Текст книги "(не) удачная миссия шпионки . Операция : любовь (СИ)"

Автор книги: Мила Шедер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Без колебаний, выхватила небольшой кинжал, почти незаметный в массивных ножнах одного из стражников. Спрятав смертоносное оружие в темных, изящных складках своего платья, она направилась к покоям принца. Каждый ее шаг был наполнен зловещей решимостью, словно она – сама судьба, неотвратимо приближающаяся к своей жертве. Скрытый кинжал был лишь безмолвным подтверждением ее темных намерений, маленьким, но смертельно опасным символом грядущей гибели.

Стражники, охранявшие покои принца, стояли неподвижно, их глаза смотрели в пустоту. Сознание, сломленное и подчиненное воле королевы, не представляло никакой преграды.

Подойдя к массивным дверям, Королева толкнула их и вошла внутрь.

Я отчаянно пыталась что-то сделать, кричать, двигаться, предупредить его об опасности, но все мои усилия были тщетны. Темные тени сгущались надо мной, грозясь поглотить без остатка.

Алан, сидел за массивным письменным столом, освещенный лишь тусклым светом одинокой свечи. В руках он держал изящный серебряный браслет, тот самый, что свёл нас …

«Он принесет тебе удачу», -сказала тогда бабушка с площади. И ведь не соврала … Рядом с Аланом я познала много неизвестных мне ранее чувств, я познала любовь … ту самую, которой не требуются годы для понимания, а достаточно всего одного взгляда, одной улыбки, одного прикосновения, чтобы навсегда связать две души в одно целое. Любовь, что вспыхивает мгновенно и горит ярче любой звезды, освещая даже самые темные уголки сердца.

Подняв взгляд, Алан увиделменя, стоящую в дверях, и на его лице расцвела мягкая, нежная улыбка.

– Тебе лучше? – спросил он, его голос был полон заботы, совершенно не подозревающий о скрывающейся в ней смертельной опасности. В его глазах отражалось искреннее беспокойство омоёмздоровье.

Эта трогательная забота пронзила меня острой болью, словно в сердце вонзили ледяной кинжал.

В этот момент ненависть к королеве достигла своего апогея. Она собиралась отнять у меня все: мою жизнь, мою любовь, мою надежду. С каждой секундой тьма в моем сознании становилась все гуще, словно предвещая неминуемый конец. Но даже в этой кромешной тьме еще тлела искра надежды, крошечный огонек, который я отказывалась отпускать.

Глава 24.

Алан отпустил браслет и с тихим вздохом поднялся из-за стола. Тяжелое кресло отодвинулось с приглушенным скрипом, нарушая тишину покоев. Приблизившись к королеве, Алан нежно взял ее руку в свою и потянул за собой. Королева последовала за ним, несмотря на то, что каждый ее шаг был наполнен ненавистью и презрением. Ее взгляд был прикован к его спине, и в глазах мелькали недобрые огоньки.

Мы приблизились к огромному окну, из которого открывался вид на раскинувшийся внизу город. Он был окутан ночной дымкой, и лишь редкие огни мерцали, словно звезды, упавшие на землю. Повернувшись лицом к городу, Алан заговорил, и его слова эхом отдавались в тишине покоев:

– Должен признаться, ты с самого начала породила во мне сложную палитру противоречивых чувств. Не скрою, поначалу я питал вполне обоснованные подозрения, считая тебя, возможно, неосознанным инструментом в изощренной интриге, разыгрываемой Королевой.

Королева презрительно хмыкнула в ответ.

– Прошу, не перебивай, – мягко, но твердо попросил Алан, даже не повернувшись к ней. – Позволь мне договорить до конца, это очень важно. – Его взгляд оставался устремленным на далекие огни города, словно он искал там ответы на какие-то важные вопросы.

– В какой-то момент я осознал, что мои мысли все чаще и чаще обращаются к тебе, занимая практически все мое время. Знаю, это может прозвучать несколько неожиданно, но… – Алан запнулся, словно подбирая нужные слова, и глубоко вздохнул, прежде чем продолжить.

