Текст книги "Формула фальшивых отношений (ЛП)"

Автор книги: Мина Синклер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 25 страниц)

ГЛАВА 30

Элли

Лиам следует за нами в гостиную номера Хёрста, и Оливер представляет их технического директора Хоакина Гарсию, который сидит за столом Хёрста, в том же кресле, что и я сегодня утром. С тех пор я успокоилась, но ощутимое напряжение заставляет моё сердце биться быстрее.

– Итак, мы все в сборе, – говорит Хёрст отрывисто. – Оливер, Лиам выдвинул теорию относительно порчи твоей машине.

– Это больше, чем теория, – усмехается Лиам. – Она сделала это.

Хватка Оливера на моей руке усиливается.

– Что? – он смотрит на меня сверху вниз, затем поворачивается к Хёрсту. – Где Белла?

Руководитель группы хмурится.

– Белла?

Я в отчаянии дергаю Оливера за руку.

– Нет, Оливер, – шепчу я.

Но уже слишком поздно. Лиам пристально наблюдает за нами с тех пор, как мы вошли в комнату, и он издает смешок.

– Вау, – говорит он. – Элли сказала тебе, что это сделала Белла?

Оливер поворачивается к нему, но прежде чем он успевает что – либо сказать, я делаю шаг вперед.

– Да. Но я знаю, что это не она, – говорю я дрожащим голосом. Я перевожу взгляд с Лиама на Хёрста и обратно. – Она была моей первой подозреваемой.

– Это смешно, – говорит Хёрст. – Белла бы никогда…

– Теперь я это знаю, – быстро отвечаю я. – Она не имеет к этому никакого отношения. Однако она работает над тем, чтобы выяснить, кто это сделал, так что, если бы вы могли просто позвонить…

– Хватит, – говорит Лиам, его голос прерывает мои слова. – Конечно, ты обвинила бы кого – нибудь другого, чтобы снять вину с себя.

Я недоверчиво смотрю на него.

– Какого хрена, чувак? – выпаливает Оливер.

Но Лиам кажется чертовски расслабленным, когда он поворачивается к столу и берет голубую папку.

– Я навел о ней справки. У твоей новой подружки интересный послужной список.

В животе появляется комок, давящий меня.

– Нет, – прохрипела я.

– О, да, – говорит Лиам, открывая папку, чтобы вытащить какие – то бумаги. – У неё судимость за кражу у своего работодателя. Она работала в гараже, Олли.

Рука Оливера дергается в моей хватке, и я поднимаю на него взгляд, он стиснул челюсти, полностью сосредоточившись на Лиаме.

– Она говорила тебе, что её отец электрик? – добавляет его двоюродный брат. – Она легко могла испортить твою машину, и это сошло бы ей с рук, – затем он усмехается, но это скорее гримаса, чем улыбка. – И знаете, я застал её одну в вашем боксе в день открытой тренировки в Дубае? Вы можете спросить Марселя, он видел её там.

Мой мозг лихорадочно пытается разобраться во всём этом. Не могу поверить, что он добрался до моих файлов. Единственное, что мне приходит в голову, это сказать:

– Но я только – только принесла наклейки.

Оливер поворачивается к Хёрсту, как будто спрашивая, законно ли это, но руководитель команды только качает головой.

– Мы ничего не нашли во время проверки безопасности.

Желчь подступает к моему горлу. Я знаю, что они, должно быть, проверили меня, но я думала, что они просматривали мои социальные сети, возможно, проверяли мой кредитный рейтинг или что – то в этом роде. Не это.

– О, так ты, по крайней мере, пытался выполнять свою работу, когда привел преступника в команду, – Лиам усмехается. – Ты просто копал недостаточно глубоко.

– Эти файлы должны были быть заблокированы, – наконец выдавливаю я. – Мне было шестнадцать.

Хватка Оливера на мне усиливается, он сжимает мою руку так сильно, что это почти причиняет боль. Он делает быстрый, неглубокий вдох, и я задаюсь вопросом, происходит ли это снова, то, как его тело отключилось в тот день в кабинете Беллы.

Лиам пожимает плечами.

