено, и точка! Это твой долг перед семьей, перед империей!

Я отвернулась, чувствуя, как внутри все сжимается. Долг.

Это слово преследовало меня всю жизнь, но теперь оно звучало как приговор. Слуги закончили с моими волосами, вплетя в них тонкие нити с крошечными жемчужинами, и надели на меня платье – то самое, о котором шептались швеи.

Оно было легким, как облако, сотканным из нитей, что сияли, как звезды, и переливались при каждом движении. Но я не чувствовала себя прекрасной. Я чувствовала себя марионеткой, которую ведут на сцену, чтобы сыграть чужую роль.

Когда меня наконец вывели из покоев, замок преобразился. Залы были украшены алыми и золотыми цветами, магические светильники парили под потолком, отбрасывая мягкое сияние, а воздух был пропитан ароматом благовоний.

Гости уже собирались в главном зале, их голоса сливались в гул, похожий на шум далекого моря. Я видела знакомые лица – лордов и леди из провинций, магов в мантиях, украшенных рунами, и даже нескольких драконов в человеческом облике, чьи глаза светились нечеловеческим огнем.

Но среди толпы я заметила и их – фавориток из вчерашнего шатра. Они стояли в стороне, в ярких платьях, которые подчеркивали их фигуры, и перешептывались, бросая на меня насмешливые взгляды. Одна из них, та самая Лара, подмигнула мне, и я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Они знали просто издевались надо мной...

Церемония началась, когда солнце поднялось в зенит, заливая зал золотым светом через высокие витражные окна. Тирон стоял у алтаря, высокий, высокомерный и прекрасный, как статуя, вырезанная из мрамора.

Его темно-синий камзол был расшит золотыми драконами, а на плечах лежал плащ, сотканный из ткани, что мерцала, как чешуя настоящего дракона. Его волосы были аккуратно зачесаны назад, открывая лицо – холодное, идеальное, с той самой кривой усмешкой, которая вчера разбила мне сердце.

Он даже не посмотрел на меня, когда я вошла, его взгляд скользил по толпе, словно я была лишь частью декораций.

Обряд бракосочетания в империи не был похож на обычные свадьбы. Это был древний ритуал, связанный с драконьей магией, который проводился в присутствии Огненного Круга – магической конструкции из рун, вырезанных в полу и пылающих алым светом.

В центре круга стояла чаша, наполненная жидким пламенем, которое не обжигало, но связывало души тех, кто вступал в брак. Говорили, что этот огонь способен раскрыть истинные намерения супругов, и если союз неискренен, пламя потухнет.

Я слышала об этом обряде еще в детстве, и тогда он казался мне романтичным, почти волшебным. Теперь же он пугал меня.

Старейшина, высокий старик в мантии, усыпанной звездами, начал церемонию, его голос гудел, как ветер в горах. Он говорил о долге, о единстве, о силе императорского рода, но я едва слушала. Мой взгляд был прикован к Тирону, к его холодным глазам, которые ни разу не встретились с моими.

Когда старейшина велел нам взяться за руки, я почувствовала, как его пальцы сжали мою ладонь – сильно, почти болезненно, но без тепла. Это было не прикосновение возлюбленного, а жест власти.

– Элина из рода Рейнов, – провозгласил старейшина, поднимая руки над чашей с огнем. – Согласна ли ты стать женой Тирона, императора Драконьей Империи, разделить с ним его судьбу и укрепить его род?

Зал замер. Все взгляды были устремлены на меня. Я чувствовала, как матушка и тетушка напряглись за моей спиной, их дыхание стало тяжелым от ожидания.

Фаворитки в толпе перешептывались, их улыбки были полны яда. Тирон наконец посмотрел на меня, но в его глазах не было ничего, кроме ожидания – холодного, как лед.

Я открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Перед глазами вспыхнули картины вчерашней ночи: его равнодушный голос, смех фавориток, его слова о том, что я лишь средство для продолжения рода. Мое сердце сжалось, и я поняла, что не могу. Не могу лгать себе, не могу лгать этому огню, который, говорят, видит правду.

– Нет, – сказала я, и мой голос, хоть и тихий, разнесся по залу, как звон разбитого стекла.