Текст книги "Прежде чем мы разобьёмся (СИ)"
Автор книги: Мила Любимая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)
– Рот закрой, пока я тебе не втащил.
– Бля, Ян…
Меня переклинило. Я это чётко понимал. В конце концов, не страус, чтобы прятать голову в песок и не прыщавый пятнадцатилетний пацан. Чётко знаю, чего хочу.
Сейчас мне нужна булочка.
Переклинило, вставило, хоть зацепила. Вообще пофиг.
– Сотников, – Башаров вмиг посерьёзнел и наклонился ко мне. – Зачем тебе Жарова-старшая? Запоздалый всплеск спортивного интереса? Ну трахнул ты девку, отряхнись и забудь.
– Повезло, что у тебя днюха, Рус.
– Ты спятил.
Похоже на то…
А единственное, чем можно излечить моё внезапное безумие – это доза пожара Авроры. Может, так скорее отпустит.
– Давай, – встал и махнул другу на прощание. – Я поехал.
– Куда?
– На терапию.
Мы синхронно рассмеялись, и я вышел из бара на улицу, под прохладную питерскую ночь. А уже через полчаса такси привезло меня к дому прокурора. Что ж… надеюсь, папаша Авроры не закатает меня в асфальт, как пару раз обещал сделать.
– Ян? – дверь мне открыла Марьяна. Быстрым взглядом отметил красные щеки и заплаканные глаза. Закончился, стало быть, их конфетно-трахательный период с Башаровым. – Тебе чего здесь? Аврора уехала…
Куда она уехала, блин?
Долбаная лягушка-путешественница.
Если бы у меня было сердце, то там в грудной клетке оно точно бы замерло на несколько слишком долгих секунд. Лишь потом забилось бы – глухо, тяжело проворачиваясь по часовой стрелке и накачивая кровь отравляющим токсичным дурманом под названием «страх».
Но у меня нет сердца.
Оно ни замирало, ни останавливалось, ни подавало никаких признаков жизни. Только в самой глубине сознания что-то словно надломилось и перевернулось.
Липкая паутина паники тонким шлейфом окутала все внутренности, вынуждая их сжаться до критического минимума и высекая тлеющие искры из пустого прогнившего органа.
Так иногда бывает с адскими пожарами. Они горят, полыхают огненными стенами, затухают всего на миг, а после взмывают под самые небеса, чтобы загореться в последний раз и спалить всё живое и мёртвое на своём пути.
Мы с тобой сгорим?
В одно мгновение, как вечность.
Прикоснуться бы к губам твоим
И провалиться в бесконечность.
Как называется яда омут,
В котором мы оба голышом искупались?
Дай мне всего один повод,
Чтобы наши искры не пересекались.
Глава 26. Вне зоны доступа
Дорогие читатели, сегодня выложено две главы)
После встречи с тобой моя кровь
Всё равно что жидкая лава,
Ты кричишь: «меня уничтожь!»
Добавь в огонь ещё пожара.
Всё бурлит ледяным кипятком
Клапан в груди – кратер вулкана,
Мысли все об одном…
Тебя катастрофически мало.
/Ян/
Мой персональный терапевт временно находится вне зоны доступа.
Браво…
Тот особенный случай, когда время признать, что ученик превзошёл своего учителя.
Пожарова сделала эпичный ход конём. Если бы меня всерьёз и по-крупному задела выходка этой горячей девчонки, то можно было бы официально объявить Шах и Мат.
– Когда вернётся твоя сестра? – спросил у Марьяны, без эмоций полируя её смазливое кукольное личико.
Не удивительно, что Башаров на непродолжительное время подзавис на ней. Клише на клише и штамп штампом погоняет.
Модельный рост, точёная фигурка со стандартной троечкой и маленькой крепкой задницей, миловидное лицо с заострёнными скулами. В общем, девочка из трендов.
Всё-таки насколько они с Авророй разные.
Дело не только во внешности.
Я уже в том возрасте, когда физическая оболочка решает далеко не всё. Конечно, совсем не прочь трахнуть красивую куклу. Но когда тебе пятнадцать-семнадцать, ты считаешь, что нужно жить по шаблонам. Всё должно быть в топе. В том числе это касается и выбора девушек. И только потом осознаёшь, что перед тобой лежит весь этот чёртов мир. Ты можешь быть кем угодно, выбрать любую и диктовать вселенной свои собственные правила. С годами с людей сходит шелуха, обнажая их истинные чувства и стирая границы. А кто-то, наоборот, обрастает всё новыми слоями косметической пыли.