– Так или иначе, это не имеет значения. У нас есть эта информация, плюс толстая пачка наличных, которую ты получила непосредственно перед тем, как прилететь сюда, – он поднимает брови, глядя на Оливера. – Ты знаешь, что она пыталась убить тебя за сорок штук? Гребаный любитель.

Я отстраняюсь от Оливера, пятясь к двери.

– Я не обязана это слушать. Ты не имел права.

Лиам делает шаг вперед.

– Мы имели полное право. Ты ожидала приехать сюда и трахнуть звезду, пока ты разрушала…

Он не заканчивает мысль, потому что рядом стоит Оливер, преграждая ему путь ко мне. Лиам пытается обойти его, но Оливер отталкивает его назад, достаточно сильно, что его кузен спотыкается и натыкается на стул.

– Извинись, – рычит Оливер, его голос дрожит от ярости. – Прямо сейчас.

– Эй, – говорит Хёрст, дотрагиваясь до плеча Оливера.

И я бегу, никто больше не обращает на меня внимания, и я просто хочу уйти. Я рывком открываю дверь и выбегаю в коридор, затем лечу к лифтам.

Я знала, что это ошибка. В тот день в офисе Вероники мне следовало прислушаться к своей интуиции и отказаться от работы. Но я пошла на это вопреки здравому смыслу, и теперь я здесь.

Лифт подает звуковой сигнал, и я бросаюсь внутрь, затем нажимаю кнопку, чтобы закрыть дверь. Пожилой кореец пристально смотрит на меня, его морщинистое лицо искажено подозрением.

– Простите, – выдыхаю я. – Мне так жаль.

Я не знаю, предназначены ли эти слова для него, для Оливера или для себя, но я знаю, что никогда в жизни я так сильно не лажала.

ГЛАВА 31

Оливер

Рука Бена сжимается на моём плече.

– Оливер, остановись.

Но я слишком чертовски зол, чтобы успокоиться. Раньше я не мог отдышаться, но теперь паника сменилась чистой яростью.

– Что ты наделал? – я хватаю Лиама за лацканы пиджака и трясу его. – Кто, чёрт возьми, просил тебя копаться в её прошлом?

Он отталкивает мои руки, его лицо краснеет.

– Я пытаюсь защитить тебя, придурок. Ты что, не слышал, что я только что сказал? Это она всё сделала.

– Она этого не делала, – рявкаю я. – Ты её не знаешь и не имеешь права…

– Боже мой, ты вообще себя слышишь? – Лиам запускает пальцы в волосы. – Ты знаешь её месяц, и ты доверяешь её слову больше, чем моему? Что, её киска такая чертовски волшебная?

Моя рука непроизвольно дергается вперед. Я бью Лиама в челюсть, достаточно сильно, чтобы боль отдалась в руке. Мы стоим слишком близко для хорошего удара, поэтому он просто отшатывается, ругаясь, и не падает, как я хотел.

Я только что ударил своего двоюродного брата. Моего менеджера, который был со мной всю мою жизнь.

– Что за чёрт!

Он бросается на меня, размахивая кулаками, и почти валит меня на пол. Затем появляются Бен и Гарсия, растаскивают нас. Бен железной хваткой вцепился в мою руку и тащит меня за стол, в то время как Гарсия обхватил Лиама за шею и грудь и сумел оттащить его достаточно далеко, чтобы он больше не мог меня до меня добраться.

– Хватит! – рычит Бен, его голос звенит у меня в ушах. – Хватит.

Я отступаю от него, тяжело дыша.

– Элли? – оглядывая комнату, я не могу её найти, и меня пронзает ужас. – Где она?

Бен откидывает волосы назад.

– Должно быть, она выскользнула, когда ты напал на Лиама. Не то чтобы я её виню.

Лиам прикасается пальцами к лицу, затем двигает челюстью, как будто не уверен, что она всё ещё цела.

– Кто – то должен сходить за ней. Если ты, наконец, готов выслушать меня…

– Заткнись, – я пытаюсь пройти мимо Бена, но он вытягивает руку. – Отпусти меня, Бен. Мне нужно найти её.

