Текст книги "Ее прекрасный рыцарь (ЛП)"
Автор книги: Мэрайя Рэй Берч
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)
Серия: Сапфические леди-рыцари #1
Автор: Мэрайя Рэй Бёрч
Название: Ее прекрасный рыцарь
Привет! Это фанатский перевод, выполненный для ознакомления. Все права принадлежат авторам, поэтому, удалите файл после прочтения.
Все, что происходит в книге осуждается переводчиками.
Прошу не быть строгим к переводу!
И пожалуйста, не распространяйте русифицированные обложки.
Если вы хотите выложить перевод, то указывайте обязательно ссылку на телеграмм канал.
Переводчики: mercenary files и DreamTeam
Приятного чтения, шалунишка, проверь, что никто за тобой не подглядывает;)
ГЛАВА 1
–
СДЕЛКА РАДИ СВОБОДЫ
Враждебное железо холодило кожу Деллы. Она просунула пальцы между узкими прутьями клетки, потянувшись к свободе, что ждала снаружи. Во тьме показались бледные пальцы Аннет – она ехала в такой же повозке и точно так же тянула руки. Запертая за решеткой из глухого металла, Аннет находилась всего в шаге от нее, на расстоянии вытянутой руки, но дотянуться до нее было невозможно.
После прошлого побега им удавалось скрываться больше трех лет. Делле оставалось лишь верить, что они снова найдут выход. Как и всегда.
Неугомонный летний ветер скользнул мимо, а белая луна осветила лес ровно настолько, чтобы тени от редких тсуг стали еще гуще. Их похитители дремали вокруг догоревшего костра неподалеку, а уставшие лошади миролюбиво фыркали.
Делла попыталась раскрыть свои чувства, но наткнулась лишь на леденящую, расплывчатую пустоту. В металлической клетке она не могла использовать магию – для этого клетка и предназначалась. Она знала это, но все равно пыталась. Перестать пытаться значило бы сдаться, а Делла отказывалась это делать.
В темноте было почти ничего не разглядеть, но Делла чувствовала на себе взгляд Аннет.
– Мы найдем выход. – пообещала Делла, как делала уже столько раз.
– Да, я знаю. Я не волнуюсь. Ты всё сделаешь.
– А для чего еще нужны старшие сестры?
Делла улыбнулась в ответ на тихий, похожий на вздох смешок Аннет. Она прильнула к этому звуку. Сегодня он будет ее единственным утешением.
Кто-то весьма шумно пробирался сквозь лес. Зашуршал подлесок. Хрустнула ветка.
Делла переменила позу, прижавшись лицом к другой стенке клетки, мигом позабыв об усталости и вглядываясь в темноту.
Сквозь деревья шагала фигура, направляясь прямиком к повозке Деллы. Возможно, их побег окажется проще, чем она надеялась. Отчаявшиеся люди совершают отчаянные поступки, и Делла была не прочь обратить это себе на пользу.
Фигура ухватилась за край подбитого горностаем капюшона и изящно откинула его назад. Делле не нужно было видеть серебряную диадему на гордом лбу женщины, чтобы понять, кто перед ней.
– Ваше Высочество. – поприветствовала ее Делла. – Какая неожиданная радость.
– Ведьма.
– Прошу простить, что не кланяюсь. Здесь тесновато.
Породистая ноздря возмущенно раздулась. – Я смотрю, ты не изменилась.
Делла усмехнулась. – Как там Снежок?
– Сноубелл. – язвительно поправила принцесса Корделия. – У него все хорошо. Правда, отец сослал его в лабиринт, теперь, когда он вырос. – Принцесса склонила голову. – Мне всегда было интересно… зачем ты его спасла? Ты ведь могла просто сбежать.
Делла пожала плечами. – Питаю слабость ко всему смертоносному.
Тот самый Сноубелл пять лет назад послужил невольным орудием побега Деллы и Аннет во время их недолгого и крайне неприятного пребывания в подземельях дворца Хевалона. Когда перед их камерой появилась заплаканная принцесса с детенышем василиска на руках, который умудрился обратить в камень самого себя, Делла убедила ее открыть дверь. Они задержались ровно настолько, чтобы Делла успела освободить душу василиска, застрявшую между мирами живых и мертвых.
