Текст книги "Хозяйка старого графства. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Мила Север

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 33

С вязанием решилось просто – договорились, что Гланя отправит ко мне свою младшую дочь. Вязать она уже умела, а пользы в хозяйстве пока особой не приносила. Вот и будет в графском доме работать, заодно меня вязать научит. В детстве я когда-то пробовала что-то вязать, кажется, кособокие салфетки крючком и кривоватые шарфики спицами. Но особо вязание мне тогда не зашло, придётся освоить сейчас.

Через какое-то время до меня добежала Катти с сообщением, что староста, управляющий и поверенный договорились, можем ехать дальше.

Дальше по плану была Свислочь.

До Свислочи добрались быстро и без приключений, сама Свислочь нас встретила не то чтобы напряжённым молчанием. Скорее, это походило на слегка напряжённое ожидание.

Пообщались со старостой Свислочи и его женой, и, готова поклясться, то тут то там мелькала замотанная в свои тряпки сухонькая фигурка Семёновны. Как она тут оказалась раньше нас, понятия не имею.

Старосту Свислочи звали Войцех, жену его Данута. Они сразу сказали, что заправляют тут всем “вдвойгу”, и один другому полновесная замена во всём. Говорили они тоже синхронно, иногда Войцех начинал предложение, а Данута заканчивала. Иногда наоборот.

Если в Отрадной основными точками интереса были мельница, кузница и столярная мастерская, то Свислочь разводила птицу. Не просто куры и индюшки – всевозможные куры и индюшки. А также куропатки, гуси, утки, голуби.

Мысленно я уже добавила в этот список страусов, фазанов и прочую экзотику, ввела моду на украшения для дам из перьев, ловцы снов, интерьерные композиции и другие предметы эксклюзивно-люксового декора.

Потом подумала и добавила к воображаемому списку улучшений ловчих соколов, обученных говорящих вОронов, попугаев, канареек и прочее пернатое общество, которое можно было бы подавать как предмет эксклюзива, роскоши и моды.

Всё это яркими миражами прекрасного будущего вспыхивало в голове, пока я рассматривала представительниц различных пород кур. Мне даже в голову не приходило, что куры могут выглядеть так роскошно и так экзотично.

Обо всём договаривались опять же управляющий с поверенным, моя задача была в основном показывать себя как новую графиню и лицо, всячески заинтересованное в процветании графства и вверенных графству территорий и людей. Такая специальная версия “доброго царя”, если можно так выразиться.

Я внимательно слушала, пила чай, интересовалась актуальными вопросами яйценоскости кур, послушно охала на историях про хитрых лесных тварей вроде лис и хорьков, что мешают птицам жить долго и счастливо. Во-первых, это действительно было интересно. Во-вторых, на лицах свислочан была прямо написана вот такенная надежда, что новой графине будет не всё равно, что жизнь изменится в лучшую сторону! Это как вера детей в Деда Мороза. Обмануть их было просто нельзя.

Мне ведь действительно не было всё равно, и я действительно хотела улучшить жизнь в своём графстве как минимум. Поэтому слушала и вникала изо всех сил, запоминая что крупные просьбы, что мелкие пожелания. Ну и конечно же, делала собственные выводы.

Так, например, ни в Свислочи, ни в Отрадной не было школы. Судя по моим осторожным расспросам, не было школы и в Малых Буках.

Значит, надо сделать. Пусть самое базовое начальное образование, письмо-чтение-счёт, но будет в графстве обязательным для всех детей и подростков.

Для взрослых можно будет сообразить вечерние курсы по желанию. В памяти всплыло полузабытое советское “программа ликбеза”, “агипроп” и почему-то “совнарком”. Менять политический строй я не собиралась, как и вообще даже думать в сторону всяких там улучшений на макроуровне.

А вот обучить начальной грамотности вверенных моей заботе людей надо было обязательно.

И с медициной тоже бы что-то придумать, хотя бы фельдшерский пункт открыть – но это, как говорится, “на потом”. Прямо сейчас первоочередной задачей было не потерять контроль над графством и пройти проверку.