Странно… лишь сейчас понял, насколько мне интересно находиться рядом с Авророй. И не просто интересно, я хочу с ней быть.
Плевать даже на то, что именно манит меня к ней. Спортивный интерес, космическое притяжение или мне тупо нравится быть с ней в горизонтальной плоскости. Точно знаю одно: не хочу это заканчивать. Ставить нас на «стоп». Не сейчас.
– Возвращаются только бумеранги, Ян. Причём чаще всего без предварительной смазки.
Кажется, полное отсутствие инстинкта самосохранения у сестёр Пожаровых – это наследственное.
– А если серьёзно?
– Какие шутки? – она скрестила руки на груди.
Начинаю сильно сомневаться в том, что Пожарова действительно уехала.
Она могла бы, но…
Хрен знает, почему я не верил ни единому слову Марьяны. Наверное, потому что вся эта история подозрительно смахивала на тщательно спланированную постановку. Девушки любят всё усложнять. Грёбаные махинаторши.
– Пусть наберёт, как наиграется в Раневскую.
Марьяна усмехнулась и вышла на лестничную клетку, тихо прикрыв за собой дверь.
– Ты глухой, что ли? Или в твоей голове никак не приживётся мысль, что Аврора послала тебя на три весёлые буквы?
Послала? Маловероятно.
Решила вскипятить мне мозги – да. И это у неё неплохо получилось.
– Ок, – сухо кивнул Марьяне.
– Эй, Ян!
– Ну, я за него.
– Лучше держись от моей сестры подальше.
Забавно…
Теперь она решила пошутить. Чувство юмора проснулось, видимо.
– Полагаю, это не твоё дело, Марьяна.
Не стоило спать с ней. Но откуда мне было знать, что они с Авророй могут оказаться родными сестрами? Впрочем, пофиг. Было и было.
– Ты и мизинца Авроры не стоишь, Сотников. И небольшой совет на будущее. Не приходи сюда никогда. Она там, где нет тебя.
Дверь квартиры Пожаровых громко захлопнулась за её спиной, оставляя меня стоять и обтекать, как какого-то школьника.
Признаться, давненько так низко девушки не опускали.
Двойная доза Пожаровых – это слишком много для меня одного…
Выйдя из парадной, вызвал такси и сразу стартовал назад, на тусовку к Башарову. Надо было чем-то заполнить всю ту пугающую пустоту, появившуюся в грудной клетке. Противное ощущение. Вроде ничего сверхъестественного не произошло, но какой-то едкий ядовитый осадок разъедал внутренности, будто я получил убойную дозу инъекции серной кислоты.
Нет ничего такого в этом мире с чем бы не справился двойной виски и красивая кукла на десерт. Добро пожаловать в питерский Вегас. План рабочий.
– Прокатила медсестра размера плюс сайз? – усмехнулся Рус, по-дружески хлопнув меня по плечу.
– Очень смешной анекдот.
– Да и забей болт. Тут сегодня жгучий каст.
Руслан обвёл взглядом территорию вокруг бассейна и отсалютовал мне стаканом с прозрачной жидкостью. На небольшом столике из ротанга я заметил полупустую бутылку текилы…
То, что доктор прописал.
– С Марьяной всё? – спросил у друга после того, как бездумно залил в себя два шота и отправил в рот кружочек лайма.
– А что?
– Да подумал, что, может, погуляешь с ней ещё разок.
– Зачем это? – удивлённо приподнимает брови.
– Мне инфа нужна. Если Пожарова свалила, то я хочу знать, куда.
Башаров громко прыснул и разразился приступом оглушительного хохота.
Ла-аа-дно…
Подождём.
– Ян, ты совсем спятил уже? На какой хрен тебе нужна эта толстуха? Твой вкус в тёлках становится пугающе специфичным.
В этот момент мне действительно захотелось ударить Руслана. Что-то защекотало в мозгах, а глаза заволокло густой пеленой тумана. Кулаки реально зачесались. Не знаю, как сдержался, чтобы не пустить их в ход.
– Закройся. Нормальная она.
– Без комментариев.
Рус разлил текилу по нашим стаканам, и мы синхронно приложились к выпивке.
– Что там насчёт Марьяны?
