Текст книги "Культиватор Сан Шен III (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

ГЛАВА 25

Стоило предводителю демонов сдохнуть, как по окрестности разошлась странная волна. Это был не ветер, не звук в прямом понимании, не что-то похожее на, пусть будет статическое электричество, которое можно ощутить в некоторых местах, например, на подстанциях или после сильнейшей грозы. Но я это чётко ощутил и телом, и сутью культиватора.

Почувствовали волну и рядовые демоны. На них она оказала куда как большее давление и последствие. Ближайшие к месту нашей схватки резко повернулись ко мне спиной и со всех ног бросились прочь, стремясь затеряться среди скал и куцых зарослей растительности на плато. За ними устремились прочие. Спустя считанные минуты на поле боя среди трупов и умирающих демонов остались только мы с Канти и две мои тени. Последних я развеял, убедившись, что враги не собираются возвращаться.

– Цела́? – первым делом спросил я четырёхрукое чудище. По внешнему виду было непонятно насколько моя спутница пострадала. И пострадала ли вообще. С ног до головы её тело заливала тёмная кровь демонов и покрывали ошмётки их тел – какие-то сгустки, куски чужой чешуи, шерсти и стружка от рогов и костяных бляшек.

Та молча кивнула, а затем верхней парой рук стёрла всю грязь боя с лица и шеи.

– Тогда идём к месту ритуала. Это где-то там, – я махнул рукой в нужном направлении. – Точнее, побежали.

Я передвигался через тени. Так мне было проще, комфортнее и можно было быстро проводить разведку. Канти неслась следом на огромной скорости.

Там, где я вчера наблюдал возню демонов над ритуальным рисунком, сегодня было почти пусто. Всего пяток зверодемонов жадно рвали трупы, приготовленные на заклание. Канти сходу порвала их всех за считанные секунды.

Здесь были все мертвы. Люди, изменённые животные и низшие демоны в клетках оказались убитыми. Их не принесли в жертву, их просто прикончили. Наверное, кто-то из прислужников генерала оставался следить за ритуальным местом. Почувствовав смерть вожака, приказал подчинённым убить всех и уходить. Рабыни тоже остались в шатре на скале. Их тела покрывала ярко-красная кровь, которая, казалось, сочилась из пор на коже. На лицах застыла гримаса страшных мук, но никаких ран я не увидел. Предположу, что причиной такой страшной гибели стала смерть их хозяина от моей руки.

При всём при этом от ритуального рисунка мощно тянуло страхом, холодом и тленом. Демоны отсюда ушли, но в любой момент могут вернуться, чтобы доделать работу. На такой случай Анджали дала мне особый амулет. Он выглядел как большое хрустальное яйцо с сотнями сверкающих граней, заполненное приятным жёлтым свечением. Размахнувшись, я метнул предмет в центр незавершённого чертежа. Ударившись о каменную поверхность, яйцо треснуло. Из него во все стороны хлынул яркий свет. При этом он не слепил, но закрыл собой все окрестности. Как будто мы с Канти оказались в светящемся густом тумане. Эффект продлился около пяти минут. И когда туман схлынул, то никакого давящего ощущения ритуального рисунка больше не было. Я реально вздохнул полной грудью и расправил плечи. Только сейчас осознал, как на меня давил незавершённый тёмный ритуал. Словно шёл против пронизывающего шквального ветра.

На лицах моих спутников отразилось огромное облегчение, когда они увидели меня и Канти. В их глазах я был ценнее… Пирамиды. Наверное, в этом они и сами себе не признаются, но факт такого есть. Пирамида стояла и ещё долго будет стоять, даже после чёрного ритуала и постоянных атак демонов. А вот избранный то ли ещё будет, то ли нет. И уж точно мой сменщик не появится при их жизни. А ещё и настоятельница и первожрецы в курсе, что у меня лежит в пространственном кольце и для чего эта вещь нужна. Про себя они лелеют надежду, что с помощью скрижали будет разрушен один из трёх главных Чёрных Столпов, на которых стоит стабильность власти и силы демонов.