Кстати, о проверке – надо будет составить какую-то внятную единую версию, почему у меня вообще портальная арка закрыта. Не говорить же, что дух-хранитель решил сделать мне подарок и выполнить случайно сказанное вслух желание? Этак мне припишут неспособность ни думать, ни говорить толком, ни контролировать собственный алтарь. Нет, таких идей нам в болезной голове господина проверяющего, сейчас мирно спящего в особняке, даром не надо.

С Данутой и Войцехом также условились, что они составят список работ, требующих магического вмешательства. По той же схеме, что и в Отрадной, с очерёдностью и важностью работ. Такие списки позволят мне не только оценить и запланировать будущие работы, но и понять, как мыслят старосты, что для них идёт первой очередью, что второй, чем ради чего готовы уступить. Список ценностей и приоритетов позволяет очень многое понять о том, кто его составляет. А информация – основа управления, доказано историей.

Знай, разделяй, властвуй.

Вот бы ещё узнать, откуда выросли ноги у слуха про упыря.

Мне было пока непонятно, лучше этот слух развеять или поддержать, поэтому пока решила поступить исключительно как буддист – не делать ничего. Соберу побольше информации, выпишу плюсы, минусы – тогда и пойму, как выгоднее.

Воображаемый упырь тоже может принести пользу, так-то.

Глава 34

Малые Буки.

Я не предполагала, что будет легко.

Во-первых, потому что именно в Малых Буках стоял Храм Всех Богов. И опыт подсказывал мне, что у любого храма в любом мире будут свои, особые требования и условия.

Во-вторых, в Малых Буках было традиционное деревенское торжище. А где торги – там деньги и проблемы, это аксиома.

В третьих, в Свислочи и Отрадной все вопросы решились относительно гладко, значит, в Малых Буках точно надо ждать шероховатостей.

Вообще, конечно же, к вопросу религии я отнеслась довольно наплевательски. А зря. То, что здесь есть Храм Всех Богов ещё не значит, что этих самых богов можно игнорировать. А я даже присланную маменькой увесистую шкатулку с символом храма всех богов до сих пор не открыла.

То одно, то другое – и всё одновременно нужно, и как можно быстрее. Не сложилось как-то.

Из разнообразного божественного пантеона я хорошо запомнила только гномского Вотана, потому как он мне даровал своё благословение. Но как-то неправильно запоминать богов только по их личному участию в твоей жизни, верно?

Ещё упоминали Отца-кормильца, Мать-Заступницу, Богиню Мудрости и Богиню Очага. Больше, сколько бы я не скребла свою память, ничего не выскребалось.

Лизонька также не отзывалась – видимо, религиозность не наша с ней сильная сторона.

Время, время, время! Мне нужно больше времени, но где его взять? Не знаю, может, маги в этом мире и придумали, как увеличить число часов в сутках. Но инструкции никому не раздали.

Символом храма всех богов было мировое древо, заключённое в круг. Сверху ветви и листва, снизу корни, а в середине ствола они сплетаются в спираль вечности.

В более простом варианте в качестве символа использовали просто круг, разделённый диагональю.

Храм в Малых Буках возвышался у центральной площади, этакое сердце поселения.

На дверях храма был выбит простой круг, разделённый диагональю.

На самой площади располагалось Чистое Торжище, где торговали любым неживым товаром. Продуктовые ряды стояли отдельно, Скотное Торжище было вынесено за границы деревни. Разумное решение, позволяющее внутри деревни сохранять чистоту и порядок. Даже слишком разумное, прямо как от санэпиднадзора, которого этот мир ещё не знает.

В Малых Буках нас ждали.

На самом въезде стоял высокий худощавый молодой человек в белых одеждах. У его ног сидел роскошный длинношерстный белый кот, обернувший пушистый хвост вокруг лап.

Кот выглядел абсолютно довольным жизнью, собой и всем происходящим вокруг. С этих двоих можно было бы написать картину под названием “Идеальный белый кот и его человек”.

