Текст книги "Ее прекрасный рыцарь (ЛП)"
Автор книги: Мэрайя Рэй Берч
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
– Ну дела. Блядь.
– Да.
Галеон провела рукой по своему лицу. Как такое возможно? Как принцесса могла так долго скрывать это?
– И что вы собираетесь с этим делать? – слабо спросила принцесса.
– Я…
– Расскажете принцу?
– Мне следует.
– Но вы расскажете?
Галеон не могла подобрать ответ. Мир в замешательстве вращался вокруг них.
– Пожалуйста. – Принцесса поползла, дрожа и таща себя вперед. – Я не монстр. Я не могу предотвратить магию, но могу от нее избавляться. Я не обращусь. Я обещала…
– Принц должен знать.
– Он не поймет. Никто не понимает. И договор будет расторгнут. Это может развязать войну. Вы готовы пойти на такое?
Галеон не хотелось думать о том, что может произойти, если секрет принцессы раскроется. – Это нечестно.
– Жизнь вообще нечестная штука. Некоторые вещи важнее правды. Пожалуйста, Галеон. Вы ведь поклялись меня защищать, не так ли?
Она выглядела такой уязвимой и невинной, и это резко диссонировало с тем знанием, что сидело в голове и сердце Галеон: ведьмы есть зло, и они всегда становятся монстрами. Рано или поздно магия поглощала своих носителей и превращала их в порченых. Рано или поздно все они сдавались.
Галеон крепче сжала рукоять меча. Несмотря на то, что она только что видела, и несмотря на знание о том, кем была эта женщина, мысль о том, чтобы поднять на нее оружие, была немыслима. Галеон поклялась ее защищать.
Когда принцесса попыталась встать, она снова рухнула на землю.
Инстинкт утешить и защитить победил. Галеон вложила меч в ножны и бросилась на помощь, баюкая ведьму в своих объятиях.
Когда руки Галеон защитным кольцом сомкнулись вокруг нее, Делла расслабилась. Она прикоснулась к щеке Галеон и со вздохом закрыла глаза.
Галеон резко отдернула голову. – Что вы делаете?
Делла моргнула. – Мне нужно… – Она снова потянулась к ней, и Галеон позволила.
– Что вы за ведьма? – резко спросила Галеон, но всё так же бережно держала Деллу. – Вы меня очаровываете?
– Нет. Никаких чар. Магия уже ушла.
– Но она вернется.
– Да, – пробормотала Делла; тяжесть сна уже затягивала ее. Всё тело ныло. Она прижалась щекой к холодному металлу на плече Галеон, пока та несла ее сквозь лес.
Следующее, что поняла Делла, – она открывает глаза в слишком раннем утреннем свете.
Она полежала мгновение без движения, прислушиваясь к тихому лагерю. Она была на своей койке, аккуратно укутанная одеялами.
От воспоминаний о прошлой ночи ее пробрал страх, и она перевела взгляд на тканевый полог, служивший дверью. Она успокоила себя мыслью, что Галеон знает только о Делле – об Аннет она не знает. И Делла еще не в металлической клетке, значит, Галеон сохранила ее тайну. Пока что.
Прохладный утренний воздух скользнул по ногам Деллы, когда она встала. Она выглядела ужасно. Грязь и засохшая земля пятнали ее сорочку; должно быть, видок у нее был жуткий.
Ледяная вода в тазу для умывания стала мутной и коричневой, пока она оттирала улики. Она накинула мягкий халат, а затем скомкала испорченную ночную сорочку и запихала ее глубоко в угол своего сундука. По возвращении во дворец она попросит Аннет помочь уничтожить ее.
Делла осторожно подошла к двери и выглянула. Галеон стояла прямо снаружи. Она лишь повернула голову, избегая встречаться взглядом с Деллой.
– Доброе утро. – прошептала Делла, глядя сквозь щель в ткани и используя ее как щит. Осознав, что делает, она заставила себя отодвинуть ткань пошире.
В мягком свете рассвета под глазами Галеон залегли темные круги. Словно она совсем не спала.
– Как вы себя чувствуете этим утром, принцесса? – спросила Галеон подчеркнуто ровным тоном.
– Намного лучше.
Напряжение висело между ними, густое и неопределенное.
