Текст книги "(не)любимая невеста Императора дракона (СИ)"

Автор книги: Мира Влади

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Спустя несколько минут, Рейн наконец замедлил шаг, и я открыла глаза. Мы вышли на широкую поляну, залитую утренним солнцем, которое пробивалось сквозь кроны, отбрасывая золотистые блики на траву.

В центре поляны сверкало озеро, его поверхность была гладкой, как зеркало, отражая синее небо и редкие облака. Вокруг озера раскинулось поселение – несколько деревянных хижин, крытых мхом и ветками, так естественно вписанных в пейзаж, что их можно было принять за часть леса.

Но моё внимание тут же привлекли его обитатели – мужчины, все как на подбор поджарые, мускулистые, с хищной грацией в каждом движении. Их было около дюжины, и каждый занимался своим делом.

Я почувствовала, как щеки обжигает румянец, и инстинктивно сильнее закуталась в шерстяной халат. Я была единственной женщиной здесь, в этом диком месте, и в таком виде – растрепанная, в ночнушке и халате, с босыми ногами. Стыд и неловкость сдавили грудь, но я не могла отвести взгляд от сцены передо мной.

Двое мужчин, одетых лишь в штаны, сражались в рукопашном бою на краю поляны. Их движения были стремительными, почти почти похожими на танец, но каждый удар сопровождался низким рыком, от которого волосы на затылке вставали дыбом.

Их мускулы перекатывались под кожей, блестящей от пота, а стоящие рядом волки подбадривали их резкими выкриками и смехом, который звучал больше как рычание.

У костра, ближе к хижинам, другой мужчина, с длинными темными волосами, завязанными в хвост, разделывал тушу какого-то зверя. Его нож ловко снимал шкуру, кровь стекала в траву, и от этого зрелища меня замутило, заставив отвернуться.

Еще двое волков неподалеку чинили деревянный забор, их молотки ритмично стучали, а третий, сидя на корточках, точил стрелы, его пальцы двигались с пугающей точностью, а глаза то и дело поднимались, чтобы окинуть поляну цепким взглядом.

Рейн аккуратно поставил меня на ноги, и я тут же попятилась, плотнее запахивая халат. Его желтые глаза скользнули по мне, и в них мелькнула тень насмешки, но он ничего не сказал, лишь кивнул в сторону озера, приглашая следовать за ним.

К нему тут же подошел тот самый волк, которого я видела у бабушки.

– Тирон уже у Лиссы, – коротко сообщил он, склонив голову к Рейну. – Нюхает каждый угол.

– Не учует ли он ее запах? – спросил Рейн, кивнув в мою сторону, но не глядя на меня.

Его собеседник хитро прищурился, его зубы блеснули в улыбке.

– В этом лесу столько всего намешано, что ему сейчас не до её запаха, – сказал он.

Рейн лишь усмехнулся, его глаза на мгновение встретились с моими, и я торопливо отвела взгляд. Пока мы шли к озеру, я не могла не заметить, как другие волки украдкой поглядывают на Рейна, их движения становились чуть более сдержанными, когда он проходил мимо.

Они кивали ему в знак приветствия, не явно, но достаточно, чтобы я поняла – он альфа, вожак этой стаи. Его присутствие заставляло их держаться настороже, но в их взглядах было уважение, почти благоговение.

– Надолго я здесь? – вопрос прозвучал тише, чем я хотела, и я прокашлялась, пытаясь скрыть неловкость. – Это… ваше поселение?

Рейн повернулся ко мне, его бровь приподнялась, а в глазах загорелась искра веселья.

– Неужели наше общество уже тебе наскучило, леди? – подмигнул он, и указал взглядом на угол поляны у озера. – Вон там, под навесом, можешь привести себя в порядок. Никто не потревожит.

Я проследила за его взглядом и увидела расстеленный на траве плед, над которым был натянут тканевый навес, создающий тень и укрытие от любопытных глаз.

На пледе была аккуратно разложена еда – хлеб, сыр, сушеные фрукты, кувшин с водой и даже миска с ягодами. Рядом стоял таз, кувшин с чистой водой и несколько льняных полотенец, а также гребень и маленький флакон с чем-то – принадлежности для утреннего туалета.