– Ну вот и вы. Добро пожаловать в Малые Буки, ваше сиятельство. От имени поселения и храма всех богов приветствую вас, – произнес человек, принадлежащий белому коту. И улыбнулся.

Боги, что это была за улыбка! Будто солнце выглянуло из-за туч сразу после дождя летним днём.

Клянусь, он улыбнулся – и мир засверкал волшебными красками. Невозможно было не улыбнуться в ответ.

– Меня зовут …, – остаток фразы вместе с именем утонул во внезапно поплывшем по-над Малыми Буками колокольном перезвоне. Колокольни? Тут тоже звонят в колокола?

– Я взял на себя смелость пригласить вас и старосту деревни в гостевую комнату при Храме – там нам определённо будет удобнее познакомиться и поговорить, – человек в белом ещё раз улыбнулся и сделал приглашающий жест рукой. Я поймала себя на том, что улыбаюсь и киваю, и, кажется, даже говорю что-то вроде “Вы так заботливы и предупредительны”. Это у меня что, наша с Лизонькой гормональная система нашла новый повод утопить нас в гормонах? Ой-ой, не хотелось бы. Мне нужны мои рабочие мозги, а не розовая кисельная лужа.

И пока я думала, мы уже спешились и обходили Храм, заходя с обратной стороны от центрального входа для верующих. Внутренний двор был аккуратный, чистенький и ухоженный. Послушники распрягли лошадку и увели покормить-почистить.

А чего я ожидала от Храма? Ну не кровавого алтаря же на заднем дворе?

В гостевой комнате нас ждал накрытый стол – чай, пироги, ещё что-то, положенное к чаю. А ещё нас ждал староста Малых Буков. Был он какой-то… никакой. Не высокий, не низкий, не худой, не толстый. Возраста он тоже был непонятного, вроде бы точно взрослый мужчина, но определить даже примерный десяток лет было затруднительно. Вместо прически у него была лысина, обрамлённая зализанными клочковатыми волосами непонятного, мышиного какого-то цвета.

На таком человеке взгляд сам собой не задерживается, совершенно не запоминающийся человек.

А уж на контрасте с “белым человеком” так и вовсе.

Кстати о нём. Служитель Храма Всех Богов, чьё имя утонуло в колокольном звоне, зашёл в гостевую комнату предпоследним. Последним зашёл роскошный белый кот и запрыгнул на маленькое мягкое круглое кресло.

– Его зовут Корнелиус. Это не совсем кот, то есть, кот конечно, но и нечто большее одновременно. Он мой проводник, – бархатный голос служителя храма хотелось слушать вечность. Невероятно приятный, притягательный. В этот голос хотелось завернуться, как мягкий плед, как в мамины объятия. Он мог читать таблицу умножения или перечень ремонтных работ из санузла – и это звучало бы музыкой.

– П’остите, не ’асслышал, как вас зовут, – разрушил очарование голоса Яков Иммануилович. С одной стороны, прям как наждачкой шваркнул, а с другой – наваждение спало.

– Ничего страшного, – голос служителя был всё равно приятным, но уже без неземного очарования.

– Зовите меня фра Симон.

Глава 35

– Прошу простить, если был чрезмерно настойчив в попытках вызвать вашу симпатию, – фра Симон выглядел смущённым, – мне было даровано знание, что необходимо обрести в вашем лице друга. И поскольку боги часто решают одарить на своё усмотрение, иногда мой голос становится…, – фра Симон запнулся, подбирая слова.

– Слишком убедительным?, – подсказала я.

– Да, верное определение, – служитель улыбнулся своей великолепной улыбкой, – к тому же, Корнелиус зачастую усиливает мои способности своим присутствием. Не воспринимайте наш разговор как попытку манипулятивно воздействовать на вас. И вы действительно мне нравитесь.

Теперь наступила моя очередь смущаться. Фра Симон был искренен и вызывал симпатию. С другой стороны, никогда коварные злодеи не выглядят как таинственные личности в тёмных очках, в пальто с поднятым воротником и в шляпе. Интересно, если бы я взяла с собой Эльтена, как прошла бы эта встреча?