– Вам что-нибудь нужно, принцесса?
– Я хочу поговорить с вами. О прошлой ночи…
– Я не хочу. Прошлой ночью ничего не произошло.
Делла должна была бы обрадоваться такому ответу. Вместо этого он почему-то ее разозлил. В животе закружилась обида. Галеон знала самый страшный ее секрет, видела ее в самый уязвимый момент. Жизнь Деллы была в руках Галеон. А Галеон даже не желала на нее смотреть.
Прежде чем Делла успела надавить на Галеон, появилась служанка, чтобы помочь Делле одеться. Делла отступила в сторону, впуская пожилую женщину в шатер, и отворот двери упал, скрыв Галеон из виду.
– Выглядишь ужасно, Гал. Тяжелая ночка? – сказал принц Валин, толкнув Галеон плечом, пока они шли меж деревьев.
Принцесса громко скакала верхом в нескольких шагах позади, сэр Алвор держался справа от нее. Галеон попросила его ненадолго поменяться с ней. Галеон нужно было хотя бы притвориться, что она держит дистанцию с женщиной, завладевшей ее мыслями.
Принц что-то сказал.
Галеон пробилась сквозь туман своей усталости. – Да, Ваше Высочество. Почти не спала.
– Ну, тебе лучше быть начеку здесь. У грифонов сезон спаривания.
– Да, Ваше Высочество.
Принц усмехнулся. – Я скучал по тебе. – Затем он наклонился чуть ближе. – Как принцесса? Сегодня она выглядит гораздо бодрее.
Они оба оглянулись. Принцесса и впрямь была более оживленной и больше общалась с остальными. В отличие от Галеон, принцесса спала крепко.
– Так и есть.
Внутри у Галеон всё сжалось. Галеон знала, почему принцессе стало лучше. Потому что зло внутри нее больше ее не развращало. Пока что.
Галеон с величайшим трудом пыталась поверить в то, что узнала прошлой ночью. Она не могла это раскрыть из-за риска того, что случится с принцессой и их королевством. Но она также не могла не раскрыть это из-за обмана своего принца. Она оказалась в ловушке, парализованная нерешительностью, между двумя дверями, которые отказывалась открывать. Поэтому она делала вид, что ничего не было. Она пыталась стереть из памяти боль принцессы и тошнотворно-зеленые вспышки магии, которая однажды пожрет ее, пытала ее.
Галеон сосредоточилась на выходках охотничьих собак, которые взяли след и повели их на пологий холм. Сильные мускулы под лоснящейся шерстью натягивали поводки, а виляющие хвосты глухо стучали по ногам, замедляя шаг. Галеон всегда хотела собаку. Но Лиллиан была против, и теперь Галеон была этому рада. Это была бы еще одна потеря.
Галеон шла рядом с принцем, который предпочитал охотиться пешком. Он болтал с несколькими другими аристократами, чьи имена Галеон следовало бы помнить, но в это утро ей было глубоко плевать. Она вежливо кивала и кланялась, не вслушиваясь в беседу.
Собаки потеряли след, и внезапно наступил полдень. Время – странная штука.
Они остановились у журчащего ручья, который спешил влиться в главное русло реки Глеи в котловине долины. Еду распаковали, а на жесткую траву у берега расстелили одеяла. Галеон теребила застежку на одной из латных рукавиц, чтобы хоть чем-то занять руки.
Сэр Алвор спешился и потянулся к принцессе, чтобы помочь ей сойти с лошади.
Галеон двинулась с места прежде, чем осознала это. Ей не нравилось, что принцесса прикасается к нему, благодарит его, когда это Галеон должна была ей помогать.
Мысли Галеон напугали ее саму, но не изменили ее шага.
– Благодарю, сэр Алвор. Вы можете вернуться к принцу, – сказала Галеон; ее голос прозвучал хрипло.
Сэр Алвор с понимающей усмешкой подчинился. Галеон было плевать.
Принцесса смотрела на Галеон с нечитаемым выражением лица. Галеон опасалась, что ее собственное лицо было слишком легко прочесть. Галеон и сама не знала, что на нем написано. Возможно, принцессе стоит просто рассказать ей, и тогда Галеон сможет понять, как разобраться с бардаком, забившим ей голову.