О своих догадках по поводу того, что боги оценили важность данного Храма выше чем моя миссия я не стал никому говорить. Вполне может быть я банально ошибаюсь из-за разницы менталитета, отсутствия особых знаний и взглядов на окружающий мир. Может, местные слепки богов способны заглядывать в будущее, и там увидели мою победу.

Новой награды за поражение генерала демонов и его многотысячного войска с разрушением ритуала я не получил. Да и не надеялся. Успел сообразить, что все те плюшки и «облизывания» богиней были обычным щедрым авансом. Мало того, сама победа, как и сам минувший бой были мне наградой. Мой резерв Ци перевалил за сорок тысяч. В копилку техник добавился призыв нескольких теней, обладающих невероятной силой. А ещё повезло урвать у мёртвого демона одну из его способностей. Для активации требовалось море энергии, но с моими возможностями я мог себе позволить такие траты.

– Избранный, ты завершил все свои дела в Храме? – поинтересовалась у меня Турамма.

– Да, – коротко ответил я ей.

– Тогда следуй за мной. Нам пора уходить.

– Турамма, я разогнал всех демонов и убил их предводителя. Мы можем вернуться в город прежним путём. Разве это не будет быстрее?

– Риск всё равно слишком велик, господин Шен, – немного иным тоном ответила мне женщина. – Пусть наша дорога увеличится, но зато мы точно придём во Фьярст. Сейчас, когда мы получили всё ради чего рисковали жизнями, даже крошечный шанс провала нельзя допустить. Возможно, демоны уже гонят сюда новую армию с новым владыкой. Или не одного. Стоит им встать на наш след и тогда нам не уйти. Твари будут преследовать наш отряд до самого города, а по пути превращать всю землю на своём пути в выжженные пустоши. Я знаю, что говорю. Уже видела такое много лет назад.

– Ясно, – пожал я плечами и задал новый вопрос. – Турамма, а почему мы тогда не могли попасть сюда из другого Храма?

– Местная Пирамида находится в окружении очень мощной пелены демонических эманаций. Пробиться сюда извне невозможно. Только уйти, причём с рядом условий. Для обычного человека такой путь невозможен.

– Ясно, – повторил я.

Если в первое свое путешествие между Храмами я спал, то сейчас всё прошло при ясном сознании. Но даже так я почти ничего не заметил и не почувствовал. Небольшая дезориентация, потемнение в глазах и вот уже осознаю, что нахожусь совсем в другом месте. Зал был чуть не такой просторный по площади, потолок ниже, опорных колонн меньше.

Храм принадлежал сразу двум богам. Васанту Плодородному и Оки́иру Золотому. Территория имела чёткую границу в виде аллеи из акации и пальм, делившую её на две части. Каждый бог имел отдельную пирамиду и ряд небольших построек: ротонды, беседки, арки с плющом и лианами, навесы для отдыха больших групп паломников. Сами пирамиды с большой натяжкой напоминали геометрическую фигуру, давшую им название: широкое основание, сужавшееся к верху до одного остроконечного шпиля. Стены были усыпаны портиками, статуями, башенками.

Здесь мы задерживаться не стали. Быстро покинули храмовую территорию и окружающую его святую землю. Земли, куда мы перенеслись через храм, чем-то напоминали африканскую савану во время сезона дождей. Полное разнотравье, множество цветов, виднелись как отдельные деревья, так и их крошечные группки. Достаточно ровная местность с мизерным количеством невысоких и ярко выраженных холмов.

– Нам в ту сторону, – махнула рукой настоятельница на небольшую рощу из двух десятков пальм в паре километрах от Храма. – В часе хода отсюда течет небольшая речка, которая впадает в Хомуру́. По ней мы быстро доберёмся до Фьярста.

Хомуро́й звалась одна из двух крупных рек в провинции. Эти речки проходили сравнительно недалеко друг от друга. Немногим дальше, чем Волга и Ока в районе Нижнего Новгорода в моём родном мире. Только у меня Ока впадает в Волгу, а здесь реки проходят рядом с друг другом в полукилометре на протяжении нескольких километров, после чего резко разбегаются.