Замерла, пораженная этой неожиданной заботой. От волков, которые выглядели так, будто могли перегрызть горло одним махом, я ожидала чего угодно, но не этого...

– Ты не поела, – добавил Рейн ровным тоном. – Отдохни, умойся. Здесь ты в безопасности.

Я кивнула, все еще ошеломленная, и направилась к навесу, чувствуя на себе взгляды волков, но никто не двинулся следом. Усевшись на плед, я умылась, ощущая, как прохладная вода смывает грязь и усталость.

Еда была очень вкусной, и я ела медленно, пытаясь осмыслить происходящее. Лес вокруг был живым, полным звуков – пения птиц, шелеста листвы, далекого рыка, который заставлял мое сердце сжиматься. Но здесь, под навесом, я чувствовала себя странно защищенной, как будто невидимая стена отделяла меня от мира.

Внезапно на поляне послышалось оживление. Я подняла голову и увидела бабушку, спешащую ко мне через траву. Ее платье развевалось, а лицо было напряженным, но глаза сияли решимостью.

За ней, как тени, следовали Рейн и тот темноволосый волк, который держал в руках мое рваное платье, аккуратно свернутое. Бабушка ворчала и ее недовольный голос эхом разносился по поляне.

– Этот проклятый император! – выпалила она, едва оказавшись рядом. – Лишай ему на его чешуйчатую голову! Еле выпроводила его, но он не успокоится, упрямый дракон! Оставил своих соглядатаев вокруг деревни, шныряют, как крысы. Думает, я спрячу тебя под половицами!

Я вскочила с пледа, сердце заколотилось так, что я едва могла дышать. Тирон. Он был так близко, что я почти чувствовала их жар, как в своих кошмарах, где он кружил вокруг меня, а его фаворитки хихикали.

– Бабушка, что же делать? – выдохнула я.

Она посмотрела на меня, и ее взгляд смягчился. Вздохнув так, что ее плечи поникли, словно тяжесть мира легла на них, она ответила:

– Пока ты жива, покоя нам не будет, девочка. Император не отступит, пока не получит твою магию. Она – его спасение, и он знает это. Но я не отдам тебя этому дракону, даже если мне придется пойти на плаху.

Я почувствовала, как горло сжимает ком, а глаза защипало от слез. Ее слова пугали, но в них была любовь и страх за меня. Рейн, стоявший чуть в стороне, скрестил руки на груди, его желтые глаза внимательно следили за нами, но он не вмешивался.

– Что ты задумала? – прошептала я, шагнув к ней. – Как мне спрятаться от него?

Бабушка посмотрела на меня, ее глаза сузились, и в них вспыхнула искра, которую я видела, когда она варила свои самые сильные зелья.

Она медленно достала из складок мантии небольшой кинжал, его рукоять была инкрустирована лунным камнем, который слабо мерцал в солнечном свете. И протянула ко мне раскрытую руку.

– Доверяешь ли ты мне, внучка? – спросила она серьезным тоном. – Дай мне свою ладонь.

Я замерла, глядя на кинжал. Его лезвие было тонким, острым, и я знала, что бабушка не станет использовать его без причины. Но слова «пока ты жива» эхом звучали в моей голове, наполняя сердце страхом и нерешительностью.

Магия? Она хочет использовать темную магию, чтобы спрятать меня от Тирона?

Но если я не соглашусь, то он будет преследовать меня вечно, его дракон не остановится, пока не найдет меня.

Как же быть?..

Глава 14

Тирон

Я ворвался в свой кабинет злой, как тысяча демонов Пепельного Разлома. Дверь ударилась о стену с грохотом, от которого хрустальные светильники задрожали, их магическое пламя замигало, отбрасывая на мраморный пол тревожные тени.

Моя кровь кипела, дракон внутри ревел, его когти скребли по ребрам, требуя выхода. Эта проклятая старуха Лисса, этот лес, пропитанный волчьей вонью, и Элина, сбежавшая, как трусливый заяц, – все это было насмешкой над моей властью, над моей империей!

За столом, в моем собственном кресле из черного дуба, развалился мой верный генерал и друг, Дариан. Его броня, отполированная до блеска, лежала в углу, а сам он, в расстегнутой рубахе, лениво потягивал вино из серебряного кубка. Его темные волосы были растрепаны, а в глазах, обычно острых, как клинки, плескалась расслабленная насмешка. Он поднял взгляд на меня, его губы изогнулись в кривой улыбке.