– Мне нужно, чтобы ты подождал здесь, – говорит мне Бен. – Лиам, пожалуйста, уходи. Мы с Хоакином начнем внутреннее расследование, и если появятся какие – либо доказательства, мы будем действовать соответствующим образом.

– Ты сказал, что доказательств нет, – рычит Лиам. – Я назвал вероятную причину и показал латеж…

– Может, ты, блядь, прекратишь? – кричу я на него. Его упрямая уверенность в том, что Элли имеет к этому какое – то отношение, сжигает последние запасы моего терпения. – Эти деньги…

– Оливер, – рявкает Бен.

Я прикусываю язык и проглатываю слова, которые хочу сказать. Эти деньги, переведенные на её счет из дочерней компании “Titan”, чтобы избежать подозрений, были её операционным бюджетом на поездку. Это было частью её контракта – и совершенно законно. Но Лиам этого не знает, как и не знает, что Элли начинала как моя фальшивая девушка.

– Эти деньги что? – Лиам выпрямляется.

Я качаю головой.

– Эти деньги могли прийти откуда угодно. Ты не знаешь, была ли это оплата за что – то гнусное.

Он просто смеется надо мной.

– Ты чертовски наивен. Думаешь, ты такая важная персона, что женщина так быстро влюбится в тебя? Что за шутка, – он поправляет пиджак и рубашку, которые помялись во время нашей драки, затем направляется к двери. – Я ухожу. Позвони мне, когда поймешь, каким гребаным придурком ты был.

С этими словами он уходит, хлопнув за собой дверью.

Бен опускается на стул, кладет локти на стол и закрывает лицо руками.

– Какой беспорядок.

Гарсия встает и неуклюже направляется к двери.

– Я, э – э, думаю, мне пора.

Мне было интересно, почему он вообще оказался здесь. Лиам позвонил ему или Бен? Я отступаю в сторону, чтобы дать ему пройти, но прежде чем он достигает двери, Бен снова поднимает голову, его взгляд пронзителен.

– Подожди. Я хотел бы попросить тебя об одолжении.

Гарсия хмурится.

– Я не собираюсь замалчивать это дело. Моя профессиональная репутация…

– Я не прошу тебя делать это, – спокойно отвечает Бен. – Я бы хотел, чтобы ты установил ещё одну камеру наблюдения в боксе Оливера.

Я пристально смотрю на него.

– Что ты…?

– Зачем? – спрашивает Гарсия.

Бен скрещивает руки на груди.

– Тот, кто испортил машину Оливера в Дубае, знал достаточно, чтобы стереть запись с камер наблюдения из нашей обычной системы. У них был доступ и знания, чтобы сделать это.

– Ты думаешь, это повторится? – Гарсия украдкой бросает на меня взгляд. – Ты, э – э, ты хочешь, чтобы я попросил службу безопасности никого не впускать?

Я сжимаю кулаки и заставляю себя сохранять спокойствие. Одно дело ударить собственного кузена, но ударить технического директора команды было бы нехорошо.

– Нет, – говорит Бен. – Вообще ничего им не говори. Нам нужно, чтобы они работали как обычно.

Внезапно я понимаю, о чём он думает. Он расставляет ловушку для преступника и, не предупреждая службу безопасности, удостоверяется, что тот, кто это сделает, будет достаточно уверен в себе, чтобы действовать.

– Я могу установить пару камер, – говорит Гарсия. – На несколько разных ракурсов.

– Это было бы здорово, – отвечает Бен. – Ты можешь сделать это так, чтобы тебя никто не видел?

Технический директор уверенно кивает ему.

– Я сделаю это.

Он уходит, и внезапно я остаюсь наедине с Беном. Он смотрит на меня с мрачным выражением лица.

– Тебе это может не понравиться, когда правда выйдет наружу.

Я качаю головой.

– Это не Элли, – я достаю свой телефон из кармана и прокручиваю страницу, чтобы найти номер её рабочего телефона. – Я бы поставил на это свою карьеру.

Телефон звонит и звонит, и как раз в тот момент, когда я думаю, что она не ответит, в трубке раздается её голос.