– Не вариант, брат. Тем более мутить с дочкой прокурора паршивая идея. Пахнет долгосрочной перспективой, которая мне нафиг не сдалась.
Руслан откинулся на спинку кресла, препарируя взглядом высокую брюнетку, которая танцевала на самом краю бассейна, каким-то чудом ещё не плюхнувшись в воду. Она выписывала бёдрами плавные восьмёрки и периодически гладила себя руками, привлекая всё больше всеобщего внимания. Её каждый второй уже отзеркалил.
Вот только у меня и близко ничего не загорелось.
Хоть бы намёк на стояк, но по нулям…
– Готов уступить, – усмехнулся Башаров.
– Оставь на сладкое, именниник.
* * *
Домой вернулся только под утро, убитый в хлам. Сил не было даже на то, чтобы принять душ. Кое-как скинул шмотки и завалился в постель. И если бы я не забыл вырубить телефон, то вполне возможно проспал бы до самого вечера.
– Да, – хрипло протянул в трубку.
Дьявол, башка трещит…
– Доброе утро, Белоснежка.
– Чего тебе, Башаров?
– Мы собираемся в Карелию. Давай с нами. Через час заеду.
Принял более или менее удобную позу и посмотрел на экран. Два часа дня…
Капец, блин. Спасибо и на том, что раньше не разбудил.
– Не, я пас.
– Ты сейчас серьёзно?
– Ага. Я вообще никакой. В этот раз без меня.
– Ну ок. Чинись…
Состояние реально было паршивое.
Кажется, я конкретно перебрал с текилой. Мешать её с вискарём – худшая идея.
После ритуала бытового экзорцизма, подразумевающего под собой холодный душ и чашку крепкого эспрессо, стало немного лучше. Хотя и сейчас чувствовал себя поднятым из могилы зомби.
До вечера провалялся в постели, включив фоном «Игру престолов». Периодически то отрубался, то воскресал.
Из дома вышел около девяти часов. По пути заглянул в кофейню, взяв апельсиновый раф и круассан с копчённым цыплёнком, а потом поехал в привычное арт-пространство, чтобы немного развеяться.
В такое время в студии почти никого не сталось.
Пара парней наносили последние штрихи на полотна с эпоксидной смолой, а знакомая мне брюнетка сидела в самом конце зала, бездумно взмахивая кисточкой.
Заметив меня, она помахала рукой и растянула губы в притворной искусственной улыбке.
– Привет, – я упал на своё место за соседним мольбертом. – Весь день здесь, Регина?
Регина – девушка моего старшего брата. Ну как девушка… скорее они тупо спят вместе на постоянной основе.
– Нет, – она покачала головой, продолжая водить по холсту кистью. – Пару часов как.
– Ясно. Где Димаса потеряла?
Не сказать, чтобы у нас с братом были хорошие отношения. Если начистоту, то мы вообще друг с другом не контачим ещё с самого детства.
– Как будто не знаешь, что мы давно расстались.
Весело…
– П-ф-ф! Откуда мне?
– Ну да, – хмыкнула Регина. – Всё время забываю, что вы словно кошка с собакой.
– Сойдетесь, – взял в руки акварельный карандаш. – Как обычно.
– На это раз нет. Он нашёл другую…
Регина откинула назад длинные тёмные волосы и вперила в меня свой непроницаемый взгляд из-под густых наращенных ресниц. После она наигранно вздохнула, взяла со столешницы свой телефон, разблокировала его и повернула экраном ко мне.
Оттуда смотрела блондинка с яркими голубыми глазами и улыбкой, сверкающей как грёбаный звездопад. Симпатичная… и совершенно не похожа на Филатову. Какая-то настоящая, что ли.
– Маша Савельева, – со злостью и ядом выплюнула Регина. – Староста нашей группы. Нудная выскочка… что только он нашёл в ней?
– Откинь в сторону внутреннюю стерву. Она красивая. И, очевидно, умная.
– Я тебя умоляю, Ян… кому это интересно? – она посмотрела на мой холст и перегнулась через плечо, пытаясь лучше рассмотреть. – А это кто?
– Неважно.
С мольберта на меня смотрело лицо Пожаровой. Я и сам не понял, как это у меня получилось. И в какой конкретно момент начал писать именно её.
Дьявол.
Эта ведьма уже все ментальные каналы собой заполнила.
– Дай телефон, Филатова.
– Зачем?