Земля начала дрожать. Дрожь поднялась по сапогам Галеон, пробившись сквозь туман смятения и усталости.
Собаки залаяли, а затем рванули прочь, повинуясь инстинкту, велевшему им бежать.
Тело Галеон среагировало, даже если разум всё еще медлил. Она схватила принцессу за талию и бесцеремонно закинула обратно на ее скакуна. Принцесса ахнула от неожиданности, но у Галеон не было времени извиняться, запрыгивая позади нее. Галеон встретилась взглядом с сэром Алвором, который уже подсаживал принца на его лошадь. Галеон доверяла сэру Алвору защиту принца. Ей приходилось.
Остальные аристократы визжали и тоже забирались в седла. Галеон было плевать на них, всё ее внимание было приковано лишь к безопасности женщины между ее бедрами.
– Что происходит? – спросила принцесса.
– Паника стада.
Гул нарастал, пока Галеон пришпоривала неохотно перешедшую в галоп лошадь.
Неуправляемое стадо зверей было уже почти на них, несясь вниз по долине; треск щепок от безжалостно сминаемых деревьев эхом разносился всё ближе.
Принцесса вцепилась в седло, а Галеон понукала лошадь бежать быстрее.
Скакун принцессы был выбран за свой кроткий нрав. Это был не рыцарский конь, и ему было тяжело нести двоих седоков, один из которых был в доспехах.
Они начали отставать.
Грохот был оглушительным. И становился всё ближе.
Галеон вложила поводья в руки принцессы и прижалась губами к ее уху. – Скачите со всех ног. Не останавливайтесь.
– Что вы…
Остального Галеон не услышала, спрыгнув со спины лошади.
ГЛАВА 10
–
ПАНИКА СТАДА
Жесткое давление тела Галеон исчезло со спины Деллы. Обернувшись, Делла увидела, как та сгруппировалась при падении и каким-то чудом сумела вскочить на ноги, обнажив меч, готовая в одиночку отбиваться от несущегося стада громадных тварей.
Делла потянула за поводья перепуганной лошади, пытаясь заставить ее повернуть назад, но инстинкт самосохранения животного оказался слишком силен. Делла потеряла равновесие и рухнула на землю, растянувшись в куда менее впечатляющей позе.
На мгновение удар выбил воздух из ее легких, и она судорожно пыталась снова сделать вдох. Пока она хватала ртом воздух, она быстро оценивала свои варианты.
К востоку протекал ручей, который теперь больше походил на небольшую речку. Она могла бы попытаться войти в воду, чтобы спастись от стада.
Затем она посмотрела туда, где на их пути стояла Галеон.
Делле следовало позволить ей умереть. Это решило бы сразу несколько ее проблем. Больше не пришлось бы беспокоиться о том, что она выдаст секрет Деллы.
Делле следовало отвернуться. Она твердила себе это, пока со всех ног бежала к этому невыносимо благородному и безрассудному рыцарю.
Первый грифон показался из-за линии деревьев. Племенная самка. Ее перья отливали перламутром, спускаясь от острого клюва по изящной шее и переходя в белую шерсть на мощных лапах, длиной в рост самой Деллы. Она была прекрасна.
Галеон увернулась от великолепного создания. Сердце Деллы бешено колотилось в такт ногам; она едва разминулась со зверем, который раздавил бы ее не задумываясь.
Затем из-за деревьев вынырнуло остальное стадо. Ни один из них не был столь же великолепен, как их матриарх: они сливались в бурые и ржаво-золотые пятна, их когти взрывали землю. Делла продолжала бежать им навстречу. Галеон увернулась от одного, затем от второго.
Делла собрала все зарождающиеся щупальца магии в своем теле. Ее было немного. Придется обойтись тем, что есть.
Делла добралась до Галеон за миг до того, как это сделал зверь. Делла вскинула руки, нащупывая приближающуюся нить жизни, и полоснула в сторону, безжалостно дернув сопротивляющуюся душу. Она не смогла ухватиться как следует, душа вышла лишь наполовину, а затем порвалась. Делла закричала от отозвавшейся боли.
Тело грифона обмякло, но инерция всё еще несла его вперед. Галеон схватила Деллу, развернувшись и приняв основной удар на себя.