– Нашел? – спросил он, его голос был ленивым, но с едва уловимой издевкой, как будто он уже знал ответ.

– Нет! – рявкнул я, швырнув плащ на спинку кресла. Ткань зацепилась за резной драконий коготь, и я с досадой дернул ее, едва не порвав. – А ты знал, что в наших лесах завелись волки? Эти твари, Дариан! Оборотни, шныряющие под самым моим носом, а я, император, узнаю об этом последним!

Дариан приподнял бровь, откинувшись на спинку кресла. Его кубок замер в руке, но он не спешил отвечать, словно смаковал мое раздражение.

– Знал, – сказал он наконец, пожав плечами. – После войны с Ледяными Драконами было не до того, Тирон. Они не мешались, держались в глуши, подальше от замка. Думал, ты в курсе. Лес большой, а у нас и без того забот хватало.

Я стиснул зубы, чувствуя, как дракон внутри меня зарычал громче. Все знали! Лисса, деревенские, даже этот чертов генерал, мой ближайший друг, а я, император Драконьей Империи, был слеп, как новорожденный дракончик! Я прошелся по кабинету, мои сапоги глухо стучали по мрамору, и каждый шаг отдавался в висках, как удары молота.

– Не мешались? – прорычал я, останавливаясь напротив него. – А ты, похоже, забыл о пророчестве, Дариан! О том, что волки вернутся, когда магия станет нестабильной! Что они создадут свое государство, вернут свое величие! И это на моих землях! Ты понимаешь, что это значит? Если они найдут своих истинных, они начнут плодиться, как тараканы, и оттяпают у нас кусок империи! После всей крови, что мы пролили в войне с Ледяными Драконами, мне только этого не хватало!

Дариан поставил кубок на стол, его глаза сузились, но в них все еще мелькала тень скептицизма. Он скрестил руки на груди, его пальцы постукивали по рукаву рубахи.

– Больше ста лет назад наши предки изгнали их, Тирон, – сказал он, его голос был спокойным, но с ноткой усталости. – Лишили их истинных. Без них они не могут давать потомство, способное исполнить пророчество. Первый ребенок, который должен его воплотить, не родится, пока не появится истинная пара. А их, как ты знаешь, не осталось. Это просто стая бродяг, не более.

– Бродяги? – я фыркнул. – Если волки появились, значит, истинная не за горами! Они уже здесь, Дариан, и я не позволю им размножаться и строить свое государство на моих землях! А эта старая змея Лисса… – я сжал кулак, и руны на полу снова полыхнули алым. – Она что-то скрывает. Не удивлюсь, если это она призвала их, ведет свою игру, прикрываясь своей знахарской репутацией. И внучку свою вырастила такой же – дерзкой, неблагодарной девчонкой!

Дариан вздохнул, потирая висок, словно мой гнев был для него привычным шумом. Он взял кубок, сделал глоток и посмотрел на меня с легкой насмешкой.

– Так что ты делать думаешь? – спросил он. – Девчонка тебе нужна, это ясно. Ее магия – единственное, что удержит твоего дракона в узде. Но, Тирон, не думал ли ты сменить тактику? – Он наклонился вперед, его голос стал тише, но с язвительным оттенком. – Ну чего тебе стоило подарить ей пару цветов, наплести про любовь и верность? Хоть до свадьбы бы дотерпел. Девчонки на такое падки, знаешь ли.

Я замер, мои глаза сузились, и дракон внутри меня зарычал так, что я почувствовал жар в груди.

– Врать? – прорычал я, шагнув к столу. – Я, император, должен опускаться до лжи ради какой-то провинциальной девчонки? Это честь для нее, что я выбрал ее! Для любой это честь! Она должна была пасть на колени от благодарности, а не устраивать этот цирк перед всем двором!

Я ударил кулаком по столу, и кубок Дариана подпрыгнул, расплескав вино. Он лишь хмыкнул, не впечатленный моим гневом, и откинулся назад, скрестив руки.

– Ну, раз честь, то докажи, – сказал он, его губы дрогнули в усмешке. – Давай проверим твою теорию.