Ох, Алан…

Королева шумно выдохнула, и в ее голосе прозвучали явные нотки раздражения. Но Алан, поглощенный своими мыслями и чувствами, словно намеренно избегая смотреть в ее глаза, истолковал этот выдох как признак чувственного волнения.

– Мне нужно знать… знать об истинных твоих чувствах. Есть ли в этом всём что-то настоящее, Элис..

Я затаила дыхание, наблюдая за тем, как рука королевы медленно спустилась к тому месту, где был спрятан кинжал.

Алан, поглощенный собственными чувствами и надеждами, абсолютно не замечал угрозы, нависшей над ним. Его спина, такая широкая и надежная, казалась теперь такой уязвимой. Рука королевы двигалась медленно, зловеще медленно, словно давая мне время осознать всю неотвратимость трагедии.

«Обернись, ну же!», – взмолилась я.

В тот самый миг, когда сталь кинжала блеснула в полумраке покоев, предвещая неминуемую смерть, занесенная для удара рука вдруг застыла в воздухе. Королева замерла, но лишь на мгновение… Её пальцы, словно в замешательстве, коснулись щеки, ощущая влагу скатывающейся слезы. Моей слезы. Той, что прорвалась сквозь невидимую завесу и нарушила ход истории. Той, что дала мне силу и надежду.

Торопливо смахнув влагу с лица, королева Вновь занесла кинжал.

Сейчас или никогда.

Собрав всю свою силу воли в единый кулак, я сконцентрировалась, вложив в эту концентрацию каждую клеточку своего существа.Моярука,мояволя,моетело! Сознание яростно запульсировало, словно маленькая, но отважная армия, идущая в бой против мощного врага.

Внутри разверзлась настоящая битва. Разум королевы цепко держался за контроль, отравляя все вокруг своей тьмой и ненавистью. Но моя жажда жизни, любовь к Алану, страх за будущее зажгли во мне пламя, достаточно сильное, чтобы противостоять ее влиянию.

Рука, занесенная для удара, дрожала. Неуверенность проникла в каждое движение. Королева сопротивлялась яростно, посылая в мой мозг волны боли и отчаяния.

«Ты слаба! Ты ничто!»– шептала она в моем сознании, пытаясь сломить мою волю.

В какой-то момент, когда борьба достигла своего пика, я почувствовала, как энергия королевы начинает иссякать. Ее хватка слабела, ее власть уменьшалась. Я почувствовала, как границы между моей и ее личностью размываются.

Получается, получается …

Резкая боль пронзила плечо, словно раскаленный уголь прижали к коже. Я закричала, но звук застрял в горле, смешавшись с рыком королевы, из последних сил пытавшейся вернуть контроль.

"Нет! Ты не победишь меня!" – прошипела она в моем сознании, но ее голос звучал все тише и тише, словно эхо из далекого прошлого. Мне удалось отбросить кинжал прочь, и он со звоном упал на каменный пол.

С каждым усилием, с каждым выдохом я чувствовала, как чужая сущность сопротивляется все меньше и меньше. Теперь это было не яростное сражение двух равных сил, а скорее отчаянная хватка утопающего за соломинку.

Тьма отступала медленно, словно с глаз спадала пелена, и я начинала видеть мир в истинном свете, без искажений, без черных красок. Я чувствовала, как возвращается ясность мыслей, как вновь обретаю себя, свою личность, свою волю.

В последний раз я ощутила легкое прикосновение ледяного холода, словно прощальный поцелуй. И затем – полная, абсолютная тишина. Тишина, которой я так долго ждала. Тишина, означающая свободу.

Измученная, но счастливая, я опустилась на колени. Тело дрожало, но дух ликовал. Битва окончена, и я одержала в ней победу. Победу над тьмой, победу над собой. Победу, которая изменила меня навсегда.

– Я смогла. – Улыбка, слабая и полная облегчения, тронула мои губы.

Но радость мгновенно угасла, стоило мне поднять глаза. Лицо Алана… оно было искажено гримасой неподдельного ужаса и растерянности. Его взгляд, в котором еще недавно плескалась нежность, теперь обжигал меня ледяным непониманием.

И прежде чем я успела вымолвить хоть слово, сильные, грубые руки стражников сомкнулись на мне, лишая свободы движения.