– Плот будем строить? – поинтересовался я. – Или есть возможность нанять каких-то лодочников?

Остальные молчали. Или знали больше меня, или всецело полагались на женщину.

– На Хомуре есть торговый посёлок. Там мы легко найдём корабль до города, – пояснила она мне.

– Понятно, – кивнул я в ответ.

Бежать по густой траве было тем ещё удовольствием. Даже для меня. Среди растений попадались обладатели настолько прочных и прилипчивых стеблей, что даже я ощущал сопротивление. Первожрецы и настоятельница, подбадривающие себя зельями и амулетами уже через полчаса стали выдыхаться. Вот где пригодился бы мой старый шаати. Не для меня, нет. На элементном ранге культиватора любое ездовое животное будет ему только мешаться. А вьючное при наличии пространственного амулета и того бесполезнее. Зато жрецы сказали бы огромное спасибо за возможность ехать на чьей-то спине. Но, чего нет, того нет.

Как и обещала настоятельница к первой речке мы вышли примерно через час после того, как покинули храмовую землю. Её русло оказалось нешироким, от силы пять метров в самой широкой части. Зато дно на всём протяжении, по крайней мере там, где мы шли по берегу, было очень глубоким.

«Сейчас бы нам какие-нибудь надувные лодки пригодились бы. Или ручной кит с широкой спиной», – помечтал я.

К Хомуре́наш отряд вышел уже в сумерках. По дороге никого из людей не встретили. Следов человеческой деятельности тоже. Видели только животных. Дважды сталкивались с волчьими стаями. Один раз с полчаса шли параллельно по разным берегам с прайдом крупных лохматых хищников, похожих на енотовидных собак, если бы те отожрались до размеров тигра. Раза три поднимали с водопоя косуль или антилоп. Также постоянно в траве замечал крупных длинноногих птиц с коричневато-песчаной расцветкой оперения с вытянутыми шеями и мясистыми чёрными гребнями как у деревенских петухов.

На берегу большой реки – до противоположного берега было под три сотни метров – отряд сделал десятиминутный привал. Умылись, перекусили, попили воды, разулись, чтобы дать отдых ногам. Я помечтал о том, как было бы хорошо, если бы здесь росло деревьев побольше и те сами были покрупнее, потому как имеющихся не хватит на плот. Да и сами они совсем не то, что хочется видеть под своими ногами в качестве преграды между далеким речным дном.

Уже глубокой ночью мы подошли к остаткам крупного посёлка. По словам настоятельницы, здесь раньше был большой речной поселок с рыбаками и рабочими, обхаживающими проплывающие мимо суда. Сейчас же моим глазам предстали руины. Обгорелые пеньки от частокола, широкие впадины на месте волчьих ям, пожарища там, где стояли хижины из дерева и коробки с выгоревшими крышами с дырами в стенах из глины или камней.

– Неожиданно, – с лёгкой долей растерянности произнесла Турамма. – Это затянет наш поход.

– Интересно, кто это сделал? Пираты? Бойцы из враждующих кланов неожиданно здесь встретились? Демоны? – произнёс один из первожрецов.

– Будто это нам как-то поможет, – пробурчал один из его коллег.

А второй добавил:

– И мне нисколько не интересно.

Мы рассчитывали сделать в поселении длительную остановку. Пока Турамма лично или кто-то из храмовников договаривался бы по поводу речного транспорта для нашего отряда, остальные смогли бы как следует отдохнуть. И сделали бы это в тёплом светлом помещении, с горячей ванной, пусть та и была бы какой-нибудь бочкой или большой лоханью, нормально приготовленной пищей. А храмовники в том числе рассчитывали получить и толику женской ласки. Их шепотки на эту тему я прекрасно слышал.

А тут такой облом.