– Привет.

Моё сердце сжимается от того, как сдавленно звучит её голос. Она была так напугана, что убежала, и я позволил этому случиться.

– Элли. Где ты? Мне так жаль, детка, я не должен был позволять тебе уходить, – я выпаливаю эти слова слишком быстро, поэтому стискиваю зубы и заставляю себя сделать глубокий вдох. – Пожалуйста, скажи мне, где ты. Я приду за тобой.

Она шмыгает носом, затем хрипит:

– Ты просто стоял там.

– Что? – комок подкатывает к моему горлу, мешая говорить.

– Когда он говорил все эти вещи, – она кашляет, затем продолжает. – Ты думаешь, это сделала я, не так ли?

– Нет! – я подхожу к окнам гостиной Бена и смотрю на дождливый Сеульский вечер. – Я не поверил ни единому его слову.

Она на мгновение замолкает.

– Хотя он был прав.

От её слов по моим венам пробегает ледяной холод.

– Что ты имеешь в виду?

– У меня действительно есть привод. Я действительно украла деньги у своего работодателя, владельца гаража в Даффилде.

Чёрт. Мне неприятно, что мы говорим об этом по телефону, но она до сих пор не сказала мне, где находится, так что мне просто нужно держать её на линии.

– Ладно, не хочешь рассказать мне, что произошло?

Она снова шмыгает носом, а когда начинает говорить, её голос звучит выше обычного, как будто она изо всех сил старается не расплакаться.

– Я рассказывала тебе о несчастном случае с моим отцом. Он не мог работать, а маме приходилось работать на двух работах, но я подумала, что тоже могла бы помочь. Я уже работала на стойке регистрации в боулинге по выходным, но на физеотерапию папы денег не хватало. Тодд нанимал сотрудников, и я слышала, что он дерьмовый босс, но я всё равно взялась за эту работу, потому что нам нужны были деньги.

У меня внутри всё переворачивается при мысли о подростке Элли, которая терпит какого – то мудака только для того, чтобы помочь своим родителям. Я разворачиваюсь, чтобы пройти через комнату мимо Бена, который не спускает с меня глаз, набирая что – то на своём телефоне.

Элли прерывисто вздыхает, затем продолжает.

– Он опоздал с оплатой в первую неделю. И во вторую. Он всегда платил мне с опозданием всего на пару дней, поэтому я оставалась там. Мне не нужно было много работать, и я могла читать в перерывах. Потом он просто не заплатил мне за третью неделю, хотя я просила у него денег, потому что нам нужно было заплатить папиному психотерапевту, но он сказал, что я получу их на следующей неделе.

Я уже могу сказать, к чему это приведет, но по её голосу я понимаю, что ей нужно закончить историю.

– Поэтому я взяла их, – говорит она срывающимся голосом. – Я взяла их из кассы, потому что не то чтобы у него не было денег, он просто был ублюдком и наслаждался своими маленькими играми во власть.

Я сглатываю желчь, подступающую к горлу.

– Он поймал тебя?

– Да, – её слова едва слышны, как выдох. – И он выдвинул обвинения. Мои родители были так подавлены. Я, конечно, признала себя виновной и получила несколько общественных работ и четыре месяца терапии у молодежного консультанта, чтобы исправить своё преступное поведение.

– Чёрт, – я останавливаюсь у стола, кладу на него руку. Я хочу что – нибудь сломать, но Бену это не понравилось бы. – Спасибо, что рассказала мне.

Она долго молчит.

– Я этого не делала. Я не портила твою машину. И я не выкладывал в интернет те ужасные фотографии.

– Я знаю. Я никогда не думал, что это ты. Дерьмо происходило задолго до того, как ты стала частью команды. Но пока Лиам говорил всё это… – я смотрю Бену прямо в глаза, убеждаясь, что он слушает. – Это было как в тот день в кабинете Беллы. На мгновение у меня перехватило дыхание.

Брови моего босса хмурятся, и я знаю, что у нас будет долгий разговор об этом позже. Но я не возражаю – это то, с чем мне нужно разобраться. Я позвоню Этьену и попрошу его помочь, а затем определюсь с планом действий, потому что нельзя, чтобы так продолжалось. Я не могу замирать, когда происходит что – то подобное.