Я вскочила резким движением, не понимая, когда успела потерять сознание. Голова раскалывалась, словно ее сдавили железным обручем, а все тело пульсировало тупой, ноющей болью. Видимо, я потеряла много сил на борьбу, на яростное сопротивление, которое теперь казалось далеким, размытым сном.

Обнаружила я себя в покоях наследного принца. Не комната, а скорее величественный зал: Высокие, арочные потолки. Тяжелые бархатные шторы, задернутые у огромных окон. Массивная мебель из темного, полированного дерева, инкрустированная золотом и драгоценными камнями. В центре комнаты возвышалась огромная кровать под балдахином из тяжелого, расшитого золотыми нитями шелка. Именно на ней я и лежала, чувствуя себя незваной гостьей.

– Ничего не понимаю, – прошептала я охрипшим голосом, пытаясь вновь приподняться, но слабость сковала мои движения. Как я здесь оказалась? Почему именно здесь?

Не стал бы ведь принц делиться кроватью с его несостоявшейся убийцей? Эта мысль, словно удар молнии, пронзила мое сознание, мгновенно стирая остатки былого оцепенения. Сердце мгновенно сжалось от воспоминаний, от вида его лица, наполненного ужасом и недоверием.

Дверь в комнату тихонько отворилась, и в проеме появился… Алан. На его лице не было ни тени улыбки, лишь холодная, непроницаемая маска. В глазах – глухая, леденящая пустота. Он медленно вошел, не произнося ни слова, и остановился у края кровати, пристально глядя на меня.

А я смотрела на него, затаив дыхание. Страх с каждой секундой нарастал, сплетаясь с мучительным чувством вины. Я хотела что-то сказать, оправдаться, объяснить, но слова застряли в горле, словно ком.

Поверит ли он мне?

– Почему я здесь? – выдавила я из себя, собрав последние крохи воли.

Алан не ответил сразу. Он продолжал сверлить меня взглядом, словно пытаясь проникнуть в самую суть. Наконец, медленно, словно выверяя каждое слово, произнес:

– Ты должна быть благодарна, что осталась жива. После того, что ты сотворила, тебя ждала неминуемая казнь.

– Алан… Я …

И что я должна ему сказать? Как оправдать себя? Да, возможно я и не была той, кто пытался его убить… Но я обманывала его. И хоть мои чувства и настоящие, поверит ли он в них? После всего … Как убедить его, что чувства, зародившиеся под маской, пустили корни и проросли сквозь обман?

Как, даже если сейчас в его взгляде лишь – боль, разочарование и тень недоверия, от которой хочется бежать…

Может быть, стоит просто уйти? Исчезнуть из его жизни, как будто меня никогда и не было. Избавить его от необходимости принимать сложное решение…

Нам будет нелегко вернуться с Рондой, наверняка нас считают уже мертвыми, но …

Боже, нет! Нет нет нет!

Алан слегка нахмурился, заметив мою внезапную перемену и дёрнулся в сторону, будто боясь, что я снова нападу на него с ножом.

Я вскочила с кровати, игнорируя новый приступ боли. Сознание пронзила жгучая мысль: Я оставила Ронду томиться в мерзком, сыром подземелье, совсем одну, без надежды на помощь! Тяжелое чувство вины сдавило грудь. И Лия… она тоже в их руках. Наверняка, она обессилена, измучена, а возможно, даже ранена! Эти картины ворвались в мою голову, заставляя мгновенно забыть о собственной слабости и я рванула к дверям.

Но моё намерение, как только моя рука коснулась холодной дверной ручки, прервалось грубым вмешательством извне. Не успела я и глазом моргнуть, как меня отбросило назад, словно невидимой волной, лишая равновесия. Опешив от неожиданности, я резко обернулась, и мой взгляд встретился с двумя черными омутами, с двумя суровыми, пронзительными ониксами, прожигающими меня насквозь своим леденящим душу выражением.

– Не припомню, чтобы разрешал покинуть покои.. – прозвучал следом низкий, пронизанный холодом голос принца.