И всё же полностью наши планы на ночлег местная картина запустения не разрушила. Мы всё равно остались ночевать здесь. Лишь отошли на пару сотен метров от сгоревшего частокола, отыскав пологий маленьких пригорок. Здесь развели костёр и установили несколько палаток. Всеми хозяйственными хлопотами и охраной занялись храмовники. Собственно, они и брались в качестве обслуживающего персонала и… как расходный материл. Полагаю, что каждый из воинов сейчас счастлив до поросячьего визга, что благодаря мне сохранил жизнь. И то, что им сейчас приходится суетиться по хозяйству – это малая цена за столь бесценный дар как жизнь.

Жрецы, скинув вещи, полезли в реку, где проторчали с полчаса, смывая дорожную грязь с себя и вещей. Я занимался тем же самым, но в сотне метрах выше по течению. Рядом тут же пристроилась Канти. Девушка ничуть не смущалась моего обнажённого тела. Как и того, что сама престала передо мной в костюме Евы. От такой картины я уже стал предвкушать, как проведу остаток ночи. Что это как не намек? И вдруг она лукаво мне улыбнулась, быстро пошла к берегу, ведя кончиками пальцев по поверхности воды и бросила мне:

– Задержитесь в реке ещё ненадолго, мастер.

– Хм?

Я смотрел ей в спину до того момента, пока девушка не оказалась на берегу. Там она накинула на плечи накидку из тонкой ткани, скрыв свои прелести до середины бёдер,

подобрала свои вещи и ушла в сторону лагеря, быстро скрывшись с моих глаз.

«И что это значит?», – пронеслась в моей голове мысль.

– Господин Шен, не поможете мне с омовением? – голос настоятельницы прозвучал, как гром от своей неожиданности. Уйдя в свои мысли, предвкушая, как проведу эту ночь в палатке, лаская прекрасную партнёршу, я совсем перестал обращать внимание на окружающий мир, поэтому появление на берегу Тураммы стало неожиданностью. Женщина вышла из темноты и встала примерно там же, где полминуты назад собирала свои вещи девушка-оборотень.

«Всё подстроено? Интересно, как Турамма сумела договориться с Канти о таком?» – вихрем пронеслись в моей голове вопросы. Позже постараюсь получить на них ответы, а пока что ждут ответа от меня. – Разумеется, Турамма.

Женщина скинула с плеч большой пёстрый платок. Под тканью не было ничего. Только то, что ей даровала природа. А подарила она настоятельнице только хорошее и немало. Крупные груди немного отвисали под собственной тяжестью. Плоский животик с чуть заметными полосками пресса был украшен пятнышком пупка и переходил в крошечный треугольник чёрных кудрявых волосков. Широкие и гладкие бёдра приковывали взгляд. И в целом ножки у женщины были выше всяческих похвал. Ни отнять, ни прибавить. У меня из головы вылетели все мысли, все воспоминания о том, что ещё несколько дней назад это была сморщенная как изюм старуха.

Дав мне несколько секунд полюбоваться собой, настоятельница сделала шаг в воду и медленно двинулась ко мне. Пока она шла, я обратил внимание на то, что её волосы были влажными. То есть, настоятельница уже успела искупаться и привести себя в порядок. А омовение здесь не более чем повод оказаться рядом со мной.

На губах у неё заиграла обещающая улыбка. Хорошо, что я стоял в воде по пояс и та скрыла мою реакцию на происходящий акт соблазнения.

– Потри мне спину, избранный, – прошептала она, остановившись в метре. Ещё секунду смотрела мне в глаза, а затем повернулась ко мне спиной и одновременно сделала большой шаг назад. После последнего движения наши тела прикоснулись друг к другу.

Глава 26

ГЛАВА 26

– И что это было ночью, а, Канти? – поинтересовался я у своей помощницы.

– Вам не понравилось, мастер? – вопросом на вопрос ответила она. И как мне показалось, он был совсем не риторический. Ей в самом деле была важна моя реакция на то, как я провёл время в палатке с настоятельницей.

– Не понравилось? – переспросил я. – Скорее наоборот! Всё настолько понравилось, что буду совсем не против повторить. Но я хочу знать, почему ты на это пошла⁈ Вместо Тураммы в эту ночь со мной могла быть ты.