– О, – говорит Элли. – Я не знала. Ты в порядке?

Я глубоко вздыхаю и поворачиваюсь обратно к окнам, моя грудь сжимается от переполняющих меня чувств. Её только что обвинили в саботаже и кое – чем похуже, но в тот момент, когда она услышала, что мне стало плохо, она всё равно захотела помочь.

– Да, я в порядке, – бормочу я. – Знаешь, что заставило бы меня почувствовать себя лучше?

– Что? – тут же спрашивает она.

– Обнять женщину, которую люблю, – говорю я.

С другого конца комнаты доносится стон Бена, но когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, он ухмыляется. Возможно, он и не знал, как далеко мы с Элли зашли, но теперь он точно знает.

За удивленным писком Элли следуют слёзы. Моё сердце, чёрт возьми, разрывается из – за неё, а я не могу до неё добраться.

– Детка, пожалуйста, где ты? – мой голос звучит слишком грубо, но мне уже всё равно. – Просто скажи мне, чтобы я мог прийти к тебе, и мы во всём разберемся.

Меня больше не волнует мой общественный имидж, моя машина или моя гребаная карьера.

– Я… – Элли прочищает горло. – Я, эм, побежала в твой номер. Не знаю почему, но я вышла из лифта и поняла, что нахожусь на твоём этаже, поэтому направилась туда. Один из охранников узнал меня и впустил.

Она испугалась и убежала. И пошла в мой номер. Там она чувствовала себя в безопасности.

– Я сейчас приду, – обещаю я ей. – Никуда не уходи.

– Хорошо, – хрипит она. – Ты можешь найти Беллу, пожалуйста? Нам нужно поговорить.

– Беллу? – спрашиваю я, сбитый с толку. – Но я думал…

– Пожалуйста. Я всё объясню. Ты сказал, что веришь мне. Мне просто нужно, чтобы ты доверял мне немного больше.

ГЛАВА 32

Элли

Шум у двери возвещает о прибытии Оливера.

– Элли? – кричит он. – Где ты?

– Я здесь, – отзываюсь я.

Я глубже зарываюсь под одеяло, не уверенная, как вести себя теперь, когда он наконец здесь. Я сбежала из комнаты Хёрста и, не раздумывая, побежала сюда, а потом спряталась в постели Оливера, как сумасшедшая.

Оливер врывается в дверь своей спальни и останавливается у изножья кровати. Он выглядит разбитым, его волосы растрепаны, лицо исказилось от напряжения.

– Привет, – я откидываю одеяло и сажусь. – Прости, что сегодняшний день оказался таким.

Он сбрасывает обувь и забирается на кровать. Не говоря ни слова, он притягивает меня ближе и целует, его губы прижимаются к моим. Это отчаянный поцелуй, поэтому я крепко обнимаю его и целую в ответ, пытаясь сказать ему, как я волновалась и как много он для меня значит.

Ему требуется некоторое время, чтобы отстраниться. Он смотрит на меня сверху вниз, тяжело дыша, затем сажает к себе на колени и крепко прижимает к своей груди.

– Я думал, ты ушла.

От его хриплого признания навертываются новые слезы. Я обнимаю его за шею и прижимаюсь так же крепко.

– Я не могла, – шепчу я. – Я бы никогда не оставила тебя вот так. Я…я просто…Я была напугана. Лиам был…

– Он был совершенно не в себе, – резко говорит Оливер. – Если он не будет сотрудничать, если он будет продолжать вести себя с тобой так дерьмово, мне нужно будет найти другого менеджера.

Моё сердце разрывается от его слов. Он отошлет своего кузена ради меня?

– Я ударил его, – признается он. – Он не останавливался, и я больше не мог этого выносить.

Я беру его правую руку и провожу кончиками пальцев по костяшкам пальцев. Он вздрагивает, поэтому я целую их, успокаивая.