Я рявкнул на стражу, стоявшую у двери:

– Позвать Лиру! Немедленно!

Дариан приподнял бровь, но промолчал, его глаза блестели, как у человека, который знает, что сейчас будет представление. Дверь распахнулась, и в кабинет вошла Лира, ее локоны струились по плечам, а платье с глубоким вырезом колыхалось, как шелковая волна. Она низко поклонилась, ее глаза сияли угодливой преданностью, но я видел, как ее пальцы слегка дрожали – она чувствовала мой гнев, как зверь чует бурю.

– Лира, – начал я, мой голос был холодным. – Стала бы ты женой императора, если бы я предложил тебе корону?

Ее глаза расширились, и она замерла, словно не веря своим ушам. Ее щеки залились румянцем, а губы задрожали, когда она выпалила:

– Ваше Величество, это была бы величайшая честь! – Она опустилась на одно колено, ее голос дрожал от восторга. – Я бы посвятила вам всю свою жизнь, мой господин!

Я усмехнулся, скрестив руки, и бросил взгляд на Дариана, который наблюдал за сценой с едва скрываемой насмешкой.

– А если бы знала, что я буду изменять тебе со всем двором? – продолжил я, наклоняясь к Лире. – Что бы ты сказала тогда?

Лира замялась, но лишь на мгновение. Она подняла голову, ее глаза блестели, но в них была покорность, которая раздражала меня еще больше.

– На то воля императора, – тихо сказала она, ее голос был мягким. – Я бы ждала вас в своих покоях, мой господин, и была бы счастлива служить вам.

Я резко указал на нее рукой, повернувшись к Дариану.

– Вот! – рявкнул я, мой голос сотряс стены. – Видишь? Вот верная позиция! Вот ответ адекватной девушки, а не тот цирк, что устроила Элина!

Дариан не сдержался и расхохотался, его смех был громким, раскатистым, как гром. Он откинул голову назад, едва не пролив вино из кубка, который снова взял в руки. Лира хлопала ресницами, ее лицо выражало смесь растерянности и надежды.

– А свадьбы не будет? – спросила она, ее голос дрогнул, и я увидел, как ее пальцы сжали подол платья.

Я нахмурился, глядя на нее, как на ребенка, который не понял шутки.

– Ты в своем уме? – бросил я, мой голос был холодным. – Зачем мне в жены фаворитка? Ты свободна, Лира.

Она замерла, ее щеки побледнели, но она быстро опустила голову, поклонилась и выскользнула из кабинета, ее шаги были торопливыми, почти паническими. Дверь за ней закрылась с тихим щелчком, а Дариан все еще хохотал, его глаза слезились от смеха.

– Ох, Тирон, – выдавил он, утирая уголок глаза. – Ты неподражаем. Назови мне хоть одну причину, почему Элина должна была согласиться на твое предложение после такого подхода.

Я зарычал, чувствуя, как дракон внутри меня снова ощетинился.

– Она нужна мне, Дариан, – прорычал я, шагнув к столу. – Ее магия – единственное, что удержит мою силу. И я найду ее, даже если придется сжечь этот лес и всех этих проклятых волков вместе с ним!

Дариан покачал головой, его смех затих, но в глазах все еще плясали искры веселья.

– Найди, – сказал он, поднимая кубок в насмешливом тосте. – Но если хочешь моего совета, Тирон, попробуй хоть раз не рычать. Может, тогда она перестанет от тебя бегать.

– Обязательно, – усмехнулся в ответ. – Все же вернемся к нашим делам, – перешел я вновь на деловой тон. – В ближайшие дни навести этих проклятых волков. Поговори с их вожаком или кто там у них главный. Предложи им официальное подданство империи. Какой-нибудь статус, земли, титулы – всю эту бумажную волокиту, которую так любят дипломаты. Подсласти пилюлю, скажи, что мы сожалеем о том, как наши предки их прокляли и истребили. – Я фыркнул, чувствуя, как дракон во мне зарычал от презрения. – Но напомни, что они сами виноваты – не нужно было пытаться свергать драконов. Подключи наших лучших дипломатов, Дариан. Я хочу, чтобы эти твари были у меня на ладони, чтобы я знал каждый их шаг, каждый их план. Если они задумали свое государство, я раздавлю их раньше, чем они успеют родить своего проклятого «первого потомка».