В любом случае, надо пробовать самой осваиваться в этом мире, без подстраховки от хранителя. Посмотрим, как дальше сложится разговор – позвать Эльтена на террритории графства я могу в любой момент.

– Давайте начнём заново. Я смиренный служитель Храма Всех Богов в графстве Остервальд, и присматриваю за тем, чтобы люди во вверенных мне территориях имели возможность говорить с богами, которым вверили свои души и чьей помощи или покровительства ищут, – начал фра Симон.

– Тишайло Володарович, староста Малых Буков, – представился невзрачный человек.

– Позвольте представить, графиня Елизавета Андреевна Фон Цур Остервальд, и её поверенный, Яков Иммануилович. Меня вы знаете, – величественно произнёс Аристарх Львович.

– Мне было явлено, что ваш родовой алтарь проснулся. Но вижу, Вотан, Отец Гномов, даровал вам своё благословение?, – вопросительно посмотрел на меня фра Симон.

– Да, всё верно, – подтвердила я. И замолчала. Если фра Симон хочет узнать подробности, пусть спрашивает.

– Тишайло Володарович, фра Симон, мы хотели уточнить, всё ли в Малых Буках хорошо, есть ли пожелания к графине как к главе рода, не требуется ли помощь или магическая поддержка?, – поинтересовался Аристарх Львович.

– Поддержка, так-то, никогда не лишняя, – пригладил волосы староста, – вот только хотелось бы, чтобы по закону всё было. А то окажемся потом должны неведомо кому. Не хотелось бы, так-то.

Приехали.

– Смею вас заве’ить, Елизавета Анд’еевна вполне законная г’афиня Фон Цу’ Осте’вальд и нынешняя глава ’ода и г’афства, – ответил Яков Иммануилович предельно серьёзно.

– Ну, так-то оно так, я ж не спорю. Вот только, вопросец у меня. А граф Александр-то, он где нынче?, – поднял на меня свои блёклые глаза Тишайло Володарович.

А серенький невзрачный староста не так уж прост. Кажется, стержень у него внутри стальной – он первый, кто спросил о покойном супруге. Интересно, это он из благих побуждений или из какой-то своей корысти?

– Граф Александр выразил желание слиться с родовым алтарём и, таким образом, усилить род. И сделал это. Поэтому физически граф Александр Фон Цур Остервальд прекратил своё существование, – спокойно произнесла я.

– Ну, так-то, это вы так говорите, – губы старосты сложились в подобие улыбки, но всё остальное лицо не улыбалось, – а вы, так-то, заинтересованная сторона. Я бы вот подождал бы до официального объявления от Короны. Алтарь там, магия – это не нашего ума дело. Нам бы тут, в деревне, чтобы по закону всё было – вот что важно. Так-то.

– Тогда вам будет радостно услышать, что проверяющий от Короны уже прибыл в графство. На данный момент он у меня в гостях, восстанавливается после сложной дороги, – я улыбнулась. В конечном счёте, я тоже хочу, чтобы всё было по закону. Поэтому, Лиза, держи лицо. Этот деревенский староста всяко не может быть круче аудиторов от налоговой, или санитарной и пожарной инспекции одновременно.

Я повернулась к фра Симону.

– Что ж, тогда с вопросами поддержки графством деревни Малые Буки мы будем разбираться после официального решения Короны. Скажите, фра Симон, быть может, я могу чем-то помочь Храму?

– О, Храм безусловно рад любой поддержке, оказанной от чистого сердца, – казалось, фра Симон рад любой возможности сгладить возникшую неловкость.

– Тогда дам вам возможность обсудить всё с моим управляющим и поверенным, мне нужно ненадолго вас покинуть, – я продолжала улыбаться. С этой приклеенной улыбкой я встала и вышла на улицу.

Двуколка с лошадью так и стояла во дворе, и Потапыч рядом. В двуколке никого не было. Катти стояла рядом с лошадью и кормила её морковкой.

– Ой, м-леди, а я тут лошадку кормлю. Взяла вот морковку на конюшне – а то умаялась на Ясная, дай, думаю, порадую её. А вы уже закончили, м-леди? Что-то вид у вас встревоженный, – Катти щебетала, и под её уже привычную речь меня отпускало.