– Настоятельница смогла найти слова, которые я приняла. Вреда она тебе не могла причинить. А вот удовольствие могла дать – и дала ведь – столько, сколько не смогу я, мастер. А ещё я видела, как вы несколько раз на неё смотрели после храма. В вашем взгляде было вожделение, тяга мужчины к женщине. И это совпало с её желанием возлечь на ложе с избранником богини. Потому я и пошла навстречу её просьбам помочь в этом деле, – произнесла девушка чуть склонив передо мной голову. Помолчав несколько секунд, продолжила: – К тому же, если вы не прогоните меня прочь, то и меня ждёт впереди не одна ночь наедине с вами, мастер.

«Женщины – это реальные инопланетяне. Никогда и никто их не поймёт», – подумал я. слушая её речь.

– Я прощена, мастер? – с надеждой и опаской спросила Канти.

– В этот раз да. Но в следующий всегда советуйся со мной. А то уж очень необычный сюрприз получился.

– Да, мастер, – несмело улыбнулась та с видимым облегчением. – Разумеется так и поступлю.

Мы провели время до полудня, отдыхая недалеко от руин речного посёлка.

– Плывут! – до моих ушей донёсся голос храмовника, стоявшего на страже. – Корабли плывут!

На горизонте показались светлые пятнышки парусов. Понемногу они стали приближаться к нам.

– Было бы неплохо на них доплыть до города, – вслух предложил я.

В ответ моя ночная любовница хмыкнула и отрицательно покачала головой:

– Не станут они так рисковать. Проплывут мимо.

– Ну, это мы ещё посмотрим, – пообещал я. И приказал. – Собирайте вещи.

Корабельщики при виде нашей группы на берегу заложили крюк, чтобы пройти подальше от нас и ближе к соседнему бережку. На наши крики и жесты никак не отреагировали. Хотя вру, реакция была. И заключалась в том, что на палубе трёх небольших галер появилось с десяток воинов в доспехах и с оружием.

– Идите по берегу, а я к ним, – отдал я очередное распоряжение. После чего создал первую Водяную Ступень. С их помощью я быстро пошёл к кораблям на высоте трёх метров над водой.

Пока шёл, видел, как на судах началась страшная суета. Сначала ускорилось движение вёсел. Потом на палубе все вооружились и экипировались в броню.

– Ну и дебилы, – вздохнул я и швырнул одно за другой два облака Водяных стрел. Бил не по кораблям, а немного впереди, чтобы заклинания подняли фонтаны речной воды под носом судов.

Нет, так-то я бы и сам старался держаться подальше от большой группы незнакомцев в опасной местности, но пытаться демонстрировать агрессию в адрес сильного практика, который уже показал, что от него не скрыться… ну, это уже верх глупости.

На счастье корабелов, среди их командиров нашёлся один или даже парочка сообразительных и здравомыслящих людей. Они мигом всё поняли после демонстрации. Вёсла уже через минуту замерли, а оружие в руках вернулось в ножны или опустилось к палубе.

– Кто у вас старший? – крикнул я, дойдя по ступеням до самой крупной и более богато выглядящей галеры.

– Я, господин! – прокричал в ответ высокий мужчина с роскошной чёрной бородой, разделённой пополам с завернутыми концами в разные стороны. – Меня зовут Дван Хэтья.

Я сошёл по ступеням на палубу. Люди передо мной разошлись. Почти у всех на лицах застыл страх, но были и такие, кто поглядывал на меня со злостью и каким-то ожиданием. На всякий случай, чтобы свести к нулю глупые выходки с самыми плачевными последствиями для речников, я призвал Шершня. После чего посмотрел на бородача:

– Я Сан Шен. Избранный богини Анджали. Возможно, ты или кто-то из твоих людей про меня слышал. На берегу осталась настоятельница из главного храма во Фьярсте, служащей богу изменений Тари́мурти. С ней жрецы и храмовые воины. Нам всем нужно как можно быстрее попасть во Фьярст, и ты нас доставишь туда, Дван Хетья. За это тебе заплатят золотом.