– Я тебя не ноги прошу раздвигать. Дай грёбаный телефон.
– Лечиться тебе надо, Ян. Псих.
Но смартфон всё-таки протянула, с издевательской усмешкой наблюдая за моими действиями.
А что я?
Готов сам ржать над тем, куда вдруг скатился. Если это не дно, то я не знаю, что это тогда.
Это уже нифига не смешно. Меня ломало по Пожаровой по полной, мать её, программе.
Нажал на иконку знакомой социальной сети и вбил в поиске её ник. К моему счастью, булочка выложила несколько фото.
И да, она действительно умотала к чёрту на куличики.
На одном снимке она позировала на фоне голубого деревянного домика, на втором – сидела на больших садовых качелях в кругу яблонь и смородиновых кустов, на третьем забралась на стог сена и улыбалась во все тридцать два зуба, а на четвёртом стояла в обнимку с рыжеволосым долговязым парнем, лицо которого было сплошь усыпано веснушками.
Что за хрень?!
У меня реально все внутренности вспыхнули, и пожар внутри разгорелся с новой силой от одной только мысли о том, что готов с ней сделать.
Скопировал геолокацию и отправил себе…
– Девушка появилась? – хохотнула Регина, забирая телефон.
Скорее смылась. Но за это она ещё получит по заднице. Уже через какие-то десять часов.
– Лучше сделай что-нибудь со своей мазнёй в духе посредственного экспрессионизма.
– А ты её ревнуешь, – озвучила Филатова мои собственные мысли.
Ревную.
Потому что МОЁ – значит МОЁ.
Я не собираюсь ни с кем делиться Пожаровой. И плевать, что думает об этом сама Аврора.
Глава 27. Давай поговорим
Почему так сильно саднит в груди?
Почему мне тебя не хватает?
Вот моё сердце, лови!
Держи и жди, когда мятный лёд оттает.
Но этого никогда не случится, знай —
Я окончила с отличием твою школу.
Остался в прошлом ванильный наш май
И ребра мои, стертые в мелкую крошку.
И если улыбнешься вдруг мне,
То я не куплюсь на эти чары.
Тому, кто всегда на коне
Нравится слушать в свою честь фанфары.
Я буду играть на струнах стекла
Нашу с тобой историю.
Зачем нужна моя душа?
Ведь ты всегда найдёшь себе новую.
/Аврора/
Неделю спустя
– Не останавливайся! – в исступлении кричу я. – Возьми меня!
– Я ещё никогда и никого так не хотел, – хрипло отвечает Ян, покрывая моё лицо беспорядочными поцелуями.
И каждое его слово отдаётся микро-оргазмами в моём грешном теле, которое сейчас просто адски ноет от невыносимой огненно-сладкой боли.
Задыхаясь от желания и без остатка растворяясь в бездонном омуте страсти, я… просыпаюсь.
Дьявол!
Неудовлетворенно простонав, со злостью отшвырнула от себя подушку, так что она улетела в дальний угол комнаты.
ЭТО. ПОЛНАЯ. ЗАДНИЦА.
Даже во сне я его хочу.
Даже во сне я не могу сопротивляться гребаному Яну Сотникову.
Моё тело достигло самой крайней точки кипения. Мне нужна долбаная разрядка. Пришлось опуститься до банальной мастурбации. Где я с закрытыми глазами представляю в своих мыслях ненавистное и прекрасное лицо Яна, и трогаю себя так, как делал это ОН…
Такими темпами очень скоро дойдёт до того, что я закачаю в свою видео-библиотеку коллекцию горячей порнушки и приобрету парочку вибраторов.
Прошла уже целая неделя с моей последней встречи с мистером-я-трахаюсь-как-тёмный-бог.
И по большей части я о нём почти не думала. Если только немного по ночам (вот, как сегодня, да!), утром, поздним вечером и иногда ещё и днём…
Господи!
Как заставить себя перестать?
Ведь именно по этой причине раньше времени сбежала из города в деревню к бабушке и дедушке. Не от Яна. А от самой себя. Потому что за пару дней в четырёх стенах слишком часто ловила себя на той мысли, что соскучилась по нему. Невероятно сильно!
По его рукам. По его губам. По нему – в моём теле.
Разве можно пасть настолько низко?
Это не дно и не Ад. Это гораздо ниже. Где-то на тысячу уровней вглубь Преисподней. Где нет ничего, кроме тьмы, пустоты и разрушающего всего огня. И в этом пожаре я добровольно сгораю, превращаясь в едкий дым от костра, распадаясь на осадки токсичного пепла… пепла нашей любви.