Брови Дариана приподнялись, но в глазах мелькнула искра интереса. Он скрестил руки на груди, его пальцы постукивали по рукаву рубахи, словно он уже обдумывал, как провернуть это дело.

– Хитро, – протянул он, его голос был задумчивым, но с ноткой одобрения. – Приручить волков, пока они не перегрызли нам горло. Но, Тирон, ты уверен, что хочешь играть в дипломатию? Твой стиль – это скорее огонь и меч.

– Огонь и меч будут позже, – отрезал я. – Сначала я хочу знать, с кем имею дело. Если пророчество правдиво, если они нашли свою истинную, я не позволю им размножаться и оттяпать кусок моей империи. Но мне нужно время, чтобы найти Элину. Ее магия – ключ к моей силе, и я не позволю какой-то девчонке разрушить все, что я построил.

Дариан кивнул, его взгляд стал серьезнее, но прежде чем он успел ответить, в дверь раздался тревожный стук – резкий, настойчивый, как удары молота. Мой дракон ощетинился, и я почувствовал, как жар магии снова разливается по венам.

– Войдите! – рявкнул я, мой голос сотряс стены, заставив светильники мигнуть.

Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился начальник стражи, Ксавир. Его золотые доспехи были покрыты пылью, а лицо – бледным, как у мертвеца. В руках он сжимал лоскут ткани, перепачканный кровью и грязью, и я сразу узнал его – это было платье Элины, то самое, в котором она сбежала. Мое сердце замерло, а затем заколотилось с такой силой, что я едва слышал собственные мысли.

– Ваше Величество, – выдохнул Ксавир, его голос дрожал, но он держался прямо, как подобает воину. – Мы нашли это у подножия скалы в горах, недалеко от перевала. Следы… они обрываются. Леди… Элина… она сорвалась со скалы. Она погибла.

Глава 15

Жгучая, нестерпимая боль пронзила грудь, и на мгновение мир вокруг замер, словно время остановилось.

Элина... мертва?

Ее золотистая магия – чистая, как солнечный свет, что пробивается сквозь кроны леса, – угасла?

Мой внутренний зверь взревел, его когти рвали меня изнутри, требуя выпустить огонь, разрушить все вокруг, но я стиснул зубы, заставляя себя стоять неподвижно.

Мое лицо осталось каменным, глаза – холодными, как сталь, выкованная в горниле. Я – император Драконьей Империи, и никто, даже смерть, не увидит моей слабости. Но лоскут платья в руках Ксавира, пропитанный кровью и грязью, лежал на столе, как немой укор.

– Ты видел тело своими глазами? – прорычал я, шагнув к Ксавиру так стремительно, что он невольно попятился, его золотые доспехи звякнули, отражая свет магических светильников.

Мой голос был низким, угрожающим, пропитанным драконьим гневом. Я впился взглядом в его лицо, выискивая малейший намек на ложь, на неуверенность, на что угодно, что могло бы дать мне надежду.

Ксавир опустил голову, его плечи напряглись, но он держался, как подобает воину, несмотря на дрожь в голосе.

– Нет, Ваше Величество. Мы нашли только этот лоскут у подножия скалы, недалеко от перевала. Следы обрываются у края обрыва. Скала – отвесная, без уступов, спуститься без магов или снаряжения невозможно. Мы видели там кровь и обрывки ее платья… – он сглотнул, его глаза избегали моего взгляда, – все указывает на то, что леди Элина не выжила.

Я сжал кулаки. Дракон внутри меня ревел, его чешуя скребла по нервам, и я едва сдерживал желание выпустить огонь, спалить этот кабинет, этот замок, этот проклятый лес.

Дариан, до сих пор молчавший, медленно поднялся из кресла. Лицо генерала, обычно озаренное насмешливой улыбкой, теперь было мрачным, а глаза, острые, как клинки, смотрели на меня с тревогой, которой я не видел в нем со времен войны с Ледяными Драконами.

– Тирон, – тихо позвал он, его голос был осторожным, словно он боялся потревожить зверя. – Чувствуешь ли ты ее магию? Если она жива, ты бы знал.