– Да, господин, я всё сделаю, – торопливо ответил он. Да и что он мог ещё сказать после демонстрации моих сил? Право силы – это право силы. Даже приятно, что ли, иметь право на, хех, это право. Хоть и некрасиво, о чём мне напоминает совесть. – Сейчас отправлю лодку за уважаемыми жрецами, а вас прошу пройти в мою каюту и отдохнуть.

Каждая галера тянула за собой на канате крупную лодку. Ещё две маленьких и узких были закреплены на бортах чуть выше отверстий для вёсел. Сейчас все они были спущены на воду. В большую лодку забрались четверо гребцов. В маленькие сели двое. Всё это время корабли стояли на якорях. Атмосфера на палубах была та ещё. Почти все речники имели бледные лица и взгляды полные страха. Практики из экипажа и охраны держались недалеко от меня, но было видно, что они понимали насколько велика разница между мной и ими. Внутренняя Ци ощущается инстинктами, рефлексами, чем-то звериным, что есть в человеке. Так что меня они видели, как матерого тигра рядом со сворой тощих городских собак.

На корабле до Фьярста путь оказался лёгок и быстр. Настроение команды уже через несколько часов совместного плавания стало приемлемым. А к моменту, когда галера подошла к городской пристани, речники полностью успокоились. К тому ж первожрецы пригласили всех желающих в храм за бесплатным божественным благословением.

– Что-то тут шумновато, – заметил Раджат. – И многолюдно. И в целом как-то напряжённо.

Его слова относились к обстановке на улицах Фьярста. Здесь было очень многолюдно, многие вели себя нервно, на двух перекрёстках были заторы из-за толпы, которая собралась вокруг проповедников. О чём они кричали нам было не слышно. Соваться же в толпу не стали из экономии времени. Нас ждали в храме.

– Согласна с тобой, Раджат, – кивнула Турамма. После чего посмотрела на храмовников и своего первожреца. – Вы останетесь здесь. Узнайте, что происходит. Полагаю, вам трёх часов хватит. После возвращайтесь в храм. Но только не через главные ворота.

– Слушаюсь, госпожа, – поклонился ей первожрец.

Наш отряд разделился. Раджат с храмовниками направились в сторону одного из перекрёстков с проповедниками, а нас дальше повела настоятельница.

Чем ближе подходили к храму, тем многолюднее становились улицы. Я все чаще замечал молящихся, стоящих на коленях прямо на мостовой и повернутых головой в сторону храмового комплекса.

Метров за двести с небольшим до храма Турамма подошла к одному из домов и постучалась в его дверь. Не прошло и минуты, как в ней открылась смотровое окошко, ранее зарытое бронзовой слегка позеленевшей пластиной. На секунду там мелькнуло смуглое бородатое лицо. Человек с подозрительностью стал всматриваться в наши лица. особенно его привлекла Турамма.

– Не узнал, Хаблис? – произнесла она.

То ли голос, то ли интонации, то ли что-то ещё, оставшееся для меня тайной, позволило хозяину дома узнать женщину. С той стороны двери донёсся тихий возглас:

– Госпожа!

Заслонка вернулась на место, потом лязгнул засов, ещё один, звякнула цепочка и, наконец, дверь распахнулась. Сбоку от неё замер в поклоне невысокий среднего сложения мужчина в маленьком тюрбане, атласной жёлтой рубашке и темно-красных шароварах с тёмно-синим широким поясом, обмотанным вокруг талии. За пояс были воткнуты два кривых кинжала в серебряных ножнах.

Не говоря ни слова, настоятельница прошла мимо. Я шагнул за ней следом. За мной двинулись остальные. Как только последний первожрец переступил порог, хозяин (или быть может охранник) дома торопливо захлопнул дверь и вернул на место все запоры.

– Что происходит в городе, Хабли́с? – обратилась к нему Турамма.