Вырвать бы Сотникова из головы и из сердца, забыть навеки, вычеркнуть, отформатировать раздел в моих воспалённых мозгах, отвечающий за воспоминания о нём!
Не могу доверять себе тогда, когда он так нужен мне. Ещё немного и я готова буду добровольно прыгнуть в объятия Яна (вернее на Яна)! Или того хуже, начну настойчиво искать с ним встречи.
Я знала заранее, что заниматься с ним сексом – огромная ошибка. Размером с Солнечную систему.
Теперь пришло время для того, чтобы взять передышку и навести во всём ментальном бардаке безукоризненно идеальный порядок.
Чёрт возьми, это ненормально!
Постоянно думать о нём, проверять сообщения в социальных сетях, отслеживать пропущенные и мониторить его странички….
Если бы он только дал мне повод почувствовать себя использованной и преданной… но нет! Ян не выложил ни единой фотки с какой-нибудь очередной пластмассовой куклой. Ноль активности. Ушёл в полный минус!
Даже моя мамаша, очевидно, не собирающаяся сваливать из нашего дома в ближайшем будущем, стала волновать всё меньше и меньше. Честно говоря, мне тупо было плевать на эту женщину.
Все мои мысли занял Ян. Захватил моё тело и душу, словно долбаный демон. И никакие экзорцисты, защитные заклинания или святая водичка уже не в состоянии помочь изгнать его.
Один раз меня переклинило на молекулярном уровне. Да так, что Фрейду и не снилось.
Просматривая бесконечные фотографии чистого-секса-во-плоти, принялась набирать ему сообщение и заметила это только в конце… едва не отправила.
Боже!
Оказалась буквально на волоске от смерти. Какая-то ничтожная секунда отделяла от шага в бездну. Имя которой Ян Сотников.
Мне было страшно, стыдно и не по себе одновременно. Ничего подобного я не могу испытывать по отношению к этому парню. Иначе снова превращусь в ту жалкую, слабую и бесхребетную Аврору Жарову из собственного прошлого. А я больше не ОНА. Давно выросла из тех качелей.
Тогда я просто собрала волю в кулак и заблокировала его везде. А потом купила билет на поезд, собрала чемодан и уехала в деревню. Рубанула все каналы одним махом. Спалила мосты не глядя.
Куда же привёл меня мой сногсшибательный и гениальный план?
Лежу на веранде в летнем домике, пришибленная суровой реальностью. После жестокого сна, где мы были вместе. Где он почти любил меня…
Же-ее-сть.
Отпуск казался хорошей идеей. Смена локации, свежий воздух, речка в пяти шагах от дома, вкусные бабушкины пирожки каждый день…
Хотя, если я буду и дальше уплетать их за обе щеки, то точно вернусь в Питер с багажом лишних килограммов.
Я действительно прекрасно провожу здесь время.
Деревенская атмосфера действовала очень благотворно. Тем более, что безумно соскучилась по бабуле и дедуле.
Вставала рано. После завтрака помогала по хозяйству и в огороде, ходила в лес за ягодами, купалась в речке и даже уже помыться в бане успела. А вчера из Москвы приехал мой двоюродный брат Костя.
Мы весь вечер проболтали за просмотром телевизора и привычной игрой в карты. Пять дней пролетели незаметно. Вот только время отказывалось выполнять свою главную функцию – оно совсем не лечило.
Кое-как подняв себя с кровати, доковыляла до душевой, где умылась, почистила зубы и заплела волосы в удобную косичку. Вернувшись на веранду, переоделась в купальник, взяла полотенце и отправилась на речку, чтобы искупаться. Мне срочно нужно освежиться, пока ещё не так жарко…
Когда вернулась, Костя уже проснулся. Брат установил в саду несколько мишеней и сейчас мастерил самодельный лук. Один был уже готов и дожидался своего часа на садовой скамейке. Там же Костя сложил и стрелы.
– Доброе утро, – я взяла в руки одну из стрел. Шершавая…
– Как насчёт пострелять? – подмигнул мне брат.
– Проиграть не боишься?
– Брось, Ава. Скука смертная… развлечёмся хоть.
Он взъерошил свои огненно-рыжие волосы и заразительно улыбнулся.