– Я бы никогда не попросила тебя сделать это для меня, – говорю я ему. – Но есть некоторые вещи, которые тебе нужно услышать, прежде чем ты решишь, как действовать дальше.

Он хмурится.

– Что ты имеешь в виду?

Я бросаю взгляд на свой рабочий компьютер, наполовину скрытый одеялом. Какой бы злой и напуганной я ни была, я знала, что мне понадобятся доказательства, чтобы показать Оливеру правду, поэтому я отправила электронное письмо Таше ранее. Не знаю, успела ли я застать её, учитывая разницу во времени между Сеулом и Штатами, она, возможно, всё ещё была на работе, когда я написала, хотя сегодня пятница.

– Нам нужно дождаться Беллу, – говорю я ему. – Ты дозвонился до неё?

Он откидывается на спинку кровати, сажая меня к себе на колени.

– Бен зайдет за ней. Они скоро будут здесь. Не хочешь рассказать мне, из – за чего вся эта секретность?

Я хочу дождаться, пока Белла поддержит меня в этом, но, возможно, будет лучше, если мы покончим с этим. Возможно, ему понадобится минута, чтобы осознать происходящее.

Я встаю с его колен и беру его за руку, затем заставляю себя посмотреть ему в глаза.

– Я думаю, что за этим стоит Лиам.

Оливер хмурится.

– За чем?

У меня внезапно пересыхает в горле. Как я могу обвинять кузена Оливера в попытке разрушить его жизнь, когда я знаю, как сильно это ранит его?

Затем я вспоминаю аварию во время квалификации в Дубае. Оливер мог умереть, и если мы не остановим Лиама, он может сделать что – нибудь похуже. Он уже сделал это со мной – вломился в мой долбанный номер и уничтожил все мои вещи. Я всё ещё не уверена на сто процентов, что это был он, а не кто – то, кого он нанял, но всё сходится.

– Я думаю, это всё из – за него, – тихо говорю я. – Начиная с грязной прессы. Он пытался дискредитировать тебя и разрушить твою карьеру, но в то же время продажа этих фотографий и статьей таблоидам принесла бы ему кучу денег.

Оливер расправляет плечи.

– Зачем ему это делать? В этом нет смысла.

– Судя по тому, что ты сказал нам с Этьеном в тот день, я предполагаю, что он обижен на то, что не стал Чемпионом, – я сжимаю его руку, затем добавляю: – Я недостаточно знаю о его карьере гонщика, но Этьен сказал, что он никогда не был так хорош, как ты. Раньше это было проблемой?

Он просто смотрит на меня, моргая, в его серых глазах тревога.

Мне неприятно это делать, но я должна рассказать ему всё.

– Он сказал, что видел меня одну в боксе в тот день в Дубае, но он был там один, когда я пришла. Я принесла коробки с новыми наклейками AEON, и он удивил меня. Он вел себя странно, но потом появился один из механиков, и все поспешили наклеить новые наклейки вовремя, так что я забыла об этом.

Оливер хмурится.

– Насколько странно? Он тебе что – то сказал?

Я пожимаю плечами, чувствуя себя неловко.

– Он просто намекнул, что застал меня там, и сказал, что это будет нашим секретом. Просто он вызвал у меня странное ощущение, а я всегда доверяла своему первому впечатлению о людях.

– Чёрт, – он трет глаза, выглядя ещё более измученным. – Зачем ему это делать? Зачем ему портить мою машину?

Это единственное, чего мне не удалось выяснить.

– Я не знаю. Я не думаю, что он пытался причинить тебе вред. Если бы это входило в его планы, он бы нанес машине больше повреждений, не так ли?

Оливер слегка позеленел, поэтому я принесла ему стакан воды и снова села рядом с ним. Но я должна сказать ему ещё кое – что.

– Я думаю, он разгромил мой номер, потому что он знал, что я видела его в тот день, и хотел знать, подозреваю ли я его, – говорю я. – И ты проводил со мной всё больше и больше времени, так что он, вероятно, беспокоился, что я пытаюсь вторгнуться на его территорию.

Он хмуро смотрит на меня.