– Позавчера пришло очень много последователей Анджали. С ними были гла́вы движения фанатиков, госпожа. В основном они заняли дома и улицы вокруг храма. Очень многие вошли в храм и там остались на ночь. Выгнать их не удалось, а силу применять никто из настоятелей не стал. Сегодня с утра по городу разошлись проповедники фанатиков, которые сообщают, что во Фьярст прибыл избранный Анджали и уже скоро он отправится бить демонов и освобождать земли от их тёмной силы. Ещё они утверждают, что Избранный побывал в Великой Пирамиде на плато Дракона, где сразил одного из высших демонов, который готовил ритуал по осквернению Храма. С утра ходят слухи, что в нашем храме была выставлена одна из реликвий богини Анджали. И она явила саму богиню, которая вещала о скором падении власти демонов и призывала к помощи своему избранному, – быстро, и прямо по-военному чётко ответил тот, словно доклад у него уже был давно заготовлен и отрепетирован.

– Хм, ясно, – задумчиво произнесла Турамма и бросила быстрый взгляд в мою сторону. Чуть помолчала и добавила. – Неплохой ход. Боги на нашей стороне, значит, решились идти до конца и больше не отсиживаться в Пирамидах. Главное, чтобы это всё не привело к кровопролитию во Фьярсте, – она вновь посмотрела на бородатого кинжалщика. – Хаблис, ступай и открой тайный ход.

– Слушаюсь, госпожа, – поклонился тот и торопливо скрылся в комнате слева. Там раздался стук, как он камней или кирпичей, укладываемых в стопку. Спустя несколько секунд послышался протяжный скрип и тут же пощёлкивание, словно при натягивании цепочки в старинных часах «ходиках». – Всё готово, госпожа!

– Идём, – резко дёрнула головой женщина и первой направилась на звук голоса хозяина дома.

Когда я вслед за ней вошёл в комнату, увидел узкий и низкий проход сбоку от большого очага. Всего лишь полтора метра высотой и не более пятидесяти сантиметров в ширину. За ним начиналась такая же узкая и низкая лестница с неровными ступенями, вытесанными целиком из крупных булыжников. Тот же покойный Малай или тот жрец из местного храма с саблей, с которым я встретился у алтаря под землёй, тут не имели бы ни малейшего шанса протиснуться.

Худо-бедно один за другим мы пролезли в щель и спустились по лестнице. На глубине двух человеческих ростов она расширилась достаточно, чтобы мы перестали обдираться бока и головы о шершавый камень.

Через несколько минут мы шагали по просторным коридорам, ведомые настоятельницей. Хотя дом располагался сравнительно недалеко от стен главного городского храма, мы прошли не меньше километра до того, как оказались перед закручивающейся «крепостной» лестницей. В конце её мы уткнулись в массивную бронзовую дверь. Турамма подняла руку и принялась отбивать затейливый ритм кулачком по тёмной бронзе. Ей пришлось повторить его трижды, пока дверь не задрожала и не стала открываться. За ней нашим глазам предстал просторный коридор с высоким потолком, масляными светильниками на стенах и трое послушников с короткими копьями. При виде настоятельницы они почти синхронно низко поклонились:

– Госпожа.

Не знаю, как они опознали сильно изменившуюся дамочку. Тот же Хабли́с с полминуты сверлил взглядом её, и то узнал только после того, как она заговорила. Может дело в том, что мы уже в храме и здесь работает какая-нибудь жреческая аура?

Не обращая на них внимания, Турамма прошла мимо них. Мы последовали за ней.

Наше возвращение в храм не осталось незамеченным. Мы только подходили к крылу, где располагался храм Анджали и руководила Амрита Каур, а там уже собралась целая толпа. Отчего-то Турамма направилась сразу сюда, не стала заходить в свою епархию.

Встречала нас сама Каур.

– Я рада вас видеть, – произнесла она и посмотрела сначала на меня. а затем на Турамму. – Избранный, Турамма. Полагаю, цель миссии выполнена?

– Да, Амрита, мы справились. Нужно созывать общий совет.