– Ладно, Стрела. Твоя взяла. Сейчас, я только переоденусь…
За спиной послышался громкий звук тормозящих по песку шин. Обернулась, увидев знакомый чёрный внедорожник, остановившийся прямо напротив нашей калитки.
Нет, конечно же, не знакомый. Просто похожий. Потому что это не может быть ОН.
– Мы кого-то ждём? – протянул Костя заинтересованно.
– Заблудились проезжие скорее всего.
В этот самый момент дверь с той стороны машины громко хлопнула и через пару секунд в калитку вошёл водитель…
Будь у меня вставная челюсть, то она бы с громким шумом рухнула на землю. О, нет! Она бы давно валялась, раскрошенная в мелкую пыль.
Что, чёрт возьми, он здесь делает?!
Ян растянул губы в своей стандартной самоуверенной и наглой улыбке, окинув меня по-настоящему тёмным, порочным взглядом.
Готова поклясться, что моя кровь дошла до температуры расплавленной лавы за считанные мгновения, а позвоночник прошибла тепловая волна, заставившая тело самовоспламениться.
– Поговорить надо, Пожарова.
Дьявол!!! Ян припёрся, чтобы поговорить?!
Да он больной на всю голову!
Кажется, готова воткнуть в его эгоистичный зад стрелу. Пусть и самодельную. Уверена, больно будет так же.
– Аврора, это твой парень, что ли? – спросил Костя.
– Без шансов, тощий. У тебя есть шанс свалить, пока я добрый.
Гребаный псих.
– Это мой брат, придурок!
– Ревнивый у тебя бойфренд, сестренка.
Послала Косте умоляющий взгляд. Он понимающе кивнул, развернулся и направился в дом.
– Ну, чего тебе надо?
– Я соскучился.
– Может, у тебя лихорадка?
– Пожарова, я серьёзно.
– Тогда накурился.
Он вздохнул и сделал несколько шагов по направлению ко мне, но я взяла в руки лук и зафиксировала стрелу не в самом надежном на свете креплении, слегка оттянув тетиву.
– Дёрнешься и я сдержу обещание, Сотников.
– Я проехал почти шестьсот километров не для того, чтобы получить в зад стрелу.
– Для чего же?
Небесная голубизна его глаз пронзила меня насквозь. А Ян припечатал меня к месту ударом шаровой молнии всего лишь своим ответом:
– Давай попробуем.
– Речь не о наркотиках, я надеюсь?
Он приглушённо рассмеялся, почти вынуждая растаять. Будто та самая воздушная ванильная сладкая маршмеллоу.
– О нас, Пожарова.
Что значит «о нас»?..
Глава 28. Блюдечко с золотой каёмочкой
В моём бокале плещется яд,
Он весь и полностью твой.
Этот отравляющий лёд-лимонад
Не оставит меня живой.
И пока антидота нет,
То не полечу за тобою в бездну.
Я послушала мудрый совет:
На «стоп» поставила старую песню.
/Аврора/
Даже сейчас я сильно сомневалась в том, что всё происходящее действительно реально. Очень хотелось списать Яна Сотникова на мою очередную больную галлюцинацию.
– Ты мне что-нибудь ответишь, Пожарова? – сверкнул гад белоснежными зубами.
– Что?
– Ну, например, как я рада тебя видеть, Ян!
В удивлении приподняла брови и отрицательно покачала головой.
Самая раздражающая на свете улыбка до сих пор не стерлась с его губ. Но дальше и того больше. Он произнёс нараспев всем известную строчку из песни группы «Руки Вверх»:
– Забирай меня скорей, увози за сто морей…
И с таким выражением, словно я была просто обязана здесь и сейчас рухнуть в его жаркие объятия. Или просто рухнуть.
Фантастическая наглость.
Уже и забыла, что его самоуверенность может достигать настолько грандиозных масштабов, сравнимых лишь с размером нашей галактики. Хотя в эту самую минуту львиная доля моего внимания приходилась на разглядывание смазливой физиономии Яна. Его губ, целовавших с диким напором и первобытной жадностью. Рук, ласкавших моё тело в запретных и чувственных местах…
Я ненормальная. Лечиться надо! Моё сердце нужно отдать на срочную реабилитацию в какое-нибудь анонимное общество.
«Здравствуйте, меня зовут Аврора и я уже двадцать один день живу без парня-мудака…»
СТОП!
Он мне не парень! Никогда не был им и не станет!