Делла оказалась вжатой в лесную подстилку, а Галеон свернулась вокруг нее, защищая от бьющегося над ними грифона.
Стадо с грохотом пронеслось мимо. Их громадный щит из перьев и шерсти дернулся, грубо протащив их по земле. Шелк порвался, и острый металл впился в спину Деллы. Но она всё еще дышала, когда грохот стих в долине.
Затем Делла снова пришла в движение, но не по своей воле: ее вытолкнули из-под страшной, раздавливающей тяжести.
Она огляделась: солнце теперь светило свободнее сквозь расщепленные деревья и вспаханную землю. Галеон выползла и рухнула на спину рядом с дергающимся зверем, которого покалечила Делла.
– Вы ранены? – прохрипела Галеон, когда Делла склонилась над ней. Делла покачала головой, а затем поморщилась от резкой боли в шее. – Хорошо, – выдавила Галеон, дрожащими руками дотянувшись до ремешков у ребер, ее лицо исказилось.
Делла поспешила на помощь, расстегивая пряжки и застежки сбоку на нагруднике Галеон, и поняла, что он деформирован и промят – вогнут внутрь, а не наружу. Галеон зашипела, но затем ее неглубокие, прерывистые вдохи стали ровнее и глубже, как только стягивающий кусок металла ослаб.
– Насколько всё плохо? – спросила Делла.
Галеон ответила неразборчивым бормотанием, похожим на ругательство. Она продолжала тяжело дышать, но вдохи давались легче.
Делла переключила внимание на слабо дрожащего грифона, подавляя подступившую тошноту от вида его состояния – от того, что она с ним сделала. Она наклонилась и осмотрела состояние бедной, разорванной души. Она не отделилась полностью, половинки всё еще были соединены тонкой ниточкой. Делла медленно высвободила ее, и зверь наконец затих.
Делла баюкала душу в своей ладони. Она не хотела отпускать ее, только не так. Зов магии был слабым, призывая отдать ее. Делла провела пальцами по разрыву, пытаясь сгладить его, но он не поддавался. В ней было недостаточно магии.
– Дай мне еще. – потребовала Делла от магии. Она не ответила.
Она закрыла глаза, чувствуя нити внутри себя. Словно вены, соединяющие ее с ужасным сердцем. Обычно Делла старалась свести поток к минимуму. Теперь же она потянула, вбирая магию в себя. Она никогда не делала этого раньше, и это было более чем устрашающе.
Когда Делле показалось, что магии достаточно, она вновь сосредоточилась на душе. Она потерла разрыв, и, словно затирая царапину, он начал затягиваться. Когда разрыв исчез, Делла вдавила душу обратно в грифона.
– Прости. – пробормотала Делла, проведя рукой по жесткому оперению и удивительно мягкой шерсти.
Грифон дернулся, отбросив Деллу назад, когда неуклюже поднялся на лапы. Галеон схватила ее за руку, и они отползли в сторону, пока зверь издал крик и взмахнул крыльями. Затем он скрылся среди деревьев, повинуясь какому-то инстинкту, зовущему его за своим стадом.
– Что вы сделали? – спросила Галеон, глядя вслед давно исчезнувшему грифону.
– Я его отпустила.
Затем Галеон посмотрела на Деллу, ее слова сливались друг с другом. – Зачем вы здесь?
– Я упала.
Галеон сузила слегка расфокусированные глаза, вспышка гнева исказила ее прекрасное лицо. – Вы спрыгнули.
В Делле тоже поднялся гнев. – Всегда пожалуйста за спасенную жизнь.
– Я велела вам скакать отсюда.
– Что ж, а я не слушаюсь.
Они сердито уставились друг на друга. Затем Галеон обмякла, поморщившись. Гнев Деллы угас, она придвинулась, чтобы поддержать Галеон, не дав ей завалиться назад, на ушибленный бок.
– Нужно вернуться в лагерь. – процедила Галеон; казалось, она взяла свою очевидную боль и спрятала ее куда подальше, неуверенно поднимаясь на ноги. Она, тяжело прихрамывая, подошла туда, где неподалеку в землю был вмят ее погнутый меч. Она выпрямилась, бледная, ее расстегнутый нагрудник странно болтался.
– Вам нужно отдохнуть, – сказала Делла.