Как-то я перенапряглась, что ли. И в Отрадной, и в Свислочи мою персону приняли и как графиня я их устраиваю.

Здесь, в Малых Буках, староста не хочет иметь со мной никаких дел, пока меня не одобрит Корона.

Служитель Храма хочет от меня чего-то непонятного, и уверен, что боги хотят, чтобы он со мной подружился – я чем-то важна.

Ха. Ну вот, до кучи ещё и это. Ладно, просто внесу в список “вопросы, требующие немедленного решения” ещё два пункта.

Разберёмся. Со мной моя новая семья, магия и целый мир в придачу.

У меня. Всё. Получится.

Интерлюдия. Фра Симон

Фра Симон, служитель храма, был избранным. По какой-то причине боги давали ему своё благословение и говорили с ним – не напрямую, но посылая видения, символы, сны, знаки и прочие метафизические явления.

Боги говорили с ним с самого детства, чем доставляли маленькому Симону изрядно проблем. Но если подумать, велика ли цена за право быть избранным богами – детские игры и друзья? Подросший Симон знал ответ на этот вопрос. Поэтому Симон пришёл в Храм и начал Служение.

Выстроить карьеру в Храме, когда с тобой говорят Боги – не сложно. Примерно как играть краплёными картами. Точнее нет, не так. Словно садишься играть и понимаешь, что игра сделана для того, чтобы ты победил.

Боги – как дети. Желают, чтобы их любили всем сердцем, слушали и исполняли желания. Как дети добры, щедры и открыты. И как дети жестоки, завистливы и алчны.

Любят похвалу и не знают меры. И как дети – разные.

Но всем им нужна любовь. И быть услышанными.

К сожалению, слышать богов – редкая способность.

Не в каждом Храме есть свой Слышащий.

Фра Симон долго выбирал, в каком Храме нести Служение – и выбрал графство Остервальд. Достаточно большое, достаточно старое и достаточно уединённое. И далеко от столицы к тому же.

Глава 36

Из Малых Буков мы разъехались в разные стороны – Аристарх Львович повёз поверенного в Пжыслов, нужно было договориться о нашем визите с губернатором и собрать нужные бумаги для оформления перезайма в гномском банке.

А мне нужно было домой, проверить проверяющего (хи-хи, смешно звучит) и заняться вопросами дома.

Открыть кабинет совсем старого графа в башне, осмотреть покои графини, поискать непонятную книгу – и ещё засесть в библиотеке, глянуть обещанные правила этикета и почитать, что тут вообще с храмами, богами и религией. А то шансы на возникновение неловкой ситуации всё выше и выше.

Опять же, по Свислочи и Отрадной надо свести итоги по магической поддержке с моей стороны, прикинуть всё необходимое для начальной школы для деревенских детей и вечерней для взрослых.

И планы по развитию птичьих ферм накидать, чтобы не забылись в суматохе.

Меж тем, начинало смеркаться. Оказалось, что Потапыч может развивать вполне приличную скорость, до дома мы добрались меньше чем за час. Нас ждали.

Марфа Васильевна приготовила ужин, Эмма Готлибовна и Кузьма Еремеич вместе с Михалом открыли и расчистили Зимний сад графини – через него был основной проход к башне с кабинетом совсем старого графа.

Внешнюю дверь в башню заклинило после смерти совсем старого графа, открыть её не было никакой возможности. Второй вход был через Зимний сад, но сам сад был заброшен и не открывался со времён смерти матери молодого графа. При её жизни тоже за ним особо не смотрели, но хоть двери в Зимний сад иногда открывали. Грустная история одного дома, который постепенно терял свою семью.

Ужин нас ждал уже в привычной Малой Желтой Гостиной.

На ужин был борщ. Горячий, густой, наваристый, с зеленью и пампушками с чесноком. К пампушкам лежало на отдельной тарелочке сало – нарезанное тонкими пластиками, нежное, хорошо просоленное, с прожилками мяса. Восхитительное!