– Алан, умоляю, мне необходимо уйти! – в моем голосе звучала мольба, сквозь которую прорывалось отчаяние. – Я все, абсолютно все тебе объясню, как только смогу! Но сейчас… сейчас я нужна им! Они в смертельной опасности, Алан! Прошу…

Не знаю, что это было – игра света или просто отчаянное желание увидеть хоть малейшее проявление понимания – но мне показалось, что в его темных глазах мелькнуло подобие сожаления. Будто грозные тучи на миг расступились, пропуская слабый луч надежды. Впрочем, возможно, я просто выдавала желаемое за действительность, цепляясь за эту призрачную возможность.

– Ты объяснишь сейчас, – отрезал Алан, сокращая дистанцию между нами.

– Я… я не хотела тебе зла, Алан. Не хотела никому навредить. Меня заставили… Нет, это была не я, – начала, лихорадочно перебирая в голове, как объяснить все так, чтобы он поверил. Чтобы не упустить ни одной детали, ничего не скрыть. – Возможно, ты возненавидишь меня, но я прибыла во дворец вовсе не из-за отбора…

Поднять глаза и взглянуть в его лицо казалось пыткой. Я чувствовала, как обжигающий взгляд Алана прожигает меня, словно клеймо. Все эти месяцы, что мы провели вместе, все наши разговоры, прикосновения, взгляды … теперь все это казалось хрупким карточным домиком, готовым рассыпаться от малейшего дуновения ветра.

Но я должна была договорить. Хватит лжи и увиливаний. Пусть он знает правду, какой бы горькой она ни была.

Я набрала в грудь побольше воздуха и, собрав последние остатки мужества, прошептала:

– Я шпионка, Алан… – Слово прозвучало как приговор, оборвавший последнюю нить надежды. Оно повисло в воздухе, отравляя все вокруг. – Меня послали из Лирии.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Казалось, даже воздух перестал циркулировать, застыв в ожидании взрыва. Алан не шевелился. Его лицо оставалось неподвижным, словно высеченным из камня.

– Моя задача… – голос предательски дрогнул, но я усилием воли заставила себя говорить дальше, – была узнать об артефакте смещения душ. Ронда, служанка, что якобы была представлена ко мне… Она помогала мне в этой операции и сейчас находится в подземелье. Делай со мной, что захочешь – Я не буду сопротивляться и приму любое наказание! Но её…

– Твои чувства… это тоже обман? Тоже часть твоей игры? – Перебил меня принц.

Я осмелилась поднять глаза, навстречу бушующей Буре. Слезы, предательски вырвавшиеся на свободу, беззвучно текли по щекам, оставляя мокрые дорожки на моей коже. Я не замечала их, поглощенная страхом, признанием, отчаянной попыткой достучаться до его сердца.

Я только что призналась в предательстве, вывернула наизнанку свою ложь, раскрыла себя как врага в его собственных стенах.

И после этого, после всего этого кошмара, когда на кону стояли жизни и судьбы государств, человек, которого я обманывала … интересовался искренностью моих чувств?

– Мои чувства, – прошептала я, еле слышно, – были единственной правдой среди всей этой лжи. Единственным, что оставалось настоящим во всей этой грязной игре.

Достать эти слова откуда-то из самой глубины души, обнажить эту болезненную правду было невыносимо тяжело. Я говорила это, надеясь, что он увидит хоть искру искренности в моих глазах, почувствует правду в каждом произнесенном слове.

Внезапно, словно порыв ветра, Алан приблизился ко мне, и прежде чем я успела осознать, что происходит, его руки бережно, почти робко, коснулись моего лица. Я замерла, не дыша, боясь пошевелиться и разрушить этот хрупкий момент.

Он аккуратно провел большими пальцами по моим щекам, стирая слезы. В этом простом жесте было столько нежности, столько заботы, что мое сердце забилось быстрее, пропуская удары.

Он нежно притянул меня к себе. Я почувствовала, как его руки крепко, но ласково, обвили мою спину, прижимая к его груди. Он обнял меня так, словно боялся отпустить, словно боялся, что, стоит ему разжать руки, я исчезну навсегда.

В этом объятии я почувствовала облегчение, надежду и какой-то невыносимый страх. Страх потерять его, страх разрушить то, что еще можно было спасти, страх, что мои чувства окажутся недостаточными, чтобы искупить мою вину.