– В лагерь. – снова повторила Галеон, словно одно это слово могло заставить его появиться. – Нужно доставить вас в безопасность.
– Я могу сама о себе позаботиться. – Делла подхватила Галеон, когда та опасно покачнулась.
Галеон посмотрела на нее остекленевшим взглядом. Когда она заговорила, не все слова выходили правильно: – Но я хочу быть той, кто о вас позаботится. – Она говорила как пьяная и с каждой секундой стояла на ногах всё менее уверенно.
Делла прижалась к боку Галеон и нырнула под ее руку. – Очень хорошо. Тогда идемте.
Голова Галеон готова была расколоться. Боль пульсировала в ней. При каждом вдохе в ребра словно вонзались ножи. Но она не позволит этому остановить ее. Им нужно было вернуться в лагерь. Потрясенный разум Галеон уцепился за эту цель, и это стало ее миссией. Она не подведет. Только не снова.
Принцесса помогала ей. Принцесса не должна была ей помогать.
Галеон попыталась встать чуть прямее, но от боли она едва не согнулась пополам.
– Вам нужно отдохнуть. – сказала принцесса слишком громко, и Галеон поморщилась.
Галеон покачала головой и поморщилась снова.
Ей нужно сосредоточиться. Она прищурилась, глядя на мучительное солнце и окружающую долину. Она знала, в какой стороне лагерь – нужно было лишь заставить свой мозг вспомнить.
Пышное тело принцессы прижималось к боку Галеон. Галеон прокляла свои доспехи, возможно, впервые в жизни, за то, что они не давали этому ощущению коснуться ее кожи.
Глубокий, перепачканный грязью вырез платья рядом отвлекал Галеон от ее собственного тела. Шов на юбке разошелся и порвался почти до середины бедра, и то и дело Галеон ловила взглядом мелькавшую кремовую кожу. Несмотря ни на что – а может, именно поэтому, – желание Галеон разгоралось всё жарче. Она была не в том состоянии, чтобы что-то с этим делать. Она просто знала, что хочет, и ее разум был слишком затуманен, чтобы это остановить.
Резкий профиль принцессы рассекал густой воздух. Ее нос был чудесно заострен и украшен несколькими случайными крапинками. Родинка украшала уголок одного темного, большого, окаймленного густыми ресницами глаза. Это была самая пленительная родинка из всех, что Галеон когда-либо видела.
Принцесса нахмурилась, скосив на нее взгляд, и Галеон осознала, что покачнулась так близко, что, пялясь, почти касалась лица принцессы. Сгорая от стыда, Галеон отодвинулась так далеко, как только могла, всё еще опираясь на другую женщину.
Солнце нещадно палило, его угол неуклонно менялся, пока они пересекали луга, леса и холмы, где высокие, суровые горы переходили в котловину долины.
Несколько раз Галеон совершенно сбивалась с толку и думала, что они идут не в том направлении, но потом солнце напоминало ей. Оно было слишком ярким.
Галеон ненавидела этого ослепительного, жизнерадостного ублюдка.
– Что? – спросила принцесса, и Галеон нахмурилась. – Вы только что сказали «отъебись» – полагаю, это было адресовано не мне?
– О. Нет… солнцу.
Галеон показалось, что она услышала, как принцесса смеется.
Ее голова пульсировала болью.
Одним из очень немногих преимуществ проклятия магии Деллы была неестественная сила, которую она давала. И всё же к тому времени, как на землю опустились сумерки, Делла начала уставать от тяжести руки Галеон, так долго лежавшей у нее на плечах. Облегчение захлестнуло Деллу, когда до ее ушей донесся приближающийся стук копыт и крики.
– Сюда! – закричала Делла. – Мы здесь!
Один из стражников Галеон спешился, бросившись на помощь. Делла с благодарностью передала свою ношу молодому человеку, который попытался подхватить Галеон не с той стороны. Галеон поморщилась, но промолчала.
– Не с этой стороны. – отругала его Делла, и стражник побледнел.
Раздались новые голоса, и появились двое всадников.
– Гал! – Принц Валин спрыгнул с лошади и, отстранив стражника, стиснул Галеон в крепком объятии, от которого ей наверняка захотелось закричать. Затем принц отступил назад и повернулся к Делле, словно только что вспомнив, что должен беспокоиться и о ней тоже. – Принцесса Корделия. Какое облегчение, что вы в безопасности.