Делла не была бессердечной, просто практичной.
– Вы за этим пришли сюда глубокой ночью, Ваше Высочество? – спросила Делла. – Узнать, почему я помогла вашему питомцу столько лет назад? – Металл раздражал ее кожу, и ей не терпелось вырваться из его тисков.
– Разумеется, нет. – Принцесса свирепо посмотрела на нее. – У меня проблема, и ее нужно решить.
– Как и у большинства людей. Какая у вас?
– Договорной брак с принцем Валином из Глеи. Я никогда его не видела и не планирую. Наши семьи обручили нас в рамках последнего мирного договора между нашими королевствами. Я не могу просто расторгнуть помолвку, но и выходить за него замуж не собираюсь.
– Почему нет?
Принцесса вздернула подбородок. – У меня есть дела поважнее, чем быть проданной в чужую страну и повесить себе на шею мужика.
– И что я, по-вашему, должна с этим сделать? – Делла не горела особым желанием убивать принца. Когда людям требовалась помощь Деллы, это обычно было связано со смертью: либо с ее предотвращением, либо с ускорением. И она была почти уверена, что принцессу Корделию здоровье принца не заботит.
– Отправиться туда вместо меня.
Делла постаралась не рассмеяться. – Я делала много странных вещей, Ваше Высочество. Но королевой мне бывать не доводилось.
– И не придется. Будешь лишь временной самозванкой. Мне нужно, чтобы ты заняла мое место, показалась там и продемонстрировала добрую волю и намерения нашего королевства. А потом мне нужно, чтобы ты умерла. Мирно.
Значит, Делле нужно было убить всего лишь себя, а не принца.
– Понимаю. – Она была одновременно позабавлена и впечатлена дерзостью этого безумного плана. – А если вас сочтут мертвой, вам будет легче исчезнуть?
– Я уже обо всем позаботилась. Ты сможешь это сделать?
– Часть со смертью – вполне. Но вы принцесса Корделия. Люди заметят, что я – это не вы.
– Нет, не заметят. Я никогда не была в Глее, и меня там никто не знает в лицо. И согласись, мы разительно похожи. Я заметила это еще в нашу прошлую встречу. Это и натолкнуло меня на такую мысль. Наденешь шелка, добавишь немного черной краски в волосы, чтобы они стали темнее, и сойдешь за милую душу.
Делла подняла брови. – Пусть в Глее вас и не знают в лицо, но как быть со всеми остальными?
Принцесса покачала головой с раздраженным видом. – Я еду одна, и никто за мной не последует. Отношения между нашими королевствами все еще натянутые. Там не будет никого из моих знакомых.
Черты лица Деллы действительно походили на черты принцессы, но не настолько, чтобы их можно было перепутать. Делла сомневалась, что немного краски кого-то одурачит. Но она решила не слишком противиться плану, который сулил им побег.
– И насколько временным будет мое принцессье правление?
– Свадьба назначена через три месяца. Я хочу умереть прямо перед ней. Это упростит вопрос наследования.
– Моей сестре придется поехать со мной. – Делла склонила голову в сторону Аннет.
Принцесса хмыкнула, метнув на Аннет полный неприязни взгляд – явно вспомнила их прошлую встречу. – Не думаю. Она останется со мной.
– Нет.
– Мне нужны гарантии, что ты сдержишь слово.
– Нет.
– Ты не в том положении, чтобы выдвигать требования. – Принцесса снова вскинула подбородок. Эта поза и лунный свет на ее обращенном вверх лице еще сильнее подчеркивали их сходство с Деллой. Это заставило Деллу задуматься. Она никогда не знала, кто ее отец. И не горела желанием выяснять. Одного родителя ей вполне хватило.
– А вам нужна наша помощь, – парировала Делла. – Чтобы я умерла, как вы того хотите, мне понадобится ее связь, чтобы потом вернуться в свое тело. Я бы предпочла не оставаться мертвой. Это не обсуждается.
Принцесса отвернулась. – Тогда я поищу ведьму поопытнее.
– Постойте. – позвала Аннет, и принцесса остановилась. – Я могу дать вам гарантии другим способом.
– Нетти… – предостерегающе начала Делла, но Аннет не обратила на нее внимания.