Для меня не осталось секретом хорошо скрываемая зависть, которая так и сквозила во взглядах как Амриты Каур, так и у других, когда люди смотрели на Турамму. Всё-таки изменения, происшедшие с ней, впечатляли. Шаляпин из моего мира отдал бы одну ногу за то, чтобы поближе познакомиться с этой настоятельницей. По факту – бабка, в реальности же – великолепная женщина. Ух, что она выделывала недавней ночью! Я такого удовольствия от плотских утех не получал никогда в жизни.

– Отдохните и приведите себя в порядок. За это время я всё подготовлю, – обратилась Каур к ней.

Турамма молча кивнула. После чего удалилась со своим первожрецом и храмовниками. Остался только Раджат.

Зал, где был созван совет жрецов, немного напоминал и студенческую аудиторию, и театр. Он мог вместить сотни две человек в своих ложах, но по факту здесь сейчас набралось максимум сто. Фиийя пришла со всеми, хотя я ожидал обратного. Вплоть до того, пока в зале будут проходить дебаты, она в это время начнёт укреплять оборону у подземного алтаря, строя баррикады.

«Хотя, кто знает, что там сейчас происходит. Одно другого не отменяет, – подумал вдруг я. – Не лично же она станет таскать камни и корзины с землёй».

Лицо у нашей противницы было каменным, но вокруг неё словно невидимое энергетическое поле дрожало, заставляя реагировать на него каждого в зале. Казалось, что женщине наше собрание безразлично и одновременно вызывает сильнейшее раздражение, прям бешенство.

Я вышел в центр зала вместе с Тураммой.

– Меня зовут Сан Шен и я избранный Анджали. По её поручению я добыл древнюю реликвию, – громко произнёс я, достал из пространственного кольца скрижаль и поднял над головой, держа обеими руками. – Её! – подержав её в руках с десяток секунд, вернул предмет обратно. – С её помощью нам выпал шанс навсегда разобраться с демонами и освободить нашу землю! Но для этого необходима энергия из главного алтаря храма. Только в нём содержится капля силы каждого из ушедших богов. Без этого реликвия не справится с уничтожением демонической экспансии, – я умолк, переводя дух.

Этой паузой воспользовалась Турамма.

– Кое-кто среди нас не поверил словам избранного и усомнился в действиях богов! – её помолодевший звонкий голос, полный внутренней силы, взлетел под высокий свод потолка и разнёсся по огромному залу. – Сомнения были настолько сильны, что эти лица были готовы пролить кровь своих собратьев в стенах нашего храма! Чтобы избежать этого и не навлечь на наши головы, а также на город с его жителями и сам храм проклятие богов, мы отправились на плато Дракона к Великой Пирамиде богов… – тут ей пришлось прерваться из-за прокатившихся по залу волне шепотков и тихих возгласов, которая заглушила её слова. Наконец, слушатели смогли обуздать своё удивление, и настоятельница продолжила. – Мы рискнули своими жизнями и даже душами, чтобы попросить у богов Глас. Вот он! – в руке женщины появился… появилось… не могу описать, что за предмет она явила всем нам. Не то жезл со сверкающим крупным бриллиантом в навершии, светившим как ярчайшая, но не слепящая лампочка, не то крупный вытянутый кристалл с теми же световыми свойствами, не то друза кристаллов.

И я, и все жрецы с благоговением уставились на него. В голове будто бы раздались чьи-то голоса, успокаивающие и одновременно подбадривающие, наставляющие на свершение подвигов. Мы словно попали под чьё-то влияние. И если я ещё как-то мог с ним бороться и понемногу выбираться, как отклеивать ладони от стола, политого липким сахарным сиропом, то остальные замерли с восхищением, не сводя глаз со светового кристалла.

И только когда Турамма убрала Глас в свой пространственный амулет с людей сошло зачарование. Осталось воодушевление, восторг, даже какая-то бодрость и активность. Все, кто ещё минуту назад смотрел и слушал меня и настоятельницу с недоверием и скукой в один миг изменились. Особенно изменилось поведение настоятелей и первожрецов. У меня сложилось впечатление, что с ними пообщались их боги, пока я ловил обычную нирвану.