Он склонился над ее рукой. Делла почувствовала пренебрежение, но ей было всё равно.
– Сэр Галеон ранена. Ей нужен лекарь. – твердо сказала Делла, и принц нахмурился.
– Я в порядке, Ваше Высочество. – неубедительно запротестовала Галеон.
– Что случилось? – потребовал принц Валин.
– Грифон. – Галеон покачнулась и навалилась на сэра Алвора.
– И, я полагаю, она ударилась головой. – сказала Делла.
Принц подвел Деллу к своей лошади, и она слишком устала, чтобы возражать. До лагеря оставалось совсем недалеко. Когда он прижался к ней в седле, ей пришлось бороться с желанием отстраниться.
Она была рада спуститься на землю, когда они достигли поляны, и последовала за остальными, когда они вошли в низкий шатер, где лекарь пытался осмотреть сопротивляющуюся Галеон.
– Осмотрите принцессу. – тяжело дыша, произнесла Галеон, пытаясь снова встать с койки, на которую ее осторожно уложил сэр Алвор.
– Осмотрите сэра Галеон. – Делла одарила лекаря и принца Валина самым властным взглядом, на который только была способна.
Они оба кивнули.
Сэр Алвор уже помог Галеон снять поврежденный нагрудник. Когда он стягивал с нее кольчужную рубашку, спокойствие Галеон дало трещину. Поднимая руки, она издала сдавленный звук.
– Осторожнее! – бросил принц, озвучивая собственные мысли Деллы.
Лекарь оттеснил сэра Алвора и занял его место, достав нож. Сердце Деллы иррационально екнуло, но он лишь ловко разрезал им шнуровку спереди на нижней тунике без рукавов Галеон. – Возможно, принцессе теперь лучше уйти. – сказал лекарь.
Делла прищурилась, глядя на него, и он поспешно отвернулся к своей пациентке, приподняв подол ее льняной рубашки.
Вот тогда Делла отвела взгляд. Она хотела видеть Галеон, но не такой. Не раненой и уязвимой. Делла не думала, что эта гордая женщина хотела бы этого.
Галеон зашипела, и принц Валин напрягся. – Осторожнее! – снова рявкнул он.
– Я должен оценить повреждения, Ваше Высочество.
Краем глаза Делла наблюдала, как лекарь двигает руки Галеон, надавливает и прощупывает. Галеон дернулась, и Делла рискнула бросить быстрый взгляд. Из-за спины лекаря она мало что могла разглядеть, но на боку Галеон уже расцветала темная синева, и Делле показалось, что она заметила края старых шрамов. Лекарь быстро опустил ткань рубашки Галеон и склонился над ее головой, поднеся пламя свечи близко к лицу, от которого она отшатнулась.
Он встал, повернувшись к принцу Валину. – У нее сломано как минимум три ребра, обширные ушибы и сотрясение. Все повреждения внутренние, и лечения не существует. Для исцеления нужно только время. А теперь, могу ли я осмотреть принцессу?
– Вы ничем не можете помочь? – спросила Делла в тот самый момент, когда принц Валин произнес: – Вы ничего не можете сделать?
Они переглянулись. По крайней мере, в этом они казались совместимыми.
– Боюсь, что нет.
– Тогда и мне вы ничем не сможете помочь. У меня пара синяков, но ничего более, – заявила Делла.
– Ну, у меня есть припарка от синяков, которую я мог бы вам приложить.
– Тогда почему вы не можете приложить ее сэру Галеон? – С каждой секундой Делле этот человек нравился всё меньше.
– Если можно хоть что-то сделать, делайте. – резко сказал принц.
Лекарь подобострастно улыбнулся. – Да, Ваше Высочество.
Галеон смотрела на Деллу, но не в глаза. Делла опустила взгляд на себя и увидела, что разрыв на юбке скандально сильно обнажал ее бедро. Делла не была уверена, было ли ошарашенное выражение на лице Галеон следствием травмы головы или желания. Возможно, и тем, и другим. Делла пошевелилась, открывая ей лучший обзор. Взгляд Галеон стал острее. Определенно, дело в желании.