Куда это меня понесло?
До мурашек испугалась перспективы оказаться одной из тех глупых девочек, какие не в силах обрубить канаты, связывающих их с токсичным бойфрендом… ну опять…
Мы просто трахались пару дней. Грубо и жёстко. Не нужно романтизировать то, чего нет.
Говорят, от любимых не уходят. И ни то, чтобы я ЛЮБИЛА Яна, но…
Уходят от всех. От красивых и умных, от богатых и весёлых, уходят даже от самых лучших. Туда, где ценят, уважают, понимают. По мне лучше быть одной, чем по собственной воле позволять замуровывать себя в кокон из ядовитой паутины.
– Давай. Не ломайся, Пожарова.
– Предлагаешь солгать? Увы, я перевыполнила на этой неделе свою месячную норму. Так что должна говорить людям исключительно правду ещё две недели.
В его глазах постепенно разгорается привычный адский пожар. И мне приносит особенное сладкое удовольствие делать языки страшного тёмного пламени ещё ярче и жарче.
Наверное, я конченная мазохистка. Иного ответа нет.
Как ещё объяснить то, что вытворяю?
Всего пару часов назад Сотников был главным героем моих эротических кошмаров (да-да именно их! Инкуб чёртов!), а уже сейчас он стоит передо мной…, и я мечтаю больше всего на свете только о том, чтобы он под землю провалился.
Поговорить приехал, видите ли.
О НАС!
Какие МЫ, к Дьяволу?!
Реально… этот парень либо обкурился, либо нанюхался, либо выпил слишком много крепкого алкоголя. Возможно, всё сразу.
Представить страшно, на что он способен. Специально уехала в лесную глушь, подальше от него. Из города, где соблазн кричать Сотникову «ДА» нон-стопом слишком велик.
– Марьяна сдала?
– Плохо думаешь о своей сестре, Пожарова.
О, нет.
Я думаю о Марьяне ровно так, как есть. Ни больше, ни меньше. Впрочем, даже если бы она вдруг проболталась, то я бы узнала об этом первой.
– В любом случае, проваливай назад.
– Когда выкладываешь фотки со всякими упырями, то убирай геолокацию.
Долбаный сталкер.
Но больше меня беспокоило не то, что он вычислил меня и приехал в деревню к бабушке и дедушке…
Ян всерьёз ревнует к Косте?
Боже, зачем! Не плевать ли?
Да, плевать! Причём с высокой колокольни. Пусть сколько угодно кипятится и плавится в своём яде, а меня оставит в покое. Я даже готова бросить в этот шипящий и скворчащий на углях моей ненависти котёл целую банку лаврового листа.
– Придать тебе ускорения, Сотников?
– Ты не станешь стрелять, – он бросил на меня короткий взгляд, от которого всё внутри моментально вспыхнуло. – Признай, что рада мне.
Может быть и так.
Вот только Ян никогда не узнает об этом.
О том, что где-то очень глубоко внутри моего сознания всё еще сидит маленькая наивная девочка Аврора, мечтающая о красивом жестоком блондине с небесно-голубыми глазами. Я и сама не верю в её существование. Она сдохла вместе с калейдоскопом бабочек, моей фатальной и страшной неразделенной юношеской любви.
И едва Ян дёрнулся в мою сторону, я отпустила тетиву, позволяя самодельной (почти игрушечной!) стреле сорваться с гнезда.
Несмотря на то, что стрела была выстрогана Костей из старых веток рябины, она ничуть не уступала настоящей. По крайней мере, снаряд прилетел точно в бедро Яна, заставив парня сморщиться от боли и накрыть место поражения своей огромной рукой.
Не так и больно, как он прикидывается…
Наконечника как такового нет. Костя только заострил его с помощью ножа. Но страдальческая моська Сотникова зачем-то пробудила спящую долгими годами совесть, и я засомневалась в том, что правильно поступила.
Шучу…
Прихрамывая (уверенно, что специально!), Ян доковылял до садовой скамейки и рухнул на неё.
БОГИ.
– Понял, – усмехнулся он и бросил стрелу на столик. – В нашей паре ты Отелло.
– Я не ревную тебя, – подошла ближе и взяла стрелу в руки. – Просто хочу, чтобы ты унёс свою задницу подальше от меня.
Он обхватил меня прямо за попу, накрыв ладонями ягодицы и притянул к себе. Лицо Яна оказалось на одном уровне с моей грудью.