Я закрыл глаза, отрезая себя от мира, и потянулся к той золотистой нити, что связывала меня с Элиной. Ее магия всегда была для меня, словно маяком в ночи.

Я чувствовал ее в замке, в лесу, в деревне Лиссы. Но теперь… Моя магия, бурлящая, как раскаленная лава, устремилась в пустоту, и там была лишь холодная, гнетущая тишина, как в бездонной пропасти. Ничего. Ни искры, ни эха, ни малейшего следа ее силы.

– Нет, – выдавил я, мой голос был хриплым, почти чужим, и я ненавидел себя за эту слабость. – Я не чувствую ее.

Ярость вспыхнула, как лесной пожар, сжигая все внутри. Вот зачем эта девчонка сбежала?! Как посмела Лисса, эта хитрая змея, скрывать ее? Почему не удержала ее до моего прихода или сама не вернула ее во дворец?

Но затем, словно ледяной ветер, ярость сменилась холодной, расчетливой злостью. Я повернулся к Дариану, мои глаза сузились, а голос стал ледяным, как зимние ветра.

– Ты говорил сменить тактику? – проговорил я медленно, с предвкушением. – Что ж, я последую твоему совету. Ксавир, – я повернулся к начальнику стражи, который все еще стоял, не смея поднять взгляд, – объяви траур по леди Элине. Немедленно. Разошли гонцов по всем уголкам империи – от Пепельных Пустошей до Ледяных Пиков. Пусть каждый лорд, каждый маг, каждый крестьянин знает, что она погибла, сорвавшись со скалы. С сегодняшнего дня в Драконьей Империи траур. Храмы будут петь заупокойные гимны, флаги приспустят, а рынки закроются на три дня. Но… – я сделал паузу, мои губы изогнулись в мрачной, почти хищной усмешке. – Лучшим отрядам – прочесать ущелье, горы, каждую пещеру, каждый ручей. Мне нужно тело. Если Элина погибла, я хочу видеть ее, чтобы убедиться, что ее магия угасла навсегда. Но если это старуха Лисса задумала игру, если это ее уловка… – я сжал кулак, и руны на полу вспыхнули алым, отражая мой гнев. – Сейчас я сделаю вид, что проглотил наживку. Она не хочет замуж? Пожалуйста. У меня мало времени, но оно есть. Посмотрим, что они задумали.

Ксавир поклонился, его доспехи звякнули, и он поспешно вышел. Дариан смотрел на меня, его лицо было мрачным, но в глазах мелькнула искра понимания. Он медленно кивнул, его пальцы постукивали по столу, словно обдумывая мой план.

– Пусть расслабятся, – покивал он. – Вымани их из тени. Если Элина жива, она или Лисса выдадут себя. Но… – он замялся, его брови нахмурились, – ты уверен, что это не слишком рискованно? Если она действительно мертва, ты потеряешь время, а твоя магия…

– Она не мертва, – оборвал я, мой голос был резким, как удар хлыста. – Я не верю в такие «удачные» совпадения. И не верю ни единому слову этой старухи и ее волков. Они что-то скрывают, и я выжгу их тайны, если придется. Но пока я играю по их правилам. Пусть думают, что я сломлен, что я поверил в их ложь.

Дариан кивнул, но его взгляд был тяжелым, как будто он видел что-то, чего не видел я.

– А волки? – спросил он, возвращаясь к делу. – Что с ними? Ты все еще хочешь «дружбы»?

– Как никогда прежде, – отрезал я, шагнув к окну, где темный лес за стеклом казался живым, дышащим, полным тайн и угроз. – Навести их, как я сказал. Следи за каждым их шагом. Если они прячут Элину, если знают, где она, я хочу знать все. И если эта старуха или ее волки задумали меня обмануть… – я повернулся к Дариану, мои глаза полыхнули драконьим огнем, – они пожалеют, что посмели бросить вызов императору.

Дариан кивнул, его лицо стало решительным, и он поднялся, готовый к действию.

– Будет сделано, – заверил он, после чего покинул мой кабинет.

Я же вновь отвернулся к окну. Лоскут платья так и лежал на столе, как немой укор, но я не верил в смерть Элины.

Моя судьба, моя империя, моя сила зависели от нее, и я найду ее – живую или мертвую. Никто не остановит императора, даже если для этого придется сжечь весь мир.