Борщ, с чесночными пампушечками, с салом – ровно то, чего хотел измученный долгой поездкой организм!

– С дороги-то, да после всех этих булок с перекусами, жиденький да горячий суп – самое-то!, – пояснила нам Марфа Васильевна, – и душу порадует, и желудок, и на ночь не тяжело будет, чтобы сон не маетный был.

Добрые боги, спасибо вам за чудесную Марфу Васильевну на моём жизненном пути!

Это была моя самая короткая и самая искренняя молитва, пусть и не высказанная вслух – но боги же и так слышат? Или нет? Блин, срочно, срочно просвещаться! Вот прямо с утра и начну!

Как только закончили с ужином, Эмма Готлибовна проводила меня во вторую гостиную, где разместили проверяющего.

Проверяющий спал. Он был бледен, истощён, но спал сном здорового человека.

– Во сне люди быстрее выздоравливают, особенно маги – магия помогает телу исцелиться, – шёпотом сказала Эмма Готлибовна.

– Боюсь, в этом случае всё будет немного сложнее, ведь он истощён в первую очередь магически, и потом уже пошли в расход жизненные силы, – также шёпотом ответила я, – Восстановление будет долгим, а ведь ещё и нога сломана. Но мы сделаем всё, чтобы помочь ему побыстрее выздороветь!

Эмма Готлибовна вышла, а я зачем-то подошла к кровати и села рядом в кресло.

Костадис.

Яков Иммануилович говорил, его зовут Костадис Петрович Девиер. Ненаследный князь рода Девиер, глава Седьмого Отделения Тайной Канцелярии Его Императорского Величества, специализирующейся на магических преступлениях.

Красивое имя. Ему идёт. И сам ненаследный князь тоже хорош – лицо будто вырезано искуснейшим скульптором, без изъянов, лаконично-симметричное. Густые брови, правильный подбородок, чётко очерченные скулы. Тёмные густые волосы – кажется, если бы были чуть длиннее, могли бы виться крупными кольцами. Такие волосы было бы приятно расчёсывать. Наверное.

Хорошие кисти рук – крупные, красивые, с длинными пальцами. Ухоженные руки человека, ценящего комфорт и красоту. Такие могли бы быть у музыканта.

Так, Лиза, что за мысли?

Мы же ничего о нём не знаем! Может, у него там, в столице, жена и три ребёнка. Или невеста, вся такая трогательная, нежная, ждущая. И влюблённая.

Думать о гипотетической жене или невесте было… Неприятно. Как будто меня обманули. Непонятно кто и в чём, но вот осадочек…

Я встала, вышла и прикрыла за собой двери. Попрошу Катти разжечь тут камин – чтобы наш невольный гость ночью не замёрз.

Перед сном заглянула в библиотеку, нашла себе книгу “Правила поведения для благородных девиц”. И заодно вытянула толстенный фолиант “Божественная правда”. Не знаю, что там за правда, но (судя по толщине книги) её там много. Вот и почитаю перед сном. Сначала гляну тощенький труд по этикету, а потом, если не усну, начну изучать “Божественную правду”. Надеюсь, там действительно про богов, а не какой-нибудь остросюжетный роман.

С этими мыслями я прошла в свои покои, и положила книги в спальне на столик. Кстати, у меня же есть ещё одна, присланная маменькой.

“Сто правил хорошей жены”.

Я её даже не открывала – ведь хорошей жены из меня как-то уже не получилось. Но, может, там есть что-нибудь про этикет? Я прошла в гостиную и взяла книгу, оставленную мной у камина на столике.

Твёрдый переплёт, кожаная обложка с золотым тиснением.

Книга была новой, и я раскрыла её сразу на середине.

В детстве мы так гадали – открой новую книгу в случайном месте и первые строки, на которые упадёт взгляд, будут предсказанием.

“Научитесь слушать. Слушать, потому что мужчина любит говорить.”

Ну, не самый плохой совет. Я уже почти было отложила книгу, но решила открыть на первой странице. Оказалось, туда вложен незапечатанный конверт. Интересно, что в нём?