Принц Валин что-то говорил ей, и Делла заставила себя обратить на него внимание, принимая его руку и обещание еды и отдыха.
– Сделайте всё возможное для сэра Галеон. – сказала Делла раздражающему лекарю. – Если уход за ней удовлетворит меня в достаточной мере, то, возможно, я позволю вам осмотреть и меня.
ГЛАВА 11
–
ИСЦЕЛЯЮЩАЯ СИЛА КНИГ
Галеон лежала, глядя в потолок и делая вид, что расслабляется. Прошло два дня с тех пор, как они вернулись с неудачной охоты. После едва не случившейся встречи с паническим стадом все жаждали вернуться пораньше.
Несмотря на ее протесты, принц приказал Галеон отдыхать в своей комнате. Лекарь советовал по меньшей мере десять дней. В конце концов Галеон сторговалась на пять.
Остальные, похоже, не считали день пути обратно во дворец. Галеон – считала. А значит, ей оставалось продержаться всего два.
Головные боли становились слабее, зато ребра болели сильнее, чем в первый день. Бездеятельное лежание позволяло дискомфорту поглощать ее, не давая цели для действий.
Галеон в очередной раз потянулась за зачитанной до дыр книгой. С момента возвращения во дворец она прочла ее уже дважды, но это хоть как-то занимало разум, не позволяя ему зацикливаться на зеленом свете и кремовых бедрах.
И всё же героиня ее истории превращалась в высокую женщину с темными волосами и чуть искривленной шеей, которая носила слишком тесные платья.
Галеон вздохнула и с хлопком закрыла книгу. Она чувствовала себя как в юности, когда впервые безответно влюбилась в девушку. Только теперь разум Галеон был куда более изобретателен и искушен в создании фантазий.
Галеон сильно встряхнула головой. Травма головы не могла служить оправданием вечно.
Принцесса спасла ее. Рискнула собственной жизнью ради Галеон. Галеон не могла толком вспомнить, что именно сделала принцесса, но знала, что та применила магию. И Галеон не могла с этим смириться. Это не вписывалось в ее картину мира.
Разумом Галеон понимала, что не все ведьмы были злом до того, как их поглощала скверна и превращала в порченых. Но она цеплялась за знание о том, что вскоре они станут монстрами, чтобы с гордостью стоять за свое королевство, когда оно выносило им приговор.
Решать судьбу ведьмы было не делом Галеон. Это не было проблемой Галеон. Но теперь это стало ее проблемой, потому что теперь это был и ее секрет.
Магия была чумой на их землях. Закон гласил: обнаруженную ведьму нужно выдать. Галеон стояла на страже закона.
Коварные сомнения заползали в ее пульсирующую голову.
Раздался тихий стук, и Галеон села, подавив стон, пока отодвигалась, чтобы опереться на спинку кровати. Если ее рыцарям нужно видеть ее в таком состоянии, она встретит их хотя бы сидя.
Сэр Алвор открыл дверь. Галеон начала было приветствовать его, но когда внутрь вошла принцесса, слова застряли у Галеон в горле, а всё тело затопило волнением и смятением.
– Благодарю вас, сэр Алвор. Можете оставить нас, – сказала Делла и постаралась не глазеть.
Делла твердила себе, что пришла проведать Галеон лишь для того, чтобы убедиться: та всё еще хранит ее секрет. А вовсе не потому, что Делле было не всё равно.
Галеон опиралась на резную спинку узкой кровати; на ней была лишь кремовая льняная рубашка с глубоким вырезом, обнажавшим посиневшую от ушибов грудину. Тонкие, светлые волосы Галеон, которые всегда были туго зачесаны и стянуты в узел, теперь рассыпались по плечам, опускаясь чуть ниже распахнутого воротника. В таком виде она казалась мягче и реальнее.
Делла оказалась права в своих предположениях – сэр Галеон была ничуть не менее сногсшибательна и без доспехов.
– Как вы себя чувствуете? – спросила Делла.
– Намного лучше. – неубедительно ответила Галеон.
Делла окинула взглядом функциональную комнату, отмечая хорошую мебель и плюшевый ковер под ногами. Знаки благосклонности принца были налицо.