– Я не такая, как моя сестра. – сказала Аннет; ее голос звучал тихо, но разносился далеко. – Я работаю не со смертью, а с принуждением.
– Да, я помню. – огрызнулась принцесса. В ту самую прошлую встречу Аннет с помощью магии заставила принцессу молчать, пока они сбегали.
– Я могу скрепить обещание магией. – сказала Аннет. – Гарантировать его.
– Как? И что будет, если его нарушить?
– Проще всего это описать так… я умру.
От этого чересчур любезного объяснения Делле захотелось блевать.
– Очень удобно, учитывая, что одна из вас владеет магией смерти. Она сможет просто это остановить. – Принцесса пренебрежительно махнула рукой в сторону Деллы.
– Нет, – глухо отозвалась Делла. – Не смогу.
Спасать будет нечего – душа исчезнет. Делла не умела возвращать то, чего больше не существует. Болезнь магии была куда страшнее любой смерти.
Принцесса перевела взгляд с одной сестры на другую, явно не желая им доверять.
– Вы не найдете другую ведьму смерти за одну неделю, Ваше Высочество. – надавила Делла. – И тем более такую, что похожа на вас. – Сама Делла слышала лишь об одном человеке с подобными способностями. И много лет назад его пожрала болезнь.
Принцесса прищурилась. – Хорошо. Мои стражники готовы разобраться с вашими. Они ждут только моего слова. Всё случится сегодня же ночью. И за нами сейчас наблюдают и другие мои люди, так что даже не думайте выкинуть какой-нибудь фокус.
Делла огляделась и заметила затаившиеся темные силуэты, не до конца сливающиеся с тенями. Она посмотрела на Аннет, и та кивнула.
Это был туманный и опасный план. Слишком многое могло пойти не так.
– Тогда действуйте. – сказала Делла, уже жалея об этом. – Я согласна на вашу сделку.
– ГАЛ, ГДЕ, БЛЯДЬ, ОЛЛИ? – потребовал ответа принц Валин.
Галеон опустила руку, так и не завершив задуманный стук в дверь. Рубашка принца была распахнута; он метался по комнате и рылся в своем шкафчике с драгоценностями, швыряя и отодвигая в сторону украшения, стоившие больше, чем ее годовое жалованье.
– Без понятия, Ваше Высочество. – спокойно ответила Галеон. – Мне пойти поискать его?
– Нет, просто… помоги мне. – Принц Валин поднял на нее глаза; на его красивом лице читался плохо скрываемый проблеск паники.
– Конечно.
– Я пытаюсь найти брошь с драконьей чешуей. – объяснил принц Валин, вытряхивая содержимое обитой бархатом шкатулки.
Галеон повернулась к стоящему рядом рыцарю, сэру Алвору, который предугадал ее приказ. – Я пойду приведу Олли, сэр, – сказал сэр Алвор.
Когда Галеон переступила порог покоев принца, ее окованные металлом сапоги гулко застучали по мраморному полу; она подошла к своему сюзерену, разглядывая россыпь сверкающих драгоценностей и диковинок.
– Вы позволите мне взглянуть, Ваше Высочество?
– Да, да. – пробормотал он. – Она в золотой оправе.
Подобное не входило в обычные обязанности Галеон, но сейчас это стало ее задачей. Если принцу нужно, чтобы она поискала его брошь, она будет искать.
Галеон потной ладонью открыла пурпурную бархатную коробочку.
Вместе они перевернули шкафчик вверх дном. После обыска еще четырех шкатулок и семи ящиков сэр Алвор так и не вернулся, и Галеон поймала себя на мысли, вторившей словам принца Валина. И где же Олли?
– Как насчет сапфира в золоте, Ваше Высочество? – с надеждой спросила Галеон, указывая на украшение, усыпанное крошечными синими камнями, с центральным камнем размером с детский кулак. – Или, может быть, коготь грифона?
– Нет, я хочу надеть дракона.
– И наденете. – заявила Галеон, пока пот струился по задней стороне ее шеи, пропитывая льняную рубашку под кольчугой. Она вновь переключила всё свое внимание на поиски.
Что-то бесценное разбилось о дальнюю стену. Принц провел руками по лицу, а затем зарылся пальцами в волосы до плеч, сминая их естественные кудри.
– Она найдется. – заверила его Галеон.