– Ты думаешь, парень на видео с камер наблюдения…

– Это мог быть он, – отвечаю я. – Но я не была уверена. До тех пор, пока я не поговорила с Ташей, и она не упомянула, что ты отказался от своего контракта.

– Таша? – спрашивает Оливер.

Я беру свой ноутбук и открываю его.

– Представитель Магнуса Вагнера. Она действительно хотела, чтобы ты поработал с ними, настолько сильно, что предложила сменить их фотографа и дать тебе ещё больше денег, – я смотрю на него, приподняв брови. – Итак, я попросила её прислать мне копию электронного письма, которое ты отправил ей, чтобы расторгнуть контракт.

Я открываю электронную почту, и моё сердце колотится при виде сообщения Таши в почтовом ящике. Я открываю его щелчком мыши, и вот оно, доказательство, на которое я надеялась.

Не говоря ни слова, я передаю свой ноутбук Оливеру. Его глаза бегают туда – сюда, пока он просматривает язвительное электронное письмо, которое, предположительно, отправил около года назад. Всё в точности так, как сказала Таша.

– Я этого не отправлял, – голос Оливера звучит глухо, лицо побледнело. – Мне…мне понравилось работать с ними. Это была хорошая кампания.

Забирая у него ноутбук, я ставлю его на прикроватный столик и сворачиваюсь калачиком рядом с Оливером.

– Я знаю. Это сделал Лиам. Должно быть, он использовал для этого твою электронную почту.

– У него есть данные, – отвечает он. – Он занимается всеми сделками с брендами для меня. Это его гребаная работа.

Моё сердце разрывается из – за него, поэтому я обнимаю его изо всех сил и прижимаюсь.

– Мне так жаль.

Его сердце учащенно бьется под моей щекой.

– Я не знал, что он так сильно меня ненавидит.

Услышав это, я поднимаю голову и хмуро смотрю на него.

– Ты ни в чём из этого не виноват, ты это понимаешь? Он маленький мальчик, который не смог смириться с тем фактом, что его двоюродный брат более успешен, чем он, и позволил этому негодованию перерасти во что – то плохое.

Я не уверена, что дело только в этом, но я ни за что не позволю Оливеру винить себя за это.

Я хочу сказать больше, но появляются Белла и её отец с мрачными лицами.

Белла бросает один взгляд на нас, устроившихся на кровати, и тащит к нам один из стульев из гостиной, вместо того чтобы заставить нас переместиться туда. Через мгновение Хёрст делает то же самое, и я снова поражаюсь тому, как мне повезло, что у меня была возможность поработать с ними.

Оливеру тоже повезло, просто он сейчас об этом не знает. Но у него есть команда замечательных людей, готовых помогать ему, не только потому, что он их звездный гонщик, но и потому, что они действительно заботятся о нём.

– Прости, Оливер, – говорит Белла, когда я повторяю ей и Хёрсту то, что только что сказал ему. – Это полный отстой. Но Элли права. Стриптизерша из Дубая подтвердила, что видела Лиама в клубе на той неделе, – она нажимает что – то на своём планшете и переворачивает экран, чтобы мы могли прочитать информацию от её контакта, затем добавляет: – Это будет её слово против слов Лиама, так что я не думаю, что мы далеко продвинемся с этой линией доказательств, к сожалению, но она выбрала его по нескольким фотографиям, которые показал ей мой контакт.

– Ты же скажешь мне, кто твой контакт, не так ли? – Хёрст опирается локтями на колени.

– Не сейчас, папа, – нетерпеливо говорит она. – Элли, я думаю, твой успех с Магнусом Вагнером – хороший старт. Если Оливер сможет вспомнить больше брендов, которые предположительно расторгли свои контракты, ты могла бы связаться с ними и узнать, действительно ли это сделал Лиам.

Оливер прижимает ладони ко лбу.

– Но почему? – вырывается у него. – Я не понимаю, зачем ему это делать. Как мой менеджер и агент, он получает долю от каждого контракта. В последнее время он убеждал меня больше заниматься спонсорством.

– Но что – нибудь поступило? – спрашиваю я. – Ты получил какие – нибудь новые контракты?

Он смотрит на меня.