Я ответила на его объятие, прижавшись к нему еще сильнее, вдыхая его терпкий аромат, пытаясь впитать в себя все тепло и нежность, которые он мне дарил. Я понимала, что это, возможно, последний раз, когда я чувствую себя в безопасности в его объятиях. И я хотела запомнить этот момент навсегда.

– Мне нужно было убедиться, что это ты, – прошептал Алан.

"Что это значит?" – пронеслось в моей голове.

Я попыталась отстраниться от него, вырваться из его объятий, но он крепко держал меня, не позволяя отдалиться ни на дюйм.

– Что ты имеешь ввиду?

Он слегка отступил, неохотно отпуская меня из своего кольца, но его руки по-прежнему сжимали мои.

– Мы не были уверены, покинула ли королева твоё тело, – произнес он медленно, словно каждое слово причиняло ему физическую боль.

– Но как ты узнал?

– Леди Мэрроу сумела сбежать, она отыскала нас и с помощью её информации мы предприняли необходимые меры. В подземелье были обнаружены следы темных ритуалов. Жрецы, что проводили их, были пойманы, только вот графу удалось сбежать. Сейчас его ищут стражники, но боюсь он уже использовал портал.

– Ронда в порядке?

К счастью, Алан крепко держал меня в своих объятиях, и благодаря этому я, с моими внезапно ослабевшими ногами, избежала падения на холодный пол.

– С ней всё хорошо, целители восстановили её энергию, – произнёс Алан, нежно убаюкивая меня в объятиях. – Тебе не о чем беспокоиться.

– Какое счастье, – слёзы вновь покатились по лицу. – Могу я увидеть её?

– Можешь, но только после того, как восстановишься сама.

Внезапно, Алан одним резким движением подхватил меня на руки, словно пушинку, и понес в сторону кровати. От такой внезапной фамильярности, от его прикосновений и осознания, что я совершенно беззащитна в его руках, меня пронзила волна смущения. К горлу подкатил комок, а щеки предательски залились румянцем. Я внезапно ощутила себя слишком открытой, слишком уязвимой перед ним, и это ощущение заставляло сердце биться все быстрее и быстрее.

Глава 25.

Осмотр призванного целителя казался бесконечным. Каждый его жест, каждое заклинание проверки на наличие скверны отзывалось нервным подрагиванием в кончиках пальцев. Едва он успокоил меня уверениями об отсутствии каких-либо темных следов, я сорвалась с места, оставив слова благодарности позади. Мои ноги, казалось, не касаясь земли, несли меня по знакомым коридорам к моим старым покоям. Именно там, как сказал Алан, меня ждала Ронда. Одно ее имя согревало изнутри, словно лучик солнца пробивался сквозь густую листву. Мысли о скорой встрече с ней переполняли меня, отчего к горлу подкатывал волнительный ком, заставляя сердце биться быстрее. Я почти бежала, жаждая увидеть ее, обнять и убедиться, что с ней все в порядке.

Добравшись до дверей покоев, я на мгновение замерла, ладонь застыла в дюйме от деревянной поверхности. Вдохнула глубоко, стараясь унять дрожь, и медленно надавила на ручку. Замок щелкнул, и дверь бесшумно отворилась. Сразу же в нос ударил знакомый запах лаванды и ванили – аромат, который всегда ассоциировался у меня с Рондой.

Мое сердце замерло, когда я увидела ее. Она сидела в кресле у окна, спиной ко мне, ее волосы – густые и светлые – рассыпались по плечам. В тишине были слышны лишь ее тихие всхлипы.

– Ронда? – шепотом позвала я, боясь нарушить хрупкую атмосферу.

Она вздрогнула и резко обернулась. В ее глазах, покрасневших от слез, отразилась невероятная радость. Она вскочила с кресла и, не говоря ни слова, бросилась ко мне, крепко обхватив руками.

Я ответила на ее объятия, утопая в знакомом тепле и ощущая, как тяжелый ком в горле наконец-то растворяется, освобождая путь слезам. Слезам облегчения, радости и безграничной любви.