– Боюсь, у меня здесь никогда не бывает гостей, – сказала Галеон, выглядя неловко. – У меня только один стул. – Делла проследила за ее взглядом. У окна стоял стол из темного дерева и единственный стул в тон с прямой спинкой. – Давайте, я… – Галеон шевельнулась, словно собираясь встать.
Делла остановила ее, твердо положив руку ей на плечо. – Даже не думайте.
Они обе замерли.
Тепло кожи Галеон передалось Делле сквозь тонкую ткань рубашки. Делла проследила за тем, как Галеон сглотнула, обнажив горло, и заметила медальон на простой цепочке, покоящийся во впадинке.
Делле хотелось исследовать больше – и глазами, и руками, – но вместо этого она переложила принесенные книги на одну руку, а другой притащила стул поближе к кровати.
– Спасибо. – сказала Галеон, и Делла посмотрела в ее светло-карие глаза. – За то, что вы сделали во время паники стада. Я полагаю, что обязана вам жизнью.
– Только потому, что вы пожертвовали своей, чтобы спасти мою.
– Я пыталась.
– Так и есть. Но, как я уже говорила, я не слушаюсь.
Делла улыбнулась, и Галеон с осторожностью улыбнулась в ответ. Улыбка вышла чуть кривоватой, изгибаясь больше в сторону неизуродованной шрамом щеки и творя немыслимые вещи с животом Деллы. Но в глазах Галеон также таились вопросы, на которые Делла не хотела отвечать.
– Я принесла вам несколько книг. – сказала Делла, положив их на прикроватный столик. – Я попросила сэра Алвора помочь мне выбрать те, что могут вам понравиться. Надеюсь, так и есть.
На гладкой деревянной поверхности, рядом с тем местом, куда она положила книги, лежало несколько безделушек. Еще один медальон на порванной цепочке, наполовину обугленная деревянная шкатулка и крошечная фигурка дома, выкованная из железа.
– Это вы сделали? – спросила Делла, указывая на металлическую скульптуру. Галеон кивнула. – Можно?
Галеон мгновение смотрела на фигурку, а затем снова кивнула.
Делла натянула край рукава на ладонь, чтобы защитить кожу, прежде чем взять ее. Как и ожидалось, фигурка была холодной, но приятно тяжелой. – Как красиво.
– Спасибо.
– Это был ваш дом?
– Нет. Это был подарок одному человеку, давным-давно.
– Кому?
Взгляд Галеон переместился с металлического дома на лицо Деллы, и в нем блеснули одновременно боль и гордость. – Моей жене.
– Ох. – Сердце Деллы ухнуло вниз, а волоски на руках встали дыбом. – Я не знала, что вы были женаты.
– Она умерла. Десять лет назад.
Делла взглянула на обугленную шкатулку и сломанный медальон. Они тоже принадлежали ей? Галеон рассказывала, что ее деревня и дом сгорели во время уварианской войны десять лет назад. Когда Галеон стала рыцарем. Грудь Деллы сжалась.
– Мне так жаль, Галеон. – Делла потянулась и взяла Галеон за руку. Это был глупый порыв. Они обе посмотрели на свои соприкасающиеся руки, и ни одна не отстранилась.
– Когда мы поженились, у меня не было ничего, кроме кузницы, которую оставил мне отец. Мы жили в тесной каморке позади нее. Я обещала ей дом. – Галеон кивнула на скульптуру на коленях Деллы. – Это было лучшее, что я смогла сделать для свадебного подарка.
Делла была одновременно тронута этим признанием и жалела, что услышала его. Она бережно вернула домик на место на столике и убрала свою руку от руки Галеон. Затем откашлялась – в горле внезапно встал ком – и снова потянулась за книгами.
– Я принесла несколько на выбор, – сказала Делла, протягивая их.
– Вы дочитали эту? – Галеон подняла зелененький томик, который она выбрала для Деллы, и Делла постаралась не поежиться.
– Нет, не дочитала. Я подумала, может, вы захотите продолжить? Ну, почитать вместе.
Галеон села чуть прямее. – С удовольствием.
Этот ответ согрел Деллу изнутри, и она снова улыбнулась, когда Галеон открыла книгу. Делла откинулась на спинку стула, который был создан эстетичным и функциональным, но вряд ли удобным. И она слушала, как Галеон начала с пятой главы – с того места, где они остановились в прошлый раз.