Принц подошел к высокому арочному окну и уставился наружу. – Нам доложили, что она опережает график. Она прибывает сегодня, – сказал стеклу принц Валин.
Галеон теперь поняла причину его волнения. – Мои поздравления, Ваше Высочество.
Принц Валин фыркнул, а когда повернулся к Галеон, на его лице играла ухмылка. – Поздравления?
– С невестой и предстоящей свадьбой. – пояснила Галеон, отчего улыбка принца лишь стала шире.
– Премного вам благодарен, сэр Галеон.
Галеон знала, что принц Валин насмехается над ее официальным тоном, но лишь кивнула.
Принц снова вздохнул. – Я хочу произвести хорошее первое впечатление, – сказал он.
– Я уверена, что она будет впечатлена независимо от того, какую брошь вы выберете.
Принц Валин снова улыбнулся и, проходя мимо, игриво похлопал Галеон по щеке. – Ах, но женщин заботят такие вещи, Гал. Разве ты не слышала?
– Как скажете, Ваше Высочество. – с готовностью согласилась Галеон.
Принц Валин усмехнулся, бросаясь в большое кресло перед камином.
– Вы ведь послали за мной. – отважилась сказать Галеон. – Чтобы я помогла с вашей брошью, или по другому делу?
– Забудь пока про брошь. Подойди сюда.
Галеон подошла, покорно встав по стойке смирно возле его кресла.
– И сядь. Расслабься.
Галеон присела на табурет, но так и не расслабилась.
– Мне сказали, что с моей невестой прибывает лишь горстка слуг. Почему она не охраняется лучше – выше моего понимания. В Хевалоне всегда были безрассудными, скупыми ублюдками, но… нет, мне больше не следует так говорить, верно? Пусть я ее и не знаю, но она станет моей королевой. И я позабочусь о ее защите.
– Разумеется. Я выделю ей охрану. У вас есть какие-то предпочтения, или мне разобраться с этим самой?
Принц покачал головой. – Ты будешь охранять ее.
Галеон прервала мысленную оценку своих рыцарей. – Но я охраняю вас.
– Да, и выполняешь свою работу исключительно хорошо. А для моей невесты сгодится только лучшее.
Что-то похожее на панику вспыхнуло в груди Галеон. Ей нравилась ее должность, и она чертовски много трудилась, чтобы ее получить. – Я служила вам десять лет. – сказала Галеон, не зная, как еще возразить.
– Служила. И именно поэтому я доверяю это тебе. Сэр Алвор не так забавен, как ты, но он тоже вполне способен докучать мне. По крайней мере, какое-то время.
– Если такова ваша воля.
– Такова. По крайней мере, до свадьбы, пока мы не придумаем что-то более постоянное. Я доверяю тебе, Гал. Больше, чем кому-либо.
Эти искренние слова успокоили тревогу Галеон. Она выпрямилась, став как будто чуть выше. Она всем была обязана принцу. Если он желает, чтобы она охраняла его невесту, Галеон будет делать это ценой своей жизни.
– Для меня это честь, Ваше Высочество.
Принц Валин улыбнулся, глядя на нее снизу вверх. – Знаю. А теперь иди и помоги разыскать моего непутевого слугу, ладно? – Его лицо помрачнело. – И пусть кто-нибудь подыщет нового.
Река Глея брала начало высоко в горах, прокладывая себе путь к морю. Дворец и прилегающий к нему город вызывающе возвышались на пути реки, заставляя ее огибать их с обеих сторон и образуя остров в самом центре бурлящего потока. Когда городу не хватило места для расширения вширь, он, по всей видимости, начал расти вверх. Он гудел от энергии, представляя собой запутанный лабиринт построек, тесных улочек и перекинутых над домами мостов, где единственный порядок диктовался лишь практической необходимостью всё это уместить.
Делла прижалась лицом к плюшевой обшивке кареты и вглядывалась сквозь занавески, пока они проезжали мимо дворцовых ворот во внутренний двор.
Мрамор простирался и отдавался эхом повсюду, устилая землю под колесами и взбираясь по стенам и шпилям внушительной крепости. Гладкий белый, бледно-розовые и нежно-зеленые оттенки обволакивали их, отгораживая от суеты грохочущего, беспорядочного города снаружи. Единственную мягкость привносили пышные деревья, плакучая глициния и желтые розы, искусно высаженные так, чтобы скрыть колючие ветви в углах.