– Я так рада видеть тебя, Лир! Я не сомневалась, что ты вышвырнешь эту змею из своего тела. Вот ни капли не сомневалась!

– Мне так жаль, что тебе пришлось пережить это всё… Глупая, зачем же ты вернулась во дворец?

Ронда отстранилась и, заглянув мне в глаза, нежно провела большим пальцем по моей щеке, стирая оставшиеся слезы.

– Я не могла оставить тебя здесь одну. Как же иначе?! Главное, что самое страшное позади. С остальным мы разберемся вместе. Домой нам… пока нельзя, но мы справимся и с этим, верно?

– Ты знаешь что-нибудь о Лии? Смогла ли она выбраться?

– Эта бешеная лиса чуть не разгромила всё подземелье, – засмеялась Ронда. – Благодаря ей мне и удалось сбежать.

Услышав о Лии, я почувствовала, как от сердца отлегло. Значит, она в порядке.

– Лия… она невероятная, – прошептала я, улыбаясь сквозь слезы.

Приведя в порядок нахлынувшие чувства, я потянула за собой Ронду, устроившись на кровати. От меня не скрылось ее настроение, то как ее плечи поникли, то как глаза то и дело блестели от слез.

– Расскажи мне, – тихо попросила я, зная, что ей тяжело, но понимая, что замалчивание лишь усугубит ее боль.

Ронда тяжело вздохнула и прислонилась головой к моему плечу. Несколько минут мы сидели в тишине, я чувствовала, как она собирается с мыслями, подбирая нужные слова.

– Тирон… Нет, лорд Лэйнолл, – начала она, прочистив горло. – Все началось на моем первом самостоятельном задании в Севинтии, под предлогом налаживания торговых связей.

То, что Ронду и Тирона связывало не простое знакомство, а прошлое, полное чувств и, судя по всему, сильной привязанности, я поняла давно, сопоставив все её действия.

– Так вот, меня пригласили на прием, организованный в честь прибытия делегации из Эллории. Там я и встретила его – Тирона Лэйнолла. Он был невероятно обаятельным. Галантный, внимательный, остроумный… Он знал, как расположить к себе. Начал ухаживать за мной, дарил цветы, приглашал на прогулки по городу, рассказывал интересные истории. Я… я просто потеряла голову, Лир. Он казался таким искренним, таким… настоящим.

В ее голосе слышались отголоски прежней влюбленности, перемешанные с горечью и разочарованием. Мне было больно видеть ее такой.

– Я не знала, что он так близок к короне. Он представился простым аристократом, занимающимся торговлей и дипломатией. Я не знала… и просто сбежала.

Ронда замолчала, сглотнув подступивший к горлу ком. Я обняла ее крепче, давая понять, что я рядом.

– Поэтому ты попросилась на это задание? из-за него?

– Это было глупо, я знаю, – прошептала она. – Но да. В этом тоже была причина. Я отчаянно скучала по нему. Хотела увидеть его хотя бы раз, убедиться, что с ним все в порядке. Я понимала, что это рискованно, что это может поставить меня под удар. Но желание увидеть его пересилило все разумные доводы. Я думала, что смогу держать ситуацию под контролем, что смогу разобраться в себе и защитить тебя, Лир.

– И что теперь? Вы поговорили? – спросила я, понимая, что у нас с ней одна боль на двоих.

– Нет. После того, как он помог мне сбежать, у нас так и не было возможности поговорить. Всё произошло слишком быстро. Побег, королева, подземелье… Не было ни времени, ни места для объяснений. Да и… если честно, я не уверена, что готова к этому разговору. У нас нет будущего, он ведь никогда не примет меня.

Я вскочила на ноги, слишком остро воспринимая услышанное.

– Почему ты решила, что у нас нет будущего? – выпалила я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна протеста. – Я хотела сказать, у вас … Почему у вас его нет?

Ронда осталась сидеть на кровати, удивленно глядя на меня.

– Ох, Лир, – произнесла она, понимая что сказала я именно то, что у меня на душе. – Наследный принц любит тебя, я уверена в этом. Иначе, нас с тобой бы сейчас здесь не было.

– Всё это так сложно… – пробормотала я в ответ, обреченно опускаясь снова на кровать.