Слегка влажное после купания тело принялось вырабатывать сверхъестественный жар. Ещё чуть-чуть я стану парогенератором в руках у этого наглого и озабоченного сталкера.
– А я тебя ревную, – ответил он. – Жесть, как сильно, Пожарова.
– Не верю.
Я тебе не верю…
Сотников рванул меня к себе на колени и грубо впечатался в мои губы своими.
Могу сказать с непоколебимой уверенностью, что ненавижу его. Каждой клеточкой своего тела. Но в то же время каждой клеточкой тела я безбожно скучаю по нему…
Так сильно, что сейчас была готова забыть обо всём, что решила для себя всего пять минут назад. Про свою гордость, душу и сердце. Опасно близка к тому, чтобы вручить их ему.
На блюдечке с золотой каёмочкой, чтоб его!
* * *
/Аврора/
Понятия не имею, откуда нашла в себе силы оттолкнуть Яна.
Разорвать этот грешный, тёмный и порочный контакт, ведущий в никуда.
– В чём дело, Пожарова?
– Уезжай, Ян.
Отчасти наслаждалась тем, что Сотников сделал это. Преодолел многокилометровое расстояние, чтобы увидеть меня…
Нет, не увидеть. А добиться своей цели! Согласитесь, это совершенно разные вещи.
Не представляю, какие демоны сейчас подняли бунт в его голове и что заставило его притащить свою задницу именно ко мне, но всё это не может быть той правдой, которая нужна мне. Весь Ян – это одна сплошная ложь. Капслоком – ЛОЖЬ!
– Ты вообще в курсе, от чего сейчас отказываешься?
Вот и мистер «Абсолютное Совершенство» вошёл в чат. Давно его не было. Я уже думала, с церберами искать придётся.
– Раскрой страшный секрет.
– Я тебе встречаться предлагаю.
Любая бы на моём месте в обморок от восторга упала. А я старалась не обращать внимания на своё глупое сердце, работающее на износ и стирая кости в пепел, функционируя на внеземной частоте.
– Ну и почему? – устало выдохнула.
– В смысле?
– Почему ты выбрал меня, Сотников? Из всего твоего цветника топ-моделей по-американски?
– Хочу поддержать отечественного производителя.
Просто человек-анекдот…
– Смешно.
– Аврора, я выбрал тебя без всяких причин. Я хочу сделать тебя своей.
Порой кажется, что наглость Яна не способна на ещё большие рекорды, но, чёрт побери, я ошибаюсь в нём снова и снова.
– А ты у нас, оказывается, практически Арабский Шейх.
Он мимолётно провёл по моему бедру подушечками пальцев, пуская по коже высоковольтные разряды. Я почти почувствовала, как своими движениями он замкнул цепь напряжения. Настолько мощным током, словно нас двоих пригвоздила к месту шаровая молния.
– Если блиц-опрос окончен, то собирайся и поехали, Пожарова.
– Ты сказал, что выбрал меня. Но это не значит, что я априори согласна.
Ян искренне удивился, захлопав глазами. На пару секунд зависла, погружаясь в этот бездонный бирюзовый омут, обрамлённый пушистыми длинными ресницами. Хлопай и взлетай, что называется…
– У тебя есть парень? – прищурился и приблизил своё лицо к моему.
Одно неверное движение и наши губы вновь начнут заниматься откровенным развратом. И когда это опять произойдёт, то я проиграю по всем фронтам. Сдам свои бастионы без возможности дальнейшей реабилитации.
– Нет у меня парня, Ян.
– Тогда я ни хрена не понимаю, Пожарова.
Ну ещё бы!
Сотников и в ночном кошмаре не смог бы вообразить, что его кто-то продинамит.
– Ответ «нет» тебя не устраивает?
– Категорически. Мы нравимся друг другу, к чему сложности?
– Я тебе не нравлюсь.
– Нет, – он усмехнулся и почти нежно поцеловал меня в губы. – Я тобою одержим. Горю с тобой, Аврора. Неужели ты не видишь? Тебе стоит достать свои дурацкие очки…
Придурок!
– Сотников, я не хочу, чтобы ты был моим парнем, понимаешь? Мой парень – тот, кому я доверяю хотя бы на восемьдесят процентов. А в тебе я не уверена и на тридцать. Ты ненастоящий, фальшивый, думаешь только о себе и…