Делла поправила диадему. Она поежилась – металл никак не хотел согреваться от ее кожи, а легкий шелк чересчур длинных рукавов непривычно колыхался.
Она посмотрела на Аннет, которая теперь выдавала себя за ее служанку. Аннет коротко обрезала волосы, и Делла на мгновение позавидовала ей, чувствуя, как летний зной проникает в душную карету. Половина свежеокрашенных волос самой Деллы венчала макушку в виде косы, остальные остались распущенными – изящная попытка скрыть изъян на шее.
Карета остановилась.
Аннет ободряюще сжала руку Деллы, а затем отодвинулась на подобающее расстояние, когда их кучер открыл дверцу. Он был предан настоящей принцессе и входил в число тех немногих, кто знал об их заговоре. Делла была рада, что именно он приветствовал ее в этой новой, недолгой жизни. Она вложила свою руку в его и спустилась в полуденный зной – и в ту роль, которую ей предстояло сыграть.
Во дворе собралась горстка людей в ливреях, но взгляд Деллы скользнул мимо них и остановился на мужчине, которому предстояло стать ее почти-мужем. Он гордо стоял чуть впереди остальных.
Его серебряная корона сияла так ярко, что казалась почти белой, показным изгибом стремясь вверх, в противовес волнам песочных волос, спадавших чуть выше воротника. Его рубашка под камзолом с золотой вышивкой была безупречно накрахмалена и скреплялась массивной брошью в виде драконьей чешуи. Делла прикинула, что он был примерно ее возраста, ближе к тридцати годам, и в уголках его черт все еще сквозила увядающая мальчишеская непосредственность. С его квадратными, гладко выбритыми скулами и голубыми глазами принц Валин был словно воплощением самых смелых девичьих грез. Делла отстраненно подумала, знала ли принцесса Корделия, от какого именно мужчины так отчаянно сбежала. Теперь уже слишком поздно.
Делла заставила себя улыбнуться.
Принц шагнул вперед, взял ее руку и склонился над ней в поклоне.
– Добро пожаловать, принцесса Корделия. – сказал он; его глаза блуждали по ее лицу, оценивая ее так же, как и она его.
Делла не опускала подбородок. – Принц Валин. Рада, наконец, с вами познакомиться.
– Поэты и художники плохо справились с задачей передать вашу красоту.
Ирония этой лести позабавила ее. – Тогда, возможно, вам стоит нанять кого-нибудь получше.
Принц Валин уставился на нее, а затем расплылся в улыбке. – Мы немедленно приступим к поискам. Вы должны будете помочь мне с выбором. – Все еще держа ее за руку, он плавным движением заправил ее в сгиб своего локтя и повернулся вместе с ней к открытым дверям дворца. – Должно быть, вы устали с дороги. Я провожу вас в ваши покои, чтобы вы могли отдохнуть, прежде чем мы засыпем вас любезностями и знакомствами. Но сперва вам следует познакомиться с Гал.
Принц кивком головы подозвал фигуру, стоявшую в тени высоких стен.
– Это сэр Галеон, глава моей личной охраны. А теперь и вашей, – сказал принц Валин. – Вы можете на нее положиться.
Когда рыцарь вышла на солнечный свет, у Деллы упало сердце. Делла слышала о леди-рыцарях Глеи, но никогда прежде их не видела.
Доспехи сэра Галеон были выкованы из того же белого серебра, что и корона принца. Поверхность была украшена изящными узорами, скрывающими жестокую природу ее назначения. Пластины закрывали ее грудь, плечи и предплечья, подчеркивая крепкое телосложение. Ниже подола тонкой кольчужной рубашки выбеленная кожа облегала сильные бедра.
Со светлыми волосами, стянутыми в строгий узел на затылке, она казалась высеченной из окружавшего их мрамора – манящая, но недосягаемая. У Деллы мгновенно зачесались пальцы от желания прикоснуться. Единственной трещиной на каменном лице рыцаря был глубокий шрам, тянувшийся от переносицы к челюсти.
Делла ощутила зной внутреннего двора куда острее, чем мгновение назад.