– Этому мерзкому слизняку все же удалось ускользнуть, – с горечью в голосе произнесла подруга.

Я лишь кивнула в ответ, прекрасно понимая, о каком "слизняке" идет речь. Граф, этот отвратительный старик, сумел обмануть всех и сбежать, избежав заслуженного наказания.

– Он, не моргнув глазом, пожертвовал жизнью собственного племянника, лишь бы завладеть его молодым телом, вернуть себе утраченную силу и здоровье. Как же это низко и отвратительно! Неужели в нем совсем не осталось ничего человеческого?

Получается, Лэнсли, тот юный маг, был мне хоть и не близким, но все же родственником.

– Также, Как и не пожалел собственную племянницу …

– О чем ты? – Ронда непонимающе нахмурила брови, глядя на меня с недоумением.

Я вкратце, но максимально подробно, рассказала ей все, о чем узнала за последние несколько дней. Поведала о своем неожиданно открывшемся родстве с графом Де О’нейлом, о его гнусных планах. Об утерянных воспоминаниях и настоящей матери. Не утаила и тот факт, что Граф предал моего отца, вступив в сговор с Эбирэйдом.

Чем больше я говорила, тем шире открывались глаза Ронды от ужаса.

– Я не верю своим ушам… Выходит, твоё участие в отборе изначально было распланировано. И королева сделала бы всё, чтобы ты прошла, поскольку вместе с телом ей была необходима и власть. А став законной женой принца, эту власть она получала без проблем.

– Ты права, портал в лабиринте был заговорён, первая до него добралась Изабелла, и именно она должна была выиграть отбор. Однако, он высосал из нее энергию, не позволяя пройти через него.

– Поскольку был предназначен лишь для тебя… – Закончила Ронда,

– Верно.

*****

Ронда заснула прямо в кресле, вымотанная от всех происшествий. Ну а я прошла к камину и устроившись поудобнее начала зазывать своего элиоска.

«Лия», – позвала я мысленно, вкладывая в этот зов всю надежду, что она вновь меня услышит. Время тянулось мучительно медленно. Я уже начала сомневаться в успехе, когда вдруг в пляшущих языках пламени вспыхнул знакомый золотистый свет.

В огненной пляске стали угадываться очертания фигуры. Пламя подрагивало, словно живое, и вот, наконец, сквозь него грациозно выпорхнула Лия, озаряя комнату мягким, теплым сиянием.

Она ласково прижалась ко мне, словно чувствуя всю глубину моей тревоги, и я нежно провела рукой по ее мягкой, шелковистой шерстке. Прикосновение к ней приносило умиротворение и спокойствие.

– Прости меня, – прошептала я, опуская голову. Вина разъедала меня изнутри.

– Тебе не за что просить прощения.

– Но ведь… тебя поймали из-за меня, – я подняла на нее полные раскаяния глаза. – И я ничего не смогла сделать, чтобы помочь тебе вырваться.

– Ты ни в чём не виновата, Элис. Да и по-твоему, я так слаба, что не позабочусь о нас?

Она смешно повела головой, ее большие выразительные глаза лукаво блеснули. Этот жест заставил меня невольно улыбнуться.

– Самоуверенная ты моя, – прошептала я, чувствуя, как камень вины немного отступает от моего сердца.

– А как иначе? – весело отозвалась Лия. – Мне же нужно поддерживать твой боевой дух! А ты тут в уныние впала. Ну-ка, соберись!

Она легонько ткнулась носом мне в щеку и отстранилась, серьезно глядя на меня. Ее шутливый тон сменился серьезным и сосредоточенным.

– Будь осторожна, пока этого мага не отыщут. Сейчас он опасен как никогда.

– Всё в порядке, Лия. Алан уверен, что он покинул дворец. Скорее всего, воспользовался порталом, который вел за пределы королевства. Он не сможет нам навредить.

Лия нервно переступила с лапы на лапу, ее шелковистая шерстка на загривке слегка вздыбилась.

– Нет, нет, Элис! Он все еще здесь, я чувствую это! Невозможно так просто обмануть элиоска.

– Ты чувствуешь его?