– Н – нет. Ничего, кроме тех, что уже активны. Чёрт.

Хёрст, который до сих пор в основном хранил молчание, прочищает горло.

– У меня, э – э, возможно, есть идея о его мотивах.

Мы все уставились на него, и, к моему удивлению, легкий румянец окрасил его загорелые щеки.

– Мне не нравится иметь дело с неподтвержденными теориями, – хрипло говорит он. – Но я слышал о чём – то подобном. Это было много лет назад, ещё до того, как ты стал частью круга, Оливер.

– Да? – спрашивает Белла.

– Я не мог понять, зачем кому – то понадобилось портить твою машину до такой степени, – объясняет Хёрст. – И почему он сделал это в самой первой гонке. Потом мне пришло в голову, что как прошлогодний чемпион ты был абсолютным фаворитом на победу.

Я смотрю на него в замешательстве, но Оливер убирает руки от лица и в ужасе смотрит на своего босса.

– Ты же не думаешь… – спрашивает он, его слова обрываются.

– Я думаю, Лиам поставил против тебя, а затем сфальсифицировал твой результат, – говорит Хёрст. – Шансы были бы очень благоприятными. Он бы сорвал куш.

– Чёрт, – ругается Белла, точно подытоживая и мои чувства.

Хёрст встает и поправляет манжеты. Каким – то образом на нем всё ещё накрахмаленная рубашка и галстук, а также пиджак от костюма. Интересно, всегда ли он такой собранный, и я благодарна, что он на стороне Оливера, работает над решением этой проблемы вместе с нами.

– Я попросил Веронику провести тщательную проверку биографии Лиама, – говорит он. – Сначала только его финансовые данные. Это покажет нам, связаны ли какие – либо денежные поступления с какими – либо непредвиденными потерями, которые мог понести Оливер. Учитывая разницу во времени здесь и в Штатах, возможно, к утру у нас будут какие – то результаты.

Странно, но я думаю о том, как сильно Вероника ненавидит работать по пятницам после обеда, но я надеюсь, что для этого она сделает исключение.

– Спасибо, – говорю я ему, затем смотрю на Беллу. – Спасибо, что доверилась мне.

Она наклоняется, чтобы сжать мою руку, затем тоже встает.

– Увидимся утром.

Они уходят, и я провожаю их до двери, чтобы запереть ей. Меня странно успокаивают двое молчаливых, неподвижных охранников, всё ещё стоящих у двери. Менеджер отеля очень серьезно отнесся к разгрому моего номера, и я знаю, что сегодня ночью смогу лучше спать.

Вернувшись в спальню Оливера, я нахожу его сидящим на краю кровати с телефоном в руке. Взгляд на его экран говорит мне, что он нашел контакт Лиама. Я сажусь рядом с ним, но не пытаюсь склонить его ни в ту, ни в другую сторону. Если ему захочется сразиться со своим кузеном сегодня вечером, я не стану его останавливать, хотя и хотела бы, чтобы он подождал. Но это его семья, его менеджер, и я не хочу вмешиваться.

– Я не знаю, что делать, – хрипит он. – Я хочу снова ударить его, потому что я знаю, что вы все сказали правду, но в то же время я не хочу верить, что он мог сделать что – то подобное.

О, Оливер, – я беру его свободную руку и переплетаю свои пальцы с его. – Что бы ты ни решил, я здесь, хорошо?

Он кивает с мрачным выражением лица.

– Бен подстроил ловушку.

– Что? – я хмуро смотрю на него, когда образ медвежьего капкана вспыхивает в моей голове.

– Он сказал Гарсии установить дополнительные камеры наблюдения, – объясняет он. – Так что мы посмотрим, не покопается ли кто – нибудь в моей машине

.

– О. В этом есть смысл, – я показываю на его телефон. – Тогда ты хочешь подождать до завтра? Чтобы ты мог убедиться?

Оливер выключает экран своего телефона.

– Я что, идиот, раз надеюсь, что вы все ошибаетесь?

Я забираю у него телефон и кладу его рядом со своим ноутбуком на прикроватный столик.

– Нет, ты просто человек.