Сэр Галеон склонилась в поклоне. – Принцесса. – Ее голос звучал размеренно, а взгляд безучастно застыл где-то над плечом Деллы.
Делла быстро кивнула и перевела взгляд на своего суженого. Там было гораздо безопаснее. В стоявшем рядом с Деллой мужчине не таилось никакого искушения.
Принц Валин провел ее в огромный вестибюль, в котором эхом отдавался все тот же суровый мрамор. Изящные туфли принцессы были Делле маловаты и больно жали в пятках и пальцах, несмотря на мягкие, плюшевые розово-бордовые ковровые дорожки, устилавшие пол. За ними следовали топот ног и шепотки вперемешку с лязгом доспехов. Делла надеялась, что леди-рыцарь не будет слишком часто мозолить ей глаза.
Они миновали длинный коридор, который завершался винтовой лестницей. В узкие окна на подъеме Делла ловила взглядом хаотичные крыши города и скалистые горы, окружавшие лежавшую за ними долину.
Наверху раскинулась очаровательная комната, занимавшая весь верхний этаж башни.
– Это будут ваши покои. Вплоть до свадьбы. – сказал принц Валин.
По комнате гулял легкий ветерок, подхватывая полупрозрачные занавески, обрамлявшие высокие окна и неглубокий балкончик. Огромный камин был вычищен, но в нем лежали сложенные дрова; он служил центром чопорной и элегантной гостиной зоны, обставленной мебелью с розовой парчой. И все же взгляд Деллы притягивала широкая, манящая кровать. Она взывала к ее измученному телу, а в шее отозвалась боль.
Сундуки занесли и аккуратно составили у платяного шкафа, который стоял открытым, ожидая, когда она начнет здесь новую жизнь.
Жаль только, что жизнь эта будет такой короткой.
ГЛАВА 2
—
ЦЕНА ТАЙНЫ
Бледный паук карабкался вверх по стене, почти невидимый на фоне гладкого зеленого мрамора. Галеон наблюдала за его неуклюжим продвижением со своего места у подножия башенной лестницы.
За окном уже село солнце. Вдоль коридора выстроились жаровни с горящим пламенем, готовые сослужить свою службу, когда оранжевый свет померкнет, сменившись пурпурным.
Наконец тихие шаги возвестили о появлении принцессы.
Как и во время их первой встречи, Галеон позволила себе лишь бросить быстрый взгляд на лицо принцессы – ровно настолько, чтобы понять: она была сурово прекрасна, с резкими и притягательными чертами.
На ней было платье насыщенного хевалонского синего цвета, туго зашнурованное на торсе; рукава открывали гладкие плечи, а затем ниспадали так же низко, как и подол. Ткань облегала ее фигуру так, отчего кровь в жилах Галеон некстати разгорячилась.
Галеон отступила на шаг, уступая ей дорогу. Принцесса вздернула подбородок выше, чем требовалось, чтобы посмотреть на Галеон сверху вниз поверх своего длинного носа, хотя Галеон всё равно была немного выше.
– Принц Валин в обеденном зале. Вы готовы к нему присоединиться? – Галеон не сводила взгляда со стены рядом с ухом принцессы.
После неестественно долгой паузы принцесса холодно кивнула.
Галеон пошла вперед, стараясь подстраивать шаг под принцессу, которая шла как-то странно, будто старалась не опираться на ступни. Галеон еще немного замедлила шаг.
– Ваш принц часто поручает вам подобные побегушки? – спросила принцесса.
– Я считаю это не поручением, а своим долгом.
Принцесса хмыкнула, и Галеон не смогла понять, что значил этот звук.
– Наверняка у рыцаря есть более важные дела.
– Не могу припомнить ни одного, принцесса.
Она снова хмыкнула, но на этот раз явно недовольно. – И чтобы пойти на ужин, мне нужна охрана?
– Принц считает, что так будет лучше. И я с ним согласна.
Дальше они шли в молчании.
– Мое присутствие вас расстраивает? – спросила Галеон, продолжая сканировать взглядом окружение и тщательно избегая смотреть на идущую рядом женщину. – Или, возможно, вы предпочли бы другого охранника?
Галеон знала, что она необычна, особенно для других королевств. Она была далеко не единственной, но все же выделялась, даже в Глее. Неужели принцесса уже предвзято к ней относится из-за того, что Галеон – женщина? Такое случалось не впервые.