– Дело в том, что он успел завладеть частью моей энергии. Эта связь, хоть и слабая, все еще существует между нами, и благодаря ей, он стал во много раз сильнее. Я чувствую его здесь, в этом дворце, отчетливо ощущаю его мерзкое присутствие, но он, словно тень, умело скрывается, растворяется в лабиринтах коридоров! Но я уверена, абсолютно уверена, что он прячется где-то здесь, в стенах этого дворца, выжидает удобного момента, плетет новую, еще более коварную интригу!

– В таком случае, я должна предупредить Алана. Я скоро вернусь!

Не теряя ни секунды, я выскочила в коридор и быстрым шагом направилась на поиски принца. Времени объяснять что-либо страже не было, сейчас каждая секунда была на счету. Миновав несколько поворотов, я достигла королевской части дворца и попыталась отыскать принца в его покоях, но там его не оказалось. Тревожное предчувствие сдавило грудь. Я побежала дальше вдоль коридора, ведущего к личным покоям короля, надеясь встретить его там.

К счастью, на пути мне попался лорд Лэйнолл. Выглядел он ничуть не лучше Ронды, скорее, даже хуже. На его лице застыла печать глубокой усталости и печали. Потрепанная одежда, растрепанные волосы, запавшие глаза и общее выражение лица выдавали его страдания и крайнюю степень измотанности. Казалось, он не спал уже несколько дней.

– Ваше Высочество, – произнес он тихим, надломленным голосом, склонившись в глубоком поклоне. В его глазах читалось искреннее раскаяние.

– Лорд Лэйнолл, времени на приветствия сейчас нет, – торопливо произнесла я, стараясь сохранять спокойствие. – Где сейчас находится наследный принц? Мне необходимо срочно с ним поговорить.

– Его Высочество сейчас находится у короля, – ответил Лэйнолл, его голос звучал приглушенно. – Его Величество совсем плох. Мы должны быть готовы ко всему… – Он замолчал, на мгновение опустив взгляд, а затем снова посмотрел на меня.

– Позвольте мне извиниться перед вами, Ваше Высочество. Я вел себя непозволительно, был груб и несправедлив к вам и признаю свою ошибку. Я был не прав в отношении вас и ваших намерений. Вы спасли наследного принца и я безмерно благодарен вам за это!

С этими словами он спустился на одно колено, словно вассал, приносящий клятву верности своему сюзерену.

– Лорд Лэйнолл, немедленно поднимитесь, – воскликнула я. – Я принимаю ваши извинения и вашу верность. А сейчас прошу меня простить, мне нужно к принцу.

Не оборачиваясь, я устремилась в покои короля. Алан стоял у окна, спиной ко мне. Услышав мои шаги, он медленно обернулся, и в его глазах я увидела отражение глубокой скорби. Подходя к нему, я невольно бросила взгляд на ложе короля. Сердце сжалось от увиденного. Лицо его иссохло, кожа утратила всякий цвет, стала серой и безжизненной.

Он лежал неподвижно, с закрытыми глазами, и лишь едва заметное движение груди говорило о том, что он все еще жив. С каждым таким вздохом казалось, что нить его жизни вот-вот оборвется.

– Неужели ничего нельзя сделать? – прошептала я, и горечь сдавила горло, когда взгляд упал на измученного Алана. Каждый его тяжелый вздох, казалось, отзывался болью в моем сердце.

Видеть его таким, сломленным и страдающим, было невыносимо. Принц, словно ища утешения, притянул меня ближе, заключив в объятия, и спрятал лицо в моих волосах. Я почувствовала, как тепло его дыхания греет мою шею, и невольно прижалась в ответ.

– Целитель Эйрн… – его голос был тихим, почти неслышным, но в нем сквозила надежда, хрупкая и уязвимая. – Он скоро прибудет. Это моя последняя надежда, Элис.

Я отчаянно хотела уверить его, сказать, что все будет хорошо, подбодрить, вселить уверенность, но слова застревали в горле, не желая вырываться наружу. Правда безжалостно смотрела на меня глазами короля, затуманенными болью и отчаянием. И этот взгляд не сулил ничего, кроме горькой правды: надежды почти не осталось.