Принцесса не ответила, лишь высоко задрала подбородок. Она была весьма надменной. На что имела все основания.
Принц Валин встал, когда они вошли в обеденный зал. Он очаровательно улыбнулся, но Галеон заметила, как нервно подрагивали его пальцы, когда он крутил кольцо. Когда он посмотрел на Галеон, она ободряюще кивнула ему.
Галеон отступила и встала рядом с сэром Алвором на своем обычном месте сбоку, никому не мешая, но сохраняя хороший обзор всех входов.
– Как обстановка? – пробормотала Галеон.
– Как и ожидалось. – Сэр Алвор криво усмехнулся. – Думаю, он уже по тебе скучает. Твое терпение недооценивают. О нем будут слагать песни в веках.
Галеон пропустила замечание мимо ушей. Она краем уха слушала, как королевская чета ведет за едой вежливую, натянутую беседу. Вторая ее половина изо всех сил старалась не замечать, как блестят в свете свечей волосы принцессы или какую вмятинку оставляет край платья на ее мягко округлом плече.
– Боюсь, сейчас я чрезмерно занят, пока моя мать в отъезде, – сказал принц Валин. – Как ее старший и любимый ребенок, я, разумеется, являюсь наследником и регентом.
– Я думала, вы ее единственный ребенок. – сказала принцесса.
– И это тоже, – подмигнул принц Валин. – Она передает свои наилучшие пожелания, хотя, скорее всего, не успеет вернуться к свадьбе.
Галеон гадала, с кем из любовников сейчас королева. Во дворце все прекрасно знали секрет Полишинеля о том, что у королевы был длинный список, в который входили люди разных возрастов и полов без всякого разбора. Происхождение самого принца не раз ставилось под сомнение, хотя никто не спорил с тем, что он родной ребенок королевы, а только это и имело значение, ведь корона передавалась именно по ее кровной линии. Впрочем, даже это не имело особого значения для Галеон. Он был ее принцем и останется им навсегда.
– Я хочу, чтобы вы чувствовали себя здесь как дома, – сказал принц Валин. – В стенах дворца вы вольны ходить куда пожелаете, при условии, что с вами будет сэр Галеон или один из назначенных ею стражников.
Принцесса напряглась. – Мне везде нужна охрана?
– Времена нынче по-прежнему неспокойные, как вам известно. А вы из Хевалона. – Улыбка принца Валина вышла несколько натянутой. Хевалон и Глея много лет балансировали на грани полномасштабной войны. Договоры подписывались и перезаключались, но враждебность сохранялась, а стычки так до конца и не прекращались. – Могу заверить, большинство наших людей рады вашему присутствию, как и должно быть. Но мы не станем рисковать. Гал обеспечит вашу безопасность.
Принц Валин бросил взгляд на Галеон, и она снова кивнула.
– Очень хорошо. – уступила принцесса после напряженной паузы. – Я все понимаю. В конце концов, наша помолвка – это символ. Было бы очень обидно, если бы со мной что-то случилось.
Принц Валин улыбнулся так, словно и не замечал недовольства своей невесты. А может, и впрямь не замечал.
Галеон гадала, не злится ли принцесса. Помолвка была довольно скоропалительной. Галеон тоже знала, каково это – быть вырванной из привычной жизни и брошенной в новую, хоть и совсем при других обстоятельствах.
– Я устала с дороги. Я хотела бы вернуться к себе. – многозначительно сказала принцесса.
– Да, разумеется.
Галеон поняла намек и, сопроводив принцессу за дверь, повела ее обратно тем же путем.
Галеон вновь стала размерять шаги, видя, что принцесса слегка прихрамывает.
– Вам больно? Могу я чем-нибудь помочь? – спросила Галеон.
– Нет. – Но спустя несколько мгновений принцесса остановилась и сбросила туфельки.
Галеон мельком увидела ее босые ноги и воспаленные красные следы на пятках и подъемах – там, где ткань врезалась в плоть. Галеон нахмурилась, когда принцесса наклонилась и подобрала злополучные туфли до того, как Галеон успела сделать это за нее, и поспешила дальше. Галеон снова подстроилась под ее шаг. С чего бы ее собственным туфлям быть ей малы?
Принцесса держалась гордо, вздернув острый подбородок, словно застряв в таком положении из-за привычки задирать нос.
– Вам что-нибудь нужно, принцесса? – спросила Галеон, когда они дошли до ступеней, ведущих в ее покои.
– Нет.
Галеон было не смутить. – Доброй ночи.
Когда принцесса скрылась за углом, Галеон уже и не думала, что получит ответ. – Доброй ночи, сэр Галеон.
Дворец под Деллой затих. Несмотря на дорожную усталость во всем теле, она лежала без сна в чудесной мягкой постели.
Она совершила ошибку, заглянув на следующий слой за гранью жизни, и теперь призрак, которого она там нашла, не оставлял ее в покое. К сожалению, когда Делла тянулась к ним, чтобы увидеть, они тоже могли ее видеть.
Делла не собиралась смотреть, но иногда, когда она отвлекалась и магия звала ее, она совершала промах. Она мысленно отругала себя. Ей нужно лучше себя контролировать.
Призрак оказался настырным, как и большинство задержавшихся душ. Даже когда Делла накрепко привязывала себя к миру живых, она чувствовала этот зуд внутри черепа.
Делла перевернулась и натянула одеяло на голову. Когда это не помогло, добавила еще и подушку. Но от некоторых вещей было не спрятаться. Некоторые вещи она не могла изменить, как бы сильно ни желала.
Быть ведьмой означало смертный приговор во всех королевствах. И это не было исключением. Магия была болезнью – неизлечимой и непростительной. Делла подумала о рыцаре, сэре Галеон. Станет ли она палачом Деллы, если когда-нибудь раскроет ее секрет?
Столетиями магия смертных была надежно запечатана вдали от этого мира, пока какой-то неосторожный герой не высвободил ее. Она расползлась по землям зеленой чумой, заражая слабых и въедаясь в родословные. Делла имела огромное несчастье родиться в одной из таких.
Делла отказывалась быть слабой. Она отказывалась позволить болезни поглотить себя или прислушиваться к ее чудовищным посулам. Отказывалась стать ее монстром.
Королевства предприняли кровавую попытку вырезать заразу, хотя пока и не преуспели в этом.
Делла могла временно избавляться от грызущей ее силы. Но магия всегда возвращалась, коварно просачиваясь внутрь, пока Делла не была вынуждена очиститься вновь – или столкнуться с последствиями, с которыми, как она обещала Аннет, они никогда не столкнутся.
В сознании Деллы мелькнули бездушные зеленые глаза. Руки, смыкающиеся на ее горле. Хруст костей.
Делла отогнала от себя эти воспоминания и фантомную боль, которую несла в себе спустя столько лет. Со вздохом она свесила ноги с края кровати, коснувшись босыми ступнями плюшевого ковра, а затем и прохладного мраморного пола. Дневной зной уступил место ночной прохладе. Поежившись в тонкой ночной сорочке, она вытащила из шкафа халат.
– Ну ладно. – прошептала Делла.
Очертания комнаты расплылись, став мутным фоном, когда призрак обрел четкость. В бледной ночной тьме миры живых и мертвых были наиболее похожи.
Призраки не сохраняли физического облика своих смертных тел. Этот предстал перед Деллой в виде призрачной, отдаленно похожей на человека фигуры, которая отчаянно жестикулировала. Делла попыталась понять.
– Внизу? – спросила Делла.
Было бы куда проще, умей они говорить.
Делла не слышала призраков, но слышала магию. Она шептала – не словами, а желанием. Искушая. Обманывая.
Делла не станет слушать.
Кожа Деллы слабо засветилась зеленым, когда она применила магию. Она по-прежнему находилась в мире живых, но могла заглянуть в тонкий слой смерти, повисший между жизнью и тем, что лежало за ее пределами.
Раньше она негодовала из-за того, как проявлялась ее магия. Если уж ей суждено было заразиться, то почему ей не досталась магия иллюзий или прорицания? Даже принуждение Аннет было полезным. Но Делла была проклята способностью взаимодействовать со смертью и манипулировать ею. Влиять на души, переходящие от живых к мертвым, пока они не ускользали во тьму, которую уже не могла разглядеть даже сама Делла. И иногда – переступать эту грань самой.
